Спасение Саут-стрит глазами Дениз Скотт Браун

Любое радикальное вмешательство в городскую ткань всегда вызывает споры. Джереми Эрик Тененбаум – директор по маркетингу компании VSBA Architects & Planners, писатель, художник, преподаватель, а также куратор выставки Дениз Скотт Браун «Wayward Eye» на Венецианской биеннале – об истории масштабного проекта реконструкции Филадельфии, социальной ответственности архитектора, балансе интересов и праве жителей на свое место в городе.

mainImg
Перевод Елены Сальниковой и Антонины Шаховой
 
Статья впервые опубликована в сетевом издании Hidden City Philadelphia, посвященном архитектуре, истории градостроительства и рукотворной среды
This article was originally published by Hidden City Philadelphia, an online publication about architecture, urban history and the built environment

Зачем вообще спасать Саут-стрит? Ее золотые шестидесятые уже давно позади, второй расцвет в девяностые – тоже. Нет больше бара «J. C. Dobbs»[1]. Закрылся «Black Banana»[2]. Ушла в небытие империя «Tower Records». Пустует большинство витрин. А комендантский час для молодежи, введенный для борьбы с массовыми сборищами и подростковой преступностью, – как лекарство, которое лишний раз напоминает о болезни.
 
Саут-стрит первоначально называлась Сидар-стрит и очерчивала южную границу Филадельфии по генеральному плану Уильяма Пенна 1683 года. Она подобно крепостному рву отделяла цивилизованный мир квакеров от дикарей-язычников. К концу XIX века на Саут-стрит сформировался исторический центр афроамериканской общины Филадельфии. Там преуспевали чернокожие предприниматели, особенно после отмены рабства и окончания Гражданской войны. В XX веке растущий многонациональный город пополнили ирландцы, поляки, евреи, русские и итальянцы. Они прибывали сюда через миграционный пункт на реке Делавэр и искали работу в прибрежных районах и на Вашингтон-авеню. Приезжие в конце концов оттеснили местное чернокожее население на запад от Брод-стрит. Роскошные магазины для богатых переместились в Мэйн-Лайн, и Саут-стрит превратилась в улицу развлечений с театрами и ночными клубами. К началу 1960-х западная ее часть представляла собой процветающий район, где жили и держали частные фирмы афроамериканцы, а восточная стала местом притяжения для разного рода богемы: художников и представителей контркультуры. От реки Делавэр до реки Скулкил Саут-стрит была «самой хипповой улицей города», как пели в своей популярной песне «The Orlons»[3].
 
А потом ситуация резко изменилась. Началось с того, что в 1930-е годы Градостроительная комиссия Филадельфии предложила проложить через город Центральную кольцевую автомобильную дорогу, чтобы освободить деловой центр от пробок и соединить между собой соседние магистрали. Тогда кольцевые автодороги были веянием времени. Эту же идею в 1950-е навязывал градостроителям архитектор Виктор Грюн. Точный маршрут филадельфийской трассы предусмотрительно не раскрывали. Транспортники расплывчато говорили о «ненадлежащем использовании земель на юге».
 
Определил положение Центральной КАД исполнительный директор Градостроительной комиссии Филадельфии Роберт Митчелл в 1947-1953 годах, обозначив ее южный отрезок на месте Саут- и Ломбард-стрит. Свой проект, подготовленный в соавторстве с градостроителем Эдмундом Бэконом, архитектором Луисом Каном и другими коллегами, он представил в 1947 году на выставке «Сделаем Филадельфию лучше». С 1950-х до середины 1960-х годов шла исследовательская и проектная работа. Шоссе планировали строить открытым, заглубленным ниже уровня земли на месте улиц Саут- и Бейнбридж-стрит. Жителей уведомили о планах, цены на недвижимость рухнули, Саут-стрит опустела. К 1966 году стало ясно, что улицы снесут. Появление скоростной магистрали Кросстаун было делом решенным.
Градостроительная комиссия, 27.01.1970
Фотография © Ричард Розенберг. Courtesy of the Special Collections Research Center. Temple University Libraries. Philadelphia, PA.

Этот проект обнажил целый комплекс проблем в обществе. На Саут-стрит, как бусины на нить, были нанизаны связанные между собой, но очень разные, подчас враждующие сообщества. Идея построить шоссе Кросстаун подняла на поверхность соседские, межклассовые и межэтнические конфликты. Волнует ли кого-то, что нужды нынешних жителей не совпадают с планами развития города, и что въезд в него обеспечивают за счет интересов местных сообществ? Окажут ли помощь переселенцам? Как шоссе перекроит границы расовых и экономических зон Филадельфии? Может ли муниципалитет уничтожить «язву» на теле города, если сам же и явился ее причиной? Почему улицы богатых белых сохраняют, а улицы бедных, черных и иммигрантов стирают с карты города? Агент по продаже недвижимости Джордж Скотт однажды сравнил Саут-стрит с линией Мэйсона-Диксона[4].
 
