Архитектурные заметки о БКЛ.
Часть 1

Александр Змеул много знает о метро, в том числе московском, и сейчас, с открытием БКЛ, мы попросили его написать нам обзор этого гигантского кольца – говорят, что самого большого в мире, – с точки зрения архитектуры. В первой части: имена, проектные компании, относительно «старые» станции и многое другое. Получился, в сущности, путеводитель по новой части метро.

13 Марта 2023

Исследование

Архитектура

«Забилось сердце московского метро» – нет, это не из репортажей месяца мая 1935 года, когда открылись первые станции столичного метрополитена, а из промо-кампании, запущенной в марте 2023 по случаю полного открытия Большой кольцевой линии (БКЛ). Сердце – может быть и не сердце, но, определенно, самый амбициозный транспортный проект города за последние десятилетия. Более 70 километров, 31 станция. Власти утверждают, что это самая протяженная кольцевая линия метрополитена в мире. БКЛ открывали на протяжении пяти лет, в нее же вошел и радикально реконструированный участок из трех станций, построенных еще в 1969 году.

zooming — БКЛ. 2023

Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру

Станции московского метро – парадоксальный феномен, постоянно развивающийся с 1935 года архитектурный ансамбль. Строятся новые станции и линии, реконструируются существующие, появляются новые конструктивные решения и строительные технологии, одно поколение архитекторов сменяет другое. Платформенные части подземных станций московского метро одновременно служат и интерьером – для тех, кто попадает с поверхности, и фасадом – для тех, кто выходит из вагона. Станции московского метро – самый посещаемый объект архитектуры, ежедневно каждой станцией пользуются десятки тысяч человек. При этом на протяжении девяностых и отчасти двухтысячных проектирование метро находилось на периферии внимания, что объяснялось резким спадом финансирования и как следствие – резким сокращением объема строительства. Одни и те же проекты, родом еще из конца восьмидесятых, буквально десятилетиями «блуждали» между разными станциями в поисках возможности реализации. Безусловно в двухтысячные появлялись и новые интересные высказывания, связанные с развитием облика очень распространенной в то время односводчатой станции или внедрением яркого цвета. Но в основном станции метро были оплотом консерватизма, груз «дворцовости», заложенный в тридцатые годы, и окончательно сформировавшийся в пятидесятые, бесконечно довлел.

При создании БКЛ не стояла задача создания образного единства, речь шла прежде всего о создании индивидуального облика станций. Для этого были привлечены самые разные архитекторы, как имевшие до этого опыт создания объектов метрополитена, так и те, для кого этот опыт оказался новым.

Существовавшие до этого в Москве два кольца скоростного внеуличного транспорта – Кольцевая линия метро и Московское центральное кольцо (МЦК), обладают образным единством. Двенадцать станций Кольцевой линии, открытые в 1950–1954 годах, при всем стилистическом разнообразии были объединены высокой степенью репрезентативности и декоративности, а также проникнуты темой триумфа советского народа – победителя в Великой отечественной войне и последующей мирной жизни.

Малое кольцо Московской железной дороги было открыто в 1908 году и использовалось фактически только для грузового движения. Тем не менее на остановочных пунктах были построены краснокирпичные вокзалы в стиле модерн проекту архитекторов Александра Померанцева и Николая Марковникова. При открытии в 2016 году на базе МК МЖД пассажирского МЦК остановочные пункты были размещены в других местах, а образ пассажирских терминалов намеренно не имел преемственности со старыми краснокирпичными вокзалами. Новые терминалы были абсолютно противоположны: это белоснежные модернистские сооружения, отсылающие к образу океанского лайнера.

На БКЛ целостность возникает лишь на отдельных участках, которые объединены, прежде всего, типом конструкции и иногда – одними и теми же проектировщиками.

Кто все эти люди?

Определить проектировщиков современных станций московского метро не так-то просто. Первый участок БКЛ, открывшийся в 2018 году, был полностью спроектирован институтом «Метрогипротранс», который на протяжении десятилетий выступал фактически монополистом в создании облика станций московского метро.

