Историческое открытие в закрытом порту

За последние четверть века сменилось несколько концепций развития территории нижегородской Стрелки. Открытие, сделанное архитекторами в октябре этого года, заставляет пересмотреть уже принятые решения.

mainImg
Материал входит в серию текстов об обнаруженных на Стрелке в Нижнем Новгороде конструкциях павильонов Всероссийской выставки 1896 года. Также мы опубликовали материалы об их истории и зарубежном опыте использования подобных памятников архитектуры.
zooming
Вид нижегородской Стрелки. Фото © Gelio | Слава Степанов gelio.livejournal.com

Напомним, в рамках ежегодного нижегородского фестиваля «Международный день архитектуры» прошла прогулка на Стрелку с профессором Татьяной Павловной Виноградовой, специалистом по шуховским конструкциям. В центре внимания были уникальные фундаменты Собора Александра Невского и металлические конструкции складов вдоль Волги. Профессор Виноградова, как и большинство участников прогулки, попала в эти пакгаузы впервые (это неудивительно: порт – закрытая территория, а строительство стадиона к ЧМ-2018 еще усилило режим секретности объекта). И уже после появления и обсуждения фотографий склада в социальных сетях архитектор Денис Плеханов высказал предположение о происхождении конструкций… Этот факт произвел впечатление на многих – после пресс-конференции появилась масса публикаций, сюжеты на центральных каналах. Член Федерального научно-методического совета по наследию при Министерстве культуры РФ Анна Броновицкая уверена, что «эти уникальные конструкции непременно нужно сохранить, отреставрировать и открыть для публики».
 
Французский эксперимент 2013 года. Фото © Марина Игнатушко



И все-таки случайным это открытие не назовешь. Три весны подряд – с 2011 по 2013 годы – устроители «Дней архитектуры» курировали эксперименты на Стрелке французского профессора Ксавье Жюйо со студентами парижской школы Ла-Виллетт и ННГАСУ. Тогда склад был разделен на отсеки и загружен «до потолка», но фрагменты ажурных перекрытий тогда удалось сфотографировать. А поскольку интерес не остыл, хотелось понять, что же скрыто за обветшалой кирпичной оболочкой складов.

Кстати, что же делали французы на Стрелке? Устраивали художественную интервенцию – для будущих архитекторов из Ла-Виллетт такие занятия предусмотрены учебной программой. С помощью пластика – широкой пленки – и ветра создавали временные объекты. Пытались уловить и зафиксировать дух места. В такой игре и возникают идеи и формы будущей архитектуры. К сожалению, наши проектировщики с подобной практикой незнакомы, а нижегородские власти вообще не могли взять в толк, что же это такое. Только на «Арх Москве», где «Подъемные силы» Ксавье Жюйо были показаны на выставке про поиски идентичности, специалисты удивлялись, что подобные предпроектные исследования возможны в Нижнем Новгороде. Раньше были возможны – а с 2014 сменилось руководство порта, началось строительство стадиона…
 
zooming
Вид нижегородской Стрелки. Собор Св. Александра Невского. Фото © Gelio | Слава Степанов gelio.livejournal.com

Нижегородская Стрелка – у слияния Оки и Волги, слияния стихий – воды и ветра, как любят рассказывать нижегородцы, метафорическое и метафизическое место. Но выразить его сущность современным языком никак не удается. Здесь еще сохранился пока порт – наследник Сибирских пристаней Нижегородской ярмарки. Вынос порта на другую территорию планировался давно, но вот представление о функциональном наполнении постоянно менялось. В 90-е прошлого века на Стрелку предполагалось натянуть ярмарку – на макете видны два здания-гармошки, напоминающие портовые склады. Были эскизы жилья – невысокого, блокированного, так, чтобы не отвлекать внимания от собора – главной доминанты пространства. Единственный вертикальный ориентир есть и в рисунках 30-х годов, правда, тогда усеченный собор рассматривался как пьедестал памятника Ленину.
 
