Белла Филатова: «Результат нашей работы – пространства, связанные с потребностями людей и спецификой места»

О том, как превратить выксунский сквер в творческое пространство и вовлечь жителей в его создание и развитие.

mainImg
zooming
Белла Филатова, партнер бюро «Дружба», со-учредитель клуба «Кони на балконе», преподаватель школы МАРШ
Команда проекта «Город для детей» на открытие сквера на фестивале «Арт-Овраг 2018». Слева-направо: Анна Родионова, Александра Черткова, Белла Филатова, Любовь Гурарий, Николай Филатов, Роман Ермаков, Анастасия Рычкова, Надежда Рослякова. Фотография предоставлена бюро «Дружба»

Вы уже два года делаете проекты в рамках Арт-Оврага. Как начиналось ваше участие в фестивале?

В 2017 году мы – архитектурное бюро «Дружба», детский архитектурный клуб «Кони на балконе» и общественная организация «Город друг», пришли в Выксу для проведения исследования потребностей местных жителей. И Юлия Бычкова и Антон Кочуркин, нынешние продюсер и куратор фестиваля «Арт Овраг» поддержали нашу идею. В рамках междисциплинарного проекта «Город для детей» мы собирали фокус-группы из детей и родителей, вместе изучали город, составляли ментальные карты, старались прочувствовать, что им нужно. Ведь город для детей – это не только детские площадки, это целый комплекс параметров, определяющий, как дети чувствуют себя в среде, что они могут делать в городских пространствах и чего не могут. В результате, мы выявили несколько наиболее очевидных проблем, из которых затем отобрали те, с которыми в силах поработать и решить. Например, отсутствие нормального освещения на улицах – одна из самых очевидных проблема, но для ее решения нужен много больший бюджет, чем тот, на который мы могли рассчитывать.

В итоге мы совместно с активной группой жителей выбрали другую тему. В Выксе много организаций для детей: художественных, музыкальных, спортивных школ и кружков, и это радует. Но при обилии образовательных активностей поражало полное несоответствие среды вокруг. Например, ты никогда не догадаешься, что перед тобой спортивная школа: на первый взгляд это может быть гараж, склад, облицованный сайдингом, торговый центр, – что угодно, но не место, где занимаются дети. И рядом с этими учреждениями нет ничего, где ребята могли бы задержаться и с удовольствием провести время.

Сосредоточением этой проблемы стала площадка на Пирогова, 6. Это настоящий образовательный кластер: в одном месте сосредоточены две музыкальные школы, центр научно-технического творчества, спортивная школа и общеобразовательная школа. Визуально кажется, что это двор, но на самом деле это сквер – компактное, но полноценное общественное городское пространство, в котором пересекается несколько пешеходных маршрутов. Нас привели сюда активисты. Люди не скрывали своего недовольства: здесь негде сидеть, чтобы ждать ребёнка из школы, негде гулять с младшими, пока ждешь старших. И детям, когда они выходят с занятий, негде находиться, ждать родителей или просто общаться между собой. Столько вопросов и средовых проблем, которые вполне возможно решить даже при небольшом бюджете, используя наши возможности и опыт.

Но сначала надо было проверить: правда ли это «место силы», действительно там что-то изменится, если появится что-то новое?
Анализ ситуации и сбор исходных данных для разработки концепции площадки и создания игрового макета в 2017 г. Игровой макет, созданный детьми и их родителями в 2017 году. Фотография предоставлена бюро «Дружба»

Благодаря поддержке Благотворительного Фонда ОМК «Участие» в 2017 году мы запустили проект, в разработке которого самое активное и конструктивное участие приняли местные жители. Были организованы несколько встреч, на которых мы предложили взрослым и детям пофантазировать, что здесь могло бы быть. Родители работали над функцией, а дети – над образом, над тем, как все будет выглядеть. И это один из наших первых опытов, когда мы абсолютно отдались детской фантазии. Мы и так обычно слушаем очень внимательно детей, а тут всю эстетику отдали им на откуп. У них получился очень живой макет. Такое ощущение, что палки, коряги, ветки – все ожило, смотрело на тебя, заговорило. Дети придумали, что музыка и спорт вышли из своих школ, встретились и начали диалог.
Работа над игровым макет, созданный детьми и их родителями в 2017 году. Фотография предоставлена бюро «Дружба»
Игровой макет, созданный детьми и их родителями в 2017 году. Фотография предоставлена бюро «Дружба»

