English version

Изнутри наружу: павильоны вечности

Реконструкция пакгаузов нижегородской Стрелки – они открылись в начале июня как концертный и выставочный залы – стала, без преувеличения, событием года в области как культуры, так и архитектуры. Их история кажется нам образцовой с точки зрения обнаружения, исследования и охраны памятника инженерной мысли XIX века. В то же время решение по приспособлению и экспонированию конструкций пакгаузов, предложенное Сергеем Чобаном – очень смелое, нетривиальное и актуальное. На грани временного, временнОго и вечного.

mainImg
Мастерская:
СПИЧ http://www.speech.su
Проект:
Пакгаузы Нижнего Новгорода
Россия, Нижний Новгород, ул. Стрелка, д. 21, лит. Ж, И

Авторский коллектив:
Авторы проекта: Сергей Чобан, Игорь Членов, Алексей Шубкин
ГАП: Анастасия Логинова, Анастасия Богодухова

2019 — 2020 / 2021 — 2022

Заказчик: Администрация г. Нижний Новгород
[см. рассказ о пакгаузах
в Архиблоге Анны Мартовицкой]

История спасения конструкций «пакгаузов», а на самом деле павильонов всероссийской выставки 1882 года, обнаруженных в 2015 году на нижегородской Стрелке – одновременно эталонная по интенсивности и эффективности общественного движения – и новаторская по смелости и тонкости решения, предложенного Сергеем Чобаном для их приспособления к новой функции выставочного и концертного залов.
Пакгаузы Нижнего Новгорода
Фотография © Илья Иванов / предоставлена АБ СПИЧ

Сам архитектор признается в некоторой «рискованности» своего проекта «в отношении старого и нового»: вместо того, чтобы накрыть металлические каркасы неким чехлом снаружи, их оставили открытыми, встроив внутрь простые объемы со скатными кровлями и фасадами из зеркальной полированной стали.
Пакгаузы Нижнего Новгорода
Фотография © Дмитрий Чебаненко / предоставлена АБ СПИЧ
Пакгаузы Нижнего Новгорода
Фотография © Илья Иванов / предоставлена АБ СПИЧ
Пакгаузы Нижнего Новгорода
Фотография © Дмитрий Чебаненко / предоставлена АБ СПИЧ
Пакгаузы Нижнего Новгорода. Вид с юго-востока. Вдали видна арена, построенная к ЧМ-18
Справа две башни Петра Виноградова, современные металлические скульптуры на тему опор ЛЭП Владимира Шухова, дополнившие ансамбль пакгаузов. Слева кирпичное здание водозабора Нижегородской ярмарки, ок. 1900-х гг.
Фотография © Дмитрий Чебаненко / предоставлена АБ СПИЧ

Сразу подчеркнем: архитекторов СПИЧ пригласили к работе с территорией Стрелки в 2019 году, уже после того, как стены и кровли пакгаузов были разобраны в конце 2017 года в пылу подготовки к футбольному мундиалю. Конструкции сохранились, стены – нет, впрочем стены были поздними, 1960-х годов, они принадлежали к четвертому этапу сложной жизни фрагмента здания XIX века [см. справку]. В составе портовых строений пакгаузы выглядели снаружи крайне неказисто – одним из первых впечатлений экскурсантов, обнаруживших структуры XIX века на Стрелке, стало удивление от того, какая красота скрывается в банальном на первый взгляд промышленном ангаре советского времени. И наоборот, много восхищения красотой ажурных структур было высказано после разборки стен, когда конструкции оказались полностью открыты и проницаемы.
  • zooming
    1 / 5
    Пакгаузы на нижегородской Стрелке
    Фото © Roberto Conte www.robertoconte.net
  • zooming
    2 / 5
    Пакгаузы на нижегородской Стрелке.
    Фото © Roberto Conte / www.robertoconte.net
  • zooming
    3 / 5
    Пакгаузы на нижегородской Стрелке. Фото © Roberto Conte www.robertoconte.net
    Фото © Roberto Conte / www.robertoconte.net
  • zooming
    4 / 5
    Пакгаузы на нижегородской Стрелке. Фото © Roberto Conte www.robertoconte.net
    Фото © Roberto Conte / www.robertoconte.net
  • zooming
    5 / 5
    Пакгаузы на нижегородской Стрелке после демонтажа стен в декабре 2017. Фото © Зоя Рюрикова

Тогда, в 2016–2019 годах, был предложен целый ряд проектов консервации и адаптации, как очень концептуальных, так и вполне реальных, причем среди них встречались как предложения оставить металлические структуры совершенно открытыми, встроив внутрь некие аттракционы, так и проекты, в которых «металлическое кружево» помещали в теплый контур внешних стен и кровель.
 
Оба варианта, как потом выяснилось, отказались неподходящими: во-первых, в пакгаузах, ради развития Стрелки в целом, требовалось разместить функцию более интересную и содержательную, чем, к примеру, катальная горка. Во-вторых, предсказуемая версия с внешним контуром, которую поначалу считали едва ли не единственной разумной, при ближайшем рассмотрении оказалась небесспорной.
«В самом первом варианте 2019 года мы накрывали конструкции однослойным стеклом, помещая внутрь объемы, обшитые деревом. Но это решение показалось неудачным по целому ряду причин. Во-первых, мы таким образом прячем конструкции – даже если внешняя оболочка будет стеклянной, стекло далеко не всегда по-настоящему прозрачно, чаще оно скрывает то, что внутри. Во-вторых, в этом случае возникал риск создания неприятного парникового эффекта: зимой – «точка росы», а летом внутри было бы слишком жарко. Кроме того, снаружи здания стали бы достаточно массивными, однако внутри не добавилось бы полезной площади для функционального наполнения.
 
И наконец, конструкции в их современном состоянии не были способны нести новую оболочку. Удивительно, но когда мы начали работать с проектом, нам говорили, что они не могут оставаться открытыми; когда же мы сделали первое предложение по полученному ТЗ, оказалось, что конструкции и закрытыми быть не могут, поскольку не могут ничего нести на себе. Почему не могут нести? Хотя бы потому, что изменились нормативы, сейчас другие допуски по нагрузкам, так что теперь конструкции не имеют права принять на себя даже тот вес, который они несли раньше. Следовательно, их потребовалось бы укрепить, исказить, утяжелить. Любое усиление такой конструкции – это изменение ее характера.
 
Я достаточно долго думал над задачей и где-то весной 2020 года пришел к тому, что оставить структуры XIX века открытыми – единственное приемлемое решение, наиболее демократичное и элегантное. Эта идея позволила нам простейшим образом сохранить наружную конструкцию, не утяжелив ее визуально. Конструкции фактически стали самонесущими, держат сами себя и могут простоять очень долго. В сущности, сейчас они – памятник самим себе. Такими мы их приняли, в этом качестве сохранили и экспонируем».

Пакгаузы Нижнего Новгорода
Фотография © Илья Иванов / предоставлена АБ СПИЧ
Пакгаузы Нижнего Новгорода
Фотография © Дмитрий Чебаненко / предоставлена АБ СПИЧ

Итак, главное в этом проекте – идея. Решение смелое, элегантное и парадоксальное. Изнанка исторического здания оказалась снаружи, но зеркальные фасады отражают конструкции, удваивают их в себе, усиливают впечатление и дают эффект сродни кружевному плетению, которое всех так восхищало после разборки стен в 2017 году. Не точно такой, конечно же, но подобный: ощущение металлического скелета, суперграфики в пространстве, руинированной и устойчивой, гигантской и хрупкой – сохранено и пересказано новым языком, родственным современному искусству и сценографии, – то и другая любят многослойность и подвижность смены впечатлений.
  • zooming
    Пакгаузы Нижнего Новгорода
    Фотография © Илья Иванов / предоставлена АБ СПИЧ
  • zooming
    Пакгаузы Нижнего Новгорода
    Фотография © Илья Иванов / предоставлена АБ СПИЧ

Впечатления меняются постоянно: зеркала усиливают зависимость от погоды и состояния атмосферы как будто усиливается. Иногда, в некоторых ракурсах, иллюзия отсутствия объемов становится совершенной. Их как будто и впрямь нет, они не привлекают к себе внимания; так памятник предстает во всей красе.
Пакгаузы Нижнего Новгорода
Фотография © Илья Иванов / предоставлена АБ СПИЧ

