English version

В круге счастья

Архитектура жилого комплекса «Заречье» использует и всячески обыгрывает геометрию круга – она, если можно так сказать, нарисована не линейкой, а циркулем. В нем можно увидеть попытку осмысления темы «круглого дома», заново открытой Мельниковым, или даже вариант интерпретации супрематизма Малевича, но главное в этом проекте не геометрия, а его эмоциональный настрой, который восходит к великой архитектурной мечте последнего столетия – мечте о конструировании прекрасной жизни.

mainImg
Архитектор:
Владимир Плоткин
Проект:
Жилой комплекс «Сколково-парк» в Заречье
Россия, Новоивановский с.о., район р.п. Заречье

Авторский коллектив:
Руководитель авторского коллектива: Плоткин Владимир Ионович
Архитекторы: Гусарев Сергей Александрович, Травкин Андрей, Кузнецова Елена, Васильченко Александра, Бутусов Андрей, Денисова Юлия, Диашева Татьяна, Ильевская Мария, Ковшель Елена, Степанова Анна

2008 — 2009 / 2010 — 2014
Участок, для которого предназначен этот проект, находится за МКАДом, по левую сторону от Сколковского шоссе. В трехстах метрах по диагонали к северо-западу от него строится здание Давида Аджайе для бизнес-школы Сколково. Еще ближе, вдоль западной границы территории, через дорогу – уже почти построен элитный поселок «Грюнвальд», дома в котором по генплану Сергея Чобана и Александра Скокана спроектировали бюро «Чобан Фосс», «Меганом», «Остоженка» и «Ашманн и Саломон». Он рекламируется как «модный дом от звезд мировой архитектуры», напоминающий московскую «золотую милю» Остоженку. Вдоль восточной границы будущего жилого комплекса Владимира Плоткина, прямо у МКАДа планируется построить новый бизнес-парк. 
И наконец, недавно было объявлено, что в этом же районе, но к северу от Сколковского шоссе, будет построен центр инноваций, уже прозванный российской Силиконовой долиной. Так что окрестности поселка Заречье вскоре превратятся из дачно-санаторной местности в анклав прогрессивного (будем на это надеяться) бизнеса и не менее элитного жилья. 
 
«Грюнвальд» состоит из семиэтажных домов круглой, квадратной и треугольной формы, поставленных в две линии вдоль внутренней дороги. Похожим образом будет устроен и бизнес-парк: он также составлен из отдельных корпусов, сгруппированных двумя параллельными строчками. Владимир Плоткин не стал повторять дробную структуру соседних ансамблей, а изогнул объем жилого комплекса, превратив его в изящный, почти каллиграфический росчерк. Получившуюся фигуру хочется сравнить к какой-то буквой или знаком, но близких аналогий не обнаруживается – больше всего план дома похож на контур цветочного лепестка. А по смыслу (но не по форме) он напоминает английский значок &, который, условно говоря, соединяет – или разделяет – собой будущий бизнес-парк и строящийся «Грюнвальд». 
 
Сейчас изогнутые дома – это, как принято говорить, актуальный тренд. Если одной из идей классического модернизма был длинный дом-стена, при желании способный вместить в себя прокатный стан, то ответом неомодернизма стал, скажем так, дом-петля: чаще изгиб бывает слабый, примерно как у натянутого лука, реже значительный – дом может быть S-образным, волнистым (тогда это уже, вероятно, «дом-змея»). 
 
Но в исполнении Владимира Плоткина, архитектора, который, как принято думать, предпочитает прямые линии, и даже углы – тоже скорее прямые, дом-петля получился строго геометрическим. Причем использованная геометрия – простая, циркульная. «Лепесток» плана нарисован двумя большими дугами с одним, циркульным же, сопряжением в том месте, где дуги встречаются. Так что источник вдохновения – не брошенные на стол в произвольном порядке полосы бумаги, не ползущее пресмыкающееся и даже не горная гряда, а – очень простое геометрическое построение. Приглядевшись, на плане даже можно обнаружить места установки циркуля для как минимум двух основных дуг. В этих местах устроены пруды круглой формы. Помимо дуг, от прудов расходятся лучи, прорезающие объем «петли» в месте малой дуги-сопряжения, разделяя жилой комплекс на отдельные дома и образуя выходы в сторону Сетуни. 
 
Разглядывая проект пристальнее, несложно прийти к выводу, что главная форма в нем – не петля и не лепесток, а окружности и их сопряжения. Четырем круглым прудам, окруженным травяными амфитеатрами, вторят столь же круглые площадки кортов, освещенные круглыми фасетчатыми фонарями, большими и очень непривычными, напоминающими о стадионах; кровля над висячим садом прорезана, как швейцарский сыр, множеством циркульных отверстий разного размера. В проекте «Заречья» Владимир Плоткин как будто бы задался целью проверить, что будет, если рисуя дом, использовать не линейку, а циркуль. Есть в этом что-то родственное замыслу знаменитого дома Константина Мельникова; кстати сказать, соединенные восьмеркой окружности спортивных площадок во дворе «Заречья» очень похожи на план дома Мельникова, который, как известно, состоит из двух пересекающихся цилиндров. 
 
