Сергей Скуратов: «Я буду отстаивать свой дом...»

Последние три недели в центре внимания столичной прессы находится «Дом на Мосфильмовской». Правда, на этот раз поводом для многочисленных публикаций стали не архитектурные достоинства проекта и даже не обилие полученных им профессиональных наград. Столичные власти неожиданно признали в знаменитом небоскребе самострой и пообещали демонтировать его примерно на четверть. С просьбой прокомментировать эту ситуацию мы обратились к автору «Дома на Мосфильмовской» архитектору Сергею Скуратову.

author pht

Автор текста:
Анна Мартовицкая

mainImg

Архитектор:

Сергей Скуратов

Проект:

Жилой комплекс на ул. Пырьева, вл. 2 (Дом на Мосфильмовской)
Россия, Москва, ул. Пырьева, вл. 2

Авторский коллектив:
Сергей Скуратов, Сергей Некрасов – ГАП, Иван Ильин, Ю.Ковалева, Т.Груздева, И.Ильин, П.Карповский, А.Нигматулин, В.Пашкевич, В.Шульц, Ю.Фролов

2005 – 2012

Заказчик – ДОН-Строй. Конструкторы – «Проектно-строительное бюро И.Шипетина». Инженеры – «Проектно-производственная фирма Алексей Колубков». Строительные работы – «ГП СМУ-2» (Svargo).

Архи.ру: Сергей Александрович, «Дом на Мосфильмовской» – одна из самых известных, если не сказать знаменитых, новостроек Москвы. Количество этажей этого объекта и его высота постоянно афишировались девелопером, в том числе и в ходе рекламной кампании нового ЖК. Как в принципе могло получиться, что власти города несколько лет не обращали внимания на эти цифры и вдруг заметили их? Когда Вы впервые узнали о том, что с реализацией проекта могут возникнуть проблемы?

С.Скуратов: Первые звоночки прозвучали осенью прошлого года. Тогда коллеги рассказали мне о том, что в кулуарах Общественного совета мэр Москвы Юрий Лужков отрицательно высказывался о «Доме на Мосфильмовской». Правда, о высоте объекта, насколько я понимаю, речь тогда совершенно не шла. Мэра, скорее, не устраивала архитектура комплекса, которая казалась ему слишком яркой и современной. Спустя какое-то время, уже в этом году, ко мне обратился заказчик – компания «ДОН-Строй» – с просьбой разработать несколько новых вариантов завершения башни. Я не был убежден в необходимости этого, но просьбу выполнил. В одном из вариантов попробовал увеличить количество матового стекла, в другом добавил стекла со сложной поверхностью, заставляющие дом сверкать, в третьем увеличил уклон плоскости кровли. Все эти варианты действительно несколько меняли облик дома, но требовали больших конструктивных изменений, и я, честно говоря, не очень понимал, зачем идти на подобное усложнение и удорожание проекта, так как не подозревал тогда, что с согласованием уже почти построенного объекта могут быть какие-то сложности. И, насколько я знаю, все новые варианты были показаны мэру, однако не удовлетворили его. Прошло еще какое-то время, примерно месяц, и вдруг как гром среди ясного неба – диагноз «самострой».

Архи.ру: В официальных заявлениях властей постоянно фигурирует тот факт, что габариты этого объекта и, в частности, его высота не были согласованы девелопером перед началом строительства. Насколько это соответствует действительности?

С.Скуратов: Как вы, конечно, знаете, в Москве невозможно начать строительство, не имея на руках разрешительной документации. Проект «Дома на Мосфильмовской» был согласован, и только после этого началась подготовка стройплощадки и работа над фундаментом, однако затем проект действительно был изменен. Объясню, как и почему это произошло.

Дело в том, что сначала «ДОН-Строй» планировал реализовать две очереди жилого комплекса, а именно построить две одинаковые пары домов, состоящие из пластины и башни. Был выделен участок соответствующих габаритов, просчитаны и утверждены ТЭПы. Однако позже заказчик отказался от идеи двух очередей в пользу одной, но уникальной – как по своей архитектуре, так и по качеству исполнения, – пары зданий. Башня изначально проектировалась скрученной, но это неизбежно влекло за собой очень высокие расходы на строительные материалы, в частности, каждую панель фасада пришлось бы изготавливать по отдельному шаблону. И когда в шведском Мальмё состоялось открытие небоскреба Turning Torso Сантьяго Калатравы, «ДОН-Строй» окончательно отказался от идеи столь сложного решения небоскреба – мало того, что оно было слишком дорогим, так еще и могло быть воспринято как заимствование. Я разработал новый проект башни, в котором первоначальный плавный изгиб заменил на его геометризованную имитацию.

