English version

Ключевое слово: «телеработа»

Архитекторы, профильные СМИ и вузы по всему миру реагируют на ситуацию пандемии, пытаясь обезопасить сотрудников и студентов, сохранив учебный и рабочий процесс. Говорим с руководителями нескольких московских бюро об их планах удаленной работы, а также рассказываем, как реагируют на эпидемию архитекторы мира.

mainImg
Этот материал состоит из двух частей: опрос московских архитекторов и обзор зарубежной практики.


Переход на удаленную работу: опрос московских архитекторов

zooming
Сергей Кузнецов, главный архитектор Москвы:
«Большая часть московских архитектурных бюро ушла на дистанционный формат работы, чтобы предотвратить распространение вируса #COVID19», – сообщил в понедельник, 16 марта главный архитектор города Сергей Кузнецов. – Это важный и ответственный, хоть и сложный для многих руководителей шаг. На дистанционный формат работы или формат свободного посещения перешли: Citizenstudio, MAD architects, Maryarch, Wowhaus, Nefa, Kleinewelt Architekten, Master's plan, buromoscow, АБТБ, «Меганом», ТПО «Прайд», АБ «Остоженка» и другие. Также на дистанционный формат обучения переходят МАРХИ, МАРШ, МИТУ МАСИ и другие вузы столицы».

Мы поговорили с несколькими главами московских мастерских – все заняты переходом на удаленный метод работы и все оценивают меру как необходимую. Многие оказались отчасти готовы, поскольку и раньше так или иначе сталкивались с он-лайн общением и удаленными серверами, а кто-то уже так и работал. Общее впечатление – после эпидемии, возможно, работа архитекторов будет устроена более гибко и современно.


zooming
Вера Бутко и Антон Надточий, ATRIUM:
«Не так просто перевести бюро, в котором работает около ста человек, на удаленную работу. Но мы подошли к теме серьезно и уже с начала прошлой недели, сразу после 8 марта, отменили все очные встречи с заказчиками. Не все из них тогда были к этому готовы, между тем нам удалось настоять.

Одновременно, всю прошлую неделю мы готовились: готовили серверы, докупали оборудование, проводили ревизию мощности всех компьютеров. Сейчас сотрудники работают из дома, подключаясь удаленно к своим рабочим компьютерам, стоящим в офисе. Таким образом они располагают хорошей вычислительной мощностью и всеми установленными там программами. То есть мы не разбирали офис, и BIM, и 3D Max – все работает оттуда. Главная сложность в таком случае – хороший канал для связи. У нас многое хорошо работало и на 40 мегабитах, но у тех, кто работает с 3D Max, немного притормаживало. Поэтому со следующей недели увеличиваем до 100 мегабит, посмотрим, будет ли лучше. Большие мониторы, у кого дома не было, сотрудники забрали – в офисе у всех в основном по два монитора, один забрали домой.

Со вторника этой недели [17.03, – прим. ред.] большинство сотрудников работает дома, в офисе остались несколько человек, и то те, кто сам захотел остаться. Это молодые люди, которые живут рядом, на работу ходят пешком, не пользуются общественным транспортом. Их настолько мало в пространстве, рассчитанном на сто человек, что между собой они почти на встречаются – присылают нам фотографии пустого офиса.

Мы перешли на Slack в качестве корпоративного мессенджера. Его специфика в том, что каналы внутри могут делиться по проектам и там удобно организовано иерархическое взаимодействие, в разных режимах можно общаться внутри команды, с внешними контроллерами проекта, и так далее. Но постановка задач и контроль за исполнением делаются в тех же программах, в которых мы делали это раньше, здесь ничего радикально не изменилось. Так что мы, наверное, были готовы к ситуации наполовину. Теперь занимаемся апробацией новой формы работы на практике.

