Дом-арка

На Можайском шоссе начинается строительство офисного здания по проекту Алексея Бавыкина. Как считает автор, на последнем этапе ему удалось внести существенные изменения, которые позволили лучше раскрыть важную для архитектора тему

author pht

Автор текста:
Юлия Тарабарина

20 Мая 2008
mainImg
Архитектор:
Алексей Бавыкин
Мастерская:
Алексей Бавыкин и партнёры
Проект:
Офисное здание с подземной автостоянкой в 4-х уровнях на Можайском шоссе (вариант 2006-2008 гг.)
Россия, Москва, Можайское шоссе, вл. 6

Авторский коллектив:
А.Л. Бавыкин, М.М. Марек, Д.Н. Чистов, главный конструктор – К.О. Кабанов; главный инженер проекта – Л.Н. Слуцковская

2006

закачик – ООО «МЕДСТРОЙИНВЕСТ»

Мы уже писали о проекте офисного здания на Можайском шоссе. Оно состоит из гигантской арки 11-этажной высоты, пересеченной проходящим сквозь нее «носом» стеклянного объема. Линия Кутузовского проспекта, переходя в Можайское шоссе, немного изгибается и отклоняется влево от оси – рассказывает Алексей Бавыкин. Поэтому его арка, хотя и стоит не по центру шоссе, а справа, оказывается строго на геометрической оси арки Бове. Рядом находится длиннющий панельный дом, удачным образом отодвинутый от красной линии трассы. Перед домом – сквер, и ничто не перекрывает воображаемого «луча» между двумя арками. Сквер будет приведен в порядок и превратится в дополнение – партер бавыкинской арки, максимально раскрывая перспективу на нее со стороны центра.

Поэтому арку Бавыкина можно себе представить как неточную проекцию арки Бове в перспективе, сделанную с помощью большой камеры обскуры. Как будто бы кто-то от гостиницы «Украина» посветил фонариком на Триумфальную арку, а далеко за ней поставил экран и на него спроецировалась гигантская тень арки – и как в театре теней, зажила собственной жизнью – стала трехпролетной. Кроме того, арка Бавыкина оказалась не по центру, а на краю шоссе, и от нее в борьбе с модернистским городом «отломилась» половина. Это делает арку похожей на античную руину и вызывает ассоциации с полуразрушенным мостом или акведуком – на «Золотом сечении» архитектор сопроводил свой проект фотографией римского моста Эмилия Лепида, который похожим образом сломан пополам. Однако же главный прототип – не акведук, а арка, и именно стоящая в перспективе арка Бове, говорит Алексей Бавыкин.

Изменения, произошедшие в проекте за последние полгода, сделали его более цельным и позволили точнее раскрыть тему. Во-первых, в «сломанном» пролете арки исчезли все окна, которые раньше выглядели, как выпавшие из кладки квадры. Архитектору удалось собрать в этом месте лифты и прочие коммуникации, не нуждающиеся во внешних окнах. Внешне это выглядит так, как будто циклопическую кладку починили, заделали пробоины. То есть – Алексей Бавыкин в процессе проектирования «отреставрировал» свою еще не построенную руину.

Второе изменение – у стеклянного объема-модерниста пропали стволовидные колонны специфического древесного ордера, изобретенного Бавыкиным в 1994 году для портика деревенской виллы и реализованного недавно в Брюсовом переулке. Шершавые опоры исчезли – архитектор развел темы, оставил деревья Брюсову, а здесь заострил основную тему – арочную.

И, наконец третье и самое интересное – внутри, в верхней части пролета «целой» арки архитектору удалось спроектировать атриум. Известно, что атриум – больная и очень любимая тема наших «бумажников». После их увлечения конца 1980-х годов в Москве теперь тьма-тьмущая атриумов. Но такого нет. Обычно атриумы – это перекрытые стеклянной крышей внутренние дворы; Бавыкин недавно сделал один такой в жилом доме в Брюсовом переулке. А здесь ни крыши, ни двора. Атриум, высотой в три этажа, устроен под бетонным цилиндрическим сводом. Таким образом, арка, которую мы видим снаружи – это не нарисованная на фасаде иллюзия, она совершенно настоящая, без обмана. Арка целиком и полностью есть внутри и, вероятно, она будет создавать там редкостное пространство, похожее на римские термы. Изгиб бетонного свода, справа и слева – стеклянные стены, посередине – мостик, позволяющий пройтись от импоста к импосту.