Затем схема изменилась: холдинг «Мосинжпроект», принадлежащий Москве, стал оператором программы развития московского метрополитена, то есть генеральным проектировщиком и генеральным подрядчиком по строительству станций метро. Далее проектирование станций отдается на подряд самым разным компаниям: другим городским структурам, в частности, институтам «Мосинжпроект» и «Моспромпроект», частными компаниями из Москвы («Метрогипротранс», «Инжпроект»), либо из других городов, это, к примеру, «Ленметрогипротранс» и «Минскметропроект». Ранее проектированием занималась также компания «Бустрен», она специализировалась на станциях так называемого «мадридского» или «испанского» проекта с береговыми платформами и путями посередине. При этом станции периодически передавали от одних проектировщиков к другим, в структурах того же «Мосинжпроекта» постоянно происходили реорганизации, а значительная часть архитекторов «Метрогипротранса» в процессе строительства станций перешла на работу в институт «Мосинжпроект». Поэтому корректно определить проектную организацию и авторский коллектив тех или иных станций не всегда представляется возможным.

Для определения архитектурного облика семи станций было проведено три архитектурных конкурса и это действительно большая победа главного архитектора Москвы Сергея Кузнецова. Он смог «пробить» не только саму идею конкурсов на одну из самых сложных и консервативных типологий, но и добиться реализации практически всех проектов. Благодаря конкурсам на БКЛ появились станции, спроектированные архитекторами, работающими в совершенно разной стилистике: АБТБ, Buromoscow, za bor architects, АрхСлон, Blank Architects, AI architects. Им же досталась и еще одна станция вне конкурса. Выбор жюри подтверждало голосование на «Активном гражданине» – сервисе электронных голосований правительства Москвы.

Проектирование станций БКЛ в очередной раз поставило вопрос об отсутствии каких-либо правовых механизмов реализации победивших проектов. Это было особенно заметно в конкурсе на станции «Марьина Роща», «Рижская», «Сокольники», проектировщиком которых выступал «Метрогипротранс». Он должен был заключить договоры с победителями конкурсов, и в случае с «Марьиной рощей» и «Рижской» это было сделано. Однако в проекты-победители были внесены достаточно радикальные дополнения, поэтому «Метрогипротранс» можно считать полноценным соавтором архитектурных решений. А образ «техногенного леса», придуманный MAParchitects для станции «Сокольники» (первоначальное название «Стромынка»), так и остался нереализованным. Станция была построена по совершенно другому проекту того же «Метрогипротранса».

На станциях БКЛ, как и на других станциях московского метро последнего времени, размещены таблички с информацией о создателях станций. Там указаны руководители строительства (много), архитекторы, без упоминания проектных институтов, но в случае конкурсных станций – с названиями бюро, впрочем, иногда без фамилий собственно архитекторов. И есть загадочные проектировщики – это кто? Архитекторы, конструкторы, проектные менеджеры?

Первый участок

Первым современным участком БКЛ стали станции, открывшиеся в 2018 году. Это был проект архитекторов «Метрогипротрнаса» под руководством Николая Шумакова, авторский коллектив возглавил Александр Орлов. Это, без сомнения, одни из лучших проектов в портфолио этих архитекторов, создавших огромное количество станций метро на протяжении десятилетий, но также это и одни из лучших станций на БКЛ.

Участок трактовался как единый ансамбль: «не одна, отдельно взятая станция, а линия… становится одним композиционным элементом в системе московского метрополитена». Строго говоря подобные решения встречались и раньше, но они были скорее вынужденными: так, в шестидестятые годы пресловутые «сороконожки» по две-четыре станции отличались лишь элементами отделки (такой пример есть и на БКЛ, это реконструированный участок Каховской линии). Есть узнаваемый образ и у наземных станций Филевской линии.

Четыре станции: «Шелепиха», «Хорошевская», «ЦСКА», «Петровский парк», – построены по более или менее идентичному проекту и решены с помощью набора одних и тех же приемов. Эти станции при значительной глубине залегания по типу строительства относятся к станциям колонным мелкого заложения. Благодаря удачному конструктивному решению и интересным архитектурным приемам станции действительно стали новым этапом в решении излюбленной задачи проектировщиков метро. Прежде всего это преодоление ощущения «подземности», о котором говорили еще архитекторы первых станций московского метро.

