Алексей Бавыкин: «К Москве нужно относиться нежнее»

Алексей Бавыкин – о современной Москве, архитектурном образовании и новых проектах своей мастерской.

mainImg
Архи.ру:
– Алексей Львович, в последнее время Вы почти совсем не давали интервью. Почему? 

Алексей Бавыкин:
– Не только интервью, я и проекты почти не публиковал. Да что говорить, в последние пять лет у нас было очень мало работы – лишь в 2013-м удалось вывести мастерскую из ситуации постоянных сокращений и вновь начать наращивать объем работы.

– Неужели это история с Можайкой так вас подкосила?
– Начнем с того, что был кризис, который больно ударил по всем. История с Можайкой только добавила неприятностей. Когда осенью 2008-го Юрий Михайлович на Общественном совете раскритиковал этот проект, назвав его «уродиной», и сказал, что городу такие архитекторы, как я, не нужны, он фактически выписал мне волчий билет. Так сложилось, что у меня, да и у большинства других архитекторов заказчиками были люди, приближенные к Лужкову. Многие из них присутствовали на том заседании, да и вообще там были очень важные люди, и еще больше людей прочитали о реакции Лужкова в прессе, и все они, скажем так, намотали на ус оценку мэра. Я остался без работы. Я позже много думал о том, как причудливо складывается судьба. Я ведь в молодости страшно любил читать о пострадавших архитекторах – Леонидове, Мельникове и многих других, которые фактически остались за бортом профессии, и всегда очень сопереживал им, а спустя тридцать лет вдруг и сам оказался в таком положении. Поймите меня правильно: я ни в коем случае не сравниваю себя с гениями, но ощущение профессиональной невостребованности теперь не понаслышке знакомо мне. Правда, сегодня дело обстоит таким образом, что наша мастерская опять занимается Можайкой. Хотя последняя версия объекта, по мнению многих, не такая крутая, как первая, потому что в 2008 году мы проектировали понтовый головной офис крупной российской компании, а сейчас делаем обычный офисно-деловой центр. «Руина на шоссе», как назвал наш первый проект Владимир Седов, не состоялась. Вот такие метаморфозы.
Алексей Бавыкин
Фотография Н.Бавыкиной
Проект офисного здания по адресу: г. Москва, Можайское шоссе 6 стр.1. 2008 год. Ситуационный план. Авторский коллектив ООО «Мастерская архитектора Бавыкина»: А. Бавыкин, М. Марек, Д. Чистов. Гл. Конструктор: К. Кабанов. Гл. инженер: Л. Слуцковская. Визуализация: К. Маслов.
Проект офисного здания по адресу: г. Москва, Можайское шоссе 6 стр.1. 2008 год. Ночной вид
Проект фасадного решения административного здания по адресу: г. Москва, Можайское шоссе 6 стр. 1. 2013 год. Авторский коллектив ООО «Алексей Бавыкин и партнеры»: А.Бавыкин, М. Марек, Н.Бавыкина. Визуализация: Д. Борков. Ночной вид

– Наверно, после этого у Вас к мэру Лужкову особые счеты.
– Ну что вы, Лужков нормальный человек. Откровенный. Все делал от чистого сердца. В нем ведь лукавства было не так много, по крайней мере, по отношению к архитектуре, и мне кажется, это дорогого стоит. Да, он сильно лез в проекты, и история с Можайкой тому очень яркий пример, но ведь косвенно это подтверждает, что я сделал по-настоящему классную вещь, развивая тему «говорящего русского модернизма» (термин Владимира Седова). Вообще, я считаю себя русским архитектором, развивающим русский архитектурный язык, и терпеть не могу «ломаного английского». Можайка просто оказалась не прикрыта сильным заказчиком, а Александр Викторович Кузьмин устал защищать мою архитектуру от официальных консерваторов. А ведь именно его усилиями были пробиты такие проекты, как высотка на Сельскохозяйственной, «Дирижабль» на Профсоюзной улице и жилой дом в Брюсовом переулке. Все эти три постройки сильно не нравились Лужкову, но Кузьмин, при поддержке сильных заказчиков, все эти объекты пробил. За что я ему очень благодарен. Меня, кстати, часто спрашивают, что такое «лужковская архитектура», и я всегда отвечаю, что сам термин кажется мне очень спорным. Лужков-то, конечно, был, и лез в проекты, и стремился их переделывать, но ведь отрисовывали его пожелания и замечания архитекторы. Всю «красоту» рисовали архитекторы. И они до сих пор живы и здоровы, многие из них продолжают вполне успешно работать. Так что дело не в термине и не в стиле, а в архитекторах и в том, что они считают возможным себе позволять. В этом смысле меня никак нельзя считать «лужковским архитектором», хотя работу наша мастерская получала от людей, близких к нему.
zooming
Жилой дом по адресу: г. Москва ул. Сельскохозяйственная вл. 16 к. 1. Постройка 2007 года. Авторский коллектив ООО «Мастерская архитектора Бавыкина»: А. Бавыкин, М. Марек, Л. Збарская, И. Ситаева. Конструктор: Л. И. Чертков. Инженер: Л. Слуцковская. Фото Н. Кулебякина
Жилой дом – апартаменты по адресу: г. Москва , Брюсов пер. 19. Авторский коллектив ООО «Мастерская архитектора Бавыкина»: А. Бавыкин, М. Марек, Г. Гурьянов, Ю. Раннева, Д. Травников. Конструкции: ООО «Финпроект» Инженерия: ООО «Финпроект». Постройка 2007 г. Фото Н. Кулебякина

