Арки, ворота, окна, проемы, пустоты, дырки

В архитектуре АБ «Остоженка», особенно в крупных комплексах, значительную роль играют арки, организующие пространство и массу: часто большие, многоэтажные. В публикуемой статье Александр Скокан размышляет о роли и смысле масштабных цезур, проемов и арок.

author pht

Автор текста:
Александр Скокан

03 Февраля 2020
mainImg
Сто лет назад в России парадные подъезды в городских домах были заколочены и люди стали попадать в дома через «черные» входы, которыми до этого пользовалась прислуга. Тогда же была отменена и частная собственность на землю, благодаря чему единицей городской территории стал не выгороженный стенами домов и заборами участок земли – землевладение, домовладение или парцелла, а территория, расположенная между улицами – квартал. С появлением же в середине века новой единицы членения города – микрорайона, единицы не столько пространственной, сколько социальной, исчез и квартал, замененный то ли межмагистральной территорией, то ли еще чем-то.

Одним из следствий этих нововведений стало исчезновение традиционной улицы как протяженного городского пространства, обстроенного домами с понятными входами, как в сам дом, так и во внутреннее дворовое пространство.

Еще из социалистического наследия – то, что исчезло разграничение между частным и общим и соответственно исчезла необходимость четко отделять одно от другого воротами, архитектурно оформленными входами, порталами, арками. Если где ворота и сохранились, то приобрели чисто утилитарный смысл, являя собой въезд в закрытые, режимные учреждения (тюрьма, зона, НКВД, Обком и так далее).

А теперь функции защиты и охраны территорий – это в основном электронные средства: камеры, сигнализация, а от несанкционированного въезда разнообразные хитрые устройства – надолбы и барьеры.

В результате из арсенала архитектурных тем практически исчезла тема входа как акцентирование момента перехода из одного пространства в другое, из одной среды в другую, из общественного в частное, из обыденного, будничного в торжественное, праздничное, от вольности к строгости, от свободного к ограниченному.
 
Может быть нам этого теперь не хватает?

Но теперь у нас очередная мутация в мозгах и, соответственно, в жизненных укладах, и поэтому мы решили всё то городское пространство, что нам досталось от социализма, в принципе по определению неделимое, тем не менее попеределить заборами и шлагбаумами – и в результате получили чудовищный хаос, ориентироваться в котором иначе чем по навигатору невозможно.

К нынешним домам вход тоже не очень приделаешь – они теперь, как правило (за исключением башен), многосекционные с раздельными входами, ни один из которых не является более главным чем остальные. И вообще, теперь мы идем к своему входу в дом не по улице с ее тротуарами, а какими-то хитрыми тропами, дорожками, проходами, протырками. А подъезжаем еще более чудно, но давно уже перестали этому удивляться, думая, что так и должно быть.

Но настоящие проблемы начинаются, когда мы пытаемся кому-то объяснить, как добраться до нашего дома и как найти в него вход. Здесь уже традиционные архитектурные визуальные ориентиры – выразительные детали, эркеры и тому подобные вещи, не срабатывают, нужна какая-то иная система навигации – дигитальная, или что-то в этом роде.

Похоже, что раньше в этом плане жизнь была понятнее и проще.
zooming
Боливия, древний город Тиуанако
Фотография © Александр Скокан
1.
Вот, например, стена, в стене проем-арка. Поскольку стена окружает святилище, всем понятно, что это арка вход для Бога – его и видно в проеме.
zooming
Боливия, древний город Тиуанако
Фотография © Александр Скокан

2.
А вот вход в виде ворот, а стены нет, вернее она есть, но это даже не стена, а стенка, через которую и ребенок не затруднится перелезть, но зато сами ворота – олицетворение благородства и достоинства. Очевидно, что они важнее стены, они кульминационная точка ландшафта и они не столько функциональны, сколько символичны.

Видно, что люди здесь были о себе высокого мнения и похоже, что с ними об этом не спорили, иначе от этих ворот давно бы ничего не осталось.
Фотография © Александр Скокан

Это был знак, обозначающий пересечение, переход из одного состояния в другое. Момент перехода был важен, ему придавалось большое значение и такие роскошные ворота делали пересечение еще более ощутимым.

