WAF: «Оскар», но архитектурный

Говорим с авторами трех проектов, собравших награды WAF: редевелопента Бадаевского завода – Herzog & de Meuron, ЖК «Комфорт Таун» – Архиматика, и Парка будущих поколений в Якутске – ATRIUM.

24 Марта 2020
mainImg
В прошедшем 2019 году в число российских номинантов, прошедших отбор в категории премии WAF, было рекордным. Три представленных проекта: Парк будущих поколений в Якутске от российского бюро ATRIUM, ЖК «Комфорт Таун» киевской «Архиматики», проектирующей в Украине, России, США и других странах, и концепция застройки Бадаевского пивзавода в Москве от швейцарского Herzog & de Meuron, получили награды WAF, причем два проекта из трех были отмечены несколько раз, что довольно примечательно.
Мы задали всем трем победителям схожие, но немного разные вопросы, и получилась серия небольших интервью о победивших проектах и фестивале, которые и представляем вашему вниманию. Итак, вот три разговора о трех проектах: 
«Комфорт Таун» отмечен специальной наградой за использование цвета.
Жилой квартал «Комфорт-таун». Постройка, 2015
© Архиматика

Бадаевский завод стал победителем в категории Проект / Жилье, он же получил highly commended за мастерплан.
zooming
Проект застройки территории Бадаевского пивоваренного завода. Изображение
© Herzog & de Meuron

Парк будущих поколений получил highly commended в категории образование, и он же стал победителем в конкурсе визуализаций за ролик, представленный ниже.

***



zooming

Антон Надточий, ATRIUM /|\



Вы представляли проект Парка будущих поколений в Якутскев категории Образование/Проект. Как вы это обосновывали? 

Да, это была непростая задача. Дело в том, что у WAF для проектов в категории Future projects нет номинации «Ландшафт». Поэтому мы выбрали образовательные пространства: во-первых, согласно концепции, в нашем парке много закрытых отапливаемых помещений, в которых размещена образовательная функция. Мы уверены, что существенная пропорция закрытых помещений необходима для общественных пространств в условиях сурового климата – людям надо периодически иметь возможность быстро попасть в помещение, погреться или, наоборот, охладиться, чтобы потом опять выйти на улицу. В таком случае создается единая система общественных пространств, открытых и закрытых, которые органично взаимодействуют между собой. Все это свойственно урбанизированному парку – новой типологии, которая развивается в городах с повышенной плотностью застройки или в местах повышенной концентрации людей.
  • zooming
    1 / 4
    Концепция территории «Парка будущих поколений» в Якутске
    © ATRIUM, Восток+
  • zooming
    2 / 4
    Концепция территории «Парка будущих поколений» в Якутске
    © ATRIUM, Восток+
  • zooming
    3 / 4
    Концепция территории «Парка будущих поколений» в Якутске
    © ATRIUM, Восток+
  • zooming
    4 / 4
    Концепция территории «Парка будущих поколений» в Якутске
    © ATRIUM, Восток+

Во-вторых, наша территория примыкает к Университету, где учится 17 000 человек, и парк ориентирован на молодежь и образование – отсюда и название «Парк будущих поколений САХА Z» (нейминг САХА Z мы придумали сами). На этапе конкурса мы провели анализ и выяснили, что в Якутске мало функций дополнительного образования. Традиционного образования – школ, колледжей, институтов и университетов – достаточно. Но в современном мире все активнее развивается самообразование и дополнительное образование: кружки, секции, лекции, мастер-классы и пр. – вот таких предложений в городе не хватает, и мы решили это исправить.

Поэтому в функциональном отношении мы трактовали парк через призму образовательных пространств: здесь есть амфитеатры снаружи и внутри, разнообразные классы и тематические площадки на открытом воздухе. В частности, в нашем проекте запланирован многофункциональный выставочный зал с открытым амфитеатром для локальных мероприятий; многофункциональный зрительный зал с трансформируемыми креслами и возможностью выгораживания отдельных помещений – в том случае, когда необходимо закрытое или темное пространство, к примеру, для кинопросмотра; коворкинг, зоны для мастерских и детских студий и другие общественные пространства. Также предусмотрен книжный магазин-библиотека в современном микс-формате с медиа и музыкой (наподобие «Республики»), кафе и помещение проката спортивного инвентаря с раздевалками и т.д. Система автономных входов и выходов с разных уровней – верхнего уровня холмов и нижнего уровня земли – позволяет реализовывать различные функциональные сценарии.

В другом блоке – спортивно-артистический уклон, там сосредоточены пространства для различных занятий: арт-студии, любые кружки, спорт, презентации и пр. Преподаватель может арендовать здесь пространство и вести свои секции – это работает, как своего рода Дом пионеров. Третий павильон поменьше, туристической направленности: городской инфопойнт, сувениры, турагентство, айдентика и др.
  • zooming
    1 / 4
    Концепция территории «Парка будущих поколений» в Якутске
    © ATRIUM, Восток+
  • zooming
    2 / 4
    Концепция территории «Парка будущих поколений» в Якутске
    © ATRIUM, Восток+
  • zooming
    3 / 4
    Концепция территории «Парка будущих поколений» в Якутске
    © ATRIUM, Восток+
  • zooming
    4 / 4
    Концепция территории «Парка будущих поколений» в Якутске
    © ATRIUM, Восток+

В какой стадии проект сейчас? 

Мы разработали стадию «Проект» и передали документацию – ждем сейчас, когда заказчик подаст ее в экспертизу.

Какие впечатления от защиты на WAF?

Защита – это, безусловно, определенный challenge. Мероприятие очень драйвовое: защита на иностранном языке, доклад должен быть очень короткий и концентрированный. Десять минут – это очень мало: в Якутске, чтобы развернуть все аспекты проекта, я делал доклад на 45 минут. Так что мы серьезно готовились и сделали детальную видеопрезентацию.

Ролик ATRIUM для жюри WAF:


Она показывала главное: описывала специфику территории и проектной задачи, основные принципы проекта, показывала визуальную часть. Пока мы готовили презентацию, стало понятно, что наработанного материала хватает, чтобы заявиться в еще одной номинации. Мы потратили еще полтора месяца и сделали компьютерный фильм с интересным сценарием и образными решениями, который подали на WAF Visualisation Prize и заняли первое место.