Иногда зеркало оказывается более светлым, чем фон, и образует выгодную яркую подложку для суперграфики конструкций, высвечивая темные тяги. Это тоже одно из идеальных впечатлений, срежиссированных и театральных. 
Пакгаузы Нижнего Новгорода
Фотография © Дмитрий Чебаненко / предоставлена АБ СПИЧ

В хмурую погоду зеркала тоже могут высветиться на фоне темных туч – а могут налиться свинцовой темнотой, и тогда особенно заметно, что внутри что-то есть – в этом один из аргументов критиков проекта. Заметим однако, что в ту же пасмурную погоду здания, решенные в иной парадигме, с фасадами по внешнему контуру, выглядели бы еще более объемными, но не обладали бы привлекательностью парадокса «вывернутости наизнанку», который, так или иначе, дают открытые каркасы.
Пакгаузы Нижнего Новгорода
Фотография © Илья Иванов / предоставлена АБ СПИЧ

В этом еще одна особенность решения – сейчас конструкции широко экспонируются, показывают себя всему городу – мы всё бродили по Нижнему и выискивали места, откуда их можно увидеть: из Кремля, с набережной Федоровского, с Волги… Если бы они были забраны во внешний чехол, рассмотреть каркасы могли бы только посетители, входящие внутрь – сейчас же они стали фактом городского пространства, мега-арт-объектом. Их дополняют две металлические башни – объекты Петра Виноградова, своего рода «памятник» опорам ЛЭП Владимира Шухова. Вместе два пакгауза и башни образуют симметричный ансамбль, объединенный темой металлической ажурности, размышлениями на темы исторического и современного металла: темный металл пакгаузов конца XIX века отражается в светлом современном металле.
Пакгаузы Нижнего Новгорода
Фотография © Илья Иванов / предоставлена АБ СПИЧ
Пакгаузы Нижнего Новгорода
Фотография © Дмитрий Чебаненко / предоставлена АБ СПИЧ
Пакгаузы Нижнего Новгорода
Фотография © Дмитрий Чебаненко / предоставлена АБ СПИЧ

И наконец, согласно заданию в пакгаузах требовалось разместить две культурные функции: выставочный и концертный залы с фойе. Думаю, не ошибусь, если скажу, что их было бы сложно «упаковать» в отведенном пространстве более деликатно, поскольку зеркало – один из самых эффективных способов растворить одну реальность в другой, «спрятать», особенно не пряча, «отвести глаза» зрителю. Залы есть – и вроде бы их и нет. Это эффект, до некоторой степени обратный презентации культурного пространства в классическом искусстве, когда мы входим в торжественный портик и попадаем в некую драгоценную пещеру. Граница из металлического скелета и зеркала не репрезентативна, а напротив, максимально иллюзорна – самая простая аналогия говорит о входе в зазеркалье.
  • zooming
    Вход в концертный зал. Пакгаузы Нижнего Новгорода
    Фотография © Илья Иванов / предоставлена АБ СПИЧ
  • zooming
    Пространство между зеркальными фасадами и конструкциями – 1,8 м. Пакгаузы Нижнего Новгорода
    Фотография © Илья Иванов / предоставлена АБ СПИЧ

Внутри мы обнаруживаем три вида пространств.
 
Первые – фойе, которые одинаковы в обоих павильонах. При входе – гардероб и кафе с витражным окном, прорезающим зеркало фасадов, дальше коридор, который разделяет техпомещения и основную функцию: выставочный зал в севером объеме, концертный в южном. Планировка следует логике сохранившегося каркаса – павильоны 1882 года были трехнефными, но в их бытность портовыми складами одно малое крыло у каждого отрезали, осталось два контура. Соответственно, в большем теперь разместилась функция, в малом – все подсобное. Два нефа конструкций, опираются на один ряд продольных опор; между тем новых, встроенных внутрь, зеркальных «домиков»-павильонов, отчетливо два, и они соединены между собой коридором со стеклянной кровлей. Мы входим в коридор и идем по прямой к основным залам, оставляя фойе по правую и левую руку. 

Интерьеры совершенно и полностью белые – в духе «Отроков во вселенной»; на потолках матовые и линейные светильники белого же света.
  • zooming
    1 / 3
    Пакгаузы Нижнего Новгорода
    Фотография © Дмитрий Чебаненко / предоставлена АБ СПИЧ
  • zooming
    2 / 3
    Пакгаузы Нижнего Новгорода
    Фотография © Дмитрий Чебаненко / предоставлена АБ СПИЧ
  • zooming
    3 / 3
    Пакгаузы Нижнего Новгорода
    Фотография © Дмитрий Чебаненко / предоставлена АБ СПИЧ

Коридор – вероятно, правильнее назвать его галереей – представляет отдельный интерес. Он выстроен вдоль ряда опор металлических конструкций, общего для большого и малого объемов. Каждая опора заключена в стеклянный кожух, через открытый верх в него попадает дождевая вода, для которой предусмотрен отвод внизу. В стеклянных ограждениях предусмотрены «форточки» для починки и очистки – они также отлично помогают проветривать помещение. Потолки коридоров не белые, а стеклянные, с балками из полированного металла: два зеркальных корпуса протягивают друг другу зеркальные «нити». Внутрь в изобилии попадает солнечный свет, прошедший через две металлические сетки: XIX и XXI века.
Пакгаузы Нижнего Новгорода
Фотография © Дмитрий Чебаненко / предоставлена АБ СПИЧ

Коридор с колоннами – удачное дополнение для фасадов с их отражениями. Попав в «зазеркалье», мы получаем не только стерильность нездешней белизны, но и вполне реальные впечатления: экспонирование конструкций 1882 года здесь продолжается в ином ракурсе, более камерном. Двигаясь от входа к залам, мы не можем не пройти мимо колонн близко, и если на улице не обратили пристального внимания на мельтешение линий в отражениях, то теперь нам преподносят конструкции, с одной стороны, как экспонат – в витрине, что провоцирует разглядывание; а с другой стороны – как подобие чего-то живого, внешнего, заключенного в созданную человеком оболочку. Впечатление вполне сравнимо с деревьями, вокруг которых нередко были выстроены произведения архитектуры XX века. Здесь, конечно, не дерево, а металл, но он настолько стар и имеет настолько длинную историю, что уже может быть сравним с узловатым черным стволом повидавшего виды растения – тем более что «растет» на свободе, из земли.
  • zooming
    1 / 6
    Пакгаузы Нижнего Новгорода
    Фотография © Дмитрий Чебаненко / предоставлена АБ СПИЧ
  • zooming
    2 / 6
    Пакгаузы Нижнего Новгорода
    Фотография © Дмитрий Чебаненко / предоставлена АБ СПИЧ
  • zooming
    3 / 6
    Пакгаузы Нижнего Новгорода
    Фотография © Дмитрий Чебаненко / предоставлена АБ СПИЧ
  • zooming
    4 / 6
    Пакгаузы Нижнего Новгорода
    Фотография © Дмитрий Чебаненко / предоставлена АБ СПИЧ
  • zooming
    5 / 6
    Пакгаузы Нижнего Новгорода
    Фотография © Дмитрий Чебаненко / предоставлена АБ СПИЧ
  • zooming
    6 / 6
    Пакгаузы Нижнего Новгорода
    Фотография © Дмитрий Чебаненко / предоставлена АБ СПИЧ

Два основных зала, расположенные в соседних корпусах, сопоставимы по размерам, но создаваемые впечатления противоположны. Выставочный зал – белый, его двускатный потолок повторяет форму кровли, вторящую контурам конструкций; он максимально прост как white box, закрыт от солнечного света, – все это следует современным правилам создания идеального выставочного пространства: просторного, цельного и совершенно нейтрального. В начале июня в честь открытия обновленных пакгаузов в нем была устроена выставка, посвященная истории «пересборок» конструкций XIX века, а также их обнаружения и изучения; экспозиция работала до начала июля (куратор Ксения Ануфриева, сокуратор Марина Игнатушко). Зал позволил разместить несколько небольших внутренних павильонов, один павильон с обзорной площадкой и мультимедиа-проекцию на одной из протяженных стен.
  • zooming
    1 / 3
    Выставка «Точка сборки», 3.06–3.07.2022. Пакгаузы Нижнего Новгорода
    Фотография © Дмитрий Чебаненко / предоставлена АБ СПИЧ
  • zooming
    2 / 3
    Выставка «Точка сборки», 3.06–3.07.2022. Пакгаузы Нижнего Новгорода
    Фотография © Дмитрий Чебаненко / предоставлена АБ СПИЧ
  • zooming
    3 / 3
    Выставка «Точка сборки», 3.06–3.07.2022. Пакгаузы Нижнего Новгорода
    Фотография © Дмитрий Чебаненко / предоставлена АБ СПИЧ