– Ваш проект жилого дома «Дирижабль» прекрасно придуман и нарисован, но качество реализации фактически убило первоначальный замысел. Насколько я понимаю, Вы даже не подписываетесь под построенным в итоге домом – по крайней мере, на сайте мастерской «Дирижабль» представлен лишь в разделе «Проекты».
– Это тяжелая история. Да, качество строительства – известная беда Москвы, и бывали случаи, когда бороться с этим было невозможно. Может быть, мне бы и удалось отстоять «Дирижабль», если бы новые заказчики не отстранили меня от проекта. Просто дом строили какие-то третьи люди, которым удалось без согласования со мной изменить конструктив здания, отделочные материалы фасадов, и они, без преувеличения, изувечили «Дирижабль». Туда вставили какие-то уродские коричневые окна, облицевали его дешевым керамогранитом. Но, главное, в целях экономии приняли, на мой взгляд, рискованные решения по конструктиву. Это напрягает. И хотя там все мое – от названия до формы, – теперь я действительно стараюсь от этого дома дистанцироваться, поскольку я фактически автор концепции, не принимавший участия в работе на стадии проекта и рабочей документации. 
Проект многофункционального жилого Комплекса по адресу: г. Москва, ул. Профсоюзная вл. 64-66. Авторский коллектив ООО «Мастерская архитектора Бавыкина»: А. Бавыкин, М. Марек, Е. Бадалян, А. Власенко, Г. Гурьянов, А. Лущеко, О.Сорокина, Н. Степахина. Конструктор: К. Кабанов. В. Шарабанов. Инженер: Л. Слуцковская. 2005 г. Ситуационный план
3d модель, фотомонтаж. Вид со стороны ул. Профсоюзная.
Здание по адресу : г. Москва, ул. Профсоюзная вл. 64-66. Фото А. Джикия.
Здание по адресу : г. Москва, ул. Профсоюзная вл. 64-66. Фото А. Джикия.

– А сколько лет Вы в общей сложности почти не работали?
– В 2009-м и в 2010-м мало чего делал. Ну то есть ничего серьезного для города. Кое-какие заказы, конечно, были, в том числе мы сделали конкурсный проект музея Второй Мировой Войны в Гданьске и интересный частный заказ на тему архитектуры протестантского дома собраний в Москве. Очень интересная была работа. Хочу отметить, что все последние работы я делаю в творческом союзе с моими партнерами Михаилом Мареком и Натальей Бавыкиной. В 2011-м году нашими усилиями мастерская начала потихоньку реанимироваться, появился новый круг заказчиков пост-лужковской эпохи а с 2013-го мастерская набирает объемы и разрастается. В общем, на пенсию отправить меня не удалось. Я с самого начала понимал, что главное в такой ситуации – подождать. И правильно себя позиционировать. И все восстановится.
Конкурсный проект музея II Мировой войны в г. Гданьск (Польша). 2010 г. Генеральный план. Авторский коллектив ООО «Алексей Бавыкин и партнеры»: А. Бавыкин, М. Марек, Н. Бавыкина, А. Усачева. Визуализация: К. Маслов.
Конкурсный проект музея II Мировой войны в г. Гданьск (Польша). 2010 г. Основной вид со стороны входа
Конкурсный проект музея II Мировой войны в г. Гданьск (Польша). 2010 г. Генплан
Конкурсный проект музея II Мировой войны в г. Гданьск (Польша). 2010 г. Вид на внутренний атриум
Конкурсный проект музея II Мировой войны в г. Гданьск (Польша). 2010 г. Вид со стороны ул. Stara Stochnia
Эскизный проект протестантского дома собраний по адресу: г. Москва, Озерковская набережная 16. 2012 г. Ситуационный план. Авторский коллектив ООО «Алексей Бавыкин и партнеры»: А. Бавыкин, М. Марек, Н. Бавыкина. Визуализация: Н. Бавыкина, Д. Борков.
Эскизный проект протестантского дома собраний по адресу: г. Москва, Озерковская набережная 16. 2012 г. Фасады со стороны Озерковской набережной и 1-го Озерковского переулка
Эскизный проект протестантского дома собраний по адресу: г. Москва, Озерковская набережная 16. 2012 г. 3d модель. Вид с Садовнической набережной.
Эскизный проект протестантского дома собраний по адресу: г. Москва, Озерковская набережная 16. 2012 г. 3d модель. Вид с Садовнической набережной.

– Правильно – это как?
– Нужно уметь разговаривать с заказчиком. Уметь его слушать – это раз, и уметь его убедить в правильности своего решения – это два. Архитектор – это ведь в первую очередь переговорщик. Не скажу, что я прямо-таки ас этого жанра, есть куда большие профессионалы, но я стараюсь. Учусь.

– Три года назад Вы в одном из интервью сказали, что «лужковская архитектура – это не стиль, а достаточно безалаберное распихивание по городу энного количества квадратных метров». Как, на Ваш взгляд, сейчас обстоит дело с «распихиванием» квадратных метров? Можно ли говорить о более продуманной, осознанной градостроительной политике и внятных правилах игры?
– Сейчас, кажется, все становится несколько разумнее и не так авантюрно. Стало принято думать о городе – и слава богу. Дождалась, Москва, бедняжка. Хотя, конечно, определенные перегибы и сейчас случаются. Я вижу очень много модненьких проектов и построек, у которых судьба точно такая же как у лужковской архитектуры – от них скоро все устанут. Сарай, разукрашенный пикселями и орнаментом, остается сараем. Правда, я и сам недавно сделал такой проект в Подмосковье – жилой район «Молоково» на 12 тысяч человек. У заказчика скромный бюджет, и там кроме сверхэкономичных планировочных решений и пикселей ничего нет. Зато на уровне генплана все удалось сделать правильно: это квартальная застройка с приватными дворами, полностью освобожденными от машин. И на качество жизни это, конечно, влияет больше, чем пиксели и орнаменты.
Проект II, III, IV, V очередей жилого микрорайона «Молоково» по адресу: Московская область, с. Молоково. 2014 г. Генеральный план. Авторский коллектив ООО « РД – Проект» (структурное подразделение ООО «Алексей Бавыкин и партнеры»: А. Бавыкин, М. Марек, Л. Збарская, Д. Елфимов, А. Власенко, Р. Лукин. Гл. конструктор: М. Федоров. Гл.инженер: Л. Слуцковская.

– Жилье, как и раньше, является основной типологией, с которой вы работаете?
– Да. И должен сказать, что эта типология тоже меняется в лучшую сторону. Наконец-то заказчики начинают ориентироваться на семейных людей и проектировать не только студии и малогабаритные квартиры. Какое-то время назад я даже слышал мнение о том, что маленькие квартиры лучше всего продаются в Москве, так как основные покупатели недвижимости в столице – это девушки легкого поведения и мужчины нетрадиционной ориентации. И это здорово меня напрягает: может быть, оно и так, но что тогда со всеми нами будет? Основа государства – это семья с детьми, внуками и правнуками, и слава богу, что сегодня об этом снова принято думать. В том же «Молоково», например, мы сначала по настоянию заказчика спроектировали исключительно маленькие квартиры, буквально на клетушки нарезали этажи, а потом смогли убедить его в том, что жилье в пределах одного дома должно быть разным.

