Слои и уровни полета

Проект этот давний – ТПО «Резерв» выиграли конкурс в конце 2011 года, здание сдано в эксплуатацию в 2018 – то есть даже почти «архивный»... Но он малоизвестен, что несправедливо, поскольку ни разу не устарел. А остается актуальным, почти образцовым архитектурным высказыванием в жанре штаб-квартиры. Особенно, надо сказать, офиса авиационной компании. На офис Аэрофлота в Шереметьево он и похож, и не похож. Скорее родственен: развивает тему в узнаваемом авторском направлении Владимира Плоткина. Подробно разбираемся со зданием ОАК в Жуковском, рассматриваем свежие фотографии Алексея Народицкого – съемка стала возможна только теперь, поскольку сейчас территорию привели в порядок.

Автор текста:
Юлия Тарабарина

31 Октября 2024

Объект

Архитектура

Архитектор:

Мастерская:

ТПО «Резерв» http://www.reserve.ru

Проект:

Штаб-квартира Объединенной авиастроительной корпорации в Жуковском
Россия, Жуковский

Авторский коллектив:
В. Плоткин, С. Гусарев, А. Травкин, А. Квык, А. Бутусов, А. Кузнецов, Е. Кузнецова, Е. Солонкина, А. Догадкина, Р. Князев

2011 — 2016 / 2013 — 2017

Заказчик: ЗАО «Ленинградский Проспект-Инвест»

Штаб-квартира Объединенной авиастроительной компании – здание прозрачное и отражающее, блестящее, летящее и парящее. Элегантно срежиссированное на нескольких простых приемах, дающих в наложении сложность – все как любит наша современная архитектура. Но оно мало известно.

zooming — Здание ОАК в Жуковском

Фотография © Алексей Народицкий / предоставлена ТПО «Резерв»

Сложно сказать, почему так произошло. То ли из-за расположения в Подмосковье. То ли потому, что строилось здание долго, 6 лет с 2011 по 2017 год. В процессе руководство ОАК передумало размещать штаб-квартиру в Жуковском, назвав, как одну из причин, нежелание сотрудников выезжать из города; главный офис поместили в Москве на Большой Пионерской, в пространстве вчетверо меньшего размера. В Жуковском, в здании, рассчитанном на 1500 сотрудников, обосновалась, в частности, компания Red Wings. В эксплуатацию здание сдали в 2018 году, но территорию очистили только сейчас – поэтому сейчас и появилась съемка, которую мы вам показываем.

Тем не менее здание спроектировано и реализовано как штаб-квартира: с необходимыми техническими тонкостями, конференц-залом, 25-метровым бассейном. С планировкой, которая совмещает open space и кабинеты руководства, причем у президентского кабинета реализована открытая терраса с видом на аэродром. А атриум представительски просторен, светел и устроен необычно: он энергично расширяется от входа кверху – практически, распахивается, открывая взгляду «срез» на три этажа высоты, с тонкими колоннами и перекрестием лестничных маршей.

Входной атриум. Здание ОАК в Жуковском

Фотография © Алексей Народицкий / предоставлена ТПО «Резерв»
Балкон президентского кабинета, обращенный в сторону аэродрома. Здание ОАК в Жуковском

Фотография © Алексей Народицкий / предоставлена ТПО «Резерв»

В 2011 году проект ТПО «Резерв» победил в закрытом конкурсе на штаб-квартиру ОАК.

Владимир Плоткин, ТПО «Резерв»

Идея здания родилась очень быстро в силу того, что в конкурс нас позвали в самый последний момент. Эскиз мы сделали чуть ли не за одну ночь, принесли и выиграли – насколько мне известно, благодаря сходству плана здания с самолетом типа «стелс»...

Причем впоследствии заказчик настоял на том, чтобы первоначальная идея была реализована полностью: и треугольный козырек, похожий на нос самолета, и консоли. Ради их прочности внутри консольной части мы добавили конструкцию ферм.

