English version

Ледниковый период

Заключительная глава истории проекта дома-арки на Можайском шоссе, в которой он перестает быть аркой.

mainImg
Архитектор:
Алексей Бавыкин
Мастерская:
Алексей Бавыкин и партнёры http://www.bavykin.ru/
Проект:
Офисное здание с подземной автостоянкой в 4-х уровнях на Можайском шоссе (вариант 2010 года)
Россия, Москва, Можайское шоссе, вл. 6

Авторский коллектив:
А.Л.Бавыкин, М.М. Марек, Д.Н. Чистов, А.В. Власенко. Главный конструктор проекта – К.О. Кабанов. Главный инженер проекта – Л.Н. Слуцковская.

2009 — 2010

закачик – ООО «МЕДСТРОЙИНВЕСТ»
Новый вариант «Офисного здания на Можайском шоссе» украшает обложку третьего номера журнала «Архитектурный вестник»; в журнале опубликовано интервью с Алексеем Бавыкиным, в котором архитектор рассказывает историю преображения своего проекта. История эта получилась достаточно звучной – во всяком случае, проект в результате изменился практически до неузнаваемости.

Напомним, что проект офисного центра появился в 2006 году. Гигантская, 11-этажная арка казалась одновременно проекцией Триумфальной арки Бове и воспоминанием о руинах римских акведуков, которые похожим образом вплетаются в застройку . Стеклянный нос, вторгающийся в ее проем, напоминал вылетающий из туннеля паровоз, арка же выглядела как преграда «паровозу современности», остаток защитной стены города, преодоленной и как следствие полуразрушенной. Тема эта известная, но дом-арка стал одним из самых емких и точных ее архитектурных воплощений. Об арке на Можайском шоссе хотелось думать, говорить, писать и спорить, а это не то чтобы часто случается с архитектурными проектами. Неудивительно, что дом-арку заметили и критики и коллеги-архитекторы, последовал ряд публикаций, а осенью 2008 года проект был включен в экспозицию российского павильона Венецианской биеннале.

Далее случилось вот что. Некоторое время проект существовал и развивался, мы даже описывали его второй вариант. На чем творческие поиски были завершены и началась, собственно, история. В октябре 2008 года (макет дома-арки в это время еще выставлялся в Венеции) на Общественном совете мэр выразил недовольство проектом, сказав, что здание «выглядит незаконченным», а Юрий Росляк и Юрий Григорьев высказались против «нарочной руинированности» здания. Проект рекомендовали переделать и арку убрать. Сразу же после совета на портале OpenSpace появилась статья архитектора и критика Кирилла Асса, – автор довольно жестко критиковал проект за «упрощение архитектурной идеологии» и предлагал «найти более точную и сложную мысль»; по его мнению, именно «простая концепция здания» не понравилась мэру.

Рискуя прослыть простушкой, все же замечу, что таким образом все, кто написал про этот проект, разделились на две очевидные части (чтобы не сказать на два лагеря): историкам и искусствоведам заложенный в него сюжет скорее понравился, а единственный написавший об этой истории архитектор раскритиковал этот сюжет в пух. К слову замечу, что таким образом в нашей прессе случилась уже почти что дискуссия. А дискуссии об архитектурных проектах – не скандалы, как вокруг Мариинки или Охта-центра, а именно рассуждения, не чуждые мнений о художественном замысле, – настолько редко возникают на нашем постсоветском пространстве, что уже один этот факт сам по себе заставляет признать проект Бавыкина скорее интересным, чем рядовым.

После того, как совет отверг арку, в состав авторского коллектива здания на Можайском шоссе был включен Юрий Григорьев, и проект был изменен. Переработанный вариант Общественный совет согласовал в июне 2009; мэр, правда, выразил недовольство также и новым вариантом, назвав его «уродищем» и сравнив, почему-то, с горнолыжным спуском Михаила Хазанова в Красногорске. В мае 2010 Алексей Бавыкин показал новый вариант дома на выставке в здании Союза архитекторов России; выставка так и называлась – «Метаморфозы» и превращение арки было на ней одним из главных сюжетов.

Мне кажется, в истории переделки этого проекта есть какие-то странности и нестыковки. Во-первых, когда проект «завалили», то все выступавшие против него критиковали руину, а не арку. А убрали арку. Мне тогда сразу показалось странным, что мэру не понравилась арка, ведь обычно ему арки нравились. На втором совете, где проект приняли, но обозвали уродищем, обидный эпитет был связан с Красногорским горнолыжным спуском. Какая часть проекта здания на Можайском шоссе похожа на красногорский спуск? Правильно, горизонтальная балка, прорезавшая арку. Значит, Юрию Лужкову все-таки не понравился именно стеклянный объем – это вполне логично, они никогда ему не нравились. Но убрали-то арку! Если говорить о вкусах Юрия Лужкова, надо было ожидать, что уберут стеклянный корпус, а арку оставят, но получилось наоборот. По-моему, это нелогично.