И так же, как у Мельникова, круглому дому потребовались особенные фасады. 
Здесь – изогнутые стены дома-петли превращены в стеклянно-каменную гармошку. Как будто бы окна, не желая изгибаться под стать криволинейной поверхности стен, развернулись под углом и превратились в треугольные выступы-эркеры. Каждый из которых составлен из двух встречающихся под углом плоскостей: одна плоскость стеклянная, другая каменная. Время от времени прозрачная и глухая половинки меняются местами, образуя на фасадах чередование больших разнофактурных пятен. Таким образом во-первых, удается уловить максимум света и обеспечить квартирам приличную инсоляцию. Во-вторых, получившаяся «гармошка» позволила Владимиру Плоткину избежать повсеместного использования криволинейного стекла которое искажает отражение, как в комнате смеха (в квартирах это, действительно, неуместно, а в общественных пространствах этого проекта криволинейные стекла встречаются). Кроме того, чередование окон-эркеров сбивает счет этажей и придает поверхности особую фактурность, превращая дом в ребристую скульптуру, немного напоминающую механизм, застывший в процессе трансформации (этот мотив можно сравнить с похожим приемом, использованным в здании торгового центра «Времена года» на Кутузовском проспекте). Круговращение наполняет дом какой-то особенной жизнью, внутренней энергией – можно подумать, что козырьки взлетели и левитируют над основным объемом, а фасады пришли в движение, всей своей поверхностью раскрываясь к свету; как будто космический объект приземлился, раскрутился и начал разворачивать свои механизмы. 
 
Здесь необходимо оговориться, что приверженность Владимира Плоткина прямым линиям и углам, о которой было сказано выше – это на самом деле грубое обобщение, основанное на воспоминаниях о гигантском доме-«Аэробусе», чертановском «Авеню-77» или, например, проекте петербургского морского вокзала в виде гигантского параллелепипеда – «окна в Европу». Автор этих проектов действительно редко смягчает углы, но он же, как известно, получил «Золотое сечение» за один из первых в Москве круглых домов – дом с совершенно циркульным планом. В «Заречье» тема круга размножилась, расширилась – ее как будто бы всесторонне изучили, применив к пруду, парку, дому, к перфорированной кровле, наконец. Интересно, что это произошло именно в Заречье – рядом с поселком «Грюневальд», в котором есть несколько круглых домов, типологически сходных с тем, давним домом Плоткина, и рядом с бизнес-школой «Сколково» Давида Аджайе, стилобат которой, как известно, совершенно кругл. Владимир Плоткин в ответ на сам собой возникающий вопрос о контекстуальных перекличках отвечает, что на проект соседнего «Грюневальда» он, да, ориентировался, а вот «Сколково» в то время, когда начиналось проектирование «Заречья», еще не видел. 
 
Итак, в районе Заречья и Сколково образуется анклав «архитектуры по циркулю», причем три упомянутых проекта демонстрируют поразительное разнообразие решений. Напрашивается сравнение, если не дотошное сопоставление, то хотя бы несколько замечаний. Так, очевидно, что в «Грюнвальде» и «Сколкове» круглыми оказываются здания, в «Заречье» же круглые – пруды, а дом сложнее, его форма не закольцована, а разомкнута, приоткрыта, как раковина любопытной устрицы.
 
Или: планы всех трех комплексов напоминают абстрактную живопись. Это не так часто случается с планами, даже современными, а здесь: план «Грюнвальда» – набор основных геометрических фигур, кругов, треугольников и квадратов; а план бизнес-школы «Сколково» декларативно ориентирован на супрематическую живопись Малевича. У Аджайе построения Малевича определяют план и объемную композицию всего здания, будучи с непосредственным буквализмом перенесены из живописи в архитектуру. У Плоткина же абстрактные фигуры становятся основой не столько здания, а скорее того, что называют «благоустройством территории»; так мог бы выглядеть парк какой-нибудь подмосковной усадьбы, если бы его вдруг взялся проектировать авангардист 1920-х. Парка здесь, конечно, маловато для усадьбы, но в «Заречье» он играет важную роль, и организован сложно, в пять «ступеней»: дикая речка Сетунь, к которой дом обращен множеством проходов; сквер с прудами, защищенный от МКАДа двумя дугами домов «Заречья»; сквер между этими дугами, он уже больше похож на парадную площадь; и наконец, наделы-палисадники для жителей первых этажей и висячий сад на уровне четвертого этажа над фитнес-центром – два последних служат своего рода «резонаторами» между домом и природой. Как тут не вспомнить про город-сад.
 