Но безусловно главным и наиболее сложным из внутренних пространств стал концертный зал в южном павильоне. Сейчас это основная функция ансамбля пакгаузов. На открытии много вспоминали о концерте, который прошел до реконструкции, на открытом воздухе, но под проливным дождем. Само открытие зала 1 июня было отмечено концертом оркестра MusicAeterna под управлением знаменитого греко-русского дирижера Теодора Курентзиса, известного реконструкциями исторической музыки, а еще тем, что он дирижирует без палочки. Курентзис работал в Новосибирске, Германии и Перми, а директор его оркестра Алексей Трифонов с этого года руководит Нижегородским государственным академическим театром оперы и балета имени А.С. Пушкина. Зал создавался под наблюдением Трифонова и при участии специалиста по акустическим решениям Анатолия Лившица, основателя и президента Акустик Групп.
Пакгаузы Нижнего Новгорода
Фотография © Дмитрий Чебаненко / предоставлена АБ СПИЧ

По словам Лившица, современные концертные залы подразделяются на традиционные «коробки» и новаторские «виноградники», в первых пространство прямоугольное, а сцена расположена впереди, во вторых зрительские места расположены вокруг сцены – и для качества звучания первое, классическое решение предпочтительнее. Так вот, концертный зал в пакгаузах – типичная «коробка», не слишком большая, даже камерная, то есть с точки зрения Анатолия Лившица это должно быть правильным традиционным решением. Зал отделан акустическими панелями из палисандрового шпона темно-бордового оттенка, их уступчатый рельеф достаточно прост, зал уютный, поскольку, по контрасту с белым фойе, почти полностью подчинен фактуре дерева. Сергей Чобан называет его «шкатулкой для слушания музыки», и эта метафора кажется адекватной как из-за темного теплого оттенка, так и из-за сравнительно малого размера; он рассчитан на 430 зрителей.
Пакгаузы Нижнего Новгорода
Фотография © Дмитрий Чебаненко / предоставлена АБ СПИЧ

Акустические свойства зала мне как непрофессионалу судить сложно – музыку было слышно хорошо, а нюансы, вероятно, оценят профессионалы. Но вот окно за сценой, практически во всю ее ширину, открывающее вид на Волгу, устье Оки и высокий берег Кремлевской стороны в рамке ажурных опор XIX века – очень впечатляющее, очевидно, что оно – один из главных аттракторов зала. Оркестр играл при открытом окне, хотя конструкция сцены предусматривает возможность закрыть его специальной заслонкой, как было сказано на открытии, в тех случаях, когда сюжет представления или концерта не предполагает любования городским пейзажем.
Пакгаузы Нижнего Новгорода
Фотография © Дмитрий Чебаненко / предоставлена АБ СПИЧ

Окно делает павильон открытым: при том что мы находимся в закрытом помещении с рассчитанными акустическими свойствами и надежно защищены от ветра и дождя, возможность любоваться панорамой города, одно из достоинств Стрелки, сохраняется и здесь. С другой стороны, между открытыми конструкциями снаружи и открытой сценой внутри возникает некая логическая связь: нас впустили в пространство «за зеркалом», чтобы провести сквозь него и привести обратно – к городу, в этом есть некий связный сюжет.
Концертный зал хорошо просматривается снаружи через витражное окно, особенно вечером. Пакгаузы Нижнего Новгорода. Южный фасад
Фотография © Дмитрий Чебаненко / предоставлена АБ СПИЧ
Пакгаузы Нижнего Новгорода
Фотография © Дмитрий Чебаненко / предоставлена АБ СПИЧ

Здесь надо вспомнить, что перед началом проектирования пакгаузов, в конце 2019 года, Сергей Чобан также работал с пространственным видением – своего рода предварительным мастер-планом развития всей территории Стрелки в целом. Вдоль Оки планировались гостиницы и офисы, в центре территории экспозиционные помещения. На мысу предполагалось здание филармонии, а к северу от пакгаузов – выставочный центр. В Нижнем, надо сказать, все довольно быстро и часто меняется, и мастер-план, судя по всему, уже не актуален. Но несложно заметить, что реализованные павильоны пакгаузов «впитали» две функции своих несостоявшихся более крупных соседей: концертную и выставочную.
  • zooming
    Игорь Членов, партнер АБ СПИЧ, на территории Пакгаузов в день открытия
    Фотография: Юлия Тарабарина, Архи.ру
  • zooming
    Алексей Шубкин, ГАП проекта, и Игорь Членов, партнер АБ СПИЧ, на территории Пакгаузов в день открытия
    Фотография: Юлия Тарабарина, Архи.ру

Реализация проекта, достаточно быстрая, учитывая, что работу начали в 2020 году и вели в период пандемии, оказалась не простой, но в целом архитекторы довольны результатом.
«Проект очень интересный и очень непростой. Было достаточно много изменений, жарких дебатов. В процессе проектирования реализации изменилась площадь концертного зала, немного изменилась планировка. Мы стремились сделать все, насколько это было возможно, так, как было нарисовано с самого начала. Многое пришлось корректировать вплоть до самых последних моментов.
 
Тем не менее проект реализован, и идея полностью нашла отражение в этой реализации. Объемы – лаконичные, изящные, практически не заметные как за счет того, что они повторяют основную геометрию, так и за счет минимализма их решения, и, конечно, благодаря зеркальности материала фасадов. Отражения подчеркивают и дополняют ажурность конструкции, открытой, не спрятанной под фасадом и кровлей – сам объем существует теперь внутри конструкции, в сущности, мы вдохнули жизнь внутрь этого конструктива. Раньше он был закрыт оболочкой, теперь же он стал фасадом».

Зеркальные объемы облицованы фасадными сендвич-кассетами с покрытием из полированной нержавеющей стали: шириной чуть больше метра, толщиной 4 см, высотой до 13 м в центральной части торцевых фасадов. Кровли тоже покрыты полированной нержавейкой, но их кассеты несколько короче и в них уделено больше внимания гидроизоляции. Вертикальные фасады отступают от конструкций на 1.8 метра, оставляя место свободного передвижения для починки, чистки и формируя, в то же время, правильное расстояние для отражения – чтобы «кружево» реального металла и отражения не сплелось слишком тесно. В кровлях отступ между историческими каркасами и новыми поверхностями составляет 50 см для больших объемов и 20 см для малых.
Пакгаузы Нижнего Новгорода
Фотография © Дмитрий Чебаненко / предоставлена АБ СПИЧ
Пакгаузы Нижнего Новгорода
Фотография © Илья Иванов / предоставлена АБ СПИЧ

В объемы встроена подсветка в виде матовых полос белых LEDов, она обведена вокруг дверей и витражных окон кафе и концертного зала, и также обходит по контуру все ребра, подчеркивая в вечернее время лаконичную форму внутренних объемов: светлые линии, прорастающие внутри темной и довольно запутанной паутины конструкций и их отражений, в темноте производят любопытный эффект «прошивания» старого – новым.
  • zooming
    1 / 7
    Пакгаузы Нижнего Новгорода
    Фотография © Дмитрий Чебаненко / предоставлена АБ СПИЧ
  • zooming
    2 / 7
    Пакгаузы Нижнего Новгорода
    Фотография © Дмитрий Чебаненко / предоставлена АБ СПИЧ
  • zooming
    3 / 7
    Пакгаузы Нижнего Новгорода
    Фотография © Дмитрий Чебаненко / предоставлена АБ СПИЧ
  • zooming
    4 / 7
    Пакгаузы Нижнего Новгорода
    Фотография © Дмитрий Чебаненко / предоставлена АБ СПИЧ
  • zooming
    5 / 7
    Пакгаузы Нижнего Новгорода
    Фотография © Дмитрий Чебаненко / предоставлена АБ СПИЧ
  • zooming
    6 / 7
    Пакгаузы Нижнего Новгорода
    Фотография © Дмитрий Чебаненко / предоставлена АБ СПИЧ
  • zooming
    7 / 7
    Пакгаузы Нижнего Новгорода
    Фотография © Илья Иванов / предоставлена АБ СПИЧ