Далее, во-вторых, Юрий Григорьев – которого затем включили в авторский коллектив – и которому следовательно по логике вещей принадлежит инициатива по убиранию арки, – тоже, вроде бы, всегда был противником «палок» и призматических американских небоскребов периода холодной войны. Известны даже случаи, когда по инициативе этого архитектора в проектах насквозь геометрически-модернистских появлялись эдакие арочки. Хотя надо признать, что те арочки, которые появлялись по инициативе этого архитектора, были несколько мельче, чем арка Бавыкина. Но все же, это нелогично, что человек в одни проекты добавляет арочки, а в других убирает арку. Считайте меня простушкой, но я не понимаю, почему так происходит. И даже подозреваю, что это в принципе невозможно объяснить – почему вдруг все, кто вроде бы раньше любил арочные формы в разных воплощениях (исключая Кирилла Асса, о его отношениях с арками мне ничего не известно) – в данном случае оказались против арки Бавыкина и извели-таки ее под корень. Я думаю, что это будет загадка истории.

Но продолжим. Летом в журнале «Архитектурный вестник» появилось интервью, в котором Алексей Бавыкин рассказывал историю проекта от первого лица. Из этого рассказа становится ясно, почему именно автор, после того как его художественное решение было, скажем прямо, по вполне произвольным соображениям, отвергнуто советом, не бросил проект и не отказался продолжать работу. Причина проста – злополучный совет пришелся аккурат на начало кризиса, на тот момент, когда российские архитекторы и заказчики начали ощущать его давление в полную силу. А за здание на Можайском шоссе, по словам Алексея Бавыкина, «…наш добрый, доверчивый заказчик заплатил большую часть денег за стадию «проект» и часть денег за рабочую документацию», – кризис не позволял вернуть деньги, и архитекторы были вынуждены волей-неволей заканчивать работу исходя из сложившихся условий. Впрочем, теперь, когда новый проект готов, Алексей Бавыкин никого не винит – ни мэра, произвол которого разрушил первоначальный замысел, ни заказчика, который не смог или не захотел защищать этот замысел перед властью. Архитектор слегка кивает лишь в сторону выставки на биеннале – мол, судьба многих других «соседей» по павильону тоже оказалась неудачной. А все почему? На открытии крыша протекла… Ну да вернемся от суеверий обратно к реальности и взглянем на то, что получилось в результате, на третью редакцию здания на Можайском шоссе.

Задуманное с самого начала пересечение двух объемов: длинного, направленного вдоль шоссе и короткого, стоящего поперек, сохранилось. Арка превратилась в кубический стеклянный пилон с плоскими непрозрачными тягами на ребрах-углах и карнизах. Эта тема близка равно архитектуре начала 1930-х и конца 1970-х, получившийся пилон напоминает звено портика библиотеки Ленина Щуко-Гельфрейха и одновременно – портик музея (тоже Ленина), построенного Леонидом Павловым в Горках. Возможно, есть и другие, более близкие аналогии, где-то в архитектуре музеев и театров семидесятых, но смысл один – прошиваемый объем у Бавыкина сохранил черты классики (в ее очень облегченной редакции позднего модернизма); прошивающий же «нос» так и остался ракетой-локомотивом. То есть пластический сюжет, строго говоря, никуда не делся, но целое приобрело отчетливые черты сходства с архитектурой 70-х–80-х, – именно так, кстати говоря, определяет его и сам автор, добавляя, что новый вариант ему нравится, что этот вариант, может быть, будет еще и получше предыдущего. Мало кто верит этому утверждению, считая его кокетством и попыткой faire la bonne mine au mauvais jeu; а зря, потому что архитектор, на самом деле, прав.

По словам Алексея Бавыкина, первоначально объемы здания архитекторы были высчитаны исходя из параметров инсоляции; проще говоря, архитекторы нарисовали его так, чтобы не заслонять солнечный свет жителям близлежащих панельных домов. Чуть позже, стремясь сделать дом более заметным и завязать диалог с центром города, одну его часть превратили в арку, «увидев» ее в уже определенном объеме. Микеланджело говорил, что любая скульптура спрятана в куске камня, задача скульптора лишь освободить ее; архитекторы сделали нечто подобное, «освободили» арку из объема. То, что произошло потом (после включения Юрия Григорьева в авторский коллектив), может показаться процессом, направленным вспять: если сначала архитекторы «разглядели» арку внутри призмы и дали ей выкристаллизоваться, то затем они «закутали» ее обратно в объем.

Разумеется, никакой арки внутри нет; есть стекло, светящееся ночью, очень современный и модернистский образ, есть красивые панорамные лифты, которые будут сквозить вверх-вниз над шоссе. Но зная историю проекта, можно подумать, что он, попав в неблагоприятную среду, оделся в стеклянный чехол, спрятался от глаз. Образно говоря, арка «вмерзла» в квадратный стеклянный айсберг, как мамонт в свою сибирскую льдину… Наверное, теперь сложностей в архитектурном замысле (которых просил в своей статье Кирилл Асс) будет достаточно. Однако сам Бавыкин в интервью говорит прямо обратное – замысел упрощен.

Но сравнения – сравнениями, а всю эту историю с убиранием арки из проекта так и тянет прокомментировать. Коллегиальность это хорошо, но ведь нивелируется авторский замысел. Пройдя через жернова согласований, московские проекты становятся до некоторой степени результатом коллективного творчества, приобретают оттенок этакой соборности. Это уже не архитектурный цех, а костромская артель какая-то получается: Антип предложил, Лаврентий поправил. У цеха задачи другие: защищать рынок, например, для того, чтобы всем его (цеха) участникам хватало заказов. И следить за тем, чтобы мастера внутри цеха не обижали друг друга… Да что тут говорить, ледниковый период.

