English version

Изнутри наружу: павильоны вечности

Реконструкция пакгаузов нижегородской Стрелки – они открылись в начале июня как концертный и выставочный залы – стала, без преувеличения, событием года в области как культуры, так и архитектуры. Их история кажется нам образцовой с точки зрения обнаружения, исследования и охраны памятника инженерной мысли XIX века. В то же время решение по приспособлению и экспонированию конструкций пакгаузов, предложенное Сергеем Чобаном – очень смелое, нетривиальное и актуальное. На грани временного, временнОго и вечного.

mainImg
Мастерская:
СПИЧ http://www.speech.su
Проект:
Пакгаузы Нижнего Новгорода
Россия, Нижний Новгород, ул. Стрелка, д. 21, лит. Ж, И

Авторский коллектив:
Авторы проекта: Сергей Чобан, Игорь Членов, Алексей Шубкин
ГАП: Анастасия Логинова, Анастасия Богодухова

2019 — 2020 / 2021 — 2022

Заказчик: Администрация г. Нижний Новгород
[см. рассказ о пакгаузах
в Архиблоге Анны Мартовицкой]

История спасения конструкций «пакгаузов», а на самом деле павильонов всероссийской выставки 1882 года, обнаруженных в 2015 году на нижегородской Стрелке – одновременно эталонная по интенсивности и эффективности общественного движения – и новаторская по смелости и тонкости решения, предложенного Сергеем Чобаном для их приспособления к новой функции выставочного и концертного залов.
Пакгаузы Нижнего Новгорода
Фотография © Илья Иванов / предоставлена АБ СПИЧ

Сам архитектор признается в некоторой «рискованности» своего проекта «в отношении старого и нового»: вместо того, чтобы накрыть металлические каркасы неким чехлом снаружи, их оставили открытыми, встроив внутрь простые объемы со скатными кровлями и фасадами из зеркальной полированной стали.
Пакгаузы Нижнего Новгорода
Фотография © Дмитрий Чебаненко / предоставлена АБ СПИЧ
Пакгаузы Нижнего Новгорода
Фотография © Илья Иванов / предоставлена АБ СПИЧ
Пакгаузы Нижнего Новгорода
Фотография © Дмитрий Чебаненко / предоставлена АБ СПИЧ
Пакгаузы Нижнего Новгорода. Вид с юго-востока. Вдали видна арена, построенная к ЧМ-18
Справа две башни Петра Виноградова, современные металлические скульптуры на тему опор ЛЭП Владимира Шухова, дополнившие ансамбль пакгаузов. Слева кирпичное здание водозабора Нижегородской ярмарки, ок. 1900-х гг.
Фотография © Дмитрий Чебаненко / предоставлена АБ СПИЧ

Сразу подчеркнем: архитекторов СПИЧ пригласили к работе с территорией Стрелки в 2019 году, уже после того, как стены и кровли пакгаузов были разобраны в конце 2017 года в пылу подготовки к футбольному мундиалю. Конструкции сохранились, стены – нет, впрочем стены были поздними, 1960-х годов, они принадлежали к четвертому этапу сложной жизни фрагмента здания XIX века [см. справку]. В составе портовых строений пакгаузы выглядели снаружи крайне неказисто – одним из первых впечатлений экскурсантов, обнаруживших структуры XIX века на Стрелке, стало удивление от того, какая красота скрывается в банальном на первый взгляд промышленном ангаре советского времени. И наоборот, много восхищения красотой ажурных структур было высказано после разборки стен, когда конструкции оказались полностью открыты и проницаемы.
  • zooming
    1 / 5
    Пакгаузы на нижегородской Стрелке
    Фото © Roberto Conte www.robertoconte.net
  • zooming
    2 / 5
    Пакгаузы на нижегородской Стрелке.
    Фото © Roberto Conte / www.robertoconte.net
  • zooming
    3 / 5
    Пакгаузы на нижегородской Стрелке. Фото © Roberto Conte www.robertoconte.net
    Фото © Roberto Conte / www.robertoconte.net
  • zooming
    4 / 5
    Пакгаузы на нижегородской Стрелке. Фото © Roberto Conte www.robertoconte.net
    Фото © Roberto Conte / www.robertoconte.net
  • zooming
    5 / 5
    Пакгаузы на нижегородской Стрелке после демонтажа стен в декабре 2017. Фото © Зоя Рюрикова

Тогда, в 2016–2019 годах, был предложен целый ряд проектов консервации и адаптации, как очень концептуальных, так и вполне реальных, причем среди них встречались как предложения оставить металлические структуры совершенно открытыми, встроив внутрь некие аттракционы, так и проекты, в которых «металлическое кружево» помещали в теплый контур внешних стен и кровель.
 
Оба варианта, как потом выяснилось, отказались неподходящими: во-первых, в пакгаузах, ради развития Стрелки в целом, требовалось разместить функцию более интересную и содержательную, чем, к примеру, катальная горка. Во-вторых, предсказуемая версия с внешним контуром, которую поначалу считали едва ли не единственной разумной, при ближайшем рассмотрении оказалась небесспорной.
«В самом первом варианте 2019 года мы накрывали конструкции однослойным стеклом, помещая внутрь объемы, обшитые деревом. Но это решение показалось неудачным по целому ряду причин. Во-первых, мы таким образом прячем конструкции – даже если внешняя оболочка будет стеклянной, стекло далеко не всегда по-настоящему прозрачно, чаще оно скрывает то, что внутри. Во-вторых, в этом случае возникал риск создания неприятного парникового эффекта: зимой – «точка росы», а летом внутри было бы слишком жарко. Кроме того, снаружи здания стали бы достаточно массивными, однако внутри не добавилось бы полезной площади для функционального наполнения.
 
И наконец, конструкции в их современном состоянии не были способны нести новую оболочку. Удивительно, но когда мы начали работать с проектом, нам говорили, что они не могут оставаться открытыми; когда же мы сделали первое предложение по полученному ТЗ, оказалось, что конструкции и закрытыми быть не могут, поскольку не могут ничего нести на себе. Почему не могут нести? Хотя бы потому, что изменились нормативы, сейчас другие допуски по нагрузкам, так что теперь конструкции не имеют права принять на себя даже тот вес, который они несли раньше. Следовательно, их потребовалось бы укрепить, исказить, утяжелить. Любое усиление такой конструкции – это изменение ее характера.
 
Я достаточно долго думал над задачей и где-то весной 2020 года пришел к тому, что оставить структуры XIX века открытыми – единственное приемлемое решение, наиболее демократичное и элегантное. Эта идея позволила нам простейшим образом сохранить наружную конструкцию, не утяжелив ее визуально. Конструкции фактически стали самонесущими, держат сами себя и могут простоять очень долго. В сущности, сейчас они – памятник самим себе. Такими мы их приняли, в этом качестве сохранили и экспонируем».

Пакгаузы Нижнего Новгорода
Фотография © Илья Иванов / предоставлена АБ СПИЧ
Пакгаузы Нижнего Новгорода
Фотография © Дмитрий Чебаненко / предоставлена АБ СПИЧ

Итак, главное в этом проекте – идея. Решение смелое, элегантное и парадоксальное. Изнанка исторического здания оказалась снаружи, но зеркальные фасады отражают конструкции, удваивают их в себе, усиливают впечатление и дают эффект сродни кружевному плетению, которое всех так восхищало после разборки стен в 2017 году. Не точно такой, конечно же, но подобный: ощущение металлического скелета, суперграфики в пространстве, руинированной и устойчивой, гигантской и хрупкой – сохранено и пересказано новым языком, родственным современному искусству и сценографии, – то и другая любят многослойность и подвижность смены впечатлений.
  • zooming
    Пакгаузы Нижнего Новгорода
    Фотография © Илья Иванов / предоставлена АБ СПИЧ
  • zooming
    Пакгаузы Нижнего Новгорода
    Фотография © Илья Иванов / предоставлена АБ СПИЧ

Впечатления меняются постоянно: зеркала усиливают зависимость от погоды и состояния атмосферы как будто усиливается. Иногда, в некоторых ракурсах, иллюзия отсутствия объемов становится совершенной. Их как будто и впрямь нет, они не привлекают к себе внимания; так памятник предстает во всей красе.
Пакгаузы Нижнего Новгорода
Фотография © Илья Иванов / предоставлена АБ СПИЧ

Иногда зеркало оказывается более светлым, чем фон, и образует выгодную яркую подложку для суперграфики конструкций, высвечивая темные тяги. Это тоже одно из идеальных впечатлений, срежиссированных и театральных. 
Пакгаузы Нижнего Новгорода
Фотография © Дмитрий Чебаненко / предоставлена АБ СПИЧ