В нашей сегодняшней бытовой культуре такие перемещения-переходы не так важны и заметны, но эти моменты по-прежнему значимы в англосаксонской политической культуре, где все время говорят о пересечении кем-то некой «красной черты», имея ввиду ту самую символическую «непреодолимую» линию, которую начертил на земле пальцем босой ноги Том Сойер, когда знакомился с Гекльберри Финном (которую тот, как Вы помните, немедленно и преступил).

3.
А это не столько вход, сколько просто архитектурная деталь: ворота – арка, стилизованная под какой-то антиквариат, где-то в центре Лондона, не слишком убедительная с чисто архитектурной точки зрения, но безусловно повышающая статус переулочка, в который выходит одна из стен дорогого отеля.
Фотография © Александр Скокан

4.
А эти героические дома с гигантскими арками – наши 20–30-е годы прошлого века: комплекс зданий Госпрома в Харькове архитектора С.С. Серафимова и жилой дом ЗИСа на Велозаводской улице в Москве архитектора И.Ф. Милиниса.
  • zooming
    1 / 3
    С. С. Серафимов. Здание Госпрома в Харькове, 1925-1928
  • zooming
    2 / 3
    И.Ф. Милинис. Жилой дом ЗИСа на Велозаводской улице, 1936-1937
  • zooming
    3 / 3
    И.Ф. Милинис. Жилой дом ЗИСа на Велозаводской улице, 1936-1937

5.
Того же времени конкурсный проект здания Н.К.Т.П. архитекторов Весниных на Красной площади в Москве.

Одна из излюбленных архитектурных тем того славного, с точки зрения архитектуры, времени – это невероятного размера арки, проемы в зданиях – захватывающие, вбирающие в себя воздух, свет, окружающее пространство.

Но эти супер-арки уже конечно не являлись утилитарными входами в здания. Это были скорее архитектурные жесты, знаки, символы входа не в конкретный жилой дом или Наркомат, а в какое-то светлое Будущее, в новую жизнь, во что-то волнующее и прекрасное.
Проект здания Наркомтяжпрома на Красной площади, 1935
Братья Веснины

Те времена давно прошли, но арки или точнее сказать гипертрофированные, не обусловленные утилитарными потребностям проемы, ниши или даже просто дырки в зданиях по-прежнему еще встречаются, и для их появления находятся уже совсем другие причины.

6.
Вот недавно построенный жилой дом на набережной Москвы-реки, где огромная 4-этажная арка 5-этажного дома хотя и совпадает со входом в это симметричное здание, но имеет такие выразительные размеры и форму не ради него, а скорее стремясь сыграть определенную важную композиционную роль в ряду сооружений, формирующих этот фрагмент набережной. Дело в том, что этот дом занимает исторически важное и значимое место, на котором некогда стояло здание церкви бывшее безусловно доминантой этой местности.
Жилой комплекс на Пречистенской набережной
АБ «Остоженка»

7.
Жилой дом, первоначально проектировавшийся как два независимых асимметричных корпуса и позже, ближе к концу проектирования, «решивший» стать гигантской аркой, благодаря пентхаусу, соединившему их на верхнем уровне.

Еще позже «обнаружилось», что эта арка счастливым образом оказалась на никем ранее не прочитываемой оси католического собора, расположенного совсем на другой улице, что впоследствии было «усугублено» авторами, поставившими вокруг этой оси еще два новых корпуса.
Жилой дом на улице Климашкина
АБ «Остоженка»

8. 
Жилой дом в Одинцово. Это хороший пример полного несовпадения выразительных, огромных арок, на углу этого монструозного (в силу своих чрезмерных размеров) дома и реальных входов во внутреннее пространство огромного двора, расположенных совсем в других местах.

Архитекторы не могли не выделить важный угол этого дома, которым он встречает въезжающих по главной улице в эту часть города. Две арки и расположенный между ними красный десятиэтажный объем создают необходимый, по их мнению, акцент.