На всех станциях первого участка использованы общие приемы. Так, колонны отделаны двумя материалами: темным металлом и натуральным камнем, причем ширина металлической части уже, чем каменной, при этом каменная часть увеличивается кверху, а под сводом и колонная часть в целом тоже расширяется. Ощущение, что свод держат достаточно тонкие колонны. Потолок на всех станциях отделан двумя типами материалов – «плоским» реечным подвесным потолком черного цвета и «гнутыми» алюминиевыми панелями-парусами. Еще один общий прием – сплошная лента светильников, подвешенных на кронштейнах с двух сторон платформы.

Современнее всего смотрится станция «Шелепиха», здесь гнутые панели на потолке сделаны желтыми, что сразу придает станции узнаваемый вид.

Оформление «Хорошевской» и «Петровского парка» кажется менее эффектным и более традиционным, возможно из-за того, что потолок изготовлен из белых светоотражающих материалов, а колонны отделаны благородным камнем фиолетово-сиреневого и зеленого цветов с белыми прожилками. Это, по идее, должно символизировать пересадку на линии соответствующего цвета, однако эта отсылка не очень читается. На «Петровском парке» присутствует еще и балкон, с помощью которого организована пересадка на станцию «Динамо».

Главным хитом первого участка стала станция «ЦСКА», которая насыщена художественным оформлением, посвященным спортивному клубу армии – это, прежде всего плафон с различными видами спорта и скульптуры спортсменов ЦСКА. На других станциях первого участка БКЛ художественное оформление тоже присутствовало, но гораздо более скромное, работы размещались в вестибюлях и на эскалаторных галереях. Подробнее про художественное оформление БКЛ – во второй части заметок.

В рамках первого участка БКЛ были созданы и интересные наземные сооружения, так, на «Хорошевской» это – здание, совмещающее вход в метро на первом уровне и здание отдыха локомотивных бригад на втором. Это сложное в плане сооружение с интересными приемами: смелой компоновкой разных объемов драматичной остроконечной консолью, опорами, стоящими под разными углами и даже внутренним двориком.

Спустя пять лет, в 2023 году на БКЛ появилась станция «Сокольники» – посвящение первым строителям метро тридцатых. Она создана тем же авторским коллективом, что и первый участок. Станция «Сокольники» буквально собрана из элементов и приемов первого участка. Светильники – те же самые, подвесные, потолок, собранный из двух типов панелей, тот же. Цвет колонн – как на «Шелепихе», балкон – как на «Петровском парке», печать на панелях на потолке – как на «ЦСКА». Единственное, что не взяли на вооружение – оригинальную форму колонн. При этом станция перенасыщена художественным оформлением, оно на стенах, потолке, балконах – все это коллажи на тему строительства первой очереди метро.

Честно говоря, это выше моего понимания: сделали отличные четыре станции, вошли в историю как проектировщики первых современных станций БКЛ – зачем теперь косплеить самих себя пятилетней давности?

Модно – инстаграмно

Облик значительной части станций БКЛ формируется на стыке интерьерного дизайна, общественных пространств и паблик-арта. Это могут быть станции как одноплатформенные колонного типа: с одним рядом колонн или с двумя, так и станции с береговыми платформами, где пути проходят посередине. Здесь задача архитекторов – найти нестандартный ход, материал, решение, которое может быть сразу считываемым и запоминающимся. На этих станциях нет традиционного для станций советского времени художественного оформления, так как элементы, созданные архитекторами, вполне самодостаточны. А мир пояснительных записок и пресс-релизов раскрывает новые смыслы, которые не всегда возможно считать без подсказки.

