Архитектурные заметки о БКЛ.
Часть 1

Александр Змеул много знает о метро, в том числе московском, и сейчас, с открытием БКЛ, мы попросили его написать нам обзор этого гигантского кольца – говорят, что самого большого в мире, – с точки зрения архитектуры. В первой части: имена, проектные компании, относительно «старые» станции и многое другое. Получился, в сущности, путеводитель по новой части метро.

mainImg
«Забилось сердце московского метро» – нет, это не из репортажей месяца мая 1935 года, когда открылись первые станции столичного метрополитена, а из промо-кампании, запущенной в марте 2023 по случаю полного открытия Большой кольцевой линии (БКЛ). Сердце – может быть и не сердце, но, определенно, самый амбициозный транспортный проект города за последние десятилетия. Более 70 километров, 31 станция. Власти утверждают, что это самая протяженная кольцевая линия метрополитена в мире. БКЛ открывали на протяжении пяти лет, в нее же вошел и радикально реконструированный участок из трех станций, построенных еще в 1969 году.
БКЛ. 2023
Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру

Станции московского метро – парадоксальный феномен, постоянно развивающийся с 1935 года архитектурный ансамбль. Строятся новые станции и линии, реконструируются существующие, появляются новые конструктивные решения и строительные технологии, одно поколение архитекторов сменяет другое. Платформенные части подземных станций московского метро одновременно служат и интерьером – для тех, кто попадает с поверхности, и фасадом – для тех, кто выходит из вагона. Станции московского метро – самый посещаемый объект архитектуры, ежедневно каждой станцией пользуются десятки тысяч человек. При этом на протяжении девяностых и отчасти двухтысячных проектирование метро находилось на периферии внимания, что объяснялось резким спадом финансирования и как следствие – резким сокращением объема строительства. Одни и те же проекты, родом еще из конца восьмидесятых, буквально десятилетиями «блуждали» между разными станциями в поисках возможности реализации. Безусловно в двухтысячные появлялись и новые интересные высказывания, связанные с развитием облика очень распространенной в то время односводчатой станции или внедрением яркого цвета. Но в основном станции метро были оплотом консерватизма, груз «дворцовости», заложенный в тридцатые годы, и окончательно сформировавшийся в пятидесятые, бесконечно довлел.
 
При создании БКЛ не стояла задача создания образного единства, речь шла прежде всего о создании индивидуального облика станций. Для этого были привлечены самые разные архитекторы, как имевшие до этого опыт создания объектов метрополитена, так и те, для кого этот опыт оказался новым.
БКЛ. 2023
Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру

Существовавшие до этого в Москве два кольца скоростного внеуличного транспорта – Кольцевая линия метро и Московское центральное кольцо (МЦК), обладают образным единством. Двенадцать станций Кольцевой линии, открытые в 1950–1954 годах, при всем стилистическом разнообразии были объединены высокой степенью репрезентативности и декоративности, а также проникнуты темой триумфа советского народа – победителя в Великой отечественной войне и последующей мирной жизни.
 
Малое кольцо Московской железной дороги было открыто в 1908 году и использовалось фактически только для грузового движения. Тем не менее на остановочных пунктах были построены краснокирпичные вокзалы в стиле модерн проекту архитекторов Александра Померанцева и Николая Марковникова. При открытии в 2016 году на базе МК МЖД пассажирского МЦК остановочные пункты  были размещены в других местах, а образ пассажирских терминалов намеренно не имел преемственности со старыми краснокирпичными вокзалами. Новые терминалы были абсолютно противоположны: это белоснежные модернистские сооружения, отсылающие к образу океанского лайнера.
 
На БКЛ целостность возникает лишь на отдельных участках, которые объединены, прежде всего, типом конструкции и иногда – одними и теми же проектировщиками.
БКЛ. 2023
Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру
Кто все эти люди?
Определить проектировщиков современных станций московского метро не так-то просто. Первый участок БКЛ, открывшийся в 2018 году, был полностью спроектирован институтом «Метрогипротранс», который на протяжении десятилетий выступал фактически монополистом в создании облика станций московского метро.
 
Затем схема изменилась: холдинг «Мосинжпроект», принадлежащий Москве, стал оператором программы развития московского метрополитена, то есть генеральным проектировщиком и генеральным подрядчиком по строительству станций метро. Далее проектирование станций отдается на подряд самым разным компаниям: другим городским структурам, в частности, институтам «Мосинжпроект» и «Моспромпроект», частными компаниями из Москвы («Метрогипротранс», «Инжпроект»), либо из других городов, это, к примеру, «Ленметрогипротранс» и «Минскметропроект». Ранее проектированием занималась также компания «Бустрен», она специализировалась на станциях так называемого «мадридского» или «испанского» проекта с береговыми платформами и путями посередине. При этом станции периодически передавали от одних проектировщиков к другим, в структурах того же «Мосинжпроекта» постоянно происходили реорганизации, а значительная часть архитекторов «Метрогипротранса» в процессе строительства станций перешла на работу в институт «Мосинжпроект». Поэтому корректно определить проектную организацию и авторский коллектив тех или иных станций не всегда представляется возможным.
 
