Из тени в свет

В ответ на массу ограничений и значительный для небольшого здания набор функций Музей Новодевичьего монастыря в проекте Владимира Плоткина превратился в легкое, но динамичное пластическое высказывание на тему современной интерпретации исторического контекста, а может быть, даже света и тьмы.

Автор текста:
Юлия Тарабарина

15 Июня 2023

Объект

Архитектура

Архитектор:

Мастерская:

ТПО «Резерв» http://www.reserve.ru

Проект:

Музей истории Новодевичьего монастыря / филиал ГИМ
Россия, Москва, Лужнецкий проезд, 15

Авторский коллектив:
ТПО Резерв:
В.И. Плоткин (руководитель авторского коллектива), А.К. Бородушкин (ГАП), И.Н. Горелова, М.Л. Бродская, Е.А. Буланова, С.А. Васина, О.В. Колбас, Д.Ю. Кузнецов, О.А. Слинченко, К.С. Толкачев, М.М. Хазанов; А.В. Мелешкин (ГИП), В.В. Хихловский (конструктор)

Художественное проектирование экспозиции: МузейМедиа
Автор художественной концепции – А.Н. Конов; творческий коллектив: Г.М. Кейхан, О.Д. Ковалевский, С.И. Грандов, С.Р. Крягин, В.А. Правдин

1.2021 — 4.2023 / 2023

заказчик: ППК Единый заказчик
подрядчик: Альмис-Интеграл

Строительство филиала Исторического музея рядом с Новодевичьим монастырем – часть празднования его юбилея, с которым также связаны грандиозные работы внутри монастыря: реставрация, исследования, раскопки, издания. Музей должен стать филиалом ГИМ, посвященным истории русской церкви в целом и Новодевичьего в частности, в нем планируется разместить часть музейных фондов, выведенных из монастыря в 2016 году, постоянную экспозицию на двух этажах, классы для образовательных программ, лекционную аудиторию на 140 мест.

zooming — Музей истории Новодевичьего монастыря / филиал ГИМ

© ТПО «Резерв»

Все это разместилось в небольшом, но эффектном здании со смелым разлетом горизонтали верхних этажей, vis-a-vis с Новодевичьим, прямо напротив колокольни.

Такое место – и плюс, и минус. Плюс в том, что музей очень близко, в двух шагах, и от него через сквер открывается панорама монастыря. Минус, ну или сложность, – в том, что Новодевичий не просто федеральный памятник, он входит в список ЮНЕСКО, так что требования и ограничения, связанные с охранной зоной, – самые строгие.

Ситуационный план. Музей истории Новодевичьего монастыря / филиал ГИМ

© ТПО «Резерв»
Схема благоустройства территории. Музей истории Новодевичьего монастыря / филиал ГИМ

© ТПО «Резерв»

Высотное ограничение – 18.7 метров, пятно застройки не может быть больше трети участка, а от границ нужно было отступить на 2 – 11.5 м, так что из площади территории 0.7 га для строительства осталось 1921 м². Между тем для музея требовалось порядка десяти тысяч метров полезной площади (общая площадь здания в итоговом проекте 10 688 м²).

Владимир Плоткин, ТПО «Резерв»

Мы решили эту задачу с помощью консолей: третий и четвертый этажи вынесены по всему контуру на 6–7 метров, так что получился «грибообразный» абрис здания, который позволил уместить всю программу. Мы также на полметра понизили уровень мощения вокруг музея: площадь перед главным входом спускается от Лужнецкого проезда эспланадой, добавляя еще немного полезного объема. Так что здание стало суммой требований и ограничений. Но, с другой стороны, нечасто удается поработать с консолями значительного выноса, а в данном случае они не только стали вынужденной мерой, но и обеспечили нам интересный силуэт.

В подземном ярусе разместилась парковка на 18 машин и технические помещения, в первом – музейный холл и классы, во втором фондохранилище, на 3 и 4 этажах основная экспозиция слева и аудитория справа. Пространства для посетителей группируются со стороны Лужнецкого проезда и главного входа, а кабинеты администрации и прочие техпомещения тяготеют к тыльной части здания.

1 / 11

План 1 этажа. Музей истории Новодевичьего монастыря / филиал ГИМ

© ТПО «Резерв»
2 / 11

План 2 этажа. Музей истории Новодевичьего монастыря / филиал ГИМ

© ТПО «Резерв»
3 / 11

План 3 этажа. Музей истории Новодевичьего монастыря / филиал ГИМ

© ТПО «Резерв»
4 / 11

План 4 этажа. Музей истории Новодевичьего монастыря / филиал ГИМ

© ТПО «Резерв»
5 / 11

План кровли. Музей истории Новодевичьего монастыря / филиал ГИМ

© ТПО «Резерв»
6 / 11

План подземного этажа. Музей истории Новодевичьего монастыря / филиал ГИМ

© ТПО «Резерв»
7 / 11

Разрезы. Музей истории Новодевичьего монастыря / филиал ГИМ

© ТПО «Резерв»
8 / 11

Разрезы. Музей истории Новодевичьего монастыря / филиал ГИМ

© ТПО «Резерв»
9 / 11

Разрезы. Музей истории Новодевичьего монастыря / филиал ГИМ

© ТПО «Резерв»
10 / 11

Фасады. Музей истории Новодевичьего монастыря / филиал ГИМ

© ТПО «Резерв»
11 / 11

Фасады. Музей истории Новодевичьего монастыря / филиал ГИМ

© ТПО «Резерв»