В хмурую погоду зеркала тоже могут высветиться на фоне темных туч – а могут налиться свинцовой темнотой, и тогда особенно заметно, что внутри что-то есть – в этом один из аргументов критиков проекта. Заметим однако, что в ту же пасмурную погоду здания, решенные в иной парадигме, с фасадами по внешнему контуру, выглядели бы еще более объемными, но не обладали бы привлекательностью парадокса «вывернутости наизнанку», который, так или иначе, дают открытые каркасы.
Пакгаузы Нижнего Новгорода
Фотография © Илья Иванов / предоставлена АБ СПИЧ

В этом еще одна особенность решения – сейчас конструкции широко экспонируются, показывают себя всему городу – мы всё бродили по Нижнему и выискивали места, откуда их можно увидеть: из Кремля, с набережной Федоровского, с Волги… Если бы они были забраны во внешний чехол, рассмотреть каркасы могли бы только посетители, входящие внутрь – сейчас же они стали фактом городского пространства, мега-арт-объектом. Их дополняют две металлические башни – объекты Петра Виноградова, своего рода «памятник» опорам ЛЭП Владимира Шухова. Вместе два пакгауза и башни образуют симметричный ансамбль, объединенный темой металлической ажурности, размышлениями на темы исторического и современного металла: темный металл пакгаузов конца XIX века отражается в светлом современном металле.
Пакгаузы Нижнего Новгорода
Фотография © Илья Иванов / предоставлена АБ СПИЧ
Пакгаузы Нижнего Новгорода
Фотография © Дмитрий Чебаненко / предоставлена АБ СПИЧ
Пакгаузы Нижнего Новгорода
Фотография © Дмитрий Чебаненко / предоставлена АБ СПИЧ

И наконец, согласно заданию в пакгаузах требовалось разместить две культурные функции: выставочный и концертный залы с фойе. Думаю, не ошибусь, если скажу, что их было бы сложно «упаковать» в отведенном пространстве более деликатно, поскольку зеркало – один из самых эффективных способов растворить одну реальность в другой, «спрятать», особенно не пряча, «отвести глаза» зрителю. Залы есть – и вроде бы их и нет. Это эффект, до некоторой степени обратный презентации культурного пространства в классическом искусстве, когда мы входим в торжественный портик и попадаем в некую драгоценную пещеру. Граница из металлического скелета и зеркала не репрезентативна, а напротив, максимально иллюзорна – самая простая аналогия говорит о входе в зазеркалье.
  • zooming
    Вход в концертный зал. Пакгаузы Нижнего Новгорода
    Фотография © Илья Иванов / предоставлена АБ СПИЧ
  • zooming
    Пространство между зеркальными фасадами и конструкциями – 1,8 м. Пакгаузы Нижнего Новгорода
    Фотография © Илья Иванов / предоставлена АБ СПИЧ

Внутри мы обнаруживаем три вида пространств.
 
Первые – фойе, которые одинаковы в обоих павильонах. При входе – гардероб и кафе с витражным окном, прорезающим зеркало фасадов, дальше коридор, который разделяет техпомещения и основную функцию: выставочный зал в севером объеме, концертный в южном. Планировка следует логике сохранившегося каркаса – павильоны 1882 года были трехнефными, но в их бытность портовыми складами одно малое крыло у каждого отрезали, осталось два контура. Соответственно, в большем теперь разместилась функция, в малом – все подсобное. Два нефа конструкций, опираются на один ряд продольных опор; между тем новых, встроенных внутрь, зеркальных «домиков»-павильонов, отчетливо два, и они соединены между собой коридором со стеклянной кровлей. Мы входим в коридор и идем по прямой к основным залам, оставляя фойе по правую и левую руку. 

Интерьеры совершенно и полностью белые – в духе «Отроков во вселенной»; на потолках матовые и линейные светильники белого же света.
  • zooming
    1 / 3
    Пакгаузы Нижнего Новгорода
    Фотография © Дмитрий Чебаненко / предоставлена АБ СПИЧ
  • zooming
    2 / 3
    Пакгаузы Нижнего Новгорода
    Фотография © Дмитрий Чебаненко / предоставлена АБ СПИЧ
  • zooming
    3 / 3
    Пакгаузы Нижнего Новгорода
    Фотография © Дмитрий Чебаненко / предоставлена АБ СПИЧ

Коридор – вероятно, правильнее назвать его галереей – представляет отдельный интерес. Он выстроен вдоль ряда опор металлических конструкций, общего для большого и малого объемов. Каждая опора заключена в стеклянный кожух, через открытый верх в него попадает дождевая вода, для которой предусмотрен отвод внизу. В стеклянных ограждениях предусмотрены «форточки» для починки и очистки – они также отлично помогают проветривать помещение. Потолки коридоров не белые, а стеклянные, с балками из полированного металла: два зеркальных корпуса протягивают друг другу зеркальные «нити». Внутрь в изобилии попадает солнечный свет, прошедший через две металлические сетки: XIX и XXI века.
Пакгаузы Нижнего Новгорода
Фотография © Дмитрий Чебаненко / предоставлена АБ СПИЧ

Коридор с колоннами – удачное дополнение для фасадов с их отражениями. Попав в «зазеркалье», мы получаем не только стерильность нездешней белизны, но и вполне реальные впечатления: экспонирование конструкций 1882 года здесь продолжается в ином ракурсе, более камерном. Двигаясь от входа к залам, мы не можем не пройти мимо колонн близко, и если на улице не обратили пристального внимания на мельтешение линий в отражениях, то теперь нам преподносят конструкции, с одной стороны, как экспонат – в витрине, что провоцирует разглядывание; а с другой стороны – как подобие чего-то живого, внешнего, заключенного в созданную человеком оболочку. Впечатление вполне сравнимо с деревьями, вокруг которых нередко были выстроены произведения архитектуры XX века. Здесь, конечно, не дерево, а металл, но он настолько стар и имеет настолько длинную историю, что уже может быть сравним с узловатым черным стволом повидавшего виды растения – тем более что «растет» на свободе, из земли.
  • zooming
    1 / 6
    Пакгаузы Нижнего Новгорода
    Фотография © Дмитрий Чебаненко / предоставлена АБ СПИЧ
  • zooming
    2 / 6
    Пакгаузы Нижнего Новгорода
    Фотография © Дмитрий Чебаненко / предоставлена АБ СПИЧ
  • zooming
    3 / 6
    Пакгаузы Нижнего Новгорода
    Фотография © Дмитрий Чебаненко / предоставлена АБ СПИЧ
  • zooming
    4 / 6
    Пакгаузы Нижнего Новгорода
    Фотография © Дмитрий Чебаненко / предоставлена АБ СПИЧ
  • zooming
    5 / 6
    Пакгаузы Нижнего Новгорода
    Фотография © Дмитрий Чебаненко / предоставлена АБ СПИЧ
  • zooming
    6 / 6
    Пакгаузы Нижнего Новгорода
    Фотография © Дмитрий Чебаненко / предоставлена АБ СПИЧ

Два основных зала, расположенные в соседних корпусах, сопоставимы по размерам, но создаваемые впечатления противоположны. Выставочный зал – белый, его двускатный потолок повторяет форму кровли, вторящую контурам конструкций; он максимально прост как white box, закрыт от солнечного света, – все это следует современным правилам создания идеального выставочного пространства: просторного, цельного и совершенно нейтрального. В начале июня в честь открытия обновленных пакгаузов в нем была устроена выставка, посвященная истории «пересборок» конструкций XIX века, а также их обнаружения и изучения; экспозиция работала до начала июля (куратор Ксения Ануфриева, сокуратор Марина Игнатушко). Зал позволил разместить несколько небольших внутренних павильонов, один павильон с обзорной площадкой и мультимедиа-проекцию на одной из протяженных стен.
  • zooming
    1 / 3
    Выставка «Точка сборки», 3.06–3.07.2022. Пакгаузы Нижнего Новгорода
    Фотография © Дмитрий Чебаненко / предоставлена АБ СПИЧ
  • zooming
    2 / 3
    Выставка «Точка сборки», 3.06–3.07.2022. Пакгаузы Нижнего Новгорода
    Фотография © Дмитрий Чебаненко / предоставлена АБ СПИЧ
  • zooming
    3 / 3
    Выставка «Точка сборки», 3.06–3.07.2022. Пакгаузы Нижнего Новгорода
    Фотография © Дмитрий Чебаненко / предоставлена АБ СПИЧ

