English version

Дом-арка

На Можайском шоссе начинается строительство офисного здания по проекту Алексея Бавыкина. Как считает автор, на последнем этапе ему удалось внести существенные изменения, которые позволили лучше раскрыть важную для архитектора тему

author pht

Автор текста:
Юлия Тарабарина

20 Мая 2008
mainImg
Архитектор:
Алексей Бавыкин
Проект:
Офисное здание с подземной автостоянкой в 4-х уровнях на Можайском шоссе (вариант 2006-2008 гг.)
Россия, Москва, Можайское шоссе, вл. 6

Авторский коллектив:
А.Л. Бавыкин, М.М. Марек, Д.Н. Чистов, главный конструктор – К.О. Кабанов; главный инженер проекта – Л.Н. Слуцковская

2006

закачик – ООО «МЕДСТРОЙИНВЕСТ»

Мы уже писали о проекте офисного здания на Можайском шоссе. Оно состоит из гигантской арки 11-этажной высоты, пересеченной проходящим сквозь нее «носом» стеклянного объема. Линия Кутузовского проспекта, переходя в Можайское шоссе, немного изгибается и отклоняется влево от оси – рассказывает Алексей Бавыкин. Поэтому его арка, хотя и стоит не по центру шоссе, а справа, оказывается строго на геометрической оси арки Бове. Рядом находится длиннющий панельный дом, удачным образом отодвинутый от красной линии трассы. Перед домом – сквер, и ничто не перекрывает воображаемого «луча» между двумя арками. Сквер будет приведен в порядок и превратится в дополнение – партер бавыкинской арки, максимально раскрывая перспективу на нее со стороны центра.

Поэтому арку Бавыкина можно себе представить как неточную проекцию арки Бове в перспективе, сделанную с помощью большой камеры обскуры. Как будто бы кто-то от гостиницы «Украина» посветил фонариком на Триумфальную арку, а далеко за ней поставил экран и на него спроецировалась гигантская тень арки – и как в театре теней, зажила собственной жизнью – стала трехпролетной. Кроме того, арка Бавыкина оказалась не по центру, а на краю шоссе, и от нее в борьбе с модернистским городом «отломилась» половина. Это делает арку похожей на античную руину и вызывает ассоциации с полуразрушенным мостом или акведуком – на «Золотом сечении» архитектор сопроводил свой проект фотографией римского моста Эмилия Лепида, который похожим образом сломан пополам. Однако же главный прототип – не акведук, а арка, и именно стоящая в перспективе арка Бове, говорит Алексей Бавыкин.

Изменения, произошедшие в проекте за последние полгода, сделали его более цельным и позволили точнее раскрыть тему. Во-первых, в «сломанном» пролете арки исчезли все окна, которые раньше выглядели, как выпавшие из кладки квадры. Архитектору удалось собрать в этом месте лифты и прочие коммуникации, не нуждающиеся во внешних окнах. Внешне это выглядит так, как будто циклопическую кладку починили, заделали пробоины. То есть – Алексей Бавыкин в процессе проектирования «отреставрировал» свою еще не построенную руину.

Второе изменение – у стеклянного объема-модерниста пропали стволовидные колонны специфического древесного ордера, изобретенного Бавыкиным в 1994 году для портика деревенской виллы и реализованного недавно в Брюсовом переулке. Шершавые опоры исчезли – архитектор развел темы, оставил деревья Брюсову, а здесь заострил основную тему – арочную.

И, наконец третье и самое интересное – внутри, в верхней части пролета «целой» арки архитектору удалось спроектировать атриум. Известно, что атриум – больная и очень любимая тема наших «бумажников». После их увлечения конца 1980-х годов в Москве теперь тьма-тьмущая атриумов. Но такого нет. Обычно атриумы – это перекрытые стеклянной крышей внутренние дворы; Бавыкин недавно сделал один такой в жилом доме в Брюсовом переулке. А здесь ни крыши, ни двора. Атриум, высотой в три этажа, устроен под бетонным цилиндрическим сводом. Таким образом, арка, которую мы видим снаружи – это не нарисованная на фасаде иллюзия, она совершенно настоящая, без обмана. Арка целиком и полностью есть внутри и, вероятно, она будет создавать там редкостное пространство, похожее на римские термы. Изгиб бетонного свода, справа и слева – стеклянные стены, посередине – мостик, позволяющий пройтись от импоста к импосту.