Противники строительства быстро мобилизовались. В 1968 году правозащитница Элис Липском, общественный деятель Джордж Дьюкс и адвокат Роберт Шугармэн создали Гражданский комитет по защите и развитию общины Кросстаун, объединивший разрозненные кварталы в единый фронт сопротивления. Офис организации располагался в доме 820 по Саут-стрит, где теперь находится магазин модной одежды.
Демонстрация протеста против строительства автострады. 22.03.1968
Фотография © Джек Тини. Courtesy of the Special Collections Research Center. Temple University Libraries. Philadelphia, PA.

Элис Липском, одна из лидеров сопротивления – авторитетная афроамериканка, председательница Совета Готорнской общины. Она сотрудничала со многими мэрами Филадельфии, встречалась с тремя президентами, жестоко боролась с трущобными «баронами» южной Филадельфии и митинговала против расизма в жилищной политике. Элис одинаково хорошо умела и сплотить негров с иммигрантами, и привлечь белых богачей из Сесаети-Хилл на свою сторону. Бывший мэр Эдвард Рэнделл позже скажет: «Я не встречал никого, кто бы бился так отчаянно за свой район, как Элис Липском».

В своей борьбе комитет заручился поддержкой архитекторов, которые должны были доказать жизнеспособность и необходимость сохранения Саут-стрит. С этой целью была нанята фирма «Вентури и Раух». Руководство проектом взяла на себя Дениз Скотт Браун. Родом из ЮАР, она получила диплом архитектора в Англии и переехала в Америку изучать градостроительство в Пенсильванском университете. Её учителями в числе прочих были Роберт Митчелл и Луис Кан. Вскоре после того, как Дениз окончила учёбу и начала преподавать, она познакомилась с Робертом Вентури. Сначала они были коллегами по университету, а потом партнерами в браке и в архитектурном бюро. Тогда еще молодая фирма «Вентури и Раух» уже снискала дурную славу сперва из-за спорного проекта дома Вентури для его матери, потом из-за его «деликатного манифеста» «Сложность и противоречия в архитектуре». Вслед за этим Скотт Браун и Вентури взялись за исследование под названием «Уроки Лас-Вегаса». Они осмелились всерьёз изучать архитектуру пестрого, как конфетные фантики, города, от чего у профессионального сообщества волосы встали дыбом. В этой работе принимали участие студенты-архитекторы Йельского университета, среди которых оказался Стив Айзенур, ассистент профессора и будущий партнер Вентури.

«Вентури и Раух» предложили спроектировать район бесплатно. Члены комитета сомневались в успехе, но надеялись на лучшее. «Эти люди согласились иметь с нами дело, в частности, потому что у нас были общие интересы. Кроме архитектурного бюро, Боб Вентури держал на Саут-стрит фруктовую лавку, которую унаследовал от отца», – рассуждала Скотт Браун в своей монографии «Градостроительные концепции».
Демонстрация протеста против строительства автострады. 15.09.1970
Фотография © Джозеф Васко. Courtesy of the Special Collections Research Center. Temple University Libraries. Philadelphia, PA.

На заре шестидесятых «социологи превратились в общественных деятелей», – писала она. – «Если вы решаете градостроительные задачи, то должны разбираться в городской экономике. Особенно если собираетесь работать в сложных экономических условиях. Для этого вам понадобятся силы и влияние. Но сражаться с обстоятельствами все время невозможно, да и зачем, если можно обратить их в свою пользу?»

Команда архитекторов во главе с Дениз Скотт Браун до мельчайших подробностей изучила и проанализировала использование земли на Саут-стрит и ее транспортное обслуживание. Четыре года они работали над проектом, отстаивая улицу. У здания городской администрации появлялись пикеты: «ОСТАНОВИТЕ стройку шоссе Кросстаун!!! Это в ВАШИХ силах!» Митчелл, некогда главный сторонник строительства, переметнулся на сторону протестующих, тогда как остальные вместе с Бэконом стояли на своем. В 1967 году за эту тему ухватились кандидаты в мэры в преддверии выборов. Действующего мэра Джеймса Тэйта волновали беспорядки, и он отступил со словами: «Пусть будет, как хочет народ». Но еще нужно было победить на более высоком уровне. Члены комитета встречались с губернатором Пенсильвании Реймондом Шэфером, с главой Департамента Транспорта США и Федеральным управлением автомобильных дорог. Потянулись годы споров. Следующий мэр Фрэнк Риццо выступал всецело за шоссе, но в другом виде: Градостроительная комиссия Филадельфии пошла на компромисс и предложила пустить трассу под землей, а над ней построить новые жилые и коммерческие здания. Проект получил название «Саутбридж». По воспоминаниям Скотт Браун, «Риццо, вообще, симпатизировал Элис Липском за ее сильные лидерские качества. Ей он тоже нравился, пусть и был расистом, но все равно лучше других мэров». К 1973 году государственные транспортные органы отказались от проекта, и даже Бэкон с Градостроительной комиссией Филадельфии сменили курс.