Предвидим определенные сложности с авторским надзором. Но по тем двум-трём объектам, где у нас сейчас активная фаза контроля, мы договорились с технадзором на стройке – они фотографируют нам максимум информации и сразу присылают. Конечно, если будут какие-то неразрешимые ситуации, то мы приедем. Но основную рутину можно отсматривать и так. В обычной ситуации заставить их этим заниматься невозможно, а сейчас мы договорились.

В принципе – опыт оцениваем позитивно. У нас рабочий день проходит не менее интенсивно, чем он проходил в офисе. Не тратится время на дорогу, пробки и опоздания, уходит меньше времени на сами совещания. Нельзя сказать, что кто-то расслабился, настроение боевое и бодрое. Даже можно сказать, что коллектив мобилизовался. Все понимают, что это новые обстоятельства и реагируют на них ответственно. Вынужденно, конечно, приспосабливаемся, но есть даже в этом определенный азарт.

Но я думаю, что главное сейчас, чтобы стройки не остановились. Вот тогда вирус покажется цветочками, мало того, что надо будет платить за пустые офисы, так еще и сотрудников обеспечивать зарплатой. Вот это может стать серьезной проблемой. Поэтому: надо всем мобилизоваться и несмотря ни на что продолжать выполнять свои обязательства».


zooming
Юлий Борисов, UNK project:
«Мы готовимся к тому, чтобы перевести сотрудников на удаленную работу, с понедельника начинаем эксперимент по переходу на новый формат. Надеемся в конечном счете перевести на удаленку 100% работы. Для нас это не проблема, мы и раньше так работали с иностранными коллегами: английскими, японскими, американскими, – и сделали достаточно много проектов, в том числе победивших в конкурсах.

У нас уже есть облачные технологии, мы работаем удаленно с контрагентами и субподрядчиками. Несколько лет назад мы потратили много сил и средств на создание мощной системы учета финансов на основе 1C. Проектирование сложно подсчитать, с одной стороны это услуга, с другой стороны – товар, одно учитывается по времени, другое поштучно; а у нас совмещенная система, мы научились учитывать то и другое. Сейчас мы настраиваем стандартные сервисы Microsoft для общения на уровне микрокоманд. Простая техника у всех в основном есть дома, если у кого-то чего-то не хватает – организуем доставку рабочего места, или какой отдельной техники на дом.

Но техника наименьшая проблема в удаленной работе. Самые большие проблемы – психологическая и энергетическая. Мы верим в наших сотрудников, считаем, что собрали лучшие кадры, но тем не менее самоорганизация для работы дома – большой вызов для каждого человека. Если привык работать в офисе, а отдыхать дома, то может потребоваться усилие, чтобы перестроиться. Но, как и другие навыки, этот можно приобрести, научиться работать дома.

Вторая сложная задача связана с коллективным характером нашего творчества. Проект делает большая команда, и необходимо перенести синергию творческого потока из физического офиса в виртуальный. Отчасти мы протестировали это на работе с иностранными коллегами, но сейчас надо распространить на всё и всех.

Третье – психология. Люди социальны, и многие воспринимают работу как социальный клуб. Важно не растерять эти связи, чтобы кто-то не оказался одинок или отчужден от коллектива – это серьезная задача для тех, кто будет переходить на удаленку. Мы учимся. Основное правило нашего мира – надо постоянно учиться.

Мое личное мнение – происходящее сейчас это истерия. Но есть и положительные стороны – в том, что можно освободить больше творческой энергии на создание собственно продукта. А освободившееся время направить на то, чтобы общаться с семьей, с детьми, или на какие-то новые проекты. Обстоятельства хороший стимул для того, чтобы измениться. Кроме того, строительный рынок очень консервативен, и если в нем возникнут какие-то подвижки в сторону инноваций, то это будет плюсом. Из-за вынужденной смены формата работы уйдет что-то лишнее, добавятся возможности, которые освободят энергию для творчества. Думаю, эпидемия пройдет, но отрасль изменится».