Алексей Бавыкин считает арку на Можайском шоссе своим программным произведением. Что интересно, так как сейчас наши архитекторы очень редко называют свои вещи программными. А Бавыкин называет этот проект принципиально важным для себя. Это первый из строящихся объектов, в котором так явно и очевидно отразилась одна из главных тем этого архитектора, состоящая, по собственным словам Алексея Бавыкина, в соединении «культуры один и культуры два». Под первым совершенно очевидно подразумевается модернизм, со вторым сложнее. Это вроде бы историзм, но если присматриваться всерьез, то не вполне он.

Давно, в 1984 году, для конкурса «стиль 2001 года», Алексей Бавыкин сделал архитектурный объект, очень похожий на бронзовую скульптуру. Эта скульптура – макет стеклянного здания, в одном из углов которого «вынут слепок» небоскреба-колонны Адольфа Лооса. Как теперь хорошо известно (см. статью Григория Ревзина),этот конкурс оказался принципиальным для многих «бумажных архитекторов»: Юрий Аввакумов там выбрал авангард, Михаил Филиппов классику, а Алексей Бавыкин начал поиски то ли сталкивания, то и примирения, но так или иначе существования того и другого вместе. Можно сказать, что тогда молодые русские архитекторы очень серьезно отнеслись к конкурсному заданию, задумались о будущем и выдали – каждый для себя – планы на XXI век. Рано или поздно, так или иначе, но они их последовательно реализуют.

С тех пор колонна Лооса, да и сама по себе эта бронзовая скульптура-макет стали символом мастерской Бавыкина, и надо сказать, что на сегодняшний день эта мастерская обладает, наверное, самым осмысленным и «говорящим» логотипом в Москве, потому что он прямо и зримо воплощает то, что Алексей Бавыкин называет свой художественной программой. Вообще говоря, у этой художественной программы три составные части: продолжение поисков русского авангарда 30-х годов, соединение «культуры один и культуры два» и подчеркнутое внимание к градостроительному значению каждого объекта.

Три части Бавыкинской программы взаимосвязаны: именно на грани 20-х и 30-х годов XX века, когда первая разновидность модернизма – авангард, архитектура абстрактных форм, собралась смениться новым воплощением классической темы – ар-деко, в разных странах возникло несколько рубежных произведений – как раз таких, которые находятся между культурами «один» и «два». В которых взаимодействие двух направлений-антагонистов рассматривалось не декоративным образом, как это стали делать потом, а более структурно. Как будто бы авангардисты, старательно очистив архитектурную форму от всего лишнего, задумались о ее основах, о классических архетипах и принялись эти архетипы выявлять.

Надо, правда, сказать, что этим занимались в основном такие авангардисты, которые раньше были крепкими классицистами – их, вероятно, тревожила собственная классическая выучка, прорастая каким-то образом не снаружи, а «изнутри» в их проектах и зданиях. Два характерных архитектора этого краткого направления – Адольф Лоос в Австрии и Илья Голосов у нас – это любимые авторы Алексея Бавыкина. Эти опыты по «проявлению» классических форм изнутри модернистских продолжались, как было сказано, очень недолго, они существуют на переломе и быстро смываются основной волной ар-деко. Алексей Бавыкин как будто бы стремится «вытащить» эту мимолетную тенденцию и дать ей развиться, причем делается это без малейшего оттенка иронии, а вполне серьезно и поэтому хотя постмодернистские корни его идеи очевидны, это не постмодернизм как таковой. Это какое-то рубежное возрождение, возрождение того, что не развилось на грани между авангардом и новой волной классических форм.

Главная особенность направления состоит в том, что классические формы переосмысливаются как очень крупные. И таким образом переводятся из ранга декора в масштаб объема. Идея Лооса сделать небоскреб в виде колонны и идея Голосова превратить угловую ротонду дома в большую муфтированную колонну в этом отношении очень родственные. Это укрупнение обычно некрупных элементов до масштаба здания находит своего ближайшего родственника в «говорящей» архитектуре авангарда – в домах-звездах, домах-тракторах и прочих сооружениях, которые брали за образец укрупненную символику или увеличенную технику. У Алексея Бавыкина, кстати говоря, тоже ведь есть ресторан в виде сковородки.