Эта диагональ совершенно явно требовала другой высоты, о чем я и сообщил заказчику. Должен сказать, что первоначальная высота – 165 метров – была продиктована Центром ландшафтно-визуального анализа, который опасался, что новый комплекс исказит панораму Новодевичьего монастыря. Ранее эта цифра была подвергнута критике со стороны Архитектурного совета – эксперты совершенно справедливо отметили, что в панораме Воробьевых гор 165-метровая башня смотрится обрубком, «недоскребом». Башне отчетливо не хватало стройности, и даже геометрия и пластика фасада ее не спасали. И лишь когда я сделал ее выше почти на 50 метров, композиция зазвучала в полную силу. Этот новый вариант безоговорочно понравился заказчику, а главный архитектор города Александр Кузьмин сказал, что сможет согласовать объект такой высоты только при условии, если против строительства 200-метрового небоскреба не будет возражать ЮНЕСКО (монастырь входит в число объектов, охраняемых этой организацией). Насколько я знаю, «ДОН-Строй» тут же отправил в Париж все материалы по проекту, и согласие ЮНЕСКО было получено.

И, честно говоря, с тех пор я совершенно не беспокоился за судьбу «Дома на Мосфильмовской», а просто делал все от меня зависящее для того, чтобы он был построен максимально качественно. Должен признать, в этом заказчик всегда и всецело шел мне навстречу, не жалея средств на создание во всех смыслах уникального комплекса. Многочисленными подтверждениями этого факта стали профессиональные награды, как архитектурные, так и в сфере коммерческой недвижимости и девелопмента, полученные «Домом на Мосфильмовской». Кроме того, проект успешно выставлялся в Каннах и Венеции, где его видели и хвалили все первые лица города, – и все это лично у меня не оставляло сомнений в том, что новая высота небоскреба (213 метров) ни у кого не вызывает вопросов.

Архи.ру: Откуда взялась цифра 22 этажа? От 213 метров чиновники отнимают согласованные 165?

С.Скуратов: Честно говоря, не знаю. Даже если речь идет о разнице именно этих цифр, то это не более 12 этажей. Парадокс ситуации в том, что я не видел никаких документов. Фактически главный архитектор проекта к урегулированию конфликта не допущен, все решают между собой заказчик и власть. Впрочем, такова особенность работы с «ДОН-Строем» – эта компания всегда берет на себя все взаимоотношения с чиновниками. 

Архи.ру: Насколько пострадают архитектура и конструктивная схема здания в случае его частичного демонтажа?

С.Скуратов: Проблемы, прежде всего, коснутся конструктива здания. Дело в том, что каждая часть жилого комплекса (башня, «пластина» и низкоэтажный объем между ними) стоит на своем фундаменте, и если какую-то часть перегрузить или недогрузить, она «потянет» за собой соседа. Если башню сейчас укоротить, дом после сдачи в эксплуатацию не займет свое проектное положение и соседним объектам грозят деформации.

Существенно исказятся пропорции и колористика башни. Ведь главной темой ее фасада является муар, постепенный переход от темного тона к белоснежному, и если светлая верхушка будет отрезана, башня окажется просто неравномерно и нелепо окрашенной. Вообще архитектура этой высотной доминанты выверена до мелочей – я стремился сделать нетрадиционное завершение небоскреба, без тяжелого заключительного тектонического аккорда, и, считаю, что после долгих поисков мне это удалось (хотелось бы надеяться). Во многом именно за счет белоснежного цвета верхних этажей и больших окон со стеклами сложной конфигурации, которые развернуты к пластине и перекликаются с ее фасадом. В градостроительном плане демонтаж части небоскреба только ухудшит ситуацию. В этой части известной панорамы не было никаких знаковых ориентиров, она казалась незаконченной. 

Архи.ру: Существуют ли альтернативные варианты разрешения конфликта, помимо сноса «лишних» этажей?

С.Скуратов: Конечно! Практика экономического воздействия на активно строящего заказчика у нас широко распространена. Такой заказчик в погашение своей вины может заплатить штраф в казну города, предоставить часть квартир очередникам, проживающим в данном районе, или выделить часть помещений под общественные функции. Кстати, последний вариант мы с Максимом Блажко обсуждали: пентхаус, расположенный на самом верхнем этаже и имеющий потрясающий вид на Москву, можно превратить в галерею, обзорную площадку, конференц-зал, наконец. Я бы понял такую меру, как частичный демонтаж здания, если бы речь шла о строительстве в историческом центре города, или в том случае, если бы мы кардинально испортили своим домом инсоляцию всех окрестных домов. Но инсоляция была самым тщательным образом просчитана, а жалобы местных жителей, если и были, касались лишь долгих сроков самого строительства.