Имеет смысл сказать несколько слов о собственно исторических конструкциях. Они сохранены на том месте, куда их перенесли в 1960-е годы при реконструкции порта, развернув под углом 90 градусов, и опираются на бетонные базы того же времени; сейчас базы заключили в новые аккуратные бетонные кожухи. Металл XIX века покрыли тонким слоем антикоррозионного состава черного цвета; состав разработан нижегородскими специалистами. Поскольку все конструкции открыты и, как было сказано выше, экспонируются под открытым небом, их легко разглядывать, тем более что, помимо естественного освещения, зеркала дают дополнительную подсветку с тыльной стороны. Нам создали все условия для того, чтобы любоваться структурами 1882 года. При обходе видно, что они состоят в основном из металлических полос и треугольников, здесь нет более грубых двутавров, характерных для более позднего времени, что подчеркивала еще в 2015 году историк Татьяна Виноградова. Местами среди круглых клепочных головок видны болты – вероятно, следы послевоенной пересборки.
Пакгаузы Нижнего Новгорода
Фотография © Илья Иванов / предоставлена АБ СПИЧ

Здесь хочется сказать еще две вещи. Металлический каркас, безусловно, впечатляет и масштабом – он довольно крупный, и ажурностью переплетения в пространстве. Однако при ближайшем рассмотрении вскоре замечаешь, что конструкции – не такие уж тонкие и кружевные, как казалось в начале. XIX век производил намного более интересные чугунные структуры в интерьерах – прежде всего, лучше проработанные в деталях, с арками, петлями, капителями и базами. Достаточно взглянуть на Хрустальный дворец Пакстона, чтобы понять – нижегородские, а на самом деле московские конструкции всероссийской выставки, конечно, хороши, но достаточно просты, если не сказать брутальны, особенно если судить по меркам 140-летней давности, и разрабатывались скорее как временные. Вряд ли в 1882 году кто-то мог предположить, что их будут выставлять как памятник.
 
  • zooming
    Пакгаузы Нижнего Новгорода. Детали
    Фотография © Илья Иванов / предоставлена АБ СПИЧ
  • zooming
    Пакгаузы Нижнего Новгорода. Детали
    Фотография © Илья Иванов / предоставлена АБ СПИЧ

В этом тоже заключается парадокс получившихся павильонов. Сама запутанная история бытования, пересборки, обнаружения, изучения придала им интерес, дополнивший чисто эстетическую ценность. Поэтому, конечно, важно было сопроводить открытие исторической выставкой. С другой стороны, за прошедшие полтора века мы стали больше ценить брутальные произведения, но в то же время видели их столько, что прагматические структуры XIX века представляются более изящными, чем они могли бы показаться своим современникам. И наконец, сам выбранный способ экспонирования – открытый, «вывернутый наизнанку», поддержанный отражениями в стальных зеркалах, столь любимых совриском, – делает многое для презентации конструкций именно в качестве памятника, предмета любования, то есть выполняет роль, аналогичную раме картины Нового времени.
  • zooming
    Пакгаузы Нижнего Новгорода
    Фотография © Илья Иванов / предоставлена АБ СПИЧ
  • zooming
    Пакгаузы Нижнего Новгорода
    Фотография © Илья Иванов / предоставлена АБ СПИЧ

Иными словами, идея, предложенная Сергеем Чобаном, будучи противоположна, в целом, всей практике сохранения подобных сооружений, и, следовательно, свежа и нова [хотя какие-то подобные примеры в современной архитектуре, вообще склонной к восхищению каркасами, найти можно, к примеру, в лондонских газгольдерах, хотя они совсем не похожи] – эта идея, повторимся, в истории с нижегородскими пакгаузами – главное, на что следует обратить внимание, – и именно она стала средством их репрезентации как ценности, несмотря на временное выставочно-павильонное происхождение. Так возникает интересное напряжение между вечным и временным: нечто, подлежавшее разборке, перевозу, разделению на части промышленных складов, пережив ряд трансформаций, оказывается обнаруженным, вызывает восхищение, и наконец оказывается «поднятым на пьедестал», подсвеченным, зеркалированным. Это очень современный подход, его корни в музейном и реставрационном деле XIX века, а суть в относительности красоты, в том, что она зависит от взгляда. Он провоцирует зрителя задуматься о времени как течении, способном что-то поглощать, а что-то, по своей прихоти, поднимать, освещать, «выносить на берег». И о том, что вечное и временное в почти любой момент могут поменяться местами. Недаром на открытии играл оркестр под названием «Вечная музыка» / MusicAeterna. Что может быть более временным, чем музыка? Однако же и она подлежит сохранению и восстановлению.
 
Этот подход противоположен идее строительства на мысу Стрелки очень большой соборной колокольни, о которой в Нижнем то и дело вспоминают: можно сколько угодно пытаться законсервировать время и даже повернуть его вспять, но у времени своя стратегия и оно умудряется ускользать, попутно показывая нам, что вечность лежит в несколько иной плоскости, чем та, где ее традиционно принято искать. 
 

Справка  |  вернуться к началу  /|\
Металлические конструкции, произведенные Петербургским металлическим заводом, были составной частью главного павильона двух Всероссийских выставок, XV и XVI, 1882 и 1896 годов. Считается, что первая подвела итоги развития страны при Александре II, вторая – Александра III. Павильон с кольцевидным планом 300 м в диаметре и восемью включенными в кольцо трехнефными объемами-лучами спроектировал архитектор А.Г. Резанов, конструкторы Г.Е. Паукер и И.А. Вышнеградский. На Ходынке «главный павильон» простоял до 1895 года, приютив поочередно несколько других выставок. Затем его разобрали и перевезли в Нижний Новгород для следующей Всероссийской выставки, которая разместилась в Канавинской слободе, в нынешнем парке 1 мая, в 3 км к юго-западу от Стрелки. На выставке павильон выступал целиком, но затем его продали по частям – так 4 трехнефных объема стали складами Сибирского порта Нижегородской ярмарки; затем их унаследовал советский порт на Стрелке. К 1943 году от четырех павильонов осталось два, а в 1960-е их развернули на 90 градусов и поставили несколько восточнее параллельно Волге. Тогда же каждый павильон «потерял» свой третий неф: сохранившиеся конструкции состоят из одного крупного и одного меньшего объема, а стены заложили кирпичом. Снаружи они были в этом виде очень похожи на обычные промышленные склады. Конструкции обнаружили сначала мельком: Ксавье Жюйо и его студенты-архитекторы, проводившие на Стрелке свои опыты с ветром в 2011–2013 годах, а затем – после вывода порта и открытия его территории для подготовки к чемпионату 2018 – участники экскурсии 2015 года. С этого момента началась защита и изучение: Денис Плеханов, сопоставив планы и контуры зданий, доказывает, что сохранившиеся склады – часть именно главного павильона выставок 1882/1896 годов. Затем было несколько попыток снести-перенести конструкции, особенно перед ЧМ 2018 года по футболу, для которого здесь же, на Стрелке, но несколько западнее, построен стадион.  
Мастерская:
СПИЧ http://www.speech.su
Проект:
Пакгаузы Нижнего Новгорода
Россия, Нижний Новгород, ул. Стрелка, д. 21, лит. Ж, И

Авторский коллектив:
Авторы проекта: Сергей Чобан, Игорь Членов, Алексей Шубкин
ГАП: Анастасия Логинова, Анастасия Богодухова