Если про парк, окружающий дом, можно сказать, что он сверху напоминает абстрактную картину, то рисунок плана дома-петли «Заречья» никак не может восходить к живописи авангарда – ей подобные формы не свойственны. Зато прототип здания, хотя и не прямой, отыскивается в традиции зрелого модернизма 1970-х. Точнее, два прототипа. Модернизм не знал домов-змей, ему были хорошо известны более спокойные подковообразные планы. Можно себе представить, например, объем московской гостиницы «Космос», который стал бы длиннее, ниже, легче и расслоился на две полосы. Между этими проектами 40 лет, но несмотря на все трансформации, их связывает нечто вроде внутренней общности, позволяющей читать их ответвлениями одного ствола. Тогда как здание Аджайе на этом стволе выглядит прививкой. Иными словами, лейтмотив архитектуры «Сколково» – возрождение форм раннего модернизма, причем через обращение к живописи, или точнее к идеологии супрематизма. А в здании соседнего жилого комплекса «Заречье» мы имеем дело с продолжением и развитием парадигмы зрелого модернизма, причем именно архитектурного.
 
Оттуда же родом, как мне кажется, и общий эмоциональный настрой проекта. Даже если взять за скобки, что сейчас для качественного жилья стало нормой прятать парковки под землю, а на крыше разбивать скверы, озеленять все, что можно, и населять рендеры радостным стаффажем из веселых детей – все равно, в проекте «Заречья» все эти черты как будто бы усилены. Пафос конструирования лучшей жизни, унаследованный зрелым модернизмом от раннего авангарда, в этом проекте обретает свежесть и силу, неожиданную искренность, а значит, и новую жизнь. Так что – посмотрим еще раз на графику плана – лучи, расходящиеся от круглого главного пруда, можно понять как солнечные, а дугообразные дома – как радугу над ним. И получается, что от «жилого комплекса бизнес и преимум класса» до утопического города Солнца – не так уж и далеко.
«Сколково-парк», проект, 2010 © ТПО «Резерв»
«Сколково-парк», проект, 2010 © ТПО «Резерв»
Генплан. «Сколково-парк», проект, 2010 © ТПО «Резерв»
«Сколково-парк», проект, 2010 © ТПО «Резерв»
«Сколково-парк», проект, 2010 © ТПО «Резерв»
«Сколково-парк», проект, 2010 © ТПО «Резерв»
«Сколково-парк», проект, 2010 © ТПО «Резерв»
«Сколково-парк», проект, 2010 © ТПО «Резерв»
«Сколково-парк», проект, 2010 © ТПО «Резерв»
«Сколково-парк», проект благоустройства, 2010 © ТПО «Резерв»
zooming
Давид Аджайе. Здание бизнес-школы «Сколково»
«Сколково-парк», проект благоустройства, 2010 © ТПО «Резерв»
«Сколково-парк», проект благоустройства, 2010 © ТПО «Резерв»
«Сколково-парк», проект, 2010 © ТПО «Резерв»
«Сколково-парк», проект, 2010 © ТПО «Резерв»
«Сколково-парк», проект, 2010 © ТПО «Резерв»
«Сколково-парк», проект, 2010 © ТПО «Резерв»
«Сколково-парк», проект, 2010 © ТПО «Резерв»
«Сколково-парк», проект, 2010 © ТПО «Резерв»
«Сколково-парк», проект, 2010 © ТПО «Резерв»
Архитектор:
Владимир Плоткин
Проект:
Жилой комплекс «Сколково-парк» в Заречье
Россия, Новоивановский с.о., район р.п. Заречье

Авторский коллектив:
Руководитель авторского коллектива: Плоткин Владимир Ионович
Архитекторы: Гусарев Сергей Александрович, Травкин Андрей, Кузнецова Елена, Васильченко Александра, Бутусов Андрей, Денисова Юлия, Диашева Татьяна, Ильевская Мария, Ковшель Елена, Степанова Анна