Я понимаю, почему мы не дотянули до первого места в категории Образование – собственно из-за смешанной типологии проекта. Но проект получил Highly commended – а их дают не во всех категориях, это своего рода исключение, когда жюри расходится во мнениях о первом месте.

Ваши впечатления от фестиваля этого года? Он чем-то отличался от предыдущих?

Как ни странно, по моим представлениям он практически ничем не отличался от того, что было год и два назад. У WAF выработался слаженный и четкий формат, изменений я не наблюдал. По-прежнему они дают премии не только и не столько за архитектуру.

А за что?

Я бы сказал, что там важнее аспекты, которые можно назвать гуманистическими: энергосбережение, социальная значимость, ответственность и тому подобное. Достаточно вспомнить «Здание года»-2017 года – проект реконструкции дома в китайской деревне после землетрясения – да и других победителей фестиваля. С моей точки зрения – далеко не лучших. Рассматривались гораздо более впечатляющие проекты – например, религиозный комплекс в Абу-Даби от Cebra или объекты Томаса Хизервика в Лондоне и в Нью-Йорке, или StudioGang, да и многие другие. Сильные, экспериментальные, необычные проекты – а побеждают, я бы сказал, проекты попроще. Все об этом знают, но мероприятие все равно очень интересное. Формат очень плотный, ты можешь попасть только на одну презентацию из пятнадцати проходящих одновременно, и сам уровень презентации очень высокий.

Дадите совет коллегам, которые тоже хотели бы участвовать и побеждать?

Мы не в первый раз ездили, но выставлялись впервые, так что я бы поостерегся давать советы. Думаю, не надо слишком переживать за победу. Критерии оценки расходятся. Надо максимально качественно презентовать свой проект, но волноваться– победишь, не победишь – не стоит.

В том году нам помог сам проект: он красивый, выставочный, с уникальной спецификой. Не каждый год попадается такая тема. Участвовать понравилось – как я уже сказал, очень заряжает! Так что мы только раззадорились и думаем, как и с чем нам участвовать в этом году. Надеюсь, что текущая ситуация в мире не разрушит наших планов.
***

zooming

Александр Попов, Архиматика /|\



Как вы считаете, почему именно вам удалось получить приз «за цвет», проект, определенно, очень цветной, но сыграла ли какую-то роль подача?

Думаю, если идея достойная, четкая и ясная, она сама выстраивает презентацию себя, остается только ей не помешать. Однако, честно говоря, не уверен, что смогу объективно и взвешено оценить наше собственное выступление.

Присутствие в составе жюри Питера Кука для меня и Александра Симонова (нашего архитектора и жителя «Комфорт Тауна», с которым мы представляли проект) было сюрпризом. Он звезда мирового масштаба, я в предыдущие поездки на WAF каждый раз с интересом слушал его лекции, а тут увидел его и понял, что на этот раз Питер Кук будет слушать меня. И он так же, как и другие члены жюри, задавал много вопросов, очень требовательных. Например: «Почему вы не выстроили плавные переходы цвета, а выбрали такой цветовой хаос?». Мы ответили, что не располагали палитрой для создания плавных переходов, градиентов, поэтому решили сыграть на цветовых контрастах. И поскольку кроме цвета мы оперировали еще разными объемами, то смогли сделать улицы разнообразными. А Питер Кук задает все новые и новые вопросы. Если честно, я думал, что он нас «заваливает». Показывает нам, как далеки мы со своим уездным менталитетом от мирового уровня. И я выходил с защиты уверенным, что Питер будет голосовать против, тем более, что работы наших конкурентов были более чем достойными. И когда нас внезапно вызвали на сцену, и Кук вручил награду, это было неожиданно. Уже потом за бокалом шампанского мы разговаривали с Акселем Дембергером, представителем компании EASTMAN, которая является партнером номинации «Лучшее использование цвета». И он рассказал, что именно Питер Кук был нашим главным сторонником. Хотя споры были настолько жаркими, что просто стены надувного павильона тряслись. И этот момент признания стал кульминационным в истории проекта. Да, мы сделали качественный проект, и это теперь подтверждено на мировом уровне. Это важно! Ведь десять лет мы отбивали критику тех, кто считал, что нельзя архитектуру делать такой красочной. Мы в шутку объясняли критикам, что у них просто в детстве отобрали краски.
  • zooming
    1 / 5
    Жилой квартал «Комфорт-таун». Постройка, 2015 © Архиматика
  • zooming
    2 / 5
    Жилой квартал «Комфорт-таун». Постройка, 2015 © Архиматика
  • zooming
    3 / 5
    Жилой квартал «Комфорт-таун». Постройка, 2015 © Архиматика
  • zooming
    4 / 5
    Жилой квартал «Комфорт-таун». Генеральный план © Архиматика
  • zooming
    5 / 5
    Жилой квартал «Комфорт-таун». Постройка, 2015 © Архиматика

Как была построена ваша презентация проекта? 

Мы постарались за десять минут рассказать десятилетнюю историю объекта. Начали с кадра презентации нового планшета Apple в сентябре 2019, когда Тим Кук показал фото «Комфорт Тауна» для демонстрации возможностей нового I-pad. А потом вернулись на десять лет назад в кризисный 2009, когда получили 50 гектар заброшенного завода на спальном левом берегу Киева и задачу: создать нового качества жилье, доступное по антикризисной цене.

Мы предложили впервые в Украине, вместо ставших традиционными 25-этажных микрорайонов, строить квартальную застройку со средней этажностью в восемь этажей, сквозными подъездами. А также создали невиданное доселе многообразие планировок квартир: из 1200 квартир первой очереди 600 отличались друг от друга! Мы убедили застройщика и дальше не привязывать ранее разработанные секции, а проектировать каждую следующую очередь индивидуально, реагируя на изменяющийся спрос и особенности размещения секций и композиции комплекса.
Жилой квартал «Комфорт-таун». Постройка, 2015
© Архиматика

Когда рациональная программа была собрана, мы задумались над архитектурным образом проекта. И, признаться, долго не могли найти решения: территория комплекса окружена безнадежно унылыми серыми советскими и постсоветскими спальниками, на фоне которых любая наша архитектурная надежда меркла.