Замечу, что музей строится напротив первоклассного памятника XVI–XVII века, но его ближайшее окружение – вовсе не историческое, а позднесоветское. В конце 1960-х вдоль Лужнецкого проезда выстроили несколько жилых домов: тогда высотные ограничения не были такими строгими, и дома 8-9-этажные, хотя расставлены с большим отступом друг от друга. Они чередуются с протяженными зданиями: слева детская поликлиника, справа построенный пару лет назад офисный центр – музей несколько крупнее, но горизонтален и вписывается в общий строй ритмичного чередования, он заполняет собой створ между двумя жилыми башнями на месте снесенной в 2013 году инфекционной больницы. Между тем участок имеет еще одно ограничение: его часть со стороны проезда – охраняемая природная территория, так что здание будет прикрыто вереницей деревьев.

Еще больше, чем ограничения, важен контекст. Он тут подразделяется на несколько видов: соседство монастыря и связь с ним, дома конца шестидесятых и разросшаяся зелень по соседству и, если можно так выразиться, контекст требований современного музейного строительства. Первое требует ясных и недвусмысленных отсылок к памятнику, второе – их абстрагирования, высказывания не чуждого аллюзий, но современного, обобщенного и в то же время, несмотря на все ограничения, заметного, не сливающегося с окружением совершенно. Все это в проекте есть.

Самое буквальное отражение связи с памятником, «говорящий» акцент – контррельеф, обратный рельеф-углубление с силуэтом монастыря на белом стеклофиробетонном пилоне-пропилее слева от входа в музей. Он выстраивает связь совершенно непосредственную: вот монастырь, а вот его отпечаток, «след» на стене.

Когда в проектах Владимира Плоткина для исторического центра разных городов нередко использовался такой прием как отражение соседнего памятника в стеклянном витраже нового здания; он реализован, в частности, в здании Арбитражного суда МО на Селезневской улице. Здесь, поскольку монастырь скрыт деревьями сквера и расположен на некотором отдалении, прием отражения невозможен и его заменяет контррельеф, тоже своего рода отражение, только более материальное – и в большей степени, как включенный в здание предмет монументального искусства, созвучное традиции современного музейного строительства.

Но заметим, что углубленный рельеф, с одной стороны, конечно, материален, а с другой стороны – не нарушает плоскости стены, она «отрицательна», – в какой-то степени как отражение, для него свойственна избыточная пластика горельефа.

То же происходит и с поверхностью фасадов, которую уже назвали нео-бруталисткой. Это не совсем так.

Помимо «говорящего» рельефного силуэта, связь с ансамблем монастыря определена в проекте через материал: большая часть построек Новодевичьего, формирующая его хорошо известный образ, появилась в 1680-е годы при царевне Софье. В них, что характерно для конца XVII века, кирпичные стены – красные крашеные, белокаменный декор – как кружево. Стены монастыря не грубы и не брутальны, они богато украшены, репрезентативно-декоративны; что уж говорить о колокольне.

Откликом на монастырскую архитектуру в проекте музея становится сочетание терракотовых и белых поверхностей. Но музей совершенно не такой.

Самым простым решением было бы сделать стены красно-кирпичными, как в монастыре. Между тем, хотя за последние 20 лет в российской архитектуре кирпич экстремально популярен, Владимир Плоткин – тот автор, в работах которого кирпич хотя и встречается, но нечасто.

Вот и здесь для отклика на монастырские стены ансамбля-памятника выбраны керамические панели, но особенные – темные, достаточно крупные, покрытые блестящей глазурью с металлическими вкраплениями, и со специально разработанным авторами рисунком: по две выступающие горизонтальные полосы на каждой.

Рельефные полоски слегка повернуты вверх и будут отражать больше света, – поблескивающая, слегка разнотоновая плоскость, равномерно расчерченная горизонтальным паттерном. Она больше похожа на плинфу со скрытым рядом, чем на большемер XVII века, и если представляет нам образ «древней стены», то скорее чего-то древнего в целом, какой-то пра-стены, уплощенной, обобщенной через горизонтальную штриховку полос и из-за глазури и металлического блеска какой-то даже драгоценной.

Не похожа она, разумеется, и на розовый кирпич соседних домов, – это новая, «третья» фактура, впрочем, настроенная на гармоничное сосуществование с соседями и предшественниками.

Поэтому фасад, особенно главный, вовсе не кажется выложенным из массивных брутальных блоков – скорее он сплетен из плоских, слегка переламывающихся на сгибах, лент. Впечатление усилено нюансами: в частности, лента 4 этажа выступает над третьим слегка «внахлест» перед скосом, ведущим к верхнему балкону – прием демонстрирует, что пластика фасада составлена из широких плоскостей с не слишком значительной толщиной, легких, образующих складки и скосы в ключевых местах.