2019 — 2020 / 2021 — 2022

Заказчик: Администрация г. Нижний Новгород

11 августа 2022

СПИЧ: другие проекты
Маленькая выставка с большим потенциалом
Музей архитектуры начинает коллекционировать современность. Об этом заявляет выставка «Депозитарий современности. Архитектура XXI века – в собрание музея». Сама по себе небольшая, она служит стартом инициативы по отбору и включению в коллекцию ГНИМА графики тех проектов, которые музей и куратор Анна Мартовицкая определят как «синонимы современности». Смотрим выставку, вспоминаем «Строение №», сравниваем, размышляем.
Грани нового города: проекты SEZAR GROUP в Большом Сити
В Большом Сити формируется новая городская панорама, а вместе с ней – новые представления о том, каким может быть жилье в мегаполисе. На территории Большого Сити порядка 30 га – проекты SEZAR GROUP; по мнению аналитиков, на данный момент компания – ключевой девелопер этого масштабного проекта. По изучению портфеля из реализуемых компанией объектов можно проследить процесс рождения нового города на месте крупных промзон. А заодно поставить «точку» градостроительной программы ММДЦ «Москва-Сити», где SEZAR GROUP застраивает два последних участка.
ОНЕ и другие. Итоги архпремии Москвы 2026
Публикуем проекты финалистов и лауреатов архитектурной премии мэра Москвы 2026 года – свои награды они получили из рук главы города в начале июля. Получилась содержательная, объемная подборка, уфф... Есть в ней и башни эмотеха, и клубные дома в русском стиле разной степени эклетичности. Наслаждайтесь: столица должна знать своих героев.
Чикагские лауреаты 2026
Среди призеров премии International Architecture Awards 10 заявок из России: пять реализаций и пять проектов. Что особенно радует, две из них – в номинации «Музеи и культурные центры»: Театр Камала и Пермская художественная галерея. Коротко рассказываем обо всех.
Win-win
Для Перми открытие нового здания художественной галереи – хранительницы знаменитой деревянной скульптуры – означает завершение 35-летней эпопеи с поиском места коллекции, сформировавшейся и разросшейся, имея в качестве «базы» только лишь пространство городского собора. Сергей Чобан называет этот проект одной из самых своих важных работ в России и подчеркивает его анти-«иконичность» в пользу уместности. Съездили в Пермь, изучили здание и масштабную экспозицию музея; рассказываем. Как и другие музейные проекты Сергея Чобана, он выстроен современно – в том смысле, что новое и старое не просто сосуществуют, но и, работая на контрасте, поддерживают друг друга и заостряют наше восприятие комплекса.
REPA 2026: итоги и новшества
Премия Real Estate Property Awards (REPA) подвела итоги: в 44 номинациях боролись 300 девелоперских компаний и архитектурных бюро. Помимо лучших реализаций и проектов премия наградила компании, разделив архитектурные и проектные бюро на разные категории. В состав международного блока жюри вошли 16 экспертов из 14 стран, что позволило добавить специальный раздел, в котором проекты оценивали только иностранные специалисты.
Медное зеркало
Разнотоновый блеск «неостановленной» меди, живописные полосы и отпечатки пальцев, натуральный не-архитектурный, «черновой» бетон и пропорции – при изучении здания музея ЗИЛАРТ Сергея Чобана и архитекторов СПИЧ найдется, о чем поговорить. А нам кажется, самое интересное – то, как его построение откликается на реалии самого района. Тот реализован как выставка фасадных высказываний современных архитекторов под открытым небом, но без доступа для всех во дворы кварталов. Этот, то есть музей – наоборот: снаружи подчеркнуто лаконичен, зато внутри феерически блестит, даже образует свои собственные, в любую погоду солнечные, блики.
Грезы Трезини
В Эрмитаже подвели итоги VIII Международной архитектурно-дизайнерской премии «Золотой Трезини». В этом году премию вручали в год 355-летия первого архитектора Санкт-Петербурга Доменико Трезини. Среди победителей много знаковых проектов: от театра Камала до церкви Преображения Господня Кижского погоста. Показываем победителей всех номинаций, а их у «Трезини» аж целых 33.
Зодчество 2025: победители
Не прошло и месяца, а мы публикуем полный список победителей Зодчества. Сильно выступил, как всегда, Петербург – и даже московскому музею Коллекция дали серебро. Среди школьных зданий лидирует ATRIUM и гимназия имени Примакова от Студии 44. Кстати! В этом году наконец вручили «Татлин», награду за проект; что не может не радовать.
Петербург vs Рим
Центр Петербурга, как известно, священен, – но мало кто всерьез знает, где он начинается и заканчивается. Речь не о формальном признаке «от Обводного канала до Большой Невки», а о «вайбе», соответствующем центру города. Реализовав квартал «Невской ратуши» – по проекту, победившему в международном конкурсе – Евгений Герасимов и Сергей Чобан создали на его территории «образ центра». Причем не столько петербургского, сколько общемирового. Это ново, такого в Питере давно не было... Изучаем атмосферу, вспоминаем прообразы, в том числе раздумываем о том, кто и когда назвал Петербург новым Римом. Не зря, получается, идея-то живет.
Всё по плану
Международная премия THE PLAN Award объявила короткие списки финалистов. В пяти различных номинациях присутствуют реализованные проекты российских бюро – сейчас за них можно проголосовать, чтобы увеличить шансы на получение приза зрительских симпатий. Некоторые, как музей «Коллекция» бюро СПИЧ уже успели отметиться в других серьезных премиях, другие менее известны – предлагаем познакомиться.
Чикагские лауреаты 2025
Премия International Architecture Award подвела итоги: в этом году отмечено рекордное количество проектов от российских архитекторов. Коротко рассказываем о победителях номинаций и работах, удостоенных почетного упоминания.
Текстура города: кирпичная облицовка на фасадах многоэтажных...
Все чаще архитекторы и застройщики выбирают для своих высотных жилых комплексов навесные фасадные системы в сочетании с кирпичной облицовкой. Показываем пять таких недавних проектов с использованием кирпича российского производителя BRAER.
Чикагские лауреаты 2024
Премия The International Architecture Awards отметила сразу семь российских проектов – четыре из них стали победителями в различных номинациях, еще три удостоились почетного упоминания. Рассказываем о каждом.
Холст из стекла
Открытие нового корпуса Третьяковской галереи на Кадашевской набережной в мае 2024 года ознаменовало не только расширение знаменитого музея, но и знаковое событие в области использования архитектурного стекла с применением технологии печати. О том, как инновационное остекление расширило границы музейной архитектуры – в нашем материале.
Перезапуск
Блог Анны Мартовицкой перезапустился как видеожурнал архитектурных новостей при поддержке АБ СПИЧ. Обещают новости, особенно – выставки, на которые можно пойти с архитектурным интересом.
IPI Award 2023: итоги
Главным общественным интерьером года стал туристско-информационный центр «Калужский край», спроектированный CITIZENSTUDIO. Среди победителей и лауреатов много региональных проектов, но ни одного петербургского. Ближайший конкурент Москвы по числу оцененных жюри заявок – Нижний Новгород.
Металл с олимпийским характером
Алюминий – материал, сочетающий визуальную привлекательность и вариативность применения с выдающимися механико-техническими свойствами.
Рассказываем о 5 знаковых спорткомплексах, при реализации которых был использован фасадный алюминий компании Cladding Solutions.
Портик нового времени
В начале года в новосибирском аэропорте Толмачево открылся терминал С. Масштабный и прозрачный входной зал со светящимися колоннами внутри умело сочетает лаконизм с яркой фотогеничностью WOW-эффекта. Он – и новый фасад всего комплекса, и точка отсчета планируемой реконструкции, по завершении которой Толмачево станет крупнейшим региональным аэропортом России. Рассматриваем здание в контексте модернистских прототипов как Новосибирска, так и Ленинграда: они собираются в отдельную, не лишенную любопытных нюансов, историю.
Шестиглавый
В Новосибирске объявлены результаты архитектурного рейтинга «Золотая капитель», одной из старейших постсоветских премий. Ее особенность, чтобы не сказать уникальность для российского контекста – в том, что на последнем этапе судейства проекты презентуют и обсуждают. Что довольно увлекательно. Делимся впечатлениями и показываем, кто победил.
Алюминий в историческом городе
Алюминий – современный материал с большим потенциалом для реконструкции и новой архитектуры в контексте исторической застройки: он легкий, прочный, а еще умеет имитировать другие поверхности – например, более дорогую и меняющую со временем цвет медь. Предлагаем несколько удачных примеров из мировой и российской практики.
Золотое сечение: лауреаты 2023