Но безусловно главным и наиболее сложным из внутренних пространств стал концертный зал в южном павильоне. Сейчас это основная функция ансамбля пакгаузов. На открытии много вспоминали о концерте, который прошел до реконструкции, на открытом воздухе, но под проливным дождем. Само открытие зала 1 июня было отмечено концертом оркестра MusicAeterna под управлением знаменитого греко-русского дирижера Теодора Курентзиса, известного реконструкциями исторической музыки, а еще тем, что он дирижирует без палочки. Курентзис работал в Новосибирске, Германии и Перми, а директор его оркестра Алексей Трифонов с этого года руководит Нижегородским государственным академическим театром оперы и балета имени А.С. Пушкина. Зал создавался под наблюдением Трифонова и при участии специалиста по акустическим решениям Анатолия Лившица, основателя и президента Акустик Групп.
Пакгаузы Нижнего Новгорода
Фотография © Дмитрий Чебаненко / предоставлена АБ СПИЧ

По словам Лившица, современные концертные залы подразделяются на традиционные «коробки» и новаторские «виноградники», в первых пространство прямоугольное, а сцена расположена впереди, во вторых зрительские места расположены вокруг сцены – и для качества звучания первое, классическое решение предпочтительнее. Так вот, концертный зал в пакгаузах – типичная «коробка», не слишком большая, даже камерная, то есть с точки зрения Анатолия Лившица это должно быть правильным традиционным решением. Зал отделан акустическими панелями из палисандрового шпона темно-бордового оттенка, их уступчатый рельеф достаточно прост, зал уютный, поскольку, по контрасту с белым фойе, почти полностью подчинен фактуре дерева. Сергей Чобан называет его «шкатулкой для слушания музыки», и эта метафора кажется адекватной как из-за темного теплого оттенка, так и из-за сравнительно малого размера; он рассчитан на 430 зрителей.
Пакгаузы Нижнего Новгорода
Фотография © Дмитрий Чебаненко / предоставлена АБ СПИЧ

Акустические свойства зала мне как непрофессионалу судить сложно – музыку было слышно хорошо, а нюансы, вероятно, оценят профессионалы. Но вот окно за сценой, практически во всю ее ширину, открывающее вид на Волгу, устье Оки и высокий берег Кремлевской стороны в рамке ажурных опор XIX века – очень впечатляющее, очевидно, что оно – один из главных аттракторов зала. Оркестр играл при открытом окне, хотя конструкция сцены предусматривает возможность закрыть его специальной заслонкой, как было сказано на открытии, в тех случаях, когда сюжет представления или концерта не предполагает любования городским пейзажем.
Пакгаузы Нижнего Новгорода
Фотография © Дмитрий Чебаненко / предоставлена АБ СПИЧ

Окно делает павильон открытым: при том что мы находимся в закрытом помещении с рассчитанными акустическими свойствами и надежно защищены от ветра и дождя, возможность любоваться панорамой города, одно из достоинств Стрелки, сохраняется и здесь. С другой стороны, между открытыми конструкциями снаружи и открытой сценой внутри возникает некая логическая связь: нас впустили в пространство «за зеркалом», чтобы провести сквозь него и привести обратно – к городу, в этом есть некий связный сюжет.
Концертный зал хорошо просматривается снаружи через витражное окно, особенно вечером. Пакгаузы Нижнего Новгорода. Южный фасад
Фотография © Дмитрий Чебаненко / предоставлена АБ СПИЧ
Пакгаузы Нижнего Новгорода
Фотография © Дмитрий Чебаненко / предоставлена АБ СПИЧ

Здесь надо вспомнить, что перед началом проектирования пакгаузов, в конце 2019 года, Сергей Чобан также работал с пространственным видением – своего рода предварительным мастер-планом развития всей территории Стрелки в целом. Вдоль Оки планировались гостиницы и офисы, в центре территории экспозиционные помещения. На мысу предполагалось здание филармонии, а к северу от пакгаузов – выставочный центр. В Нижнем, надо сказать, все довольно быстро и часто меняется, и мастер-план, судя по всему, уже не актуален. Но несложно заметить, что реализованные павильоны пакгаузов «впитали» две функции своих несостоявшихся более крупных соседей: концертную и выставочную.
  • zooming
    Игорь Членов, партнер АБ СПИЧ, на территории Пакгаузов в день открытия
    Фотография: Юлия Тарабарина, Архи.ру
  • zooming
    Алексей Шубкин, ГАП проекта, и Игорь Членов, партнер АБ СПИЧ, на территории Пакгаузов в день открытия
    Фотография: Юлия Тарабарина, Архи.ру

Реализация проекта, достаточно быстрая, учитывая, что работу начали в 2020 году и вели в период пандемии, оказалась не простой, но в целом архитекторы довольны результатом.
«Проект очень интересный и очень непростой. Было достаточно много изменений, жарких дебатов. В процессе проектирования реализации изменилась площадь концертного зала, немного изменилась планировка. Мы стремились сделать все, насколько это было возможно, так, как было нарисовано с самого начала. Многое пришлось корректировать вплоть до самых последних моментов.
 
Тем не менее проект реализован, и идея полностью нашла отражение в этой реализации. Объемы – лаконичные, изящные, практически не заметные как за счет того, что они повторяют основную геометрию, так и за счет минимализма их решения, и, конечно, благодаря зеркальности материала фасадов. Отражения подчеркивают и дополняют ажурность конструкции, открытой, не спрятанной под фасадом и кровлей – сам объем существует теперь внутри конструкции, в сущности, мы вдохнули жизнь внутрь этого конструктива. Раньше он был закрыт оболочкой, теперь же он стал фасадом».

Зеркальные объемы облицованы фасадными сендвич-кассетами с покрытием из полированной нержавеющей стали: шириной чуть больше метра, толщиной 4 см, высотой до 13 м в центральной части торцевых фасадов. Кровли тоже покрыты полированной нержавейкой, но их кассеты несколько короче и в них уделено больше внимания гидроизоляции. Вертикальные фасады отступают от конструкций на 1.8 метра, оставляя место свободного передвижения для починки, чистки и формируя, в то же время, правильное расстояние для отражения – чтобы «кружево» реального металла и отражения не сплелось слишком тесно. В кровлях отступ между историческими каркасами и новыми поверхностями составляет 50 см для больших объемов и 20 см для малых.
Пакгаузы Нижнего Новгорода
Фотография © Дмитрий Чебаненко / предоставлена АБ СПИЧ
Пакгаузы Нижнего Новгорода
Фотография © Илья Иванов / предоставлена АБ СПИЧ

В объемы встроена подсветка в виде матовых полос белых LEDов, она обведена вокруг дверей и витражных окон кафе и концертного зала, и также обходит по контуру все ребра, подчеркивая в вечернее время лаконичную форму внутренних объемов: светлые линии, прорастающие внутри темной и довольно запутанной паутины конструкций и их отражений, в темноте производят любопытный эффект «прошивания» старого – новым.
  • zooming
    1 / 7
    Пакгаузы Нижнего Новгорода
    Фотография © Дмитрий Чебаненко / предоставлена АБ СПИЧ
  • zooming
    2 / 7
    Пакгаузы Нижнего Новгорода
    Фотография © Дмитрий Чебаненко / предоставлена АБ СПИЧ
  • zooming
    3 / 7
    Пакгаузы Нижнего Новгорода
    Фотография © Дмитрий Чебаненко / предоставлена АБ СПИЧ
  • zooming
    4 / 7
    Пакгаузы Нижнего Новгорода
    Фотография © Дмитрий Чебаненко / предоставлена АБ СПИЧ
  • zooming
    5 / 7
    Пакгаузы Нижнего Новгорода
    Фотография © Дмитрий Чебаненко / предоставлена АБ СПИЧ
  • zooming
    6 / 7
    Пакгаузы Нижнего Новгорода
    Фотография © Дмитрий Чебаненко / предоставлена АБ СПИЧ
  • zooming
    7 / 7
    Пакгаузы Нижнего Новгорода
    Фотография © Илья Иванов / предоставлена АБ СПИЧ