Комитет не просто предотвратил появление магистрали Кросстаун. Вместе с командой Скотт Браун они подготовили почву для последующего возрождения улицы, и вот каков был их план: во-первых, восстановить жилье для малоимущих, благоустроить территорию вокруг него и по возможности избежать переселений; поддержать владельцев жилья и малого бизнеса. На первом этапе предлагалось провести реконструкцию нескольких зданий и разместить в них социальные службы, знаменуя тем самым начало новой жизни. Принятие решений о дальнейших изменениях отдать в руки местных жителей во главе с лидером общины.
Саут Стрит 326. Интерьер с надписью «Дом»: одна комната с риском злоупотреблений»
Courtesy of the Special Collections Research Center. Temple University Libraries. Philadelphia, PA.

«В ведомстве по социальной политике нашу идею одобрили. Им понравилось, что мы не стали проектировать ничего нового, так как это было бы преждевременно, а перечислили какие виды социальных программ необходимо реализовать и какие типы зданий понадобятся на этой улице», – писала Скотт Браун.

План удался. В 70-е Саут-стрит пережила возрождение как самый прогрессивный район города, достигнув пика своего развития в 80-90-е, а потом начала постепенно приходить в упадок. В 2001 году народные гуляния на Марди Гра[5] закончились грабежами. В начале нулевых здесь один за другим открывались и закрывались крупные сетевые магазины. Опустели витрины. Сегодня улица еще жива, но что ее ждет?

Кто спасет Саут-стрит теперь? И нуждается ли она в спасении? Причины ее былого благоденствия никуда не исчезли: она расположена на рубеже, где заканчивается квакерский аскетизм, здесь, на перекрёстке множества культур и классов, кипит жизнь, она, как ось гироскопа, сохраняет постоянство, как бы ни менялась мода. Есть те, для кого Саут-стрит в расцвете именно сейчас. Ее лучшие годы – наши лучшие годы. Мы взрослеем, а она остается прежней. И все-таки, что можем сделать мы, чтобы помочь ей в XXI веке на фоне развития торговли и общественной жизни? Во-первых, крупным девелоперам здесь не место. Саут-стрит хочет быть не Таймс-сквер-2020, а Ист-Виллидж-1968[6]. Как писала Скотт Браун: «Нужно сделать территорию центром притяжения для людей, не прибегая к кардинальным изменениям, влекущим за собой переселение и снос кварталов». Может, нам стоит обратиться к истокам, когда Саут-стрит была улицей рабочего класса и художников? Существуют ли простые способы создать среду для досуга и услуг, подходящих широкому кругу очень разных людей, местных и туристов, не нарушая интересов общины. Удастся ли опять привлечь сюда творческую публику с её самобытностью, которая откроет магазины и пустит новые корни еще лет на 40? А может, стоит посмотреть на Саут-стрит свежим взглядом, вместо того чтобы перестраивать или реконструировать. Может, с ней не всё так плохо?

Дениз Скотт-Браун, специальный комментарий к статье, 11.2021

Благодаря этому исследованию зародилось движение архитекторов и социологов, которые вместе представляли интересы разных групп населения и меняли общество. За ним последовали аналогичные работы других авторов, взявших за основу теорию «справедливого градостроительства» Пола и Линды Давыдовых[7]. Давыдовы учили спрашивать себя: «Кому нужны прекрасные картины будущего, если не решены насущные проблемы? Зачем загадывать далеко вперёд? Важнее, что будет через год».
​
Вентури и Скотт Браун работали над проектом Саут-стрит и параллельно писали «Уроки Лас-Вегаса». Впоследствии они ещё проводили подобные градостроительные и общественные исследования, пока администрация президента, сначала Никсона, а позже Рейгана, не останавливала финансирование. Всего насчитывается около 20 таких работ.

Фотографии ниже были сняты Дениз Скотт Браун в 1960-е годы, за исключением нескольких, сделанных под ее руководством Стивом Айзенуром. По ним видно, как архитекторы изучали Саут-стрит, ее историю, жителей, экономику и связь всего этого с внешними системами и силами. Снимки вошли в новую книгу Дениз Скотт Браун «Wayward Eye» («Неординарный взгляд»), которая скоро увидит свет.
zooming
Дениз Скотт-Браун. 1965
Предоставлено Дениз Скотт-Браун
zooming
Саут Стрит
Предоставлено Дениз Скотт-Браун
zooming
Саут Стрит
Предоставлено Дениз Скотт-Браун
zooming
Саут Стрит
Предоставлено Дениз Скотт-Браун
zooming
Саут Стрит
Предоставлено Дениз Скотт-Браун
zooming
Саут Стрит
Предоставлено Дениз Скотт-Браун
zooming
Саут Стрит
Предоставлено Дениз Скотт-Браун
zooming
Саут Стрит
Предоставлено Дениз Скотт-Браун
zooming
Саут Стрит
Предоставлено Дениз Скотт-Браун
zooming
Саут Стрит
Предоставлено Дениз Скотт-Браун