Алексей Бавыкин считает арку на Можайском шоссе своим программным произведением. Что интересно, так как сейчас наши архитекторы очень редко называют свои вещи программными. А Бавыкин называет этот проект принципиально важным для себя. Это первый из строящихся объектов, в котором так явно и очевидно отразилась одна из главных тем этого архитектора, состоящая, по собственным словам Алексея Бавыкина, в соединении «культуры один и культуры два». Под первым совершенно очевидно подразумевается модернизм, со вторым сложнее. Это вроде бы историзм, но если присматриваться всерьез, то не вполне он.

Давно, в 1984 году, для конкурса «стиль 2001 года», Алексей Бавыкин сделал архитектурный объект, очень похожий на бронзовую скульптуру. Эта скульптура – макет стеклянного здания, в одном из углов которого «вынут слепок» небоскреба-колонны Адольфа Лооса. Как теперь хорошо известно (см. статью Григория Ревзина),этот конкурс оказался принципиальным для многих «бумажных архитекторов»: Юрий Аввакумов там выбрал авангард, Михаил Филиппов классику, а Алексей Бавыкин начал поиски то ли сталкивания, то и примирения, но так или иначе существования того и другого вместе. Можно сказать, что тогда молодые русские архитекторы очень серьезно отнеслись к конкурсному заданию, задумались о будущем и выдали – каждый для себя – планы на XXI век. Рано или поздно, так или иначе, но они их последовательно реализуют.

С тех пор колонна Лооса, да и сама по себе эта бронзовая скульптура-макет стали символом мастерской Бавыкина, и надо сказать, что на сегодняшний день эта мастерская обладает, наверное, самым осмысленным и «говорящим» логотипом в Москве, потому что он прямо и зримо воплощает то, что Алексей Бавыкин называет свой художественной программой. Вообще говоря, у этой художественной программы три составные части: продолжение поисков русского авангарда 30-х годов, соединение «культуры один и культуры два» и подчеркнутое внимание к градостроительному значению каждого объекта.

Три части Бавыкинской программы взаимосвязаны: именно на грани 20-х и 30-х годов XX века, когда первая разновидность модернизма – авангард, архитектура абстрактных форм, собралась смениться новым воплощением классической темы – ар-деко, в разных странах возникло несколько рубежных произведений – как раз таких, которые находятся между культурами «один» и «два». В которых взаимодействие двух направлений-антагонистов рассматривалось не декоративным образом, как это стали делать потом, а более структурно. Как будто бы авангардисты, старательно очистив архитектурную форму от всего лишнего, задумались о ее основах, о классических архетипах и принялись эти архетипы выявлять.

Надо, правда, сказать, что этим занимались в основном такие авангардисты, которые раньше были крепкими классицистами – их, вероятно, тревожила собственная классическая выучка, прорастая каким-то образом не снаружи, а «изнутри» в их проектах и зданиях. Два характерных архитектора этого краткого направления – Адольф Лоос в Австрии и Илья Голосов у нас – это любимые авторы Алексея Бавыкина. Эти опыты по «проявлению» классических форм изнутри модернистских продолжались, как было сказано, очень недолго, они существуют на переломе и быстро смываются основной волной ар-деко. Алексей Бавыкин как будто бы стремится «вытащить» эту мимолетную тенденцию и дать ей развиться, причем делается это без малейшего оттенка иронии, а вполне серьезно и поэтому хотя постмодернистские корни его идеи очевидны, это не постмодернизм как таковой. Это какое-то рубежное возрождение, возрождение того, что не развилось на грани между авангардом и новой волной классических форм.

Главная особенность направления состоит в том, что классические формы переосмысливаются как очень крупные. И таким образом переводятся из ранга декора в масштаб объема. Идея Лооса сделать небоскреб в виде колонны и идея Голосова превратить угловую ротонду дома в большую муфтированную колонну в этом отношении очень родственные. Это укрупнение обычно некрупных элементов до масштаба здания находит своего ближайшего родственника в «говорящей» архитектуре авангарда – в домах-звездах, домах-тракторах и прочих сооружениях, которые брали за образец укрупненную символику или увеличенную технику. У Алексея Бавыкина, кстати говоря, тоже ведь есть ресторан в виде сковородки.