Архи.ру: Известны ли Вам другие случаи, когда уже практически построенное и многократно отмеченное профессиональными премиями здание частично демонтировалось?

С.Скуратов: Нет, я о подобной практике никогда не слышал. И именно это пугает меня больше всего. Ведь в том случае, если «Дом на Мосфильмовской» будет частично снесен, это создаст абсурдный и в то же время, на мой взгляд, очень опасный прецедент – фактически это будет означать, что уничтожить, убрать с глаз долой можно любой вновь построенный объект, который чем-то неугоден нынешней власти. Как тогда вообще защищена профессия архитектора и есть ли в ней смысл?..

Архи.ру: Откажетесь ли Вы в этом случае от авторства?

С.Скуратов: Честно говоря, сейчас я не готов ответить на этот вопрос... Но я точно знаю, что буду отстаивать свой дом до конца.

фото Ю.Пальмина
фото Ю.Пальмина
фото Ю.Пальмина
фото Ю.Пальмина
фото Ю.Пальмина
фото Ю.Пальмина
фото Ю.Пальмина
фото Ю.Пальмина
фото Ю.Пальмина
фото Ю.Пальмина
фото Ю.Пальмина
Продольный разрез комплекса
Открытое письмо Bсeмиpного совета по высотным зданиям и городской среде (CTBUH) мэру Москвы Юрию Лужкову (англ.)
Открытое письмо Bсeмиpного совета по высотным зданиям и городской среде (CTBUH) мэру Москвы Юрию Лужкову (рус.)


Архитектор:

Сергей Скуратов

Проект:

Жилой комплекс на ул. Пырьева, вл. 2 (Дом на Мосфильмовской)
Россия, Москва, ул. Пырьева, вл. 2

Авторский коллектив:
Сергей Скуратов, Сергей Некрасов – ГАП, Иван Ильин, Ю.Ковалева, Т.Груздева, И.Ильин, П.Карповский, А.Нигматулин, В.Пашкевич, В.Шульц, Ю.Фролов

2005 – 2012

Заказчик – ДОН-Строй. Конструкторы – «Проектно-строительное бюро И.Шипетина». Инженеры – «Проектно-производственная фирма Алексей Колубков». Строительные работы – «ГП СМУ-2» (Svargo).

07 Июля 2010

author pht

Автор текста:

Анна Мартовицкая

Технологии и материалы

Английский кирпич в московских Кадашах
Кирпич IBSTOCK Bristol Brown A0628A, привезенный компанией «Кирилл» прямо из Великобритании для фасадов ЖК «Монополист» в Кадашах, стал для комплекса, нового, но вписанного в контекст и расположенного рядом с известнейшим шедевром конца XVII века, основой для сдержанно-историчной и в то же время современной образности.
Измеряй и фиксируй
Лазерный сканер Leica BLK360 – самый компактный из существующих, но в то же время достаточно мощный: за короткое время с его помощью можно провести высокоточные обмеры и создать 3D-модель объекта. Как прибор, который легко помещается в рюкзак или сумку, ускоряет процесс проектирования, снижает риски и помогает экономить – в нашем материале.
Выйти в цвет
Рассказываем, как с помощью краски из новой линейки DULUX «Легко обновить» самостоятельно и за один день покрасить двери или окна.
Проектируя устойчивое будущее
Глава «Сен-Гобен» в России, Украине и странах СНГ, Антуан Пейрюд выступил на Дне инноваций в архитектуре и строительстве с докладом о подходах компании к устойчивому развитию. В интервью Archi.ru Антуан Пейрюд рассказал о роли инновационных материалов в иконических зданиях Фрэнка Гери, Жана Нувеля, Кенго Кумы и других известных архитекторов. Также состоялась презентация звукоизоляционных систем «Сен-Гобен» и общение специалистов BIM с архитекторами по поводу трансфера данных по строительным материалам и решениям.
«Сен-Гобен» приглашает студентов спроектировать...
Компания «Сен-Гобен» объявила о старте шестнадцатого по счету архитектурного конкурса «Мультикомфорт». Студентам архвузов предлагается разработать концепцию «устойчивого» развития территории бывшего завода в пригороде Парижа, Сен-Дени.
Теплоизоляция ПЕНОПЛЭКС® для подземного строительства
Освоение подземного пространства – общемировой тренд, в мегаполисах под землей растут целые города. По версии книги рекордов Гиннесса, крупнейший подземный торговый комплекс в мире – Path в Торонто. Для его создания проложено более 30 км тоннелей.
Камин как аттрактор, или чем привлечь покупателя элитной...
Вода и огонь – две удивительные природные субстанции – влекущие, завораживающие, приковывающие взгляд. В человеческом жилище они давно завоевали свое место, и, если вода выполняет сугубо техническую функцию, огонь в камине вместе с теплом дарит визуальное наслаждение.