[1]«J. C. Dobbs» – легендарный рок-бар, где в разное время выступали «Rage Against the Machine», «Nirvana» и «Pearl Jam».
[2]«Black Banana» – изначально кафе-мороженое и ресторан, а позже ночной клуб электронной музыки и площадка для видео-художников.
[3]«The Orlons» – американская R&B группа, основанная в 1960-х. Их сингл «South Street» получил золотой диск.
[4]Линия Мэйсона-Диксона – историческая граница между севером и югом США, позже – демаркационная линия в территориальном споре четырех американских штатов: Пенсильвании, Мэриленда, Делавэра и Западной Виргинии. Большая ее часть вдоль южной границы Пенсильвании стала символической границей между «свободным» Севером и рабовладельческим Югом.
[5]Марди Гра (фр. Mardi gras) – праздник, который знаменует собой последнюю ночь перед началом католического Великого поста.
[6]Ист-Виллидж – район в нижнем Манхэттене, ставший в середине 1960-х центром нью-йоркской контркультуры.
[7] «Справедливое градостроительство» (advocacy planning) – альтернативный метод градостроительного проектирования, предложенный Полом и Линдой Давыдовыми, ответная реакция на устоявшуюся командно-приказную практику планирования городов. По сути, архитекторы, выступая на стороне самых незащищенных, бедных, не имеющих возможности самостоятельно бороться за свои права слоев населения, отстаивали их интересы перед градостроительными комиссиями и крупными девелоперами.
zooming
Саут Стрит
Предоставлено Дениз Скотт-Браун