– Ваше отношение к многочисленным архитектурным конкурсам, которые сегодня стали столь популярны? Считаете ли Вы, что в своем нынешнем виде они способны создать условия честной конкуренции в профессиональном сообществе?
– Да, безусловно. Конечно, и тут есть свои перегибы, но я верю в то, что еще немного и система отладится окончательно. Мы, кстати, тоже недавно участвовали в одном конкурсе – делали концепцию застройки территории Нагатинского затона. Очень правильная, я считаю, инициатива – построить там не только офисы. Мы сделали район смешанной застройки, спроектировали зеленый бульвар, спрятали в тоннель шумную городскую магистраль, идущую вдоль набережной. Проект мы делали вместе с немецкой фирмой Uberbau и молодыми московскими градостроителями. На мой взгляд, работа удалась и нам за нее не стыдно. 
Конкурсный проект развития территории 3-5 очередей московского городского технопарка «Нагатино – Зил» как комплексной жилой застройки по адресу: г. Москва, западная часть нагатинской поймы. 2014 г. Авторский коллектив: Uberbau Gmbh : A. Saad, T. Stellmach. ООО «Алексей Бавыкин и партнеры»: А. Бавыкин, М. Марек, Н. Бавыкина, при участии Д. Боркова, Е. Устюгова. Консультанты: Г. Витков, И. Курячий, Ю. Милевский. Визуализация: компания LooqLab : А. Киселев, А. Томилов. 3d модель. Вид с высоты птичьего полета.
Конкурсный проект развития территории 3-5 очередей московского городского технопарка «Нагатино – Зил» как комплексной жилой застройки. 3d модель. Вид на набережную Москвы – реки.
Конкурсный проект развития территории 3-5 очередей московского городского технопарка «Нагатино – Зил» как комплексной жилой застройки. 3d модель. Вид на внутренний двор жилого дома.

– С учетом нашего весьма капризного климата Вы сами-то верите в потенциал общественных пространств?
– Сейчас эта тема, конечно, актуальна. Но, думаю, со временем пафос спадет, и в городе сформируются места и для летнего досуга, и для зимнего, возникнет некое равновесие, которое сделает общественную жизнь более осмысленной и насыщенной. В том, что людям нужно общаться, у меня лично никаких сомнений нет. Мы, кстати, в конкурсном проекте Нагатино сделали основной упор на квартальную планировку – огромный жилой комплекс строится практически в чистом поле, и люди если и будут какое-то пространство воспринимать как «свое», то только двор. Также недавно проектировали комплекс апартаментов на Кожевнической улице, и там основной стала та же тема – двор, благоустроенная территория которого давала надежду на уют в сочетании с открытостью комплекса на простор Москвы-реки. К сожалению, этот проект, кажется, так и останется на бумаге.
Проект комплекса апартаментов с гостиницей и подземными автостоянками по адресу: г. Москва, ул. Кожевническая вл. 15, Шлюзовая наб. вл. 10. 2013 г. Генеральный план. Авторкий коллектив ООО «Алексей Бавыкин и партнеры» : А. Бавыкин, М. Марек, Л. Збарская, Н. Бавыкина, Е. Устюгов. Визуализация: Д. Борков.
zooming
Проект комплекса апартаментов с гостиницей и подземными автостоянками по адресу: г. Москва, ул. Кожевническая вл. 15, Шлюзовая наб. вл. 10. 2013 г. Главный фасад (со стороны набережной).
Проект комплекса апартаментов с гостиницей и подземными автостоянками по адресу: г. Москва, ул. Кожевническая вл. 15, Шлюзовая наб. вл. 10. 2013 г. 3D модель. Вид со стороны набережной
Проект комплекса апартаментов с гостиницей и подземными автостоянками по адресу: г. Москва, ул. Кожевническая вл. 15, Шлюзовая наб. вл. 10. 2013 г. 3D модель. Вид из внутреннего двора

– В чем главная сложность проектирования в историческом центре, на Ваш взгляд?
– Сложности, конечно, есть, поэтому нужно видеть и слышать контекст, внимательно смотреть по сторонам. И если ситуация того требует, можно даже ордер сочинить – Григорий Ревзин в свое время написал, что именно это я и сделал, проектируя дом в Брюсовом переулке. Черт его знает, может и сочинил. Но основной моей задачей было не самовыразиться, а тактично вставить дом в уникальную уже сложившуюся среду.

– А вот в проекте дома на Потешной улице, наоборот, работаете более агрессивно?
– Да, ну там-то никакой среды, одна совковая психбольница. Тому району как раз остро требовался репер, и мы его придумали. Поэтому там и цвет активно используется (мы взяли цветную керамику), и активная пластика фасаду придается за счет балконов и выносных коммуникационных узлов. Я честно посмотрел по сторонам, но там действительно не за что было зацепиться. Совсем другое дело – наша гостиница на улице Ямского поля. Вроде бы и не центр, но совсем рядом по проекту мастерской SPEECH реконструируется Второй часовой завод, и было бы странно не учесть этот объект. Фактически мы трактовали наш дом как продолжение дома коллег, создав интересный полноценный диалог двух объектов современной архитектуры. Такой Макс Дудлер разукрашенный у нас получился. Мне Дудлер вообще нравится, хотя для Москвы его стилистика – это, пожалуй, некоторый перебор в сторону немецкой строгости.
Проект лечебно – оздоровительного объекта по адресу: г. Москва, ул.Потешная вл. 5. 2013 г. Ситуационный план. Авторский коллектив ООО «Алексей Бавыкин и партнеры» : А. Бавыкин, М. Марек, Д. Джавадова. визуализация: С. Михалицын.
Проект лечебно – оздоровительного объекта по адресу: г. Москва, ул.Потешная вл. 5. 2013 г. 3d модель. Вид со стороны наб. Ганушкина
Проект лечебно – оздоровительного объекта по адресу: г. Москва, ул.Потешная вл. 5. 2013 г. 3d модель. Вид со стороны Богородского Вала.
Проект лечебно – оздоровительного объекта по адресу: г. Москва, ул.Потешная вл. 5. 2013 г. 3d модель. Вид со стороны дворовой территории.
Проект гостиницы с подземной автостоянкой по адресу: г. Москва, 1-я ул.Ямского Поля вл. 12. 2013 г. Ситуационный план. Авторский коллектив ООО «Алексей Бавыкин и партнеры»: А. Бавыкин, М. Марек, Н. Бавыкина. Визуализация: С. Михалицын.
Проект гостиницы с подземной автостоянкой по адресу: г. Москва, 1-я ул. Ямского Поля вл. 12. 3d модель. Вид со стороны 1-й ул. Ямского поля.
Проект гостиницы с подземной автостоянкой по адресу: г. Москва, 1-я ул. Ямского Поля вл. 12. 3d модель. Вид со стороны 3-й ул. Ямского поля.
Проект гостиницы с подземной автостоянкой по адресу: г. Москва, 1-я ул. Ямского Поля вл. 12. 3d модель. Вид со стороны 1-й ул. Ямского поля.