Говорящая, летящая форма – это тоже признак штаб-квартиры. Даже ключевой. В данном случае речь не только о контуре плана: все здание похоже на что-то летающее, что прекрасно подходит для офиса группы авиаконструкторских компаний.

Хотя, конечно, это не здание в форме самолета. Мера абстракции соблюдена, и прежде всего благодаря четкому геометрическому построению. Два почти одинаковых протяженных корпуса: длина 85 м, ширина порядка 20 м, – расходятся симметрично оси, перпендикулярной главной здесь трассе, улице Туполева. Угол схода – 36°, одна десятая полного круга. Интересно, имеет ли этот угол какое-то значение в авиастроении – тут вспоминаются лучи на экранах радаров, но какую-либо конкретику мне найти не удалось; однако известно, что 36° это максимальный угол рассеивания для ламп направленного света, таких, которые создают в пространстве пятно, как от фонарика.

Два прямоугольных корпуса не стыкуются напрямую – точка схода лучей, образованных их внутренними фасадами, располагается дальше и описывает контур треугольного козырька над большим балконом в южной части здания.

План 6 этажа. Штаб-квартира Объединенной авиастроительной компании

© ТПО «Резерв»
Здание ОАК в Жуковском

Фотография © Алексей Народицкий / предоставлена ТПО «Резерв»

Простое и элегантное построение. Глядя на план, понимаешь: две линии, которые так легко наводят здесь порядок, расставляя по местам пустое и заполненное, пространство и массу, – в данном случае важнее объема, фабулы, пластики, важнее всего вообще. Как-то даже неожиданно осознавать, что все держится на паре линий. Такая, внезапная легкость основы.

Форма, тем не менее, присутствует: и пластичная, и эффектная, и говорящая тоже. Даже, я бы так сказала, две формы. Первая – основа и материя: те самые два корпуса, составляющие «тело» здания. Примерно половина их объемов по длине – около 40 метров, парит в пространстве двора, опираясь на массивные овальные лестничные башни. Башни пронизывают крылья снизу доверху и выходят на кровлю, зримо обозначая свое присутствие: они видимы и сверху, и снизу, и на просвет, и сбоку, со стороны двора выступают из объема корпусов. Их массивные коммуникационные «трубы» присутствовали в проекте сразу и хорошо видны уже на макете 2011 года.

Штаб-квартира Объединенной авиастроительной корпорации в Жуковском

© ТПО «Резерв» (2011)
Штаб-квартира Объединенной авиастроительной корпорации в Жуковском

© ТПО «Резерв» (2011)

Башни – сквозные стержни, этакие столпы. Их пластичные круглящиеся объемы, в отличие от умозрительного осевого построения плана, отвечают за реальность, прочность и устойчивость. Они же берут на себя роль ребер жесткости, обеспечивают возможность выноса консолей на 15 метров вперед, и 13-метровую ширину проездов. На внешнем контуре их поддерживает «жирная точка» – одна колонна круглого сечения, диаметр который несколько больше, чем у колонн основной сетки. На плане башни похожи на глаза, а точки колонн – на модный татуаж.

План 1 этажа. Штаб-квартира Объединенной авиастроительной компании

© ТПО «Резерв»
План 2 этажа. Штаб-квартира Объединенной авиастроительной компании

© ТПО «Резерв»

Итак, пространство под половиной длины каждого корпуса проницаемо и для взгляда, и для движения: объемы поставлены на «ноги» – характерный и любимый прием архитектуры XX века, начиная от Корбюзье и Гинзбурга. Первый ярус свободен, во втором лестничные башни соединены с корпусами навесным стеклянным переходом, что позволяет использовать их как удобные альтернативные входы. Переход «прилипает» к третьему этажу, но и тот тоже чуть уже и короче вышележащих. Здесь масса нижних ярусов нарастает, к верху, постепенно.

Тема развита в продольных фасадах средней части, с четвертого этажа по седьмой: их ленты наклонные, расширяются снизу вверх, образуя на срезе – а срез мы можем наблюдать здесь же, на торцах корпусов – силуэт, похожий на схематически нарисованную елку, перевернутую «вверх ногами».