19 ноября 2021

Похожие статьи
Об эффективности специализированных институтов
В преддверии публикации материала, подытоживающего дискуссию на тему «Градостроительная теория: кризис институций», публикуем текст Игоря Бондаренко, бывшего директора НИИТИАГ – посвященный непростой ситуации в российской архитектурной науке.
Оправдание добра, или как не промотать наследство
Книга доктора искусствоведения, академика Марии Нащокиной «Апология наследия» – всеобъемлющий труд, собравший под одной обложкой острые проблемы сохранения наследия в нашей стране и за рубежом. Глубокий научный подход сочетается в ней со смелостью говорить правду, порой нелицеприятную, и предлагать здравые решения. Публикуем рецензию и отрывок из книги.
«Чужие» в городе
Мы попросили у Александра Скокана комментарий по итогам 2025 года – а он прислал целую статью, да еще и посвященную недавно начатому у нас обсуждению «уместности высоток» – а говоря шире, контрастных вкраплений в городскую застройку. Получился текст-вопрос: почему здесь? Почему так?
Константин Трофимов: «Нас отсеяли по формальному...
В финал конкурса на концепцию вестибюля станции метро «Лиговский проспект-2» вышло 10 проектов, 2 самостоятельно снялись с дистанции, а еще 11 не прошли конкурс портфолио, который отсекал участие молодых или иногородних бюро. Один из таких участников – «Архитектурная мастерская Трофимовых», главный архитектор которой четыре года работал над проектом Высокоскоростной железнодорожной магистрали, но не получил шанса побороться за вестибюль станции метро. О своем опыте и концепции рассказал руководитель мастерской Константин Трофимов.
Угадай мелодию
Архитектурная премия мэра Москвы позиционирует себя как представляющая «главные проекты года». Это большая ответственность – так что и мы взяли на себя смелость разобраться в структуре побед и не-побед 2025 года на примере трех самых объемных номинаций: офисов, жилья, образования. Обнаружился ряд мелких нестыковок вроде не названных авторов – и один крупный парадокс в базисе эмотеха. Разбираемся с базисом и надстройкой, формулируем основной вопрос, строим гипотезы.
Казус Нового
Для крупного жилого района DNS City был разработан мастер-план, но с началом реализации его произвольно переформатировали, заменили на внешне похожий, однако другой. Так бывает, но всякий раз обидно. С разрешения автора перепубликовываем пост Марии Элькиной.
«Рынок неистово хочет общаться»
Арх Москва уже много лет – не только выставка, но и форум, а в этом году количество разговоров рекордное – 200. Человек, который уже пять лет успешно управляет потоком суждений и амбиций – программный директор деловой программы выставки Оксана Надыкто – проанализировала свой опыт для наших читателей. Строго рекомендовано всем, кто хочет быть «спикером Арх Москвы». А таких все больше... Так что и конкуренция растет.
Опровержение и сравнение: конкурс красноярского театра
Начали писать опровержение – ошиблись, при рассказе о проекте Wowhaus, который занял 1 место, с оценкой объема сохраняемых конструкций, из-за недостатка презентационных материалов – а к опровержению добавилось сравнение с другими призерами, и другие проекты большинства финалистов. Так что получился обзор всего конкурса. Тут, помимо разбора сохраняемых разными авторами частей, можно рассмотреть проекты бюро ASADOV, ПИ «Арена» и «Четвертого измерения». Два последних старое здание не сохраняют.
ЛДМ: быть или не быть?
В преддверии петербургского Совета по сохранению наследия в редакцию Архи.ру пришла статья-апология, написанная в защиту Ленинградского дворца молодежи, которому вместо включения в Перечень выявленных памятников грозит снос. Благодарим автора Алину Заляеву и публикуем материал полностью.
Пользы не сулит, но выглядит безвредно
Мы попросили Марию Элькину, одного из авторов обнародованного в августе 2020 года письма с критикой законопроекта об архитектурной деятельности, прокомментировать новую критику текста закона, вынесенного на обсуждение 19 января. Вывод – законопроект безвреден, но архитектуру надо выводить из 44 и 223 ФЗ.
Буян и суд
Новость об отмене парка Тучков буян уже неделю занимает умы петербуржцев. В отсутствие каких-либо серьезных подробностей, мы поговорили о ситуации с архитекторами парка и судебного квартала: Никитой Явейном и Евгением Герасимовым.
Григорий Ревзин об ЭКСПО 2020: Европа и отказ от формы
Рассматривая тематические павильоны и павильоны европейских стран, Григорий Ревзин приходит к выводу, что «передовые страны показывают, что архитектура это вчерашний день», главная тенденция состоит в отсутствии формы: «произведение это процесс, лучшая вещь – тусовка вокруг ничего».
Григорий Ревзин об ЭКСПО 2020: «страны с проблематичной...
Продолжаем публиковать тексты Григория Ревзина об ЭКСПО 2020. В следующий сюжет попали очень разные павильоны от Белоруссии до Израиля, и даже Сингапур с Бразилией тоже здесь. Особняком стоит Польша: ее автор считает «играющей в первой лиге».
Григорий Ревзин об ЭКСПО 2020: арабские страны
Серия постов Григория Ревзина об ЭКСПО 2020 на fb превратилась в пространный, остроумный и увлекательный рассказ об архитектуре многих павильонов. С разрешения автора публикуем эти тексты, в первом обзоре – выставка как ярмарка для чиновников и павильоны стран арабского мира.
Помпиду наизнанку
Ренцо Пьяно и ГЭС-2 уже сравнивали с Аристотелем Фиораванти и Успенским собором. И правда, она тоже поражает высотой и светлостию, но в конечном счете оказывается самой богатой коллекцией узнаваемых мотивов стартового шедевра Ренцо Пьяно и Ричарда Роджерса, Центра Жоржа Помпиду в Париже. Мотивы вплавлены в сетку шуховских конструкций, покрашенных в белый цвет, и выстраивают диалог между 1910, 1971 и 2021 годом, построенный на не лишенных плакатности отсылок к главному шедевру. Базиликальное пространство бывшей электростанции десакрализуется практически как сам музей согласно концепции Терезы Мавики.
Победа прагматиков? Хроники уничтожения НИИТИАГа
