Музейная экспансия

Публикуем статью историка архитектуры Марины Хрусталевой о стратегиях развития московских и петербуржских музеев, опубликованную в тематическом номере журнала «Проект Россия» – «Культура» (№ 80, июнь 2016).

Марина Хрусталева

Автор текста:
Марина Хрусталева

mainImg
0 Музейный бум, охвативший мир на рубеже тысячелетий, фактически обошел Россию стороной. В Европе, США и странах Азии с начала 1990-х годов было построено несколько сотен интересных музейных зданий. Правила игры были одинаковыми практически во всех случаях: артикулированное желание местных властей или крупных фондов создать яркую достопримечательность; международный конкурс; выбор дерзкого необычного проекта и внедрение его в городскую среду, часто по принципу контраста[1]. Европейские столицы получили несколько первоклассных шедевров и новых объектов притяжения: в Хельсинки – музей Кьясма (Стивен Холл, 1998), в Амстердаме – новое крыло музея Ван Гога (Кисё Курокава, 1999), в Риме – музей MAXXI (Заха Хадид, 2010), в Париже – Антропологический музей на набережной Бранли (Жан Нувель, 2006) и центр Фонда Louis Vuitton (Фрэнк Гери, 2014).
zooming
Музей современного искусства Киасма. Фото: trevor.patt via flickr.com. Лицензия Attribution-NonCommercial-ShareAlike 2.0 Generic (CC BY-NC-SA 2.0)
zooming
MAXXI - Национальный музей искусства XXI века. Фото © Roland Halbe
zooming
Музей на набережной Бранли © Jean-Pierre Dalbéra
Фонд Louis Vuitton
Фото: Iwan Baan для Fondation Louis Vuitton © Iwan Baan

В Москве и в Петербурге не было построено ничего нового. Государственный Эрмитаж, во всех отношениях флагман и локомотив российского музейного дела, задал вектор музейного обновления. Этот вектор – расширение территории крупных музеев, экспансия, захват новых зданий и приспособление их под свои нужды. Блестящий анализ «музеепригодности» здания Генштаба, проведенный Рэмом Колхасом, лег в основу серьезного проекта Никиты Явейна. Результат, вызвавший полярные мнения, все же пока остается единственным завершенным проектом в этой области. Колхасу удался и второй шаг – приспособление гораздо более скромного модернистского кафе «Времена года» в ЦПКиО им. Горького под Центр современной культуры «Гараж»[2]. Обретя обновленное здание, «Гараж» стал называть себя музеем.
zooming
Государственный Эрмитаж, новая Большая Анфилада в восточном крыле Главного Штаба, Санкт-Петербург © Студия 44
Фотография с сайта Студия 44
zooming
=

Старые столичные музеи все эти годы мечтали о расширении. Крупнейшие музеи Москвы (и страны) могут соревноваться в продолжительности и причудливости строительной эпопеи.
***
Главные музеи Москвы
Государственная Третьяковская Галерея разрабатывала проект нового корпуса на углу Лаврушенского переулка и Кадашевской набережной больше двадцати лет. За это время сменилось три директора галереи, менялся и авторский коллектив проекта, руководил которым неизменный Андрей Боков. Кризис следовал за кризисом, стройка откладывалась, проект многократно перерабатывался, и в конце 2010 года обреченный дом биржевой артели купцов Хлудовых был наконец снесен. Снос и быстро возникший на его месте котлован привлекли к Третьяковской галерее живое внимание, в результате которого проект ждали новые метаморфозы. Просочилась информация, что проект нового корпуса, на который получено финансирование, уже много раз устарел, а его экстерьер не выдерживает никакой критики. Новый главный архитектор Москвы, Сергей Кузнецов, будучи апологетом конкурсной системы, стремительно объявил конкурс на новые фасады для спроектированного Боковым корпуса, вызвав искреннее недовольство мэтра. В конкурсе победил Сергей Чобан с проектом фасадов-витрин, напоминающих рамы картин в шпалерной развеске. Строительство гибридного конкурса продолжается. Будет ли он удобным для Третьяковской галереи – покажет время. Новый директор ГТГ, Зельфира Трегулова, уделяет больше внимания благоустройству другого не слишком удобного помещения в здании ЦДХ на Крымском валу.
zooming
Предпроектное предложение второй очереди Государственной Третьяковской галереи, ГУП МНИИП «Моспроект-4». Источник - slon.ru, 2012
Конкурсная концепция фасадов нового здания Третьяковской галереи
© SPEECH
Конкурсная концепция фасадов нового здания Третьяковской галереи
© SPEECH

ГМИИ им. А.С. Пушкина тоже заговорил о расширении и реконструкции в середине 2000-х годов. Ирина Антонова мечтала о воплощении планов Ивана Цветаева – о создании «музейского городка на Волхонке». К основному зданию Музея изящных искусств, построенному Романом Клейном, обновленному в 1990-е Музею частных коллекций и детскому центру «Мусейон» она планировала добавить еще две усадьбы, и таким образом полностью «музеефицировать» весь квартал. Эта идея получила высочайшую поддержку президента Медведева. Сэр Норман Фостер, тогда триумфально покорявший Москву все новыми и новыми предложениями, быстро сделал эскизный проект. Тендер на сопровождение Фостера выиграла мастерская Сергея Ткаченко. Проект был достаточно радикальным как с точки зрения отношения к памятникам архитектуры, так и с точки зрения «приватизации» общественных пространств близлежащих кварталов. Последовавшая критика «Архнадзора» разбивалась об алмазную уверенность Ирины Александровны в превалировании музейных нужд над законом, подкрепленную высоким покровительством на городском и федеральном уровне. Проект с обширными подземными этажами, световыми фонарями в усадебных парках, перекрытием внутренних дворов и строительством стеклянного пятилистника на месте кремлевской заправки казался уже состоявшимся. Инициативный проект изучения кварталов Волхонки «Территория культуры», разработанный «Проектом Белый город» в 2012-2014 гг., Антоновой не был даже замечен.