Для определения архитектурного облика семи станций было проведено три архитектурных конкурса и это действительно большая победа главного архитектора Москвы Сергея Кузнецова. Он смог «пробить» не только саму идею конкурсов на одну из самых сложных и консервативных типологий, но и добиться реализации практически всех проектов. Благодаря конкурсам на БКЛ появились станции, спроектированные архитекторами, работающими в совершенно разной стилистике: АБТБ, Buromoscow, za bor architects, АрхСлон, Blank Architects, AI architects. Им же досталась и еще одна станция вне конкурса. Выбор жюри подтверждало голосование на «Активном гражданине» – сервисе электронных голосований правительства Москвы.
Станция метро Терехово
Фотография © Влад Феоктистов / предоставлена BuroMoscow

Проектирование станций БКЛ в очередной раз поставило вопрос об отсутствии каких-либо правовых механизмов реализации победивших проектов. Это было особенно заметно в конкурсе на станции «Марьина Роща», «Рижская», «Сокольники», проектировщиком которых выступал «Метрогипротранс». Он должен был заключить договоры с победителями конкурсов, и в случае с «Марьиной рощей» и «Рижской» это было сделано. Однако в проекты-победители были внесены достаточно радикальные дополнения, поэтому «Метрогипротранс» можно считать полноценным соавтором архитектурных решений. А образ «техногенного леса», придуманный MAParchitects для станции «Сокольники» (первоначальное название «Стромынка»), так и остался нереализованным. Станция была построена по совершенно другому проекту того же «Метрогипротранса».
Сравнение проектов станции Стромынка (Сокольники) БКЛ: вверху конкурсный проект MAParchitects, внизу переработанный проект Метрогипротанса
Иллюстрация из статьи «Проект Россия», посвященной сравнению конкурсных проектов на станции метро и их последующего развития и искажения: Юлия Шишалова. Найдите 9 отличий: ревизия конкурсов на метро // Проект Россия. 31.08.2020

На станциях БКЛ, как и на других станциях московского метро последнего времени, размещены таблички с информацией о создателях станций. Там указаны руководители строительства (много), архитекторы, без упоминания проектных институтов, но в случае конкурсных станций – с названиями бюро, впрочем, иногда без фамилий собственно архитекторов. И есть загадочные проектировщики – это кто? Архитекторы, конструкторы, проектные менеджеры?
Первый участок
Первым современным участком БКЛ стали станции, открывшиеся в 2018 году. Это был проект архитекторов «Метрогипротрнаса» под руководством Николая Шумакова, авторский коллектив возглавил Александр Орлов. Это, без сомнения, одни из лучших проектов в портфолио этих архитекторов, создавших огромное количество станций метро на протяжении десятилетий, но также это и одни из лучших станций на БКЛ.
 
Участок трактовался как единый ансамбль: «не одна, отдельно взятая станция, а линия… становится одним композиционным элементом в системе московского метрополитена». Строго говоря подобные решения встречались и раньше, но они были скорее вынужденными: так, в шестидестятые годы пресловутые «сороконожки» по две-четыре станции отличались лишь элементами отделки (такой пример есть и на БКЛ, это реконструированный участок Каховской линии). Есть узнаваемый образ и у наземных станций Филевской линии.
 
Четыре станции: «Шелепиха», «Хорошевская», «ЦСКА», «Петровский парк», – построены по более или менее идентичному проекту и решены с помощью набора одних и тех же приемов. Эти станции при значительной глубине залегания по типу строительства относятся к станциям колонным мелкого заложения. Благодаря удачному конструктивному решению и интересным архитектурным приемам станции действительно стали новым этапом в решении излюбленной задачи проектировщиков метро. Прежде всего это преодоление ощущения «подземности», о котором говорили еще архитекторы первых станций московского метро.

На всех станциях первого участка использованы общие приемы. Так, колонны отделаны двумя материалами: темным  металлом и натуральным камнем, причем ширина металлической части уже, чем каменной, при этом каменная часть увеличивается кверху, а под сводом и колонная часть в целом тоже расширяется. Ощущение, что свод держат достаточно тонкие колонны. Потолок на всех станциях отделан двумя типами материалов – «плоским» реечным подвесным потолком черного цвета и «гнутыми» алюминиевыми панелями-парусами. Еще один общий прием – сплошная лента светильников, подвешенных на кронштейнах с двух сторон платформы.
 
Современнее всего смотрится станция «Шелепиха», здесь гнутые панели на потолке сделаны желтыми, что сразу придает станции узнаваемый вид.
Станция Шелепиха. БКЛ. 2023
Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру

Оформление «Хорошевской» и «Петровского парка» кажется менее эффектным и более традиционным, возможно из-за того, что потолок изготовлен из белых светоотражающих материалов, а колонны отделаны благородным камнем фиолетово-сиреневого и зеленого цветов с белыми прожилками. Это, по идее, должно символизировать пересадку на линии соответствующего цвета, однако эта отсылка не очень читается. На «Петровском парке» присутствует еще и балкон, с помощью которого организована пересадка на станцию «Динамо».
Станция Петровский парк. Балкон перехода на Динамо. БКЛ. 2023
Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру

Главным хитом первого участка стала станция «ЦСКА», которая насыщена художественным оформлением, посвященным спортивному клубу армии – это, прежде всего плафон с различными видами спорта и скульптуры спортсменов ЦСКА. На других станциях первого участка БКЛ художественное оформление тоже присутствовало, но гораздо более скромное, работы размещались в вестибюлях и на эскалаторных галереях. Подробнее про художественное оформление БКЛ – во второй части заметок.
Станция ЦСКА. БКЛ. 2023
Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру

В рамках первого участка БКЛ были созданы и интересные наземные сооружения, так, на «Хорошевской» это – здание, совмещающее вход в метро на первом уровне и здание отдыха локомотивных бригад на втором. Это сложное в плане сооружение с интересными приемами: смелой компоновкой разных объемов драматичной остроконечной консолью, опорами, стоящими под разными углами и даже внутренним двориком.
 