НИИ теории и истории архитектуры и градостроительства сопротивляется реорганизации уже почти полгода. Сейчас, в августе, институт, похоже, почти погиб. В недавнем письме президенту РФ ученые просят перенести Институт из безразличного к фундаментальной науке Минстроя в ведение Минобрнауки, а дирекция говорит о решимости защищать коллектив до конца. Причем в «обстановке, приближенной к боевой» в институте продолжает идти научная работа: проводят конференции, готовят сборники, пишут статьи и монографии.
Есть ли места на Олимпе? Сексизм и «звездность» в архитектуре
«Есть ли места на Олимпе? Сексизм и «звездность» в архитектуре» Дениз Скотт Браун – это результат личного исследования вопросов авторства, иерархической и гендерной структуры профессии архитектора. Написанная в 1975 году, статья увидела свет лишь в 1989, когда был издан сборник "Architecture: a place for women". С разрешения автора мы публикуем статью, впервые переведенную на русский язык.
ВХУТЕМАС versus БАУХАУС
Дмитрий Хмельницкий о причудах историографии советской архитектуры, о роли ВХУТЕМАСа и БАУХАУСа в формировании советского послевоенного модернизма.
Еще одна история
Рассказ Феликса Новикова о проектировании и строительстве ДК Тракторостроителей в Чебоксарах, не вполне завершенном в девяностые годы. Теперь, когда рядом, в парке построено новое здание кадетского училища, автор предлагает вернуться в идее размещения монументальной композиции на фасадах ДК.
Технологии и материалы
Архитектура в движении: как театр приходит в современные...
Движение в архитектуре может быть не только визуальным эффектом, но и физическим свойством пространства. Кинетические потолки, подвижные конструкции и объемные арт-объекты позволяют менять конфигурацию и сценарии интерьера, объединять движение со светом и звуком. На примере разработок Paper Design® смотрим, как работают такие системы, какие задачи они решают и почему при их проектировании архитекторы обращаются к театральной драматургии.
Остекление аэропортов: современные возможности
Сегодня остекление аэропорта помогает формировать комфортную среду для пассажиров: обеспечивает естественное освещение и визуальную прозрачность, которая помогает пассажирам ориентироваться в здании. При этом современные технологии позволяют интегрировать в стеклопакеты функциональные элементы, которые делают остекление частью инженерной системы фасада. Рассказываем на примере проектов Российской Стекольной Компании.
Ламели в движении: система RV на фасадах паркинга в...
Один из популярных способов получить фасад с выраженной пластикой и 3D-эффектом – использование ламелей. Вместо дорогостоящих кастомных решений достаточно серийной системы в сочетании с поворотными креплениями. Смотрим, как это работает на примере системы RV от АФК Лидер.
В Дании на 3D-принтере напечатали студенческое общежитие
Жилой комплекс Skovsporet состоит из шести малоэтажных корпусов, несущие бетонные конструкции которых изготовлены методом 3D-печати. При строительстве использовали бетонную смесь с цементом пониженной углеродоемкости.
Прозрачность под контролем: остекление курортной...
Как сохранить естественное освещение и панорамные виды, не превращая стеклянный фасад в источник избыточного тепла? На примере двух объектов Черноморского побережья – санатория «Кристалл» в Сочи и винного города «Белый мыс» в Геленджике – рассматриваем возможности мультифункционального и просветлённого стекла AIG, позволяющие совместить солнцезащиту, теплоизоляцию и архитектурную выразительность.
Из шерстяных отходов – в фасадную облицовку
Исследователи Гарвардского университета разработали биокомпозит из переработанной овечьей шерсти, который может использоваться одновременно для теплоизоляции и наружной облицовки зданий. Прототип фасадной системы представили на Архитектурной триеннале в Осло.
«Второй слой»: полимеры в реконструкции
При реконструкции новые материалы могут быть заметной частью архитектуры – полупрозрачной кровлей, фасадом или самостоятельной оболочкой. А могут оставаться скрытыми внутри стен, перекрытий и кровель, улучшая теплоизоляцию и защищая существующие конструкции. Рассматриваем, как полимеры помогают приспосабливать здания к новым функциям и требованиям, сохраняя при этом их архитектурную ценность.
HENN разработало калькулятор углеродного бюджета зданий
Бесплатный онлайн-инструмент немецкого бюро позволяет определить допустимый объем выбросов парниковых газов для здания и сопоставить с ним показатели проекта. Расчет основан на климатической цели Парижского соглашения – ограничении глобального потепления до 1,5 °C относительно доиндустриального уровня.
Тот самый металл
Как Cladding Solutions работает с цветом – от архитектурного замысла и первого образца до рецептуры покрытия и тысяч квадратных метров готового фасада.
Напечатанная штаб-квартира
Немецкая строительная компания Matthäi Schlüsselfertigbau построила собственную штаб-квартиру с применением 3D-печати, а затем открыла подразделение, специализирующееся на этой технологии.
Офис Российско-Германской ВТП в Петербурге: проект...
Новый офис Российско-Германской внешнеторговой палаты в Адмиралтейском районе объединяет рабочие пространства, коворкинг и площадку для деловых мероприятий. Бюро UNK design построило интерьер на принципе лессировки, используя цвет, фактуры и свет для создания многослойной пространственной композиции. Реализовать проект помогли строительные системы КНАУФ – материалы для устройства перегородок, облицовок и подвесных потолков, а также для подготовки поверхностей под отделку.
Три способа встроить мансардное окно в архитектуру...
Мансардное окно обычно воспринимается как элемент, который приходится вписывать в уже заданную конструкцию крыши. Но возможен и обратный подход: размер, конфигурация, цвет или геометрия остекления становятся частью архитектурного замысла и влияют на то, как выглядит весь верхний этаж.
Чёрный пенопласт из отходов
Carbon Cell разработала пеноматериал на основе обугленных сельскохозяйственных отходов. Он не содержит пластика, пригоден для домашнего компостирования и обладает отрицательным углеродным следом: по оценке компании, каждый килограмм материала обеспечивает связывание углерода, эквивалентное почти килограмму CO₂.