Смена курса произошла со сменой директора. Пришедшая на смену Ирине Антоновой Марина Лошак нашла мужество пересмотреть проект и объявить закрытый конкурс. Исходная идея камерного конкурса на здание депозитария трансформировалась в программу конкурса на новую концепцию всей территории ГМИИ с прилегающими кварталами. К участию были приглашены Владимир Плоткин, Сергей Скуратов и Юрий Григорян, победивший с проектом «Ризосфера».
Концепция развития ГМИИ. Корпус депозитария © Сергей Скуратов Architects
Концепция развития ГМИИ. Корпус депозитария © Сергей Скуратов Architects
Концепция развития ГМИИ. Корпус депозитария © ТПО «Резерв»
Концепция развития ГМИИ. Корпус депозитария © ТПО «Резерв»

Работа Григоряна над мастер-планом музейного городка складывается из нескольких компонентов[3]: проектирование депозитария; сохранение и реставрация памятников архитектуры, включая главное здание; изменение транспортной схемы, создание пешеходных пространств, разработка программы квартала – здесь сотрудничество с транспортным гуру Федерико Паралотто (Mobility in Chain), детально знающим местность по опыту работы с «Проектом Белый город», оказалось незаменимым. Самый же сложный и неоднозначный из компонентов – проектирование подземного пространства. Единый подземный уровень, соединяющий корпус Клейна и окружающие усадьбы, был заложен по просьбе Антоновой еще в проекте Фостера. Эта идея легла в основу ТЗ, по которому было подготовлено Постановление Правительства о выделении бюджетных средств[4]. Пункт 14 этого постановления, имеющего силу закона, предполагает комплексную реставрацию главного здания ГМИИ, с вводом в эксплуатацию 17 377 м2 до 2020 года. Парадоксальным образом и новый директор музея, и участвовавшие в конкурсе архитекторы стали заложниками этого документа, принятого по инерции медлительной государственной машиной. Перспектива выкапывать колоссальное по площади пространство глубиной до 12 метров под шедевром Клейна кажется невероятно рискованной, а необходимость в этих подземных уровнях не выглядит до конца продуманной, но дать этому элементу концепции задний ход можно теперь лишь на уровне премьер-министра. Воспоминания о драматической реконструкции Большого театра, на долгие месяцы «зависшего» в воздухе, вызывают серьезные опасения при любом проекте масштабных подземных работ на памятниках архитектуры, особенно, расположенных в непосредственной близости от реки.
Концепция развития ГМИИ. Корпус депозитария © Архитектурное бюро «Проект Меганом»
Концепция развития ГМИИ. Корпус депозитария © Архитектурное бюро «Проект Меганом»
Концепция развития ГМИИ. Корпус депозитария © Архитектурное бюро «Проект Меганом»
Концепция развития ГМИИ. Корпус депозитария © Архитектурное бюро «Проект Меганом»

Параллельно в ГМИИ развиваются еще две сюжетных линии, связанных с реконструкцией двух усадеб XVIII века. Юрию Аввакумову и Георгию Солопову Марина Лошак поручила усадьбу Голицыных, где еще недавно сидел Институт Философии[5]. Николаю Лызлову досталась усадьба Вяземских-Долгоруковых, бывший музей Маркса-Энгельса, много лет простоявшая в полу-аварийном виде. Проект Галереи искусства старых мастеров, частично унаследованный от Фостера и Ткаченко, предполагал создание подземных уровней и перехода в главное здание. Искренний настрой Лызлова на научную реставрацию и участие в проекте таких уважаемых специалистов как Татьяна Беляева натыкались на прозаичную реальность вроде уже утвержденных технических заданий, пройденной экспертизы, заключенных контрактов, давным-давно принятых решений[6]. В результате научное обследование усадьбы происходит параллельно со строительными работами, и ценнейшие подвалы XVII века обнаруживаются в процессе откапывания подземного этажа. Градозащитники с замиранием сердца наблюдают за этой сложной игрой компромиссов.
Комплексная реконструкция, реставрация и приспособление здания городской усадьбы Голицыных под Галерею искусства стран Европы и Америки XIX-XXI вв. по улице Волхонка. Стеклянный экран как рекламная установка. Проект, 2015 © Юрий Аввакумов, Георгий Солопов
Комплексная реконструкция, реставрация и приспособление здания городской усадьбы Голицыных под Галерею искусства стран Европы и Америки XIX-XXI вв. по улице Волхонка. Стеклянный экран как рекламная установка. Проект, 2015 © Юрий Аввакумов, Георгий Солопов
Комплексная реконструкция, реставрация и приспособление здания городской усадьбы Голицыных под Галерею искусства стран Европы и Америки XIX-XXI вв. по улице Волхонка. Интерьер выставочного зала, 4 этаж. Проект, 2015 © Юрий Аввакумов, Георгий Солопов
Проект реконструкции усадьбы Вяземских-Долгоруковых. Проект, 2015 © Николай Лызлов
zooming
Проект реконструкции усадьбы Вяземских-Долгоруковых. Проект, 2015 © Николай Лызлов
Проект реконструкции усадьбы Вяземских-Долгоруковых. Проект, 2015 © Николай Лызлов