Спустя пять лет, в 2023 году на БКЛ появилась станция «Сокольники» – посвящение первым строителям метро тридцатых. Она создана тем же авторским коллективом, что и первый участок. Станция «Сокольники» буквально собрана из элементов и приемов первого участка. Светильники – те же самые, подвесные, потолок, собранный из двух типов панелей, тот же. Цвет колонн – как на «Шелепихе», балкон – как на «Петровском парке», печать на панелях на потолке – как на «ЦСКА». Единственное, что не взяли на вооружение – оригинальную форму колонн. При этом станция перенасыщена художественным оформлением, оно на стенах, потолке, балконах – все это коллажи на тему строительства первой очереди метро.
Станция Сокольники. БКЛ. 2023
Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру
Станция Сокольники. БКЛ. 2023
Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру
Станция Сокольники. БКЛ. 2023
Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру

Честно говоря, это выше моего понимания: сделали отличные четыре станции, вошли в историю как проектировщики первых современных станций БКЛ – зачем теперь косплеить самих себя пятилетней давности? 
Модно – инстаграмно
Облик значительной части станций БКЛ формируется на стыке интерьерного дизайна, общественных пространств и паблик-арта. Это могут быть станции как одноплатформенные колонного типа: с одним рядом колонн или с двумя, так и станции с береговыми платформами, где пути проходят посередине. Здесь задача архитекторов – найти нестандартный ход, материал, решение, которое может быть сразу считываемым и запоминающимся. На этих станциях нет традиционного для станций советского времени художественного оформления, так как элементы, созданные архитекторами, вполне самодостаточны. А мир пояснительных записок и пресс-релизов раскрывает новые смыслы, которые не всегда возможно считать без подсказки.
 
Одна из самых ярких во всех смыслах станций такого типа – «Новаторская» (2021), образ которой построен на простом, но оригинальном приеме. Ее авторы – Моспромпроект, архитекторы Александр Вигдоров, Сергей Каретников. Здесь главный элемент – разноформатные вертикальные панели, подвешенные к потолку, они сделаны из триплекса с цветной пленкой оранжевого цвета трех оттенков. Все остальные элементы станции выполнены довольно нейтральными и служат лишь фоном для панелей: черный потолок и путевые стены, один ряд светлых колон. Описание на сайте стройкомплекса Москвы гласит: «создаваемая стеклом» параметрическая композиция вызывает ассоциации с образом солнца, огня и энергии новаторства».
Станция Новаторская. БКЛ. 2023
Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру

Еще одна станция с оригинальным обликом – «Воронцовская», создана тем же авторским коллективом, что и расположенная по соседству «Новаторская». Станция также пользуется популярностью у любителей запрещенных социальных сетей. Здесь условно космический дизайн, что объясняется проектным названием станции – «Калужская» и ассоциативным рядом «Калуга – Циолковский – Космос». Образ станции построен на сочетании параметрического потолка – «млечного пути» на всей платформой, собранного из нескольких тысяч «тарелок» и восьмиугольных колонн сложной геометрии.
Станция Воронцовская. БКЛ. 2023
Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру

Оригинальный ход найден на «Аминьевской» (2021). Здесь потолок сделан с помощью панелей, которые подвешены под углом, что парадоксальным образом отсылает к вернакулярной архитектуре – он как будто «сплетен» из прутьев.
Станция Аминьевская. БКЛ. 2023
Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру

«Мичуринский проспект» (2021) и вовсе оформлен в условно-китайской стилистике, что объясняется тем, что эту станцию, как и прилегающий участок БКЛ, строила китайская подрядная компания. Образ станции строится на сочетании красных лакированных порталов (так обыграны колонны), черного потолка и панелей, которые размещены так же вертикально, как и на «Новаторской». Подсвеченные изнутри панели чередуются: на одной половине китайские орнаменты нанесены методом лазерной резки, на другой – на поверхность.
Станция Мичуринский проспект. БКЛ. 2023
Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру

«Проспект Вернадского» и «Зюзино» скромнее и похожи решением потолка, их образ строится прежде всего на квадратных светильниках. На «Зюзино» (2021) потолок собран из панелей разных оттенков серого, подвешенных на разном уровне. На их фоне выделяются достаточно объемные квадратные светильники. Подключив немного фантазии, можно представить, что это – подвешенный к потолку перевернутый макет какого-нибудь микрорайона. На «Проспекте Вернадского» (2021) потолок менее объемный, но в целом образ станции более репрезентативен – два ряда черных колонн и балкон.
Станция Проспект Вернадского. БКЛ. 2023
Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру
Станция Проспект Вернадского. БКЛ. 2023
Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру

В этом же ряду двухплатформенные «Текстильщики» и «Печатники», спроектированные «Ленметрогипротрансом». На станции «Текстильщики» (2023) главный элемент – опять же потолок: двухуровневый, с проемами с закарнизным светом. Абрисы проемов в виде арок должны вызывать «ассоциацию с геометрией вязального или ткацкого станка». Тему станка «подхватывают» и ламели, установленные между колоннами между путями. «Печатники» (2023) решены в черно-серо-белой гамме, привычной для многих станций БКЛ, а еще – «характерной для типографии». Но решений, которые быстро считываются, здесь нет, хотя станция сделана вполне добротно, есть отдельные элементы, обыгрывающие тему типографии. Это, к примеру, светильники, напоминающие гранки, – в переходе на радиальную станцию.
Станция Печатники. БКЛ. 2023
Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру
Станция Печатники. БКЛ. 2023
Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру

Впрочем, происхождение топонима «Печатники» не имеет отношения к печатному делу, но здесь народная этимология стала вполне официальной.
 
Между тем высшая точка в создании станций такого типа, и самое лаконичное и при этом цельное высказывание – станция «Мнёвники» (2021), построенная по проекту АБТБ. Проект Тимура Башкаева был выбран на конкурсе, однако уже в процессе реализации конструкция станции была изменена на колонную трехпролетную. Основная идея конкурсного проекта была в красных элементах, которые пронизывали все уровни станции и служили главным объединяющим началом. При перепроектировании ее удалось сохранить: в центре зала создан красный портал, в сущности, самостоятельный арт-объект. Он реализован достаточно простым способом: четыре колонны облицованы красным, между ними – перекрытие из аналогичного материала. Конечно, этот объект отсылает к эпохе русского авангарда. Но платформенная часть это еще и метафора метро в целом – красный элемент посредине «нанизан» на  световод словно станции – небольшие точки на линиях тоннельных перегонов.
Станция Нижние Мневники. БКЛ. 2023
Фотография © Илья Иванов / предоставлена АБТБ
Станция Нижние Мневники. БКЛ. 2023
Фотография © Илья Иванов / предоставлена АБТБ
Старая гвардия
Архитекторами «Метрогипротранса» были спроектированы «от и до» еще три станции. Они были открыты в 2020 году, до полного открытия БКЛ временно действовали в составе Некрасовской линии, и, на мой взгляд, были незаслуженно обделены вниманием.

