English version

Согласование намерений

Поговорили с главным архитектором Института Генплана Москвы Григорием Мустафиным и главным архитектором Южно-Сахалинска Максимом Ефановым – о том, как формируется рабочий генплан города. Залог успеха: сбор данных и моделирование, работа с горожанами, инфраструктура и презентация.

mainImg
Архи.ру:
Как долго шла работа над генеральным планом Южно-Сахалинска? 

Григорий Мустафин,
главный архитектор Института Генплана: 
Мы начали в 2020 году, в июле 2022 внесли правки по результатам общественных слушаний, а в сентябре 2022 документ был утвержден. Параллельно в апреле 2022 года начали работать с мастер-планом первого пояса агломерации. Мы объединили и синхронизировали все намерения по развитию Южно-Сахалинска, в результате город получил комплексный пакет документации для всех нужд: ведения градостроительной деятельности, финансирования, презентации себя на федеральном уровне.

Генплану предшествовал этап разработки стратегии пространственного развития, для которого мы привлекали международные компании и проводили комплексные социологические исследования. 
Долгосрочные стратегические проекты
© Изображение предоставлено департаментом архитектуры и градостроительства города Южно-Сахалинска

Максим Ефанов,
главный архитектор Южно-Сахалинска:
В стратегии пространственного мы опробовали несколько проектов: например, начали формировать земельные участки для производства сжиженного природного газа. Этот этап мы проходили в рамках программы Сколково по подготовке управленческих кадров для 100 крупнейших городов России: озвучивали свои идеи в презентациях и получали обратную связь. А в процессе согласования генплана поняли, что у нас есть дополнительные локальные задачи, и вносили дополнения. То есть это живой документ. Довольно крупное функциональное зонирование дает большую гибкость, а отрегулировать все позволяют ПЗЗ. 

Григорий Мустафин: Если проследить, как реализовывались требования по разработке генпланов из 10 приказа, то увидим, что практики-разработчики генпланов постепенно переходят от полного  классификатора функционального зонирования из 30 наименований  ко все более крупным зонам, в которых заложены гибкие рычаги реагирования на меняющиеся внешние установки.
  • zooming
    1 / 3
    Земли для сельского хозяйства
    © Изображение предоставлено департаментом архитектуры и градостроительства города Южно-Сахалинска
  • zooming
    2 / 3
    Линейный индустриальный парк
    © Изображение предоставлено департаментом архитектуры и градостроительства города Южно-Сахалинска
  • zooming
    3 / 3
    Долина энергии
    © Изображение предоставлено департаментом архитектуры и градостроительства города Южно-Сахалинска

Поэтому Южно-Сахалинску так быстро понадобился новый генплан? Предыдущий был принят в 2012 году. 

Максим Ефанов:
 Генплан разрабатывается на 20 лет, но за это время меняется все, вплоть до градостроительного законодательства. В предыдущем генплане вообще не было инвестиционных проектов, которые мы сейчас реализуем. А чтобы сформировать под них земельные участки, должен быть соответствующий вид разрешенного использования. И даже если был бы сформирован земельный участок, у нас нет инфраструктуры для него: инженерных сетей, автомобильных дорог. Просто перекрасить зоны – так оно не работает. Раз в три года генплан точно нужно корректировать. Как мы уже сказали, это живой документ.

Григорий Мустафин: Новый генплан подготовлен в соответствии с новыми требованиями законодательства, в том числе к оформлению. Существенно повлияло на него и социально-экономическое развитие Южно-Сахалинска. Какие-то вопросы мы актуализировали: например, предыдущий генплан захватывал участки Минобороны и лесного хозяйства, трассировка дороги была проложена через СНТ. Мы разбирали каждое пересечение интересов и предлагали альтернативы. Большой блок работы при создании генплана – это согласование намерений и уточнение приоритетов развития города. 

Как проходит мониторинг реализации генплана? 

Максим Ефанов: Мониторингом граддокументации занимается специальный отдел департамента архитектуры и градостроительства совместно с департаментом экономического развития. Утвердив проект генплана, мы следим, чтобы развитие двигалось в том векторе, который им был заложен. Это долгосрочная каждодневная работа: подобрать земельный участок, проанализировать свободные территории и выставить их на аукцион, помочь департаменту землепользования сформировать конкурсную документацию, определить параметры территории.