Дворы и переходы
Идею музейного городка поддержала и Ирина Коробьина, пришедшая на пост директора Музея архитектуры им. А.В. Щусева после смерти Давида Саркисяна. Давид мечтал сделать открытый депозитарий архитектурных фрагментов на подходах к музею, в крошечном скверике на задах «Дома садовника». «Проект Меганом», чья мастерская провела там больше десяти лет, помогал визуализировать эти идеи: мощный стеллаж с выставленными фрагментами аттика Витали вдоль стены и памятник Екатерине II на переднем плане.
zooming
Проект реставрации Государственного музея архитектуры имени А.В. Щусева © Архитектурное бюро «Проект Меганом»

Коробьина выступила с масштабной идеей «музейного кластера», объединяющего туристические маршруты между Музеями Кремля, Музеем архитектуры и ГМИИ им. А.С. Пушкина. Проект предполагал реставрацию главного здания музея – усадьбы Талызиных, реконструкцию флигеля-руины, музейное «обживание» Староваганьковского переулка и длинного подземного перехода между Александровским садом и Воздвиженкой. Из всего этого к воплощению приблизилась только реконструкция знаменитой «Руины», где Саркисян начал проводить выставки на свой страх и риск еще в 2001 году[6]. Проект бюро «Рождественка» Наринэ Тютчевой можно считать образцом приспособления исторического здания, сопоставимым с подходом Дэвида Чипперфильда и Александра Шульца к восстановлению Нового музея в Берлине.
Новый музей в Берлин
Фото © Achim Kleuker
Новый музей в Берлине
Фото © Ute Zscharnt

Еще одно «приращение» Музея архитектуры вызывает меньше симпатии. Речь идет о создании филиала в доме-мастерской Константина Мельникова. О создании государственного музея мечтал сын архитектора Виктор, эту идею разделяли и обе его дочери, Екатерина и Елена. Виктора поддерживал Давид Саркисян, и Ирина Коробьина продолжила его дело. Парадоксальным образом, те методы, которыми дело было завершено, вышли далеко за рамки музейной этики, расколов профессиональное сообщество Москвы[7]. Состояние самого дома Мельникова давно вызывало беспокойство из-за подвижек грунтов, вызванных новым строительством на Новом Арбате. Музей Архитектуры объявил о начале инженерных обследований дома, порученных компании ARUP, но о начале реставрации или работ по укреплению фундаментов пока речи нет. Экспозиция, посвященная творчеству Мельникова, должна разместиться в «Доме садовника», в бывшем офисе «Меганома». Ее авторами стали участники объединения Citizenstudio Михаил Бейлин и Даниил Никишин, победившие на конкурсе концепций музеефикации самого дома Мельникова с парадоксальным проектом «Тапки». В соответствии с ним обитаемый дом, за которым следила внучка Мельникова Екатерина Каринская, уже был музеем, где ничего не надо было менять – только выдать посетителям мохнатые тапочки.
zooming
Тапки. Проект-победитель конкурса на музеефикацию дома Мельникова, бюро Citizenstudio. Фотография © Марина Хрусталева

Музеи Московского Кремля, отделенные от Музея архитектуры до сих пор не освоенным подземным переходом, обладают сложным и разнообразным архитектурным хозяйством. К ним относятся три кремлевских собора, церковь Ризоположения, Оружейная палата, Патриарший дворец. В 2008 году была музеефицирована колокольня Ивана Великого – Лаборатория музейного проектирования (Алексей Лебедев и Владимир Дукельский) спроектировали там многоярусную экспозицию, посвященную истории архитектуры московского Кремля. Елена Гагарина, пришедшая на пост директора в 2001 году, заговорила о необходимости новых пространств для экспонирования бесценных фондов. Внутри самого Кремля вакантных площадей не просматривалось. Неожиданное решение возникло по соседству: Музеям Кремля передали Средние Торговые ряды работы Клейна, где еще в 2007 году Управление делами Президента начало неудачную реконструкцию по проекту Михаила Посохина, обернувшуюся сносом внутренних корпусов.

Елена Гагарина пригласила Юрия Григоряна сделать «аудит» доставшегося ей объекта – памятника со сложной круговой системой пространств и недостроенной подземной парковкой. За исследованием последовало проектирование: «Проект Меганом», постепенно занимающий нишу ведущего музейного проектировщика Москвы, работает над новым корпусом в габаритах снесенного, а бюро Nowadays Наты Татунашвили и Наталии Масталерж делает для него интерьеры. За то время, пока решался вопрос со Средними рядами, дважды был реконструирован, а затем и снесен 14-й корпус Кремля, построенный Иваном Рербергом в 1934 году. История этого сноса вызывает массу вопросов, один из которых – почему было бы не передать корпус Музеям Кремля, чтобы не выносить их сокровища за кремлевские стены.
Музейно-выставочный комплекс под размещение экспозиции Московского Кремля на Красной площади. Проектная организация: «Проект Меганом» и Nowadays
Музейно-выставочный комплекс под размещение экспозиции Московского Кремля на Красной площади. Проектная организация: «Проект Меганом» и Nowadays
Музейно-выставочный комплекс под размещение экспозиции Московского Кремля на Красной площади. Проектная организация: «Проект Меганом» и Nowadays
Музейно-выставочный комплекс под размещение экспозиции Московского Кремля на Красной площади. Проектная организация: «Проект Меганом» и Nowadays
Музейно-выставочный комплекс под размещение экспозиции Московского Кремля на Красной площади. Проектная организация: «Проект Меганом» и Nowadays