Проект застройки района Стрелки. 1936. Коллектив Ленинградского Гипрогора под руководством Н.А. Солофненко. Из книги Ольги Орельской «Архитектура эпохи советского авангарда в Нижнем Новгороде»
zooming
Концепция развития комплекса ВАО «Нижегородская ярмарка». Авторы: В.П. Бандаков, А.Б. Дехтяр, В.А. Коваленко. Премия Нижнего Новгорода. Диплом фестиваля «Зодчество». Заказчик: ВАО «Нижегородская ярмарка». 250000 кв. м. 1990-1992



С 2006 года Нижегородская область активно участвует в смотрах MIPIM в Каннах, и проект «Стрелка-сити» (или «Сити-Стрелка») создавался для привлечения крупных инвесторов: «Порядка $4 млрд будет вложено в строительство делового центра «Сити-Стрелка» в Нижнем Новгороде. Проект будет реализован компанией ОАО «Развитие Нижегородской области» в течение ближайших 6 лет. Комплекс включает в себя каскад высотных зданий повышенной комфортности. Кроме того, проектом предусмотрено строительство гостиничного, офисного, спортивного центра и торгово-развлекательного центров». Тогда же девелоперы присматривались к этой территории. Бюро Юрия Виссарионова выполнило проект для компании СИСТЕМА-ГАЛС. Бюро Олега Харченко – для дочерней компании «УРБИС-Спб».

Претензий к проектировщикам по поводу деликатного отношения к наследию не предъявишь: это сейчас чиновники рассказывают, что они давно все знали про металлические конструкции всероссийских выставок. Но почему же никто никогда не писал о них, не беспокоился о сохранности, не включал в ТЗ? В Нижнем уже есть опыт возвращения памятника из забвения – реконструкция и приспособление здания Арсенала в Кремле под филиал ГЦСИ. Десятилетия прежде объект не замечали. А конструкции портового склада не имеют статус памятника, и, запрятанные в кургузую оболочку, на закрытой территории они совсем не воодушевляли ни охранителей, ни проектировщиков. И это при том, что, по мнению историка архитектуры, заведующей сектором научного отдела Государственного музея архитектуры им. А.В. Щусева Людмилы Владимировны Сайгиной, «обнаружение на Стрелке в Нижнем Новгороде частей павильона московской, а затем нижегородской всероссийских выставок – новость, способная привести исследователя в восторг». Людмила Владимировна рассказывает: «Выставочные сооружения XIX – начала XX вв. практически не сохранились: от всех 16 всероссийских выставок до наших дней дошел лишь Царский павильон Всероссийской художественно-промышленной выставки 1882 года (ныне ресторан «Паризьен» на Ленинградском проспекте в Москве) – а теперь к нему добавились обнаруженные нижегородцами фрагменты центрального павильона той же выставки, перевезенного затем в Нижний Новгород и игравшего главную роль в комплексе Всероссийской промышленной и художественной выставки 1896 года (из зарубежных выставочных павильонов Российской Империи сегодня существует лишь павильон биеннале в Венеции архитектора А.В. Щусева). Это невероятно ценное открытие, так как в создание выставочных павильонов для национальных и международных выставок вкладывались огромный талант и творческая щедрость отечественных архитекторов и инженеров, на их реализацию в царской России не жалели средств – а судить о них мы можем лишь по чертежам и фотографиям» (подробнее об истории ныне сохранившихся конструкций – в статье Татьяны Виноградовой).
 