Какие решения генерального плана Южно-Сахалинска уже реализуются, какие на подходе? Как выбираются мероприятия, которые необходимо провести в первую очередь?

Максим Ефанов: В Южно-Сахалинске появилось наземное метро. Прошлый генплан предполагал вынос железной дороги за пределы центра города, сейчас подход к этому вопросу пересмотрели: железная дорога стала основой для развития наземного метро. Рельсовые автобусы используются как скоростной общественный транспорт, который не стоит в пробках и не боится снежных заносов и метелей.

Вся городская транспортная сеть теперь формируется на базе существующей железной дороги: уже открыто несколько транспортно-пересадочных узлов, совместно с РЖД мы поменяли график грузовых перевозок, чтобы не мешать движению общественного транспорта. Спрос на рельсобусы с момента запуска растет кратно с каждым годом. Ставка сыграла.

Григорий Мустафин: Мы, чтобы этот сюжет поддержать, заложили на перспективу развитие территории вокруг станций наземного метро, чтобы эту инфраструктуру капитализировать. К железной дороге «привязана» реновация промышленной зоны с созданием нового городского центра, развитие индустриальных технопарков, агропарков, новых жилых районов. Чередование жилых зон и экономических кластеров позволяет двигаться в сторону концепции 15-минутного города.
Создание мест приложения труда
© Изображение предоставлено департаментом архитектуры и градостроительства города Южно-Сахалинска
Жилищное строительство
© Изображение предоставлено департаментом архитектуры и градостроительства города Южно-Сахалинска

Максим Ефанов: Стоит также сказать, что до 2018 года в Южно-Сахалинске была только узкоколейная железная дорога, сейчас она «перепрошита», но не электрифицирована. Рельсобусы – современные, комфортные, но с дизельным двигателем. Совместно с ПАО «РусГидро» запущена программа перехода рельсового автобуса на водородное топливо, то же ждет и остальной транспорт, который сейчас за счет областной субсидии газифицирован. Мы стремимся к углеродной нейтральности. 

Григорий Мустафин: Коллеги выбрали очень продуктивный подход: сначала вложились в транспорт, потом развивают саму территорию. Очень редко в наших городах так правильно выстроена градостроительная деятельность.

Что еще можно упомянуть?

Максим Ефанов: Готов мастер-план северной промзоны, в этом году планируем разыграть лоты КРТ. Строятся микрорайоны «УЮН» и «Горизонт», запроектирован микрорайон «Поле чудес», начался первый этап строительства технопарка, агропарка, взлетной полосы, западной объездной автомобильной дороги регионального значения, научно-образовательного центра, кампуса на 1500 студентов. Все это было заложено в стратегии пространственного развития и генеральном плане.

Генплан – это изменения, заданные «сверху» или «снизу»? 

Максим Ефанов: Муниципалитет, конечно, понимает, где нужно развивать жилье, а где промышленность. Но есть нюансы, которые жители знают намного лучше. Например, мы подробно обсуждали с горожанами четыре варианта трассировки западной объездной и так называемой восточной объездной улицы: встречались, обсуждали плюсы и минусы, выносили решения на уровень руководства и корректировали в генплане так, как договорились с жителями. Тем самым сняли большой блок напряжения. Количество обращений о нарушении прав граждан в граддокументации значительно уменьшилось.
Исследование мнения жителей Южно-Сахалинска
© Изображение предоставлено департаментом архитектуры и градостроительства города Южно-Сахалинска

Григорий Мустафин: Это была инициатива заказчика и нас как подрядчика – законодательство предусматривает взаимодействие с жителями только на самых последних этапах во время публичных слушаний. Коллеги в техническом задании на разработку документации заложили для этого отдельный этап: проводились телефонные и интернет-опросы, работала платформа с картой, где можно было оставить идею, проводились семинары про транспорт, природный каркас. Мы буквально садились в кружках и рисовали схемы возможного развития города. Потом отдельно приезжали и показывали – вот, что мы зафиксировали, что идет в концепцию. И дальше итерации. Были проекты в нашей практике, где велась меньшая работа, – и это потом чувствовалось на публичных слушаниях. Так же мы отдельно встречались с бизнесом и инвесторами. Было бы корректно масштабировать этот опыт на другие города нашей страны.
Карта предложений по результатам работы с жителями Южно-Сахалинска
© Изображение предоставлено департаментом архитектуры и градостроительства города Южно-Сахалинска

Институт Генплана разработал «Систему комплексных показателей оценки городской среды» – как она помогает в создании генплана?