Иными словами, когда архитекторы авангарда задумались о том, как бы примирить свои поиски чистой формы со своей академической выучкой, они вместо дома-танка попробовали сделать дом-колонну. Видя это, архитектор Алексей Бавыкин в свою очередь подумал – а может быть, это вообще принципиальный выход, разрешение антагонизма? У него уже есть как минимум два дома-колонны, навеянных Лоосом («стиль 2001 года») и Голосовым (здание в 3-м Автозаводском проезде, где голосовский угловой цилиндр снабжен каннелюрами, т.е. в нем проявлена его «колонная сущность»). А также у него есть дом-арка.

Таким образом, дом-арка – это вторая значительная попытка Алексея Бавыкина обыграть в своей архитектуре немирное сосуществование модернизма и переосмысленных классических архетипов. Была колонна, появилась арка – это похоже на второй, следующий шаг по теме. Ради справедливости надо сказать, что также как Лоос и Голосов переосмысливали тему колонны, также и архитекторы неоклассики 1910-х гг. нередко обращались к теме триумфальной арки, которую для европейской архитектуры, вообще говоря, надо признать одной из основополагающих хотя бы потому, что, помимо римских и прочих императоров, которые строили себе сооружения для военного триумфа, долгое время в виде триумфальных арок решалась архитектура алтарей христианских храмов. Арка – не меньший архетип, чем колонна. Здесь, «в борьбе с модернизмом», от нее отломалась половина, исчезла вся декорация, формы стали лаконичными, но смысл остался. Она даже подросла и обещает быть очень, очень заметной на Можайке.

Офисное здание на Можайском шоссе. Вариант 2008 года (второй вариант) © Мастерская архитектора Бавыкина
Офисное здание на Можайском шоссе. Вариант 2008 года (второй вариант)
Офисное здание на Можайском шоссе. Вариант 2008 года (второй вариант)
Окончательный вариант. 2008
Офисное здание на Можайском шоссе. Вариант 2008 года (второй вариант). Интерьер атриума с бетонным сводом.
Офисное здание с подземной автостоянкой в 4-х уровнях на Можайском шоссе. ООО «А. Бавыкин и партнеры»
zooming
Триумфальная арка на Кутузовском проспекте
Остатки моста цензора Эмилия Лепида
Окончательный вариант. 2008
Окончательный вариант. 2008
Дом-арка на Можайском шоссе. Проект. Эскиз. 2007 г. (первый вариант)


Архитектор:
Алексей Бавыкин
Мастерская:
Алексей Бавыкин и партнёры
Проект:
Офисное здание с подземной автостоянкой в 4-х уровнях на Можайском шоссе (вариант 2006-2008 гг.)
Россия, Москва, Можайское шоссе, вл. 6

Авторский коллектив:
А.Л. Бавыкин, М.М. Марек, Д.Н. Чистов, главный конструктор – К.О. Кабанов; главный инженер проекта – Л.Н. Слуцковская

2006

закачик – ООО «МЕДСТРОЙИНВЕСТ»

20 Мая 2008

author pht

Автор текста:

Юлия Тарабарина
Технологии и материалы
Хай-тек палаццо: тонкости воплощения
Подробно рассказываем о фасадных системах и объектных решениях компании HILTI, примененных в клубном доме «Кутузовский, 12».
Проект дома – АБ «Цимайло Ляшенко и Партнеры».
Дмитрий Самылин: российский «авторский» кирпич и...
Глава фирмы «КИРИЛЛ» рассказал archi.ru о кирпичном производстве в России, новых российских заводах кирпича и клинкера ручной формовки, о новых коллекциях, разработанных с учетом пожеланий архитекторов, а также пригласил на семинар по клинкеру в «Руине» Музея архитектуры.
Эволюция офиса
Задача дизайнера актуальных офисных интерьеров – создать функциональную среду, приятную эстетически и комфортную во всех смыслах.
Сейчас на главной
Эффект диафрагмы
Для жилого комплекса в Пушкино бюро «Крупный план» придумало фасады, регулирующие поток света при помощи геометрии стены.
Лужайка взлетает
Так как онкологический центр Мэгги занял последний кусочек газона в больнице Лидса, его архитекторы Heatherwick Studio превратили крышу своего здания в роскошный сад: как будто прежняя лужайка поднялась над землей.
СПбГАСУ-2020. Часть II
Пять выпускных работ кафедры Дизайна архитектурной среды, выполненных в условиях карантина под руководством Константина Самоловова и Константина Трофимова: wow-эффекты для «Тучкова буяна», подробная программа для арт-кластера, остроумное приспособление руин, а также взгляд с Луны на нижегородскую Стрелку.
Летающий форум
Архитекторы MVRDV выиграли конкурс на мастерплан района в центре Карлсруэ: градостроительную ось дворца XVIII века замкнет «летающий» общественный форум с садом на крыше.
СПбГАСУ-2020. Часть I.
Семь выпускных работ кафедры Дизайна архитектурной среды, выполненных в условиях карантина под руководством Ирины Школьниковой и Дениса Романова: геймдев-студия и модный кластер на фабрике «Красное знамя», возобновляемые источники энергии для Крыма, а также альтернативный «Тучков буян» и экологичное пространство на месте заброшенного манежа в Пушкине.
Алюминиевые лепестки
Олимпийский и паралимпийский музей США в Колорадо-Спрингс по проекту Diller Scofidio + Renfro равно рассчитан на посетителей с любыми физическими возможностями.
Комфортный город в себе
Казалось бы, такое невозможно среди человейников, неритмично чередующихся со старыми дачами. И между тем жилой комплекс на территории бизнес-парка Comcity предлагает именно комфортную среду среднего города: не слишком высокую и умеренно-приватную, как вариант идеала современной урбанистики.
Форум на холме
Недалеко от Штутгарта по проекту бюро Дэвида Чипперфильда полностью завершен культурный центр Carmen Würth Forum: теперь там открылись музей и конференц-центр.
Градосвет удаленно 24.07.2020
В Петербурге обсудили торгово-офисный комплекс для одного из самых плотных районов города: с супрематическими фасадами, системой террас и головокружительными парковками.
Критика единомышленников
Foster + Partners, одни из инициаторов-подписантов экологического архитектурного манифеста Architects Declare, подверглись критике за два недавних проекта «курортных» аэропортов для Саудовской Аравии, так как авиасообщение считается самым разрушительным для окружающей среды видом транспорта.
Архитектура в объективе: 14 фотографов
Мы собирали эту коллекцию два месяца: о начале увлечения архитектурой как предметом фотографирования, об историях профессиональной карьеры и о недавних проектах, о пользе сетей для поиска заказчиков – но и о традиционном отношении к фотографии. Российские архитектурные фотографы рассказывают о себе и делятся опытом. Всё это в контексте обзора instagram-аккаунтов, но не ограничиваясь им.
Городок у старой казармы
Бюро melix воссоздает атмосферу старого Оренбурга в проекте жилого комплекса у Михайловских казарм – важного городского памятника, пришедшего в упадок. Проект победил в конкурсе, проведенном городской администрацией и теперь ищет инвестора.
Мозаика этажей
Жилой комплекс Etaget по проекту архитекторов Kjellander Sjöberg встроен в сложившуюся застройку центральной части Стокгольма, имитируя «город в городе».
Градсовет удаленно 17.07.2020
Щедрый на критику, рефлексию и решения градсовет, на котором обсуждался картельный сговор, потакание девелоперу и несовершенство законодательства.
Второе дыхание «революционного движения профсоюзов»
Архитекторы KCAP и Cityförster представили проект реконструкции в Братиславе конгресс-центра Дома профсоюзов и прилегающей территории: они планируют вернуть жизнь на историческую площадь, в начале 1980-х превращенную в позднемодернистский «плац» с транспортной развязкой.
Движение по краю
