Парение свечей

Проект установки памятного знака журналистам, погибшим при исполнении профессионального долга – победившая в конкурсе работа скульптора Бориса Чёрствого, умершего в этом году, и архитекторов Алексея и Натальи Бавыкиных – не слишком типичный для современной Москвы, и поэтому актуальный и важный памятник.

Юлия Тарабарина

Автор текста:
Юлия Тарабарина

09 Ноября 2020
mainImg
Архитектор:
Алексей Бавыкин
Наталья Бавыкина
Мастерская:
Алексей Бавыкин и партнёры http://www.bavykin.ru/
Проект:
Благоустройство южной части Никитского бульвара с установкой Памятного знака журналистам, погибшим при исполнении профессиональных обязанностей
Россия, Москва, Никитский бульвар

Авторский коллектив:
Скульптор: Борис Черствый
Архитекторы: Алексей Бавыкин, Наталья Бавыкина, Евгений Николев

2015 — 2020

Заказчик: Союз Журналистов Москвы
Идею установить в Москве памятник журналистам, погибшим при исполнении профессиональных обязанностей – в частности, в горячих точках и во время работы над журналистским расследованием – высказал столичный Союз журналистов: с начала 1990-х в России погибло больше 300 журналистов. В 2015 году идею установки памятного знака одобрила Комиссия по монументальному искусству, в мае 2015 соответствующее постановление (№93) приняла Мосгордума. Начался сбор средств. Мэр Москвы Сергей Собянин подписал постановление об установке памятника «на территории сквера, расположенного вблизи Центрального дома журналистов со стороны Арбатской площади (Арбат)» – в сквере у северного выхода из метро Арбатская на на Воздвиженке, 19 февраля 2016 года.

В 2017 году Союз журналистов провел конкурс, в котором победила работа скульптора Бориса Чёрствого – бронзовый монумент с тонкими фигурами-«свечками», с мерцающим золочением на неровной фактурной поверхности. По смыслу он немного напоминает церковный тетрапод, панихидный столик для поминовения усопших, но форма подчеркнуто обобщена, лишена какой-либо конкретики, в том числе религиозной – речь о поминовении для всех. Красивый и пронзительный памятник, коллективная свеча.
Благоустройство южной части Никитского бульвара с установкой Памятного знака журналистам, погибшим при исполнении профессиональных обязанностей
© Алексей Бавыкин и партнёры

Архитектурной частью, которая обязательна для установки любого памятника в городе, с 2017 года занимались Алексей и Наталья Бавыкины. Как рассказывает Алексей Бавыкин, архитектор предложил Борису Чёрствому изменить форму постамента для фигур-«свечей» с квадратной на треугольную. Несколько лет шел сбор средств, он продолжается и сейчас. Тем временем место установки памятного знака несколько раз изменяли, сохраняя, впрочем, его определенное в постановлениях столичного руководства место в центре города, в районе Арбатской площади, недалеко от здания Союза журналистов. За это время скульптура была полностью изготовлена. В июне 2020 года умер автор скульптуры Борис Чёрствый – установка знака приобрела еще и значение памяти своего автора.

Последнее, итоговое место для памятника нашлось на остром треугольном «островке безопасности» к югу от Никитского бульвара, на въезде/выезде туннеля под Воздвиженкой.
Ситуационный план. Благоустройство южной части Никитского бульвара с установкой Памятного знака журналистам, погибшим при исполнении профессиональных обязанностей
© Алексей Бавыкин и партнёры
Ситуационный план. Благоустройство южной части Никитского бульвара с установкой Памятного знака журналистам, погибшим при исполнении профессиональных обязанностей
© Алексей Бавыкин и партнёры

Поскольку на территории бульваров в Москве памятники с некоторого времени устанавливать нельзя – архитекторы нашли тонкое и умное решение.
author photo

Алексей Бавыкин, «Алексей Бавыкин и партнёры»

Мне кажется очень удачной скульптура моего друга Бориса Чёрствого – чистая форма с ясным посланием, скульптура в духе Бранкузи. Восемь «свечей» создают группу, не слишком тесную, но цельную; она не распадается на отдельные фигуры. И она не чрезмерно фигуративна – в Москве стало слишком много «реалистичных» памятников, восходящих к традиции XIX века, а свежей, живой формы без лишнего буквализма – мало. Что делает этот памятник очень ценным не только из-за его безусловно большой значимости как знака памяти людям, пожертвовавшим собой ради профессии, в сущности ради общества, но и важным как пример актуального пластического языка, которым следует выражать в наше время такого рода смыслы.