Может быть, с уходом Юрия Михайловича будет оттепель? Может, арку вернут? Или экологическая ниша так и останется за мамонтами?

Офисное здание с подземной автостоянкой в 4-х уровнях на Можайском шоссе. Вариант 2010 года (третий вариант). Проектировщик: Мастерская архитектора Бавыкина
Офисное здание на Можайском шоссе. Вариант 2006-2007 годов (первый вариант)
Офисное здание на Можайском шоссе. Вариант 2006-2007 годов (первый вариант)
Дом-арка на Можайском шоссе. Проект. Эскиз. 2007 г. (первый вариант)
Офисное здание на Можайском шоссе. Вариант 2008 года (второй вариант) © Мастерская архитектора Бавыкина
Офисное здание на Можайском шоссе. Вариант 2008 года (второй вариант)
Офисное здание на Можайском шоссе. Вариант 2008 года (второй вариант)
Офисное здание на Можайском шоссе. Вариант 2008 года (второй вариант). Интерьер атриума с бетонным сводом.
Офисное здание на Можайском шоссе. Вариант 2010 года (третий вариант). Проектировщик: Мастерская архитектора Бавыкина
удалить изображение Офисное здание на Можайском шоссе. Вариант 2010 года (третий вариант)
Офисное здание на Можайском шоссе. Вариант 2010 года (третий вариант). Западный фасад
Офисное здание на Можайском шоссе. Вариант 2010 года (третий вариант). Южный фасад
Офисное здание на Можайском шоссе. Вариант 2010 года (третий вариант). Северный фасад
Офисное здание на Можайском шоссе. Вариант 2010 года (третий вариант). Восточный фасад
Схема расположения в городе
Офисное здание на Можайском шоссе. Вариант 2010 года (третий вариант). Генеральный план
Архитектор:
Алексей Бавыкин
Мастерская:
Алексей Бавыкин и партнёры http://www.bavykin.ru/
Проект:
Офисное здание с подземной автостоянкой в 4-х уровнях на Можайском шоссе (вариант 2010 года)
Россия, Москва, Можайское шоссе, вл. 6

Авторский коллектив:
А.Л.Бавыкин, М.М. Марек, Д.Н. Чистов, А.В. Власенко. Главный конструктор проекта – К.О. Кабанов. Главный инженер проекта – Л.Н. Слуцковская.

2009 — 2010

закачик – ООО «МЕДСТРОЙИНВЕСТ»