Три высшие награды, включая гран-при, получили в этом году архитекторы СПИЧ. Николай Шумаков отмечает, что хорошие московские архитекторы все больше работают в отдаленных уголках страны. На выставке премии можно было изучить, с архитектурной точки зрения, некоторые крупные, но малоизвестные комплексы. Публикуем список лауреатов Золотого сечения 2023 с небольшими комментариями и репортажем.
Филевский Колизей
Центральная часть МФК «Фили Град», построенная архитекторами SPEECH – пример работы с крупной формой и большой плотностью. То и другое удалось подчинить лаконичной замкнутой форме и жесткой структуре линий: они ритмизуют масштаб математически-рационально, предъявляя его городу как своего рода формулу.
Архсовет Москвы – 78
Совет поддержал проект 400-метровой офисной башни, которая дополнит Сити и станет продолжением моста Багратион. Экспертам понравилась ярусная композиция, «интерактивный» фасад и функциональная насыщенность.
Похожие статьи
Морская линия
Бюро СИВИЛ спроектировало малоэтажный комплекс апартаментов для участка, расположенного в селе Мысхако, на склоне у Черного моря. Корпуса следуют за рельефом, образуя камерные дворики, а в рельеф встроены бассейн и подземный паркинг. Работая над выразительной лаконичностью фасадов, архитекторы стремились подчеркнуть красоту окружающего пейзажа.
Общность надежд
Mecanoo использовали архитектуру общежития для торонтского Тринити-колледжа для формирования устойчивого студенческого сообщества, объединив традиции и экологичный, ответственный подход к жизни.
Пористая программа
Здание Центра досуга трудящихся в Хайкоу использует муссонные ветра для вентиляции, а дождевую воду – для полива висячих садов. Авторы проекта – Проектно-исследовательский институт зеленой архитектуры в составе китайской компании CADG.
Два города, два сада
Усадебные сады Екатеринбурга и многонациональные слободы Астрахани стали отправной точкой для двух проектов благоустройства Бюро А4. В одном случае исторический контекст подсказал характер прогулочных маршрутов и озеленения, в другом – саму структуру двора.
Застывшее движение
Клубный дом «Пушкарев, 12» по проекту GAFA Architects имеет все шансы стать новой городской достопримечательностью благодаря необычному фасаду. Волнообразная оболочка из глазурованной керамики делает здание похожим то ли на шкатулку, то ли на застывший театральный занавес, то ли на арт-объект.
CITYZEN в Покровском-Стрешневе
Офисный комплекс CITYZEN от MR – новая работа архитектурного бюро UNK – часть масштабного редевелопмента территории у метро «Тушинская». К созданию архитектурной айдентики проектировщики подошли нестандартно, найдя сквозной пластический мотив буквально под землей, на которой расположено здание
Киберсвобода на Киберэтаже
Проект Киберэтажа в квартале Lucky от бюро VOX Architects – эксперимент по созданию рабочей среды, чей комфорт, эстетика и функциональная гибкость выводят понятие «офис» на принципиально иной уровень.
Живительный вдох
Бюро Snøhetta трансформировало старое здание компании Laerdal Medical в норвежском Ставангере в экологичный и удобный живой офис, сохранив или повторно использовав все что можно.
Выход через ЖК
Жилой комплекс KJ Den Haag по проекту Powerhouse Company формирует парадный выход в город из Центрального вокзала Гааги.
Искусство первого впечатления
Для клубного дома «Капельский, 5» бюро Syntaxis разработало интерьеры, в которых граница между архитектурой и искусством становится весьма условной. Каменная мозаика, деревянные панели и выразительная пластика потолка формируют художественную среду, рассчитанную не только на созерцание, но и на повседневную жизнь.
Городские оазисы
Четыре павильона по проекту Snøhetta для гонконгского ЖК Pavilia Farm отвечают разным нуждам жителей комплекса.
Звезда с звездою говорит...
Вашему вниманию – опыт краткой истории проектирования на территории «Красного Октября» в 2024–2025 годов – с участием очень известных московских бюро: Меганом, Saga, ЦЛП и мастерской Сергея Скуратова. Проект изменился уже в начале 2026 года, хотя коллегиально выработанный мастер-план был взят как основа. Так что в данном случае – речь о недавней, но истории. С проектами и комментариями авторов, в основном посвященных коллективной работе. Ценнейший материал, на наш взгляд.
Линия и крест
Возведенные из бетона и дерева корпуса в деловом и образовательном iXcampus в Сен-Жермен-ан-Ле под Парижем вписаны по замыслу Baumschlager Eberle Architekten в ландшафт исторического парка.
Долгожданный поворот сюжета
В Лос-Анджелесе открылся Музей нарративного искусства Джорджа Лукаса от пекинского бюро MAD. История этого проекта настолько многострадальна и сложна, что сама могла бы стать основой для киносценария.
От римских бань к лофтам
В нидерландском городе Неймегене согласно плану бюро KCAP строится новый район Ваалквартир, ландшафтное решение которого связано с историей места – начиная с древних римлян.
Глитч и веер
Еще один проект жилого комплекса по программе реновации от бюро Continuum, на этот раз – на улице Окружная. Два высотных корпуса-близнеца смещены в глубину участка, а масштаб пешеходной среды определяет стилобат. В основе фасадного решения – смещение ритма вертикалей и веерно-ступенчатая пластика.
Зеркало для гор
На горнолыжном курорте Лех в Австрийских Альпах открылась водно-зеркальная инсталляция по проекту Snøhetta: она заняла крышу станции канатной дороги.
Архитектура как часть ландшафта
Бюро DNK ag разработало проект премиального отеля в горах как живописную композицию из индивидуальных «вилл», формирующих компактный городок, в которой архитектура, ландшафт и инфраструктура работают как единое целое.
Об Узбекистане с любовью
Завершившаяся в 2025 году реставрация Национального павильона Узбекистана на ВДНХ порой напоминала детектив, порой – драму. Многие архитектурные детали, казалось, были безвозвратно утрачены, 25-метровая ротонда не сегодня-завтра должна была рухнуть, о нюансах декора приходилось догадываться по секундным кадрам из цветного документального фильма. Но архитектурному бюро «МВ-ПРОЕКТ» удалось распутать клубок проблем и буквально заново собрать один из самых грациозных ансамблей ВДНХ.
Крутятся шестеренки
Детский технопарк в Новом Уренгое включает 11 лабораторий, где изучают космос, робототехнику, биотехнологии и другие актуальные направления. Следуя за функцией, ПИ АРЕНА выбрал форму, которая во многом наследует традициям модернизма: в архитектурном решении можно усмотреть супрематические композиции, интерпретацию «Шестигранника» Ивана Жолтовского и модульность метаболизма.
Доступная аренда на острове роскоши
Stefano Boeri Architetti победили в конкурсе на проект комплекса доступного жилья в городе Ивиса на Ибице: их замысел Sa Casa реагирует на местный жилищный кризис, где 4 млн туристов в год вытесняют коренных островитян с рынка аренды.
Второе рождение Телеграфа
В итоговой версии проекта приспособления здания Телеграфа под университет – стартовавшей от концепции Чипперфильда – архитекторы СКиП на стадии РД выступили в роли разработчиков и генпроектировщиков. И проект глобальной «звезды» оказался удивительно похож на концепцию, предложенную самим СКиП в 1997–1999 годах. В публикуемой статье Игорь Шварцман и Татьяна Груздева рассказывают о двух проектах для Телеграфа – прежнем и реализованном сейчас.
Маяк на утесе
Один из кварталов масштабного района «Деснаречье», который возводится в Новой Москве, проектирует архитектурное бюро «Крупный план» (KPLN). Участок имеет свои преимущества и сложности: с одной стороны – близость реки и выразительный ландшафт, с другой – магистраль и перепад высот. Авторы проекта решили подчеркнуть существующую «фактуру» места: на естественной возвышенности разместили доминанту в виде башни-маяка, сделали стилобат продолжением утеса, а в архитектуре секционной застройки отрефлексировали близость реки.
Подъем с остановками
Башня для наблюдения за перелетными птицами на болотах Чэньху в Ухане задумана шанхайским бюро Xiang Architects как «посредница» между человеком и природой.
Архитектура геологического формата
«Геологически»-природная форма для крупных комплексов – одна из важных тем нашего времени, она подходит для больших объемов много лучше, чем пилястры и карнизы... Вот и проект с географическим названием «Широта 54», предложенный Раисом Баишевым и архитекторами АБ «Остоженка», «прорастает» в глубь земли сохраняемым оврагом, а вверх пластинами домов, похожих на меловые горы, с пещерами дворов-террас, встроенных в объем. Особенность – много открытых для горожан и жителей общих пространств, задуманное качественное строительство. Большие стекла, даже кондиционирование центральное. Изучаем в контексте.
Новая деревня
Бюро Rhizome представило проект коттеджного поселка, строительство которого запланировано рядом с горнолыжным курортом в Ленинградской области. Вместо расчерченных на сегменты участков архитекторы предложили более естественную среду, напоминающую небольшой северный городок. Чтобы добиться непринужденного разнообразия, авторы разработали несколько типологий домов и вспомогательных объектов, выстроили иерархию приватных и общественных пространств, а также использовали материалы и цвета, характерные для финских мыз и деревень.