zooming
Проект «Стрелка-Сити» на выставке MIPIM в Каннах

О новом наполнении Стрелки заговорили в 2008 году: Парк Победы стали рисовать проектировщики на самом мысу. Откуда возникла идея этого парка, можно понять, если знаешь, что в Нижнем уже есть один Парк Победы – ниже по течению Волги, у подножья Откоса, напротив Гребного канала. Как раз в 2008-м на Градостроительных советах Сергей Чобан показывал проект комплекса «Kempinski Plaza» именно на месте уже существовавшего с 1985 года парка. Тогда, похоже, и решили пристроить парк на Стрелке, точно так же, как потом – будущий футбольный стадион – вместо окраины с надежной транспортной инфраструктурой – в символическом, метафорическом, метафизическом центре Нижнего. Но прежде в микрорайоне Мещерское озеро плотно выстроили вдоль Волги кварталы «Седьмого неба», перекрыв жителям экспериментального района 80-х панорамные виды на реку, а территории Стрелки – возможность свободного, без оглядок, развития. К тому же ТЦ «Седьмое небо» с огромной парковкой встал на границе кварталов, как теперь оказалось – впритык к стадиону. Настолько, что с парковками для болельщиков уже не развернуться, придется пользоваться магазинной, а заодно раздербанить всю Стрелку под транспорт.
Торгово-деловой комплекс на Стрелке в Нижнем Новгороде © ПТАМ Виссарионова

В последнем проекте все-таки предусмотрено сохранение одного из павильонов-складов. А второй – мешает установить часовню высотой в 15 метров на мысу Стрелки – так утверждают члены Градсовета. Но оба павильона – одинаково ценны и могут сыграть равную роль в общей композиции. Какой? Вот тут уважающий себя город объявил бы открытый конкурс, громко и внятно рассказал бы о почти неожиданной для него находке. О том, что он когда-то был на равных со столицами, знает толк в инженерном искусстве, ценит отечественную и мировую историю.
Проект Парка Победы на Стрелке
Проект стадиона ЧМ-2018 на Стрелке
zooming
Вид нижегородской Стрелки. Стройплощадка стадиона ЧМ-2018. Фото © Gelio | Слава Степанов gelio.livejournal.com