И, кроме того, разгружая, «спасая» этот тяжелый угол, со стороны двора они открывают просветы на улицу, тем самым включая пространство двора в городскую жизнь.
Жилой комплекс в городе Одинцово
АБ «Остоженка»
Жилой комплекс в городе Одинцово
АБ «Остоженка»

9. 
«Дом с дыркой»
«Там, где нет сосуда, и есть его смысл»
– примерно так говорил китайский мудрец Лао-Цзы о предметах, включающих и содержащих в себе пустоту.

Жилой дом, конечно, сосудом назвать трудно, но в данном случае хотелось бы думать, что пустота, или как бы вынутая из него часть, не является потерей или изъяном, – а, скорее, действительно становится неким достоинством, характерной чертой, особенностью. Кроме того, следуя дальше за восточными мудростями, так же как и в предыдущем примере с разорванными углами, мы способствуем лучшей циркуляции живительных энергий, избегаем застоя и всяких прочих негативных состояний.
Жилой дом на Смоленском бульваре
АБ «Остоженка»

10.
«Окно в старую Москву» – так говорили водители экскурсий по московским достопримечательностям своим подопечным, подводя к этому квадратному окну на террасе перед современным офисным зданием и показывая заросший зеленью дворик перед старообрядческой церковью в Турчанинове переулке и двухэтажный деревянный дом причта.
Офисный комплекс в Турчанинове переулке
АБ «Остоженка»

Появившиеся позже постройки погубили этот идиллический вид, оправдывавший нарушение исторических правил застройки – окно на соседнее владение. Никто, конечно, не будет из-за этого заделывать проем, потому что еще сохранился неиспорченный вид на Храм Покрова, да и для соседей такой большой проем все же лучше, чем глухая стена.
Офисный комплекс в Турчанинове переулке
АБ «Остоженка»
***
 
Очевидно, что у всех этих перечисленных арок, дырок, проемов, пустот внутри зданий, не дающих на первый поверхностный взгляд ничего, кроме потерь полезного коммерческого объема, есть, тем не менее, много разных других смыслов и объяснений, поскольку они так или иначе случились. Некоторые из них вполне рациональны и демонстрируют по крайней мере убедительность архитекторов, сумевших доказать своим заказчикам полезность таких неутилитарных жестов.

Но, если отбросить профессионально архитектурную мотивацию (композиция, среда, масштаб и тому подобное), то может быть во всем этом можно предположить подсознательно необходимую «жертву», которая новый объект, здание, дом приносит местным «богам» – genius loci – с тем, чтобы быть принятым, успешно встроенным в уже существующее, сложившееся общество.

Эта вынутая, вычтенная часть объема здания, не заполненный «до упора» сосуд, – не что иное, как плата городу за вторжение, своего рода извинение…

Это примерно то, что мы делаем, выплескивая на землю немного вина, прежде чем выпить его в новом для нас месте, пытаясь задобрить местных духов.
«Матросская тишина», 1979, дер., м., 96 х 94
С.А. Шаров


Но ворота, арки – это не всегда что-то пафосное и позитивное, не всегда вход во что-то или туда, где нам сулят приятные неожиданности. Архитектурно или еще как-то оформленные ворота или арка могут обозначать и исход, то есть выход из людского мира в другую реальность, как например печально известная металлическая арка с надписью «ARBEIT MACHT FREI» над воротами Освенцима, через которые прошли тысячи узников.

Или аллегорические, но на самом деле фотографически достоверные ворота «Матросской тишины» на одноименной картине художника-архитектора С.А. Шарова, где показан именно такой исход какой-то пестрой разудалой процессии через арку, в которую они не очень-то и проходят, выводящую их куда-то в ледяную пустыню, единственное украшение которой одинокая сторожевая вышка.

Но, в конце концов, арка или иной проем, – это пустота, а мы, вроде как, строим материальные, плотные сущности – дома, квадратные метры, которые продаются и покупаются, и именно они имеют коммерческую ценность, благодаря чему оплачивается труд строителей, проектировщиков и всех прочих, связанных со строительным бизнесом.

Пустоты (арки, проемы и прочее) увеличивают кубатуру объекта (да и то смотря как считать), но не его доходную составляющую.