Имеет смысл сказать несколько слов о собственно исторических конструкциях. Они сохранены на том месте, куда их перенесли в 1960-е годы при реконструкции порта, развернув под углом 90 градусов, и опираются на бетонные базы того же времени; сейчас базы заключили в новые аккуратные бетонные кожухи. Металл XIX века покрыли тонким слоем антикоррозионного состава черного цвета; состав разработан нижегородскими специалистами. Поскольку все конструкции открыты и, как было сказано выше, экспонируются под открытым небом, их легко разглядывать, тем более что, помимо естественного освещения, зеркала дают дополнительную подсветку с тыльной стороны. Нам создали все условия для того, чтобы любоваться структурами 1882 года. При обходе видно, что они состоят в основном из металлических полос и треугольников, здесь нет более грубых двутавров, характерных для более позднего времени, что подчеркивала еще в 2015 году историк Татьяна Виноградова. Местами среди круглых клепочных головок видны болты – вероятно, следы послевоенной пересборки.
Пакгаузы Нижнего Новгорода
Фотография © Илья Иванов / предоставлена АБ СПИЧ

Здесь хочется сказать еще две вещи. Металлический каркас, безусловно, впечатляет и масштабом – он довольно крупный, и ажурностью переплетения в пространстве. Однако при ближайшем рассмотрении вскоре замечаешь, что конструкции – не такие уж тонкие и кружевные, как казалось в начале. XIX век производил намного более интересные чугунные структуры в интерьерах – прежде всего, лучше проработанные в деталях, с арками, петлями, капителями и базами. Достаточно взглянуть на Хрустальный дворец Пакстона, чтобы понять – нижегородские, а на самом деле московские конструкции всероссийской выставки, конечно, хороши, но достаточно просты, если не сказать брутальны, особенно если судить по меркам 140-летней давности, и разрабатывались скорее как временные. Вряд ли в 1882 году кто-то мог предположить, что их будут выставлять как памятник.
 
  • zooming
    Пакгаузы Нижнего Новгорода. Детали
    Фотография © Илья Иванов / предоставлена АБ СПИЧ
  • zooming
    Пакгаузы Нижнего Новгорода. Детали
    Фотография © Илья Иванов / предоставлена АБ СПИЧ

В этом тоже заключается парадокс получившихся павильонов. Сама запутанная история бытования, пересборки, обнаружения, изучения придала им интерес, дополнивший чисто эстетическую ценность. Поэтому, конечно, важно было сопроводить открытие исторической выставкой. С другой стороны, за прошедшие полтора века мы стали больше ценить брутальные произведения, но в то же время видели их столько, что прагматические структуры XIX века представляются более изящными, чем они могли бы показаться своим современникам. И наконец, сам выбранный способ экспонирования – открытый, «вывернутый наизнанку», поддержанный отражениями в стальных зеркалах, столь любимых совриском, – делает многое для презентации конструкций именно в качестве памятника, предмета любования, то есть выполняет роль, аналогичную раме картины Нового времени.
  • zooming
    Пакгаузы Нижнего Новгорода
    Фотография © Илья Иванов / предоставлена АБ СПИЧ
  • zooming
    Пакгаузы Нижнего Новгорода
    Фотография © Илья Иванов / предоставлена АБ СПИЧ

Иными словами, идея, предложенная Сергеем Чобаном, будучи противоположна, в целом, всей практике сохранения подобных сооружений, и, следовательно, свежа и нова [хотя какие-то подобные примеры в современной архитектуре, вообще склонной к восхищению каркасами, найти можно, к примеру, в лондонских газгольдерах, хотя они совсем не похожи] – эта идея, повторимся, в истории с нижегородскими пакгаузами – главное, на что следует обратить внимание, – и именно она стала средством их репрезентации как ценности, несмотря на временное выставочно-павильонное происхождение. Так возникает интересное напряжение между вечным и временным: нечто, подлежавшее разборке, перевозу, разделению на части промышленных складов, пережив ряд трансформаций, оказывается обнаруженным, вызывает восхищение, и наконец оказывается «поднятым на пьедестал», подсвеченным, зеркалированным. Это очень современный подход, его корни в музейном и реставрационном деле XIX века, а суть в относительности красоты, в том, что она зависит от взгляда. Он провоцирует зрителя задуматься о времени как течении, способном что-то поглощать, а что-то, по своей прихоти, поднимать, освещать, «выносить на берег». И о том, что вечное и временное в почти любой момент могут поменяться местами. Недаром на открытии играл оркестр под названием «Вечная музыка» / MusicAeterna. Что может быть более временным, чем музыка? Однако же и она подлежит сохранению и восстановлению.
 
Этот подход противоположен идее строительства на мысу Стрелки очень большой соборной колокольни, о которой в Нижнем то и дело вспоминают: можно сколько угодно пытаться законсервировать время и даже повернуть его вспять, но у времени своя стратегия и оно умудряется ускользать, попутно показывая нам, что вечность лежит в несколько иной плоскости, чем та, где ее традиционно принято искать. 
 

Справка  |  вернуться к началу  /|\
Металлические конструкции, произведенные Петербургским металлическим заводом, были составной частью главного павильона двух Всероссийских выставок, XV и XVI, 1882 и 1896 годов. Считается, что первая подвела итоги развития страны при Александре II, вторая – Александра III. Павильон с кольцевидным планом 300 м в диаметре и восемью включенными в кольцо трехнефными объемами-лучами спроектировал архитектор А.Г. Резанов, конструкторы Г.Е. Паукер и И.А. Вышнеградский. На Ходынке «главный павильон» простоял до 1895 года, приютив поочередно несколько других выставок. Затем его разобрали и перевезли в Нижний Новгород для следующей Всероссийской выставки, которая разместилась в Канавинской слободе, в нынешнем парке 1 мая, в 3 км к юго-западу от Стрелки. На выставке павильон выступал целиком, но затем его продали по частям – так 4 трехнефных объема стали складами Сибирского порта Нижегородской ярмарки; затем их унаследовал советский порт на Стрелке. К 1943 году от четырех павильонов осталось два, а в 1960-е их развернули на 90 градусов и поставили несколько восточнее параллельно Волге. Тогда же каждый павильон «потерял» свой третий неф: сохранившиеся конструкции состоят из одного крупного и одного меньшего объема, а стены заложили кирпичом. Снаружи они были в этом виде очень похожи на обычные промышленные склады. Конструкции обнаружили сначала мельком: Ксавье Жюйо и его студенты-архитекторы, проводившие на Стрелке свои опыты с ветром в 2011–2013 годах, а затем – после вывода порта и открытия его территории для подготовки к чемпионату 2018 – участники экскурсии 2015 года. С этого момента началась защита и изучение: Денис Плеханов, сопоставив планы и контуры зданий, доказывает, что сохранившиеся склады – часть именно главного павильона выставок 1882/1896 годов. Затем было несколько попыток снести-перенести конструкции, особенно перед ЧМ 2018 года по футболу, для которого здесь же, на Стрелке, но несколько западнее, построен стадион.  
Мастерская:
СПИЧ http://www.speech.su
Проект:
Пакгаузы Нижнего Новгорода
Россия, Нижний Новгород, ул. Стрелка, д. 21, лит. Ж, И

Авторский коллектив:
Авторы проекта: Сергей Чобан, Игорь Членов, Алексей Шубкин
ГАП: Анастасия Логинова, Анастасия Богодухова