Григорий Мустафин: В разработке любого документа территориального и стратегического планирования есть определенный алгоритм. Все начинается с работы по сбору данных, которая на самом деле никогда и не останавливается: даже к моменту утверждения генерального пана мы продолжаем получать различные данные от органов исполнительной власти, жителей, дополнительных источников.
Предпроектная аналитика
© Изображение предоставлено департаментом архитектуры и градостроительства города Южно-Сахалинска

Данные – это информация, но она не равна смыслам. Применяя сложные алгоритмы, мы верифицируем данные и превращаем их в основу для создания проектного решения: определяем проблемы, потенциалы, драйверы развития территории. То есть превращаем факты в ценностные суждения. Дальше мы не говорим: «вот итоговое корректное решение по развитию города». Вместо этого рассматриваем несколько сценариев: если ничего не делать, если делать акцент на агломерационное развитие или вкладывать все инвестиции в центр города. Для Южно-Сахалинска мы сделали пять таких сценариев. 
Варианты предварительных сценариев развития Южно-Сахалинска
© Изображение предоставлено департаментом архитектуры и градостроительства города Южно-Сахалинска

Дальше эту информацию мы используем для аппарата моделирования и применяем инструменты, которые помогли бы охарактеризовать сценарий с неожиданной стороны, показать подводные камни. В этом процессе стараемся выявить максимальное количество объективных плюсов и минусов. И уже после этого выбираем либо самый лучший сценарий, либо объединяем «хиты» из всех вариантов. 
Аналитические модели как инструмент оценки вариантов развития
© Изображение предоставлено департаментом архитектуры и градостроительства города Южно-Сахалинска

После выбора сценария следует нюансная работа и уточнение. Этот этап также сопровождается моделированием: мы проверяем, как изменения влияют на загрузку инфраструктуры, на обеспеченность жителей теми или иными ресурсами. Этот инструмент удобен и при согласованиях.

Алгоритм одинаков для работы со всеми городами?

Григорий Мустафин: Есть нюансы. Данные по-разному устроены, отличаются инструменты оценки: где-то они связаны с ландшафтными характеристиками, где-то – с историко-культурным наследием. Мы стараемся трансформировать шаблон таким образом, чтобы он был заточен на уникальность города. Например, в Севастополе важным фактором, влияющим на все решения, является рельеф: территория города располагается на террасах, балках, гривах, нужно учитывать вид на море – все это влияет на функциональное зонирование.

В случае Южно-Сахалинска, особенно в случае мастер-плана, много внимания уделено презентации работы – видеоролики, макеты, инфографика, обсуждение на Восточном экономическом форуме. Насколько важна эта часть работы?

Максим Ефанов: Подача, которую сделал Институт Генплана совместно с IND architects по первому поясу Южно-Сахалинской агломерации, выше всяких похвал. Именно в таком виде нужно подавать материалы, чтобы донести до руководителей и жителей цифры, карты и схемы, а также показать и обосновать, что твой проект успешен. 

Григорий Мустафин: Следует помнить, что мастер-план Южно-Сахалинской агломерации и других дальневосточных городов готовился на другом уровне, по поручению президента. И это беспрецедентно: первый раз в истории мастерпланирования появилась настолько масштабная инициатива от федерального правительства. Уровень вовлеченности региональных правительств, федеральных органов исполнительной власти был очень высок. Когда мы разрабатывали мастер-план, то регулярно готовили материалы для закрытых презентаций, отдельно обсуждали их с Максимом Орешкиным, Юрием Трутневым. В какой-то момент жюри посмотрело разом 10 мастер-планов. Далее мастер-планы были рассмотрены Президентом и на текущий момент часть из них, включая Южно-Сахалинск, уже утверждены и получают поддержку.

Мы хотели показать регион с лучшей стороны. Сделали ролик на 15 минут из 170 слайдов, где отразили абсолютно все – инициативы, договоренности, стратегические проекты, драйверы развития экономики. А также более короткий ролик с инфографикой, 3D-визуализациями, в котором перевели цифры, понятные специалистам, на человеческий язык. Потом презентовали их на Восточном экономическом форуме. 

В мае 2023 мастер-план был презентован президенту и одобрен. После этого были выпущены специальные указы по поддержке инфраструктурных проектов.