Жизнь стала проще и динамичней, в ней уже нет места и времени для разных церемониальностей, для которых теперь отведено место и время на всяких официальных и ритуальных действиях: приемах, торжествах, праздниках, похоронах и т. п.

Вся остальная реальная, обыденная жизнь становится всё проще и проще – «без церемоний» и тенденция однозначно направлена в сторону дальнейшего упрощения, облегчения, освобождения от всяких архаичных условностей. И замены их более актуальными «понятиями», которые вряд ли переводятся на традиционный архитектурный язык, но, кто знает, может быть и выведут нас к какой-то новой архитектуре.

03 Февраля 2020

author pht

Автор текста:

Александр Скокан
comments powered by HyperComments

Технологии и материалы

Condair – партнёр архитекторов
Награждать архитекторов деловыми профессиональными поездками мы решили на постоянной основе. Это даст возможность архитекторам совершенствоваться, получать новые знания и посмотреть на мир с позиции людей, создающих качественный воздух в архитектурных пространствах.
Life Challenge 2020: проекты российских архитекторов борются...
Стартовал международный конкурс Baumit на лучшие европейские фасады Life Challenge 2020, в котором принимают участие более 300 работ из 25 стран. Раз в два года профессиональное жюри выбирает самый яркий и неповторимый проект. В этом году за престижную премию будут бороться российские архитекторы. С февраля по апрель также проходит открытое голосование за лучшее оформление здания.
ArchYouth-2020: объявлены победители III сезона
Каждый из победителей детально разобрался в тонкостях остекления своего проекта, правильно рассчитал формулы стеклопакетов, подобрал стёкла и профильные системы.
Английский кирпич в московских Кадашах
Кирпич IBSTOCK Bristol Brown A0628A, привезенный компанией «Кирилл» прямо из Великобритании для фасадов ЖК «Монополист» в Кадашах, стал для комплекса, нового, но вписанного в контекст и расположенного рядом с известнейшим шедевром конца XVII века, основой для сдержанно-историчной и в то же время современной образности.
Измеряй и фиксируй
Лазерный сканер Leica BLK360 – самый компактный из существующих, но в то же время достаточно мощный: за короткое время с его помощью можно провести высокоточные обмеры и создать 3D-модель объекта. Как прибор, который легко помещается в рюкзак или сумку, ускоряет процесс проектирования, снижает риски и помогает экономить – в нашем материале.
Выйти в цвет
Рассказываем, как с помощью краски из новой линейки DULUX «Легко обновить» самостоятельно и за один день покрасить двери или окна.
Проектируя устойчивое будущее
Глава «Сен-Гобен» в России, Украине и странах СНГ, Антуан Пейрюд выступил на Дне инноваций в архитектуре и строительстве с докладом о подходах компании к устойчивому развитию. В интервью Archi.ru Антуан Пейрюд рассказал о роли инновационных материалов в иконических зданиях Фрэнка Гери, Жана Нувеля, Кенго Кумы и других известных архитекторов. Также состоялась презентация звукоизоляционных систем «Сен-Гобен» и общение специалистов BIM с архитекторами по поводу трансфера данных по строительным материалам и решениям.