– Т.е. современная Москва, на Ваш взгляд, в архитектурном смысле все же не всеядна? 
– Этот город так мутузили, что, пожалуй, он может вынести все... Но горячиться-то не нужно. Многие коллеги этим страдали в свое время. Я считаю, не нужно насиловать корову с золотыми рогами. К городу нужно относиться нежнее. На среде жесткие движения всегда сказываются очень плохо. И я рад, что сейчас в большинстве случаев отношение к городу действительно меняется.

– Не так давно Вы покинули пост вице-президента Союза архитекторов России. Можете это прокомментировать?
– Честно говоря, не хочу. Я назвал в своем заявлении основную причину – «несогласие с позицией руководства союза», – и заявление это опубликовал, так что считайте, что я все уже прокомментировал. Тем более что на выборной должности члена правления Союза архитекторов России и руководителем Совета по образованию я остался.

– Да, про образование я как раз и хотела спросить в заключение нашего разговора. Как бы Вы охарактеризовали состояние российской архитектурной школы сегодня? 
– Прежде всего хочу сказать, что среди молодых есть очень хорошие архитекторы, целая плеяда, и с ними я связываю огромные надежды на развитие отечественного зодчества. Что же касается образования… Я бы сказал так: основная беда наших архитектурных вузов – это преподавательский состав. Дети-то талантливые, но делают они не всегда то, что нужно, потому что их учат зачастую люди, далекие от практики и современных течений в архитектуре. Так не должно быть. Что в этой ситуации может сделать союз? Сейчас наконец-то принято решение об аккредитации архитектурных вузов при Союзе архитекторов. Это то, что давно существует и успешно работает во всех цивилизованных странах – аккредитация института при ключевой организации работодателей помогает выстраивать преемственность и тем самым передавать накопленный опыт и знания следующему поколению. Кроме того, я по мере возможности вношу некоторый личный вклад в развитие нашего архитектурного образования: я уже шесть лет в качестве профессора преподаю в МАрхИ. И в работе со студентами я стараюсь делать упор именно на решение реальных проблем. Мой идеал – школа-мастерская Жолтовского, о которой я много слышал в юности и из которой в реальную жизнь выходили абсолютно подготовленные к ней молодые люди.