Давайте подытожим: какова формула рабочего генплана?

Григорий Мустафин: Первое – взаимодействие с жителями, начиная со стадии формирования первых концептуальных решений.

Второе – акцент на развитии инфраструктуры: вместо того, что строить жилой район в поле, нужно развивать скоростной транспорт и на него ориентировать приоритетные проекты с учетом стратегических целей.

Третье – чередовать жилые районы с экономическими кластерами. В Южно-Сахалинске это, например, агропарк, который влияет на повышение продовольственной безопасности острова, на внешние экономические рамки, на возможность экспорта в другие регионы.

Эти три тезиса означают высокое качество генплана любого города, независимо от географии.

09 Октября 2023

Похожие статьи
Сергей Орешкин: «Наш опыт дает возможность оперировать...
За последние годы петербургское бюро «А.Лен» прочно закрепило за собой статус федерального, расширив географию проектов от Санкт-Петербурга до Владивостока. Получать крупные заказы помогает опыт, в том числе международный, структура и «архитектурная лаборатория» – именно в ней рождаются методики, по которым бюро создает комфортные квартиры и урбан-блоки. Подробнее о росте мастерской рассказывает Сергей Орешкин.
2023: что говорят архитекторы
Набрали мы комментариев по итогам года столько, что самим страшно. Общее суждение – в архитектурной отрасли в 2023 году было настолько все хорошо, прежде всего в смысле заказов, что, опять же, слегка страшновато: надолго ли? Особенность нашего опроса по итогам 2023 года – в нем участвуют не только, по традиции, москвичи и петербуржцы, но и архитекторы других городов: Нижний, Екатеринбург, Новосибирск, Барнаул, Красноярск.
Александра Кузьмина: «Легко работать, когда правила...
Сюжетом стенда и выступлений архитектурного ведомства Московской области на Зодчестве стало комплексное развитие территорий, или КРТ. И не зря: задача непростая и очень «живая», а МО по части работы с ней – в передовиках. Говорим с главным архитектором области: о мастер-планах и кто их делает, о том, где взять ресурсы для комфортной среды, о любимых проектах и даже о том, почему теперь мало хороших архитекторов и что делать с плохими.
Изменчивая декорация
Члены экспертного совета премии Innovative Public Interiors Award 2023 продолжают рассуждать о том, какими будут общественные интерьеры будущего: важен предлагаемый пользователю опыт, гибкость, а в некоторых случаях – тотальный дизайн.
Определяющая среда
Человекоцентричные, технологичные или экологичные – какими будут общественные интерьеры будущего, рассказывают члены экспертного совета премии Innovative Public Interiors Award 2023.
Иван Греков: «Заказчик, который может и хочет сделать...
Говорим с Иваном Грековым, главой архитектурного бюро KAMEN, автором многих знаковых объектов Москвы последних лет, об истории бюро и о принципах подхода к форме, о разном значении объема и фасада, о «слоях» в работе со средой – на примере двух объектов ГК «Основа». Это квартал МИРАПОЛИС на проспекте Мира в Ростокино, строительство которого началось в конце прошлого года, и многофункциональный комплекс во 2-м Силикатном проезде на Звенигородском шоссе, на днях он прошел экспертизу.
Резюмируя социальное
В преддверии фестиваля «Открытый город» – с очень важной темой, посвященной разным апесктам социального, опросили организаторов и будущих кураторов. Первый комментарий – главного архитектора Москвы Сергея Кузнецова, инициатора и вдохновителя фестиваля архитектурного образования, проводимого Москомархитектурой.
Прямая кривая
В последний день мая в Москве откроется биеннале уличного искусства Артмоссфера. Один из участников Филипп Киценко рассказывает, почему архитектору интересно участвовать в городских фестивалях, а также показывает свой арт-объект на Таможенном мосту.
Бетонные опоры
Архитектурный фотограф Ольга Алексеенко рассказывает о спецпроекте «Москва на стройке», запланированном в рамках Арх Москвы.
Юлий Борисов: «ЖК «Остров» – уникальный проект, мы...
Один из самых больших проектов жилой застройки Москвы – «Остров» компании Донстрой – сейчас активно строится в Мневниковской пойме. Планируется построить порядка 1.5 млн м2 на почти 40 га. Начинаем изучать проект – прежде всего, говорим с Юлием Борисовым, руководителем архитектурной компании UNK, которая работает с большей частью жилых кварталов, ландшафтом и даже предложила общий дизайн-код для освещения всей территории.