Сейчас на главной

Сечение «Армады»
Клубный дом в историческом центре Екатеринбурга превращает разновысотность в основу образа: скос его силуэта созвучен скатным кровлям старых зданий, но он же становится ярким и современным пластическим акцентом.
Умер Майкл Соркин
Скончался американский архитектор, урбанист и публицист Майкл Соркин – второй, после Витторио Греготти, крупный архитектурный деятель, ставший жертвой коронавируса.
Александра Черткова: «Для нас принципиально важно...
В преддверии выставки «Город: детали», которая должна была открыться сегодня на ВДНХ, а теперь перенеслась на неопределенный срок, архитектор и партнер бюро «Дружба» Александра Черткова рассказала об основных принципах создания комфортного пространства для детей, ключевых трендах в проектировании детских площадок, а также о том, как москвичи принимают участие в городском развитии.
Очевидные неочевидности на улицах Нью-Йорка
Публикуем 7 главок из новой книги Strelka Press «Код города. 100 наблюдений, которые помогут понять город» Анне Миколайт и Морица Пюркхауэра – собрания замеченных авторами закономерностей, которые пригодятся при проектировании городской среды.
Каменная мозаика
Универмаг Galleria по проекту бюро OMA в южнокорейском Квангё получил «мозаичный» фасад из 12 000 гранитных и 2500 стеклянных треугольников.
Салют Кикоину!
Проект-победитель конкурса Малых городов для Новоуральска прославляет знаменитого физика, а также превращает бульвар на окраине в одно из главных общественных пространств.
WAF: «Оскар», но архитектурный
Говорим с авторами трех проектов, собравших награды WAF: редевелопента Бадаевского завода – Herzog & de Meuron, ЖК «Комфорт Таун» – Архиматика, и Парка будущих поколений в Якутске – ATRIUM.
Лестница без конца
Берлинское бюро Barkow Leibinger создало декорации для постановки оперы «Фиделио» Людвига ван Бетховена в венском Театре ан дер Вин. Режиссер – Кристоф Вальц, дважды лауреат «Оскара» за роли в фильмах Квентина Тарантино.
Пресса: Выживет ли урбанистика в России
Урбанистика сегодня в России — синоним воровства. Если человек посадил дерево или построил дом, то понятно зачем. Чтобы стибрить, вот зачем. Отсюда вопрос об урбанизме в России будущего — по крайней мере, если мы исходим из надежды, что дальше должно быть как-то лучше,— решается однозначно: его не будет <...>
Мрамор среди домн
Библиотека Люксембургского университета на территории бывшего сталелитейного завода – это перестроенное мастерской Valentiny Hvp Architects хранилище для руды.
Ключевое слово: «телеработа»
Архитекторы, профильные СМИ и вузы по всему миру реагируют на ситуацию пандемии, пытаясь обезопасить сотрудников и студентов, сохранив учебный и рабочий процесс. Говорим с руководителями нескольких московских бюро об их планах удаленной работы, а также рассказываем, как реагируют на эпидемию архитекторы мира.
Дискуссия о Дворце пионеров
Публикуем концепцию комплексного обновления московского Дворца Пионеров Феликса Новикова и Ильи Заливухина, и рассказываем о его обсуждении в Большом зале Москомархитектуры 4 марта.
«Дом бездомных»
Католический приют для социально незащищенных людей в деревне на юго-востоке Польши построен по проекту бюро xystudio с бережным отношением к окружающей среде.
Драгоценное пространство
Evotion design и T+T architects сообщили о завершении интерьера штаб-квартиры Сбербанка на Кутузовском проспекте. В центре атриума здесь парит переговорная-«Диамант», и все похоже на шкатулку с драгоценностями, в том числе высокотехнологичными.
Берег Дона
Проект из числа победителей конкурса Малых городов посвящен благоустройству берега реки Дон в промышленой части городка Данков, небольшого, но экономически успешного.
Реконструкция с чувством
Перед стартом курса МАРШ Re(New), слушатели которого будут работать со зданиями Хлопкопрядильной фабрики, куратор Дарья Минеева рассуждает о смысле и путях реконструкции.
Живописное жилье
В новом нью-йоркском комплексе Denizen Bushwick – 900 квартир, из которых 20% доступных, а высокую плотность смягчает монументальное искусство, озеленение и разнообразная инфраструктура. Авторы проекта – бюро ODA.
Верста на соляных берегах
Пешеходный маршрут с уклоном в туризм и исторические реконструкции, но не без спорта: проект-победитель конкурса Малых городов для Соликамска.
Большая маленькая победа
В небольшой по масштабу школе в Домодедове бюро ASADOV_ мастерски справилось с ограничениями в виде скромного бюджета и жестких лимитов площади, спроектировав светлые классы, гуманные рекреации и даже многосветный атриум с амфитеатром, ставший центром школьной жизни.