Установив треугольное основание памятника на треугольном же постаменте из архбетона, чья форма удачно вторит форме островка, Алексей и Наталья Бавыкины предложили разобрать два (всего два!) фрагмента окружающего бульвар забора, и провели в образовавшийся разрыв бетонную же консольную лестницу. Ее основание крепится к платформе и спускается вниз к земле бульвара, но не касается ее.
  • zooming
    1 / 4
    Благоустройство южной части Никитского бульвара с установкой Памятного знака журналистам, погибшим при исполнении профессиональных обязанностей
    © Алексей Бавыкин и партнёры
  • zooming
    2 / 4
    Благоустройство южной части Никитского бульвара с установкой Памятного знака журналистам, погибшим при исполнении профессиональных обязанностей
    © Алексей Бавыкин и партнёры
  • zooming
    3 / 4
    Благоустройство южной части Никитского бульвара с установкой Памятного знака журналистам, погибшим при исполнении профессиональных обязанностей
    © Алексей Бавыкин и партнёры
  • zooming
    4 / 4
    Ситуационный план. Благоустройство южной части Никитского бульвара с установкой Памятного знака журналистам, погибшим при исполнении профессиональных обязанностей
    © Алексей Бавыкин и партнёры

Дальнейшее – вопрос благоустройства бульвара, где возникает тропа, ведущая к лестнице от дорожки, которая соединяет сейчас два пешеходных перехода со светофорами, позволяющие безопасно пересечь автомобильные полосы и подойти к памятнику.
  • zooming
    1 / 5
    Вид со стороны Дома Журналиста Проектное предложение. Благоустройство южной части Никитского бульвара с установкой Памятного знака журналистам, погибшим при исполнении профессиональных обязанностей
    © Алексей Бавыкин и партнёры
  • zooming
    2 / 5
    Вид со стороны Арбатского тоннеля. Проектное предложение. Благоустройство южной части Никитского бульвара с установкой Памятного знака журналистам, погибшим при исполнении профессиональных обязанностей
    © Алексей Бавыкин и партнёры
  • zooming
    3 / 5
    Вид со стороны Никитского Бульвара 12. Проектное предложение. Благоустройство южной части Никитского бульвара с установкой Памятного знака журналистам, погибшим при исполнении профессиональных обязанностей
    © Алексей Бавыкин и партнёры
  • zooming
    4 / 5
    Вид со стороны Никитского Бульвара 9 Проектное предложение. Благоустройство южной части Никитского бульвара с установкой Памятного знака журналистам, погибшим при исполнении профессиональных обязанностей
    © Алексей Бавыкин и партнёры
  • zooming
    5 / 5
    Вид со стороны аллеи на Никитском Бульваре. Проектное предложение. Благоустройство южной части Никитского бульвара с установкой Памятного знака журналистам, погибшим при исполнении профессиональных обязанностей
    © Алексей Бавыкин и партнёры

Предметом особенного беспокойства авторов проекта была именно безопасность всех, кто захочет приблизиться к памятнику – урбанистическими средствами они стремились создать условия, исключающие желание перебежать дорогу перед автомобильным туннелем. Поэтому бетонный постамент с рифлеными гранями приподнят и окружен металлическим ограждением. Внутри которого, на треугольной площадке возникает, однако, достаточно места для того, чтобы собраться и положить цветы; оно, напомним, получает продолжение в пространстве бульвара, соединенного с постаментом консольной лестницей.
author photo

Наталья Бавыкина

Памятник – это всегда событие, акцент, пространственное переживание. Поиск места для памятного знака велся долгое время и наконец-то, на наш взгляд, место найдено. Но не все так просто: установка памятного знака на острие, фактически на территории улично-дорожной сети на островке безопасности, – нетривиальный ход, в том числе с точки зрения законодательства. Сейчас мы в диалоге с коллегами из департамента культурного наследия, Москомархитектуры и префектуры ЦАО работаем над преодолением юридических барьеров, потому что понимаем: установка памятного знака в этом месте – не только сильный образный ход, но и возможность дать развитие тупиковой части Никитского бульвара.