2008 — 2009 / 2010 — 2014

19 Апреля 2010

ТПО «Резерв»: другие проекты
Часть идеала
В 2025 году в Осаке пройдет очередная всемирная выставка, в которой Россия участвовать не будет. Однако конкурс был проведен, в нем участвовало 6 проектов. Результаты не подвели, поскольку участие отменили; победителей нет. Тем не менее проекты павильонов EXPO как правило рассчитаны на яркое и интересное архитектурное высказывание, так что мы собрали все шесть и будем публиковать в произвольном порядке. Первый – проект Владимира Плоткина и ТПО «Резерв», отличается ясностью стереометрической формы, смелостью конструкции и многозначностью трактовок.
Китайская симфония
Строительство китайского центра «Парк Хуамин» стало долгой историей, которая завершилась относительно недавно. Здание соседствует с традиционным китайским садом, но оно очень современно, лаконично и технологично, а простые по форме, но эффектные белые ламели обещают когда-нибудь включиться как медиафасад. А еще этот комплекс по-настоящему многофункционален, в его объеме увязаны разные типы жилых помещений, офисы, большой фитнес, конференц-залы и рестораны. В нем можно с комфортом проводить международные форумы, выходя наружу только для того, чтобы прогуляться. Рассматриваем подробно.
Из тени в свет
В ответ на массу ограничений и значительный для небольшого здания набор функций Музей Новодевичьего монастыря в проекте Владимира Плоткина превратился в легкое, но динамичное пластическое высказывание на тему современной интерпретации исторического контекста, а может быть, даже света и тьмы.
Устойчивость метода
ТПО «Резерв» в честь 35-летия покажет на Арх Москве совершенно неизвестные проекты. Задали несколько вопросов Владимиру Плоткину и показываем несколько картинок. Пока – без названий.
Владимир Плоткин:
«У нас сложная, очень уязвимая...
В рамках проекта, посвященного высотному и высокоплотному строительству в Москве последних лет поговорили с главным архитектором ТПО «Резерв» Владимиром Плоткиным, автором многих известных масштабных – и хорошо заметных – построек города. О роли и задачах архитектора в процессе мега-строительства, о драйве мегаполиса и достоинствах смешанной многофункциональной застройки, о методах организации большой формы.
Год 2021: что говорят архитекторы
Вот и наш новый опрос по итогам 2021 года. Ответили 35 архитекторов, включая главных архитекторов Москвы и области. Обсуждают, в основном, ГЭС-2: все в восторге, хотя критические замечания тоже есть. И еще почему-то много обсуждают минимализм, нужен и полезен, или наоборот, вреден и скоро закончится. Всем хорошего 2022 года!
Идеями лучимся / Delirious Moscow
В Гостином дворе открылась 26 по счету Арх Москва. Ее тема – идеи, главный гость – Москва, повсеместно встречаются небоскребы и разговоры о высокоплотной застройке. На выставке присутствует самая высокая башня и самая длинная линейная экспозиция в ее истории. Здесь можно посмотреть на все проекты конкурса «Облик реновации», пока еще не опубликованные.
Слабые токи: итоги «Золотого сечения»
Вчера в ЦДА наградили лауреатов старейшего столичного архитектурного конкурса, хорошо известного среди профессионалов. Гран-при получили: самая скромная постройка Москвы и самый звучный проект Подмосковья. Рассказываем о победителях и публикуем полный список наград.
Семантический разлом
Клубный дом STORY, расположенный рядом с метро Автозаводская и территорией ЗИЛа, деликатно вписан в контрастное окружение, а его форма, сочетающая регулярную сетку и эффектно срежиссированный «разлом» главного фасада, как кажется, откликается на драматичную историю места, хотя и не допускает однозначных интерпретаций.
Небесная тектоника
Три башни на стилобате над склоном реки Раменки – новые доминанты на границе советского микрорайона. Их масштаб вполне современен, высота 176 м – на грани небоскреба, фасады из стекла и стали. Стройные пропорции подчеркнуты строгой белой сеткой, а объемная композиция подхватывает диагональную «сетку координат», намеченную в пространстве юго-запада Москвы архитекторами 1970-х и 1980-х.
ТПО «Резерв» в ретроспективе и перспективе
В новой книге ТПО «Резерв» издательства Tatlin собраны проекты за последние 20 лет. Один из авторов книги, Мария Ильевская, рассказала нам об основных вехах рассмотренного периода: от дома в проезде Загорского до ВТБ Арена Парка, и о презентации книги, состоявшейся 13 ноября на Зодчестве.
Город солнца
Комплекс ВТБ Арена Парк, спроектированный и реализованный совместно Сергеем Чобаном и Владимиром Плоткиным, претендует на роль эталонного эксперимента по снятию вековых противоречий между архитектурой традиционного направления и модернизмом. Рамки дизайн-кода и интеллигентный, творческий характер пластической дискуссии сформировали несколько идеализированный фрагмент городской ткани.
Архсовет Москвы-67
Проект реконструкции советского здания АТС в начале Нового Арбата под гостиницу – от ТПО «Резерв», и жилой комплекс на Шелепихинской набережной – от АБ «Остоженка», были поддержаны архсоветом Москвы 5 августа.
Движение по краю
ЖК «Лица» на Ходынском поле – один из новых масштабных домов, дополнивший застройку вокруг Ходынского поля. Он умело работает с масштабом, подчиняя его силуэту и паттерну; творчески интерпретирует сочетание сложного участка с объемным метражом; упаковывает целый ряд функций в одном объеме, так что дом становится аналогом города. И еще он похож на семейство, защищающее самое дорогое – детей во дворе, от всего на свете.