2019 — 2020 / 2021 — 2022

Заказчик: Администрация г. Нижний Новгород

11 Августа 2022

СПИЧ: другие проекты
Маленькая выставка с большим потенциалом
Музей архитектуры начинает коллекционировать современность. Об этом заявляет выставка «Депозитарий современности. Архитектура XXI века – в собрание музея». Сама по себе небольшая, она служит стартом инициативы по отбору и включению в коллекцию ГНИМА графики тех проектов, которые музей и куратор Анна Мартовицкая определят как «синонимы современности». Смотрим выставку, вспоминаем «Строение №», сравниваем, размышляем.
Грани нового города: проекты SEZAR GROUP в Большом Сити
В Большом Сити формируется новая городская панорама, а вместе с ней – новые представления о том, каким может быть жилье в мегаполисе. На территории Большого Сити порядка 30 га – проекты SEZAR GROUP; по мнению аналитиков, на данный момент компания – ключевой девелопер этого масштабного проекта. По изучению портфеля из реализуемых компанией объектов можно проследить процесс рождения нового города на месте крупных промзон. А заодно поставить «точку» градостроительной программы ММДЦ «Москва-Сити», где SEZAR GROUP застраивает два последних участка.
ОНЕ и другие. Итоги архпремии Москвы 2026
Публикуем проекты финалистов и лауреатов архитектурной премии мэра Москвы 2026 года – свои награды они получили из рук главы города в начале июля. Получилась содержательная, объемная подборка, уфф... Есть в ней и башни эмотеха, и клубные дома в русском стиле разной степени эклетичности. Наслаждайтесь: столица должна знать своих героев.
Чикагские лауреаты 2026
Среди призеров премии International Architecture Awards 10 заявок из России: пять реализаций и пять проектов. Что особенно радует, две из них – в номинации «Музеи и культурные центры»: Театр Камала и Пермская художественная галерея. Коротко рассказываем обо всех.
Win-win
Для Перми открытие нового здания художественной галереи – хранительницы знаменитой деревянной скульптуры – означает завершение 35-летней эпопеи с поиском места коллекции, сформировавшейся и разросшейся, имея в качестве «базы» только лишь пространство городского собора. Сергей Чобан называет этот проект одной из самых своих важных работ в России и подчеркивает его анти-«иконичность» в пользу уместности. Съездили в Пермь, изучили здание и масштабную экспозицию музея; рассказываем. Как и другие музейные проекты Сергея Чобана, он выстроен современно – в том смысле, что новое и старое не просто сосуществуют, но и, работая на контрасте, поддерживают друг друга и заостряют наше восприятие комплекса.
REPA 2026: итоги и новшества
Премия Real Estate Property Awards (REPA) подвела итоги: в 44 номинациях боролись 300 девелоперских компаний и архитектурных бюро. Помимо лучших реализаций и проектов премия наградила компании, разделив архитектурные и проектные бюро на разные категории. В состав международного блока жюри вошли 16 экспертов из 14 стран, что позволило добавить специальный раздел, в котором проекты оценивали только иностранные специалисты.
Медное зеркало
Разнотоновый блеск «неостановленной» меди, живописные полосы и отпечатки пальцев, натуральный не-архитектурный, «черновой» бетон и пропорции – при изучении здания музея ЗИЛАРТ Сергея Чобана и архитекторов СПИЧ найдется, о чем поговорить. А нам кажется, самое интересное – то, как его построение откликается на реалии самого района. Тот реализован как выставка фасадных высказываний современных архитекторов под открытым небом, но без доступа для всех во дворы кварталов. Этот, то есть музей – наоборот: снаружи подчеркнуто лаконичен, зато внутри феерически блестит, даже образует свои собственные, в любую погоду солнечные, блики.
Грезы Трезини
В Эрмитаже подвели итоги VIII Международной архитектурно-дизайнерской премии «Золотой Трезини». В этом году премию вручали в год 355-летия первого архитектора Санкт-Петербурга Доменико Трезини. Среди победителей много знаковых проектов: от театра Камала до церкви Преображения Господня Кижского погоста. Показываем победителей всех номинаций, а их у «Трезини» аж целых 33.
Зодчество 2025: победители
Не прошло и месяца, а мы публикуем полный список победителей Зодчества. Сильно выступил, как всегда, Петербург – и даже московскому музею Коллекция дали серебро. Среди школьных зданий лидирует ATRIUM и гимназия имени Примакова от Студии 44. Кстати! В этом году наконец вручили «Татлин», награду за проект; что не может не радовать.
Петербург vs Рим
Центр Петербурга, как известно, священен, – но мало кто всерьез знает, где он начинается и заканчивается. Речь не о формальном признаке «от Обводного канала до Большой Невки», а о «вайбе», соответствующем центру города. Реализовав квартал «Невской ратуши» – по проекту, победившему в международном конкурсе – Евгений Герасимов и Сергей Чобан создали на его территории «образ центра». Причем не столько петербургского, сколько общемирового. Это ново, такого в Питере давно не было... Изучаем атмосферу, вспоминаем прообразы, в том числе раздумываем о том, кто и когда назвал Петербург новым Римом. Не зря, получается, идея-то живет.
Всё по плану
Международная премия THE PLAN Award объявила короткие списки финалистов. В пяти различных номинациях присутствуют реализованные проекты российских бюро – сейчас за них можно проголосовать, чтобы увеличить шансы на получение приза зрительских симпатий. Некоторые, как музей «Коллекция» бюро СПИЧ уже успели отметиться в других серьезных премиях, другие менее известны – предлагаем познакомиться.
Чикагские лауреаты 2025
Премия International Architecture Award подвела итоги: в этом году отмечено рекордное количество проектов от российских архитекторов. Коротко рассказываем о победителях номинаций и работах, удостоенных почетного упоминания.
Текстура города: кирпичная облицовка на фасадах многоэтажных...
Все чаще архитекторы и застройщики выбирают для своих высотных жилых комплексов навесные фасадные системы в сочетании с кирпичной облицовкой. Показываем пять таких недавних проектов с использованием кирпича российского производителя BRAER.
Чикагские лауреаты 2024
Премия The International Architecture Awards отметила сразу семь российских проектов – четыре из них стали победителями в различных номинациях, еще три удостоились почетного упоминания. Рассказываем о каждом.
Холст из стекла
Открытие нового корпуса Третьяковской галереи на Кадашевской набережной в мае 2024 года ознаменовало не только расширение знаменитого музея, но и знаковое событие в области использования архитектурного стекла с применением технологии печати. О том, как инновационное остекление расширило границы музейной архитектуры – в нашем материале.
Перезапуск
Блог Анны Мартовицкой перезапустился как видеожурнал архитектурных новостей при поддержке АБ СПИЧ. Обещают новости, особенно – выставки, на которые можно пойти с архитектурным интересом.
IPI Award 2023: итоги
Главным общественным интерьером года стал туристско-информационный центр «Калужский край», спроектированный CITIZENSTUDIO. Среди победителей и лауреатов много региональных проектов, но ни одного петербургского. Ближайший конкурент Москвы по числу оцененных жюри заявок – Нижний Новгород.
Металл с олимпийским характером
Алюминий – материал, сочетающий визуальную привлекательность и вариативность применения с выдающимися механико-техническими свойствами.
Рассказываем о 5 знаковых спорткомплексах, при реализации которых был использован фасадный алюминий компании Cladding Solutions.
Портик нового времени
В начале года в новосибирском аэропорте Толмачево открылся терминал С. Масштабный и прозрачный входной зал со светящимися колоннами внутри умело сочетает лаконизм с яркой фотогеничностью WOW-эффекта. Он – и новый фасад всего комплекса, и точка отсчета планируемой реконструкции, по завершении которой Толмачево станет крупнейшим региональным аэропортом России. Рассматриваем здание в контексте модернистских прототипов как Новосибирска, так и Ленинграда: они собираются в отдельную, не лишенную любопытных нюансов, историю.
Шестиглавый
В Новосибирске объявлены результаты архитектурного рейтинга «Золотая капитель», одной из старейших постсоветских премий. Ее особенность, чтобы не сказать уникальность для российского контекста – в том, что на последнем этапе судейства проекты презентуют и обсуждают. Что довольно увлекательно. Делимся впечатлениями и показываем, кто победил.
Алюминий в историческом городе
Алюминий – современный материал с большим потенциалом для реконструкции и новой архитектуры в контексте исторической застройки: он легкий, прочный, а еще умеет имитировать другие поверхности – например, более дорогую и меняющую со временем цвет медь. Предлагаем несколько удачных примеров из мировой и российской практики.
Золотое сечение: лауреаты 2023
Три высшие награды, включая гран-при, получили в этом году архитекторы СПИЧ. Николай Шумаков отмечает, что хорошие московские архитекторы все больше работают в отдаленных уголках страны. На выставке премии можно было изучить, с архитектурной точки зрения, некоторые крупные, но малоизвестные комплексы. Публикуем список лауреатов Золотого сечения 2023 с небольшими комментариями и репортажем.