Бавыкин также подчеркивает, что памятный знак посвящен всем погибшим журналистам: «Борис Чёрствый считал, что 8, в отличие от 7, – знак множества, поэтому у скульптуре 8 фигур». Иными словами, это памятник не конкретным, самым известным героям, а всем, кто не испугался и не отступил от правды. Потому что работа журналиста в том и состоит, чтобы находить, и говорить, и обосновывать правду, – а следовательно, даже если кому-то приходит на ум одно ключевое имя, вспоминать надо всех.

Возможно, стоит добавить только одно – в этой истории, как и в церковном поминовении, один человек и много, один и все, – перемешиваются: когда в церкви пишут записки с именами, думают о конкретном человеке, а когда священник их читает, то есть образно передает поминовение Богу, они превращаются в имена для всех остальных, кто не знал этих людей. Как и свечи – мы их ставим кому-то своему, а следующий подошедший видит только свечку и думает о своем, хотя и не забывает, где-то на периферии сознания, что здесь поминают других, совершенно конкретных, людей. Есть в этом некая существенная грань общего и частного, личного и общественного, конкретного и абстрактного, которая хорошо уловлена в памятнике. Что тоже говорит за то, чтобы его (наконец) установить.

Последняя ремарка об отношении памятника к бульвару. Он вроде бы на бульваре, но в то же время и вне его. Заметен из машин, но недоступен сидящим в них – надо припарковаться, выйти, перейти дорогу, дойти. Он открыт и закрыт одновременно. Он одновременно стоит на земле и парит – из-за лестницы, которая не касается земли, а спущена, как трап с парохода. Что создает еще один образ – отправляющейся погребальной лодки, венка со свечами, что тоже, признаем, тонкое и точное решение для поминального знака, поскольку оно подчеркивает присутствие мертвых с нами и их отдаленность от нас одновременно. И наконец, вспомним картину Бёклина «Остров мертвых»: поднимаясь по лестнице на треугольный остров, мы как будто сможем пообщаться с теми, кто убит.

Словом, хотелось бы застать открытие этой скульптуры; в Москве и впрямь достаточно памятников, скажем так, необязательных. А этот нужен.
Архитектор:
Алексей Бавыкин
Наталья Бавыкина
Мастерская:
Алексей Бавыкин и партнёры http://www.bavykin.ru/
Проект:
Благоустройство южной части Никитского бульвара с установкой Памятного знака журналистам, погибшим при исполнении профессиональных обязанностей
Россия, Москва, Никитский бульвар

Авторский коллектив:
Скульптор: Борис Черствый
Архитекторы: Алексей Бавыкин, Наталья Бавыкина, Евгений Николев

2015 — 2020

Заказчик: Союз Журналистов Москвы

09 Ноября 2020

Юлия Тарабарина

Автор текста:

Юлия Тарабарина
comments powered by HyperComments
Похожие статьи
Из кино в метро
Трансформация советского кинотеатра «Ереван» в Единый диспетчерский центр метрополитена: параметрические фасады, медиаэкраны и центр мониторинга в бывшем зрительном зале.
Ажур и резьба
Жилой комплекс в Уфе с мостиком-эспланадой, разнообразными балконами и декором, имитирующим деревянные наличники. Дом отмечен Золотым знаком Зодчества-2020.
Диско Суперстар
Павильон для фудтраков в Парке Горького с предметами дизайна из советского автопрома ностальгирует по неоновой Америке.
Полярная тихоходка
Зимовочный комплекс антарктической станции «Восток» рассчитан на экстремальные климатические условия и психологический комфорт исследователей.
Спланированный вернакуляр
Концепция жилого района для Самары от датских архитекторов: 2000 квартир, ни одной повторяющейся секции и очень много зеленых и общественных пространств.
К лесу передом
Типовой каркасный дом быстрой сборки с тремя спальнями и детской в антресоли, черный снаружи и белый внутри, спроектирован как для общения с природой, так и между собой. Весь фокус – на открытую террасу. Функции уборки и ухода за участком намеренно минимизированы, – подчеркивают авторы.
Ходить по воде
Благоустройство, которое сделало спальный микрорайон не только комфортным, но и запоминающимся.
Сложный белый
Спортивный центр на берегу Суздальского озера – редкий пример того, как архитекторы пошли до конца в отстаивании своих идей. Ответом на ограничения участка и пожелания заказчика стала изощренная композиция, уравновешенная чистотой линий и лаконичной отделкой.
Бинокль архитектора
Новый собственный дом Тотана Кузембаева – удивительный деревянный катамаран, врытый в склон под углом, обратным перепаду рельефа. Сама двухчастная структура дома была выбрана ради лучшей звукоизоляции, столь необычная посадка на участке – ради лучшего вида, ну а выбор дерева как ключевого материала постройки, конечно, никого не удивил.
Как на праздник, часть II
В продолжении подборки современных офисных интерьеров: висячие и вертикальные сады, живой уголок, капсулы для сна и офис-трансформер.
Как на праздник, часть I
В первой подборке офисных интерьеров, отвечающих современному трудовому процессу – wi-fi и камины, переговорные и игровые, эффектность и функциональность.
Кисельные берега взаправду
Стратегия развития Казанки – масштабный и амбициозный проект по созданию национального парка в самом сердце города, способного изменить образ жизни казанцев. О реалистичности и серьезности намерений говорит тот факт, что с момента утверждения Стратегии отменено несколько крупных строек на берегах реки.
Орбитальное расхождение
Ансамбль деревянной ротонды и овального моста, сооруженный Антоном Кочуркиным в ПКиО Выксы, напоминает схему планеты, сошедшей к орбиты на апогее, но все же к ней привязанной. А мост соединяет, вместо двух берегов, – воды двух прудов. Словом, объект театрализует и осмысляет действительность по законам жанра паркового павильона.
Не реставрация, но воссоздание
Декоративное панно «Защитникам Отечества» в Калуге, созданное почти полвека назад художником Владимиром Животковым, обрело вторую жизнь и избежало забвения. Теперь на его месте – точная и усиленная копия.
Красная ботаника
Жилой комплекс рядом с петербургским Ботаническим садом невысок и уютно-контекстуален. На основе современного средового и орнаментального модернизма он совмещает аллюзии на соседние исторические здания и тему флорального декора, также продиктованную гением места.
Шкаф с культурой
Рассказываем о том, как районная библиотека в позднесоветском здании превратилась в актуальное общественное пространство и центр культурной жизни спального района.
На три счета
Складной дом Brette складывается на шарнирах и укладывается на платформу грузовика. Он состоит их трех модулей, его разбирают за три часа, площадь при этом увеличивается в три раза. Дом изготовлен в Латвии и уже выдержал один переезд.
Изба дель арте
Мы решили отобрать несколько объектов из шорт-листа премии АрхиWOOD и рассмотреть их поближе. Суздальский дом интересен тем, что делает своим сюжетом все еще актуальный вопрос современности: диалог старого и нового. Его можно понять как метафору современного туристического города, может быть, даже размышление о его судьбе.
Природа – и храм, и мастерская…