Сейчас на главной

Мёд и медь
Архитектор Роман Леонидов спроектировал подмосковный Cool House в райтовском духе, распластав его параллельно земле и подчеркнув горизонтали. Цветовая композиция основана на сопоставлении теплого медового дерева и холодной бирюзовой меди.
Пресса: Почему индустриальное домостроение оставит будущее...
О будущем жилья невозможно говорить, пытаясь обойти стену, в которую оно упирается,— массовое индустриальное домостроение. Если модель массового индустриального домостроения сохранится, то это довольно простое будущее, которое более или менее сводится к настоящему.
СКК: сохранять, крушить, копировать?
Мы поговорили с петербургскими архитекторами о ситуации вокруг обрушенного СКК – здания, купол которого по чистоте формы и инженерного замысла сравнивают с римским Пантеоном, только выполненным в металле. Что, однако, не помогло ему получить статус памятника и защиту от сноса.
Лучи знаний
Школа в Подмосковье, архитектуру которой определяет учебная программа, природное окружение, а также желание использовать только честные материалы.
Кружево из углепластика
Три портала по проекту Асифа Хана для Экспо-2020 в Дубае при высоте в 21 метр сооружены из нитей сверхлегкого углепластика и не требуют дополнительной несущей конструкции.
Арктический вуз
Новое крыло Арктического колледжа на острове Баффинова Земля на севере Канады. Авторы проекта – Teeple Architects из Торонто.
Критическая масса прогресса
20-й по счету летний павильон лондонской галереи «Серпентайн» спроектируют молодые женщины-архитекторы из ЮАР – бюро Counterspace; их постройка будет посвящена социальным и экологическим темам.
Парки Татарстана, часть I: лучшие городские
Цветущий бульвар вместо парковки, авторские МАФы, экологические решения, равно как и ностальгические фонтаны и площадки для фотосессий новобрачных – в первой части путеводителя по паркам Татарстана, посвященной новым городским пространствам.
Сокольники: ковер из кирпича
Архитекторы бюро Megabudka опубликовали свой проект Сокольнической площади в деталях и с объяснениями всех мотивов. Рассматриваем проект и призываем голосовать за него в «Активном гражданине». Очень хочется, чтобы победила архитектурная версия.
Три январские неудачи Бьярке Ингельса
Основатель BIG подвергся критике из-за деловой встречи с бразильским президентом, известным своими крайне правыми взглядами и отрицанием экологических проблем Амазонии, лишился поста главного архитектора в WeWork и был отстранен от участия в проектировании небоскреба для нью-йоркского ВТЦ.
Кирпичные шестигранники
Башни Hoxton Press по проекту Karakusevic Carson и Дэвида Чипперфильда на границе лондонского Сити – коммерческое жилье, «субсидирующее» реновацию социального жилого массива рядом.
Одновременное развитие экономики и кино
В бывшем здании центрального рынка Монтевидео уругвайское бюро LAPS Arquitectos разместило штаб-квартиру Латиноамериканского банка развития CAF, национальную синематеку, легендарный бар и общественное пространство.
Москва 2050: деревянные высотки и летающий транспорт
Более 40 студентов представили видение Москвы будущего в недавно открывшейся галерее Шухов Лаб и на Биеннале архитектуры и урбанизма в Шэньчжэне. Рассказываем об итогах воркшопа «Москва 2050» и показываем работы участников.
Рестораны вместо лучших реставраторов страны?
Минкульт выдал ЦНРПМ предписание переехать до 1 марта. Не исключено, что после разорительного переезда научной реставрации в стране не останется. Говорим со специалистами, публикуем письмо сотрудников министру культуры.
Глэм-карьер
Благоустройство подмосковного озера от бюро Ai-architects: эко-школа, глэмпинг и всесезонные развлечения.
Красный зиккурат
Многоквартирный дом Cascade Villa в Алмере по проекту бюро CROSS Architecture снаружи – кирпичный, а во внутреннем дворе – обшит деревом.
Арт-депо
Офисное здание на набережной Обводного канала в Санкт-Петербурге по проекту архитектора Артема Никифорова – это тонкая вариация на тему кирпичной промышленной архитектуры XIX и ХХ века с рядом художественных изобретений, хорошим строительным и ремесленным качеством.
Будущее не дремлет