Это станции «Авиамоторная» и «Лефортово» (арх. Л. Борзенков) и «Электрозаводская» (арх. А. Некрасов), все – колонные мелкого заложения с одной платформой. Тем не менее интересно посмотреть на то, что нового предложили архитекторы, которые определяли облик московского метро на протяжении девяностых – двухтысячных. Леонид Борзенков и Александр Некрасов, как и Александр Орлов, на протяжении многих лет работали в «Метрогипротрансе» под началом Николая Шумакова. На одной только БКЛ они спроектировали 12 станций. Сейчас архитектурное подразделение «Метрогипротранса» возглавляет Леонид Борзенков.
 
Леонид Борзенков начинал еще в конце советской власти, он принимал участие в проектировании станции «Черкизовская» (1990).
Станция Черкизовская. БКЛ. 2023
Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру

К его же интересным реализованным проектам относятся надземная Бутовская линия (2003), станции «Жулебино» и «Лермонтовский проспект» (2013), где он активно внедрял яркие цвета, парадоксальный «Мичуринский проспект» (2018). Для двух станций БКЛ он выбрал черно-белую стилистику, начатую им еще на одной удачной станции – «Новокосино» (2012). Обе его станции на БКЛ тонко прорисованы, при этом если «Лефортово» отсылает к теме прошлого (станция-гравюра), то «Авиамоторная», с ее авиационной тематикой, – к будущему. При этом обе станции современны, в них нет скатывания в ретро-линию, и графичны: сочетание черного, белого и оттенков серого достигается благодаря использованию натурального камня, фибробетона, способного имитировать любой материал, и алюминиевых панелей.
 
Итак, «Лефортово» (2020) – станция-гравюра, отсылающая к историческому наследию района. Один из самых удачных приемов на станции – ритм повторяющихся «порталов», созданных с помощью облицовки бело-серыми панелями. Они переходят с путевой стены на потолок и затем на противоположную стену. Тему гравюры развивают две художественные композиции, стилизованные под гравюры петровского периода, – художников Петра Радимова, Корнила Пузанкова и Александра Панова. Композиция с гербом Франца Лефорта размещена в круглом плафоне кассового зала, а работа с фрагментом фасада Лефортовского дворца и его отражением размещена в наземном вестибюле.
Станция Лефортово. Плафон в кассовом зале. БКЛ. 2023
Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру
Станция Лефортово. Входной павильон. БКЛ. 2023
Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру

«Авиамоторная» (2020) отсылает к авиационной тематике – в ее архитектуре можно увидеть аллюзии и на элементы самолета, и на воздушные потоки. Так, форма колонн напоминает фюзеляж самолета, причем это «работает» в разных плоскостях. С одной стороны это белый фюзеляж, с другой – серебристый, причем световые «капители» на потолке напоминают хвост самолета. В строящемся переходе на «Авиамоторную» Калининской линии появятся художественные композиции на тему авиации художника Александра Рукавишникова. Здесь же  будет размещена скульптурная композиция «Икар» Анатолия Мосийчука, которая ранее украшал торец «Авиамоторной» – радиальной. Композиция  несколько терялась в  сочетании с золотым сводом станции, теперь же она будет размещена на темной гранитной стене, который будет подчеркивать достоинства работы.
Станция Авиамоторная. БКЛ. 2023
Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру

Еще одна станция – «Электрозаводская» (2020), создана Александрым Некрасовым. Он начинал свою работу в тандеме с Александром Орловым, тем самым, который работал над станциями первого участка БКЛ. Вместе они сделали «Печатники» и «Братиславскую» (1995), «Аннино» (2001), «Международную» (2006), «Строгино» (2008), «Волоколамскую» (2009). К его самостоятельным работам относятся станции «Бутырская» и «Фонвизинская» (2016).
 
Почерк Некрасова достаточно лапидарен, что в значительной большей степени проявилось на «Электрозаводской». Конструкция этой колонной станции достаточно оригинальна – над одним из путей устроена галерея, ведущая к выходу. На противоположной к галере путевой стене во всю длину и высоту расположено панно Александра Рукавишникова «Битва героев», самое большое панно в метро. Конечно, это панно невозможно осмотреть, можно только изучать его последовательно частями, двигаясь вдоль платформы. Но фрагменты панно можно увидеть и через огромные иллюминаторы с уровня галереи. Наземный вестибюль – круглый в плане, эта форма периодически возникает в архитектуре московского метро.
Единство наземной и подземной частей
Но не только архитекторам старой или, если хотите, классической школы «Метрогипротранса» удалось сделать станции, в которых тема протянута от платформенной до наземной части.
 
Рекордсменами стали AI architects со станцией «Кунцевская», где они сделали не только платформенную часть и вестибюль, но и наземные павильоны и благоустройство – небольшой сквер над станцией.
 