Бионика в игровых пространствах
Органическая пластика и сложная геометрия проникают в дизайн игровых пространств все чаще. «Новые Горизонты» предлагают развивать это направление, называя его «бионическими игровыми комплексами», – как концепцию, соединяющую выразительную форму площадки с архитектурой и благоустройством.
Сталь. Спорт. Стиль
Спортивные объекты предъявляют к отделочным материалам разные требования: устойчивость к ударам и интенсивной эксплуатации, безопасность, влагостойкость, гигиеничность. Один из материалов, способных работать в таких условиях, – нержавеющая сталь. Разбираемся, какую марку стали и тип обработки выбирать для тренажерных залов, бассейнов, общественных зон и фасадов – и как эти решения работают на реализованных объектах.
От фасада до земли
Облицовочный кирпич и тротуарная плитка в проектах – нередко выступают как части единой материальной палитры. Они связывают фасад и благоустройство через близкие оттенки или, наоборот, контраст, градиент и общий ритм. Смотрим подборку примеров жилых комплексов из портфолио бюро СПК, где применяется продукция BRAER.
Фальц: от штучного решения к рабочей технологии
Фальцевая кровля часто оказывается в проектах благодаря широким возможностям в работе со сложной геометрией. Но результат зависит не столько от самого металла, сколько от того, как увязаны основание, узлы, производство и монтаж. На примере инфраструктурных объектов разберем фальц как воспроизводимую строительную технологию.
В Токио робота-андроида привлекли для работы на стройплощадке
Компания Shimizu Corporation начала испытания гуманоидных роботов и роботизированных манипуляторов с искусственным интеллектом на строительных площадках. Экспериментальным полигоном стал небоскреб Torch Tower, спроектированный Со Фудзимото.
Материал для эксперимента: полимеры в общественном...
Этим текстом мы открываем новый цикл статей о полимерах в современной архитектуре. Его тема – не столько сферы применения того или иного материала, сколько изменение его архитектурного статуса. В четырех статьях мы попробуем рассмотреть этот вопрос на разных масштабах – от общественного пространства и реконструкции до частного дома и выставочной архитектуры.
Сейчас на главной
Читай, играй, общайся
Библиотека «Притяжение», созданная бюро DE-SENSE, кажется, вобрала в себя все основные приемы, характерные для формата «Третье место», но с адаптацией на детскую и подростковую аудиторию. В результате получилось пространство, наполненное радостью и интересом к знаниям, куда хочется возвращаться.
Ключ к историческому поселению
В Казани в рамках Строительной недели БРИКС состоялся IV форум «РЕБУС», темой которого стало «Градостроительство в исторических поселениях». Предлагаем репортаж с мероприятия, некоторые тезисы дискуссий, а также итоги смотр-конкурса, отмечающего лучшие практики в сфере градостроительства на исторических территориях.
По стопам Кулибина
Бюро ГОРА спроектировало три станции канатной дороги для Нижнего Новгорода. Маршрут свяжет берега Оки и район станции метро «Заречная», предлагая не только удобную переправу, способную транспортировать около 30 000 человек в день, но и новый взгляд на город – как с точки зрения панорам, так и его наследия. Архитектурное решение, вдохновленное инженерными достижениями нижегородца Ивана Кулибина, оставляет открытыми механизмы и коммуникации, а также закладывает выставочную функцию.
Кирпичная ткань
Музей драгоценной ткани – парчи Шу – в Чэнду по проекту пекинского бюро Archstudio – реконструкция скромного цеха по сбору сельскохозяйственной техники.
Семиглавый
Сегодня ДГП объявил о проведении семи архитектурных конкурсов. Но подать заявку пока нельзя. Можно будет с 23 ноября. Мы же пока философствуем о функциональной типологии московской конкурсной практики, ее трансформациях и перспективах.
Кто ищет, тот всегда найдет
Бюро OFFCON разработало дизайн нового этажа для офиса «Авито», руководствуясь представлением о компании как о виртуальном пространстве для поиска своего рода «сокровищ» – выгодных покупок. В результате получился интерьер, наполненный дизайнерскими «сокровищами» – уникальной атмосферой и удобными рабочими местами.
NDA, равенство, братство
Закончила работу десятая биеннале «Архитектура Петербурга». Теперь помимо живой дискуссии и культурной программы у нее есть куратор, объединяющая тема и авторские «гостиные», которые значительно облегчили зрителю жизнь. Помогло ли все это выйти мероприятию на новый уровень – рассуждаем в нашем материале.
Новая морфология среднерусского города
Полностью готова первая часть строящегося в Нижнем Новгороде IT-кампуса «Неймарк» – 18 домов студенческого городка над склоном Оки. У них оптимальная 6-этажная высота и, по словам Никиты Явейна, в основу планировки положен характер застройки Нижнего, который даже при наличии «красной линии» стремится обособить дома, а не состыковать их в один массив. Интересный, глубокий подход – разбираем, какие еще были мотивы и какие возникли, в том числе градостроительные, особенности.
Движение с ускорением
Здание Интеллектуальной лаборатории цифровых сетей построено в особой экономической зоне Петербурга «Новоорловская» по проекту AMD architects. Чтобы сделать здание в промышленной зоне заметным, авторы сыграли на контрасте квадратного в плане основания и диска второго этажа, усилив эффект растяжением формы и сгущением ламелей. Образное решение учитывает восприятие центра с автомобильной трассы и высоты птичьего полета.
Брутальный романтизм
Дизайн-студия GORKOVENKO спроектировала интерьер ресторана «Телец-тунец», объединив в одном дизайне брутальность мясных и романтизм рыбных ресторанов.
Интроверт на перекрестке
Штаб-квартира Пражской противопожарной и спасательной службы по проекту бюро Architektura занимает заметный участок, но, несмотря на «пожарный» цвет, проявляет сдержанность и спокойствие.
Для самураев и викингов