Валид Каркаби: «В Хайфе есть коллекция арабского Баухауса»
В 2022 году в порт города Хайфы, самый глубоководный в восточном Средиземноморье, заходило рекордное количество круизных лайнеров, а общее число туристов, которые корабли привезли, превысило 350 тысяч. При этом сама Хайфа – неприбранный город с тяжелой судьбой – меньше всего напоминает туристический центр. О том, что и когда пошло не так и возможно ли это исправить, мы поговорили с архитектором Валидом Каркаби, получившим образование в СССР и несколько десятилетий отвечавшим в Хайфе за охрану памятников архитектуры.
О сохранении владимирского вокзала: мнения экспертов
Продолжаем разговор о сохранении здания вокзала: там и проект еще не поздно изменить, и даже вопрос постановки на охрану еще не решен, насколько нам известно, окончательно. Задали вопрос экспертам, преимущественно историкам архитектуры модернизма.
Фандоринский Петербург
VFX продюсер компании CGF Роман Сердюк рассказал Архи.ру, как в сериале «Фандорин. Азазель» создавался альтернативный Петербург с блуждающими «чикагскими» небоскребами и капсульной башней Кисе Курокавы.
2022: что говорят архитекторы
Мы долго сомневались, но решили все же провести традиционный опрос архитекторов по итогам 2022 года. Год трагический, для него так и напрашивается определение «слов нет», да и ограничений много, поэтому в опросе мы тоже ввели два ограничения. Во-первых, мы попросили не докладывать об успехах бюро. Во-вторых, не говорить об общественно-политической обстановке. То и другое, как мы и предполагали, очень сложно. Так и получилось. Главный вопрос один: что из архитектурных, чисто профессиональных, событий, тенденций и впечатлений вы можете вспомнить за год.
KOSMOS: «Весь наш путь был и есть – поиск и формирование...
Говорим с сооснователями российско-швейцарско-австрийского бюро KOSMOS Леонидом Слонимским и Артемом Китаевым: об учебе у Евгения Асса, ценности конкурсов, экологической и прочей ответственности и «сообщающимися сосудами» теории и практики – по убеждению архитекторов KOSMOS, одно невозможно без другого.
КОД: «В удаленных городах, не секрет, дефицит кадров»
О пользе синего, визуальном хаосе и общих и специальных проблемах среды российских городов: говорим с авторами Дизайн-кода арктических поселений Ксенией Деевой, Анастасией Конаревой и Ириной Красноперовой, участниками вебинара Яндекс Кью, который пройдет 17 сентября.
Никита Токарев: «Искусство – ориентир в джунглях...
Следующий разговор в рамках конференции Яндекс Кью – с директором Архитектурной школы МАРШ Никитой Токаревым. Дискуссия, которая состоится 10 сентября в 16:00 оффлайн и онлайн, посвящена междисциплинарности. Говорим о том, насколько она нужна архитектурному образованию, где начинается и заканчивается.
Архитектурное образование: тренды нового сезона
МАРШ, МАРХИ, школа Сколково и руководители проектов дополнительного обучения рассказали нам о том, что меняется в образовании архитекторов. На что повлиял уход иностранных вузов, что будет с российской архитектурной школой, к каким дополнительным знаниям стремиться.
Архитектор в метаверс
Поговорили с участниками фестиваля креативных индустрий G8 о том, почему метавселенные – наша завтрашняя повседневность, и каким образом архитекторы могут влиять на нее уже сейчас.
Арсений Афонин: «Полученные знания лучше сразу применять...
Яндекс Кью проводит бесплатную онлайн-конференцию «Архитектура, город, люди». Мы поговорили с авторами докладов, которые могут быть интересны архитекторам. Первое интервью – с руководителем Софт Культуры. Вебинар о лайфхаках по самообразованию, в котором он участвует – в среду.
Устойчивость метода
ТПО «Резерв» в честь 35-летия покажет на Арх Москве совершенно неизвестные проекты. Задали несколько вопросов Владимиру Плоткину и показываем несколько картинок. Пока – без названий.
Сергей Надточий: «В своем исследовании мы формулируем,...
Недавно АБ ATRIUM анонсировало почти завершенное исследование, посвященное форматам проектирования современных образовательных пространств. Говорим с руководителем проекта Сергеем Надточим о целях, задачах, специфике и структуре будущей книги, в которой порядка 300 страниц.
Олег Манов: «Середины нет, ее нужно постоянно доказывать...