17 марта 2014

Похожие статьи
Ирина Барто: «Нам нужна была тема, в которой помещаются...
Сооснователь бюро Umbra Ирина Барто – первая женщина-архитектор, которая заняла пост председателя «Объединения архитектурных мастерских» за все 26 лет существования ассоциации. В этом году она также курирует X биеннале «Архитектура Петербурга». PR и комьюнити-директор Ассоциации «ОАМ» и организатор биеннале Анна Ставрова поговорила с Ириной Барто об особенностях юбилейной выставки: посетителей ждут «гостиные» 23 бюро, обширная культурная программа за пределами Этнографического музея, а также деловая дискуссия, сфокусированная на диалоге, открытости профессии городу и преемственности.
Дмитрий Овчаров и Елена Мерцалова: «У ‘nefa’architects’...
‘nefa’architects’ существуют больше двадцати лет, но по-прежнему сознательно сохраняет компактную структуру. При этом диапазон проектов сложно свести к одной специализации: офисы и аэропорты, общественные здания и благоустройство, реконструкция, интерьеры. С руководителями бюро Дмитрием Овчаровым и Еленой Мерцаловой мы поговорили о том, чем живет и как работает студия сегодня.
«Наутилус» спорный, но бесспорно наш
Интервью, взятое Еленой Леонидовной Косоренковой у архитектора Алексея Ростиславовича Воронцова. О капроме, девяностых как свободе и символе эпохи. Каком именно? По словам Алексея Воронцова, никакой ИИ «Наутилус» спроектировать не сможет.
Олег Шапиро: «Мы проектируем жизнь целиком, во всем...
Wowhaus давно уже не специализируется на «благоустройстве». Одна из новых тем – неоиндустриализация. Другая – большие мастер-планы. Но и с Парком Горького работа вновь идет. Только более системная и масштабная. В этом интервью – одновременно вспоминаем Колхаса, Стрелку, историю внимания к «городской среде» – и выясняем, чем именно сейчас занят Wowhaus и как устроена его работа. Из 9 подразделений и 160, примерно, сотрудников.
Иван Кычкин: «Наш подход строится на балансе между...
За последнее время на архитектурном горизонте России все чаще появляются новые и интересные бюро из Республики Саха. Большинство из них активно участвуют в программах благоустройства, но не ограничиваются ими, развивая новые направления на стыке архитектуры, дизайна и арт-практик. Одним из таких бюро является мультидисциплинарная студия GRD:, о специфике которой мы поговорили с ее руководителем Иваном Кычкиным.
«Баланс между краткой формой и насыщенностью контекста»
В издательстве Музея «Гараж» вышел 5-й путеводитель из серии о модернизме в крупных городах СССР: теперь речь идет о Ереване. Мы поговорили о новой книге, ее особенностях и отличиях от предыдущих 4 изданий с ее авторами: Анной Броновицкой, Еленой Маркус и Юрием Пальминым.
Давай поговорим о брутализме
Архитектурному клубу «Глазами инженера» исполнился год: он предлагает встречи за чашкой чая, непринужденную атмосферу и разные форматы – от обсуждения стиля, здания или книги до вымышленного градсовета. Основатели и модераторы клуба рассказали Архи.ру, почему эти неформальные встречи дают особенный опыт новичкам и профессионалам.
Степан Липгарт и Юрий Герт: «Наша программа – эстетическая»
У бюро Степана Липгарта, архитектора с узнаваемым авторским почерком и штучными проектами, теперь есть партнер. Юрий Хитров, специалист с широким набором компетенций, возьмет на себя ту часть работы, которая отвлекает от творчества, но двигает бизнес вперед. Одна из целей такого союза – улучшать среду города через диалог с заказчиком и чиновниками. Поговорили с обеими сторонами об амбициях, стратегии развития бюро, общих ценностях и необходимости прагматичного. А почему бюро называется «Липгарт&Герт» – выяснилось в самом конце.
Что ждет российскую архитектуру: версии двух столиц
На 30-й «АРХ Москве» Никита Явейн и Николай Ляшенко поговорили о будущем российских архитектурных бюро. Беседа проявила в том числе и глубинное отличие петербургского и московского мироощущения и подхода: к структуре бюро, конкурсам, зарубежным коллегам и, собственно, будущему. Сейчас, когда все подводят итоги и планируют, предлагаем почитать или послушать этот диалог. Вы больше Москва или Петербург?
Дмитрий Остроумов: «Говоря языком алхимии, мы участвуем...
Крайне необычный и нетипичный получился разговор с Дмитрием Остроумовым. Почему? Хотя бы потому, что он не только архитектор, специализирующийся на строительстве православных храмов. И не только – а это редкая редкость – сторонник развития современной стилистики в ее, пока все еще крайне консервативной, сфере. Дмитрий Остроумов магистр богословия. Так что, помимо истории и специфики бюро, мы говорим о понятии храма, о каноне и традиции, о живом и о вечном, и даже о Русском Логосе.
Измерение Y
Тенденция проектирования жилых башен в Москве не тускнеет, а напротив, за последние 5 лет она как никогда, пожалуй, вошла в силу... Мы и раньше пробовали изучать высотное строительство Москвы, и теперь попробуем. Вашему вниманию – небольшой исторический обзор и опрос практикующих в городе архитекторов.
Алексей Ильин: «На все задачи я смотрю с интересом»
Алексей Ильин работает с крупными проектами в городе больше 30 лет. Располагает всеми необходимыми навыками для высотного строительства в Москве – но считает важным поддерживать разнообразие типологии и масштаба объектов, составляющих его портфолио. Увлеченно рисует – но только с натуры. И еще в процессе работы над проектом. Говорим о структуре и оптимальном размере бюро, о старых и новых проектах, крупных и небольших задачах; и о творческих приоритетах.
Вопрос «Каскада»
Правительство Армении одобрило инвестиционную программу, подразумевающую завершение «Каскада», ключевой постройки Еревана 1980-х, согласно новому проекту Wilmotte & Associés. О судьбе, значении и возможном будущем «Каскада» рассказали Архи.ру историки архитектуры Карен Бальян и Анна Броновицкая.
«На грани»: интервью с куратором «Зодчества 2025» Тиграном...
С 4 по 6 ноября в московском Гостином дворе состоится XXXIII Международный архитектурный фестиваль «Зодчество». В этом году его приглашенным куратором стал вице-президент Союза московских архитекторов, основатель бюро STUDIO-ТА Тигран Бадалян.
Форма без случайностей
Креативный директор «Генпро» Елена Пучкова – о том, что такое честная современная архитектура: почему важно свести пилоны, как работать с ограниченной палитрой материалов и что делать с любимым медным цветом, который появляется в каждом проекте.
Валерий Каняшин: «Нам дали свободу»
Жилой комплекс Headliner, строительство основной части которого не так давно завершилось напротив Сити – это такой сосед ММДЦ, который не «подыгрывает» ему. Он, наоборот, решен на контрасте: как город из разноформатных строений, сложившийся естественным путем за последние 20 лет. Популярнейшая тема! Однако именно здесь – даже кажется, что только здесь – ее удалось воплотить по-настоящему убедительно. Да, преобладают высотки, но сколько стройных, хрупких в профиль, ракурсов. А главное – как все это замиксовано, скомпоновано... Беседуем с руководителем проекта Валерием Каняшиным.
Григорий Ревзин: «Что нам делать с архитектурой семидесятых»