05 Октября 2010

Год 2021: что говорят архитекторы
Вот и наш новый опрос по итогам 2021 года. Ответили 35 архитекторов, включая главных архитекторов Москвы и области. Обсуждают, в основном, ГЭС-2: все в восторге, хотя критические замечания тоже есть. И еще почему-то много обсуждают минимализм, нужен и полезен, или наоборот, вреден и скоро закончится. Всем хорошего 2022 года!
Парение свечей
Проект установки памятного знака журналистам, погибшим при исполнении профессионального долга – победившая в конкурсе работа скульптора Бориса Чёрствого, умершего в этом году, и архитекторов Алексея и Натальи Бавыкиных – не слишком типичный для современной Москвы, и поэтому актуальный и важный памятник.
Лучший – в Латвии
Объявлен лауреат премии союза московских архитекторов – им, как мы и предсказывали, стал Тотан Кузембаев с усадьбой Клаугис, широко известной в узких кругах. Среди номинантов ATRIUM, DNK ag, IND architects, AI architects.
Тень тени
Проект офисного здания на Можайском шоссе вновь утвержден в новой версии Алексея Бавыкина.
Брюсов брат
Алексей Бавыкин спроектировал здание, продолжающее и по-своему развивающее пластические темы дома в Брюсовом переулке. Главной темой в нем стала вечная: борьба вертикалей с горизонталью. Она отсекает, они – прорываются.
«Дуло» в спину авангарда
В проекте здания в Третьем Автозаводском проезде пришлось, по настоянию московских властей, изменить функцию. Вслед за ней изменили и проект, углубив заложенную в нем мысль лет этак на пятьсот. Была колонна в теле авангарда, стала – башня.
Музей света
Проект Музея второй мировой войны в Гданьске, сделанный Алексеем Бавыкиным для открытого международного конкурса, наделен очевидным и романтическим сюжетом. Это светлый храм-замок, вырастающий на пути гигантского снаряда.
Палуба для «Титаника»
Вслед за высотным «Титаником» мастерская «Алексей Бавыкин и партнеры» спроектировала на Альпийской улице города Сочи малоэтажный жилой комплекс галерейного типа.
Метаморфозы разнообразия
18 мая в выставочном зале Союза архитекторов России открылась выставка работ последних лет архитектурной мастерской «Алексей Бавыкин и партнеры». Получившая название «Метаморфозы», она открывает цикл экспозиций, посвященных актуальной практике лучших архитектурных бюро России. Пример Алексея Бавыкина и его команды показывает, что даже в кризис работа кипит.
Желтый лист осенний
На самом краю жилого района Строгино архитектор Алексей Бавыкин спроектировал высотный жилой дом под названием «Золотая осень». Это светло-палевая башня, прикрытая гигантским золотистым «листом», указывающим, как стрелка, в сторону центра города.
В отсутствие проекта планировки
10 февраля на рассмотрение архитектурного совета Москвы были представлены проекты Владимира Плоткина и Алексея Бавыкина. Эксперты высоко оценили оба проекта, однако первый был одобрен для показа на Общественном совете, а второй – отложен до того момента, когда НИиПИ Генплана разработает проект планировки территории, на которой расположен участок будущего строительства.
Кризиса как и не бывало. Заседание Общественного совета...
24 июня общественный совет начался с благоустроительной темы, «городской мебели» и городских туалетов. А далее рассматривал на редкость крупные проекты, как будто и не кризис на дворе. Был поддержан проект общей площадью 1 000 000 кв. м на пересечении Варшавского шоссе и МКАД, а также бизнес-комплекс на Малой Почтовой, за новым корпусом Бауманского института. Похвалили, но воздержались от согласования очередной высотки в составе ММДЦ «Сити» на участке № 20. На проект музея «Танка Т-34» решили объявить конкурс. В заключение мэр принял проект дома-арки Алексея Бавыкина на Можайском шоссе.
«Золотому острову» быть. Хотя бы в северной части....
Главной интригой прошедшего в среду общественного совета был проект планировки северной части «Золотого острова» – с четвертого раза его утвердили. Рассмотрели также проекты воссоздания построек Сретенского монастыря, гостиницу напротив Храма Христа Спасителя, три МФК - в Строгино, в районе Нижегородской улицы, а также недалеко от «Москва-Сити» на Шмитовском проезде, проект планировки поселка «Восточный» на Щелковке, и два отдельных здания – новую гостиницу «Киевская» и дом-арку Алексея Бавыкина на Можайском шоссе.
Дом-арка
На Можайском шоссе начинается строительство офисного здания по проекту Алексея Бавыкина. Как считает автор, на последнем этапе ему удалось внести существенные изменения, которые позволили лучше раскрыть важную для архитектора тему
Авангардная доминанта
Строительство башни «ВДНХ» Алексея Бавыкина завершилось прошедшей весной. 35-этажная доминанта, архитектура которой верна духу и букве поисков русского рационализма, стала заметным акцентом в панорамах севера Москвы и при этом умудрилась не подавить ближайшее окружение
Дикий ордер
Дом с деревьями на фасаде в Брюсовом переулке, о проекте которого мы писали относительно недавно, построен уже практически целиком – осталась только внутренняя отделка, и теперь появилась возможность увидеть его вживую. Благодаря экскурсии, организованной 7 апреля проектом «Свобода доступа», нам удалось посмотреть на дом не только снаружи, но и изнутри и даже посмотреть на Москву с его балкона
Проросший историзм
Здание, которое должно появиться на Можайском шоссе, состоит из 11-этажной «каменной» арки и врезанного в нее под прямым углом футуристического объекта. Первое впечатление – что в руине римского акведука открылся портал, наподобие киношных «звездных врат», и сквозь него в наше пространство проник стеклянный «пришелец»
Колонна в теле авангарда
Офисное здание Бавыкина для Автозаводской улицы – это погружение в архитектурный язык Ильи Голосова, то ли в шутку, то ли всерьез демонстрирующее классические истоки поисков знаменитого авангардиста
Дом на Херсонской
Двадцатипятиэтажный жилой дом  вторит дуге  Херсонской улицы. Всем своим видом здание показывает что оно принадлежит, во-первых, городу, во-вторых, большому многофункциональному комплексу, который планируется построить рядом
Дом-улица
Алексей Бавыкин представил проект нового многофункционального комплекса на 1-ой улице Ямского поля, д. 12
Башня «ВДНХ»
К северу от территории ВВЦ, на Сельскохозяйственный улице, растет новая, яркая  высотная доминанта – строится жилой небоскреб по проекту Алексея Бавыкина