Олег Манов рассказывает о превращении бюро FUTURA-ARCHITECTS из молодого в зрелое: через верность идее создавать новое и непохожее, околоархитектурную деятельность, внимание к рисунку, макетам и исследование взаимоотношений нового объекта с его окружением.
Технологии и материалы
Выгода интеграции клинкера в стеклофибробетон
В условиях санкций сложные архитектурные решения с кирпичной кладкой могут вызвать трудности с реализацией. Альтернативой выступает применение стеклофибробетона, который может заменить клинкер с его необычными рисунками, объемом и игрой цвета на фасаде.
Обаяние романтизма
Интерьер в стиле романтизма снова вошел в моду. Мы встретились с Еленой Теплицкой – дизайнером, декоратором, модельером, чтобы поговорить о том, как цвет участвует в формировании романтического интерьера. Практические советы и неожиданные рекомендации для разных темпераментов – в нашем интервью с ней.
Навстречу ветрам
Glorax Premium Василеостровский – ключевой квартал в комплексе Golden City на намывных территориях Васильевского острова. Архитектурная значимость объекта, являющегося частью парадного морского фасада Петербурга, потребовала высокотехнологичных инженерных решений. Рассказываем о технологиях компании Unistem, которые помогли воплотить в жизнь этот сложный проект.
Вся правда о клинкерном кирпиче
​На российском рынке клинкерный кирпич – это синоним качества, надежности и долговечности. Но все ли, что мы называем клинкером, действительно им является? Беседуем с исполнительным директором компании «КИРИЛЛ» Дмитрием Самылиным о том, что собой представляет и для чего применятся этот самый популярный вид керамики.
Игры в домике
На примере крытых игровых комплексов от компании «Новые Горизонты» рассказываем, как создать пространство для подвижных игр и приключений внутри общественных зданий, а также трансформировать с его помощью устаревшие функциональные решения.
«Атмосферные» фасады для школы искусств в Калининграде
Рассказываем о необычных фасадах Балтийской Высшей школы музыкального и театрального искусства в Калининграде. Основной материал – покрытая «рыжей» патиной атмосферостойкая сталь Forcera производства компании «Северсталь».
Фасадные подсистемы Hilti для воплощения уникальных...
Как возникают новые продукты и что стимулирует рождение инженерных идей? Ответ на этот вопрос знают в компании Hilti. В обзоре недавних проектов, где участвовали ее инженеры, немало уникальных решений, которые уже стали или весьма вероятно станут новым стандартом в современном строительстве.
ГК «Интер-Росс»: ответ на запрос удобства и безопасности
ГК «Интер-Росс» является одной из старейших компаний в России, поставляющей системы защиты стен, профили для деформационных швов и раздвижные перегородки. Историю компании и актуальные вызовы мы обсудили с гендиректором ГК «Интер-Росс» Карнеем Марком Капо-Чичи.
Для защиты зданий и людей
В широкий ассортимент продукции компании «Интер-Росс» входят такие обязательные компоненты безопасного функционирования любого медицинского учреждения, как настенные отбойники, угловые накладки и специальные поручни. Рассказываем об особенностях применения этих элементов.
Стоимостной инжиниринг – современная концепция управления...
В современных реалиях ключевое значение для успешной реализации проектов в сфере строительства имеет применение эффективных инструментов для оценки капитальных вложений и управления затратами на протяжении проектного жизненного цикла. Решить эти задачи позволяет использование услуг по стоимостному инжинирингу.
Материал на века
Лиственница и робиния – деревья, наиболее подходящие для производства малых архитектурных форм и детских площадок. Рассказываем о свойствах, благодаря которым они заслужили популярность.
Приморская эклектика
На месте дореволюционной здравницы в сосновых лесах Приморского шоссе под Петербургом строится отель, в облике которого отражены черты исторической застройки окрестностей северной столицы эпохи модерна. Сложные фасады выполнялись с использованием решений компании Unistem.
Натуральное дерево против древесных декоров HPL пластика
Вопрос о выборе натурального дерева или HPL пластика «под дерево» регулярно поднимается при составлении спецификаций коммерческих и жилых интерьеров. Хотя натуральное дерево может быть красивым и универсальным материалом для дизайна интерьера, есть несколько потенциальных проблем, которые следует учитывать.