Советский модернизм был хороший, авторский и плохой, типовой. Хороший «на периферии», плохой в центре – географическом, внимания, объема и прочего. Можно ли его сносить? «Это разрушение общественного консенсуса на ровном месте». Что же тогда делать? Сохранять, но творчески: «Привнести архитектуру туда, где ее еще нет». Относиться не как к памятникам, а как к городскому ландшафту. Читайте наше интервью с Григорием Ревзиным на актуальную тему спасения модернизма – там предложен «перпендикулярный», но интересный вариант сохранения зданий 1970-х.
Лама из тетраметилбутана
Петр Виноградов рассказал об экспериментальной серии скульптур «Тетрапэд», которая исследует принципы молекулярной архитектуры, адаптивных структур и интерактивного взаимодействия с городской средой. Конструкции реагируют на движение, собеседуют с пространством, допускают множественные сценарии использования и интерпретации. Скульптуры уже побывали на «Зодчестве» и фестивале «Дикая мята», а дальше отправятся на Forum 100+.
В преддверии Архстояния: интервью с Валерием Лизуновым,...
25 июля в Никола-Ленивце стартует очередной, юбилейный, фестиваль «Архстояние». Ему исполняется 20 лет. Тема этого года: «Мое главное». Накануне открытия поговорили с архитектором Archpoint Валерием Лизуновым, который стал автором одного из объектов фестиваля «Исправительное учреждение».
Сергей Кузнецов: «Мы не стремимся к единому стилю...
Некоторое время назад мы попросили у главного архитектора Москвы Сергея Кузнецова комментарий по Архитектурной премии мэра Москвы: от схемы принятия решений до того, каким образом выбор премии отражает архитектурную политику. Публикуем полученные ответы, читайте.
Дина Боровик: хрущёвки попадают в Рай
Молодая художница из Челябинска Дина Боровик показывает в ЦСИ Винзавод выставку, где сопоставляет пятиэтажки, «паутинки» и прочие приметы немудрящей постсоветской жизни с динозаврами. И хотя кое-где ее хрущевки напоминают инсталляцию Бродского на венецианской биеннале, страшно сказать, 2006 года, лиричность подкупает.
Дюрер и бабочки
Рассматриваем одну из работ выставки «Границы видимости», которая еще открыта на Винзаводе, поближе. Объект называется актуальным для современности образом: «Сакральная геометрия», сделан из лотков для коммуникаций, которые нередко встречаются в открытом виде под потолком, с вкраплениями фрагментов гравюры Дюрера, «чтобы сбить зрителя с толку».
«Коллизии модернизма и ориентализма»
К выходу в издательской программе Музея «Гараж» книги о Ташкенте, уже 4-м справочнике-путеводителе из серии о советском модернизме, мы поговорили с его авторами, Борисом Чуховичем, Ольгой Казаковой и Ольгой Алексеенко, о проделанной ими работе, впечатлениях и размышлениях.
Александр Пузрин: как получить «Золотого Льва» венецианской...
В 2025 году главная награда XIX Венецианской архитектурной биеннале – «Золотой Лев» досталась национальному павильону Бахрейна за экспозицию Heatwave. Среди тех, кто работал над проектом, был Александр Пузрин – выпускник Московского инженерно-строительного института, докторант израильского Техниона, а ныне – профессор Швейцарской высшей технической школы Цюриха (ETH Zurich). Мы попросили его рассказать о технических аспектах Heatwave, далеко неочевидных для простых зрителей. Но разговор получился не только об инженерии.
Комментарии экспертов. Цирк
Объявлены результаты голосования: москвичи (29%) и дети (42%) проголосовали за первоначально победившее в конкурсе здание цирка в виде разноцветного шатра. Мы же собрали по разным изданиям комментарии экспертов архитектурно-строительной среды, включая авторов конкурсных проектов. Получилась внушительная подборка. Эксперты, в основном, приветствуют идею переноса в Мневники, далее – приветствуют обращение к общественному голосованию, и, наконец, кто-то отмечает уместность эксцентричной архитектуры победившего проекта для типологии цирка. Читайте мнения лучших людей отрасли.
Григорий Ревзин: «Сильный жест из-под полы. Нечто победило»
Обсуждаем дискуссии вокруг конкурса на цирк и сноса СЭВ с самым известным архитектурным критиком нашего времени. В процессе проявляется парадокс: вроде бы сейчас принято ностальгировать по брежневскому времени, а знаковое здание, «ось» Варшавского договора, приговорили к сносу. Не странно ли? Еще мы выясняем, что wow-архитектура вернулась – это новый после-ковидный тренд. Однако, чтобы жест получился действительно сильным, без профессионалов все же не обойтись.
Технологии и материалы
Архитектура в движении: как театр приходит в современные...
Движение в архитектуре может быть не только визуальным эффектом, но и физическим свойством пространства. Кинетические потолки, подвижные конструкции и объемные арт-объекты позволяют менять конфигурацию и сценарии интерьера, объединять движение со светом и звуком. На примере разработок Paper Design® смотрим, как работают такие системы, какие задачи они решают и почему при их проектировании архитекторы обращаются к театральной драматургии.
Остекление аэропортов: современные возможности
Сегодня остекление аэропорта помогает формировать комфортную среду для пассажиров: обеспечивает естественное освещение и визуальную прозрачность, которая помогает пассажирам ориентироваться в здании. При этом современные технологии позволяют интегрировать в стеклопакеты функциональные элементы, которые делают остекление частью инженерной системы фасада. Рассказываем на примере проектов Российской Стекольной Компании.
Ламели в движении: система RV на фасадах паркинга в...
Один из популярных способов получить фасад с выраженной пластикой и 3D-эффектом – использование ламелей. Вместо дорогостоящих кастомных решений достаточно серийной системы в сочетании с поворотными креплениями. Смотрим, как это работает на примере системы RV от АФК Лидер.
В Дании на 3D-принтере напечатали студенческое общежитие
Жилой комплекс Skovsporet состоит из шести малоэтажных корпусов, несущие бетонные конструкции которых изготовлены методом 3D-печати. При строительстве использовали бетонную смесь с цементом пониженной углеродоемкости.
Прозрачность под контролем: остекление курортной...
Как сохранить естественное освещение и панорамные виды, не превращая стеклянный фасад в источник избыточного тепла? На примере двух объектов Черноморского побережья – санатория «Кристалл» в Сочи и винного города «Белый мыс» в Геленджике – рассматриваем возможности мультифункционального и просветлённого стекла AIG, позволяющие совместить солнцезащиту, теплоизоляцию и архитектурную выразительность.
Из шерстяных отходов – в фасадную облицовку
Исследователи Гарвардского университета разработали биокомпозит из переработанной овечьей шерсти, который может использоваться одновременно для теплоизоляции и наружной облицовки зданий. Прототип фасадной системы представили на Архитектурной триеннале в Осло.
«Второй слой»: полимеры в реконструкции
При реконструкции новые материалы могут быть заметной частью архитектуры – полупрозрачной кровлей, фасадом или самостоятельной оболочкой. А могут оставаться скрытыми внутри стен, перекрытий и кровель, улучшая теплоизоляцию и защищая существующие конструкции. Рассматриваем, как полимеры помогают приспосабливать здания к новым функциям и требованиям, сохраняя при этом их архитектурную ценность.