Сосед Музеев Кремля, Государственный исторический музей, в первой половине 2000-х годов заявлял о присоединении Монетного и Печатного двора и рассказывал о планах их перекрытия. Таким образом, интереснейшие пространства XVII века, много лет закрытые воротами и выключенные из городской жизни, окончательно оказались бы «в интерьере», а вход в них был бы возможен только по билетам. Критика проектов и недостаток финансирования привели к пересмотру проектов. В результате Монетный двор был отреставрирован и открыт для публики в 2014 году именно в качестве двора, а не вестибюля. Переданное Историческому музею здание Музея Ленина (Московской городской думы) было отреставрировано под Музей Отечественной войны 1812 года.

Еще один проект масштабного перекрытия двора, к счастью, потерпел поражение. Музей Москвы, переехавший в Провиантские склады на Зубовском бульваре, грозился выстроить новый корпус со стороны Кропоткинского переулка, который замкнул бы ампирное каре. Гигантская внутренняя площадь должна была быть перекрыта стеклянной кровлей по проекту Юрия Платонова, повторив тем самым смелое перекрытие Гостиного двора. Проект, с 2008 года продвигавшийся главным архитектором Москвы Александром Кузьминым, настолько противоречил законодательству об охране наследия, что вызвал единогласную критику экспертного сообщества и СМИ. Новый директор Музея Москвы, Алина Сапрыкина, в 2013 году приняла свой пост с тем условием, что одиозный проект не будет реализован.
Музейно-выставочный комплекс «Музей истории Москвы» на базе памятника «Провиантские магазины». Зубовский бул., вл. 2. ТПО-5 «Бюро Платонов». Ю. Платонов, Д. Метаньев, И. Дианова-Клокова и др. Макет. Фотография © Юлия Тарабарина
Музейно-выставочный комплекс «Музей истории Москвы» на базе памятника «Провиантские магазины». Зубовский бул., вл. 2. ТПО-5 «Бюро Платонов». Ю. Платонов, Д. Метаньев, И. Дианова-Клокова и др. Макет. Фотография © Юлия Тарабарина

Новую концепцию реставрации и приспособления Провиантских складов разработал Евгений Асс, виртуозно вернувший к жизни похожий по типу объект – здание Арсенала в Нижегородском кремле, превратившееся в Поволжский филиал ГЦСИ и одну самых модных выставочных площадок России[8]. По концепции Асса, Провиантским должен быть возвращен исторический внутренний облик – перекрытия, построенные для гаража Минобороны, будут демонтированы, открыв величественные арки Стасова на всю высоту. Сводчатые подвалы станут доступными для посетителей, объединив все три корпуса в единое связанное пространство. С уходом Сергея Капкова с поста главы Департамента культуры Москвы разработка проекта была приостановлена. Между тем, оставшийся двором двор Провиантских тоже стал модным местом, где проходят концерты, фестивали, блошиные рынки и детские праздники. Долгие десятилетия запертый со всех сторон, он в буквальном смысле вернулся городу.
Филиал ГЦСИ в здании Арсенала в Нижнем Новгороде. Вторая очередь строительства. 2015 год. Фотография © Дмитрий Степанов
zooming
Филиал ГЦСИ в здании Арсенала в Нижнем Новгороде. Пространство центрального ризалита. Вторая очередь строительства. 2015 год. Фотография © Владислав Ефимов
Проект реставрации Музея Москвы в Провиантских складах на Зубовском бульваре © Евгений Асс
Проект реставрации Музея Москвы в Провиантских складах на Зубовском бульваре © Евгений Асс
Двор Музея Москвы в Провиантских складах на Зубовском бульваре. Фотография © Марина Хрусталева

Меняющийся проект в меняющемся мире
Конкурс на обновление еще одного крупнейшего музея Москвы – Политехнического – подробно освещался в Проекте Россия[9]. Ему предшествовала образцовая предварительная работа под руководством Юлии Шахновской, сначала директора Фонда поддержки Политехнического, а потом и самого музея. Сначала был объявлен конкурс на концепцию развития музея, задание к которому написал светило музейного проектирования, австриец Дитер Богнер. По итогам конкурса из четырех финалистов выбрали уважаемую британскую компанию Event Communications, несколько месяцев работавшую над исследованием и концепцией. Получившийся в итоге 2000-страничный документ был представлен экспертам, но не архитекторам. Участники следующего конкурса на архитектурную концепцию обновления Политехнического музея получили в качестве ТЗ всего несколько страниц текста…