21 Декабря 2015

Похожие статьи
«Чужие» в городе
Мы попросили у Александра Скокана комментарий по итогам 2025 года – а он прислал целую статью, да еще и посвященную недавно начатому у нас обсуждению «уместности высоток» – а говоря шире, контрастных вкраплений в городскую застройку. Получился текст-вопрос: почему здесь? Почему так?
Константин Трофимов: «Нас отсеяли по формальному...
В финал конкурса на концепцию вестибюля станции метро «Лиговский проспект-2» вышло 10 проектов, 2 самостоятельно снялись с дистанции, а еще 11 не прошли конкурс портфолио, который отсекал участие молодых или иногородних бюро. Один из таких участников – «Архитектурная мастерская Трофимовых», главный архитектор которой четыре года работал над проектом Высокоскоростной железнодорожной магистрали, но не получил шанса побороться за вестибюль станции метро. О своем опыте и концепции рассказал руководитель мастерской Константин Трофимов.
Угадай мелодию
Архитектурная премия мэра Москвы позиционирует себя как представляющая «главные проекты года». Это большая ответственность – так что и мы взяли на себя смелость разобраться в структуре побед и не-побед 2025 года на примере трех самых объемных номинаций: офисов, жилья, образования. Обнаружился ряд мелких нестыковок вроде не названных авторов – и один крупный парадокс в базисе эмотеха. Разбираемся с базисом и надстройкой, формулируем основной вопрос, строим гипотезы.
Казус Нового
Для крупного жилого района DNS City был разработан мастер-план, но с началом реализации его произвольно переформатировали, заменили на внешне похожий, однако другой. Так бывает, но всякий раз обидно. С разрешения автора перепубликовываем пост Марии Элькиной.
«Рынок неистово хочет общаться»
Арх Москва уже много лет – не только выставка, но и форум, а в этом году количество разговоров рекордное – 200. Человек, который уже пять лет успешно управляет потоком суждений и амбиций – программный директор деловой программы выставки Оксана Надыкто – проанализировала свой опыт для наших читателей. Строго рекомендовано всем, кто хочет быть «спикером Арх Москвы». А таких все больше... Так что и конкуренция растет.
Опровержение и сравнение: конкурс красноярского театра
Начали писать опровержение – ошиблись, при рассказе о проекте Wowhaus, который занял 1 место, с оценкой объема сохраняемых конструкций, из-за недостатка презентационных материалов – а к опровержению добавилось сравнение с другими призерами, и другие проекты большинства финалистов. Так что получился обзор всего конкурса. Тут, помимо разбора сохраняемых разными авторами частей, можно рассмотреть проекты бюро ASADOV, ПИ «Арена» и «Четвертого измерения». Два последних старое здание не сохраняют.
ЛДМ: быть или не быть?
В преддверии петербургского Совета по сохранению наследия в редакцию Архи.ру пришла статья-апология, написанная в защиту Ленинградского дворца молодежи, которому вместо включения в Перечень выявленных памятников грозит снос. Благодарим автора Алину Заляеву и публикуем материал полностью.
Пользы не сулит, но выглядит безвредно
Мы попросили Марию Элькину, одного из авторов обнародованного в августе 2020 года письма с критикой законопроекта об архитектурной деятельности, прокомментировать новую критику текста закона, вынесенного на обсуждение 19 января. Вывод – законопроект безвреден, но архитектуру надо выводить из 44 и 223 ФЗ.
Буян и суд
Новость об отмене парка Тучков буян уже неделю занимает умы петербуржцев. В отсутствие каких-либо серьезных подробностей, мы поговорили о ситуации с архитекторами парка и судебного квартала: Никитой Явейном и Евгением Герасимовым.
Григорий Ревзин об ЭКСПО 2020: Европа и отказ от формы
Рассматривая тематические павильоны и павильоны европейских стран, Григорий Ревзин приходит к выводу, что «передовые страны показывают, что архитектура это вчерашний день», главная тенденция состоит в отсутствии формы: «произведение это процесс, лучшая вещь – тусовка вокруг ничего».
Григорий Ревзин об ЭКСПО 2020: «страны с проблематичной...
Продолжаем публиковать тексты Григория Ревзина об ЭКСПО 2020. В следующий сюжет попали очень разные павильоны от Белоруссии до Израиля, и даже Сингапур с Бразилией тоже здесь. Особняком стоит Польша: ее автор считает «играющей в первой лиге».
Григорий Ревзин об ЭКСПО 2020: арабские страны