Рациональное построение
Рассматриваем комплекс построек и интерьеры первой очереди здания, которое за последние месяцы стало очень известным – больницу в Коммунарке.
Картинки на карантине
Как российские архитектурные бюро реагируют на карантин? Размышления о будущем, графика, юмор, хорошие фотографии. Собираем пазл из контента Instagram.
Ключевое слово: «телеработа»
Архитекторы, профильные СМИ и вузы по всему миру реагируют на ситуацию пандемии, пытаясь обезопасить сотрудников и студентов, сохранив учебный и рабочий процесс. Говорим с руководителями нескольких московских бюро об их планах удаленной работы, а также рассказываем, как реагируют на эпидемию архитекторы мира.
Кольцо на озере Сайсары
Здание филармонии и театра якутского эпоса на священном озере вписано в эпический круг и включает три объема, уподобленных традиционному жилищу. Кровля уподоблена аласу – якутской деревне вокруг озера. При столь интенсивной смысловой насыщенности проект сохраняет стереометрическую абстрактность и легкость формы, оперируя прозрачностью, многослойностью и отражениями.
Пространство взаимодействия
К востоку от стадиона, метро и парка Динамо отчасти вырос и продолжает расти городок ВТБ Арены Парка, чья архитектура построена на современных принципах, начиная от комфортного благоустройства вкупе с немалой высотностью и заканчивая взаимодействием разных подходов к форме, объединенных общим кодом.
WAF 2019: в ожидании финала
Говорим c авторами проектов, вышедших в финал премии WAF: об их взгляде на фестиваль, о проектах и вероятных способах презентации.
Обитаемая галактика
Компания АПЕКС возглавила работу над проектом масштабного жилого комплекса на севере Москвы, в котором современные подходы к формированию городской застройки сочетаются с продуманными планировочными решениями, узнаваемым обликом и оригинальной концепцией благоустройства.
Архсовет Москвы – 59
Архитектурный совет рассмотрел два крупных проекта: МФК на Киевской улице ТПО «Резерв», апартаменты с обширным подземным торговым пространством, и жилые башни Сергея Скуратова в Сетуньском проезде. Оба проекта приняты.
Акупунктура городов
На петербургском Культурном форуме архитекторы поговорили о том, какую пользу международные события могут принести городам.
Кристалл музыки
Остро-современное и сложное в техническом отношении новое здание концертного зала «Зарядье» соединяет нелинейность с мощной ретроспективой шестидесятых. Между тем оно вовсе не консервативно – скорее его можно понять как метафору и даже «кристаллизацию» музыки, искусства одновременно эмоционального и математически-отвлеченного.
Архсовет – 57
После одобрения Архсоветом проекта ЖК AQUATORIA на Ленинградском шоссе в градостроительном плане земельного участка возможно произойдут изменения.
Белое дерево
ЖК Wine house – один из первых реализованных примеров сотрудничества Владимира Плоткина и Сергея Чобана в одном проекте: вдумчивый, графично-сдержанный диалог старого и нового в центре города: в нескольких «действиях», от XIX века до XXI.
Похожие статьи
Стержни и лепестки
Для московского района Преображенское бюро GAFA спроектировало камерный комплекс Artel, который состоит всего из двух корпусов по 12 этажей. Отсылки к ар-деко и его ответвлению – стримлайну – мы нашли не только в архитектуре, но и в благоустройстве, напоминающем поглощенную природой железнодорожную эстакаду.
Тетрис в порту
Смотровая башня, спроектированная для Старого порта Монреаля бюро Provencher_Roy, и общественная зеленая зона вокруг нее от ландшафтного бюро NIPPAYSAGE вобрали в себя множество элементов местной идентичности.
Баланс желтого
Архитекторы АБ ATRIUM, используя свои навыки и знания в области проектирования школ нового поколения, в которых само пространство и пластика – так задумано – работают на развитие ребенка, оживили крупный, хотя и среднеэтажный, жилой комплекс New Питер проектом, где сквозь темный кирпич прорываются лучи желтого цвета, актового зала нет, зато есть четыре амфитеатра, две открытые террасы, парк и возможность использовать возможности школы не только ученикам, но и, по вечерам, горожанам.
Очередной оазис
Stefano Boeri Architetti выиграли конкурс на проект жилого комплекса в Братиславе. Здесь не обошлось без их «фирменных» висячих садов.
Трое и башня
Офисный центр Neuer Kanzlerplatz, построенный в Бонне по проекту бюро JSWD, улучшает связанность городской ткани и интригует объемными фасадами из архитектурного бетона.
Вертикальный «парк»
Бывшая фабрика электроники в Шэньчжэне превращена по проекту JC DESIGN в многоярусное общественное пространство и офисы для «креативных индустрий».
В центре – пустота
В Лондоне открывается очередной летний павильон галереи «Серпентайн». В этом году южнокорейский архитектор Минсок Чо и его бюро Mass Studies сместили фокус внимания с сооружения на свободное пространство вокруг и внутри него.
«Почвенная» архитектура
Медицинский центр в Провансе – землебитное сооружение без дополнительного каркаса: материал для него «добыли» непосредственно на стройплощадке. Авторы проекта – бюро Combas.
Серийный подход
Бюро AIM Architecture превратило четыре нефтехранилища бывшей промзоны на востоке Китая в общественные пространства.
На девятом облаке