Чандигарх: фрагменты модернистской утопии
Публикуем фотографии и эссе Роберто Конте об архитектуре Чандигарха – от прославленного Капитолия Ле Корбюзье до менее известных жилых домов, кинотеатров, вузовских корпусов авторства его соратников и последователей.
Здание как Интернет
В культурно-общественном центре Forum Groningen по проекту NL Architects на севере Нидерландов можно бродить и находить информацию по всем областям знаний так же свободно, как во Всемирной сети.
Высокая горка
Начинаем публикацию проектов, победивших в конкурсе «Исторические поселения и малые города». Первый присланный – проект для Новохопёрска. Он соединяет две части города, вписан в пешеходные маршруты и эффектно использует ландшафтные красоты.
АБ Крупный план: «Важно, чтобы форма не была случайной,...
Беседа с Сергеем Никешкиным и Андреем Михайловым, партнерами-сооснователями архитектурно-инжиниринговой компании «Крупный план» – о ее структуре и истории развития, принципах, поиске формы и понятии современности.
Коворкинг под вуалью
Бюро Cano Lasso Arquitectos дало фасаду лондонского коворкинга полимерную «вуаль», а интерьер превратило в фантастический ландшафт – в соответствии с идеями заказчика, борющейся со скукой арендаторов компании Second Home.
Искушение традицией
В вилле по проекту Simone Subissati Architects в итальянской области Марке соединены геометрия традиционных сельских домов и идеи радикальной архитектуры 1970-х.
Градсовет 4.03.2020
Как паркинг привел к разговору об энергоэффективности, а памятник Федору Ушакову поднял проблему восстановления собора.
Социо-биология ландшафта
Список новых типологий общественных пространств и объектов вновь пополнился благодаря бюро Wowhaus. На этот раз команда предложила кардинально новый для России подход к созданию места общения людей и животных
Старое и новое на техасском солнце
Промышленный комплекс начала XX века в пригороде столицы Техаса Остина, сохранив свой облик, вместил после реконструкции по проекту бюро Cushing Terrell рестораны, магазины, учреждения сервиса и общественные пространства.
Малые города: 2020/2021
В конце февраля Минстрой объявил 80 победителей конкурса «Малых городов», призовой фонд которого теперь, на третий год проведения, увеличен вдвое, с 5 до 11 млрд рублей. Перечисляем победителей, рассматриваем несколько проектов.
Под взглядом ангелов с небес
Юбилейная выставка «Студии 44» в эрмитажном Генштабе амбициозна, масштабна и разнообразна. Ее задача – показать архитектуру со всех сторон: через кино, макет, чертеж, инсталляцию, и наконец через произведение, саму Анфиладу, которую выставка раскрывает, интенсифицирует и заставляет работать так, как было с самого начала задумано.
Имена многократного использования
Дублинское бюро Grafton стало лауреатом Притцкеровской премии-2020: это лишь последняя из града наград и других знаков признания, который сыпется на основательниц этой мастерской в последние годы.
Проект «в рубчик»
Бюро FTA Group превратило фабрику по производству вельвета в Шанхае в комплекс офисных и сервисных пространств, сохранив историю места – в общем и в деталях.
Новая версия старого города
Дом на Малой Ордынке, 19 идеально вписался в строй улицы и даже как будто выправил ее, задал новый тон – фактуры, блеска, «солнечного» тепла и одновременно сдержанной гармонии всех этих необходимых составляющих архитектуры дорогого современного дома.
Горки Дружбы
Детская площадка дома на Малой Ордынке, 19, подается и авторами, и девелопером как произведение с отдельной ценностью. Она, действительно, насыщена: как функциями, так и пространством, и пластикой.
Гай Имз: «У Альметьевска есть возможность стать аналогом...
Международный куратор конкурса на мастер-план Альметьевска, глава совета по экостроительству, на примерах рассказывает о перспективах конкурса и города, а также о состоянии и возможностях движения по охране среды в России.
Проектируя себя
В марте в МАРШ стартуют два интенсива, которые помогут архитекторам выстроить бизнес-стратегию, а также найти и сформулировать миссию. Подробности от куратора курса.
Огород на крыше
В центре Оберхаузена на западе Германии бюро Kuehn Malvezzi построило здание центра занятости с теплицей на крыше: там муниципалитет выращивает салат, зелень и клубнику, а институт Фраунгофера – исследует «закольцованные» производственные системы.