И вот однажды мы с Дмитрием Васильевым поехали на площадку новой дорогой и наткнулись на советскую мозаику на фасаде института Химии. На мозаике были изображены люди с колбами и другими химическими атрибутами, но это все был только антураж. Главный сюжет, заложенный автором: «мечта о яркой красочной жизни». Краски мозаики на фоне всей этой окружающей серости буквально горели манифестом надежды. И ведь в 70-е, когда создавалась мозаика, спальные районы были точно такими же унылыми, как и 40 лет спустя! И нам захотелось воплотить в жизнь эту мечту советского художника, которую цветная смальта донесла до нас через все социально-экономические трансформации и пертурбации, которые увы, ничуть приблизили мечту к воплощению. На следующий день мы представили заказчику эскиз застройки разновысотных цветных домиков со скатными крышами. Надо отдать должное Игорю Никонову, руководителю KAN Development, который сразу поверил в нашу идею, а потом мужественно помогал находить и технологические и экономические и даже политические решения для реализации проекта.

Когда через восемь лет практически все 50 гектар были застроены «цветными домиками», мы добрались до предусмотренной нашим генпланом средней и старшей школы Гимназии А+. Мы хотели сделать школу акцентом на фоне жилой застройки, и задумались, каким же должен быть архитектурный акцент сравнительно небольшого объекта на фоне яркой цветной среды, которую мы сами создали? Использовать еще более яркие цвета? Нет! Мы с Ольгой Черновой (главным архитектором проекта школы) решили использовать диаметрально противоположный прием – сделать объем школы серым!
Гимназия А+, проект
© Архиматика

На фоне ярких цветов строгий ахроматический объем выглядел интервентом, революционером, который, контрастируя с заданной нами же палитрой, создал архитектурный акцент. Это единственное на 50 га «не-цветное» здание. С другой стороны, как нам кажется, наша ахроматическая гимназия возвращает в архитектуру жилых районов благородство серого цвета, который раскрывает достоинства качественных фасадных материалов. Нам удалось использовать на фасаде специальную штукатурку Baumit, а также армянский базальт, и выполнить фальцевую кровлю из металла со специальным покрытием, которое выбрали из огромного количества образцов, чтобы создать самое классное сочетание с материалом фасада.

Вот такая получилась десятилетняя история двух архитектурно-колористических революций: хроматической и ахроматической.

Вы продолжаете работать над проектом, как на ваш взгляд, мешает цвет или помогает? С одной стороны он теплый и веселый, с другой известно, что яркий цвет может надоесть... Была заложена в окраску проекта какая-то программа, о которой можно дополнительно рассказать? 

Надо признаться, цветовой хаос «Комфорт Тауна» на самом деле тщательно срежиссирован. Мы несколько месяцев моделировали архитектурно-пространственные колористические композиции, чтобы собрать гамму, в которой были и акцентные, и фоновые цвета, искали такую композиции, чтобы не надоедало, не повторялось, было не слишком много холодных и не слишком много теплых цветов рядом. Эта работа только в базе опиралась на колористическую теорию, которую мы проходили в институте – эта теория 2D. В 3D, в пространстве, цвет работает не совсем так, и это был действительно великий интуитивный поиск, с котором мы бы наверняка не справились, если бы в нашей команде не было замечательного архитектора и художника Марины Босенко (Нестерук), которая выступила настоящим колористическим камертоном. Мы все делились нашими смутными ощущениями, оценивая очередной вариант размещения цветов и выкраски образцов, и только Марина могла осмысленно сказать, что тут не так, и что надо сделать.
Жилой квартал «Комфорт-таун». Постройка, 2015
© Архиматика

В «Комфорт Тауне» активный архитектурный цвет сработал как фильтр: критики, «у которых в детстве отобрали краски», просто не покупали квартиры в комплексе. Покупали только те, кому по душе яркие цвета в архитектуре. Цвет сформировал коммьюнити – объединил людей, которым нравятся яркие краски и цветная архитектура, с общими ценностями и схожими вкусами. Неожиданно даже для нас цвет оказался мощной платформой для формирования сообщества единомышленников.

Уникальность проекта подтолкнула нас активнее изучать BIM-проектирование, работать с 3D-моделями, чтобы диджитализировать процессы. Обычно, когда речь идет о больших объемах, то стараются все унифицировать, типизировать. А новые технологии 3D, BIM и следующая ступень – параметризация, позволяют работать быстро, и в то же время не жертвовать индивидуальностью. Мы стремились сделать хорошую архитектуру, поэтому ускорили переход на новые технологии проектирования.

Проекту уже исполнилось 10 лет, но он до сих пор остается актуальным, продолжает выигрывать престижные международные награды. Весной в Los Angeles Times вышла целая статья о проекте.

Ваши впечатления от WAF в целом? Меняется ли что-то или все устоялось?

Мне нравится WAF неизменным год от года форматом и процедурой и постоянно меняющимся содержанием. К примеру, в какой-то год неожиданно находишь прямо десяток проектов с одним архитектурным приемом, а в следующем году совершенно другие приемы, и чувствуешь, насколько бескрайне творческое пространство архитектуры в глобальном измерении.

Получить награду на World Architecture Festival – все равно что взять «Оскар», но архитектурный. С 2008 года WAF считается самой крупной международной платформой, в рамках которой происходят десятки презентаций, семинаров, лекций и встреч с участием топ-архитекторов мира. И конечно, конкурс WAF – эталонный с точки зрения профессионализма. Это состязание, где лучшие архитекторы-судьи выбирают лучшие проекты.

Сейчас украинские девелоперы стремятся скопировать европейские проекты. Но для Европы все это уже давно воспринимается как базовый, общепринятый уровень. Для них интересно прежде всего то, что выделяется из ряда.

На первой защите «Комфорт Тауна» на WAF, где мы также вышли в финал в номинации Housing – Completed Buildings, одна из судей задала нам вопрос: «Скажите, а вам пришлось как-то специально согласовывать с вашим муниципалитетом применение таких ярких цветов в данном районе?» Я думаю, наша ситуация в Киеве, когда мы не связаны подобными ограничениями, вызывает у европейцев некое недоумение. Потому что реализовать подобный проект у них было бы очень сложно из-за длительной процедуры согласований, градостроительных ограничений, которые касаются и цветовых кодов. Наш собственный международный опыт проектирования показывает, что каждая локация, каждый город, его менталитет, культура и порядки создают неповторимое окно возможностей для творческой реализации. И архитектор должен своим проектом его найти и раскрыть!