Здание ОАК в Жуковском

Фотография © Алексей Народицкий / предоставлена ТПО «Резерв»
Здание ОАК в Жуковском

Фотография © Алексей Народицкий / предоставлена ТПО «Резерв»

Решение редкое, пока что нечасто встречается. Похожий силуэт можно увидеть в проекте амбулаторного корпуса больницы в Коммунарке, тоже ТПО «Резерв».

Наклонные поверхности дробят отражения, добавляют полос, осветляют и оживляют глубокие тени.

Здание ОАК в Жуковском

Фотография © Алексей Народицкий / предоставлена ТПО «Резерв»
Здание ОАК в Жуковском

Фотография © Алексей Народицкий / предоставлена ТПО «Резерв»

Они же превращают фасад, который мог бы попросту состоять только из ленточных окон, из инертной плоскости в пластический аттракцион. Добавляют интригу. Дополненную ритмом форточек, артикулированных светлыми рамами; первоначально открывающаяся фрамуга должна была занимать большую часть окна, вертикальную, так, чтобы стекло при открывании из наклонного становилось вертикальным; но потом остановились на форточках вверху. На фасадах они тоже немного похожи на глаза; множество глаз.

Если присмотреться, то мы увидим, что угол наклона лент 4–7 этажей – 9° – равен или очень близок углу наклона стен внутренних «оболочек» корпусов со стороны двора. Ну, четвертая часть от тридцати шести градусов основного угла построения плана...

Об этих «внутренних оболочках» надо сказать отдельно – это вторая часть формы.

Если первая – «основа», то вторая больше похожа на некую «накидку» или кожух, наброшенный поверх всех объемов здания. Хочется даже предположить, что первая отвечает за функцию, а вторая за фабулу. Именно «вторая форма» усиливает тему полета, стремления, крыльев, поддерживает сходство с самолетом или птицей. Впрочем она не только наброшена, но и интегрирована, поскольку одна ее часть это диагональные выступы стеклянных стен, прикрытые ламелями, другая решетки пергол на кровлях, третья козырек-«клюв», четвертая – кровля входного атриума, «хвост».

Цельность фигуры «от носа до хвоста» прочитывается и при взгляде сверху, и на продольном разрезе, где ферма козырька продолжает линию кровли атриума, а «крылья» поднимаются вверх по фасаду.

Вся фигура в целом, во-первых, состоит из полосатой штриховки: ламели, полоски, складчатая кровля. Во-вторых, она составлена из плоскостей, напоминающих оригами. То ли челнок из космической фантастики с приподнимающимися кверху крыльями, кажется, такие были в «Звездных войнах», то ли бумажный журавлик «приземлился» поверх офиса авиаконструкторов. В принципе, это логично: внутри проектируют самолеты, а здесь некий образ самолета как будто «соткался» из инженерных идей – можно так себе это представить. Сюжет, опять же, присутствовал с первоначальном проекте: внутренний контур «обволакивает» балки корпусов, а те «выстреливают» из кожуха вперед.

Штаб-квартира Объединенной авиастроительной корпорации в Жуковском. Перспективный вид

© ТПО «Резерв» (2011)
Штаб-квартира Объединенной авиастроительной корпорации в Жуковском. Перспективный вид

© ТПО «Резерв» (2011)

Ламели на боковых фасадах и перголах к 2022 году были установлены почти полностью – так что «птичий» силуэт отлично прочитывался, как и наложение одной формы на другую, и отражение кровли, дающее в ракурсе дополнительные призрачные крылья.

Но сейчас ламели на внутренних боковых фасадах почему-то убрали. Будем надеяться, что их вернут и силуэт «крыльев» вернет себе целостность.

Тем не менее прорезающая фасад диагональ сама по себе обладает «летящим» абрисом, и в ракурсе вида «в прострел» через двор из-под одного корпуса в сторону другого, хорошо заметен оригами-эффект: здание кажется сложенным из нескольких плоскостей, как бумажная – или стеклянно-металлическая – фигура. Надо ли говорить, что и здесь геометрическое построение углов играет свою роль: угол между скосом кровли атриума и диагональю выступа на фасаде – прямой, что дает нам почувствовать взаимосвязь линий и наклона плоскостей, предопределенность построения, где одно цепляется за другое.