Элемент равновесия
Проект жилого дома по программе реновации от бюро Continuum создает на Лодочной улице ансамбль: вместе с другим новым высотным зданием он фланкирует четырехэтажную постройку сталинской эпохи, выстраивая ритмичную композицию. Пластические и фасадные решения – трехчастное построение, веерное смещение объемов и комплементарная колористика – также родственны соседней башне.
Технологии и материалы
Прозрачность под контролем: остекление курортной...
Как сохранить естественное освещение и панорамные виды, не превращая стеклянный фасад в источник избыточного тепла? На примере двух объектов Черноморского побережья – санатория «Кристалл» в Сочи и винного города «Белый мыс» в Геленджике – рассматриваем возможности мультифункционального и просветлённого стекла AIG, позволяющие совместить солнцезащиту, теплоизоляцию и архитектурную выразительность.
Из шерстяных отходов – в фасадную облицовку
Исследователи Гарвардского университета разработали биокомпозит из переработанной овечьей шерсти, который может использоваться одновременно для теплоизоляции и наружной облицовки зданий. Прототип фасадной системы представили на Архитектурной триеннале в Осло.
«Второй слой»: полимеры в реконструкции
При реконструкции новые материалы могут быть заметной частью архитектуры – полупрозрачной кровлей, фасадом или самостоятельной оболочкой. А могут оставаться скрытыми внутри стен, перекрытий и кровель, улучшая теплоизоляцию и защищая существующие конструкции. Рассматриваем, как полимеры помогают приспосабливать здания к новым функциям и требованиям, сохраняя при этом их архитектурную ценность.
HENN разработало калькулятор углеродного бюджета зданий
Бесплатный онлайн-инструмент немецкого бюро позволяет определить допустимый объем выбросов парниковых газов для здания и сопоставить с ним показатели проекта. Расчет основан на климатической цели Парижского соглашения – ограничении глобального потепления до 1,5 °C относительно доиндустриального уровня.
Тот самый металл
Как Cladding Solutions работает с цветом – от архитектурного замысла и первого образца до рецептуры покрытия и тысяч квадратных метров готового фасада.
Напечатанная штаб-квартира
Немецкая строительная компания Matthäi Schlüsselfertigbau построила собственную штаб-квартиру с применением 3D-печати, а затем открыла подразделение, специализирующееся на этой технологии.
Офис Российско-Германской ВТП в Петербурге: проект...
Новый офис Российско-Германской внешнеторговой палаты в Адмиралтейском районе объединяет рабочие пространства, коворкинг и площадку для деловых мероприятий. Бюро UNK design построило интерьер на принципе лессировки, используя цвет, фактуры и свет для создания многослойной пространственной композиции. Реализовать проект помогли строительные системы КНАУФ – материалы для устройства перегородок, облицовок и подвесных потолков, а также для подготовки поверхностей под отделку.
Три способа встроить мансардное окно в архитектуру...
Мансардное окно обычно воспринимается как элемент, который приходится вписывать в уже заданную конструкцию крыши. Но возможен и обратный подход: размер, конфигурация, цвет или геометрия остекления становятся частью архитектурного замысла и влияют на то, как выглядит весь верхний этаж.
Чёрный пенопласт из отходов
Carbon Cell разработала пеноматериал на основе обугленных сельскохозяйственных отходов. Он не содержит пластика, пригоден для домашнего компостирования и обладает отрицательным углеродным следом: по оценке компании, каждый килограмм материала обеспечивает связывание углерода, эквивалентное почти килограмму CO₂.
Бионика в игровых пространствах
Органическая пластика и сложная геометрия проникают в дизайн игровых пространств все чаще. «Новые Горизонты» предлагают развивать это направление, называя его «бионическими игровыми комплексами», – как концепцию, соединяющую выразительную форму площадки с архитектурой и благоустройством.
Сталь. Спорт. Стиль
Спортивные объекты предъявляют к отделочным материалам разные требования: устойчивость к ударам и интенсивной эксплуатации, безопасность, влагостойкость, гигиеничность. Один из материалов, способных работать в таких условиях, – нержавеющая сталь. Разбираемся, какую марку стали и тип обработки выбирать для тренажерных залов, бассейнов, общественных зон и фасадов – и как эти решения работают на реализованных объектах.
От фасада до земли
Облицовочный кирпич и тротуарная плитка в проектах – нередко выступают как части единой материальной палитры. Они связывают фасад и благоустройство через близкие оттенки или, наоборот, контраст, градиент и общий ритм. Смотрим подборку примеров жилых комплексов из портфолио бюро СПК, где применяется продукция BRAER.
Фальц: от штучного решения к рабочей технологии
Фальцевая кровля часто оказывается в проектах благодаря широким возможностям в работе со сложной геометрией. Но результат зависит не столько от самого металла, сколько от того, как увязаны основание, узлы, производство и монтаж. На примере инфраструктурных объектов разберем фальц как воспроизводимую строительную технологию.
В Токио робота-андроида привлекли для работы на стройплощадке
Компания Shimizu Corporation начала испытания гуманоидных роботов и роботизированных манипуляторов с искусственным интеллектом на строительных площадках. Экспериментальным полигоном стал небоскреб Torch Tower, спроектированный Со Фудзимото.
Материал для эксперимента: полимеры в общественном...
Этим текстом мы открываем новый цикл статей о полимерах в современной архитектуре. Его тема – не столько сферы применения того или иного материала, сколько изменение его архитектурного статуса. В четырех статьях мы попробуем рассмотреть этот вопрос на разных масштабах – от общественного пространства и реконструкции до частного дома и выставочной архитектуры.
Уличная мебель как микроархитектура
Работая с современной городской средой, архитекторы остро ощущают дефицит мафов «с собственным лицом». Две-три универсальные линейки и каталог из двадцати типовых позиций – не всегда то, что хотелось бы при создании сложного многослойного пространства. Выходом становятся коллаборации архитектора и производителя. PUNTOGROUP за последние несколько лет выстроили несколько таких партнёрств – с бюро CORE, TESLER ARCHITECTS, Каримом Рашидом.
Tarkett: инновации, экспертиза и инструменты для архитекторов...
В современной архитектуре и дизайне выбор напольных покрытий выходит далеко за рамки эстетики. Сегодня это комплексное решение, объединяющее дизайн, функциональность, заботу о здоровье людей и экологическую ответственность. Tarkett, мировой лидер в производстве напольных покрытий с 1886 года, предлагает профессионалам именно такой подход: продукция компании – это продуманная система, способная трансформировать пространство, повышать его безопасность и комфорт.
Моллированное стекло в архитектуре: формы и возможности
Моллированное стекло позволяет не только реализовать сложную геометрию фасадной оболочки: плавные закругления могут влиять на распределение ветровых нагрузок. Рассмотрим возможности технологии на примере проектов Российской Стекольной Компании.
Дары аквакультуры
Китайская студия BENTU Design разработала отделочные панели из ила рыбоводческих прудов. Основа материала – прудовый ил, который перерабатывают в геополимерный материал без высокотемпературного обжига.
Динамичный фасад: игра света с нержавеющей сталью
Нержавеющая сталь – один из немногих фасадных материалов, который может менять восприятие объёма за счет эффектов отражения и игры со светом. Это материал с сильной собственной эстетикой, но чтобы его потенциал реализовался, а не обернулся проблемами на этапе эксплуатации, важно понимать технологические особенности – от выбора марки стали и обработки поверхности до конструктива крепления.
Сейчас на главной
От завода к городу
В Выксе началось преобразование музея истории металлургического завода в музей города. Первый этап проекта – обновление экспозиции первого этажа по проекту [MISH] studio. Архитекторы сохранили историческую структуру здания и обратились к материалам, связанным с природным и промышленным наследием Выксы: металлу, дереву, цвету металлургического шлака.
Сцена для города
По проекту ARCHINFORM в Новом Уренгое построена Детская школа искусств – новый общественно-культурный центр, формирующий важную точку притяжения в самом сердце города. Композиционным ядром здания стал театрально-концертный зал, который архитекторы превратили в самостоятельный объем, заключенный в выразительную оболочку из вертикальных ламелей.
Случайные встречи
Культурный и спортивный центр района Юэхай, шэньчжэньской «Кремниевой долины», спроектирован бюро Urbanus как место, где жители мегаполиса могут ощутить свою принадлежность к местному сообществу.