Серия постов Григория Ревзина об ЭКСПО 2020 на fb превратилась в пространный, остроумный и увлекательный рассказ об архитектуре многих павильонов. С разрешения автора публикуем эти тексты, в первом обзоре – выставка как ярмарка для чиновников и павильоны стран арабского мира.
Помпиду наизнанку
Ренцо Пьяно и ГЭС-2 уже сравнивали с Аристотелем Фиораванти и Успенским собором. И правда, она тоже поражает высотой и светлостию, но в конечном счете оказывается самой богатой коллекцией узнаваемых мотивов стартового шедевра Ренцо Пьяно и Ричарда Роджерса, Центра Жоржа Помпиду в Париже. Мотивы вплавлены в сетку шуховских конструкций, покрашенных в белый цвет, и выстраивают диалог между 1910, 1971 и 2021 годом, построенный на не лишенных плакатности отсылок к главному шедевру. Базиликальное пространство бывшей электростанции десакрализуется практически как сам музей согласно концепции Терезы Мавики.
Спасение Саут-стрит глазами Дениз Скотт Браун
Любое радикальное вмешательство в городскую ткань всегда вызывает споры. Джереми Эрик Тененбаум – директор по маркетингу компании VSBA Architects & Planners, писатель, художник, преподаватель, а также куратор выставки Дениз Скотт Браун «Wayward Eye» на Венецианской биеннале – об истории масштабного проекта реконструкции Филадельфии, социальной ответственности архитектора, балансе интересов и праве жителей на свое место в городе.
Победа прагматиков? Хроники уничтожения НИИТИАГа
НИИ теории и истории архитектуры и градостроительства сопротивляется реорганизации уже почти полгода. Сейчас, в августе, институт, похоже, почти погиб. В недавнем письме президенту РФ ученые просят перенести Институт из безразличного к фундаментальной науке Минстроя в ведение Минобрнауки, а дирекция говорит о решимости защищать коллектив до конца. Причем в «обстановке, приближенной к боевой» в институте продолжает идти научная работа: проводят конференции, готовят сборники, пишут статьи и монографии.
Есть ли места на Олимпе? Сексизм и «звездность» в архитектуре
«Есть ли места на Олимпе? Сексизм и «звездность» в архитектуре» Дениз Скотт Браун – это результат личного исследования вопросов авторства, иерархической и гендерной структуры профессии архитектора. Написанная в 1975 году, статья увидела свет лишь в 1989, когда был издан сборник "Architecture: a place for women". С разрешения автора мы публикуем статью, впервые переведенную на русский язык.
ВХУТЕМАС versus БАУХАУС
Дмитрий Хмельницкий о причудах историографии советской архитектуры, о роли ВХУТЕМАСа и БАУХАУСа в формировании советского послевоенного модернизма.
Еще одна история
Рассказ Феликса Новикова о проектировании и строительстве ДК Тракторостроителей в Чебоксарах, не вполне завершенном в девяностые годы. Теперь, когда рядом, в парке построено новое здание кадетского училища, автор предлагает вернуться в идее размещения монументальной композиции на фасадах ДК.
Арки, ворота, окна, проемы, пустоты, дырки
В архитектуре АБ «Остоженка», особенно в крупных комплексах, значительную роль играют арки, организующие пространство и массу: часто большие, многоэтажные. В публикуемой статье Александр Скокан размышляет о роли и смысле масштабных цезур, проемов и арок.
Технологии и материалы
​Полимеры: завтрашний день строительства
Современная архитектура движется от статичных форм к адаптивным зданиям. Ключевую роль в этой трансформации играют полимерные материалы: именно они позволяют совершить переход от архитектуры как сборки деталей – к архитектуре как созданию высокоэффективной «оболочки». В статье разбираем ключевые направления – от уже работающих технологий до горизонтов в 5-10 лет.
Земля плюс картон
Австралийские исследователи, вдохновившись землебитной архитектурой, разработали собственный строительный материал. В его основе – традиционный для землебитной технологии грунт и картонные трубы. Углеродный след такого материала в четыре раза «короче», чем след бетона.
Цифровой дозор
Ученые Пермского Политеха автоматизировали оценку безопасности зданий с помощью ИИ. Программное решение для определения технического состояния наружных стен кирпичных зданий анализирует 18 критических параметров, таких как ширина трещин и отклонение от вертикали, и присваивает зданию одну из четырех категорий состояния по ГОСТ.
Палитра возможностей. Часть 2
В каких проектах и почему современные архитекторы используют такой технологичный, экономичный и выразительный материал, как панели поликарбоната? Продолжаем мини-исследование и во второй части обзора анализируем мировой опыт.