zooming
Анна Ищенко, Wowhaus:
«Мы частично перевели офис на удаленную работу. По проектам в самой активной фазе в бюро остаются ключевые сотрудники. У нас уже давно работает система удаленного доступа к рабочим файлам, также у всех сотрудников установлены веб- и мобильные приложения с корпоративной почтой. К этому все привыкли и пользуются, поэтому переход на домашний режим не оказался болезненным. Сейчас, пользуясь случаем, усовершенствуем нашу систему видеоконференцсвязи – давно собирались сделать, но не доходили руки».

zooming
Владимир Плоткин, ТПО «Резерв»:
«Да, мы тоже на 80% процентов перешли на удаленную работу – будет непросто, но, возможно, это хороший эксперимент. Если он окажется достаточно эффективным, можно будет продолжить частично в таком режиме и после вируса. Получилась бы неплохая экономия».

zooming
Андрей Гнездилов, АБ «Остоженка»:
«Ну что сказать, наступает новое время. Мы завтра открываем юбилейную выставку в Музее Москвы, посвященную к 30-летию Остоженки, и проекта, и бюро – этот «вернисаж» будет удаленным, с использованием интернет-ресурсов.

Сейчас почти все наши сотрудники перешли на удаленную работу, мы стараемся по-новому выстроить работу, подготовиться к тому времени, когда передвигаться, возможно, будет не так просто. Конечно, все понимают, что сейчас надо ограничить общение, меньше ездить в метро и вообще в общественном транспорте, избегать потенциально опасных мест. Сотрудникам так намного спокойнее.

Мера необходимая, но и реализовать ее не так просто, во всяком случае это требует организационных усилий – как от руководителя проекта, так и от каждого участника. Наша работа – коллективная, когда проект идет, необходимы просмотры: с каким-то временным шагом надо смотреть результаты работы всем вместе. В бюро делать это просто, мы раскладываем материалы на переговорном столе, обсуждаем. Конечно, в он-лайн режиме обсуждать сложнее. Но возможно. Это не проблема, а просто новая форма общения. К ней надо будет еще привыкнуть, пожить в этом формате. Но в любом случае необходимы организационные и эмоциональные усилия. Хотя бы для того, чтобы удаленная работа не превратилась в отпуск».

zooming
Сергей Скуратов, Sergey Skuratov architects:
«Я на карантине, прилетел 7 марта из Лиона. Катался с семьей на горных лыжах неделю в Вальдизере. Из нашего самолета коронавирусом никто не заболел. Я видел данные по всем рейсам. У меня карантин до понедельника. Консультирую по телефону, вотсапу или в скайпе.

Все пока хорошо. Мастерская работает почти в полном составе. Нам предстоят два конкурса и новая концепция. Приказа об удаленной работе пока не издавали, так что дело добровольное – кто-то перешел, но это пока не массово. Больше половины работы мастерской – рабочая документация, над которой работают бригады от 3 до 15 человек. Кто-то должен все это собирать, печатать и передавать. Настроение боевое. В мастерской чистота, все проветривается, руки моются несколько раз в день. Работа идет своим чередом.

Предположу, что ближайший месяц придется провести на удаленке. Но это не самое страшное – для нас главное это заказы. Важно, чтобы стройки не остановились и девелоперы не закрыли свою деятельность на неопределенный срок. Если это случится, будет тяжело, особенно для рядовых сотрудников. Нечем будет платить зарплату».

zooming
Сергей Никешкин, проектное бюро «Крупный план»:
«Совместная работа над крупными объектами в BIM подразумевает постоянный обмен большим объемом данных, что не так просто обеспечить при работе из дома. Но мы решаем задачу, подготавливаем сейчас техническую сторону для дистанционной работы, разворачиваем облачное хранение данных и анализируем возможности домашних рабочих мест наших сотрудников».