Ну и... Наклон кровли атриума похож на наклон трапа космического челнока.

Хочется сказать – такова его механика.

А где механика, там и динамика. Внутренний порыв весьма ощутим вне зависимости от наложения штриховки...

В южной части, где нет консолей, фасады трех нижних «стилобатных» ярусов решены как гармошка треугольных эркеров. Одна половина треугольника «глухая», другая прозрачная. Это один из любимых приемов Владимира Плоткина, отработанный уже в Сколково Парке; да и зубчатый стилобат ЖК «Лица» тоже можно вспомнить.

В данном случае стеклянные грани развернуты к югу, улавливают и свет, и виды на лес.

Здание ОАК в Жуковском

Фотография © Алексей Народицкий / предоставлена ТПО «Резерв»
Северо-западный и юго-восточный фасады здания. Проект. Штаб-квартира Объединенной авиастроительной компании

© ТПО «Резерв»

«Ступенчатая» кровля атриума сродни «гармошке» на фасадах, только тут непрозрачные плоскости горизонтальные, а прозрачные, стеклянные – наклонные (49°) и с подогревом.

Если бы все поверхности были стеклянными, горизонтальные бы надо было часто мыть. А так – внутри они белые, а по стеклу вода стекает круглогодично и очищает его.

Принцип кровли, таким образом, подобен шедовому, но мельче в масштабе. Несмотря на то, что атриум раскрывается к северо-востоку, стеклянные полосы улавливают достаточно света, а белые конструкции внутри рассеивают его. Сложно сказать, следовало ли помещать в торцевых стенах контрельефные контуры самолетов, а вот белые бумеранги, прикрепленные к перекрытию, выглядят весьма уместно.

Здание ОАК в Жуковском

Фотография © Алексей Народицкий / предоставлена ТПО «Резерв»
Здание ОАК в Жуковском

Фотография © Алексей Народицкий / предоставлена ТПО «Резерв»

Но самое интересное в решении атриума это его визуальная открытость: через стекло фасада образуется связь с улицей, а балконы внутри, срезанные одной плоскостью сечения, как уже было сказано, усиливают ощущение раскрытия – даже «распахивания» – пространства. И одновременно – экспозиции интерьера всей стилобатной части в сечении одной плоскостью.

Тут примечательно устройство парадной лестницы. С одной стороны, она висит, диагонально расчерчивает центр, с другой – мы ее видим в профиль, тоже как будто в разрезе. В традиционном решении главная лестница в трехсветном вестибюле выглядела бы иначе, по-барочному обнимала бы пространство, вилась бы вокруг него, а тут – простой срез. Но и он создает интригу, только другого плана: перед нами оживает чертеж. Да и само по себе отличие этой мизансцены от «классического» решения тоже увлекает.

Здесь, в южной части трапеции, с первого по третий этаж собраны кафе, столовая и конференц-зал с большими переговорными по сторонам. Важно, что они раскрываются не только в атриум – через внутренние балконы и лестницу, но и наружу. На южном фасаде мы видим балкон, на который можно выйти из столовой и большую, восьмиметровой глубины, террасу при конференц-зале, как раз под тем знаковым козырьком, в котором сходятся два главных луча планировочного построения.

Здесь есть и другие открытые террасы: о большом балконе для главного кабинета уже говорилось, но потенциально эксплуатируемыми могут быть и плоская кровля атриума между корпусами, и их крыши.

Но и это еще не все: штаб-квартиру дополняет фитнес-центр на 78 человек с бассейном 25 х 6 метров. Он вынесен вперед, к улице Туполева, и углублен в землю: раздевалки и спортзалы расположены на уровне подземной парковки, а вот над бассейном возвышается световой фонарь – стеклянная кровля, наклоненная к югу для уловления света; стекло тут с электроподогревом, как и на атриуме. Северный, входной фасад фитнеса тоже полностью стеклянный и обращен к приямку – скошенному склону с пандусом и лестницами.