Если классический словарь разных эпох – революционную дорику и палладианский руст – скрестить со скандинавским деревянным домом и модернистским пространством, то получится лесная деревянная классика Артема Никифорова, построившего архитектурный коворкинг под Петербургом.
Стоянка у петроглифов
Проект туристического комплекса рядом с беломорскими петроглифами: нейтральная архитектура для будущего объекта из списка ЮНЕСКО
Радость познания
Проект «Зеленый сад» – первый этап на пути масштабных планировочных и архитектурных изменений, которые происходят в одном из ведущих частных учебных заведений России – Павловской гимназии под влиянием эволюции образовательной системы и благодаря активному участию сообщества педагогов и учеников гимназии.
Звезды для полковника
Сквер имени командира стрелковой дивизии Михаила Краснопивцева на микрорайонной окраине Калуги объединяет бронзовый памятник с современным благоустройством, нацеленным на развитие общественной жизни окрестностей.
На все времена
Сохранение наслоений разных периодов – одна из прогрессивных тенденций современной реставрации. Именно так, если говорить в целом, произошло обновление вокзала 1933 года в Иваново: на тридцатые, пятидесятые и восьмидесятые. Но довольно много добавилось и современного, так что реализованный проект правильнее называть реконструкцией.
Журавлик
В нашем детстве все знали историю про девочку из Японии, которая болела неизлечимой лейкемией из-за ядерных бомбардировок, и загадала сложить много журавликов прежде чем умереть. Проектируя реконструкцию здания для детского хосписа – первого в Москве – IND architects положили в основу именно эту историю. А называется проект – Дом с маяком.
На красных холмах
Павильон центра молодежной культуры для самого большого экстрим-парка в России с интерактивным фасадом и переосмыслением эстетики стрит-арта.
Квартальный подход
Квартал актуальная тема, и архитекторы бюро Кашириных трактуют частный дом, состоящий из нескольких объемов на небольшой территории, как квартал с внутренним двором. И даже сопоставляют свой дом – типологически загородный, – с городской застройкой в микромасштабе.
Ганзейский молл
Торговый центр для малого города, в котором главным «якорем» выступает не сетевой арендатор, а зеленая кровля и «пряничные» фасады.
Городок у старой казармы
Бюро melix воссоздает атмосферу старого Оренбурга в проекте жилого комплекса у Михайловских казарм – важного городского памятника, пришедшего в упадок. Проект победил в конкурсе, проведенном городской администрацией и теперь ищет инвестора.
Дворец спорта в Томске
Проект реконструкции Дворца зрелищ и спорта на окраине Томска предполагает трансформацию крытого катка, реализованного в 1970 году, с сохранением ядра, обстройкой с трех сторон и 8-этажной пластиной гостиницы.
Технологии и материалы
Любовь к геометрии
Французское сантехническое оборудование DELABIE для крупных общественных сооружений выбирают выдающиеся архитекторы Жан Нувель, Норман Фостер, SANAA, Руди Ричотти и другие. Представляем новую модель бесконтактных смесителей TEMPOMATIC 4, сочетающих безопасность, мега-экологичность и стильный дизайн.
Урбан-домик на дереве
Современное игровое пространство Halo Cubic от финского производителя Lappset: множество сценариев игры и безупречный дизайн, способный украсить современный жилой комплекс любого класса.
Естественность и сила кирпича ручной работы
Датский ригельный кирпич ручной работы Petersen Kolumba на фасадах частного дома в Иркутске по проекту Станислава Гаврилова напоминает о мощи древнеримской архитектуры и прекрасно справляется с сибирскими морозами. Мы расспросили автора проекта об этом доме и работе с кирпичом Kolumba.
Handmade для кинотеатра «Москва»
Коммерческий директор компании Ледрус Максим Беляев рассказывает о том, в чем состоит специфика работы со светом по индивидуальному дизайн-проекту и как можно переквалифицироваться из поставщика в подрядчика с функциями ведущего консультанта, проектировщика оригинальных решений и производителя в одном лице.
Блестящие перспективы
Lucido – архитектурно ориентированная компания, ставящая во главу угла эстетику и технологичность. Предлагая все виды итальянской керамической плитки и мозаики, Lucido специализируется на керамограните больших форматов. Рассказываем о воссоздании мраморных слэбов, а также об экспериментах с большим форматом звезд мировой архитектуры Кенго Кумы и Даниэля Либескинда.
Материя с гибким характером