Сама станция крайне неудачной конструкции: с двумя платформами, путями посередине, при этом колонны расположены непосредственно на платформах и занимают их значительную часть. Эту тяжеловесность архитекторы решили не скрывать, а, наоборот, подчеркнуть. В отделке применен один материал – серое терраццо, состоящее из осколков камня, скрепленных цементом. В данном случае – в ключевых местах на станции использовано настоящее терраццо с поблескивающими вкраплениями белого кварца, а в дополнительных пространствах, к примеру, на эскалаторах, – имитация.
Станция Кунцевская. Пример терраццо на платформе. БКЛ. 2023
Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру
Станция Кунцевская. Платформа. БКЛ. 2023
Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру

Между колоннами установлены массивные круглые светильники, отделанные, так же, как и стены, колонны, потолок.  Тему, придуманную для платформенной части, архитекторы продолжили наверху. Входные павильоны так же облицованы материалом под терраццо, а безнадежную зону вдоль шумного Рублевского шоссе превратили в небольшой парк с холмами, на которых высажены деревья. Остроумнее всего решена главная проблема современных станций метро – наличие огромного количества вентиляционных киосков на поверхности. Их заключили в цилиндрические формы, повторяющие форму светильников на станции. Радиусная форма поддержана и в изгибах бордюров, ограждающих газоны. Из любимых элементов московского благоустройства здесь присутствует амфитеатр.

На противоположном к «Кунцевской» полюсе находится станция «Кленовый бульвар» (2023), спроектированная бюро АрхСлон, она гораздо более многословна и театральна, но безусловно интересна. Формальной отсылкой стал находящийся рядом со станцией музей-заповедник «Коломенское», вернее два его слоя. Первый – древнерусская архитектура, правда авторы апеллируют не к подлинному памятнику – церкви Вознесения, а к образу так называемого «дворца Алексея Михайловича». Сам дворец – воссоздание времен Юрия Лужкова, не очень точная реплика деревянного здания, разобранного при Екатерине II. Второй слой, которым вдохновлена станция – Дьяковская археологическая культура позднего бронзового века, она даже называется по имени села Дьякова, которое составляет сейчас с селом Коломенским единый ансамбль и заповедник.
Станция Кленовый бульвар. БКЛ. 2023
Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру
Станция Кленовый бульвар. БКЛ. 2023
Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру

Обе темы: древнерусская и археологическая, – были значительно переработаны и решены современным, хотя, может быть, и чересчур многословным языком. В какие-то моменты на станции возникает переизбыток впечатлений, – вероятно, это можно объяснить тем фактом, что авторы проекта, команда АрхСлон, специализируются на создании интерьерных пространств.
 
Самая очевидная и прямая отсылка читается в надземном павильоне, который в разрезе представляет собой «современное прочтение силуэтов Коломенского». Далее пассажир попадает в несколько более нейтральное пространство распределительного зала: здесь колонны с градиентом, переходящим от черного к белому, с подсветкой наверху, что зрительно отрывает их от потолка, контрастные стены – белые и черные, серый потолок с точечными, словно звезды раскиданными, светильниками. Затем идет самая спорная часть станционного комплекса – она начинается от турникетов, переходит в эскалаторный наклонный ход, продолжается в подходных пешеходных коридорах, ведущих к лестницам на платформы. Весь этот путь решен в черном цвете, что вместе со сложной компоновкой станции придает пространству несколько мистический характер.
Станция Кленовый бульвар. БКЛ. 2023
Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру

Платформенная часть не столь радикальна. Плитка на стенах и на полу уложена по диагонали, как и на стенах лестничных сходов к платформе – это отсылка к «сетчатой» керамике Дьяковской культуры, украшенной отпечатками грубых тканей и даже рыболовных сетей. Белые полусводы аналогичны тем, что использованы во входном павильоне. Завершающий штрих – белые скамейки-валуны: не самые функциональные, но уж точно запоминающиеся.
Станция Кленовый бульвар. БКЛ. 2023
Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру

Продолжение следует. 