Скос ведет к открытому балкону, и таких балконов здесь два. На третьем этаже – прямо над входом; первоначально он был вынесен вперед несколько дальше, как настоящий «капитанский мостик»; впоследствии вынос сократили, чего, конечно, жаль, так как именно этот «нос» создавал уже не символически-визуальную, как рельеф внизу, а пространственную связь с монастырским ансамблем, прямо-таки «указывал» в сторону собора и колокольни. Впрочем, он и сейчас, в сокращенном виде, остался смотровой площадкой.

Ось другого балкона-мостика, в четвертом этаже, развернута севернее и смотрит на Никольскую башню монастырской ограды и Предтеченскую церковь Ильи Уткина. Получается, вместе с изломом стены, довольно энергичное поворотное движение: балконы прямо-таки «выстреливают» в пространство площади, и не только в композиционном смысле: на них и посетители смогут выйти наружу подышать свежим воздухом. Подобные балконы известны во многих музейных зданиях, например, в бывшем ЦДХ на Крымском валу в какой-то момент было можно на них выходить.

Другой связующий прием – отражение структуры внутренних помещений вовне: к примеру, скос лоджии на западном углу не произволен, а повторяет линию амфитеатра лекционного зала над ней, при этом он формирует динамичный «взлет» формы в важном ракурсе со стороны проезда.

Балконы и межэтажные перемычки акцентированы белым цветом, который, как мы помним, здесь служит контрастной парой терракотового, но используется не только для рельефных деталей. Полностью белыми стали все общественные пространства музейного холла и атриума.

Холл тянется в первом этаже от входа влево, к учебным классам для детских занятий. Здесь выше, во втором этаже – закрытое помещение фондохранилища. По прямой от главного входа пространство развивается «вперед и вверх»: входящего встречает протяженный четырехсветный 19-метровый атриум под стеклянным потолком, совершенно белый. Именно из него на фасаде прорастают белые балконы.

Справа от входа в белом атриуме – открытая лестница, которая служит основным входом в залы экспозиций на 3 и 4 этажах. Она помещена в темно-коричневый скульптурный «чехол» со скосами по линии косоуров, сплошными стенками-антами по бокам и лоджией для обозрения холла посередине высоты.

По цвету лестница перекликается с фасадами, хотя ее оттенок не такой яркий. Как будто мы имеем дело с матрешкой: темное здание музея пребывает в светлом пространстве города, а лестница – в светлом внутреннем пространстве атриума, одно в другом, переклички построены на последовательной инверсии.

Итак, от темного фасада посетитель попадает в светлый интерьер, потом по темной лестнице в темный экспозиционный зал. У которого тоже есть свой стержень – на этот раз светлый внутри темного – винтовая лестница, соединяющая два выставочных яруса. Между этажами встроен крупный стеклянный цилиндр диаметром 3.5 м и высотой порядка 9 м. Внутри выставлены музейные предметы, цилиндр светится. Вокруг него поднимаются две параллельные лестницы, уже не угловатые, а изогнутые по спирали: зрители смогут перемещаться между ярусами, в то же время осматривая самую большую витрину. Другие витрины (дизайном экспозиции занималась компания МузейМедиа) решены по тому же принципу подсвеченных стеклянных объемов в темном окружении, но этот цилиндр должен стать самым эффектным выставочным приключением.

Цилиндр встроен в дискообразный выступ на кровле, его хорошо видно на панораме с птичьего полета. Должна сказать, что мне как человеку, рассматривающему проект извне, хотелось бы видеть здесь какой-нибудь круг естественного света вверху или хотя бы диаметр по краю верхнего цилиндра, кажется, что такая «приоткрывающаяся крышка» была бы логичным завершающим акцентом. Впрочем ощущение «светового стержня», которым становится винтовая лестница, ощутимо и без выхода вверх.

Так что проект интересен не только тем, как в ответ на множество ограничений «отрастил» консоли, и не только современным, и достаточно смелым ответом на задачу построить исторический музей рядом со значимым памятником – в его сравнительно небольшом объеме «упакованы» не только необходимые помещения, но и эмоции, как снаружи, так и внутри, в основном – на контрасте: высокого и низкого, нависающего и взлетающего, светлого и темного. Что и нужно в музее, особенно в музее истории религии.

Архитектор:

Мастерская:

ТПО «Резерв» http://www.reserve.ru

Проект:

15 Июня 2023

ТПО «Резерв»: другие проекты

Репортаж

Маленькая выставка с большим потенциалом

Музей архитектуры начинает коллекционировать современность. Об этом заявляет выставка «Депозитарий современности. Архитектура XXI века – в собрание музея». Сама по себе небольшая, она служит стартом инициативы по отбору и включению в коллекцию ГНИМА графики тех проектов, которые музей и куратор Анна Мартовицкая определят как «синонимы современности». Смотрим выставку, вспоминаем «Строение №», сравниваем, размышляем.