HENN разработало калькулятор углеродного бюджета зданий
Бесплатный онлайн-инструмент немецкого бюро позволяет определить допустимый объем выбросов парниковых газов для здания и сопоставить с ним показатели проекта. Расчет основан на климатической цели Парижского соглашения – ограничении глобального потепления до 1,5 °C относительно доиндустриального уровня.
Тот самый металл
Как Cladding Solutions работает с цветом – от архитектурного замысла и первого образца до рецептуры покрытия и тысяч квадратных метров готового фасада.
Напечатанная штаб-квартира
Немецкая строительная компания Matthäi Schlüsselfertigbau построила собственную штаб-квартиру с применением 3D-печати, а затем открыла подразделение, специализирующееся на этой технологии.
Офис Российско-Германской ВТП в Петербурге: проект...
Новый офис Российско-Германской внешнеторговой палаты в Адмиралтейском районе объединяет рабочие пространства, коворкинг и площадку для деловых мероприятий. Бюро UNK design построило интерьер на принципе лессировки, используя цвет, фактуры и свет для создания многослойной пространственной композиции. Реализовать проект помогли строительные системы КНАУФ – материалы для устройства перегородок, облицовок и подвесных потолков, а также для подготовки поверхностей под отделку.
Три способа встроить мансардное окно в архитектуру...
Мансардное окно обычно воспринимается как элемент, который приходится вписывать в уже заданную конструкцию крыши. Но возможен и обратный подход: размер, конфигурация, цвет или геометрия остекления становятся частью архитектурного замысла и влияют на то, как выглядит весь верхний этаж.
Чёрный пенопласт из отходов
Carbon Cell разработала пеноматериал на основе обугленных сельскохозяйственных отходов. Он не содержит пластика, пригоден для домашнего компостирования и обладает отрицательным углеродным следом: по оценке компании, каждый килограмм материала обеспечивает связывание углерода, эквивалентное почти килограмму CO₂.
Бионика в игровых пространствах
Органическая пластика и сложная геометрия проникают в дизайн игровых пространств все чаще. «Новые Горизонты» предлагают развивать это направление, называя его «бионическими игровыми комплексами», – как концепцию, соединяющую выразительную форму площадки с архитектурой и благоустройством.
Сталь. Спорт. Стиль
Спортивные объекты предъявляют к отделочным материалам разные требования: устойчивость к ударам и интенсивной эксплуатации, безопасность, влагостойкость, гигиеничность. Один из материалов, способных работать в таких условиях, – нержавеющая сталь. Разбираемся, какую марку стали и тип обработки выбирать для тренажерных залов, бассейнов, общественных зон и фасадов – и как эти решения работают на реализованных объектах.
От фасада до земли
Облицовочный кирпич и тротуарная плитка в проектах – нередко выступают как части единой материальной палитры. Они связывают фасад и благоустройство через близкие оттенки или, наоборот, контраст, градиент и общий ритм. Смотрим подборку примеров жилых комплексов из портфолио бюро СПК, где применяется продукция BRAER.
Фальц: от штучного решения к рабочей технологии
Фальцевая кровля часто оказывается в проектах благодаря широким возможностям в работе со сложной геометрией. Но результат зависит не столько от самого металла, сколько от того, как увязаны основание, узлы, производство и монтаж. На примере инфраструктурных объектов разберем фальц как воспроизводимую строительную технологию.
В Токио робота-андроида привлекли для работы на стройплощадке
Компания Shimizu Corporation начала испытания гуманоидных роботов и роботизированных манипуляторов с искусственным интеллектом на строительных площадках. Экспериментальным полигоном стал небоскреб Torch Tower, спроектированный Со Фудзимото.
Материал для эксперимента: полимеры в общественном...
Этим текстом мы открываем новый цикл статей о полимерах в современной архитектуре. Его тема – не столько сферы применения того или иного материала, сколько изменение его архитектурного статуса. В четырех статьях мы попробуем рассмотреть этот вопрос на разных масштабах – от общественного пространства и реконструкции до частного дома и выставочной архитектуры.
Сейчас на главной
Читай, играй, общайся
Библиотека «Притяжение», созданная бюро DE-SENSE, кажется, вобрала в себя все основные приемы, характерные для формата «Третье место», но с адаптацией на детскую и подростковую аудиторию. В результате получилось пространство, наполненное радостью и интересом к знаниям, куда хочется возвращаться.
Ключ к историческому поселению
В Казани в рамках Строительной недели БРИКС состоялся IV форум «РЕБУС», темой которого стало «Градостроительство в исторических поселениях». Предлагаем репортаж с мероприятия, некоторые тезисы дискуссий, а также итоги смотр-конкурса, отмечающего лучшие практики в сфере градостроительства на исторических территориях.
По стопам Кулибина
Бюро ГОРА спроектировало три станции канатной дороги для Нижнего Новгорода. Маршрут свяжет берега Оки и район станции метро «Заречная», предлагая не только удобную переправу, способную транспортировать около 30 000 человек в день, но и новый взгляд на город – как с точки зрения панорам, так и его наследия. Архитектурное решение, вдохновленное инженерными достижениями нижегородца Ивана Кулибина, оставляет открытыми механизмы и коммуникации, а также закладывает выставочную функцию.
Кирпичная ткань
Музей драгоценной ткани – парчи Шу – в Чэнду по проекту пекинского бюро Archstudio – реконструкция скромного цеха по сбору сельскохозяйственной техники.
Семиглавый
Сегодня ДГП объявил о проведении семи архитектурных конкурсов. Но подать заявку пока нельзя. Можно будет с 23 ноября. Мы же пока философствуем о функциональной типологии московской конкурсной практики, ее трансформациях и перспективах.
Кто ищет, тот всегда найдет
Бюро OFFCON разработало дизайн нового этажа для офиса «Авито», руководствуясь представлением о компании как о виртуальном пространстве для поиска своего рода «сокровищ» – выгодных покупок. В результате получился интерьер, наполненный дизайнерскими «сокровищами» – уникальной атмосферой и удобными рабочими местами.
NDA, равенство, братство
Закончила работу десятая биеннале «Архитектура Петербурга». Теперь помимо живой дискуссии и культурной программы у нее есть куратор, объединяющая тема и авторские «гостиные», которые значительно облегчили зрителю жизнь. Помогло ли все это выйти мероприятию на новый уровень – рассуждаем в нашем материале.
Новая морфология среднерусского города
Полностью готова первая часть строящегося в Нижнем Новгороде IT-кампуса «Неймарк» – 18 домов студенческого городка над склоном Оки. У них оптимальная 6-этажная высота и, по словам Никиты Явейна, в основу планировки положен характер застройки Нижнего, который даже при наличии «красной линии» стремится обособить дома, а не состыковать их в один массив. Интересный, глубокий подход – разбираем, какие еще были мотивы и какие возникли, в том числе градостроительные, особенности.