Выставка Европейского культурного центра в ГНИМА это коллекция современных пространств разной степени общественности. Подборка довольно случайная, но интересная, а в последнем зале пугают потопом, античным форумом, зиккуратами и вигвамами.
«Единорог в лесу»
Почему, в отличие от произведений известных художников и автографов писателей, дом, спроектированный Ф.Л. Райтом или Тадао Андо, выгодно продать очень сложно? В нем неудобно жить или недвижимость от знаменитых архитекторов переоценена?
Арки, ворота, окна, проемы, пустоты, дырки
В архитектуре АБ «Остоженка», особенно в крупных комплексах, значительную роль играют арки, организующие пространство и массу: часто большие, многоэтажные. В публикуемой статье Александр Скокан размышляет о роли и смысле масштабных цезур, проемов и арок.
Розовый слон
В Лос-Анджелесе построен флагманский магазин одежды The Webster по проекту Дэвида Аджайе. Для внешней и внутренней отделки британский архитектор использовал окрашенный бетон.
Архи-события: 3–9 февраля
«Кто хочет стать миллионером» для архитекторов и дизайнеров, новый интенсив в МАРШ и экскурсия с плаванием от «Москвы глазами инженера».
Пресса: Великое переселение
В последнюю неделю января 2020-го в стране активно обсуждают реновацию устаревшего жилья — вернее, возможность запуска подобных программ в российских регионах. В одном из первых своих интервью на посту вице-премьера Марат Хуснуллин отметил, что реновацию можно запустить в городах-миллионниках.
Умер Андрей Меерсон
Признанный мастер советского модернизма, автор «Лебедя» и самого красивого московского дома «на ножках» на Беговой, но и автор неоднозначного стилизаторского Ритц Карлтон на Тверской – тоже.
Неиссякаемый источник
VIP-зоны аэропорта – настоящее раздолье для цвета, пластики, образности и творческой фантазии архитекторов. Рассматриваем четыре бизнес-зала и один VIP-терминал ростовского аэропорта «Платов»: все они так или иначе осмысляют контекст: южное солнце, волны речной воды, восход над степным горизонтом и золото сарматов.
Кольцо на озере Сайсары
Здание филармонии и театра якутского эпоса на священном озере вписано в эпический круг и включает три объема, уподобленных традиционному жилищу. Кровля уподоблена аласу – якутской деревне вокруг озера. При столь интенсивной смысловой насыщенности проект сохраняет стереометрическую абстрактность и легкость формы, оперируя прозрачностью, многослойностью и отражениями.
Вертикальные татами
Фасады офисного здания Torre Patria-Hipódromo по проекту Карлоса Ферратера и его бюро OAB в Гвадалахаре на западе Мексики подчинены модульной конструктивной сетке, которая упорядочивает и окружающее пространство нового района.
Умер Александр Ларин
Автор академического хореографического училища на 2-й Фрунзенской и знаменитой аптеки в Орехово-Борисово, нескольких нетиповых детских садов типового времени, учитель и коллега многих известных сегодняшних архитекторов.
Идентичность в типовом
Архитекторы из бюро VISOTA ищут алгоритм приспособления типовых домов культуры, чтобы превратить их в общественные центры шаговой доступности: с устойчивой финансовой программой, актуальным наполнением и сохраненной самобытностью.
Век бетона
23 января исполнилось 100 лет Готфриду Бёму, первому немецкому лауреату Притцкеровской премии и создателю церквей и ратуш, напоминающих скульптуры из бетона. Он каждый день бывает в бюро и наставляет сыновей-архитекторов.
Архитектура эфемерности
На проспекте Вернадского поблизости от станции метро появилась высотная доминанта, давшая новое звучание округе: бизнес-центр «Академик» по проекту UNK project раскрыл в форме архитектуры смыслы местных топонимов.
Центр мега-выставок
Новый международный выставочный центр по проекту Valode & Pistre в «близнеце» Гонконга мегаполисе Шэньчжэнь может считаться крупнейшим в мире.
Театрально-музыкальный круг
Масштабный и амбициозный проект главного театрально-концертного комплекса Подмосковья, победитель конкурса, объединяет три зала, двор – общественную площадь, консерваторское училище, гостиницы. Он обещает стать заметным центром фестивалей классической музыки для всей страны.
Передышка на Манхэттене
Перестройка вестибюля небоскреба-«шкафа» Сони-билдинг Филипа Джонсона на Манхэттене: бюро Snøhetta запретили трогать фасад, который теперь получил статус памятника, зато им удалось устроить внутри большой зимний сад.