Одна из самых ярких во всех смыслах станций такого типа – «Новаторская» (2021), образ которой построен на простом, но оригинальном приеме. Ее авторы – Моспромпроект, архитекторы Александр Вигдоров, Сергей Каретников. Здесь главный элемент – разноформатные вертикальные панели, подвешенные к потолку, они сделаны из триплекса с цветной пленкой оранжевого цвета трех оттенков. Все остальные элементы станции выполнены довольно нейтральными и служат лишь фоном для панелей: черный потолок и путевые стены, один ряд светлых колон. Описание на сайте стройкомплекса Москвы гласит: «создаваемая стеклом» параметрическая композиция вызывает ассоциации с образом солнца, огня и энергии новаторства».

Еще одна станция с оригинальным обликом – «Воронцовская», создана тем же авторским коллективом, что и расположенная по соседству «Новаторская». Станция также пользуется популярностью у любителей запрещенных социальных сетей. Здесь условно космический дизайн, что объясняется проектным названием станции – «Калужская» и ассоциативным рядом «Калуга – Циолковский – Космос». Образ станции построен на сочетании параметрического потолка – «млечного пути» на всей платформой, собранного из нескольких тысяч «тарелок» и восьмиугольных колонн сложной геометрии.

Оригинальный ход найден на «Аминьевской» (2021). Здесь потолок сделан с помощью панелей, которые подвешены под углом, что парадоксальным образом отсылает к вернакулярной архитектуре – он как будто «сплетен» из прутьев.

«Мичуринский проспект» (2021) и вовсе оформлен в условно-китайской стилистике, что объясняется тем, что эту станцию, как и прилегающий участок БКЛ, строила китайская подрядная компания. Образ станции строится на сочетании красных лакированных порталов (так обыграны колонны), черного потолка и панелей, которые размещены так же вертикально, как и на «Новаторской». Подсвеченные изнутри панели чередуются: на одной половине китайские орнаменты нанесены методом лазерной резки, на другой – на поверхность.

«Проспект Вернадского» и «Зюзино» скромнее и похожи решением потолка, их образ строится прежде всего на квадратных светильниках. На «Зюзино» (2021) потолок собран из панелей разных оттенков серого, подвешенных на разном уровне. На их фоне выделяются достаточно объемные квадратные светильники. Подключив немного фантазии, можно представить, что это – подвешенный к потолку перевернутый макет какого-нибудь микрорайона. На «Проспекте Вернадского» (2021) потолок менее объемный, но в целом образ станции более репрезентативен – два ряда черных колонн и балкон.

В этом же ряду двухплатформенные «Текстильщики» и «Печатники», спроектированные «Ленметрогипротрансом». На станции «Текстильщики» (2023) главный элемент – опять же потолок: двухуровневый, с проемами с закарнизным светом. Абрисы проемов в виде арок должны вызывать «ассоциацию с геометрией вязального или ткацкого станка». Тему станка «подхватывают» и ламели, установленные между колоннами между путями. «Печатники» (2023) решены в черно-серо-белой гамме, привычной для многих станций БКЛ, а еще – «характерной для типографии». Но решений, которые быстро считываются, здесь нет, хотя станция сделана вполне добротно, есть отдельные элементы, обыгрывающие тему типографии. Это, к примеру, светильники, напоминающие гранки, – в переходе на радиальную станцию.

Впрочем, происхождение топонима «Печатники» не имеет отношения к печатному делу, но здесь народная этимология стала вполне официальной.

Между тем высшая точка в создании станций такого типа, и самое лаконичное и при этом цельное высказывание – станция «Мнёвники» (2021), построенная по проекту АБТБ. Проект Тимура Башкаева был выбран на конкурсе, однако уже в процессе реализации конструкция станции была изменена на колонную трехпролетную. Основная идея конкурсного проекта была в красных элементах, которые пронизывали все уровни станции и служили главным объединяющим началом. При перепроектировании ее удалось сохранить: в центре зала создан красный портал, в сущности, самостоятельный арт-объект. Он реализован достаточно простым способом: четыре колонны облицованы красным, между ними – перекрытие из аналогичного материала. Конечно, этот объект отсылает к эпохе русского авангарда. Но платформенная часть это еще и метафора метро в целом – красный элемент посредине «нанизан» на световод словно станции – небольшие точки на линиях тоннельных перегонов.