Пластика для улицы
В начале Нижней Красносельской улицы начинается строительство нового офисного здания по проекту Алексея Бавыкина. Будучи построен, этот небольшой дом имеет все шансы распространить свое обаяние на весь прилегающий квартал
Титаник
Алексей Бавыкин строит жилой комплекс в Сочи на пересечении Кубанской улицы и Морского переулка
Полеты
Архитектор Алексей Бавыкин, известный своим почтительным отношением к наследию русского конструктивизма, спроектировал жилой многофункциональный комплекс «Дирижабль» на Профсоюзной улице в Москве
Похожие статьи
Вершины социальной экологии
Четыре бюро – ATI Project, a-fact, Weber Architects и Parcnouveau – совместными усилиями выиграли конкурс на проектирование экологичного и «социального» жилого квартала Берталия-Лазаретто на окраине Болоньи.
Террасное построение
ЖК «Ривер Парк» оформил берег Нагатинского затона надежно и уверенно. Здесь и общественная набережная, и приподнятые над городом дворы со связывающими их пешеходными мостиками, и кирпичные фасады. Самое интересное – отыскивать в этом внушительном и респектабельном высказывании нюансы реакции на контекст, так же как и ростки мегалитического мышления.
«Джинсовый» фасад
Спортивный зал в Ниме на юге Франции по проекту бюро Ateliers A+ получил фасад, вдохновленный текстильной историей города.
Где свить гнездо?
Башня Park Court Jingu Kitasando по проекту бюро Hoshino Architects в центре Токио визуализирует размышления архитекторов на тему дома как гнезда.
Энергетическая педагогика
Эко-теплоцентраль по проекту бюро FRPO Rodríguez & Oriol на севере Испании помимо основной функции служит также образовательным центром в сфере «зеленой» энергетики.
От мельницы к винному прессу
Новая винодельня в Бретани, продолжающая местные традиции производства вина, получила погреб по проекту Carmen Maurice Architecture, в центре которого – историческая мельница.
Планы на жизнь
Мастер-план для жилого района «Притяжение» в Набережных Челнах бюро «А.Лен» создавало с оглядкой на специфическую градостроительную ситуацию и частично реализованные решения первой очереди. Однако на первый план выдвинуло собственные ценности: зеленый каркас, систему акцентов, иерархию пространств, приоритет пешехода. Вопроса, чем будут жильцы заниматься в своем микрорайоне, после этого не возникает.
Полезная зацикленность
Тайваньское бюро Bio-architecture Formosana спроектировало для города Тайнань экспериментальный жилой комплекс, соответствующий всем принципам экономики замкнутого цикла.
Вилла-мост
Дом по проекту бюро Tetro на южнобразильском острове Санта-Катарина максимально использует живописный ландшафт – горы и океанский залив.
Новый путь
Обошли со всех сторон D_Станию – депо 1906 года, реконструированное с сохранением промышленного здания столетней давности по проекту Сергея Труханова и T+T Architects. Работа над интерьерами, а внутри планируются рестораны и общественные пространства, пока еще только идет, но и снаружи есть на что посмотреть. Тут можно изучить сочетание старого и нового кирпича, авторский взгляд на романтику руины, и оценить вновь выстроенный пешеходный путь: через арки БЦ Ситидел на улицу Казакова.
«Европейский престиж»
Бюро KCAP выиграло конкурс на проект двух жилых небоскребов в Братиславе; один из них претендует на звание второго по высоте здания ЕС.
Память о работе
Крупную нефтебазу 1960-х, расположенную в Ханчжоу прямо на берегу Великого канала, Кэнго Кума превратил в современный индустриальный парк Сяохэ.
Жить в золоте
Многоквартирный дом Cœur Atlantis в южном пригороде Парижа по проекту роттердамского бюро KCAP.
Балкон над долиной
Вилла на севере Ливана по проекту местного бюро BLANKPAGE Architects раскрывается над зеленой приморской долиной как панорамная терраса.
Золотая коронка
Концепцию стоматологической клиники в Екатеринбурге бюро CNTR обозначило как mouth full of gold: белоснежные стены из керамогранита оттеняют матовые латунные детали. Чтобы отсылка не стала слишком прямолинейной, архитекторы сосредоточились на пропорциях здания, лавируя между инсоляционными и пожарными ограничениями.
Собор для туристов
Трехнефный вокзал для линии скоростной железной дороги по проекту gmp в Наньчане облегчит путь на работу жителям, а туристам – доступ к ключевым достопримечательностям региона.
Древнеримский порядок
Учебный корпус CuBo Римского биомедицинского университета по проекту бюро Labics соединяет в себе открытость и ориентированность на коммуникацию с жесткой матрицей древнеримского градостроительства.
Вызов технический и туристический
Смотровые платформы над рекой Нуцзянь в Тибете по проекту бюро Archermit задуманы как вызов для путешествующих по западу Китая туристов, но экстремальные условия Сычуаньских Альп потребовали максимальных усилий и от архитекторов, конструкторов и строителей.
Шаг вперед
Жилой комплекс HIDE стал для архитекторов ADM, Андрея Романова и Екатерины Кузнецовой, существенным рубежом в поиске новой пластики высотных башен: гибкой и дискретной, позволяющей оживлять объем и силуэт, моделировать форму. За последние годы подход стал «фирменной фишкой» ADM, а его в становлении ключевую роль сыграла, в частности, золотистая башня HIDE. Рассказываем историю, рассматриваем подробности построения комплекса, находим его стержень.
Роль фактуры
Активная поверхность бетона на фасадах и в интерьерах – основа архитектурного образа виллы в пригороде Бразилиа по проекту Studio Bruno Porto.
Золото в песках
В Дубае открылся офис трансконтинентальной компании, связанной с добычей и обработкой ресурсов. Его интерьер реализован по проекту T+T Architects, а они мастера своего дела, умеют организовать пространство современно, разнообразно, гибко и оригинально. В данном случае на представительском этаже «царит» гигантская, облицованная золотистой латунью, перегородка, а контекстуально обоснованный фон дает слоистая фактура прессованной земли.
Временно белоснежный дракон
В китайском Уси после реконструкции по проекту бюро Wutopia Lab открылся парковый павильон Emerald Screen Pergola: эта белоснежная эфемерная конструкция скоро действительно станет изумрудно-зеленой.
Механическое «облако»