Технадзор с дрона
В Детройте для выявления тепловых потерь в зданиях стали использовать беспилотники. Они обнаруживают невидимые человеческому глазу дефекты, определяют степень повреждения и выдают рекомендации по их устранению.
Палитра возможностей
Продолжаем наш специальный проект «От молекулы до здания» и представляем вашему вниманию подборку объектов, построенных по проектам российских архитекторов, в которых нестандартным образом использованы особенности и преимущества поликарбонатов.
Поглотитель CO₂
Немецкие ученые разработали метод вторичной переработки сверхлегкого бетона. Новый материал активно поглощает углекислый газ – до 138 кг CO₂ на тонну – и дает ответ на проблему огромных объемов строительных отходов.
Новая материальность: как полимеры изменили язык...
Текучие фасады, прозрачные оболочки весом в сотни раз меньше стекла, «пассивные дома» – сегодня все это стало возможным благодаря активному применению полимеров. Этим обзором мы открываем спецпроект «От молекулы до здания», где разбираемся, как полимерные композиты, светопрозрачные конструкции и теплоизоляционные системы расширяют возможности проектирования и становятся самостоятельным языком архитектуры.
Юбилейный год РЕХАУ
В этом году компания РЕХАУ отметила две знаковые даты – 30 лет с момента открытия первого представительства в Москве и 20 лет со дня запуска завода в поселке Гжель Московской области. За эти годы компания превратилась в одного из ключевых игроков строительного рынка и лидера оконной отрасли России, предлагая продукцию по трем направлениям: оконные технологии и светопрозрачные конструкции, инженерные системы, а также мебельные решения.
​Формула Real Brick
Минеральная плитка ручной формовки белорусского производителя Real Brick выходит на российский рынок как альтернатива европейской. Технология заводского пропила под системы НВФ позволяет экономить до 40% бюджета проекта на логистике и монтаже.
​Вертикаль, линия, сфера: приемы игровых пространств
В современных ЖК и городских парках детская площадка – все чаще полноценный архитектурный объект. На примерах проектов компании «Новые Горизонты» рассматриваем, какие типологии и приемы позволяют проектировать игровые пространства как доминанты, организующие среду и создающие идентичность места.
«Марсианская колония» на ВДНХ
Компания «Шелби», используя концептуальные идеи освоения красной планеты от Айзека Азимова и Илона Маска, спроектировала для ВДНХ необычный плейхаб. «Марсианская колония» разместится рядом с легендарным «Бураном» и будет состоять из нескольких модулей, которые предложат детям игровые сценарии и образы будущего.
Материал как метод
Компания ОРТОСТ-ФАСАД стоит у истоков фасадной индустрии. За 25 лет пройден путь от мокрых фасадов и первого в России НВФ со стеклофибробетоном до уникальных фасадов на подсистеме собственного производства, где выносы СФБ элементов превышают три метра. Разбираемся, какие технологические решения позволяют СФБ конкурировать с традиционными системами и почему выбор единого подрядчика – наилучший вариант для реализации фасадов со сложной архитектурой.
Десять новых кирпичей ModFormat
Удлиненные кирпичи с терракотовыми оттенками и новая коллекция самых узких в России кирпичей – теперь в арсенале архитекторов. О серийном производстве сложных фактур и разработке новых рассказывает исполнительный директор компании КИРИЛЛ Дмитрий Самылин.
Архитектура тишины
Создание акустического комфорта в школе – комплексная задача, выходящая за рамки простого соблюдения норм. Это проектирование самой образовательной среды, где качество звука напрямую влияет на здоровье, концентрацию и успеваемость. Разбираем, как интегрировать эффективные звукоизоляционные и звукопоглощающие решения в конструкции здания, обеспечивая соответствие СП 51.13330.2011.
Моллирование 2.0
Технология моллирования вышла на новый уровень: больше не нужно выбирать между свободой формы и прочностью закалённого стекла. АО «РСК» разработало метод гравитационного моллирования с последующим химическим упрочнением, которое снимает ключевые технические ограничения.
PRO Тепло: утеплитель, который не стареет