В китайском мегаполисе Шицзячжуан началось строительство спортивного центра Cloud 9 по проекту MAD Architects. Чтобы максимально усилить сходство здания с облаком, его планируют обернуть полупрозрачной мембраной.
Новые ворота на 432 «гейта»
Архитекторы Coop Himmelb(l)au представили масштабный проект расширения дубайского аэропорта Аль-Мактум. Строительство планируется начать уже в этом году.
Купол-библиотека
Концептуальная библиотека в уезде Лунъю на востоке Китая задумана авторами, HCCH Studio, как эксперимент по соединению традиционных методов строительства и современных форм.
Точка опоры
Архитекторы АБ «Остоженка» спроектировали, практически на бровке склона над Окой в Нижнем Новгороде, две удивительные башни. Они стоят на кортеновых «ногах» 10-метровой высоты, с каждого этажа раскрывают панорамы на реку и на город; все общественные пространства, включая коридоры, получают естественный свет. Тут масса решений, нетиповых для жилой рутины нашего времени. Между тем, хотя они и восходят к типологическим поискам семидесятых, все переосмыслены в современном ключе. Восхищаемся Veren Group как заказчиком – только так и надо делать «уникальный продукт» – и рассказываем, как именно устроены башни.
Кристалл смотрит на вас
Прямо сейчас в Музее архитектуры началась Ночь музеев. Ее самая свежая новинка – «Кристалл представления» – объект Сергея Кузнецова, Ивана Грекова и компании КРОСТ, установленный во дворе. Он переливается светом, поет, он способен реагировать на приближение человека, и кто еще знает, на что еще.
Диалог культур на острове
Этим летом стартует бронирование номеров в спроектированной BIG гостинице сети NOT A HOTEL на острове Сагисима во Внутреннем Японском море. Строительство отеля должно начаться чуть позже.
Новая жизнь гиганта
Zaha Hadid Architects выиграли конкурс на разработку проекта нового паромного терминала в Риге. Под него реконструируют старый портовый склад.
Три глыбы
Конкурс на проект музеев современного искусства и естественной истории, а также Парка искусства и культуры в Подгорице выиграла команда во главе с бюро a-fact.
Переплетение учебы и жизни
Кампус Китайской академии искусства в Лянчжу по проекту пекинского бюро FCJZ рассчитан на творческое взаимодействие студентов с архитектурой.
Тайный британец
Дом называется «Маленькая Франция». Его композиция – петербургская, с дворцовым парадным двором. Декор на грани египетских лотосов, акротериев неогрек и шестеренок тридцатых годов; уступчатые простенки готические, силуэт центральной части британский. Довольно интересно рассматривать его детали, делая попытки понять, какому направлению они все же принадлежат. Но в контекст 20 линии Васильевского острова дом вписался «как влитой», его протяженные крылья неплохо держат фасадный фронт.
Сама скромность
Общественный центр по проекту Graal Architecture в коммуне Бейн недалеко от Парижа идеально вписан в холмистый ландшафт.
Семейное сходство
Бюро CoBe Architecture et Paysage разработало планировку сектора E Олимпийской деревни-2024 в пригороде Парижа и в качестве визуального и конструктивного ориентиров для партнеров реализовало здесь три жилых корпуса.
Среди дюн и кораллов
Гостиинца Ummahat 9-3 построена по проекту Кэнго Кумы на одноименном острове, принадлежащем Саудовской Аравии, в Красном море. Составляющие ее виллы мимикрируют под песчаные дюны и коралловые рифы.
Технологии и материалы
Городские швы и архитектурный фастфуд
Вышел очередной эпизод GMKTalks in the Show – ютуб-проекта о российском девелопменте. В «Архитительном выпуске» разбираются, кто главный: архитектор или застройщик, говорят о работе с историческим контекстом, формировании идентичности города или, наоборот, нарушении этой идентичности.
​Гибкий подход к стенам
Компания Orac, известная дизайнерским декором для стен и богатой коллекцией лепных элементов, представила новинки на выставке Mosbuild 2024.
BIM-модели конвекторов Techno для ArchiCAD
Специалисты Techno разработали линейки моделей конвекторов в версии ArchiCAD 2020, которые подойдут для работы архитекторам, дизайнерам и проектировщикам.
Art Vinyl Click: модульные ПВХ-покрытия от Tarkett
Art Vinyl Click – популярный продукт компании Tarkett, являющейся мировым лидером в производстве финишных напольных покрытий. Его отличают быстрота укладки, надежность в эксплуатации и множество вариантов текстур под натуральные материалы. Подробнее о возможностях Art Vinyl Click – в нашем материале.
Кирпичное ателье Faber Jar: российское производство с...
Уход европейских брендов поставил многие строительные объекты в затруднительное положение – задержка поставок и значительное удорожание. Заменить эксклюзивные клинкерные материалы и кирпич ручной формовки без потери в качестве получилось у кирпичного ателье Faber Jar. ГК «Керма» выпускает не только стандартные позиции лицевого кирпича, но и участвует в разработке сложных авторских проектов.
Systeme Electric: «Технологическое партнерство – объединяем...
В Москве прошел Инновационный Саммит 2024, организованный российской компанией «Систэм Электрик», производителем комплексных решений в области распределения электроэнергии и автоматизации. О компании и новейших продуктах, представленных в рамках форума – в нашем материале.
Новая версия ар-деко