В гавани Копенгагена построен Центр водной культуры KAI по проекту Кэнго Кумы. В пяти кирпичных башнях архитектору удалось соединить японские и скандинавские традиции.
Аэропорт с видом на сад
В конкурсном проекте нового аэропорта Пензы бюро ХВОЯ предлагает пересмотреть привычную планировочную схему аэровокзала, организовав пассажирские пространства вокруг зеленого внутреннего двора.
Функционирующие суды
Венское бюро Berger+Parkkinen представило проекты крупных судебных зданий для Катара: в Дохе и Лусаиле. Их открытие запланировано уже на 2029.
Легкий росчерк на стене
Бюро Nesnov.studio создало интерьер кафе Mátes Пицца в московском ЖК Foriver, кажется, с одной целью – сохранить его воздушность и просторность, деликатно вводя в него элементы дизайна, материалы, цвета и графику, словно взвешивая их на воображаемых весах гармонии.
От завода к городу
В Выксе началось преобразование музея истории металлургического завода в музей города. Первый этап проекта – обновление экспозиции первого этажа по проекту [MISH] studio. Архитекторы сохранили историческую структуру здания и обратились к материалам, связанным с природным и промышленным наследием Выксы: металлу, дереву, цвету металлургического шлака.
Сцена для города
По проекту ARCHINFORM в Новом Уренгое построена Детская школа искусств – новый общественно-культурный центр, формирующий важную точку притяжения в самом сердце города. Композиционным ядром здания стал театрально-концертный зал, который архитекторы превратили в самостоятельный объем, заключенный в выразительную оболочку из вертикальных ламелей.
Случайные встречи
Культурный и спортивный центр района Юэхай, шэньчжэньской «Кремниевой долины», спроектирован бюро Urbanus как место, где жители мегаполиса могут ощутить свою принадлежность к местному сообществу.
Пресса: Веретьево, Степановское-Волосово и Никола-Ленивец:...
Александр Бродский, Михаил Белов и Николай Полисский годами строят собственные арт-парки в Подмосковье, Тверской и Калужской областях. Рассказываем, что прославляет каждый из них, чем их проекты отличаются от коммерческих арт-площадок
Ирина Барто: «Нам нужна была тема, в которой помещаются...
Сооснователь бюро Umbra Ирина Барто – первая женщина-архитектор, которая заняла пост председателя «Объединения архитектурных мастерских» за все 26 лет существования ассоциации. В этом году она также курирует X биеннале «Архитектура Петербурга». PR и комьюнити-директор Ассоциации «ОАМ» и организатор биеннале Анна Ставрова поговорила с Ириной Барто об особенностях юбилейной выставки: посетителей ждут «гостиные» 23 бюро, обширная культурная программа за пределами Этнографического музея, а также деловая дискуссия, сфокусированная на диалоге, открытости профессии городу и преемственности.
Игра в Урарту
Проект Софьи Балыкиной и бюро «Хора» стал финалистом конкурса на разработку архитектурной концепции новой арены для футбольного клуба «Урарту». Объект расположится на месте стадиона «Наири» близ Ереванского озера. Авторы предложили комплекс, напоминающий современную агору: с амфитеатром и закрытыми трибунами, глубинной пространственной связью с тканью города и окружающим ландшафтом, а также включением в новую композицию исторических конструкций. Победу одержала заявка местного бюро Gravity.
Новая аутентичность
Современный интерьер в национальном стиле сделать непросто. Мало таланта, насмотренности и бюджета. Нужно нечто больше: нужна искренняя любовь к месту и его истории, причем, как у заказчика, так и у дизайнера. Подтверждением тому служит интерьер бутик-отеля «Дымов Дача» в Суздале, созданный командой под руководством Ангелины Бородкиной.
Местный колорит
Stefano Boeri Architetti выиграли конкурс на проект жилого комплекса в Тбилиси, на месте электровозостроительного завода ТЭМКа (ТЭВЗ). Цвета будущих фасадов основаны на типичных для колорита города оттенках.
Память в деталях
В проекте гостиницы на Почаинском овраге в Нижнем Новгороде бюро ГОРА Станислава Горшунова обращается к почти забытым в современной архитектуре маскаронам. И эта яркая деталь – одна из тех, через которые архитекторы раскрывают историю места, соединяя мотивы соседних памятников, особенности рельефа и современную пластику.
О пользе разнообразия
В Амстердаме завершено строительство жилого района Westerpark West. Согласно разработанному MVRDV мастерплану он объединяет 15 корпусов, каждый со своим собственным решением.
В центре Барнаула
Александр Деринг отреставрировал главное здание торгового дома купцов Суховых в центре Барнаула. Построенное в 1880, сгоревшее в 2000 году, оно долго стояло без кровли. Сохранены и очищены кирпичная кладка, металлические решетки и створки ворот, на которых возвращены чугунные львы. Работа продолжается, когда весь комплекс будет отреставрирован, отдельные корпуса планируют назвать в честь представителей рода Суховых конца XIX – начала XX веков.
Вторично использованные этажи
Herzog & de Meuron разместили студенческий центр и столовую из инженерного дерева на бетонном основании старого учебного корпуса в престижном Амхерст-колледже в штате Массачусетс.
Дмитрий Овчаров и Елена Мерцалова: «У ‘nefa’architects’...
‘nefa’architects’ существуют больше двадцати лет, но по-прежнему сознательно сохраняет компактную структуру. При этом диапазон проектов сложно свести к одной специализации: офисы и аэропорты, общественные здания и благоустройство, реконструкция, интерьеры. С руководителями бюро Дмитрием Овчаровым и Еленой Мерцаловой мы поговорили о том, чем живет и как работает студия сегодня.
White House: дом в трех измерениях
В самом центре Тюмени, на пересечении улиц Первомайской и Володарского, в 2025 году по проекту бюро ASADOV построили жилой комплекс White House. Нефтяная столица России получила свой собственный «Белый дом».
Начитанное место
Да, «все течет, все меняется», но иногда так приятно обнаруживать, что какие-то вещи остаются неизменными. Например, книжная лавка Союза писателей на Кузнецком мосту сохранила свою функцию и свое очарование, даже пережив обновление по проекту бюро AXIOMA, в котором традиционные элементы сочетаются с современным дизайном.