Максимально продуманное остекление: какими будут...
Глубина, зеркальность и прозрачность: подробный рассказ о том, какие виды стекла, и почему именно они, используются в строящихся и уже завершенных зданиях кампуса МГТУ, – от одного из авторов проекта Елены Мызниковой.
Кирпичная палитра для архитектора
Свыше 300 видов лицевого кирпича уникального дизайна – 15 разных форматов, 4 типа лицевой поверхности и десятки цветовых вариаций – это то, что сегодня предлагает один из лидеров в отечественном производстве облицовочного кирпича, Кирово-Чепецкий кирпичный завод КС Керамик, который недавно отметил свой пятнадцатый день рождения.
​Панорамы РЕХАУ
Мир таков, каким мы его видим. Это и метафора, и факт, определивший один из трендов современной архитектуры, а именно увеличение площади остекления здания за счет его непрозрачной части. Компания РЕХАУ отразила его в широкоформатных системах с узкими изящными профилями.
Сейчас на главной
Степь полна красоты и воли
Задачей выставки «Дикое поле» в Историческом музее было уйти от археологического перечисления ценных вещей и создать образ степи и кочевника, разнонаправленный и эмоциональный. То есть художественный. Для ее решения важным оказалось включение произведений современного искусства. Одно из таких произведений – сценография пространства выставки от студии ЧАРТ.
Рыба метель
Следующий павильон незавершенного конкурса на павильон России для EXPO в Осаке 2025 – от Даши Намдакова и бюро Parsec. Он называет себя архитектурно-скульптурным, в лепке формы апеллирует к абстрактной скульптуре 1970-х, дополняет программу медитативным залом «Снов Менделеева», а с кровли предлагает съехать по горке.
Лазурный берег
По проекту Dot.bureau в Чайковском благоустроена набережная Сайгатского залива. Функциональная программа для такого места вполне традиционная, а вот ее воплощение – приятно удивляет. Архитекторы предложили яркие павильоны из обожженного дерева с характерными силуэтами и настроением приморских каникул.
Зеркало души
Продолжаем публиковать проекты конкурса на проект павильона России на EXPO в Осаке 2025. Напомним, его итоги не были подведены. В павильоне АБ ASADOV соединились избушка в лесу, образ гиперперехода и скульптуры из световых нитей – он сосредоточен на сценографии экспозиции, которую выстаивает последовательно как вереницу впечатлений и посвящает парадоксам русской души.
Кораблик на канале
Комплекс VrijHaven, спроектированный для бывшей промзоны на юго-западе Амстердама, напоминает корабль, рассекающий носом гладь канала.
Формулируй это
Лада Титаренко любезно поделилась с редакцией алгоритмом работы с ChatGPT 4: реальным диалогом, в ходе которого создавался стилизованный под избу коворкинг для пространства Севкабель Порт. Приводим его полностью.
Часть идеала
В 2025 году в Осаке пройдет очередная всемирная выставка, в которой Россия участвовать не будет. Однако конкурс был проведен, в нем участвовало 6 проектов. Результаты не подвели, поскольку участие отменили; победителей нет. Тем не менее проекты павильонов EXPO как правило рассчитаны на яркое и интересное архитектурное высказывание, так что мы собрали все шесть и будем публиковать в произвольном порядке. Первый – проект Владимира Плоткина и ТПО «Резерв», отличается ясностью стереометрической формы, смелостью конструкции и многозначностью трактовок.
Острог у реки
Бюро ASADOV разработало концепцию микрорайона для центра Кемерово. Суровому климату и монотонным будням архитекторы противопоставили квартальный тип застройки с башнями-доминантами, хорошую инсолированность, детализированные на уровне глаз человека фасады и событийное программирование.
Города Ленобласти: часть II
Продолжаем рассказ о проектах, реализованных при поддержке Центра компетенций Ленинградской области. В этом выпуске – новые общественные пространства для городов Луга и Коммунар, а также поселков Вознесенье, Сяськелево и Будогощь.
Барочный вихрь
В Шанхае открылся выставочный центр West Bund Orbit, спроектированный Томасом Хезервиком и бюро Wutopia Lab. Посетителей он буквально закружит в экспрессивном водовороте.
Сахарная вата