13 Марта 2023

Похожие статьи
Годы метро. Памяти Нины Алешиной
Сегодня, 17 июля, исполняется сто лет со дня рождения Нины Александровны Алешиной – пожалуй, ключевого архитектора московского метро второй половины XX века. За сорок лет она построила двадцать станций. Публикуем текст Александра Змеула, основанный на архивных материалах, в том числе рукописи самой Алешиной, с фотографиями Алексея Народицкого.
Мечта в движении: между утопией и реальностью
Исследование истории проектирования и строительства монорельсов в разных странах, но с фокусом мечты о новой мобильности в СССР, сделанное Александром Змеулом для ГЭС-2, переросло в довольно увлекательный ретро-футуристический рассказ о Москве шестидесятых, выстроенный на противопоставлениях. Публикуем целиком.
Модернизация – 3
Третья книга НИИТИАГ о модернизации городской среды: что там можно, что нельзя, и как оно исторически происходит. В этом году: готика, Тамбов, Петербург, Енисейск, Казанская губерния, Нижний, Кавминводы, равно как и проблематика реновации и устойчивости.
Три башни профессора Юрия Волчка
Все знают Юрия Павловича Волчка как увлеченного исследователя архитектуры XX века и теоретика, но из нашей памяти как-то выпадает тот факт, что он еще и проектировал как архитектор – сам и совместно с коллегами, в 1990-е и 2010-е годы. Статья Алексея Воробьева, которую мы публикуем с разрешения редакции сборника «Современная архитектура мира», – о Волчке как архитекторе и его проектах.
Школа ФЗУ Ленэнерго – забытый памятник ленинградского...
В преддверии вторичного решения судьбы Школы ФЗУ Ленэнерго, на месте которой может появиться жилой комплекс, – о том, что история архитектуры – это не история имени собственного, о самоценности архитектурных решений и забытой странице фабрично-заводского образования Ленинграда.
Нейросказки
Участники воркшопа, прошедшего в рамках мероприятия SINTEZ.SPACE, создавали комикс про будущее Нижнего Новгорода. С картинками и текстами им помогали нейросети: от ChatGpt до Яндекс Балабоба. Предлагаем вашему вниманию три работы, наиболее приглянувшиеся редакции.
Линия Елизаветы
Александр Змеул – автор, который давно и профессионально занимается историей и проблематикой архитектуры метро и транспорта в целом, – рассказывает о новой лондонской Линии Елизаветы. Она открылась ровно год назад, в нее входит ряд станцией, реализованных ранее, а новые проектировали, в том числе, Гримшо, Вилкинсон и Мак Аслан. В каких-то подходах она схожа, а в чем-то противоположна мега-проектам развития московского транспорта. Внимание – на сравнение.
Лучшее, худшее, новое, старое: архитектурные заметки...
«Что такое традиции архитектуры московского метро? Есть мнения, что это, с одной стороны, индивидуальность облика, с другой – репрезентативность или дворцовость, и, наконец, материалы. Наверное всё это так». Вашему вниманию – вторая серия архитектурных заметок Александра Змеула о БКЛ, посвященная его художественному оформлению, но не только.
Иван Фомин и Иосиф Лангбард: на пути к классике 1930-х
Новая статья Андрея Бархина об упрощенном ордере тридцатых – на основе сравнения архитектуры Фомина и Лангбарда. Текст был представлен 17 мая 2022 года в рамках Круглого стола, посвященного 150-летию Ивана Фомина.
Архитектурная модернизация среды. Книга 2
Вслед за первой, выпущенной в прошлом году, публикуем вторую коллективную монографию НИИТИАГ, посвященную «Архитектурной модернизации среды»: история развития городской среды от Тамбова до Минусинска, от Пицунды 1950-х годов до Ричарда Роджерса.
Архитектурная модернизация среды жизнедеятельности:...
Публикуем полный текст первой книги коллективной монографии сотрудников НИИТИАГ. Книга посвящена разным аспектам обновления рукотворной среды, как городской, так и сельской, как древности, так и современной архитектуре, в частности, в ней есть глава, посвященная Николасу Гримшо. В монографии больше 450 страниц.
Поддержка архитектуры в Дании: коллаборации большие...
Публикуем главу из недавно опубликованного исследования Москомархитектуры, посвященного анализу практик поддержки архитектурной деятельности в странах Европы, США и России. Глава посвящена Дании, автор – Татьяна Ломакина.
Сколько стоил дом на Моховой?
Дмитрий Хмельницкий рассматривает дом Жолтовского на Моховой, сравнительно оценивая его запредельную для советских нормативов 1930-х годов стоимость, и делая одновременно предположения относительно внутренней структуры и ведомственной принадлежности дома.
Конкурсный проект комбината газеты «Известия» Моисея...
Первая часть исследования «Иван Леонидов и архитектура позднего конструктивизма (1933–1945)» продолжает тему позднего творчества Леонидова в работах Петра Завадовского. В статье вводятся новые термины для архитектуры, ранее обобщенно зачислявшейся в «постконструктивизм», и начинается разговор о влиянии Леонидова на формально-стилистический язык поздних работ Моисея Гинзбурга и архитекторов его группы.
От музы до главной героини. Путь к признанию творческой...
Публикуем перевод статьи Энн Тинг. Она известна как подруга Луиса Кана, но в то же время Тинг – первая женщина с лицензией архитектора в Пенсильвании и преподаватель архитектурной морфологии Пенсильванского университета. В статье на примере девяти историй рассмотрена эволюция личностной позиции творческих женщин от интровертной «музы» до экстравертной креативной «героини».
Бетонный Мадрид
Новая серия фотографа Роберто Конте посвящена не самой известной исторической странице испанской архитектуры: мадридским зданиям в русле брутализма.
Реновация городской среды: исторические прецеденты
Публикуем полный текст коллективной монографии, написанной в прошедшем 2020 году сотрудниками НИИТИАГ и посвященной теме, по-прежнему актуальной как для столицы, так и для всей страны – реновации городов. Тема рассмотрена в широкой исторической и географической перспективе: от градостроительной практики Екатерины II до творчества Ричарда Роджерса в его отношении к мегаполисам. Москва, НИИТИАГ, 2021. 333 страницы.
Технологии и материалы
Амфитеатры, уличное искусство и единение с природой
В сентябре 2023 года в Воронеже завершилось строительство крупнейшей в России школы вместимостью 2860 человек. Проект был возведен в знак дружбы между Россией и Республикой Беларусь и получил название «Содружество». Чем уникально новое учебное заведение, рассказали архитекторы проектного института «Гипрокоммундортранс» и специалист компании КНАУФ, поставлявшей на объект свои отделочные материалы.