Филевский Колизей
Центральная часть МФК «Фили Град», построенная архитекторами SPEECH – пример работы с крупной формой и большой плотностью. То и другое удалось подчинить лаконичной замкнутой форме и жесткой структуре линий: они ритмизуют масштаб математически-рационально, предъявляя его городу как своего рода формулу.
Архсовет Москвы – 78
Совет поддержал проект 400-метровой офисной башни, которая дополнит Сити и станет продолжением моста Багратион. Экспертам понравилась ярусная композиция, «интерактивный» фасад и функциональная насыщенность.
Похожие статьи
Долгожданный поворот сюжета
В Лос-Анджелесе открылся Музей нарративного искусства Джорджа Лукаса от пекинского бюро MAD. История этого проекта настолько многострадальна и сложна, что сама могла бы стать основой для киносценария.
От римских бань к лофтам
В нидерландском городе Неймегене согласно плану бюро KCAP строится новый район Ваалквартир, ландшафтное решение которого связано с историей места – начиная с древних римлян.
Глитч и веер
Еще один проект жилого комплекса по программе реновации от бюро Continuum, на этот раз – на улице Окружная. Два высотных корпуса-близнеца смещены в глубину участка, а масштаб пешеходной среды определяет стилобат. В основе фасадного решения – смещение ритма вертикалей и веерно-ступенчатая пластика.
Зеркало для гор
На горнолыжном курорте Лех в Австрийских Альпах открылась водно-зеркальная инсталляция по проекту Snøhetta: она заняла крышу станции канатной дороги.
Архитектура как часть ландшафта
Бюро DNK ag разработало проект премиального отеля в горах как живописную композицию из индивидуальных «вилл», формирующих компактный городок, в которой архитектура, ландшафт и инфраструктура работают как единое целое.
Об Узбекистане с любовью
Завершившаяся в 2025 году реставрация Национального павильона Узбекистана на ВДНХ порой напоминала детектив, порой – драму. Многие архитектурные детали, казалось, были безвозвратно утрачены, 25-метровая ротонда не сегодня-завтра должна была рухнуть, о нюансах декора приходилось догадываться по секундным кадрам из цветного документального фильма. Но архитектурному бюро «МВ-ПРОЕКТ» удалось распутать клубок проблем и буквально заново собрать один из самых грациозных ансамблей ВДНХ.
Крутятся шестеренки
Детский технопарк в Новом Уренгое включает 11 лабораторий, где изучают космос, робототехнику, биотехнологии и другие актуальные направления. Следуя за функцией, ПИ АРЕНА выбрал форму, которая во многом наследует традициям модернизма: в архитектурном решении можно усмотреть супрематические композиции, интерпретацию «Шестигранника» Ивана Жолтовского и модульность метаболизма.
Доступная аренда на острове роскоши
Stefano Boeri Architetti победили в конкурсе на проект комплекса доступного жилья в городе Ивиса на Ибице: их замысел Sa Casa реагирует на местный жилищный кризис, где 4 млн туристов в год вытесняют коренных островитян с рынка аренды.
Второе рождение Телеграфа
В итоговой версии проекта приспособления здания Телеграфа под университет – стартовавшей от концепции Чипперфильда – архитекторы СКиП на стадии РД выступили в роли разработчиков и генпроектировщиков. И проект глобальной «звезды» оказался удивительно похож на концепцию, предложенную самим СКиП в 1997–1999 годах. В публикуемой статье Игорь Шварцман и Татьяна Груздева рассказывают о двух проектах для Телеграфа – прежнем и реализованном сейчас.
Маяк на утесе
Один из кварталов масштабного района «Деснаречье», который возводится в Новой Москве, проектирует архитектурное бюро «Крупный план» (KPLN). Участок имеет свои преимущества и сложности: с одной стороны – близость реки и выразительный ландшафт, с другой – магистраль и перепад высот. Авторы проекта решили подчеркнуть существующую «фактуру» места: на естественной возвышенности разместили доминанту в виде башни-маяка, сделали стилобат продолжением утеса, а в архитектуре секционной застройки отрефлексировали близость реки.
Подъем с остановками
Башня для наблюдения за перелетными птицами на болотах Чэньху в Ухане задумана шанхайским бюро Xiang Architects как «посредница» между человеком и природой.
Архитектура геологического формата
«Геологически»-природная форма для крупных комплексов – одна из важных тем нашего времени, она подходит для больших объемов много лучше, чем пилястры и карнизы... Вот и проект с географическим названием «Широта 54», предложенный Раисом Баишевым и архитекторами АБ «Остоженка», «прорастает» в глубь земли сохраняемым оврагом, а вверх пластинами домов, похожих на меловые горы, с пещерами дворов-террас, встроенных в объем. Особенность – много открытых для горожан и жителей общих пространств, задуманное качественное строительство. Большие стекла, даже кондиционирование центральное. Изучаем в контексте.
Новая деревня
Бюро Rhizome представило проект коттеджного поселка, строительство которого запланировано рядом с горнолыжным курортом в Ленинградской области. Вместо расчерченных на сегменты участков архитекторы предложили более естественную среду, напоминающую небольшой северный городок. Чтобы добиться непринужденного разнообразия, авторы разработали несколько типологий домов и вспомогательных объектов, выстроили иерархию приватных и общественных пространств, а также использовали материалы и цвета, характерные для финских мыз и деревень.
Элемент равновесия
Проект жилого дома по программе реновации от бюро Continuum создает на Лодочной улице ансамбль: вместе с другим новым высотным зданием он фланкирует четырехэтажную постройку сталинской эпохи, выстраивая ритмичную композицию. Пластические и фасадные решения – трехчастное построение, веерное смещение объемов и комплементарная колористика – также родственны соседней башне.
Дом длиною в улицу
Проектируя жилой комплекс для Нижнего Новгорода, бюро СИВИЛ столкнулось с непростыми ограничениями участка. Единственно возможную меридиональную посадку дома архитекторы обыграли с помощью ступенчатого плана, который подчеркивают различия в материалах отделки фасадов. Перепад высот и арка, соединяющая две зеленые территории, дополнили композицию и сформировали выразительный силуэт комплекса.
Между небом и бетоном
Архитекторы Vari создали на трех верхних уровнях общественного центра RICHAUS в Чунцине рекреационное и торговое пространство aa market, организованное как сад на крыше.
Стальные покрывала для Майами
В Майами началось строительство Sweetbird North – офисного здания по проекту Snøhetta, чей фасад образован как будто наполненной ветром стальной «вуалью». Оболочка, защищая от ураганов и солнца, постоянно меняет свой облик на свету, а за ней прячутся зеленые террасы и офисы.
Искусство полного цикла
Школа требует порядка, регламента и дисциплины, а творчество – свободы, эксперимента и импровизации. В здании Сибирской высшей школы музыкального и театрального искусства в Кемерово бюро «МВ-ПРОЕКТ» попыталось примирить эти противоречия: заключить сложную и изменчивую творческую жизнь в строгую, рационально организованную архитектурную форму.
Камень и дерево
Офисное здание в Париже «актуализировано» бюро DTACC architectes с опорой на градостроительную схему Османа и японские традиции деревянной архитектуры.
Найдется ли 10 отличий?
Рядом с бизнес-центром Тэндзин I в центре Фукуоки построен его «близнец» Тэндзин II: оба проекта выполнены в нью-йоркском филиале OMA под руководством Сёхэя Сигэмацу.
Океан для всех
CRA-Carlo Ratti Associati и миллиардер-девелопер Джефф Грин, владеющий 30,3 га во флоридском городе Уэст-Палм-Бич, представили проект жилого дома MiMar из бетона и инженерного дерева, где фасад-гармошка должен обеспечить каждой квартире вид на Атлантику, не разделяя жильцов на «элитных» и «остальных».
Красная победная лента
Флагманский магазин TEAM CHINA расположен в центре одного из активно развивающихся модных районов Шанхая. В его интерьере бюро ICD (I Collective Design) переосмысливает спортивную культуру и варианты ее интеграции в современный городской контекст. Проект объединяет дух и историю китайской национальной сборной с энергией Шанхая.
Счастливые тринадцать
Реконструкцией заводского общежития Kosmalt 1960-х в словацком Кошице местное бюро Atrium постаралось доказать, что даже утилитарные послевоенные постройки могут обеспечить качественную и современную жилую среду.
Волны крыш
В Сучжоу открылся Музей современного искусства – первый реализованный проект художественного музея от BIG, как его позиционируют сами архитекторы.
Зачем подстанции бирюза?
Powerhouse Company и Studio RAP попытались сделать подстанцию в нидерландском Бевервейке арт-ориентиром с помощью керамического панно, но эта попытка подать «пром» как искусство вызывает скорее вопросы, чем восхищение.
Романтика петербургского двора
Подход «Студии 44» к редевелопменту территории винного завода «Ливиз» кажется важным для Петербурга прецедентом: архитекторы приспосабливают не только объекты культурного наследия, но и другие дореволюционные здания, раскрывая их характерные черты и снабжая новой функцией – общественной или жилой. Новая архитектура сплетается со старой, формируя набор ясных или намеренно усложненных городских пространств. Кварталы разных типологий дополняет пешеходный променад, который делает среду проницаемой и оживленной. И все это – под знаменем романтики и ностальгии по историческому городу.