zooming
Михаил Бейлин, Citizenstudio:
«Мы и так работаем в формате «виртуального офиса», всегда так работали. И нам очень нравится этот формат. Считаем его продуктивным, и такой способ организации бюро –необычайно гибким. Особенно в сложной экономической ситуации в стране и отрасли. Он накладывает на руководителей – меня и Даниила – дополнительную ответственность – за дистанционное функционирование. Это такой сверх-менеджмент. Ты не видишь, как работают люди в процессе, соответственно, должен постоянно контролировать продукт архитектора. Делить его на микро-задачи, чтобы всегда иметь возможность быстро внести коррективы и в процесс, и в результат. Надо научится быстро и дистанционно реагировать, всегда быть он-лайн. Держать в голове и представлять все рабочие процессы, происходящие у твоих сотрудников по разным проектам. Визуальный контакт, конечно, очень упрощает взаимодействие. В нашем формате он происходит редко, на специальных совещаниях с архитекторами. Но когда система налажена и сотрудники к ней привыкли – все идет хорошо. Поэтому в нашем случае ничего не изменилось.

Главный плюс такого формата – не экономия (на аренде, быте офиса и прочем), а гибкость в выборе работы. Не имея лишних трат, ты можешь брать только те заказы, которые тебе очень интересны».
***

 

Обзор зарубежной практики


(см. опрос московских архитекторов)
 
Объявленная Всемирной организацией здравоохранения пандемия COVID-19 в сочетании с вызванным ею и падением цен на нефть экономическим кризисом поставила архитектурное сообщество в особенно сложную ситуацию. Безопасность сотрудников и студентов, естественно, остается приоритетом, но нельзя не учитывать экономические последствия карантина, если, к примеру, работа коллектива из дома технически невозможна даже для собственно мастерской (нет «облака» со всеми материалами, нет программ удаленного доступа), не говоря уже о согласовании проектов во властных органах и, конечно, об авторском надзоре на строительных площадках.

Отдельная тема – зависимость архитектуры как бизнеса от решений правительства в той или иной стране. Если оно объявляет обязательный карантин, тем самым беря на себя ответственность за его экономические последствия, можно с чистой совестью отправить сотрудников по домам – как, к примеру, во Франции перешли на «телеработу», то есть удаленную работу, и бюро Жана Нувеля, и редакция журнала L'Architecture d'Aujourd'hui.

Естественно, перейти на новый режим сложно, и здесь все зависит от дальновидности руководства той или иной фирмы. Американский журнал The Architect опубликовал большой опрос руководителей мастерских со всей страны о их действиях и планах. Выяснилось, что у многих была заготовлена схема действий на случай катастрофы, что понятно после 11 сентября 2001 года, а также с учетом масштабных стихийных бедствий, характерных для территории США. Эти планы как раз включают возможность удаленной работы. Естественно, в бюро с несколькими филиалами, часто – одновременно на Тихоокеанском и Атлантическом побережье, облачная система хранения данных и «телеработа» как важный навык появились просто как необходимость при ведении бизнеса. Также из уст респондентов звучит критика в адрес властей, не занимавшихся проблемами здравоохранения и даже разрушивших созданное в этой сфере их предшественниками, но также выражается надежда на то, что нынешний кризис позволит рабочему пространству эволюционировать в соответствии с запросами общества.

Эту же тему затрагивает материал американской версии журнала AD, где архитекторы обсуждают возможное влияние пандемии на архитектуру, градостроительство, дизайн интерьера. Это представляется вполне вероятным, учитывая как сильно холера и туберкулез изменили устройство городов и стандарты жилищного строительства в XIX – первой половине XX века.

Канадские архитекторы рассказывают о проблемах с удаленной работой: можно стать жертвой хакера-шантажиста, захватившего доступ к удаленному рабочему столу, оказавшиеся дома из-за карантина дети не дают сосредоточиться на проекте, отдельный вопрос – поддержание в коллективе «боевого духа», чему помогают общие телеконференции каждым утром и вечером.