Старая гвардия

Архитекторами «Метрогипротранса» были спроектированы «от и до» еще три станции. Они были открыты в 2020 году, до полного открытия БКЛ временно действовали в составе Некрасовской линии, и, на мой взгляд, были незаслуженно обделены вниманием.

Это станции «Авиамоторная» и «Лефортово» (арх. Л. Борзенков) и «Электрозаводская» (арх. А. Некрасов), все – колонные мелкого заложения с одной платформой. Тем не менее интересно посмотреть на то, что нового предложили архитекторы, которые определяли облик московского метро на протяжении девяностых – двухтысячных. Леонид Борзенков и Александр Некрасов, как и Александр Орлов, на протяжении многих лет работали в «Метрогипротрансе» под началом Николая Шумакова. На одной только БКЛ они спроектировали 12 станций. Сейчас архитектурное подразделение «Метрогипротранса» возглавляет Леонид Борзенков.

Леонид Борзенков начинал еще в конце советской власти, он принимал участие в проектировании станции «Черкизовская» (1990).

К его же интересным реализованным проектам относятся надземная Бутовская линия (2003), станции «Жулебино» и «Лермонтовский проспект» (2013), где он активно внедрял яркие цвета, парадоксальный «Мичуринский проспект» (2018). Для двух станций БКЛ он выбрал черно-белую стилистику, начатую им еще на одной удачной станции – «Новокосино» (2012). Обе его станции на БКЛ тонко прорисованы, при этом если «Лефортово» отсылает к теме прошлого (станция-гравюра), то «Авиамоторная», с ее авиационной тематикой, – к будущему. При этом обе станции современны, в них нет скатывания в ретро-линию, и графичны: сочетание черного, белого и оттенков серого достигается благодаря использованию натурального камня, фибробетона, способного имитировать любой материал, и алюминиевых панелей.

Итак, «Лефортово» (2020) – станция-гравюра, отсылающая к историческому наследию района. Один из самых удачных приемов на станции – ритм повторяющихся «порталов», созданных с помощью облицовки бело-серыми панелями. Они переходят с путевой стены на потолок и затем на противоположную стену. Тему гравюры развивают две художественные композиции, стилизованные под гравюры петровского периода, – художников Петра Радимова, Корнила Пузанкова и Александра Панова. Композиция с гербом Франца Лефорта размещена в круглом плафоне кассового зала, а работа с фрагментом фасада Лефортовского дворца и его отражением размещена в наземном вестибюле.

«Авиамоторная» (2020) отсылает к авиационной тематике – в ее архитектуре можно увидеть аллюзии и на элементы самолета, и на воздушные потоки. Так, форма колонн напоминает фюзеляж самолета, причем это «работает» в разных плоскостях. С одной стороны это белый фюзеляж, с другой – серебристый, причем световые «капители» на потолке напоминают хвост самолета. В строящемся переходе на «Авиамоторную» Калининской линии появятся художественные композиции на тему авиации художника Александра Рукавишникова. Здесь же будет размещена скульптурная композиция «Икар» Анатолия Мосийчука, которая ранее украшал торец «Авиамоторной» – радиальной. Композиция несколько терялась в сочетании с золотым сводом станции, теперь же она будет размещена на темной гранитной стене, который будет подчеркивать достоинства работы.

Еще одна станция – «Электрозаводская» (2020), создана Александрым Некрасовым. Он начинал свою работу в тандеме с Александром Орловым, тем самым, который работал над станциями первого участка БКЛ. Вместе они сделали «Печатники» и «Братиславскую» (1995), «Аннино» (2001), «Международную» (2006), «Строгино» (2008), «Волоколамскую» (2009). К его самостоятельным работам относятся станции «Бутырская» и «Фонвизинская» (2016).

Почерк Некрасова достаточно лапидарен, что в значительной большей степени проявилось на «Электрозаводской». Конструкция этой колонной станции достаточно оригинальна – над одним из путей устроена галерея, ведущая к выходу. На противоположной к галере путевой стене во всю длину и высоту расположено панно Александра Рукавишникова «Битва героев», самое большое панно в метро. Конечно, это панно невозможно осмотреть, можно только изучать его последовательно частями, двигаясь вдоль платформы. Но фрагменты панно можно увидеть и через огромные иллюминаторы с уровня галереи. Наземный вестибюль – круглый в плане, эта форма периодически возникает в архитектуре московского метро.