Жилой комплекс «GloraX Premium Белорусская» строится в Беговом районе Москвы, в нескольких шагах от главной улицы города. В ближайшем доступе – множество зданий в духе сталинского ампира. Соседство с застройкой середины прошлого века определило фасадное решение: облицовка выполнена из бежевого лицевого кирпича завода «КС Керамик» из Кирово-Чепецка. Цвет и текстура материала разработаны индивидуально, с участием архитекторов и заказчика.
KERAMA MARAZZI презентовала коллекцию VENEZIA
Главным событием завершившейся выставки KERAMA MARAZZI EXPO стала презентация новой коллекции 2024 года. Это своеобразное признание в любви к несравненной Венеции, которая послужила вдохновением для новинок во всех ключевых направлениях ассортимента. Керамические материалы, решения для ванной комнаты, а также фирменные обои помогают создать интерьер мечты с венецианским настроением.
Российские модульные технологии для всесезонных...
Технопарк «Айра» представил проект крытых игровых комплексов на основе собственной разработки – универсальных модульных конструкций, которые позволяют сделать детские площадки комфортными в любой сезон. О том, как функционируют и из чего выполняются такие комплексы, рассказывает председатель совета директоров технопарка «Айра» Юрий Берестов.
Выгода интеграции клинкера в стеклофибробетон
В условиях санкций сложные архитектурные решения с кирпичной кладкой могут вызвать трудности с реализацией. Альтернативой выступает применение стеклофибробетона, который может заменить клинкер с его необычными рисунками, объемом и игрой цвета на фасаде.
Обаяние романтизма
Интерьер в стиле романтизма снова вошел в моду. Мы встретились с Еленой Теплицкой – дизайнером, декоратором, модельером, чтобы поговорить о том, как цвет участвует в формировании романтического интерьера. Практические советы и неожиданные рекомендации для разных темпераментов – в нашем интервью с ней.
Навстречу ветрам
Glorax Premium Василеостровский – ключевой квартал в комплексе Golden City на намывных территориях Васильевского острова. Архитектурная значимость объекта, являющегося частью парадного морского фасада Петербурга, потребовала высокотехнологичных инженерных решений. Рассказываем о технологиях компании Unistem, которые помогли воплотить в жизнь этот сложный проект.
Вся правда о клинкерном кирпиче
​На российском рынке клинкерный кирпич – это синоним качества, надежности и долговечности. Но все ли, что мы называем клинкером, действительно им является? Беседуем с исполнительным директором компании «КИРИЛЛ» Дмитрием Самылиным о том, что собой представляет и для чего применятся этот самый популярный вид керамики.
Игры в домике
На примере крытых игровых комплексов от компании «Новые Горизонты» рассказываем, как создать пространство для подвижных игр и приключений внутри общественных зданий, а также трансформировать с его помощью устаревшие функциональные решения.
«Атмосферные» фасады для школы искусств в Калининграде
Рассказываем о необычных фасадах Балтийской Высшей школы музыкального и театрального искусства в Калининграде. Основной материал – покрытая «рыжей» патиной атмосферостойкая сталь Forcera производства компании «Северсталь».
Фасадные подсистемы Hilti для воплощения уникальных...
Как возникают новые продукты и что стимулирует рождение инженерных идей? Ответ на этот вопрос знают в компании Hilti. В обзоре недавних проектов, где участвовали ее инженеры, немало уникальных решений, которые уже стали или весьма вероятно станут новым стандартом в современном строительстве.
Сейчас на главной
Трилистник инноваций
В Пекине готов Международный центр инноваций «Чжунгуаньцунь» (ZGC), спроектированный MAD Architects. В апреле здесь уже провели престижный технологический форум.
Олива в кубе
Офис продаж жилого комплекса Moments транслирует покупателям заложенные проектом ценности. Близость природы, красота смены сезонов, изящество архитектурных решений интерпретированы через прозрачный куб, внутри которого растет оливковое дерево. В дальнейшем здание сменит функцию и станет частью входной группы общеобразовательной школы.
Город палимпсест
Довольно интересно рассматривать известные проекты в процессе их жизни. «Городу набережных» Максима Атаянца сейчас – 15 лет от замысла и 9 лет от завершения строительства. Заехали посмотреть: к качеству много вопросов, но, что интересно – архитектурные решения по-прежнему неплохо «держат» комплекс. Смотрите картинки.
Журавли и фонарики
В казанском ресторане Ichi-Go-Ichi-E команда Ideologist создавала азиатский интерьер без привязки к определенной стране или эпохе. Набор визуальных кодов включает отсылки к Японии 1980-х, ночному Гонконгу и футуристичному Сингапуру.
Деревья и арки
В условиях дефицита площади спорткомплекс Шаосинского университета вместил на разных уровнях серию игровых полей и площадок, общественные пространства и даже деревья.
Радиоволна
Бюро «Цимайло Ляшенко и Партнеры» подготовило концепцию приспособления к современному использованию Дома Радио – официальной резиденции Теодора Курентзиса в Петербурге. Проект подчеркнет исторические слои пространств и привнесет новое звучание, связанное с более совершенным техническим оснащением залов.
Жалюзи для льда
В Домодедово по проекту мастерской Юрия Виссарионова построена ледовая арена. Чтобы протяженный фасад, обусловленный техническими характеристиками сооружения для зимних видов спорта, не выглядел однообразным, архитекторы предложили использовать навесные конструкции с разнонаправленными ламелями. Таким образом лед защищается от солнечных лучей, а стена приобретает фактурность и детализацию.