Ваши впечатления от победителей, выиграли ли те проекты, которые вам понравились и как вы оцениваете в сумме срез выигравших?

Выбор победителя из десятка лучших проектов шорт-листа – это почти всегда лотерея, зависящая не только от выразительности презентации, но и от собрания судей в конкретной номинации, их настроения, даже погоды. И я уже давно перестал удивляться, что мои фавориты далеко не всегда совпадают с выбором жюри. Поэтому отмечу всего пару приятных совпадений. Мы очень рады за Атриум и признание их замечательного проекта парка будущих поколений в Якутске. А также я бы выделил проект из номинации Small Project of the Year, бюро Studio Link-Arc. Мне кажется, эти проекты иллюстрируют попытку найти ответ на новый вызов, который еще только ищет своего определения, чтобы встать в ряд с такими «канонизированными» целями современной архитектуры, как как sustainability и социальная ответственность, и который я бы сформулировал так: «поиск новой гармонии».
***

zooming

Herzog & de Meuron /|\



Вы стали финалистом WAF 2019 в номинации проект жилого здания и были отмечены (highly commended) за мастер-план. Прокомментируйте, пожалуйста, вторую награду, за что именно, на ваш взгляд или по вашей информации, ее дали – речь о переосмыслении типологии «дома на ножках» в городском пространстве, как сказано в комментарии жюри, или о чем-то еще? 

Проект развития территории Бадаевского пивоваренного завода отвечает на три актуальных вопроса развития современных мегаполисов:
  • Как сохранить наследие и интегрировать его в современную городскую среду?
  • Как создать качественное общественное пространство, открытое для всех?
  • Как интегрировать новое строительство в сложившуюся городскую застройку?
Наш проект это настоящий Mixed-Use: фрагмент города во всем разнообразии функций современной городской среды. Место, где можно жить, работать, ходить за покупками, отвести детей на занятия, в спортивные секции или просто расслабиться в общественном парке, объединяющем все эти функции. Когда-то этот участок был закрытым производственным предприятием. Благодаря проекту развития территории и созданию общественного парка он станет связующем звеном, соединяющим Кутузовский проспект и новую прогулочную территорию вдоль набережной Москвы-реки. Таким образом, он станет открытым городским кварталом и общественным пространством, а не приватной закрытой территорией.

Нам кажется, что как раз концепция проекта заинтересовала жюри, и эксперты по достоинству оценили вклад проекта в городскую среду, а также его актуальность в решении современных градостроительных вопросов.
Проект застройки территории Бадаевского пивоваренного завода. Изображение
© Herzog & de Meuron

Как была построена ваша презентация и какие вопросы вам задавали? Какой была реакция жюри на ваш проект? Долго ли вы выступали?

Для каждой номинации, в которой был представлен проект, предполагались презентация и экспертная дискуссия. На защиту в каждой номинации отводилось 20 минут. Всего мы провели три презентации, каждая из них подчеркивала определенные аспекты проекта в соответствии с требованиями категории.

В номинации Masterplan наша презентация делала акцент на развитие городской среды, качестве общественных пространств и многофункциональности проекта. В номинации Residential – на архитектурном решении проекта, особенностях квартирографии, качестве и разнообразии типологий жилья. Сохранение, реставрация и приспособление объектов культурного наследия для размещения новых функций с учетом оригинальных конструкций зданий и их характера выделялись в презентации для категории WAF X-Reuse Award.
Проект застройки территории Бадаевского пивоваренного завода. Изображение
© Herzog & de Meuron

Профессиональное жюри высоко оценило проект в каждой из представленных номинаций. В категории Residential проект стал абсолютным победителем благодаря нестандартному архитектурному решению – использованию колонн в городском пространстве, чтобы подчеркнуть роль исторического наследия и повысить проницаемость территории. Эксперты особо отметили проработанность проектного решения, лаконичное сочетание наследия и нового строительства. Они были приятно удивлены уровнем диалога, которого удалось достичь в совместной работе с коллегами из Capital Group и Департаментом культурного наследия Москвы. В специальной номинации WAFX эксперты особо подчеркнули детальную проработку вопроса реставрации и приспособления объектов культурного наследия в рамках развития территории. Подтверждением тому стала награда специальной номинации WAFX в категории Re-USE.
Проект застройки территории Бадаевского пивоваренного завода. Изображение
© Herzog & de Meuron

Смысл замечания жюри о «критической консервации», смелом противопоставлении старого и нового, в целом ясен. Такое противопоставление в вашем проекте скорее восхищает – красиво получилось. Но вы сносите большую часть зданий пивоваренного завода, и, строя образ на «нависании» или даже «парении» новых объемов над старыми, на самом деле выстраиваете корпуса не над, а вдоль сохраненных частей и на месте сносимых. Неужели совсем не было возможности сохранить всё или сохранить больше? Сделать, как у Ионы Фридмана, чтобы новый город по-настоящему нависал на старым? Потому что сейчас вы скорее имитируете идею, чем действительно реализуете ее: опоры красиво пронизывают лишь небольшой объем, который будет снесен и восстановлен ради того, чтобы быть «проткнутым»… Не профанируется ли таким образом красивая футуристическая идея?

И не жалко ли вам заводские корпуса, которые будут разрезаны «по живому» и получат со стороны реки новые, никогда не существовавшие фасады? И зачем строить новодел с фасадом, восходящим к чертежам архитектора Вебера, на месте советского строения 2?
Нет ли в такого рода «критической консервации» внутреннего противоречия, более глубокого, чем только проблема протестов против сноса? Вы строите сюжет на противопоставлении старого и нового, но в составе «старого» появляются имитации-новоделы…


Время идет вперед, города развиваются, меняются и адаптируются к новой современной реальности. Москва как город сочетает в себе историю и современность. Как и в любом крупном мегаполисе, городской ландшафт Москвы непрерывно и динамично развивается. Ответственность архитектора заключается в том, чтобы в своей работе сопровождать эти процессы. Работая над проектом в черте города, особенно в исторической его части, архитектор, в первую очередь, должен тщательно оценить и проанализировать сложившийся ландшафт, позаботиться о сохранении наследия как важной части истории города, и в то же время создать возможность для будущего развития: интегрировать современную архитектуру, а так же качественные общественные пространства, в уже сложившуюся городскую среду.