Окончательный выбор главы жюри Игоря Шувалова между двумя финалистами – более опытным в музейном деле американцем Томасом Лизером и молодым концептуальным японцем Джуньо Ишигами – вызвал изумление даже у члена жюри, Григория Ревзина[10]. Было очевидно, что выбран более визионерский проект, допускающий дальнейшие изменения. Два самых ярких элемента концепции «Музей как парк», светопрозрачная кровля из пленки ETFE и заглубленный сад по периметру музея, почти затмили тот факт, что о реставрации исторического здания и организации музейного пространства в проекте было мало что сказано. Развитие событий лишь подтвердило исходные опасения. Пленка была признана непригодной для московского климата и заменена более тяжелым стеклом, изысканный ландшафтный дизайн в стиле лугов и прерий от Анны Андреевой уступил место более практичному проекту благоустройства от бюро Wowhaus. О ходе реставрации внутри здания мало что известно, кроме того, что она должна завершиться к 2018 году.
zooming
Музейный парк (рядом с Политехническим музеем), проект © Alphabet (Анна Андреева)
«Музейный парк». Благоустройство пешеходной зоны и территории, прилегающей к Политехническому музею. Проект, 2016
WOWHAUS
«Музейный парк». Благоустройство пешеходной зоны и территории, прилегающей к Политехническому музею. Проект, 2016
WOWHAUS

Тогда же должно быть построено и новое здание Музейно-просветительского центра Политехнического музея на Ломоносовском проспекте. Международный конкурс 2013 года дал несколько примеров первоклассной музейной архитектуры: проекты Томаса Лизера, Юрия Григоряна, Фаршид Муссави в паре с Наринэ Тютчевой, Мекано Интернешнал, работавшие с Владимиром Плоткиным, ничем не уступали проекту Массимилиано Фуксаса (победившему вместе с Сергеем Чобаном). Отсутствие публичной информации от Политехнического музея позволяет предположить, что этот конкурс пополнит длинный ряд громких конкурсов без продолжения.
zooming
Конкурсный проект нового здания Политехнического музея © Massimiliano Fuksas Architetto (Италия) и Speech (Россия)
zooming
Конкурсный проект нового здания Политехнического музея © Massimiliano Fuksas Architetto (Италия) и Speech (Россия)
***
Санкт-Петербург
Удачный опыт с Генштабом вдохновил Эрмитаж на дальнейшее расширение. В самом конце 2013 года ему было передано здание Биржи, через реку от Зимнего дворца. Центральный военно-морской музей, занимавший ее семьдесят лет, был выселен в 2011 году в связи с идеей Владимира Путина и Валентины Матвиенко открыть здесь современную Товарно-сырьевую биржу[11]. Музей с горем пополам вывезли в Крюковские казармы, идея нефтяной биржи повисла в воздухе, а памятник Тома де Томона несколько лет простоял без отопления. После долгих обсуждений вариантов приспособления было принято предложение Михаила Пиотровского разместить здесь Музей геральдики, но на реставрацию аварийного шедевра до сих пор выделена только одна десятая необходимых средств.

На окраине Петербурга, в Старой Деревне, за эти годы выросло необычное здание фондохранилища Эрмитажа (первые две очереди – 2003-2012 гг., архитектурная мастерской Трофимовых). Открытое для экскурсий, но расположенное вдалеке от туристических троп, оно мало изменило музейную карту города. В конкурсе на третью очередь депозитария выиграло бюро Рэма Колхаса ОМА. 13-этажный стеклянный куб с выставочными залами, открытым фондохранилищем, библиотекой, кафе и стеклянным мостом через железную дорогу должен быть завершен к концу 2018 года. О еще более смелой экспансии Эрмитажа в Москву, на территорию ЗИЛа, рассказывает отдельный материал в разделе «Рождение нового»[12].
Фондохранилище государственного Эрмитажа. Реализация, 2012 © Архитектурная мастерская Трофимовых

Русский музей, долгие годы прираставший новыми и новыми особняками, наконец затеял реставрацию главного из них, Михайловского дворца. Изначально проект был заказан Михаилу Филиппову, предложившему изящное решение по задействованию внутренних технических дворов, оформленное в его фирменной тонкой графике. Проект обсуждался, потом было несколько лет затишья, и вот весной 2016 года Русский музей объявил, что к реализации принят новый проект, разработанный ЗАО «Ленполпроект»[13]. Как часто бывает, предложенное решение выглядит сильно упрощенной версией первого варианта.
zooming
Реконструкция Русского музея в Санкт-Петербурге © Архитектурная мастерская Михаила Филиппова

Долгожданное расширение предстоит и Музею истории Санкт-Петербурга. Совсем недавно ему было передано Конюшенное ведомство – протяженное ампирное здание работы Василия Стасова, «родственник» Провиантских складов в Москве. Передачу памятника музею можно считать счастливым исходом – предыдущий арендатор, компания ЗАО «Оранж-Девелопмент» , планировал радикальную реконструкцию ансамбля под гостиницу с разбивкой его на отдельные апартаменты. Отмена этого проекта произошла благодаря единой позиции Совета по сохранению культурного наследия Санкт-Петербурга и личному участию Александра Сокурова[14]. У музея уже есть концепция приспособления нового здания, но кто будет разрабатывать архитектурное решение такого сложного комплекса, пока не известно.

В общем и целом, складывается впечатление, что большие российские музеи пока не имеют возможностей потрясти мир новой архитектурой. Недостаточность и забюрократизированность бюджетного финансирования, непрозрачность принятия решений, их политическая ангажированность, жесткость законодательства об охране наследия, ограничения охранных зон и нехватка свободных участков в центрах столиц, наконец, ограниченный круг архитекторов, способных на решение вопросов такого масштаба – весь клубок обстоятельств приводит к тому, что музеи трудно и медленно идут к обновлению.
 