ЖК «Лица» на Ходынском поле – один из новых масштабных домов, дополнивший застройку вокруг Ходынского поля. Он умело работает с масштабом, подчиняя его силуэту и паттерну; творчески интерпретирует сочетание сложного участка с объемным метражом; упаковывает целый ряд функций в одном объеме, так что дом становится аналогом города. И еще он похож на семейство, защищающее самое дорогое – детей во дворе, от всего на свете.
Старые стены
Восьмиэтажный кирпичный склад на чугунном каркасе в Манчестере превращен архитекторами Archer Humphryes в самый большой британский апарт-отель.
Агент визуальной устойчивости
Сравнительно небольшой дом на границе фабрики «Большевик» сочетает два противоположных качества: дорогие материалы и декоративизм ар-деко и крупную, несколько даже брутальную сетку фасадов с акцентом на пластинчатом аттике.
Деревянный треугольник
У вокзала в Ассене на севере Нидерландов нет главного фасада: он соединяет части города, а не разделяет их. Авторы проекта – бюро Powerhouse Company и De Zwarte Hond.
Пресса: Рейтинг экспертов в сфере урбанистики
Центр политической конъюнктуры (ЦПК) по заказу Экспертного института социальных исследований (ЭИСИ) составил первый публичный рейтинг экспертов. Представляем вашему вниманию Топ-50 наиболее авторитетных и влиятельных экспертов в сфере урбанистики.
Новый двор
Термы, руины и городской лабиринт – предложения для Никольских рядов, разработанные в рамках форсайта, организованного журналом «Проект Балтия».
Белая площадь
Площадь Единства в центре Каунаса из парадной территории превратилась согласно проекту бюро 3deluxe во многофункциональное пространство, рассчитанное на самых разных горожан, от любителей скейтбординга до родителей с маленькими детьми.
Долгосрочная устойчивость
Архитекторы MVRDV представили проект реконструкции своей знаменитой постройки – павильона Нидерландов на Экспо в Ганновере, пустовавшего 20 лет.
Введение в параметрику
В нашей подборке: вдохновляющие ресурсы, книги, курсы и люди, которые помогут познакомиться с алгоритмической архитектурой и проектированием.
Наследие модернизма: Artek и ресторан Savoy
Ресторан Savoy в Хельсинки с интерьерами авторства Алвара и Айно Аалто вновь открыл свои двери после тщательной реставрации и реконструкции. Savoy был обновлен лондонской студией Studioilse в сотрудничестве с финским мебельным брендом Artek, Городским музеем Хельсинки и Фондом Алвара Аалто.
Леонидов и Ле Корбюзье: проблема взаимного влияния
Памяти Юрия Павловича Волчка. Статья готовилась к V Хан-Магомедовским чтениям «Наследие ВХУТЕМАС и современность». В ней рассматривается проблема творческого взаимодействия Ле Корбюзье и Ивана Леонидова, раскрывающая значение творчества Леонидова и школы ВХУТЕМАСа, которую он представляет, для формирования основ формального языка архитектуры «современного движения».
Памяти Юрия Волчка
Вчера, 6 июля, умер Юрий Волчок, историк архитектуры, ученый, хорошо известный всем, кто хоть сколько-нибудь интересуется советским модернизмом. Слово – его коллегам и ученикам.
Все о Эве
Общим голосованием студентов и преподавателей лондонской школы Архитектурной ассоциации выражено недоверие директору этого ведущего мирового вуза, Эве Франк-и-Жилаберт, и отвергнут ее план развития школы на ближайшие пять лет. В ответ в управляющий совет АА поступило письмо известных практиков, теоретиков и исследователей архитектуры, называющих итог голосования результатом сексизма и предвзятости.
Клетка Фарадея
Проект клубного дома в 1-м Тружениковом переулке – попытка архитекторов разместить значительный объем на крошечном пятачке земли так, чтобы он выглядел элегантно и респектабельно. На помощь пришли металл, камень и гнутое стекло.
Цвет и линия
Находки бюро «А.Лен» для проектирования бюджетного детского сада: мозаика нерегулярных окон и работа с цветом.
Градсовет удаленно 2.07.2020
Рельсы как основа композиции, компиляция как архитектурный прием и неудавшееся обсуждение фонтана на очередном градсовете, прошедшем в формате видеотрансляции.
Союз искусства и техники
Интерес к архитектуре 1930-х для Степана Липгарта – путеводная звезда. В проекте дома «Amo» на Васильевском острове в Санкт-Петербурге архитектор взял за точку отсчета московское ар-деко – эстетское, с росписями в технике сграффито. И заодно развил типологию квартала как органической структуры.
На краю ледника
В горах на западе Норвегии, у ледника Юстедал, заработала туристическая база Tungestølen по проекту архитекторов Snøhetta. Ее фасады обшиты деревом, обработанным по средневековому методу – как у ставкирки.
Стекло и камень
В штате Вирджиния началась реконструкция руин дома Фрэнсиса Лайтфута Ли – одного из «подписантов» Декларации независимости США (1776). Чтобы не нарушить аутентичность сооружения, все новые части, включая конструктивные, будут выполнены из стекла.