Возвращаясь к отдельным мастерским: о переходе к «телеработе» официально объявили мастерская Ренцо Пьяно, немецкие бюро Behnisch Architekten и GRAFT, голландцы KAAN Architecten и многие другие. При этом, естественно, делается упор на продолжение работы: ни один проект не приостанавливается. Австралийский институт архитекторов опубликовал подробную инструкцию для своих членов – как действовать в зависимости от стадии разработки проекта на момент объявления пандемии, в первую очередь – с юридической и финансовой точки зрения (общая инструкция тоже составлена).

Американский институт архитекторов также выпустил полезный список – с руководством по «виртуальной архитектурной практике», своей политике «телеработы», ее налоговым и экономическим аспектам, а также, конечно, медицинским сайтам. Американское общество инженеров здравоохранения составило подборку ресурсов и конкретных указаний для руководства больниц и поликлиник по действиям в условиях пандемии: очевидно, она пригодится и для проектировщиков новых учреждений.

По-своему легче приходится архитектурным вузам: их переход на дистанционное обучение санкционирован государством, то есть выбор сделан не ими, а возможные убытки можно затем стребовать с властей. Другое дело, что учебный процесс может сильно пострадать: все теперь зависит от ответственности студентов. Тем не менее, перешли в виртуальный режим и Гарвардская школа дизайна, и цюрихская Федеральная высшая техническая школа (ETH).

Заметно отличается лондонская школа Архитектурной ассоциации: там пока лишь «следят за ситуацией» и даже не запрещают поездки. Это связано с позицией британского правительства, которое ради экономии средств долго не давало четкие указания по карантину, и поэтому закрывающиеся учреждения культуры и образования делали это без надежды на компенсацию, «за свой счет». По этой причине, скажем, Zaha Hadid Architects пока только создали «штаб» по контролю за ситуацией, а с 16 марта замеряют сотрудникам температуру при их появлении на работе.

Королевский институт британских архитекторов (RIBA) недоволен мерами властей по поддержке среднего и малого бизнеса, к которому относится большинство мастерских. Недостаточными их считают и руководители крупнейших фирм, опасающиеся повального банкротства. Поэтому они, кстати, и желают продолжения работы – своей, чиновников в градостроительных отделах, строителей – любой ценой.

Однако опрос еженедельника The Architects’ Journal показал, что абсолютное большинство британских бюро все же перешло – частью или полностью – на «телеработу». Лишь 18% работают так, как до начала пандемии. Естественно, если разделить Лондон и остальную страну, то это число изменится: в столице таких «стойких» всего 11%, а за ее пределами – 28%.
***

Сейчас на удаленный формат работы переходят многие мастерские. Призываем вас делиться своими историями и лайфхаками по переходу на удаленку в комментариях.