Архетип вместо декора
Как легенды Татарстана становятся частью современной архитектуры: в интерьерах ЖК «Зилант Премьер» студия BLOK переосмыслила образы Зиланта и Белого Барса.
Обилие углов
Комплекс социального жилья в Сан-Франциско по проекту OMA вписан в окружение исторических таунхаусов с помощью складчатого фасада.
Новая элегия
Всегда любопытно рассматривать объекты, которые архитекторы строят для себя – кажется, именно они говорят об авторском подходе лучше всего. Беседку, дополнившую пруд на загородном участке Сергея Никешкина, отличает изящное конструктивное решение, динамичный силуэт и детали, изготовленные архитектором вручную. Кроме того, в объеме постройки спрятано техническое помещение, которое обеспечивает фильтрацию воды.
Технологии и материалы
Три способа встроить мансардное окно в архитектуру...
Мансардное окно обычно воспринимается как элемент, который приходится вписывать в уже заданную конструкцию крыши. Но возможен и обратный подход: размер, конфигурация, цвет или геометрия остекления становятся частью архитектурного замысла и влияют на то, как выглядит весь верхний этаж.
Чёрный пенопласт из отходов
Carbon Cell разработала пеноматериал на основе обугленных сельскохозяйственных отходов. Он не содержит пластика, пригоден для домашнего компостирования и обладает отрицательным углеродным следом: по оценке компании, каждый килограмм материала обеспечивает связывание углерода, эквивалентное почти килограмму CO₂.
Бионика в игровых пространствах
Органическая пластика и сложная геометрия проникают в дизайн игровых пространств все чаще. «Новые Горизонты» предлагают развивать это направление, называя его «бионическими игровыми комплексами», – как концепцию, соединяющую выразительную форму площадки с архитектурой и благоустройством.
Сталь. Спорт. Стиль
Спортивные объекты предъявляют к отделочным материалам разные требования: устойчивость к ударам и интенсивной эксплуатации, безопасность, влагостойкость, гигиеничность. Один из материалов, способных работать в таких условиях, – нержавеющая сталь. Разбираемся, какую марку стали и тип обработки выбирать для тренажерных залов, бассейнов, общественных зон и фасадов – и как эти решения работают на реализованных объектах.
От фасада до земли
Облицовочный кирпич и тротуарная плитка в проектах – нередко выступают как части единой материальной палитры. Они связывают фасад и благоустройство через близкие оттенки или, наоборот, контраст, градиент и общий ритм. Смотрим подборку примеров жилых комплексов из портфолио бюро СПК, где применяется продукция BRAER.
Фальц: от штучного решения к рабочей технологии
Фальцевая кровля часто оказывается в проектах благодаря широким возможностям в работе со сложной геометрией. Но результат зависит не столько от самого металла, сколько от того, как увязаны основание, узлы, производство и монтаж. На примере инфраструктурных объектов разберем фальц как воспроизводимую строительную технологию.
В Токио робота-андроида привлекли для работы на стройплощадке
Компания Shimizu Corporation начала испытания гуманоидных роботов и роботизированных манипуляторов с искусственным интеллектом на строительных площадках. Экспериментальным полигоном стал небоскреб Torch Tower, спроектированный Со Фудзимото.
Материал для эксперимента: полимеры в общественном...
Этим текстом мы открываем новый цикл статей о полимерах в современной архитектуре. Его тема – не столько сферы применения того или иного материала, сколько изменение его архитектурного статуса. В четырех статьях мы попробуем рассмотреть этот вопрос на разных масштабах – от общественного пространства и реконструкции до частного дома и выставочной архитектуры.
Уличная мебель как микроархитектура
Работая с современной городской средой, архитекторы остро ощущают дефицит мафов «с собственным лицом». Две-три универсальные линейки и каталог из двадцати типовых позиций – не всегда то, что хотелось бы при создании сложного многослойного пространства. Выходом становятся коллаборации архитектора и производителя. PUNTOGROUP за последние несколько лет выстроили несколько таких партнёрств – с бюро CORE, TESLER ARCHITECTS, Каримом Рашидом.
Tarkett: инновации, экспертиза и инструменты для архитекторов...
В современной архитектуре и дизайне выбор напольных покрытий выходит далеко за рамки эстетики. Сегодня это комплексное решение, объединяющее дизайн, функциональность, заботу о здоровье людей и экологическую ответственность. Tarkett, мировой лидер в производстве напольных покрытий с 1886 года, предлагает профессионалам именно такой подход: продукция компании – это продуманная система, способная трансформировать пространство, повышать его безопасность и комфорт.
Моллированное стекло в архитектуре: формы и возможности
Моллированное стекло позволяет не только реализовать сложную геометрию фасадной оболочки: плавные закругления могут влиять на распределение ветровых нагрузок. Рассмотрим возможности технологии на примере проектов Российской Стекольной Компании.
Дары аквакультуры
Китайская студия BENTU Design разработала отделочные панели из ила рыбоводческих прудов. Основа материала – прудовый ил, который перерабатывают в геополимерный материал без высокотемпературного обжига.
Динамичный фасад: игра света с нержавеющей сталью
Нержавеющая сталь – один из немногих фасадных материалов, который может менять восприятие объёма за счет эффектов отражения и игры со светом. Это материал с сильной собственной эстетикой, но чтобы его потенциал реализовался, а не обернулся проблемами на этапе эксплуатации, важно понимать технологические особенности – от выбора марки стали и обработки поверхности до конструктива крепления.
Собрать, утеплить, разобрать
Мастерская CO Adaptive разработала The Block – модульную систему из списанной древесины с уже встроенной изоляцией, которая ставится изнутри здания и создаёт дополнительный теплоизоляционный контур.
Лава и мониторы
Итальянские дизайнеры Matteo Thun & Partners разработали коллекцию «вулканической» интерьерной плитки. В её основе – обрезки плит из лавового камня с вулкана Этна.
Керамическое плетение
Американская Studio WE разработала CeraShingle – модульную систему керамической фасадной облицовки, в которой серийность не означает полного повторения элементов. Черепицы размером около 400 × 130 мм печатаются из глины роботизированной установкой по цифровой модели. При этом они могут различаться рельефом, кривизной, перфорацией и рисунком поверхности.
Инвестиция в долговечность: керамическая плитка с...
Керамическая плитка с пазами (пропилами) появилась на российском рынке как ответ на запрос, который давно существовал в практике: получить скрытое крепление на вентфасаде без ручной доработки плитки на площадке. KERAMA MARAZZI первой наладила промышленный выпуск такого продукта в России.
Дыхание термитника
TerraMound – экспериментальный проект керамической стены, созданной по образу вентиляционных систем термитников. Разработанный в лондонской школе Бартлетта Рамешвари Джонналагедда, прототип использует пористую глину и испарительное охлаждение для пассивного климат-контроля без кондиционеров.
Клинкер с идеальной геометрией
Клинкерная плитка для навесных вентилируемых фасадов азербайджанского производителя Sultan Ceramic – рассчитана на здания высотой до 100 метров и уже прошла проверку на многоэтажных объектах в России. Разбираем ключевые характеристики материала, от технологии производства до полного пакета документации для госэкспертизы.
Пять миллионов «аналоговых пикселей»
Итальянская компания SICIS завершила реконструкцию винодельни Flora Springs в долине Напа. Главным материалом обновления стала мозаика: для отделки фасада и интерьера использовали 5 млн цветных элементов. Из цветных кусочков дизайнеры компоновали абстрактные орнаменты и сюжетные панно. Среди источников вдохновения – римская богиня Флора, «Рождение Венеры» Боттичелли и парк Гуэль Антонио Гауди.
Сейчас на главной
Искусство первого впечатления
Для клубного дома «Капельский, 5» бюро Syntaxis разработало интерьеры, в которых граница между архитектурой и искусством становится весьма условной. Каменная мозаика, деревянные панели и выразительная пластика потолка формируют художественную среду, рассчитанную не только на созерцание, но и на повседневную жизнь.
Городские оазисы
Четыре павильона по проекту Snøhetta для гонконгского ЖК Pavilia Farm отвечают разным нуждам жителей комплекса.
Дизайн терапия от стресса
В интерьере студии телесных практик «Алхимия» зашифрован секретный дизайнерский рецепт обретения мира и покоя в бесконечной череде суетливых будней, проживаемых жителями северной столицы, – от бюро AN Design.
Линия и крест
Возведенные из бетона и дерева корпуса в деловом и образовательном iXcampus в Сен-Жермен-ан-Ле под Парижем вписаны по замыслу Baumschlager Eberle Architekten в ландшафт исторического парка.
Звезда с звездою говорит