Долговечная и пожаробезопасная альтернатива волокнистым и полимерным утеплителям – каменный утеплитель «PRO Тепло» (D200) торговой марки «ГРАС» – легкий газобетонный блок, который создает вокруг здания прочную и долговечную теплозащитную оболочку. Разбираемся в технологии.
Безуглеродный концепт
MVRDV NEXT – исследовательское подразделение бюро – запустило бесплатный онлайн-сервис CarbonSpace для оценки углеродного следа архитектурных проектов.
Сейчас на главной
От черных дыр до борьбы с бедностью
Представлен новый проект Нобелевского центра в Стокгольме – вместо отмененного решением суда: на другом участке и из более скромных материалов. Но архитекторы прежние – бюро Дэвида Чипперфильда.
Первобытная мощь, или назад в будущее
Говорящее название ресторана «Реликт» вдохновило архитекторов бюро LEFT design на создание необычного интерьера – брутального и немного фантазийного. Представив, как выглядел бы мир спустя годы после исчезновения человечества, они соединили природную эстетику и постапокалиптический дизайн в харизматичный ансамбль.
Священная роща
Петербургский Градостроительный совет во второй раз рассмотрел проект реконструкции крематория. Бюро «Сириус» пошло на компромисс и выбрало другой подход: два главных фасада и торжественная пешеходная ось сохраняются в параметрах, близких к оригинальным, а необходимое расширение технологии происходит в скрытой от посетителей западной части здания. Эксперты сошлись во мнении, что теперь проект можно поддержать, но попросили сберечь сосновую рощу.
Конный строй
На территории ВДНХ открылся крытый конноспортивный манеж по проекту мастерской «Проспект» – современное дополнение к историческим павильонам «Коневодство».
Высотные каннелюры
Небоскреб NICFC по проекту Zaha Hadid Architects для Тайбэя вдохновлен характерными для флоры Тайваня орхидеями рода фаленопсис.
Хартия Введенского
В Петербурге открылся музей ОБЭРИУ: в квартире семьи Александра Ввведенского на Съезжинской улице, где ни разу не проводился капитальный ремонт. Кураторы, которые все еще ищут формат для музея, пригласили поработать с пространством Сергея Мишина. Он выбрал путь строгой консервации и создал «лирическую руину», самодостаточность которой, возможно, снимает вопрос о необходимости какой-либо экспозиции. Рассказываем о трещинках, пятнах и рисунках, которые помнят поэтов-абсурдистов, почти не оставивших материального наследия.
В ритме Бали
Проектируя балийский отель в районе Бингина, на участке с тиковой рощей и пятиметровыми перепадами, архитекторы Lyvin Properties сохранили и деревья, и природный рельеф. Местные материалы, спокойные и плавные линии, нивелирование границ между домом и садом настраивают на созерцательный отдых и полное погружение в окружающий ландшафт.
Манифест натуральности
Студия Maria-Art создавала интерьер мультибрендового магазина PlePle в Тюмени, отталкиваясь от ассоциаций с итальянской природой и итальянским же чувством красоты: с преобладанием натуральных материалов, особым отношением к естественному свету, сочетанием контрастных фактур и взаимодополняющих оттенков.
Сад под защитой
Здание начальной школы и детского сада по проекту бюро Tectoniques в Коломбе, пригороде Парижа, как будто обнимает озелененную игровую площадку.
Маленький домик, русская печка
DO buro разработало линейку модульных домов, переосмысляя образ традиционной избы без помощи наличников или резных палисадов. Главным акцентом стала печь, а основой модуля – мокрый блок, вокруг которого можно «набирать» помещения, варьируя площадь дома.
От усадьбы до квартала
В рамках конкурса бюро TIMZ.MOSCOW подготовило концепцию микрорайона «М-14» для южной части Казани. Проект на всех уровнях работает с локальной идентичностью: кварталы соразмерны земельным участкам деревянных усадеб, в архитектуре используются традиционные материалы и приемы, а концепция благоустройства основана на пяти известных легендах. Одновременно привнесены проверенные временем градостроительные решения: пешеходные оси и зеленый каркас, безбарьерная среда, разнообразные типологии жилья.
Софт дизайн
Студия «Завод 11» разработала интерьер небольшого бабл-кафе Milu в Новосибирске, соединив новосибирский конструктивизм, стилистику азиатской поп-культуры, смелую колористику и арт-объекты. Получилось очень необычное, но очень доброжелательное пространство для молодежи и не только.
Свидетельница эпохи
Вилла Беер, памятник венского модернизма, стала музеем и образовательным центром в результате реставрации и приспособления по проекту бюро cp architecture.