20 Марта 2020

Город на самообеспечении
Бюро Висенте Гуайарта выиграло конкурс на план застройки для Нового города Сюнъань с проектом «пост-ковидного» жилого массива, рассчитанного на самообеспечение в случае карантина.
5 «дистанционных» экскурсий по знаменитым зданиям:...
Экскурсия по «двойному дому» Фриды Кало и Диего Риверы, игра «в современное искусство» от Центра Помпиду, видеотур по монастырю Ле Корбюзье, а также пятиминутные прогулки по проектам Ф.Л. Райта и виртуальный «Лего-дом» от BIG.
Что будет с городом после пандемии
Два с половиной месяца изоляции не прошли даром для осмысления устройства современных городов, оказавшихся не подготовленными ко встрече с пандемией. Рассматриваем группы мнений и позиции экспертов, высказанные в прессе, блогах и видеоконференциях.
Технологии и материалы
Навстречу ветрам
Glorax Premium Василеостровский – ключевой квартал в комплексе Golden City на намывных территориях Васильевского острова. Архитектурная значимость объекта, являющегося частью парадного морского фасада Петербурга, потребовала высокотехнологичных инженерных решений. Рассказываем о технологиях компании Unistem, которые помогли воплотить в жизнь этот сложный проект.
Вся правда о клинкерном кирпиче
​На российском рынке клинкерный кирпич – это синоним качества, надежности и долговечности. Но все ли, что мы называем клинкером, действительно им является? Беседуем с исполнительным директором компании «КИРИЛЛ» Дмитрием Самылиным о том, что собой представляет и для чего применятся этот самый популярный вид керамики.
Игры в домике
На примере крытых игровых комплексов от компании «Новые Горизонты» рассказываем, как создать пространство для подвижных игр и приключений внутри общественных зданий, а также трансформировать с его помощью устаревшие функциональные решения.
«Атмосферные» фасады для школы искусств в Калининграде
Рассказываем о необычных фасадах Балтийской Высшей школы музыкального и театрального искусства в Калининграде. Основной материал – покрытая «рыжей» патиной атмосферостойкая сталь Forcera производства компании «Северсталь».
Фасадные подсистемы Hilti для воплощения уникальных...
Как возникают новые продукты и что стимулирует рождение инженерных идей? Ответ на этот вопрос знают в компании Hilti. В обзоре недавних проектов, где участвовали ее инженеры, немало уникальных решений, которые уже стали или весьма вероятно станут новым стандартом в современном строительстве.
ГК «Интер-Росс»: ответ на запрос удобства и безопасности
ГК «Интер-Росс» является одной из старейших компаний в России, поставляющей системы защиты стен, профили для деформационных швов и раздвижные перегородки. Историю компании и актуальные вызовы мы обсудили с гендиректором ГК «Интер-Росс» Карнеем Марком Капо-Чичи.
Для защиты зданий и людей
В широкий ассортимент продукции компании «Интер-Росс» входят такие обязательные компоненты безопасного функционирования любого медицинского учреждения, как настенные отбойники, угловые накладки и специальные поручни. Рассказываем об особенностях применения этих элементов.
Стоимостной инжиниринг – современная концепция управления...
В современных реалиях ключевое значение для успешной реализации проектов в сфере строительства имеет применение эффективных инструментов для оценки капитальных вложений и управления затратами на протяжении проектного жизненного цикла. Решить эти задачи позволяет использование услуг по стоимостному инжинирингу.
Материал на века
Лиственница и робиния – деревья, наиболее подходящие для производства малых архитектурных форм и детских площадок. Рассказываем о свойствах, благодаря которым они заслужили популярность.
Приморская эклектика
На месте дореволюционной здравницы в сосновых лесах Приморского шоссе под Петербургом строится отель, в облике которого отражены черты исторической застройки окрестностей северной столицы эпохи модерна. Сложные фасады выполнялись с использованием решений компании Unistem.
Натуральное дерево против древесных декоров HPL пластика
Вопрос о выборе натурального дерева или HPL пластика «под дерево» регулярно поднимается при составлении спецификаций коммерческих и жилых интерьеров. Хотя натуральное дерево может быть красивым и универсальным материалом для дизайна интерьера, есть несколько потенциальных проблем, которые следует учитывать.