Пресса: Веретьево, Степановское-Волосово и Никола-Ленивец:...
Александр Бродский, Михаил Белов и Николай Полисский годами строят собственные арт-парки в Подмосковье, Тверской и Калужской областях. Рассказываем, что прославляет каждый из них, чем их проекты отличаются от коммерческих арт-площадок
Ирина Барто: «Нам нужна была тема, в которой помещаются...
Основательница бюро Umbra Ирина Барто – первая женщина, которая заняла пост председателя «Объединения архитектурных мастерских» за все время существования ассоциации. В этом году она также курирует X биеннале «Архитектура Петербурга». Комьюнити-директор «ОАМ» Анна Ставрова поговорила с Ириной Барто об особенностях юбилейной выставки: посетителей ждут «гостиные» 23 бюро, обширная культурная программа за пределами Этнографического музея, а также деловая дискуссия, сфокусированная на диалоге, открытости профессии городу и преемственности.
Игра в Урарту
Проект Софьи Балыкиной и бюро «Хора» стал финалистом конкурса на разработку архитектурной концепции новой арены для футбольного клуба «Урарту». Объект расположится на месте стадиона «Наири» близ Ереванского озера. Авторы предложили комплекс, напоминающий современную агору: с амфитеатром и закрытыми трибунами, глубинной пространственной связью с тканью города и окружающим ландшафтом, а также включением в новую композицию исторических конструкций. Победу одержала заявка местного бюро Gravity.
Новая аутентичность
Современный интерьер в национальном стиле сделать непросто. Мало таланта, насмотренности и бюджета. Нужно нечто больше: нужна искренняя любовь к месту и его истории, причем, как у заказчика, так и у дизайнера. Подтверждением тому служит интерьер бутик-отеля «Дымов Дача» в Суздале, созданный командой под руководством Ангелины Бородкиной.
Местный колорит
Stefano Boeri Architetti выиграли конкурс на проект жилого комплекса в Тбилиси, на месте электровозостроительного завода ТЭМКа (ТЭВЗ). Цвета будущих фасадов основаны на типичных для колорита города оттенках.
Память в деталях
В проекте гостиницы на Почаинском овраге в Нижнем Новгороде бюро ГОРА Станислава Горшунова обращается к почти забытым в современной архитектуре маскаронам. И эта яркая деталь – одна из тех, через которые архитекторы раскрывают историю места, соединяя мотивы соседних памятников, особенности рельефа и современную пластику.
О пользе разнообразия
В Амстердаме завершено строительство жилого района Westerpark West. Согласно разработанному MVRDV мастерплану он объединяет 15 корпусов, каждый со своим собственным решением.
В центре Барнаула
Александр Деринг отреставрировал главное здание торгового дома купцов Суховых в центре Барнаула. Построенное в 1880, сгоревшее в 2000 году, оно долго стояло без кровли. Сохранены и очищены кирпичная кладка, металлические решетки и створки ворот, на которых возвращены чугунные львы. Работа продолжается, когда весь комплекс будет отреставрирован, отдельные корпуса планируют назвать в честь представителей рода Суховых конца XIX – начала XX веков.
Вторично использованные этажи
Herzog & de Meuron разместили студенческий центр и столовую из инженерного дерева на бетонном основании старого учебного корпуса в престижном Амхерст-колледже в штате Массачусетс.
Дмитрий Овчаров и Елена Мерцалова: «У ‘nefa’architects’...
‘nefa’architects’ существуют больше двадцати лет, но по-прежнему сознательно сохраняет компактную структуру. При этом диапазон проектов сложно свести к одной специализации: офисы и аэропорты, общественные здания и благоустройство, реконструкция, интерьеры. С руководителями бюро Дмитрием Овчаровым и Еленой Мерцаловой мы поговорили о том, чем живет и как работает студия сегодня.
White House: дом в трех измерениях
В самом центре Тюмени, на пересечении улиц Первомайской и Володарского, в 2025 году по проекту бюро ASADOV построили жилой комплекс White House. Нефтяная столица России получила свой собственный «Белый дом».
Начитанное место
Да, «все течет, все меняется», но иногда так приятно обнаруживать, что какие-то вещи остаются неизменными. Например, книжная лавка Союза писателей на Кузнецком мосту сохранила свою функцию и свое очарование, даже пережив обновление по проекту бюро AXIOMA, в котором традиционные элементы сочетаются с современным дизайном.
Праздничное измерение реконструкции
Дорогие читатели, вы, вероятно, заметили, что мы редко замечаем праздники. А тут в свете обещания иногда рассказывать про историю решили заметить. Сегодняшний праздник по церковному – осенняя Казанская, а по сравнительно древнему – «день московского очищения», что, согласитесь, красиво звучит. Пользуясь поводом, рассказываем о Казанском соборе на Красной площади, включая кафе Савельева и Стапрана и восстановление по проекту Журина.
Особняком стоять
Клубный дом на улице Грязнова в Иркутске, построенный по проекту бюро «Мегаполис», вписан в сложившуюся застройку без прямых стилистических заимствований. Разделение здания на два кирпичных объема, соединенных стеклянной вставкой, мансардные кровли из зеленой меди и рельефная кладка позволяют переосмыслить исторический код средствами современной архитектуры.
Школа как центр сообщества
Архитектурное бюро akvk+partners выпустило книгу, в которой соединило свой опыт проектирования образовательных пространств с исследованием концепции школы как центра городского сообщества. Книга предлагает экскурс в историю педагогики и сопутствующую реакцию архитектуры, богатый иллюстративный материал, а также практические рекомендации, собранные в удобные схемы и диаграммы.
Майолика, бревно, аптека
По проекту компании «М.Г. Прайват Реконстракшн» в Петербурге вернули к жизни особняк Эдуарда Бремме – редкий для города памятник деревянного зодчества. Реставрацию провели методом полной переборки сруба: пригодными для сохранения оставалось не более 30% бревен, недостающие собирали в Ленинградской области. Теперь здание стало частью жилого комплекса Amo.
Пресса: Дым сгоревшего Отечества
Узкое: кто ответит за пожар? Координатор Архнадзора Константин Михайлов - о "поразительном молчании московских и федеральных властей относительно пожара усадебного дома в Узком".
Псевдопериптер
По проекту БЮРО ЧЕЛЫ в Городском парке культуры и отдыха города Ярцево построен деревянный павильон. Архитектурные решения отсылают к утраченной сцене в неоклассическом стиле, а также бумагопрядильным станкам местной фабрики Хлудовых – оба этих явления удалось связать с помощью псевдопериптера. Павильон стал одним из победителей IX Всероссийского конкурса лучших проектов создания комфортной городской среды в 2024 году.
Сити на Фабричной
Под руководством основателя бюро «Яузапроект» Ильи Заливухина в Новосибирске завершился воркшоп, в котором участвовали студенты нескольких вузов. Итогом стал мастер-план развития территории в районе улицы Фабричная – центральной по расположению, но периферийной по содержанию. Среди предложений: совмещение высокоплотного сити с исторической и малоэтажной застройкой, развитие зеленого каркаса и речной марины, интеграция ТПУ с наземным метро и подключение образовательной типологии.
Общность надежд
Mecanoo использовали архитектуру общежития для торонтского Тринити-колледжа для формирования устойчивого студенческого сообщества, объединив традиции и экологичный, ответственный подход к жизни.
Морская линия
Бюро СИВИЛ спроектировало малоэтажный комплекс апартаментов для участка, расположенного в селе Мысхако, на склоне у Черного моря. Корпуса следуют за рельефом, образуя камерные дворики, а в рельеф встроены бассейн и подземный паркинг. Работая над выразительной лаконичностью фасадов, архитекторы стремились подчеркнуть красоту окружающего пейзажа.
Чашка Петри
Для сотрудников и посетителей ОЭЗ «Технополис Москва» в Алабушево открылся Сквер фармацевтики, спроектированный бюро 8 LINES и АФА. Сад с гладью водоема ограничивает кольцо с медитативной подсветкой и оросительной системой, а ландшафтные композиции перемежаются с малыми архитектурными формами – сочетание всех этих элементов напоминает чашку Петри, которую ученый рассматривает под микроскопом.
Пористая программа
Здание Центра досуга трудящихся в Хайкоу использует муссонные ветра для вентиляции, а дождевую воду – для полива висячих садов. Авторы проекта – Проектно-исследовательский институт зеленой архитектуры в составе китайской компании CADG.
Расщепление света
Бюро Le Atelier создало шоурум для производителя лакокрасочных материалов TALATU как антитезу типичным шоурумам. Демонстрация ассортимента здесь происходит опосредованно, а сами образцы становятся составными элементами общей дизайнерской концепции, скорее подходящей научной лаборатории, чем представительству компании.
Два города, два сада
Усадебные сады Екатеринбурга и многонациональные слободы Астрахани стали отправной точкой для двух проектов благоустройства Бюро А4. В одном случае исторический контекст подсказал характер прогулочных маршрутов и озеленения, в другом – саму структуру двора.