Иными словами, когда архитекторы авангарда задумались о том, как бы примирить свои поиски чистой формы со своей академической выучкой, они вместо дома-танка попробовали сделать дом-колонну. Видя это, архитектор Алексей Бавыкин в свою очередь подумал – а может быть, это вообще принципиальный выход, разрешение антагонизма? У него уже есть как минимум два дома-колонны, навеянных Лоосом («стиль 2001 года») и Голосовым (здание в 3-м Автозаводском проезде, где голосовский угловой цилиндр снабжен каннелюрами, т.е. в нем проявлена его «колонная сущность»). А также у него есть дом-арка.

Таким образом, дом-арка – это вторая значительная попытка Алексея Бавыкина обыграть в своей архитектуре немирное сосуществование модернизма и переосмысленных классических архетипов. Была колонна, появилась арка – это похоже на второй, следующий шаг по теме. Ради справедливости надо сказать, что также как Лоос и Голосов переосмысливали тему колонны, также и архитекторы неоклассики 1910-х гг. нередко обращались к теме триумфальной арки, которую для европейской архитектуры, вообще говоря, надо признать одной из основополагающих хотя бы потому, что, помимо римских и прочих императоров, которые строили себе сооружения для военного триумфа, долгое время в виде триумфальных арок решалась архитектура алтарей христианских храмов. Арка – не меньший архетип, чем колонна. Здесь, «в борьбе с модернизмом», от нее отломалась половина, исчезла вся декорация, формы стали лаконичными, но смысл остался. Она даже подросла и обещает быть очень, очень заметной на Можайке.

Офисное здание на Можайском шоссе. Вариант 2008 года (второй вариант) © Мастерская архитектора Бавыкина
Офисное здание на Можайском шоссе. Вариант 2008 года (второй вариант)
Офисное здание на Можайском шоссе. Вариант 2008 года (второй вариант)
Окончательный вариант. 2008
Офисное здание на Можайском шоссе. Вариант 2008 года (второй вариант). Интерьер атриума с бетонным сводом.
Офисное здание с подземной автостоянкой в 4-х уровнях на Можайском шоссе. ООО «А. Бавыкин и партнеры»
zooming
Триумфальная арка на Кутузовском проспекте
Остатки моста цензора Эмилия Лепида
Окончательный вариант. 2008
Окончательный вариант. 2008
Дом-арка на Можайском шоссе. Проект. Эскиз. 2007 г. (первый вариант)


Архитектор:
Алексей Бавыкин
Проект:
Офисное здание с подземной автостоянкой в 4-х уровнях на Можайском шоссе (вариант 2006-2008 гг.)
Россия, Москва, Можайское шоссе, вл. 6

Авторский коллектив:
А.Л. Бавыкин, М.М. Марек, Д.Н. Чистов, главный конструктор – К.О. Кабанов; главный инженер проекта – Л.Н. Слуцковская

2006

закачик – ООО «МЕДСТРОЙИНВЕСТ»

20 Мая 2008

author pht

Автор текста:

Юлия Тарабарина
Технологии и материалы
UP-GYM: интерактив для городской среды
Современное развитие комфортной городской среды требует современных решений.Новые подходы к организации уличного детского досуга при обустройстве дворовых территорий и общественных пространств, спортивных, образовательных и медицинских учреждений предложили чебоксарские специалисты.
На вкус и цвет: алюминий в московском метро
Алюминий практически вездесущ, а в современном метро просто незаменим. Он легок и хорошо держит форму, оттенки и варианты фактуры разнообразны: от стеклянисто-глянцевого до плотного матового. Вашему вниманию – обзор новых станций московского метро, в дизайне интерьеров которых использован окрашенный алюминий SEVALCON.
Серьезный кирпичный разговор
В декабре в московском центре дизайна ARTPLAY прошла Кирпичная дискуссия с участием ведущих российских архитекторов – Сергея Скуратова, Натальи Сидоровой (DNK ag), Алексея Козыря, Михаила Бейлина(Citizenstudio) и Ильсияр Тухватуллиной. Она завершила программу 1-го Кирпичного конкурса, организованного журналом «Проект Балтия» и компанией АРХИТАЙЛ.
Светлые грани у подножия Монблана
Бюджетный, влагостойкий и удобный облицовочный материал – цементные плиты КНАУФ АКВАПАНЕЛЬ® – стал основой для создания узнаваемого образа центра водных видов спорта в курортном альпийском Салланше.
Цвет – это жизнь
Теория цвета и формы была важным учебным модулем в Баухаусе, где художники и архитекторы активно использовали теорию цвета Гёте и добились того, чтобы цвет стал неотъемлемой частью современной жизни. Шведы из Natural Colour Academy предложили палитру Color Trends 2020, собственную цветовую систему, которая задает цветовые стандарты для всех возможностей применения в новом десятилетии.
Расширить горизонты
Интерактивные игровые площадки, подключённые к интернету, и активити-парки компании «Новые Горизонты» как яркая часть городской среды.
Красное и черное
ЖК «Береговой» на береговой линии Москвы-реки, в престижном ЗАО, в историческом районе Филевский парк – часть Большого Сити, городской кластер, респектабельный образ которого создан с помощью облицовки клинкером Hagemeister
Ловушка для света
Новый Matelac Silver Crystalvision, стекло нейтрального оттенка с одной матовой и другой зеркальной стороной – удачное решение для современного минималистичного дизайна. Рассматриваем новый продукт в свете других предложений AGC для архитектуры интерьеров.
Праздничное освещение в большом городе
Каждый год с приближением праздников мы можем наблюдать, как преображаются привычные нам места: все стараются украсить пространство и создать праздничное настроение. Огромная роль при этом отводится праздничному освещению. Что это такое и каким образом создать праздничное освещение, мы разберем в этой статье.
Сейчас на главной
Древность, дроны и кортен
Руины средневекового замка Гельфштын на востоке Чехии благодаря реконструкции по проекту бюро atelier-r не только избежали обрушения, но и стали доступней туристам.
Умерла Ольга Севан
Реставратор, исследователь и защитник деревянной архитектуры и исторической среды русского Севера, малых городов и сел.
Традиции энергетики
В Порсгрунне на юге Норвегии по проекту архитекторов Snøhetta построено четвертое здание из их ресурсоэффективной серии Powerhouse: как и три предыдущих, оно произведет за время эксплуатации (минимум 60 лет) больше энергии, чем потратит, включая периоды строительства и демонтажа и даже процесс производства стройматериалов.
Подвижность модульного
В ЖК Discovery ADM architects предложили современную версию структурализма: форма основана на модульных ячейках, которые, плавно выдвигаясь и углубляясь, придают контурам объемов сдержанную гибкость, «дифференцированную» поэлементно. Пластично-ступенчатые фасады «прошиты» золотистыми нитями – они объединяют объемы, подчеркивая рельефность решения.
Наследники трамвая
Офисный комплекс Five в пражском районе Смихов «вырастает» из исторического здания трамвайного депо. Авторы проекта – бюро Qarta Architektura.
Бинокль архитектора
Новый собственный дом Тотана Кузембаева – удивительный деревянный катамаран, врытый в склон под углом, обратным перепаду рельефа. Сама двухчастная структура дома была выбрана ради лучшей звукоизоляции, столь необычная посадка на участке – ради лучшего вида, ну а выбор дерева как ключевого материала постройки, конечно, никого не удивил.
Забег по петле
Образовательный центр и информационный павильон нового района в окрестностях Чэнду связаны красной лентой – эксплуатируемой кровлей с беговой дорожкой по проекту Powerhouse Company.