[1] Хрусталева М. Музеи будущего сегодня // АртХроника. № 4. 2002. С. 38-59.
[2] См. «Проект Россия» № 77, с. 28.
[3] Подробнее см. в интервью Ю. Григоряна в этом номере: «Проект Россия», № 80, с. 148.
[4] Постановление Правительства Российской Федерации от 9 декабря 2013 г. N 1138 «Об осуществлении бюджетных инвестиций в проектирование, комплексную реконструкцию, реставрацию, техническое перевооружение и новое строительство объектов имущественного комплекса Государственного музея изобразительных искусств имени А.С. Пушкина».
[5] Подробнее см. в этом номере: Проект Россия, № 80, с. 158.
[6] Над бездной. Интервью с Татьяной Беляевой // Хранители наследия. 20.10.2016.
[8] См. Проект Россия № 65, с. 108; Хрусталева М. Всемирная конверсия: О судьбе арсеналов в мире и у нас // АртХроника. № 4. 2003. С. 110-116.
[9] См. Проект Россия № 63, с. 136-153.
[10] Ревзин Г. «Они верят, что сделают, и весь мир удивится» // Коммерсант, 10.10.2011. 
[11] Зеркалева А. В стиле импер // Лента.Ру, 27.12.2013. https://lenta.ru/articles/2013/12/27/birzha/
[12] Подробнее см. в этом номере: Проект Россия, № 80, с. 203.
[13] Герасименко П. План реконструкции Михайловского дворца тревожит профессиональное сообщество // The Art Newspaper Russia, 19.02.2016.
[14] Конюшенное ведомство не изуродуют апарт-отелем // Хранители наследия, 23.06.2015. 

07 Декабря 2016

Марина Хрусталева

Автор текста:

Марина Хрусталева
comments powered by HyperComments
Похожие статьи
Сколько стоил дом на Моховой?
Дмитрий Хмельницкий рассматривает дом Жолтовского на Моховой, сравнительно оценивая его запредельную для советских нормативов 1930-х годов стоимость, и делая одновременно предположения относительно внутренней структуры и ведомственной принадлежности дома.
Конкурсный проект комбината газеты «Известия» Моисея...
Первая часть исследования «Иван Леонидов и архитектура позднего конструктивизма (1933–1945)» продолжает тему позднего творчества Леонидова в работах Петра Завадовского. В статье вводятся новые термины для архитектуры, ранее обобщенно зачислявшейся в «постконструктивизм», и начинается разговор о влиянии Леонидова на формально-стилистический язык поздних работ Моисея Гинзбурга и архитекторов его группы.
От музы до главной героини. Путь к признанию творческой...
Публикуем перевод статьи Энн Тинг. Она известна как подруга Луиса Кана, но в то же время Тинг – первая женщина с лицензией архитектора в Пенсильвании и преподаватель архитектурной морфологии Пенсильванского университета. В статье на примере девяти историй рассмотрена эволюция личностной позиции творческих женщин от интровертной «музы» до экстравертной креативной «героини».
Бетонный Мадрид
Новая серия фотографа Роберто Конте посвящена не самой известной исторической странице испанской архитектуры: мадридским зданиям в русле брутализма.
Реновация городской среды: исторические прецеденты
Публикуем полный текст коллективной монографии, написанной в прошедшем 2020 году сотрудниками НИИТИАГ и посвященной теме, по-прежнему актуальной как для столицы, так и для всей страны – реновации городов. Тема рассмотрена в широкой исторической и географической перспективе: от градостроительной практики Екатерины II до творчества Ричарда Роджерса в его отношении к мегаполисам. Москва, НИИТИАГ, 2021. 333 страницы.
Леонидов и Ле Корбюзье: проблема взаимного влияния
Памяти Юрия Павловича Волчка. Статья готовилась к V Хан-Магомедовским чтениям «Наследие ВХУТЕМАС и современность». В ней рассматривается проблема творческого взаимодействия Ле Корбюзье и Ивана Леонидова, раскрывающая значение творчества Леонидова и школы ВХУТЕМАСа, которую он представляет, для формирования основ формального языка архитектуры «современного движения».
Неизвестный проект Ивана Леонидова: Институт статистики,...
Публикуем исследование архитектора Петра Завадовского, обнаружившего неизвестную работу Ивана Леонидова в коллекции парижского Центра Помпиду: проект Института статистики существенно дополняет представления о творческой эволюции Леонидова.
Ключевое слово: «телеработа»
Архитекторы, профильные СМИ и вузы по всему миру реагируют на ситуацию пандемии, пытаясь обезопасить сотрудников и студентов, сохранив учебный и рабочий процесс. Говорим с руководителями нескольких московских бюро об их планах удаленной работы, а также рассказываем, как реагируют на эпидемию архитекторы мира.
Чандигарх: фрагменты модернистской утопии
Публикуем фотографии и эссе Роберто Конте об архитектуре Чандигарха – от прославленного Капитолия Ле Корбюзье до менее известных жилых домов, кинотеатров, вузовских корпусов авторства его соратников и последователей.
Идентичность в типовом
Архитекторы из бюро VISOTA ищут алгоритм приспособления типовых домов культуры, чтобы превратить их в общественные центры шаговой доступности: с устойчивой финансовой программой, актуальным наполнением и сохраненной самобытностью.
«Это не башня»
Публикуем фото-проект Дениса Есакова: размышление на тему «серых бетонных коробок», которыми в общественном сознании стали в наши дни постройки модернизма.
Что не так с офисами открытого типа
Офисы свободного плана экономят деньги компаний-владельцев и помогают им выглядеть эффектней, но это практически единственное их достоинство. При этом работодатели любят «опен-спейс», а их сотрудники – не очень.
«Седрик Прайс придумывал архитектуру, которая может...
Саманта Хардингхэм – о британском архитекторе-визионере послевоенных десятилетий Седрике Прайсе и его самом важном проекте – Дворце развлечений. Ее лекция была частью конференции «Архитектор будущего», проведенной Институтом «Стрелка» в партнерстве с ДОМ.РФ.
Технологии и материалы
«Фирма «КИРИЛЛ»:
25 лет для самых красивых домов
В ноябре 2021 года одному из ведущих поставщиков облицовочного кирпича на российском рынке «Фирме «КИРИЛЛ» исполнилось 25 лет. Архи.ру восстанавливает хронологию последней четверти века, связанную с использованием этого материала в строительстве и архитектуре.
Как укладка металлических бордюров влияет на дизайн...
Любой дизайн можно испортить неаккуратной работой, особенно если в отделке помещения участвует металлический бордюр. Он способен внести в интерьер утончённость, а может закапризничать в неумелых руках и подчеркнуть кривизну укладки отделочного материала. Как правильно устанавливать металлические бордюры, чтобы дизайнеру было проще контролировать исполнителя и не пришлось краснеть перед заказчиком?
Больше воздуха
Cтеклянные навесы и павильоны Solarlux расширяют пространство загородного дома, позволяя наслаждаться ландшафтом в любое время года и суток.
Испытание пространством и временем
Цифровая эпоха приучает к быстрым переменам. То, что еще вчера находилось в авангарде технологического прогресса, сегодня может безнадежно устареть. Множество продуктов создается под сиюминутные потребности, потому, что завтрашний день открывает новые горизонты возможностей. И в этом смысле архитектура остается неким символом здорового консерватизма
Тенденции в освещении жилых комплексов
Современные тенденции в строительстве жилых комплексов таковы, что застройщик использует качественный свет для освещения мест общего пользования даже на объектах эконом класса и среднего ценового сегмента. Это необходимо, чтобы у покупателя возникло желание купить квартиру именно в данном ЖК. Каким образом реализовать эту задумку, мы разберем в этой статье.
Ясное небо от AkzoNobel
Рассказываем про ключевой цвет Dulux 2022 – им назван воздушный и нежный светло-голубой оттенок «Ясное небо» (14BB 55/113), призванный стать «глотком свежего воздуха», символом перемен и свободы.
Rehau для особенных архитектурных решений
Самые популярные на европейском рынке пластиковые окна – это не только шумоизоляция и теплосбережение, но и стильный дизайн с богатой палитрой оттенков, разнообразием фактур и индивидуальными решениями.
Гуляют все!
Как сделать уличную площадку интересной для разных категорий горожан, знает компания Lappset: мини-футбол и паркур для подростков, эффективные тренировки для взрослых и развитие координации движений для пожилых.
Корабль на берегу города
Образ двух глядящихся друг в друга озер; или космического паруса, наводящего тень и освещающего одновременно; или корабля, соединяющего город и бухту; все это – здание Центра культуры и конгрессов в Люцерне. А материальность этому метафорическому плаванию обеспечивают серебристые сверхлегкие сотовые панели ALUCORE ®.
Каменная речка
Компания Zabor Modern представляет технологию ограждения без столбов и фундамента, которая позволяет экономить на монтаже и добиваться высоких эстетических решений.
«ОРТОСТ-ФАСАД»: мы знаем фасады от «А» до «Я»