Максимально продуманное остекление: какими будут...
Глубина, зеркальность и прозрачность: подробный рассказ о том, какие виды стекла, и почему именно они, используются в строящихся и уже завершенных зданиях кампуса МГТУ, – от одного из авторов проекта Елены Мызниковой.
Кирпичная палитра для архитектора
Свыше 300 видов лицевого кирпича уникального дизайна – 15 разных форматов, 4 типа лицевой поверхности и десятки цветовых вариаций – это то, что сегодня предлагает один из лидеров в отечественном производстве облицовочного кирпича, Кирово-Чепецкий кирпичный завод КС Керамик, который недавно отметил свой пятнадцатый день рождения.
​Панорамы РЕХАУ
Мир таков, каким мы его видим. Это и метафора, и факт, определивший один из трендов современной архитектуры, а именно увеличение площади остекления здания за счет его непрозрачной части. Компания РЕХАУ отразила его в широкоформатных системах с узкими изящными профилями.
Топ-15 МАФов уходящего года
Какие малые архитектурные формы лучше всего продавались в 2023 году? А какие новинки заинтересовали потребителей?
Спойлер: в тренды попали как умные скамейки, так и консервативная классика. Рассказываем обо всех.
Сейчас на главной
Часть идеала
В 2025 году в Осаке пройдет очередная всемирная выставка, в которой Россия участвовать не будет. Однако конкурс был проведен, в нем участвовало 6 проектов. Результаты не подвели, поскольку участие отменили; победителей нет. Тем не менее проекты павильонов EXPO как правило рассчитаны на яркое и интересное архитектурное высказывание, так что мы собрали все шесть и будем публиковать в произвольном порядке. Первый – проект Владимира Плоткина и ТПО «Резерв», отличается ясностью стереометрической формы, смелостью конструкции и многозначностью трактовок.
Острог у реки
Бюро ASADOV разработало концепцию микрорайона для центра Кемерово. Суровому климату и монотонным будням архитекторы противопоставили квартальный тип застройки с башнями-доминантами, хорошую инсолированность, детализированные на уровне глаз человека фасады и событийное программирование.
Города Ленобласти: часть II
Продолжаем рассказ о проектах, реализованных при поддержке Центра компетенций Ленинградской области. В этом выпуске – новые общественные пространства для городов Луга и Коммунар, а также поселков Вознесенье, Сяськелево и Будогощь.
Барочный вихрь
В Шанхае открылся выставочный центр West Bund Orbit, спроектированный Томасом Хезервиком и бюро Wutopia Lab. Посетителей он буквально закружит в экспрессивном водовороте.
Сахарная вата
Новый ресторан петербургской сети «Забыли сахар» открылся в комплексе One Trinity Place. В интерьере Марат Мазур интерпретировал «фирменные» элементы в минималистичной манере: облако угадывается в скульптурном потолке из негорючего пенопласта, а рафинад – в мраморных кубиках пола.
Образ хранилища, метафора исследования
Смотрим сразу на выставку «Архитектура 1.0» и изданную к ней книгу A-Book. В них довольно много всякой свежести, особенно в тех случаях, когда привлечены грамотные кураторы и авторы. Но есть и «дыры», рыхлости и удивительности. Выставка местами очень приятная, но удивительно, что она думает о себе как об исследовании. Вот метафора исследования – в самый раз. Это как когда смотришь кино про археологов.
В сетке ромбов
В Выксе началось строительство здания корпоративного университета ОМК, спроектированного АБ «Остоженка». Самое интересное в проекте – то, как авторы погрузили его в контекст: «вычитав» в планировочной сетке Выксы диагональный мотив, подчинили ему и здание, и площадь, и сквер, и парк. По-настоящему виртуозная работа с градостроительным контекстом на разных уровнях восприятия – действительно, фирменная «фишка» архитекторов «Остоженки».
Связь поколений
Еще одна современная усадьба, спроектированная мастерской Романа Леонидова, располагается в Подмосковье и объединяет под одной крышей три поколения одной семьи. Чтобы уместиться на узком участке и никого не обделить личным пространством, архитекторы обратились к плану-зигзагу. Главный объем в структуре дома при этом акцентирован мезонинами с обратным скатом кровли и открытыми балками перекрытия.
Сады как вечность
Экспозиция «Вне времени» на фестивале A-HOUSE объединяет работы десяти бюро с опытом ландшафтного проектирования, которые размышляли о том, какие решения архитектора способны его пережить. Куратором выступило бюро GAFA, что само по себе обещает зрелищность и содержательность. Коротко рассказываем об участниках.