Алюминий – разнообразный материал, он работает в широком в диапазоне от гибкого дигитального футуризма – до имитации естественных поверхностей, подходящих для реконструкций и даже стилизаций. Рассказываем о 7 новых жилых комплексах, в которых использован фасадный алюминий компании SEVALCON.
Волшебная линия
Вентиляционные диффузоры Invisiline, созданные архитекторами Майклом и Элен Мирошкиными, завоевали престижную дизайнерскую премию Red Dot 2020. Невидимые решетки, придуманные для собственных проектов, выросли в бренд, ответивший на запросы коллег-архитекторов.
Эффектная сантехника для энергоэффективного дома
Экодом в Чезене, совмещающий функции жилья и рабочей студии архитекторов Маргариты Потенте и Стефано Пирачини, стал первым в Италии примером «пассивного дома», встроенного в плотный фронт городской застройки; кроме того он – результат реконструкции. Интерьеры дома удачно дополняет сантехника Duravit.
Такие стеклянные «бабочки»
Важным элементом фасадного решения одного из самых известных
новых домов московского центра стало стекло Guardian:
зеркальные окна сочетаются с моллированными элементами, с помощью которых удалось реализовать смелую и красивую форму,
задуманную архитекторами.
Рассказываем, как реализована стеклянная пластика
дома на Малой Ордынке, 19.
На вкус и цвет: алюминий в московском метро
Алюминий практически вездесущ, а в современном метро просто незаменим. Он легок и хорошо держит форму, оттенки и варианты фактуры разнообразны: от стеклянисто-глянцевого до плотного матового. Вашему вниманию – обзор новых станций московского метро, в дизайне интерьеров которых использован окрашенный алюминий SEVALCON.
UP-GYM: интерактив для городской среды
Современное развитие комфортной городской среды требует современных решений.Новые подходы к организации уличного детского досуга при обустройстве дворовых территорий и общественных пространств, спортивных, образовательных и медицинских учреждений предложили чебоксарские специалисты.
Серьезный кирпичный разговор
В декабре в московском центре дизайна ARTPLAY прошла Кирпичная дискуссия с участием ведущих российских архитекторов – Сергея Скуратова, Натальи Сидоровой, Алексея Козыря, Михаила Бейлина и Ильсияр Тухватуллиной. Она завершила программу 1-го Кирпичного конкурса, организованного журналом
«Проект Балтия» и компанией АРХИТАЙЛ.
Цвет – это жизнь
Теория цвета и формы была важным учебным модулем в Баухаусе, где художники и архитекторы активно использовали теорию цвета Гёте и добились того, чтобы цвет стал неотъемлемой частью современной жизни. Шведы из Natural Colour Academy предложили палитру Color Trends 2020, собственную цветовую систему, которая задает цветовые стандарты для всех возможностей применения в новом десятилетии.
Сейчас на главной
Семь часовен
Семь деревянных часовен в долине Дуная на юго-западе Германии по проекту семи архитекторов, включая Джона Поусона, Фолькера Штааба и Кристофа Мэклера.
Крупицы золота
В Доме архитектора в Гранатном переулке открылся фестиваль «Золотое сечение». Рассматриваем планшеты. Награждать обещают 22 апреля.
Разлинованный ландшафт
Кладбище словацкого города Прешов по проекту STOA architekti играет роль не только некрополя, но и рекреационной зоны для двух жилых районов.
Гипер-крыша и гипер-земля
Dominique Perrault Architecture и Zhubo Design Co выиграли конкурс на проект Института дизайна и инноваций в Шэньчжэне: его главное здание напоминает мост длиной более 700 метров.
Парк Швейцария
Проект парка «Швейцария» в Нижнем Новгороде, созданный достаточно молодым, но известным и международным бюро KOSMOS, вызвал в городе много споров и даже протестов, настолько острых, что попытка провести на нашей платформе профессиональное обсуждение тоже не удалась. Публикуем проект как есть.
Районные ряды
Один из вариантов общественного пространства шаговой доступности, способного заменить ушедшие в прошлое дома культуры.
Пресса: Вальтер Гропиус и Bauhaus: трансформация жизни в фабрику
Это школа искусства (с Василием Кандинским в роли профессора), скульптуры, дизайна (где он, собственно, и был изобретен как самостоятельная деятельность), театра — Баухауc не сводится к архитектуре. Но в архитектуре Баухауса можно выделить три этапа развития утопии
Территория детства
Проект образовательного комплекса в составе второй очереди застройки «Испанских кварталов» разработан архитектурным бюро ASADOV. В основе проекта – идея создания дружелюбной и открытой среды, которая сама по себе воспитывает и формирует личность ребенка.
Новая идентичность