Архитектурный ансамбль Бадаевского пивоваренного завода развивался типичным для производственного комплекса XIX века образом. Он характеризуется, с одной стороны, кирпичной индустриальной архитектурой с монументальным лаконичным фасадом, с другой стороны, разнообразными хаотичными вспомогательными пристройками со стороны реки. За всю историю существования завода корпуса не раз разрушались, перестраивались и видоизменялись. В результате архитектурный ансамбль утратил свой первозданный вид. Все существующие здания на участке Capital Group (инвестор проекта) площадью 6 га были неоднократно проанализированы и оценены профессиональными квалифицированными экспертами, их статус как объектов архитектурного наследия был определен и подтвержден, и это гарантирует полную неприкосновенность этих зданий. По закону объекты культурного наследия могут только реставрироваться.

Важно отметить, что статус памятника архитектуры определяет множество комплексных параметров, в частности, год постройки, архитектурные особенности здания, его значимость в ансамбле, количество изменений объекта за время его существования, фактическое физическое состояние конструктива и многое другое. То есть, не все здания, построенные в позапрошлом веке, сегодня имеют одинаковую историческую ценность. Такой подход практикуется и в оценке других ансамблей европейской промышленной архитектуры.

Сегодня на участке Capital Group расположены три строения: 1 и 3 строения обладают статусом объектов культурного наследия и будут отреставрированы, 2 строение, не имеющее статус памятника, восстановлено по историческим документам по инициативе инвестора. Площадь реставрации и восстановления архитектурного ансамбля Бадаевского завода составит 40 000 м2.

Мы работаем над проектом развития территории Бадаевского завода уже более двух лет. Для нас это удивительная возможность, а также большая ответственность: корпуса за всю историю существования завода ни разу не были комплексно отреставрированы и сегодня находятся в аварийном состоянии. Огромные усилия и крупные инвестиции необходимы для того, чтобы восстановить исторический ансамбль, вдохнуть в него новую жизнь и функции, сделать так, чтобы он был доступен для публики и стал частью современной Москвы.
Проект застройки территории Бадаевского пивоваренного завода. Изображение
© Herzog & de Meuron

Важно подчеркнуть, что нашей целью никогда не являлось расположение новых зданий непосредственно над памятниками архитектуры. Новое строение как раз и было поднято вверх, чтобы гарантировать сохранность и просматриваемость силуэта объектов культурного наследия со стороны реки, чтобы обеспечить проницаемость и открытость участка.

Настоящее расположение «горизонтального небоскреба» крайне точно просчитано. Он расположится вдоль набережной реки, отражая контуры объектов культурного наследия, при этом на определенном расстоянии от исторических корпусов, тем самым создавая необходимое пространство вокруг них и подчеркивая их важность. К тому же расположить новый объем над объектами культурного наследия просто невозможно ввиду правовых ограничений. Было принято решение разместить новое строительство ближе к реке.
  • zooming
    1 / 3
    Проект застройки территории Бадаевского пивоваренного завода. Фасады
    © Herzog & de Meuron
  • zooming
    2 / 3
    Проект застройки территории Бадаевского пивоваренного завода. Генплан
    © Herzog & de Meuron
  • zooming
    3 / 3
    Проект застройки территории Бадаевского пивоваренного завода. Разрез
    © Herzog & de Meuron

Когда мы внимательно изучили корпуса 1 и 3 и проанализировали все переданные нам исторические документы, мы поняли, что ансамбль был бы неполным без исторического облика строения 2, сердца пивоварни. Строение 2 фигурирует почти на всех исторических чертежах и всегда было центральной частью архитектурного ансамбля. Однако в 70-е годы, когда завод наращивал свои мощности, прямо на месте этого корпуса было возведено стандартное многоэтажное административное здание. В процессе анализа площадки экспертами и историками был обнаружен исторический фрагмент строения 2, скрытый под многоэтажной пристройкой советского периода. На базе этого фрагмента было решено воссоздать исторический вид строения 2, чтобы возродить утраченное «сердце» завода. Мы уверены в том, что это поможет вернуть исторический облик, подчеркнуть характер и композицию первоначально задуманного архитектурного ансамбля.

В рамках проекта корпус 2 будет возведен заново, и даже если его фасады будут соответствовать историческим, он не приобретет статус объекта наследия. Как раз поэтому, это то единственное место в проекте, где два мира, мир современной архитектуры парящего здания наверху, и мир кирпичной промышленной архитектуры внизу, пересекаясь, входят в физический диалог.
Схема интеграции колонн и объектов культурного наследия. Проект застройки территории Бадаевского пивоваренного завода
© Проектное бюро АПЕКС

Мы считаем, что как раз ряд внимательных наблюдений и выбор точных проектных решений – задача архитектора при работе в существующей городской среде. Когда все детали тщательно продуманы, создается диалог между наследием, современной архитектурой и общественным пространством, где все три составляющих дополняют друг друга.

Расцениваете ли вы победу в WAF как существенную поддержку в деле продвижения проекта?

Наш проект уникален в своем роде и говорит сам за себя. Однако всегда приятно получить признание от профессиональных экспертов, которые оценивают его качество и ценность.

Ваши впечатления от WAF в целом? Меняется ли что-то или все устоялось?
Ваши впечатления от победителей, выиграли ли те проекты, которые вам понравились и как вы оцениваете в сумме срез выигравших? Что вы думаете о гран-при?


Мы не первый раз посещали Всемирный архитектурный фестиваль, но впервые участвовали в конкурсе. Мы впечатлены масштабом этого события и тем, насколько профессиональной, насыщенной и разнообразной была его программа. Было интересно побывать там, увидеть множество новаторских, современных проектов, презентованных профессионалами.

Жюри Всемирного архитектурного фестиваля – это экспертное сообщество, которое выбирает лучшие проекты со всего мира, основываясь на профессиональной экспертизе. Выбор победителей, как правило, отражает тенденции и основные направления развития современного общества, а именно сохранение наследия, социальную ответственность и устойчивое развитие.