Обзор проектов 1-6 февраля
Публикуем краткий обзор проектов, появившихся в информационном поле на этой неделе. В нашей подборке: здание-луна, дома-бочки и небоскреб-игла.
Красная нить
Проект линейного парка, подготовленный мастерской Алексея Ильина для благоустройства берега реки в одном из жилых районов, стремится соединить человека и природу. Два уровня набережной помогают погрузиться в созерцание ландшафта и одновременно защищают его от антропогенной нагрузки. «Воздушная улица» соединяет функциональные зоны и противоположные берега, а также создает новые точки притяжения: балконы, мосты и даже «грот».
Водные оси
Zaha Hadid Architects представили проект Культурного района залива Цяньтан в Ханчжоу.
Педагогическая и архитектурная гибкость
Экспериментальный проект школы для Парагвая, разработанный испанским бюро IDOM, предлагает не только ресурсоэффективную схему эксплуатации здания, но связанный с ней прогрессивный педагогический подход.
Домашние вулканы
В Петропавловске-Камчатском по проекту бюро АТОМ благоустроена территория у стадиона «Спартак»: половина ее отдана спортивным площадкам, вторая – парку, где может провести время горожанин любого возраста. Все зоны соединяет вело-пешеходный каркас, который зимой превращается в лыжню. Еще одна отличительная черт нового пространства – геопластика, которая помогает зонировать территорию и разнообразить ландшафт.
Тактильный пир
Студия дизайна MODGI Group радикально обновила не только интерьер расположенного в самом центре Санкт-Петербурга кафе, входящего в сеть «На парах», но, кажется, перепрограммировала и его концепцию, объединив в одном пространстве все, за что так любят питерские заведения: исторический антураж, стильный дизайн, возможность никуда не бежать и достойную кухню.
Веретено и нить
Концепцию жилого комплекса «Вэйвер» в Екатеринбурге питает прошлое Паркового района: чтобы сохранить память о льнопрядильной фабрике конца XIX века, бюро KPLN (Крупный план) обращается к теме текстиля и ткацкого ремесла. Главным выразительным приемом стали ленты из перфорированной атмосферостойкой стали – в российских жилых проектах материал в таких объемах, пожалуй, еще не использовался.
Каменный фонарь
В конкурсном проекте православного храма для жилого комплекса в Москве архитекторы бюро М.А.М предлагают открытую городскую версию «монастыря». Монументальные формы растворяются, превращая одноглавый храм в ажурный светильник, а глухие стены «галереи» – в арки-витрины.
Внутренний взор
Для подмосковного поселка с разнохарактерной застройкой бюро ZROBIM architects спроектировало дом, замкнутый на себе: панорамные окна выходят либо на окруженный деревьями пруд, либо в сад внутреннего дворика, а к улице обращены почти полностью глухие стены. Такое решение одновременно создает чувство приватности, проницаемости и обилие естественного света.
Коробка с красками
Бюро New Design разработало интерьер небольшого салона красок в Барнауле с такой изобретательностью и щедростью на идеи, как будто это огромный шоу-рум. Один зал и кабинет превратились в выставку колористических и дизайнерских находок, в которой приятно делать покупки и общаться с коллегами.
От горнолыжных курортов к всесезонным рекреациям
В середине декабря несколько архитектурных бюро собрались, чтобы поговорить на «сезонную» тему: перспективы развития внутреннего горнолыжного туризма. Где уже есть современная инфраструктура, где – только рудименты советского наследия, а где пока ничего нет, но есть проекты и скоро они будут реализованы? Рассказываем в материале.
Pulchro delectemur*
Вроде бы фамилия архитектора – Иванов-Шиц – всем известна, но больше почти ничего... Выставка, открывшаяся в Музее архитектуры, который хранит 2300 экспонатов его фонда, должна исправить эту несправедливость. В будущем обещают и монографию, что тоже вполне необходимо. Пробуем разобраться в архитектуре малоизвестного, хотя и успешного, автора – и в латинской фразе, вынесенной в заголовок. И еще немного ругаем экспозиционный дизайн.
Пресса: Культурный год. Подводим архитектурные итоги — которые...
Для мировой и российской архитектуры 2025-й выдался годом музеев. Были открыты здания новых и старых институций, достроены важные долгострои, историческая недвижимость перевезена с одного места на другое, а будущее отправлено на печать на 3D-принтере.