Движение с ускорением
Здание Интеллектуальной лаборатории цифровых сетей построено в особой экономической зоне Петербурга «Новоорловская» по проекту AMD architects. Чтобы сделать здание в промышленной зоне заметным, авторы сыграли на контрасте квадратного в плане основания и диска второго этажа, усилив эффект растяжением формы и сгущением ламелей. Образное решение учитывает восприятие центра с автомобильной трассы и высоты птичьего полета.
Брутальный романтизм
Дизайн-студия GORKOVENKO спроектировала интерьер ресторана «Телец-тунец», объединив в одном дизайне брутальность мясных и романтизм рыбных ресторанов.
Интроверт на перекрестке
Штаб-квартира Пражской противопожарной и спасательной службы по проекту бюро Architektura занимает заметный участок, но, несмотря на «пожарный» цвет, проявляет сдержанность и спокойствие.
Для самураев и викингов
В гавани Копенгагена построен Центр водной культуры KAI по проекту Кэнго Кумы. В пяти кирпичных башнях архитектору удалось соединить японские и скандинавские традиции.
Аэропорт с видом на сад
В конкурсном проекте нового аэропорта Пензы бюро ХВОЯ предлагает пересмотреть привычную планировочную схему аэровокзала, организовав пассажирские пространства вокруг зеленого внутреннего двора.
Функционирующие суды
Венское бюро Berger+Parkkinen представило проекты крупных судебных зданий для Катара: в Дохе и Лусаиле. Их открытие запланировано уже на 2029.
Легкий росчерк на стене
Бюро Nesnov.studio создало интерьер кафе Mátes Пицца в московском ЖК Foriver, кажется, с одной целью – сохранить его воздушность и просторность, деликатно вводя в него элементы дизайна, материалы, цвета и графику, словно взвешивая их на воображаемых весах гармонии.
От завода к городу
В Выксе началось преобразование музея истории металлургического завода в музей города. Первый этап проекта – обновление экспозиции первого этажа по проекту [MISH] studio. Архитекторы сохранили историческую структуру здания и обратились к материалам, связанным с природным и промышленным наследием Выксы: металлу, дереву, цвету металлургического шлака.
Сцена для города
По проекту ARCHINFORM в Новом Уренгое построена Детская школа искусств – новый общественно-культурный центр, формирующий важную точку притяжения в самом сердце города. Композиционным ядром здания стал театрально-концертный зал, который архитекторы превратили в самостоятельный объем, заключенный в выразительную оболочку из вертикальных ламелей.
Случайные встречи
Культурный и спортивный центр района Юэхай, шэньчжэньской «Кремниевой долины», спроектирован бюро Urbanus как место, где жители мегаполиса могут ощутить свою принадлежность к местному сообществу.
Пресса: Веретьево, Степановское-Волосово и Никола-Ленивец:...
Александр Бродский, Михаил Белов и Николай Полисский годами строят собственные арт-парки в Подмосковье, Тверской и Калужской областях. Рассказываем, что прославляет каждый из них, чем их проекты отличаются от коммерческих арт-площадок
Ирина Барто: «Нам нужна была тема, в которой помещаются...
Сооснователь бюро Umbra Ирина Барто – первая женщина-архитектор, которая заняла пост председателя «Объединения архитектурных мастерских» за все 26 лет существования ассоциации. В этом году она также курирует X биеннале «Архитектура Петербурга». PR и комьюнити-директор Ассоциации «ОАМ» и организатор биеннале Анна Ставрова поговорила с Ириной Барто об особенностях юбилейной выставки: посетителей ждут «гостиные» 23 бюро, обширная культурная программа за пределами Этнографического музея, а также деловая дискуссия, сфокусированная на диалоге, открытости профессии городу и преемственности.
Игра в Урарту
Проект Софьи Балыкиной и бюро «Хора» стал финалистом конкурса на разработку архитектурной концепции новой арены для футбольного клуба «Урарту». Объект расположится на месте стадиона «Наири» близ Ереванского озера. Авторы предложили комплекс, напоминающий современную агору: с амфитеатром и закрытыми трибунами, глубинной пространственной связью с тканью города и окружающим ландшафтом, а также включением в новую композицию исторических конструкций. Победу одержала заявка местного бюро Gravity.
Новая аутентичность
Современный интерьер в национальном стиле сделать непросто. Мало таланта, насмотренности и бюджета. Нужно нечто больше: нужна искренняя любовь к месту и его истории, причем, как у заказчика, так и у дизайнера. Подтверждением тому служит интерьер бутик-отеля «Дымов Дача» в Суздале, созданный командой под руководством Ангелины Бородкиной.
Местный колорит
Stefano Boeri Architetti выиграли конкурс на проект жилого комплекса в Тбилиси, на месте электровозостроительного завода ТЭМКа (ТЭВЗ). Цвета будущих фасадов основаны на типичных для колорита города оттенках.
Память в деталях
В проекте гостиницы на Почаинском овраге в Нижнем Новгороде бюро ГОРА Станислава Горшунова обращается к почти забытым в современной архитектуре маскаронам. И эта яркая деталь – одна из тех, через которые архитекторы раскрывают историю места, соединяя мотивы соседних памятников, особенности рельефа и современную пластику.
О пользе разнообразия
В Амстердаме завершено строительство жилого района Westerpark West. Согласно разработанному MVRDV мастерплану он объединяет 15 корпусов, каждый со своим собственным решением.
В центре Барнаула
Александр Деринг отреставрировал главное здание торгового дома купцов Суховых в центре Барнаула. Построенное в 1880, сгоревшее в 2000 году, оно долго стояло без кровли. Сохранены и очищены кирпичная кладка, металлические решетки и створки ворот, на которых возвращены чугунные львы. Работа продолжается, когда весь комплекс будет отреставрирован, отдельные корпуса планируют назвать в честь представителей рода Суховых конца XIX – начала XX веков.
Вторично использованные этажи
Herzog & de Meuron разместили студенческий центр и столовую из инженерного дерева на бетонном основании старого учебного корпуса в престижном Амхерст-колледже в штате Массачусетс.
Дмитрий Овчаров и Елена Мерцалова: «У ‘nefa’architects’...
‘nefa’architects’ существуют больше двадцати лет, но по-прежнему сознательно сохраняет компактную структуру. При этом диапазон проектов сложно свести к одной специализации: офисы и аэропорты, общественные здания и благоустройство, реконструкция, интерьеры. С руководителями бюро Дмитрием Овчаровым и Еленой Мерцаловой мы поговорили о том, чем живет и как работает студия сегодня.
White House: дом в трех измерениях
В самом центре Тюмени, на пересечении улиц Первомайской и Володарского, в 2025 году по проекту бюро ASADOV построили жилой комплекс White House. Нефтяная столица России получила свой собственный «Белый дом».
Начитанное место
Да, «все течет, все меняется», но иногда так приятно обнаруживать, что какие-то вещи остаются неизменными. Например, книжная лавка Союза писателей на Кузнецком мосту сохранила свою функцию и свое очарование, даже пережив обновление по проекту бюро AXIOMA, в котором традиционные элементы сочетаются с современным дизайном.