24 Марта 2020

Юлия Тарабарина Алёна Кузнецова

Беседовали:

Юлия Тарабарина, Алёна Кузнецова
comments powered by HyperComments
Похожие статьи
Энди Сноу: «Моя цель – соединить в архитектуре рациональное...
Английский архитектор Энди Сноу стал главным архитектором проектной компании GENPRO. Постройки Энди Сноу в Великобритании, выполненные в составе известных бюро, отмечены международными наградами. В России архитектор принимал участие в проектировании БЦ «Фабрика Станиславского», ЖК iLove и БЦ AFI2B на 2-й Брестской. Энди Сноу сравнил строительную ситуацию в России и Великобритании и поделился своим видением архитектурных перспектив России.
Бюро Никола-Ленивец: «Мы не решаем проблемы, а раскрываем...
Иван Полисский и Юлия Бычкова, управляющие партнеры Бюро Никола-Ленивец – о том, какие проблемы решает социокультурное проектирование, как развивать территории с помощью искусства и почему нельзя в каждом регионе создать свой Никола-Ленивец.
Сергей Скуратов: «Небоскреб это баланс технологий,...
В марте две башни Capital towers достроили до 300-метровой отметки. Говорим с автором самых эффектных небоскребов Москвы: о высотах и пропорциях, технологиях и экономике, лаконизме и красоте супертонких домов, и о самом смелом предложении недавних лет – башне в честь Ле Корбюзье над Центросоюзом.
«Коралловый цветок»
Foster + Partners и девелопер TRSDC разрабатывают масштабный курортный проект на побережье Красного моря в Саудовской Аравии. Об одном из его составляющих, комплексе Coral Bloom, нам рассказали Джерард Эвенден из Foster + Partners и генеральный директор TRSDC Джон Пагано.
Архитектура без истории и без теории?
На днях стало известно о планах радикальной реогранизации НИИ теории и истории архитектуры и градостроительства (НИИТИАГ) – единственного исследовательского института страны с таким профилем. Сотрудников, по слухам, планируют сократить в 7-8 раз. Мы поговорили с Дмитрием Швидковским, Андреем Боковым, Елизаветой Лихачевой, Андреем Баталовым – о том, чем ценен Институт и почему его все же надо сохранить.
Двадцатый год, нелегкий: что говорят архитекторы
Тридцать архитекторов – о прошедшем 2020 годе, перипетиях, плюсах и минусах «удаленки», новых проектах, постройках и других профессиональных событиях, выставках и результатах конкурсов. Также говорим о перспективах закона об архитектурной деятельности.
Григориос Гавалидис: «Запрос на качественную архитектуру...
Бюро, которое очень быстро, за 5-6 лет, выросло от 3 до 50 архитекторов и теперь работает с крупными ЖК и значительными мастер-планами «городов-спутников» Подмосковья. Основано греком из города Салоники. Григориос Гавалидис считает скучной работу с частными домами на островах, говорит по-русски как москвич и мечтает сделать московскую городскую среду комфортной, разнообразной и безопасной – как в Греции.
Владимир Григорьев: «Панельная застройка везде одинакова,...
В Санкт-Петербурге стартовал открытый конкурс «Ресурс периферии», участникам которого предлагается разработать концепцию повышения качества среды жилых кварталов 1970-1990-х годов. Выясняем подробности у главного архитектора города.
Андрей Асадов: «На концептуальном этапе надо сразу...
Исследуем главный витраж саратовского аэропорта «Гагарин», составленный из стеклопакетов, наклоненных под углом и образующих «воронку» над входом. Обсуждаем особенности витражных конструкций, а также поиск технологии, которая позволит реализовать красивое архитектурное решение, не пожертвовав надежностью и стоимостью объекта.
Виталий Лутц: «Работа над ЗИЛом была очень интересна...
Недавно Архсовет в неформальном режиме обсудил мастер-план территории ЗИЛ-Юг, разработанный на основе ППТ Института Генплана, утвержденного в 2016 году. Об истории и особенностях проектов 2011-2017 рассказывает их непосредственный участник и руководитель.
Архитектор в девелопменте
Девелоперские компании берут в команду архитекторов, а порой создают целые архитектурные подразделения внутри своей структуры: о роли, значении, возможностях архитектора в сфере девелопмента Архи.ру и Институт «Стрелка», изучающий эту непростую тему в течение года, поговорили с архитекторами, которые работают в девелопменте, и другими специалистами.
Новый опыт: истории четырех бюро
Беседуем с архитекторами, которые долгое время были заняты в сфере дизайна интерьеров, индивидуального жилого строительства и инсталляций, но недавно реализовали свой первый крупный объект: Faber Group с вокзалом в Иваново, Павел Стефанов и Ольга Яковлева с крематорием в Воронеже, Архатака с ТЦ Галерея SM в Петербурге и Хора с реконструкцией Национальной библиотеки Татарстана.
Москомархитектура: итоги года. Часть I
Шесть коротких интервью: с Никитой Токаревым, Кириллом Теслером, Сергеем Георгиевским, Николаем Переслегиным, Филиппом Якубчуком и основателями бюро ARCHSLON Татьяной Осецкой и Александром Саловым.
Амир Идиатулин: «Главное – объект должен быть тебе...
IND architects стали ньюсмейкерами завершающегося года: выиграли два иностранных конкурса, поучаствовали в трех международных консорциумах, завершили реконструкцию здания первого детского хосписа в Москве для фонда Нюты Федермессер. Основатель и руководитель бюро Амир Идиатулин – об основных принципах работы: самым важным архитекторы считают увлеченность темой, стремятся к универсальности, с жюри и заказчиками не заигрывают, стоимость работы рассчитывают по человеко-часам.
Юлий Борисов: «Мы должны быть гибкими, но не терять...
Особенность развития архитектурной компании UNK project – в постоянном поэтапном росте и спланированном изменении структуры. Это тяжело, но эффективно. Юлий Борисов рассказал нам о недавней трансформации компании, о ее сформулированных ценностях и миссии, а также – о пользе ТРИЗ для конкурсной практики, личностном росте и сложностях роста бюро, параллелизме рационального расчета и иррационального творчества, упорстве и осознанности.
ATRIUM: «Один довольный заказчик должен приносить тебе...