Розовый vs голубой
Витрина-жвачка весом в две тонны, ковролин на стенах и потолках, дерзкое сочетание цветов и фактур превратили магазин украшений в место для фотосессий, что несомненно повышает узнаваемость бренда. Автор «вирусного» проекта – Елена Локастова.
Образцовая ностальгия
Пятнадцать лет компания Wuyuan Village Culture Media Company занимается возрождением горной деревни Хуанлин в китайской провинции Цзянси. За эти годы когда-то умирающее поселение превратилось в главную туристическую достопримечательность региона.
IPI Award 2023: итоги
Главным общественным интерьером года стал туристско-информационный центр «Калужский край», спроектированный CITIZENSTUDIO. Среди победителей и лауреатов много региональных проектов, но ни одного петербургского. Ближайший конкурент Москвы по числу оцененных жюри заявок – Нижний Новгород.
Пресса: Набросок города. Владивосток: освоение пейзажа зоной
С градостроительной точки зрения самое примечательное в этом городе — это его план. Я не знаю больше такого большого города без прямых улиц. Так может выглядеть план средневекового испанского или шотландского борго, но не современный крупный город
Птица земная и небесная
В Музее архитектуры новая выставка об архитекторе-реставраторе Алексее Хамцове. Он известен своими панорамами ансамблей с птичьего полета. Но и модернизм научился рисовать – почти так, как и XVII век. Был членом партии, консервировал руины Сталинграда и Брестской крепости как памятники ВОВ. Идеальный советский реставратор.
Города Ленобласти: часть I
Центр компетенций Ленинградской области за несколько лет существования успел помочь сотням городов и поселений улучшить среду, повысть качество жизни, привлечь туристов и инвестиции. Мы попросили центр выбрать наиболее важные проекты и рассказать о них. В первой подборке – Ивангород, Новая Ладога, Шлиссельбург и Павлово.
Три измерения города
Начали рассматривать проект Сергея Скуратова, ЖК Depo в Минске на площади Победы, и увлеклись. В нем, как минимум, несколько измерений: историческое – в какой-то момент девелопер отказался от дальнейшего участия SSA, но концепция утверждена и реализация продолжается, в основном, согласно предложенным идеям. Пространственно-градостроительное – архитекторы и спорят с городом, и подыгрывают ему, вычитывают нюансы, находят оси. И тактильное – у построенных домов тоже есть свои любопытные особенности. Так что и у текста две части: о том, что сделано, и о том, что придумано.
В центре – полукруг
Бюро Atelier Delalande Tabourin реконструировало здание правительства региона Центр–Долина Луары в Орлеане. Главным мотивом проекта стали заданные планировкой зала заседаний полукруг и круг.
Башни в детинце
Жилой комплекс в Уфе, построенный по проекту PRSPKT.Architects, объединяет два масштаба: башни маркируют возвышенность и въезд в город, а малоэтажные корпуса соотнесены с контекстом и историей места, которое когда-то было обнесено крепостными стенами.
Золотое кольцо
Показываем работы трех финалистов конкурса на эскизный проект нового международного аэропорта Ярославля. Концепцию победителя планируют реализовать к 2027 году.
Энергия [пост]модернизма
В Аптекарском приказе Музея архитектуры открылась выставка Владимира Кубасова. Она состоит, по большей части, из новых поступлений – архива, переданного в музей дочерью архитектора Мариной, но, с другой стороны, рисунки Кубасова собраны по проектам и неплохо раскрывают его творческий путь, который, как подчеркивают кураторы, прямо стыкуется с современной архитектурой, так как работал архитектор всю жизнь до последнего вздоха, почти 50 лет.
Кристаллы и минералы
Архитектор Дмитрий Серегин, успевший поработать в Coop Himmelb(l)au MAD Architects , предлагает новый подход к реабилитационной архитектуре. С помощью нейросети он стирает грань между архитектурой и природой, усиливая целительное воздействие последней на человека.
Модернизация – 3
Третья книга НИИТИАГ о модернизации городской среды: что там можно, что нельзя, и как оно исторически происходит. В этом году: готика, Тамбов, Петербург, Енисейск, Казанская губерния, Нижний, Кавминводы, равно как и проблематика реновации и устойчивости.