Инженерно-технический корпус Cloud Engine по проекту шанхайского бюро XING DESIGN переосмысляет тип инфраструктурного объекта в парковом окружении.
Арочные традиции
В интерьерах Центра исполнительских искусств в шанхайском комплексе New Bund 31 главную роль играет мотив арок, напоминающий об античных аренах. Авторы проекта – Neri&Hu Design and Research Office.
Бюро эпохи Возрождения
В проектировании новой штаб-квартиры компании BIG в Копенгагене были задействованы все ее подразделения: архитекторы, конструкторы, городские планировщики, ландшафтные архитекторы и промышленные дизайнеры.
Технологии и материалы
Инновационные технологии КНАУФ в строительстве областной...
В новом корпусе Московской областной детской больницы имени Леонида Рошаля в Красногорске реализован масштабный проект с применением специализированных перегородок КНАУФ. Особенностью проекта стало использование рекордного количества рентгенозащитных плит КНАУФ-Сейфборд, включая уникальные конструкции с десятислойным покрытием, что позволило создать безопасные условия для проведения высокотехнологичных медицинских исследований.
Дизайны дворовых пространств для новых ЖК: единство...
В компании «Новые Горизонты», выступающей на российском рынке одним из ведущих производителей дизайнерских и серийных детских игровых площадок, не только воплощают в жизнь самые необычные решения архитекторов, но и сами предлагают новаторские проекты. Смотрим подборку свежих решений для жилых комплексов и общественных зданий.
Невесомость как конструктив: минимализм в архитектуре...
С 2025 года компания РЕХАУ выводит на рынок новинку под брендом RESOLUT – алюминиевые светопрозрачные конструкции (СПК), демонстрирующие качественно новый подход к проектированию зданий, где технические характеристики напрямую влияют на эстетику и энергоэффективность архитектурных решений.
Архитектурная вселенная материалов IND
​Александр Князев, глава департамента материалов и прототипирования бюро IND Architects, рассказывает о своей работе: как архитекторы выбирают материалы для проекта, какие качества в них ценят, какими видят их в будущем.
DO buro: Сильные проекты всегда строятся на доверии
DO Buro – творческое объединение трех архитекторов, выпускников школы МАРШ: Александра Казаченко, Вероники Давиташвили и Алексея Агаркова. Бюро не ограничивает себя определенной типологией или локацией, а отправной точкой проектирования называет сценарий и материал.
Бриллиант в короне: новая система DIAMANT от ведущего...
Все более широкая сфера применения широкоформатного остекления стимулирует производителей расширять и совершенствовать свои линейки. У компании РЕХАУ их целых шесть. Рассказываем, почему так и какие возможности дает новая флагманская система DIAMANT.
Бюро .dpt – о важности материала
Основатели Архитектурного бюро .dpt Ксения Караваева и Мурат Гукетлов размышляют о роли материала в архитектуре и предметном дизайне и генерируют объекты из поликарбоната при помощи нейросети.
Теневая игра: новое слово в архитектурной солнцезащите
Контроль естественного освещения позволяет создавать оптимальные условия для работы и отдыха в помещении, устраняя блики и равномерно распределяя свет. UV-защита не только сохраняет здоровье, но и предотвращает выцветание интерьеров, а также существенно повышает энергоэффективность зданий. Новое поколение систем внешней солнцезащиты представляет компания «АЛЮТЕХ» – минималистичное и функциональное решение, адаптирующееся под любой проект.
«Лазалия»: Новый взгляд на детскую игровую среду
Игровой комплекс «Лазалия» от компании «Новые Горизонты» сочетает в себе передовые технологии и индивидуальный подход, что делает его популярным решением для городских парков, жилых комплексов и других общественных пространств.
​VOX Architects: инновационный подход к светопрозрачным...
Архитектурная студия VOX Architects, известная своими креативными решениями в проектировании общественных пространств, уже более 15 лет экспериментирует с поликарбонатом, раскрывая новые возможности этого материала.
Свет, легкость, минимализм: поликарбонат в архитектуре
Поликарбонат – востребованный материал, который помогает воплощать в жизнь смелые архитектурные замыслы: его прочность и пластичность упрощают реализацию проекта и обеспечивают сооружению долговечность, а характерная фактура и разнообразие колорита придают фасадам и кровлям выразительность. Рассказываем о современном поликарбонате и о его успешном применении в российской и международной архитектурной практике.
​И шахматный клуб, и скалодром: как строился ФОК...
В 2023 году на юго-востоке Москвы открылся новый дворец спорта. Здание напоминает сложенный из бумаги самолётик. Фасадные и интерьерные решения реализованы с применением технологий КНАУФ, в том числе системы каркасно-обшивных стен (КОС).
​За фасадом: особенности применения кирпича в современных...
Навесные фасадные системы (НФС) с кирпичом – популярное решение в современной архитектуре, позволяющие любоваться эстетикой традиционного материала даже на высотных зданиях. Разбираемся в преимуществах кирпичной облицовки в «пироге» вентилируемого фасада.
Силиконо-акрилатная штукатурка: секрет долговечности
Компания LAB Industries (ТМ Церезит) представила на рынке новый продукт – силиконо-акрилатную штукатурку Церезит CT 76 для фасадных работ. Она подходит для выполнения тонкослойных декоративных покрытий интенсивных цветов, в том числе самых темных, гарантируя прочность и устойчивость к внешним воздействиям.
Свет и материя
​В новой коллекция светильников Центрсвет натуральные материалы – алебастр, латунь и кожа – создают вдохновляющие сюжеты для дизайнеров. Минимализм формы подчеркивается благородством материала и скрывает за собой самую современную технологию.
Teplowin: новое имя, проверенный опыт в фасадном строительстве
Один из крупнейших производителей светопрозрачных конструкций на российском строительном рынке – «ТД Окна» – объявил о ребрендинге: теперь это бренд Teplowin, комплексный строительный подрядчик по фасадам, осуществляющий весь спектр услуг по производству и установке фасадных систем, включая алюминиевые и ПВХ конструкции, а также навесные вентилируемые фасады.
Сейчас на главной
Пресса: Город, спрятавший свои памятники
Псков: тяжелая судьба генплана и интуиционная реставрация.