Компания «ОРТОСТ-ФАСАД» завершила выполнение работ по проектированию, изготовлению и монтажу уникальной подсистемы и фасадных панелей с интегрированным клинкерным кирпичом на ЖК «Садовые кварталы».
Тектоника, фактура, надежность: за что мы любим кирпичные...
У многих вещей есть свой канонический образ, так кирпич обычно ассоциируется с однотонной кладкой терракотового цвета. Однако новый, третий по счету, выпуск каталога облицовочного кирпича Terca полностью разрушает стереотипы. Представленные в нем образцы настолько многочисленно-разнообразны, что для путешествия по страницам каталога читателю потребуется свой Вергилий. Отчасти выполняя его функцию, расскажем о трёх, по нашему мнению, самых интересных и привлекательных видах кирпича из этого каталога.
COR-TEN® как подлинность
Материал с высокой эстетической емкостью обещает быть вечным, но только в том случае, если произведен по правильной технологии. Рассказываем об особенностях оригинальной стали COR-TEN® и рассматриваем российские объекты, на которых она уже применена.
Сейчас на главной
Праздник, который всегда с тобой
Двор в петербургских Никольских рядах снова открывается на зимний сезон. Рассказываем, как архитекторам из бюро KATHARSIS удалось создать круглогодичную атмосферу праздника: катальная горка, посвящение Хаяо Миядзаки, трдельники и виды на Коломну.
Рядом с Лидвалем и Нобелем
Жилой комплекс по проекту мастерской Анатолия Столярчука в Нейшлотском переулке: аккуратная смена масштаба, дань памяти места, финские дополнения к функциональной типологии – в частности, сауны в квартирах, и планы получения сертификата BREEAM.
И вонзил в него нож
Лидер Coop Himmelb(l)au Вольф Д. Прикс представил три проекта, которые он реализует сейчас в России: комплекс в Крыму в Севастополе – который, как оказалось, можно строить, минуя санкции, потому что это объект культуры; «СКА Арену» на месте разрушенного модернистского здания СКК в Петербурге – его на презентации символизировал разрезаемый архитектором торт – и музыкально-театральный комплекс в Кемерове.
Самый «зеленый»
West Mall на Большой Очаковской улице станет первым в России торговым центром, построенным по международным экологическим стандартам с применением зеленых технологий. Заказчик проекта, компания «Гарант-Инвест», планирует сертифицировать его по стандартам BREEAM и LEED.
Серебряная хижина
Интровертный дом от SA lab со ставнями и рассчитанном алгоритмами окном в кровле дает возможность для уединения и созерцательного отдыха.
Альпийские луга на крышах
Бюро Benthem Crouwel выиграло конкурс на проект многофункционального комплекса в Праге: на кровлях планируется воспроизвести флору горных массивов Чехии.
Отель на понтонах
Инициативный проект Антона Кочуркина и Аллы Чубаровой представляет собой модульный отель на понтонных – или бетонных – платформах. Группы модулей могут складываться в любые рисунки.
«Открытый город»: Археология будущего
Начинаем публиковать проекты воркшопов «Открытого города» 2021 – фестиваля архитектурного образования, который ежегодно проводит Москомархитектура. Первый проект – Археология будущего, курировали Даниил Никишин, Михаил Бейлин / Citizenstudio.
Третья ипостась Билярска
Проект-победитель конкурса Малых городов: культурно-рекреационный кластер, деликатно вписанный в ландшафт заповедника, который расширяет пространство паломнического центра «Святой ключ» неподалеку от древней столицы Волжской Булгарии.
«Маленькие миры»
Жилой комплекс в Кортрейке для молодых пациентов с ранней деменцией и пожилых людей, переживших инсульт или же страдающих соматоформными расстройствами, воплощает собой концепцию «невидимой заботы». Авторы проекта – Studio Jan Vermeulen совместно с Tom Thys Architecten.
Непрерывность путей
Квартал 5B по проекту бюро Raum в Нанте соединяет офисы и мастерские железнодорожной компании, городской паркинг и доступное жилье.
Растворение с углублением
Обнародован проект реконструкции Шестигранника Жолтовского для Музея современного искусства «Гараж». Его авторы – знаменитое японское бюро SANAA, известное крайней тонкостью решений и интересом к современному искусству. Проект предполагает появление под павильоном подземного пространства с большим безопорным выставочным залом и хранением, а также максимально возможную проницаемость верхней части здания.
Таежными тропами
Благоустройство живописного, но труднодоступного маршрута в пермском заповеднике Басеги призвано помочь туристам во время восхождения как физически, предоставляя места для отдыха и обогрева, так и духовно, открывая самые красивые места без ущерба для экосистемы.
Парковый узел
Проект «Супер-парка Яуза» предлагает связать несколько известных парков на северо-востоке Москвы велопешеходным и беговым маршрутом, улучшив проницаемость этой части города и, кроме того, соединив части двух крупных туристических маршрутов Москвы и Подмосковья. Это своего рода проект-шарнир.
Город-впечатление
Проект-победитель конкурса Малых городов для Мосальска предполагает создание цепочки разнообразных пространств, которые привлекут туристов и сделают досуг горожан более насыщенным.
Ритмическое соответствие
Дом первой очереди проекта Ленинский, 38 – светлая пластина, вытянутая в глубине участка параллельно проспекту – можно рассматривать как пример баланса контекстуальной уместности и пластической, также как и фактурной, детализации, организованной сложным, но достаточно строгим ритмом.
Стереоскопичность и непрагматичность
Экспозиционный дизайн, реализованный Сергеем Чобаном и Александрой Шейнер для выставки, которая справедливо претендует на роль главного художественного события года, активно реагирует на ее содержание и даже интерпретирует его, буквально вылепливая в залах ГТГ «пространство Врубеля». Разбираемся, как оно выстроено и почему.
Дом среди холмов
Вилла на юге Португалии по проекту бюро Promontorio и Жуана Краву – архетипическое огражденное пространство среди ландшафта.
Спасение Саут-стрит глазами Дениз Скотт Браун
Любое радикальное вмешательство в городскую ткань всегда вызывает споры. Джереми Эрик Тененбаум – директор по маркетингу компании VSBA Architects & Planners, писатель, художник, преподаватель, а также куратор выставки Дениз Скотт Браун «Wayward Eye» на Венецианской биеннале – об истории масштабного проекта реконструкции Филадельфии, социальной ответственности архитектора, балансе интересов и праве жителей на свое место в городе.
Когда стемнеет
Проект-победитель конкурса Малых городов предлагает подчеркнуть двойственный характер Гурьевского парка и сделать его интересным для посещения в вечернее время.
Злободневное
Megabudka опубликовали в инстаграме собственный «проект капитального ремонта здания ТАСС» – в виде небоскреба. Такого рода полезные шутки становятся распространенными; но в данном случае ироническое предложение перекликается не только с актуальной московской повесткой, но и с историей места.
Укорененный музей
В Гонконге открылся музей M+ по проекту архитекторов Herzog & de Meuron – флагманский проект нового Культурного района Западного Коулуна.
Небоскреб на биомассе
В ходе Конференции ООН по изменению климата в Глазго архитекторы SOM представили проект Urban Sequoia – небоскреба, поглощающего CO2 из атмосферы.
Эконом-вилла
Доступный, просторный и эстетичный каркасный дом от бюро ISAEV architects предназначен для отдыха от города и созерцания природы.