Вашему вниманию – опыт краткой истории проектирования на территории «Красного Октября» в 2024–2025 годов – с участием очень известных московских бюро: Меганом, Saga, ЦЛП и мастерской Сергея Скуратова. Проект изменился уже в начале 2026 года, хотя коллегиально выработанный мастер-план был взят как основа. Так что в данном случае – речь о недавней, но истории. С проектами и комментариями авторов, в основном посвященных коллективной работе. Ценнейший материал, на наш взгляд.
Пресса: Наши строят за границей
В честь Всемирного дня архитектуры, который весь мир отмечает в первый понедельник октября, Weekend изучил строящиеся проекты российских бюро за рубежом, а также выяснил, что герои этих проектов должны постичь еще более изощренную формулу жизни, чем персонаж бестселлера Элизабет Гилберт: «Сбеги, вознесись, наслаждайся».
14 изменений в процедурах согласования проектов в...
Недавно, 30 сентября, было объявлено об упрощении процедуры согласования в Москве. Объявление вызывает интерес как связанное с очередным, не первым в городе за последнее время, изменением порядка согласования. Осваивать массу бюрократических сообщений больно – так что мы предложили дружественной нейросети провести поиск и проанализировать изменения за последний год. Получился, вроде бы, неплохой обзор, в нем куча ссылок – оцените. Некоторые ссылки требуют доступа в системы типа «Гарант», но некоторые открыты для всех.
Павильон спорта
Компактный спортивный центр построен по проекту архитектурной мастерской Антона Литовского в загородном поселке Московской области. Несущая конструкция выполнена из клееной древесины, а с торцов здания в нее установлены стеклопакеты – благодаря этому зал наполнен светом и видами леса.
Путь тишины
Проект CITIZENSTUDIO – часть будущего пешеходно-рекреационного каркаса Мурманска: 24-километровой тропы, которая свяжет берег Кольского залива и систему семи озер. Первый отрезок проходит через сопку Зеленый мыс, минуя одну из главных достопримечательностей города – Мемориал Защитникам Советского Заполярья, более известный как "Алёша". Архитектурные решения подчеркивают мемориальную и природную ценность места, не конкурирую с существующими объектами.
Долгожданный поворот сюжета
В Лос-Анджелесе открылся Музей нарративного искусства Джорджа Лукаса от пекинского бюро MAD. История этого проекта настолько многострадальна и сложна, что сама могла бы стать основой для киносценария.
Меж колонн и сосен
Проект апарт-отеля от бюро ХВОЯ сохраняет масштаб детского пионерского лагеря, который раньше находился на участке близ Рощинского разлива. Восемь одноэтажных корпусов, предназначенных для хозяйственных и общественных функций, размещаются под лентой здания с номерным фондом. Такое решение позволило сохранить деревья и добиться проницаемости.
От римских бань к лофтам
В нидерландском городе Неймегене согласно плану бюро KCAP строится новый район Ваалквартир, ландшафтное решение которого связано с историей места – начиная с древних римлян.
Обрамление функции
Три выпускные работы бакалавров кафедры «Архитектура промышленных сооружений» МАРХИ отвечают на вопрос: может ли инфраструктурный или промышленный объект стать точкой притяжения, носителем идентичности и катализатором перемен? Предлагаем рассмотреть аэропорт для Севастополя, космодром в нейтральных водах Тихого океана и ледокольную верфь в Архангельской области, для которых авторы искали уместные и выразительные образы.
Архивисты VS искусствоведы?
Надо ли «разрушать монополию искусствоведов» в деле исследования памятников авангарда? А если да, то как далеко должен зайти такого рода «поворот в социогуманитарных исследованиях»? Об этом – рецензия главы Сектора Свода памятников ГИИ на книгу Александра Дуднева и Констанина Гудкова «Москва на стройке». Книга – ценнейший и гигантский каталог зданий 1917–1941 года, но высказанный в предисловии методологический пафос крутого поворота вызывает некоторые сомнения…
Зеркало для гор
На горнолыжном курорте Лех в Австрийских Альпах открылась водно-зеркальная инсталляция по проекту Snøhetta: она заняла крышу станции канатной дороги.
Шум воды против ковша?
Две в половиной недели осталось, чтобы посетить первую микро-выставку в НКО Перовский архив. Там дают послушать маленькую пластинку с шумом фонтана, который так никогда и не построили на территории фабрики театральной фабрики. Микро-объект – как предстатель за сохранность здания перед программой КРТ. Ммм... Может и сработает.
Глитч и веер
Еще один проект жилого комплекса по программе реновации от бюро Continuum, на этот раз – на улице Окружная. Два высотных корпуса-близнеца смещены в глубину участка, а масштаб пешеходной среды определяет стилобат. В основе фасадного решения – смещение ритма вертикалей и веерно-ступенчатая пластика.
Архитектура как часть ландшафта
Бюро DNK ag разработало проект премиального отеля в горах как живописную композицию из индивидуальных «вилл», формирующих компактный городок, в которой архитектура, ландшафт и инфраструктура работают как единое целое.
Не только K-Pop: архитектура корейских кафе. II. Память...
Продолжаем серию публикаций о южнокорейских кафе-кофейнях. За последние годы их число в стране достигло более 100 тысяч: кофейни стали не только важным культурным и социальным феноменом, но и своеобразной лабораторией современной корейской архитектуры. В 2-й части рассказываем о кафе в реконструированных зданиях – индустриальных и традиционных.
Бенгази: город как система поддержки
Концепция мастер-плана Бенгази до 2050 года, разработанная Проектным бюро ДА для международной инициативы GCUPI-B, предлагает рассматривать восстановление города как формирование целостной «поддерживающей среды». Ее основу составляют взаимосвязанные социокультурный, градоэкологический, транспортный и производственно-инновационный каркасы.
Об эффективности специализированных институтов
В преддверии публикации материала, подытоживающего дискуссию на тему «Градостроительная теория: кризис институций», публикуем текст Игоря Бондаренко, бывшего директора НИИТИАГ – посвященный непростой ситуации в российской архитектурной науке.
Об Узбекистане с любовью
Завершившаяся в 2025 году реставрация Национального павильона Узбекистана на ВДНХ порой напоминала детектив, порой – драму. Многие архитектурные детали, казалось, были безвозвратно утрачены, 25-метровая ротонда не сегодня-завтра должна была рухнуть, о нюансах декора приходилось догадываться по секундным кадрам из цветного документального фильма. Но архитектурному бюро «МВ-ПРОЕКТ» удалось распутать клубок проблем и буквально заново собрать один из самых грациозных ансамблей ВДНХ.
Инженеры пухового платка
По проекту бюро KOSMOS достроен пассажирский терминал международного аэропорта «Оренбург». Концепция, вдохновленная красотой и функциональностью пухового платка, воплощена с помощью стальных конструкций, из которых сплетается трехмерная невесомая оболочка, «накинутая» на основной стеклянный объем. Кристаллическая проницаемая структура формирует и внутренние пространства, дополненные теплыми деталями: деревянными креслами, индивидуальными сценариями освещения, лемехом и даже «обоями» в зоне приема багажа.
Множественность интерпретаций
Бюро Lebedeva project смогло создать новый тип общественного пространства в легендарном доме Микини в Армянском переулке Москвы. Сочетание многофункциональности и истории места стало основой для удивительного интерьера, в котором новое и старое гармонично дополняют друг друга.
Золото на зеленом
Бюро Antonio Virga Architecte реконструировало здание медиатеки для коммуны Сен-Манде под Парижем, смело добавив к строгому фасаду элементы из золотистого анодированного алюминия.
Крутятся шестеренки
Детский технопарк в Новом Уренгое включает 11 лабораторий, где изучают космос, робототехнику, биотехнологии и другие актуальные направления. Следуя за функцией, ПИ АРЕНА выбрал форму, которая во многом наследует традициям модернизма: в архитектурном решении можно усмотреть супрематические композиции, интерпретацию «Шестигранника» Ивана Жолтовского и модульность метаболизма.
Маленькая выставка с большим потенциалом
Музей архитектуры начинает коллекционировать современность. Об этом заявляет выставка «Депозитарий современности. Архитектура XXI века – в собрание музея». Сама по себе небольшая, она служит стартом инициативы по отбору и включению в коллекцию ГНИМА графики тех проектов, которые музей и куратор Анна Мартовицкая определят как «синонимы современности». Смотрим выставку, вспоминаем «Строение №», сравниваем, размышляем.
Доступная аренда на острове роскоши
Stefano Boeri Architetti победили в конкурсе на проект комплекса доступного жилья в городе Ивиса на Ибице: их замысел Sa Casa реагирует на местный жилищный кризис, где 4 млн туристов в год вытесняют коренных островитян с рынка аренды.
Общее дело возрождения
С середины сентября до конца октября идет прием заявок на III Национальную премию «Наследие дороже» – 2026, которая присуждается проектам и инициативам, направленным на сохранение и возрождение исторических объектов. Награждаются как бизнес-проекты, так и общественные инициативы.