СПбГАСУ 2020: Архитектурный факультет
Лучшие работы архитектурного факультета СПбГАСУ, созданные под руководством Владимира Линова, Владлена Лявданского и Наталии Новоходской в 2020 году: деревянный жилой комплекс, оздоровительный центр в горах, еще одна история для Кенигсберга и преображение бывшего детского лагеря.
Жизнь на биеннале
Скандинавский павильон на ближайшей венецианской биеннале превратится в экспериментальное жилье-кохаузинг по замыслу норвежских архитекторов Helen & Hard при участии восьми жильцов из их «коммунального» дома в Ставангере.
Полифония строгого стиля
Проект жилого комплекса «ID Московский» на Московском проспекте в Петербурге – работа команды Степана Липгарта минувшего 2020 года. Ансамбль из двух зданий, объединенных пилонадой, выполнен в стиле обобщенной неоклассики с элементами ар-деко.
Металлическая «улыбка»
В жилом комплексе The Smile по проекту BIG на Манхэттене 20% квартир рассчитаны на малообеспеченных жильцов, а еще 10% горожане со средним доходом могут снять по сниженной стоимости.
Кирпичный узор
Многофункциональный комплекс Theodora House на месте бывшего пивоваренного завода Carlsberg в Копенгагене: в историческом складе архитекторы Adept устроили офисы и пристроили к нему жилые корпуса, восстановив планировку начала XX века.
Архитекторы.рф 2020, часть II
Продолжаем изучать работы выпускников программы Архитекторы.рф 2020 года: стратегия для пасмурных городов, рабочие места в спальных районах, эссе о демократическом подходе к проектированию, а также концепции развития для территорий Архангельска и Воронежа.
Древесина как ценность
Спроектированный Nikken Sekkei к Олимпиаде в Токио центр гимнастики имеет двойное назначение: когда Игры, наконец, состоятся, трибуны уберут, и он станет выставочным павильоном.
В три голоса
Высотный – 41-этажный – жилой комплекс HIDE строится на берегу Сетуни недалеко от Поклонной горы. Он состоит из трех башен одной высоты, но трактованных по-разному. Одна из них, самая заметная, кажется, закручивается по спирали, складываясь из множества золотистых эркеров.
Зеленые ступени наверх
В 400-метровых парных башнях для нового бизнес-комплекса на юге Китая Zaha Hadid Architects предусмотрели террасные сады, связывающие небоскреб с окружением.
Архитекторы.рф 2020
Изучаем работы выпускников второго потока программы Архитекторы.рф. В первой подборке: уберизация школ, Верхневолжский парк руин, а также регламент для застройки Купецкой слободы и план развития реликтового бора.
Как на праздник, часть II
В продолжении подборки современных офисных интерьеров: висячие и вертикальные сады, живой уголок, капсулы для сна и офис-трансформер.
Истина в Зодчестве
Алексей Комов выбран куратором следующего фестиваля «Зодчество». Тема – «Истина». Рассматриваем выдержки из тезисов программы.
Двадцатый год, нелегкий: что говорят архитекторы
Тридцать архитекторов – о прошедшем 2020 годе, перипетиях, плюсах и минусах «удаленки», новых проектах, постройках и других профессиональных событиях, выставках и результатах конкурсов. Также говорим о перспективах закона об архитектурной деятельности.
Умерла Зоя Харитонова
Соавтор Алексея Гутнова, одна из тех архитекторов, кто стоял у истоков группы НЭР. Среди ее работ – многофункциональный жилой район в Сокольниках и превращение Старого Арбата в пешеходную улицу.
Умер Виктор Логвинов
Архитектор и юрист, увлеченный «зеленой архитектурой» и отдавший больше 30 лет защите корпоративных прав архитектурного сообщеcтва в рамках своей деятельности в Союзе архитекторов. Один из авторов закона «Об архитектурной деятельности».
Походные условия
Конгресс-центр Китайского предпринимательского форума в Ябули на северо-востоке КНР по проекту пекинского бюро MAD вдохновлен образами туристической палатки и доверительной беседы бизнесменов у костра.
Владимир Григорьев: «Панельная застройка везде одинакова,...
В Санкт-Петербурге стартовал открытый конкурс «Ресурс периферии», участникам которого предлагается разработать концепцию повышения качества среды жилых кварталов 1970-1990-х годов. Выясняем подробности у главного архитектора города.
Григориос Гавалидис: «Запрос на качественную архитектуру...
Бюро, которое очень быстро, за 5-6 лет, выросло от 3 до 50 архитекторов и теперь работает с крупными ЖК и значительными мастер-планами «городов-спутников» Подмосковья. Основано греком из города Салоники. Григориос Гавалидис считает скучной работу с частными домами на островах, говорит по-русски как москвич и мечтает сделать московскую городскую среду комфортной, разнообразной и безопасной – как в Греции.