Быстрее на 30%: СОД Sarex как инструмент эффективного...
Руководители бюро «МС Архитектс» рассказывают о том, как и почему перешли на российскую среду общих данных, которая позволила наладить совместную работу с девелоперами и строительными подрядчиками. Внедрение Sarex привело к сокращению сроков проектирования на 30%, эффективному решению спорных вопросов и избавлению от проблем человеческого фактора.
Византийская кладка Херсонеса
В историко-археологическом парке Херсонес Таврический воссоздается исторический квартал. В нем разместятся туристические объекты, ремесленные мастерские, музейные пространства. Здания будут иметь аутентичные фасады, воспроизводящие древнюю византийскую кладку Херсонеса. Их выполняет компания «ОртОст-Фасад».
Алюминий в многоэтажном строительстве
Ключевым параметром в проектировании многоэтажных зданий является соотношение прочности и небольшого веса конструкций. Именно эти характеристики сделали алюминий самым популярным материалом при возведении небоскребов. Вместе с «АФК Лидер» – лидером рынка в производстве алюминиевых панелей и кассет – разбираемся в технических преимуществах материала для высотного строительства.
A BOOK – уникальная палитра потолочных решений
Рассказываем о потолочных решениях Knauf Ceiling Solutions из проектного каталога A BOOK, которые были реализованы преимущественно в России и могут послужить отправной точкой для новых дизайнерских идей в работе с потолком как гибким конструктором.
Городские швы и архитектурный фастфуд
Вышел очередной эпизод GMKTalks in the Show – ютуб-проекта о российском девелопменте. В «Архитительном выпуске» разбираются, кто главный: архитектор или застройщик, говорят о работе с историческим контекстом, формировании идентичности города или, наоборот, нарушении этой идентичности.
​Гибкий подход к стенам
Компания Orac, известная дизайнерским декором для стен и богатой коллекцией лепных элементов, представила новинки на выставке Mosbuild 2024.
BIM-модели конвекторов Techno для ArchiCAD
Специалисты Techno разработали линейки моделей конвекторов в версии ArchiCAD 2020, которые подойдут для работы архитекторам, дизайнерам и проектировщикам.
Art Vinyl Click: модульные ПВХ-покрытия от Tarkett
Art Vinyl Click – популярный продукт компании Tarkett, являющейся мировым лидером в производстве финишных напольных покрытий. Его отличают быстрота укладки, надежность в эксплуатации и множество вариантов текстур под натуральные материалы. Подробнее о возможностях Art Vinyl Click – в нашем материале.
Кирпичное ателье Faber Jar: российское производство с...
Уход европейских брендов поставил многие строительные объекты в затруднительное положение – задержка поставок и значительное удорожание. Заменить эксклюзивные клинкерные материалы и кирпич ручной формовки без потери в качестве получилось у кирпичного ателье Faber Jar. ГК «Керма» выпускает не только стандартные позиции лицевого кирпича, но и участвует в разработке сложных авторских проектов.
Systeme Electric: «Технологическое партнерство – объединяем...
В Москве прошел Инновационный Саммит 2024, организованный российской компанией «Систэм Электрик», производителем комплексных решений в области распределения электроэнергии и автоматизации. О компании и новейших продуктах, представленных в рамках форума – в нашем материале.
Новая версия ар-деко
Клубный дом «GloraX Premium Белорусская» строится в Беговом районе Москвы, в нескольких шагах от главной улицы города. В ближайшем доступе – множество зданий в духе сталинского ампира. Соседство с застройкой середины прошлого века определило фасадное решение: облицовка выполнена из бежевого лицевого кирпича завода «КС Керамик» из Кирово-Чепецка. Цвет и текстура материала разработаны индивидуально, с участием архитекторов и заказчика.
KERAMA MARAZZI презентовала коллекцию VENEZIA
Главным событием завершившейся выставки KERAMA MARAZZI EXPO стала презентация новой коллекции 2024 года. Это своеобразное признание в любви к несравненной Венеции, которая послужила вдохновением для новинок во всех ключевых направлениях ассортимента. Керамические материалы, решения для ванной комнаты, а также фирменные обои помогают создать интерьер мечты с венецианским настроением.
Российские модульные технологии для всесезонных...
Технопарк «Айра» представил проект крытых игровых комплексов на основе собственной разработки – универсальных модульных конструкций, которые позволяют сделать детские площадки комфортными в любой сезон. О том, как функционируют и из чего выполняются такие комплексы, рассказывает председатель совета директоров технопарка «Айра» Юрий Берестов.
Сейчас на главной
Музейно-концертная функция
Завершена реконструкция домашней арены клуба Real Madrid CF, стадиона Сантьяго Бернабеу: теперь здесь проще проводить концерты и другие массовые мероприятия, а новый фасад согласован с пространством города.
Амфитеатр под луной
Подарок от бюро KIDZ к своему дню рождения – поп-ап павильон на территории кластера ЛенПолиграфМаш в Санкт-Петербурге. До конца лета здесь можно отдыхать в гамаке, возиться с мягким песком, наблюдать за огромным шаром с гелием и другими людьми.
Вибрация балконов
Школа в Шанхае по проекту австралийско-китайского бюро BAU рассчитана как на традиционную, так и на ориентированную на нужды конкретного ученика форму обучения.
Митьки в арбузе
В петербургском «Манеже» открылась выставка художников «Пушкинской-10» – не заметить ее невозможно благодаря яркому дизайну, которым занималась студия «Витрувий и сыновья». Тот случай, когда архитектура перетянула на себя одеяло и встала вровень с художественным высказыванием. Хотя казалось бы – подумаешь, контейнеры и горошек.
Архитектор в городе
Прошлись по современной Москве с проектом «Прогулки с архитектором» – от ЖК LUCKY до Можайского вала. Это долго и подробно, но интересно и познавательно. Рассказываем и показываем, гуляли 4 часа.
Ре:Креация – итоги конкурса, 2 часть
Во второй части рассказываем о самой многочисленной группе номинаций – «Объекты развлечений». В ней было представлено шесть номинаций: акватермальный и банный комплексы, многофункциональный центр, парк развлечений, рыбный рынок и этноархеологический парк.
Пресса: Город большого мифа и большой обиды
Иркутск: место победы почвеннической литературы над современной архитектурой. Иркутск — «великий город с областной судьбой», как сказал когда-то поэт Лев Озеров про Питер. И это высказывание, конечно, про трагедию, но еще и про обиду на судьбу. В ряду сибирских городов Иркутск впечатлил меня не тем, что он на порядок умней, сложней, глубже остальных — хотя это так,— а ощущением устойчивой вялотекущей неврастении.