Единство наземной и подземной частей

Но не только архитекторам старой или, если хотите, классической школы «Метрогипротранса» удалось сделать станции, в которых тема протянута от платформенной до наземной части.

Рекордсменами стали AI architects со станцией «Кунцевская», где они сделали не только платформенную часть и вестибюль, но и наземные павильоны и благоустройство – небольшой сквер над станцией.

Сама станция крайне неудачной конструкции: с двумя платформами, путями посередине, при этом колонны расположены непосредственно на платформах и занимают их значительную часть. Эту тяжеловесность архитекторы решили не скрывать, а, наоборот, подчеркнуть. В отделке применен один материал – серое терраццо, состоящее из осколков камня, скрепленных цементом. В данном случае – в ключевых местах на станции использовано настоящее терраццо с поблескивающими вкраплениями белого кварца, а в дополнительных пространствах, к примеру, на эскалаторах, – имитация.

Между колоннами установлены массивные круглые светильники, отделанные, так же, как и стены, колонны, потолок. Тему, придуманную для платформенной части, архитекторы продолжили наверху. Входные павильоны так же облицованы материалом под терраццо, а безнадежную зону вдоль шумного Рублевского шоссе превратили в небольшой парк с холмами, на которых высажены деревья. Остроумнее всего решена главная проблема современных станций метро – наличие огромного количества вентиляционных киосков на поверхности. Их заключили в цилиндрические формы, повторяющие форму светильников на станции. Радиусная форма поддержана и в изгибах бордюров, ограждающих газоны. Из любимых элементов московского благоустройства здесь присутствует амфитеатр.

На противоположном к «Кунцевской» полюсе находится станция «Кленовый бульвар» (2023), спроектированная бюро АрхСлон, она гораздо более многословна и театральна, но безусловно интересна. Формальной отсылкой стал находящийся рядом со станцией музей-заповедник «Коломенское», вернее два его слоя. Первый – древнерусская архитектура, правда авторы апеллируют не к подлинному памятнику – церкви Вознесения, а к образу так называемого «дворца Алексея Михайловича». Сам дворец – воссоздание времен Юрия Лужкова, не очень точная реплика деревянного здания, разобранного при Екатерине II. Второй слой, которым вдохновлена станция – Дьяковская археологическая культура позднего бронзового века, она даже называется по имени села Дьякова, которое составляет сейчас с селом Коломенским единый ансамбль и заповедник.

Обе темы: древнерусская и археологическая, – были значительно переработаны и решены современным, хотя, может быть, и чересчур многословным языком. В какие-то моменты на станции возникает переизбыток впечатлений, – вероятно, это можно объяснить тем фактом, что авторы проекта, команда АрхСлон, специализируются на создании интерьерных пространств.

Самая очевидная и прямая отсылка читается в надземном павильоне, который в разрезе представляет собой «современное прочтение силуэтов Коломенского». Далее пассажир попадает в несколько более нейтральное пространство распределительного зала: здесь колонны с градиентом, переходящим от черного к белому, с подсветкой наверху, что зрительно отрывает их от потолка, контрастные стены – белые и черные, серый потолок с точечными, словно звезды раскиданными, светильниками. Затем идет самая спорная часть станционного комплекса – она начинается от турникетов, переходит в эскалаторный наклонный ход, продолжается в подходных пешеходных коридорах, ведущих к лестницам на платформы. Весь этот путь решен в черном цвете, что вместе со сложной компоновкой станции придает пространству несколько мистический характер.

Платформенная часть не столь радикальна. Плитка на стенах и на полу уложена по диагонали, как и на стенах лестничных сходов к платформе – это отсылка к «сетчатой» керамике Дьяковской культуры, украшенной отпечатками грубых тканей и даже рыболовных сетей. Белые полусводы аналогичны тем, что использованы во входном павильоне. Завершающий штрих – белые скамейки-валуны: не самые функциональные, но уж точно запоминающиеся.

Продолжение следует.