Пост-комфортный город
С появлением в программе традиционной конференции Москомархитектуры термина «пост-комфортный» стало очевидно, что повестка «комфортности» в пандемию если и не отменяется, то значительно корректируется.
Остаточная площадь, добавленная стоимость
Выстроенный на сложном участке на юге Парижа «доступный» жилой дом соединяет экологические материалы, вертикальное озеленение, городскую ферму и помещения общего пользования вместо пентхауса. Авторы проекта – бюро Мануэль Готран.
В пространстве парка Победы
В проекте жилого комплекса, который строится сейчас рядом с парком Поклонной горы по проекту Сергея Скуратова, многофункциональный стилобат превращен в сложносочиненное городское пространство с интригующими подходами-спусками, берущими на себя роль мини-площадей. Архитектура жилых корпусов реагирует на соседство Парка Победы: с одной стороны, «растворяясь в воздухе», а с другой – поддерживая мемориальный комплекс ритмически и цветом.
Как на праздник, часть I
В первой подборке офисных интерьеров, отвечающих современному трудовому процессу – wi-fi и камины, переговорные и игровые, эффектность и функциональность.
Динамика проспекта
На Ленинградском проспекте недалеко от метро Сокол завершено строительство БЦ класса А Alcon II. ADM architects решили главный фасад как три объемные ленты: напряженный трафик проспекта как будто «всколыхнул» материю этажей крупными волнами.
Кирпич и золото
Новый кинотеатр в Каоре на юге Франции по проекту бюро Антонио Вирга восстановил историческую структуру городской площади, где при этом был создан зеленый «оазис».
Андрей Асадов: «На концептуальном этапе надо сразу...
Исследуем главный витраж саратовского аэропорта «Гагарин», составленный из стеклопакетов, наклоненных под углом и образующих «воронку» над входом. Обсуждаем особенности витражных конструкций, а также поиск технологии, которая позволит реализовать красивое архитектурное решение, не пожертвовав надежностью и стоимостью объекта.
Каменные профили
В Цюрихе завершено строительство нового корпуса Кунстхауса, крупнейшего художественного музея Швейцарии. Авторы проекта – берлинский филиал бюро Дэвида Чипперфильда.
Пароход у причала
Апарт-отель, похожий на корабль с широкими палубами, спроектирован для участка на берегу Химкинского водохранилища в Южном Тушино. Дом-пароход, ориентированный на воду и Северный речной вокзал, словно «готовится выйти в плавание».
Не кровля, а швейцарский нож
Ландшафтное бюро Landprocess из Бангкока превратило крышу одного из старейших университетов Таиланда в городской огород, совмещенный с общественным пространством и резервуарами для хранения дождевой воды.
Магия ритма, или орнамент как тема
ЖК Veren place Сергея Чобана в Петербурге – эталонный дом для встраивания в исторический город и один из примеров реализация стратегии, представленной автором несколько лет назад в совместной с Владимиром Седовым книге «30:70. Архитектура как баланс сил».
Архитектор в девелопменте
Девелоперские компании берут в команду архитекторов, а порой создают целые архитектурные подразделения внутри своей структуры: о роли, значении, возможностях архитектора в сфере девелопмента Архи.ру и Институт «Стрелка», изучающий эту непростую тему в течение года, поговорили с архитекторами, которые работают в девелопменте, и другими специалистами.
Еще одна история
Рассказ Феликса Новикова о проектировании и строительстве ДК Тракторостроителей в Чебоксарах, не вполне завершенном в девяностые годы. Теперь, когда рядом, в парке построено новое здание кадетского училища, автор предлагает вернуться в идее размещения монументальной композиции на фасадах ДК.
Виталий Лутц: «Работа над ЗИЛом была очень интересна...
Недавно Архсовет в неформальном режиме обсудил мастер-план территории ЗИЛ-Юг, разработанный на основе ППТ Института Генплана, утвержденного в 2016 году. Об истории и особенностях проектов 2011-2017 рассказывает их непосредственный участник и руководитель.
Живое дерево
Новая книга признанного специалиста по современной деревянной архитектуре России Николая Малинина, изданная музеем «Гараж», нетрадиционна по многим пареметрам, начиная с того, что не вписывается в правила жанровых определений. Как дышит автор – так и пишет. Но знает свой предмет нешуточно, так что книгу надо признать скорее приметой рождения нового жанра исследования, чем простым отступлением от норм.