Так что пространство бассейна получает достаточно, даже много, естественного света. А во дворе образуется любопытная «встреча» двух скошенных поверхностей: одна, ступенчато-полосатая, над атриумом, другая – над бассейном.

На фотографиях, с фасадной стороны, можно увидеть выступающую кверху часть фитнес-центра – внизу, между двумя крыльями. Как будто объем фитнеса это клавиша, управляющая движением здания.

1 / 7

Здание ОАК в Жуковском

Фотография © Алексей Народицкий / предоставлена ТПО «Резерв»
2 / 7

Здание ОАК в Жуковском

Фотография © Алексей Народицкий / предоставлена ТПО «Резерв»
3 / 7

Здание ОАК в Жуковском

Фотография © Алексей Народицкий / предоставлена ТПО «Резерв»
4 / 7

Здание ОАК в Жуковском

Фотография © Алексей Народицкий / предоставлена ТПО «Резерв»
5 / 7

Здание ОАК в Жуковском

Фотография © Алексей Народицкий / предоставлена ТПО «Резерв»
6 / 7

Здание ОАК в Жуковском

Фотография © Алексей Народицкий / предоставлена ТПО «Резерв»
7 / 7

Ситуационная схема. Штаб-квартира Объединенной авиастроительной компании

© ТПО «Резерв»

Здание ОАК – не будем забывать, что идея родилась почти целиком в конце 2011 года – логично встраивается в ряд других работ Владимира Плоткина. Переклички со штаб-квартирой Аэрофлота (2004–2010) объясняются авиационной темой и статусом штаб-квартиры, но здания не одинаковые: да, там и там можно увидеть крылья, в обоих случаях композиция построена на паре двух корпусов с атриумом, внутренним двором и отражениями, даже опоры лестничных башен под крыльями присутствуют в обоих случаях. Но, во-первых, сам офис Аэрофлота, скомпонованный как «катамаран», укоренен в другом, еще более раннем здании Плоткина, доме в проезде Загорского (1998–1999). Во-вторых, дальше начинаются отличия, и их, в рамках одной парадигмы, достаточно. Парк Хуамин (2012–2023) родственен офису в Жуковском треугольным построением плана и использованием сеток ламелей – своего рода «вуалей», управляющих восприятием формы, работая на целостность фасада. Но есть и целый ряд других перекличек – хотя бы «елочка» из Коммунарки.

Однако складываются-то все эти вещи в новый, индивидуальный образ. Он отличается большей «складчатостью», работой с плоскостями и углами наклона, даже – в рамках своей закрытой, в силу профессиональной специфики компании, территории – открытостью, «распахнутостью» всего здания, и даже тенденцией к послойному построению или даже «расслоению» стеклянно-металлического объема. Если, к примеру, у офиса Аэрофолота носы были острыми, скошенными, то тут оба торца срезаны прямой плоскостью, что заставляет воспринимать их как отрезки чего-то большего, какой-то бесконечной ленты. Да и форма полета в данном случае воспринимается иначе: как то ли взлет, то ли приземление аккуратное, какое-то даже гравиконпенсированное, приземление; а ведь для самолетов эти моменты жизни – самые важные.

Архитектор:

Мастерская:

ТПО «Резерв» http://www.reserve.ru

Проект:

31 Октября 2024

ТПО «Резерв»: другие проекты

Результаты конкурса

Форма как метод: ТПО «Резерв»

В основе концепции Владимира Плоткина и ТПО «Резерв» – нетривиальная морфология, работающая на решение функциональных задач помимо чисто формальных. Хотя больше всего, конечно, на выразительность и создание редкостного – как можно предположить, рассматривая ключевые решения проекта, пространственно-эмоционального опыта. Изучили, оно того стоит. Наша версия – в таком проекте работает не стиль и даже не метафора, а метод.