Рассказ о том, как при восстановлении Пскова столкнулось три градостроительные концепции от разных авторов, кто кого съел и почему город теперь так выглядит. Получается, Псков теперь – фентези.
Коронованный корень
К бруталистской башне в самом сердце 12-го округа Парижа бюро Maud Caubet Architectes отнеслось как к королеве и увенчало её эффектной стеклянной «короной».
Пара театралов
Градостроительный совет Петербурга высоко оценил проект дома на проспекте Римского-Корсакова, который должен заменить советскую диссонируюущую постройку. «Студия 44» предложила соответствующие исторической части города габариты и выразительное фасадное решение, разделив дом на «женскую» и «мужскую» секции. Каскады эркеров дополнит мозаика по мотивам иллюстраций Ивана Билибина.
Звери в пещере
В Музее искусства Санкт-Петербурга XX-XXI веков открылась выставка «Анималистика. И в шутку, и всерьез». Архитектурной частью занималась мастерская «Витрувий и сыновья», которая превратила один из залов в пещеру Альтамира. А во дворе музея появилась ёлка, претендующая на звание самой оригинальной и фотогеничной в городе.
Река и форм, и смыслов
Бюро ATRIUM славится вниманием к пластичной форме, современному дизайну и даже к новым видам интеллекта. В книге-портфолио Вера Бутко и Антон Надточий представили работу компании как бурный поток: текстов, графики, образов... Это делает ее яркой феерией, хотя не в ущерб системности. Но система – другая, обновленная. Как будто фрагмент метавселенной воплотился в бумажном издании.
Лунка и сопка
Гольф-поле, построенное на окраине Красноярска по проекту местного бюро Проектдевелопмент, включает Академию – крытую часть для отработки ударов. Здание построено из клееных балок, а его форма соответствует ландшафту и очертаниям сопок.
Жизнестроительство на своей шкуре
Какая шкура у архитектора? Правильно, чаще всего черная... Неудивительно, что такого же цвета обложка новой книги издательства TATLIN, в которой – впервые для России – собраны 52 собственных дома современных архитекторов. Есть известные, даже знаменитые, есть и совершенно малоизвестные, и большие, и маленькие, и стильные, и диковинные. В какой-то мере отражает историю нашей архитектуры за 30 лет.
Квартальная изолиния
Еще один конкурсный проект жилого комплекса на берегу Волги в Нижнем Новгороде подготовила «Студия 44». Группа архитекторов под руководством Ивана Кожина пришла к выводу, что неправильно в таком месте использовать регулярно-квартальную планировку и выработала индивидуальный подход: цепочку из парцеллированных многосекционных домов, которая тянется вдоль всей набережной. Рассказываем об особенностях и преимуществах приёма.
Двенадцать модулей эффективности для Гродно
В последний день ноября в Минске подвели итоги I Белорусского конкурса на разработку эффективной среды жилого квартала в Гродно. В конкурсе приняли активное участие российские архитекторы. Победу одержал проект «12 sq», разработанный авторским коллективом архитектурного бюро «НИТИ» из Уфы. Рассказываем подробно о победителе и остальных лауреатах конкурса
Конкурс: плата за креатив?
Со дня на день ждем объявления результатов конкурса группы «Самолет» на участок в Коммунарке. А пока делимся впечатлениями главного редактора Юлии Тарабариной – ей удалось провести паблик-толк, который технически был посвящен взаимодействию девелопера и архитекторов, а получился разговором о плюсах и минусах конкурсной практики.
Арх подарки
Собрали десять идей для подарков, так или иначе связанных с архитектурой. Советуем книги, впечатления, функциональные и просто красивые объекты: от оправ Кенго Кума и кинетических скульптур до кирпичей Фальконье и формочек для выпечки метлахской плитки.
Воспитание преемственностью
Объект культурного наследия на территории нового жилого комплекса часто воспринимается застройщиком как обременение. Хотя вполне может стать «продающей» и привлекающей внимание особенностью. Один из таких примеров реализован в петербургском ЖК «Кантемировский 11», где по проекту НИиПИ Спецреставрация фабрику начала XX века приспособили под школу и детский сад.
Левитация памяти
CITIZENSTUDIO спроектировали и реализовали памятник жертвам Холокоста в Екатеринбуге. В него включены камни из десяти мест массовой гибели евреев во время Великой Отечественной. На каждом табличка. И еще, хотя и щемяще-мемориальный, хрупкий и открытый. К такому памятнику легко подойти.
Пресса: Как Остоженка стала образцом архитектуры и символом...
Обозреватель Павел Зельдович поговорил с теми, кто формировал современный облик Остоженки. А фотограф Михаил Розанов любезно предоставил «Снобу» свои снимки. Кроме того, в материале использованы фото старой Остоженки Бориса Томбака и одного из главных архитекторов проекта Андрея Гнездилова.