Новый ресторан петербургской сети «Забыли сахар» открылся в комплексе One Trinity Place. В интерьере Марат Мазур интерпретировал «фирменные» элементы в минималистичной манере: облако угадывается в скульптурном потолке из негорючего пенопласта, а рафинад – в мраморных кубиках пола.
Образ хранилища, метафора исследования
Смотрим сразу на выставку «Архитектура 1.0» и изданную к ней книгу A-Book. В них довольно много всякой свежести, особенно в тех случаях, когда привлечены грамотные кураторы и авторы. Но есть и «дыры», рыхлости и удивительности. Выставка местами очень приятная, но удивительно, что она думает о себе как об исследовании. Вот метафора исследования – в самый раз. Это как когда смотришь кино про археологов.
В сетке ромбов
В Выксе началось строительство здания корпоративного университета ОМК, спроектированного АБ «Остоженка». Самое интересное в проекте – то, как авторы погрузили его в контекст: «вычитав» в планировочной сетке Выксы диагональный мотив, подчинили ему и здание, и площадь, и сквер, и парк. По-настоящему виртуозная работа с градостроительным контекстом на разных уровнях восприятия – действительно, фирменная «фишка» архитекторов «Остоженки».
Связь поколений
Еще одна современная усадьба, спроектированная мастерской Романа Леонидова, располагается в Подмосковье и объединяет под одной крышей три поколения одной семьи. Чтобы уместиться на узком участке и никого не обделить личным пространством, архитекторы обратились к плану-зигзагу. Главный объем в структуре дома при этом акцентирован мезонинами с обратным скатом кровли и открытыми балками перекрытия.
Сады как вечность
Экспозиция «Вне времени» на фестивале A-HOUSE объединяет работы десяти бюро с опытом ландшафтного проектирования, которые размышляли о том, какие решения архитектора способны его пережить. Куратором выступило бюро GAFA, что само по себе обещает зрелищность и содержательность. Коротко рассказываем об участниках.
Розовый vs голубой
Витрина-жвачка весом в две тонны, ковролин на стенах и потолках, дерзкое сочетание цветов и фактур превратили магазин украшений в место для фотосессий, что несомненно повышает узнаваемость бренда. Автор «вирусного» проекта – Елена Локастова.
Образцовая ностальгия
Пятнадцать лет компания Wuyuan Village Culture Media Company занимается возрождением горной деревни Хуанлин в китайской провинции Цзянси. За эти годы когда-то умирающее поселение превратилось в главную туристическую достопримечательность региона.
IPI Award 2023: итоги
Главным общественным интерьером года стал туристско-информационный центр «Калужский край», спроектированный CITIZENSTUDIO. Среди победителей и лауреатов много региональных проектов, но ни одного петербургского. Ближайший конкурент Москвы по числу оцененных жюри заявок – Нижний Новгород.
Пресса: Набросок города. Владивосток: освоение пейзажа зоной
С градостроительной точки зрения самое примечательное в этом городе — это его план. Я не знаю больше такого большого города без прямых улиц. Так может выглядеть план средневекового испанского или шотландского борго, но не современный крупный город
Птица земная и небесная
В Музее архитектуры новая выставка об архитекторе-реставраторе Алексее Хамцове. Он известен своими панорамами ансамблей с птичьего полета. Но и модернизм научился рисовать – почти так, как и XVII век. Был членом партии, консервировал руины Сталинграда и Брестской крепости как памятники ВОВ. Идеальный советский реставратор.
Города Ленобласти: часть I
Центр компетенций Ленинградской области за несколько лет существования успел помочь сотням городов и поселений улучшить среду, повысть качество жизни, привлечь туристов и инвестиции. Мы попросили центр выбрать наиболее важные проекты и рассказать о них. В первой подборке – Ивангород, Новая Ладога, Шлиссельбург и Павлово.
Три измерения города
Начали рассматривать проект Сергея Скуратова, ЖК Depo в Минске на площади Победы, и увлеклись. В нем, как минимум, несколько измерений: историческое – в какой-то момент девелопер отказался от дальнейшего участия SSA, но концепция утверждена и реализация продолжается, в основном, согласно предложенным идеям. Пространственно-градостроительное – архитекторы и спорят с городом, и подыгрывают ему, вычитывают нюансы, находят оси. И тактильное – у построенных домов тоже есть свои любопытные особенности. Так что и у текста две части: о том, что сделано, и о том, что придумано.