Яхты-лайнеры
Максим Рымарь построил для футбольной команды Сергея Галицкого, с которым работает уже давно, спортивно-оздоровительный комплекс в окрестностях Краснодара. Типология отеля-лайнера, растущего лентами террас на берегу озера – яркое и емкое пластическое высказывание. В плане как три эллиптических лепестка, нанизанных на продольную ось.
Тетрис в порту
Смотровая башня, спроектированная для Старого порта Монреаля бюро Provencher_Roy, и общественная зеленая зона вокруг нее от ландшафтного бюро NIPPAYSAGE вобрали в себя множество элементов местной идентичности.
Стержни и лепестки
Для московского района Преображенское бюро GAFA спроектировало камерный комплекс Artel, который состоит всего из двух корпусов по 12 этажей. Отсылки к ар-деко и его ответвлению – стримлайну – мы нашли не только в архитектуре, но и в благоустройстве, напоминающем поглощенную природой железнодорожную эстакаду.
Закулисная история
В Грозном по проекту Alexey Podkidyshev studio преобразился Театр юного зрителя. Авторы не только разделили исторические объемы и более поздние пристройки, но и превратили невзрачный объект в востребованное общественное пространство.
Место силлы
В Петропавловске-Камчатском прошел конкурс на создание общественно-культурного центра. В финал вышли три бюро, о работе каждого мы считаем важным рассказать. Начнем с победителя – консорциума во главе с Wowhaus.
Памяти Марии Зубовой
Мария Зубова преподавала историю искусства и архитектуры нескольким поколениям студентов МАРХИ. Художник, иконописец, искусствовед, автор учебников, книги о графике Матисса, инициатор переиздания книг Василия Зубова по истории и теории архитектуры, реставрации и христианской философии.
Баланс желтого
Архитекторы АБ ATRIUM, используя свои навыки и знания в области проектирования школ нового поколения, в которых само пространство и пластика – так задумано – работают на развитие ребенка, оживили крупный, хотя и среднеэтажный, жилой комплекс New Питер проектом, где сквозь темный кирпич прорываются лучи желтого цвета, актового зала нет, зато есть четыре амфитеатра, две открытые террасы, парк и возможность использовать возможности школы не только ученикам, но и, по вечерам, горожанам.
Очередной оазис
Stefano Boeri Architetti выиграли конкурс на проект жилого комплекса в Братиславе. Здесь не обошлось без их «фирменных» висячих садов.
Маршрут на выбор
После реновации парк культуры и отдыха Белорецка предлагает посетителям больше сценариев для досуга: на его территории появились экотропа, лестница со смотровой площадкой, музей в водонапорной башне и другие объекты.
Кампус за день
Кто-то в теремочке живет? Рассказываем о том, чем занимались участники хакатона Института Генплана на стенде МКА на Арх Москве. Кто выиграл приз и почему, и что можно сделать с территорией маленького вуза на краю Москвы.
Не-стирание. Памяти Николая Лызлова
Николай Лызлов умер три дня назад, 7 июня. Вспоминаем его архитектуру, старые и новые проекты, построенное и не построенное, принципы и метод, отношение к среде и контексту. Светлая память. Прощание завтра в ЦДА.
Пресса: Город, сделанный из древнерусского
Суздаль: совместное предприятие интеллигенции и власти. Рассказ о Суздале принято начинать, продолжать и заканчивать описанием его средневекового наследия. Слов нет, оно величественно. Три памятника в списке Всемирного наследия ЮНЕСКО говорят сами за себя. Однако исключительность города все же не в них.
Игра в «Тезисы»
Спецпроект АРХ Москвы «Тезисы» в 2024 году – результат и демонстрация профессиональной игры, которая создает условия для рефлексии. По мнению кураторов, времени на нее в современном мире ни у кого не хватает, при этом рефлексия – необходимое условие для роста архитектора. Объясняем правила и пытаемся распутать ход мыслей участников.
Трое и башня
Офисный центр Neuer Kanzlerplatz, построенный в Бонне по проекту бюро JSWD, улучшает связанность городской ткани и интригует объемными фасадами из архитектурного бетона.
Марина Егорова: «Мы привыкли мыслить не квадратными...
Карьерная траектория архитектора Марины Егоровой внушает уважение: МАРХИ, SPEECH, Москомархитектура и Институт Генплана Москвы, а затем и собственное бюро. Название Empate, которое апеллирует к словам «чертить» и «сопереживать», не должно вводить в заблуждение своей мягкостью, поскольку бюро свободно работает в разных масштабах, включая КРТ. Поговорили с Мариной о разном: градостроительном опыте, женском стиле руководства и даже любви архитекторов к яхтингу.
Вертикальный «парк»
Бывшая фабрика электроники в Шэньчжэне превращена по проекту JC DESIGN в многоярусное общественное пространство и офисы для «креативных индустрий».
Зубцами к Неве
Градсовет Петербурга рассмотрел проект жилого комплекса на Матисовом острове, предложенный бюро Intercolumnium. Эксперты отметили ряд проблем, которые касаются композиции, фасадов и сценария жизни в окружении промышленных предприятий.
В центре – пустота
В Лондоне открывается очередной летний павильон галереи «Серпентайн». В этом году южнокорейский архитектор Минсок Чо и его бюро Mass Studies сместили фокус внимания с сооружения на свободное пространство вокруг и внутри него.