Вершины социальной экологии
Четыре бюро – ATI Project, a-fact, Weber Architects и Parcnouveau – совместными усилиями выиграли конкурс на проектирование экологичного и «социального» жилого квартала Берталия-Лазаретто на окраине Болоньи.
Мандариновый рай
Выставка Москомархитектуры в Центре Зотов апеллирует непосредственно к эмоциям зрителей и выстраивает из них цепочку наподобие луна-парка или квест-рума, с большой плотностью и интенсивностью впечатлений. Характерно, что нас ведут от ностальгии и смятения с озарению и празднику, совершенно китчевому, в исполнении главных кураторов. Похоже, через праздник придется пройти всем.
Радушный мицелий
Проект гостинично-оздоровительного комплекса для эко-парка «Ясно-поле» отталкивается от технологии – по условиям конкурса, его будут печатать на 3D-принтере. В поисках подходящей «слоистой» фактуры арт-группа Nonfrozenarch обратилась к царству грибов.
Археология модернизма: первая работа Нины Алешиной
Историю модернизма редко изучают так, как XVIII или XIX век – с вниманием к деталям, поиском и атрибуциями. А вот Александр Змеул, исследуя творчество архитектора Московского метро Нины Алешиной, сделал относительно небольшое, но настоящее открытие: нашел ее первую авторскую реализацию. Это вестибюль станции «Проспект Мира» радиальной линии. Интересно и то, что его фасад 1959 года просуществовал менее 20 лет. Почему так? Читайте статью.
Канон севера
Проект храмового комплекса рядом со студенческим городком СПбГУ в Петергофе включает отсылки к северному модерну и конструктивизму. Мастерская «Прохрам» не боится сочетать «плинфу» и кортен, а также использовать не самые традиционные формы. Однако первый вариант, признанный архитектурным сообществом, пришлось всё же скорректировать в соответствии с пожеланиями заказчика. Помимо культовых сооружений комплекс предложит пригороду Петербурга социальные, образовательные и общественные площадки.
Учебник рисования?
Вообще так редко бывает. Ученики Андрея Ивановича Томского, архитектора, но главное – преподавателя академического рисунка, собрались и издали его уроки и его рисунки, сопроводив целой серией воспоминаний. Получилась книга теплая и полезная для тех, кто осваивает рисунок, тоже. Заметно, что вокруг Томского, действительно, образовалось сообщество друзей.
«Джинсовый» фасад
Спортивный зал в Ниме на юге Франции по проекту бюро Ateliers A+ получил фасад, вдохновленный текстильной историей города.
Террасное построение
ЖК «Ривер Парк» оформил берег Нагатинского затона надежно и уверенно. Здесь и общественная набережная, и приподнятые над городом дворы со связывающими их пешеходными мостиками, и кирпичные фасады. Самое интересное – отыскивать в этом внушительном и респектабельном высказывании нюансы реакции на контекст, так же как и ростки мегалитического мышления.
Остов кремля, осколки метеорита
Продолжаем рассказывать о конкурсных проектах жилого района, который GloraX планирует строить на набережной Гребного канала в Нижнем Новгороде. Бюро Asadov работало над концепцией через погружение в идентичность, а сторителлинг помог найти опорную точку для образного решения: генплан и композиция решены так, словно на прото-кремль упал метеорит. Удивлены? Ищите подробности в нашем материале.
Девица в светёлке
В интерьере шоу-рума компании «Крестецкая строчка» в петербургском пассаже бюро 5:00 am соединило театральность, неорусский стиль и современные детали: сундуки с «приданым», наличники и занавес сочетаются с нержавеющей сталью и стеклом.
Теория невероятности
Выставка «Русское невероятное» в Центре Зотов красивая и парадоксальная. Современная тенденция сопоставлять разные периоды, смешивать, да и что там, удивлять, здесь доведена до определенной степени апогея. Этакий новый способ исследования, очень творческий, похож на тотальную инсталляцию. Как будто с нами играют в исследование конструктивизма. О линейной истории искусства тут, конечно, сложно говорить. Может быть, даже о спиральной сложно. О дискретной, из отражений, может, и да.
Простор для погружения
Новая постоянная экспозиция Музея Москвы, которая открылась для посещения неделю назад, именно что открывает простор для изучения истории города, и даже выстраивает его последовательно «по полочкам» и «пластам»: от общеобразовательного, увлекательного, развлекательного – до серьезного, до открытого хранения. Это профессионально как на уровне науки, у экспозиции много квалифицированных консультантов, так и на уровне работы с аудиторией. Авторы экспозиции Кирилл Асс и Надежда Корбут.
Где свить гнездо?
Башня Park Court Jingu Kitasando по проекту бюро Hoshino Architects в центре Токио визуализирует размышления архитекторов на тему дома как гнезда.