Среди призеров конкурса на концепцию застройки бывшей промышленной территории в чешском городе Наход – российское бюро Leto architects. Представляем все три проекта-победителя.
Человек в большом городе
В проекте масштабного жилого комплекса архитекторы GAFA сделали акцент на двух видах общественного пространства: шумных улицах с кафе и магазинами – и максимально природном, визуально изолированном от города дворе. То и другое, работая на контрасте, должно сделать жизнь обитателей ЖК EVER насыщенной и разнообразной.
Энди Сноу: «Моя цель – соединить в архитектуре рациональное...
Английский архитектор Энди Сноу стал главным архитектором проектной компании GENPRO. Постройки Энди Сноу в Великобритании, выполненные в составе известных бюро, отмечены международными наградами. В России архитектор принимал участие в проектировании БЦ «Фабрика Станиславского», ЖК iLove и БЦ AFI2B на 2-й Брестской. Энди Сноу сравнил строительную ситуацию в России и Великобритании и поделился своим видением архитектурных перспектив России.
Живой рост
Масштабный жилой комплекс AFI PARK Воронцовский на юго-западе Москвы состоит из четырех башен, дома-пластины и здания детского сада. Причем пластика жилых домов – активна, они, как кажется, растут на глазах, реагируя на природное окружение, прежде всего открывая виды на соседний парк. А детский сад мил и лиричен, как сахарный домик.
Бюро Никола-Ленивец: «Мы не решаем проблемы, а раскрываем...
Иван Полисский и Юлия Бычкова, управляющие партнеры Бюро Никола-Ленивец – о том, какие проблемы решает социокультурное проектирование, как развивать территории с помощью искусства и почему нельзя в каждом регионе создать свой Никола-Ленивец.
Из кино в метро
Трансформация советского кинотеатра «Ереван» в Единый диспетчерский центр метрополитена: параметрические фасады, медиаэкраны и центр мониторинга в бывшем зрительном зале.
86 арок
В жилом комплексе Westbeat по проекту бюро Studioninedots на западе Амстердама обширный подиум вмещает многофункциональное общественное и коммерческое пространство для нужд жителей района.
Сергей Скуратов: «Небоскреб это баланс технологий,...
В марте две башни Capital towers достроили до 300-метровой отметки. Говорим с автором самых эффектных небоскребов Москвы: о высотах и пропорциях, технологиях и экономике, лаконизме и красоте супертонких домов, и о самом смелом предложении недавних лет – башне в честь Ле Корбюзье над Центросоюзом.
Модульный «Круг»
Комплекс The Circle по проекту бюро Riken Yamamoto & Field Shop в аэропорту Цюриха соединяет в себе, как в маленьком городе, офисы, магазины, клинику, отель и конференц-центр.
Стеклянный шар, золотой цилиндр
В Лос-Анджелесе завершено строительство музея Киноакадемии по проекту Ренцо Пьяно и его бюро RPBW: основой проекта стал универмаг в стиле ар деко. Открытие запланировано на эту осень.
Ценность подиума
В китайской штаб-квартире компании Schindler в Шанхае по проекту Neri&Hu проблема разобщенности производственных и офисных корпусов решена с помощью выразительного подиума.
Ажур и резьба
Жилой комплекс в Уфе с мостиком-эспланадой, разнообразными балконами и декором, имитирующим деревянные наличники. Дом отмечен Золотым знаком Зодчества-2020.
Фрагменты Тулузы
Новое здание школы экономики по проекту бюро Grafton продолжает богатые кирпичные традиции Тулузы, благодаря которым ее называют «Розовым городом».
Чтение на «ковре-самолете»
Историческая библиотека университета Граца получила «надстройку» с 20-метровым консольным выносом по проекту Atelier Thomas Pucher: там разместились читальные залы.
Масштаб 1:1
Пять разноплановых объектов бюро «А.Лен», снятых на квадрокоптер: что нового может рассказать съемка с высоты.
Сицилийские горизонты
Выбранный по итогам международного конкурса проект административного комплекса области Сицилия в Палермо задуман как ансамбль из дерева и стали с садом на шестом этаже.
Пресса: Модернизированная сельская идиллия: Джозеф Ганди...
В 1805 году британский архитектор Джозеф Майкл Ганди опубликовал две книги, «Проекты коттеджей, коттеджных ферм и других сельских построек» и «Сельский архитектор». Этот жанр — сборники проектов сельских домов — среди архитекторов уважением не пользуется, люди строили и сейчас строят такие дома без помощи архитектора. Немногие числят Ганди в истории архитектурной утопии, из недавно опубликованных назову прекрасную книгу Тессы Моррисон «Утопические города 1460–1900». Но, видимо, именно с Ганди начинается особая линия новоевропейской утопии — утопии сельской жизни