Конкурс в Коммунарке: нюансы
Институт Генплана и группа «Самолет» провели семинар для будущих участников конкурса на концепцию района в АДЦ «Коммунарка». Выяснились некоторые детали, которые будут полезны будущим участникам. Рассказываем.
Переживание звука
Для музея звука Audeum в Сеуле Кэнго Кума создал архитектуру, которая обращается к природным мотивам и стимулирует все пять чувств человека.
Кредо уместности
Первая студия выпускного курса бакалавриата МАРШ, которую мы публикуем в этом году, размышляла территорией Ризоположенского монастыря в Суздале под грифом «уместность» и в рамках типологии ДК. После сноса в 1930-е годы позднего собора в монастыре осталось просторное «пустое место» и несколько руин. Показываем три работы – одна из них шагнула за стену монастыря.
Субурбию в центр
Архитектурная студия Grad предлагает адаптировать городскую жилую ячейку к типологии и комфорту индивидуального жилого дома. Наилучшая для этого технология, по мнению архитекторов, – модульная деревогибридная система.
ГУЗ-2024: большие идеи XX века
Публикуем выпускные работы бакалавров Государственного университета по землеустройству, выполненные на кафедре «Архитектура» под руководством Михаила Корси. Часть работ ориентирована на реального заказчика и в дальнейшем получит развитие и возможную реализацию. Обязательное условие этого года – подготовка макета.
Белый свод
Herzog & de Meuron превратили руину исторического дома в центре австрийского Брегенца в «стопку» функций: культурное пространство с баром, гостиница, квартира.
WAF 2024: полшага навстречу
Всемирный фестиваль архитектуры объявил шорт-листы всех номинаций. В списки попали два наших бюро с проектами для Саудовской Аравии и Португалии. Также в сербском проекте замечен российский фотограф& Коротко рассказываем обо всех.
Не снится нам берег Японский
Для того, чтобы исследовать возможности развития нового курорта на берегу Тихого океана, конкурс «РЕ:КРЕАЦИЯ» поделили на 15 (!) номинаций, от участников требовали не меньше 3 концепций, по одной в каждой номинации, и победителей тоже 15. Среди них и студенты, и известные молодые архитекторы. Показываем первые 4 номинации: отели и апартаменты разного класса.
Годы метро. Памяти Нины Алешиной
Сегодня, 17 июля, исполняется сто лет со дня рождения Нины Александровны Алешиной – пожалуй, ключевого архитектора московского метро второй половины XX века. За сорок лет она построила двадцать станций. Публикуем текст Александра Змеула, основанный на архивных материалах, в том числе рукописи самой Алешиной, с фотографиями Алексея Народицкого.
Мост без свойств
В Бордо открылся автомобильный и пешеходный мост по проекту OMA: половина его полотна – многофункциональное общественное пространство.
Три шоу
МАРШ опять показывает, как надо душевно и атмосферно обходиться с макетами и с материями: физическими от картона до металла – и смысловыми, от вопроса уместности в контексте до разнообразных ракурсов архитектурных философий.
Квеври наизнанку
Ресторан «Мараули» в Красноярске – еще одна попытка воссоздать атмосферу Грузии без использования стереотипных деталей. Архитекторы Archpoint прибегают к приему ракурса «изнутри», открывают кухню, используют тактильные материалы и иронию.
Городской лес
Парк «Прибрежный» в Набережных Челнах признан лучшим общественным местом Татарстана в 2023 году. Для огромного лесного массива бюро «Архитектурный десант» актуализировало старые и предложило новые функции – например, площадку для выгула собак и терренкуры, разработанные при участии кардиолога. Также у парка появился фирменный стиль.
Воспоминания о фотопленке
Филиал знаменитой шведской галереи Fotografiska открылся теперь и в Шанхае. Под выставочные пространства бюро AIM Architecture реконструировало старый склад, максимально сохранив жесткую, подлинную стилистику.
Рассвет и сумерки утопии
Осталось всего 3 дня, чтобы посмотреть выставку «Работать и жить» в центре «Зотов», и она этого достойна. В ней много материала из разных источников, куча разделов, показывающих мечты и реалии советской предвоенной утопии с разных сторон, а дизайн заставляет совершенно иначе взглянуть на «цвета конструктивизма».
Крыши как горы и воды
Общественно-административный комплекс по проекту LYCS Architecture в Цюйчжоу вдохновлен древними архитектурными трактатами и природными красотами.
Оркестровка в зеленых тонах
Технопарк имени Густава Листа – вишенка на торте крупного ЖК компании ПИК, реализуется по городской программе развития полицентризма. Проект представляет собой изысканную аранжировку целой суммы откликов на окружающий контекст и историю места – а именно, компрессорного завода «Борец» – в современном ключе. Рассказываем, зачем там усиленные этажи, что за зеленый цвет и откуда.
Терруарное строительство
Хранилище винодельни Шато Кантенак-Браун под Бордо получило землебитные стены, обеспечивающие необходимые температурные и влажностные условия для выдержки вина в чанах и бочках. Авторы проекта – Philippe Madec (apm) & associés.
Над античной бухтой
Архитектура культурно-развлекательного центра Геленждик Арена учитывает особенности склона, раскрывает панорамы, апеллирует к истории города и соседству современного аэропорта, словом, включает в себя столько смыслов, что сразу и не разберешься, хотя внешне многосоставность видна. Исследуем.
Архитектура в дизайне
Британка была, кажется, первой, кто в Москве вместо скучных планшетов стал превращать показ студенческих работ с настоящей выставкой, с дизайном и объектами. Одновременно выставка – и день открытых дверей, растянутый во времени. Рассказываем, показываем.
Пресса: Город без плана
Новосибирск — город, который способен вызвать у урбаниста чувство профессиональной неполноценности. Это столица Сибири, это третий по величине русский город, полтора миллиона жителей, город сильный, процветающий даже в смысле экономики, город образованный — словом, верхний уровень современной русской цивилизации. Но это все как-то не прилагается к тому, что он представляет собой в физическом плане. Огромный, тянется на десятки километров, а потом на другой стороне Оби еще столько же, и все эти километры — ускользающая от определений бесконечная невнятность.
Сила трех стихий
Исследовательский центр компании Daiwa House Group по проекту Tetsuo Kobori Architects предлагает современное прочтение традиционного для средневековой Японии места встреч и творческого общения — кайсё.