Вера Бутко и Антон Надточий, известные 20 лет назад смелыми проектами интерьеров и частных домов, сейчас строят большие жилые районы в Москве, участвуют в конкурсах наравне с западными «звездами», активно работают со значительными проектами не только в России, но и на постсоветском пространстве. Мы поговорили с архитекторами об их творческом пути, его этапах и истории успеха.
Константин Акатов: «Обновленная территория – увлекательное...
Интервью с победителем международного конкурса на мастер-план долины реки Степной Зай в Альметьевске, руководителем проекта, заместителем генерального директора «Обермайер Консульт» Константином Акатовым.
Сергей Труханов: «Главное – найти решение, как реализовать...
Как изменятся наши рабочие пространства? Можно ли подготовить свои офисы к подобным ситуациям в будущем? Что для современных офисов актуально в целом? Как работать с международными компаниями и какую архитектурную типологию нам всем еще только предстоит для себя открыть?
Звучание фасада
Инсталляция «Классная игра» художника Марины Звягинцевой превратила фасад школы на севере Москвы в клавиатуру рояля и переосмыслила место школьного здания в городской среде. Публикуем интервью Марины о ее методе работы с архитектурой.
Пол Флауэрс: «Инвестиции в архитекторов – это инвестиции...
Поговорили с вице-президентом по дизайну корпорации LIXIL, в состав которой с 2014 года входит GROHE, о новой премии WAF Water Research Prize, о микро- и макротрендах и о том, почему архитекторы и производители вместе смогут сделать для этого мира больше, чем по отдельности.
WAF 2019: в ожидании финала
Говорим c авторами проектов, вышедших в финал премии WAF: об их взгляде на фестиваль, о проектах и вероятных способах презентации.
Технологии и материалы
Любовь к геометрии
Французское сантехническое оборудование DELABIE для крупных общественных сооружений выбирают выдающиеся архитекторы Жан Нувель, Норман Фостер, SANAA, Руди Ричотти и другие. Представляем новую модель бесконтактных смесителей TEMPOMATIC 4, сочетающих безопасность, мега-экологичность и стильный дизайн.
Урбан-домик на дереве
Современное игровое пространство Halo Cubic от финского производителя Lappset: множество сценариев игры и безупречный дизайн, способный украсить современный жилой комплекс любого класса.
Естественность и сила кирпича ручной работы
Датский ригельный кирпич ручной работы Petersen Kolumba на фасадах частного дома в Иркутске по проекту Станислава Гаврилова напоминает о мощи древнеримской архитектуры и прекрасно справляется с сибирскими морозами. Мы расспросили автора проекта об этом доме и работе с кирпичом Kolumba.
Handmade для кинотеатра «Москва»
Коммерческий директор компании Ледрус Максим Беляев рассказывает о том, в чем состоит специфика работы со светом по индивидуальному дизайн-проекту и как можно переквалифицироваться из поставщика в подрядчика с функциями ведущего консультанта, проектировщика оригинальных решений и производителя в одном лице.
Блестящие перспективы
Lucido – архитектурно ориентированная компания, ставящая во главу угла эстетику и технологичность. Предлагая все виды итальянской керамической плитки и мозаики, Lucido специализируется на керамограните больших форматов. Рассказываем о воссоздании мраморных слэбов, а также об экспериментах с большим форматом звезд мировой архитектуры Кенго Кумы и Даниэля Либескинда.
Материя с гибким характером
Алюминий – разнообразный материал, он работает в широком в диапазоне от гибкого дигитального футуризма – до имитации естественных поверхностей, подходящих для реконструкций и даже стилизаций. Рассказываем о 7 новых жилых комплексах, в которых использован фасадный алюминий компании SEVALCON.
Волшебная линия
Вентиляционные диффузоры Invisiline, созданные архитекторами Майклом и Элен Мирошкиными, завоевали престижную дизайнерскую премию Red Dot 2020. Невидимые решетки, придуманные для собственных проектов, выросли в бренд, ответивший на запросы коллег-архитекторов.
Эффектная сантехника для энергоэффективного дома
Экодом в Чезене, совмещающий функции жилья и рабочей студии архитекторов Маргариты Потенте и Стефано Пирачини, стал первым в Италии примером «пассивного дома», встроенного в плотный фронт городской застройки; кроме того он – результат реконструкции. Интерьеры дома удачно дополняет сантехника Duravit.
Такие стеклянные «бабочки»
Важным элементом фасадного решения одного из самых известных
новых домов московского центра стало стекло Guardian:
зеркальные окна сочетаются с моллированными элементами, с помощью которых удалось реализовать смелую и красивую форму,
задуманную архитекторами.
Рассказываем, как реализована стеклянная пластика
дома на Малой Ордынке, 19.
На вкус и цвет: алюминий в московском метро
Алюминий практически вездесущ, а в современном метро просто незаменим. Он легок и хорошо держит форму, оттенки и варианты фактуры разнообразны: от стеклянисто-глянцевого до плотного матового. Вашему вниманию – обзор новых станций московского метро, в дизайне интерьеров которых использован окрашенный алюминий SEVALCON.
UP-GYM: интерактив для городской среды
Современное развитие комфортной городской среды требует современных решений.Новые подходы к организации уличного детского досуга при обустройстве дворовых территорий и общественных пространств, спортивных, образовательных и медицинских учреждений предложили чебоксарские специалисты.
Серьезный кирпичный разговор
В декабре в московском центре дизайна ARTPLAY прошла Кирпичная дискуссия с участием ведущих российских архитекторов – Сергея Скуратова, Натальи Сидоровой, Алексея Козыря, Михаила Бейлина и Ильсияр Тухватуллиной. Она завершила программу 1-го Кирпичного конкурса, организованного журналом
«Проект Балтия» и компанией АРХИТАЙЛ.
Цвет – это жизнь
Теория цвета и формы была важным учебным модулем в Баухаусе, где художники и архитекторы активно использовали теорию цвета Гёте и добились того, чтобы цвет стал неотъемлемой частью современной жизни. Шведы из Natural Colour Academy предложили палитру Color Trends 2020, собственную цветовую систему, которая задает цветовые стандарты для всех возможностей применения в новом десятилетии.
Сейчас на главной
Себастиан Треезе стал лауреатом премии Дрихауса 2021...
Молодому немецкому бюро Sebastian Treese Architekten присуждена премия Ричарда Дрихауса в области традиционной архитектуры. Денежный номинал премии – 200 000 долларов USA, и она позиционируется как альтернатива премии Прицкера: если первую вручают в основном модернистам, то эту – архитекторам-классикам.
Семь часовен
Семь деревянных часовен в долине Дуная на юго-западе Германии по проекту семи архитекторов, включая Джона Поусона, Фолькера Штааба и Кристофа Мэклера.
Крупицы золота
В Доме архитектора в Гранатном переулке открылся фестиваль «Золотое сечение». Рассматриваем планшеты. Награждать обещают 22 апреля.
Разлинованный ландшафт
Кладбище словацкого города Прешов по проекту STOA architekti играет роль не только некрополя, но и рекреационной зоны для двух жилых районов.
Гипер-крыша и гипер-земля
Dominique Perrault Architecture и Zhubo Design Co выиграли конкурс на проект Института дизайна и инноваций в Шэньчжэне: его главное здание напоминает мост длиной более 700 метров.
Парк Швейцария
Проект парка «Швейцария» в Нижнем Новгороде, созданный достаточно молодым, но известным и международным бюро KOSMOS, вызвал в городе много споров и даже протестов, настолько острых, что попытка провести на нашей платформе профессиональное обсуждение тоже не удалась. Публикуем проект как есть.
Районные ряды
Один из вариантов общественного пространства шаговой доступности, способного заменить ушедшие в прошлое дома культуры.
Пресса: Вальтер Гропиус и Bauhaus: трансформация жизни в фабрику
Это школа искусства (с Василием Кандинским в роли профессора), скульптуры, дизайна (где он, собственно, и был изобретен как самостоятельная деятельность), театра — Баухауc не сводится к архитектуре. Но в архитектуре Баухауса можно выделить три этапа развития утопии
Территория детства
Проект образовательного комплекса в составе второй очереди застройки «Испанских кварталов» разработан архитектурным бюро ASADOV. В основе проекта – идея создания дружелюбной и открытой среды, которая сама по себе воспитывает и формирует личность ребенка.
Новая идентичность
Среди призеров конкурса на концепцию застройки бывшей промышленной территории в чешском городе Наход – российское бюро Leto architects. Представляем все три проекта-победителя.
Человек в большом городе
В проекте масштабного жилого комплекса архитекторы GAFA сделали акцент на двух видах общественного пространства: шумных улицах с кафе и магазинами – и максимально природном, визуально изолированном от города дворе. То и другое, работая на контрасте, должно сделать жизнь обитателей ЖК EVER насыщенной и разнообразной.
Энди Сноу: «Моя цель – соединить в архитектуре рациональное...
Английский архитектор Энди Сноу стал главным архитектором проектной компании GENPRO. Постройки Энди Сноу в Великобритании, выполненные в составе известных бюро, отмечены международными наградами. В России архитектор принимал участие в проектировании БЦ «Фабрика Станиславского», ЖК iLove и БЦ AFI2B на 2-й Брестской. Энди Сноу сравнил строительную ситуацию в России и Великобритании и поделился своим видением архитектурных перспектив России.
Живой рост
Масштабный жилой комплекс AFI PARK Воронцовский на юго-западе Москвы состоит из четырех башен, дома-пластины и здания детского сада. Причем пластика жилых домов – активна, они, как кажется, растут на глазах, реагируя на природное окружение, прежде всего открывая виды на соседний парк. А детский сад мил и лиричен, как сахарный домик.
Бюро Никола-Ленивец: «Мы не решаем проблемы, а раскрываем...
Иван Полисский и Юлия Бычкова, управляющие партнеры Бюро Никола-Ленивец – о том, какие проблемы решает социокультурное проектирование, как развивать территории с помощью искусства и почему нельзя в каждом регионе создать свой Никола-Ленивец.
Из кино в метро
Трансформация советского кинотеатра «Ереван» в Единый диспетчерский центр метрополитена: параметрические фасады, медиаэкраны и центр мониторинга в бывшем зрительном зале.
86 арок
В жилом комплексе Westbeat по проекту бюро Studioninedots на западе Амстердама обширный подиум вмещает многофункциональное общественное и коммерческое пространство для нужд жителей района.
Сергей Скуратов: «Небоскреб это баланс технологий,...
В марте две башни Capital towers достроили до 300-метровой отметки. Говорим с автором самых эффектных небоскребов Москвы: о высотах и пропорциях, технологиях и экономике, лаконизме и красоте супертонких домов, и о самом смелом предложении недавних лет – башне в честь Ле Корбюзье над Центросоюзом.
Модульный «Круг»
Комплекс The Circle по проекту бюро Riken Yamamoto & Field Shop в аэропорту Цюриха соединяет в себе, как в маленьком городе, офисы, магазины, клинику, отель и конференц-центр.
Стеклянный шар, золотой цилиндр
В Лос-Анджелесе завершено строительство музея Киноакадемии по проекту Ренцо Пьяно и его бюро RPBW: основой проекта стал универмаг в стиле ар деко. Открытие запланировано на эту осень.
Ценность подиума
В китайской штаб-квартире компании Schindler в Шанхае по проекту Neri&Hu проблема разобщенности производственных и офисных корпусов решена с помощью выразительного подиума.
Ажур и резьба
Жилой комплекс в Уфе с мостиком-эспланадой, разнообразными балконами и декором, имитирующим деревянные наличники. Дом отмечен Золотым знаком Зодчества-2020.
Фрагменты Тулузы
Новое здание школы экономики по проекту бюро Grafton продолжает богатые кирпичные традиции Тулузы, благодаря которым ее называют «Розовым городом».
Чтение на «ковре-самолете»
Историческая библиотека университета Граца получила «надстройку» с 20-метровым консольным выносом по проекту Atelier Thomas Pucher: там разместились читальные залы.
Масштаб 1:1
Пять разноплановых объектов бюро «А.Лен», снятых на квадрокоптер: что нового может рассказать съемка с высоты.
Сицилийские горизонты
Выбранный по итогам международного конкурса проект административного комплекса области Сицилия в Палермо задуман как ансамбль из дерева и стали с садом на шестом этаже.