В предложенном фантазийном макете мы вычленили несколько ключевых тем, придуманных детьми (забор с привидениями, подвесные волшебства, входные порталы, радужные цвета), и которые мы взяли в проект и руководствовались ими до самого конца. Например, они придумали разные интерактивные способы задействовать серые скучные заборы, которых тут огромное количество. Возникла идея лавок-«лазалок»: родители могли бы на них сидеть, а дети играть. При этом родители говорили, что им очень хочется иметь место, чтобы «кучковаться». Также ребята придумали сцену с навесом, которая нам бы просто не пришла в голову, слишком компактным было пространство сквера. Но оказалось, что она нужна и музыкальной школе, и подросткам, которые с нами активно работали. В качестве объекта, который олицетворяет двор, одна местная девочка придумала кота-русалку. И этот кот-русалка потом вдохновлял художника Рому Ермакова, который присоединился к нашей команде уже в 2018 году.
Детализация макета. 2017 г. Фотография предоставлена бюро «Дружба»

За три фестивальных дня в 2017 году силами жителей в качестве эксперимента и проверки наших общих решений были построены и установлены в сквере на Пирогова несколько объектов из подручных средств и самых простых материалов: бруса, пеньки, веревок, веток, проволоки и ленточек. Конечно, мы осознавали, что это сиюминутная вещь, что это все неизбежно будет сломано в ближайшие несколько дней. Но нам важно было посмотреть, как отнесутся к этому местные жители, и – действительно ли мы правильно зонировали пространство.

Реакция была неоднозначной и достаточно бурной. Как будто мы устроили «социальный взрыв». За несколько недель наши временные объекты оказались разломаны и растащены. И тем не менее мы видели не только негатив, но и искреннюю заинтересованность среди жителей, готовность участвовать и поддерживать происходящие изменения. Когда шел монтаж, сбежалось несколько десятков детей, которые с энтузиазмом нам помогали, подходили люди, спрашивали, что происходит, мы им объясняли. Все происходящее стало поводом для развития диалога.

А главное – мы смогли увидеть в реальности, как работает это пространство. Даже пришлось несколько раз переставлять детский стол, чтобы посмотреть, как будет меняться поведение детей. Оказывается, в разных местах одни и те же объекты вызывают совершенно разную реакцию: где-то за столом тут же собирались компании, а где-то его просто игнорировали. Ощущение и привлекательность места очень зависит от окружения, соседства с деревьями, наличием оживленного прохода рядом и тому подобного.
Тестовый монтаж объектов во время фестиваля «Арт-Овраг 2017». Фотография предоставлена бюро «Дружба»
Тестовый монтаж объектов во время фестиваля «Арт-Овраг 2017». Фотография предоставлена бюро «Дружба»
Тестовый монтаж объектов во время фестиваля «Арт-Овраг 2017». Фотография предоставлена бюро «Дружба»

Как развивался ваш проект в этом 2018 году?

Мы предложили организаторам «Арт-Оврага» продолжить системную историю: доработать прецедент на Пирогова, 6, а затем развернуть полномасштабный кейс развития школьных дворов и разработать долгосрочный план преобразований на основе комплексного социально-маркетингового исследования приспособленности города к нуждам детей и подростков. У нас была достаточно большая команда, чтобы прийти в несколько школ и вместе с учениками и учителями создать на их участках из подручных материалов какие-то объекты. Это можно было бы интегрировать в образовательный процесс, например, на уроках труда. Вообще школа – очень удобный кластер для подобных трансформаций среды. Здесь дети могут что-то сделать для самих себя, чтобы понять и начать по-другому воспринимать среду, почувствовать, что они могут влиять на город. Это большая образовательная работа, и в Москве у нас много запросов и уже готовых кейсов. К сожалению, в Выксе в дело пошел только проект прецедента, на который хватило ресурсов и реализацию которого очень ждали жители.
Обсуждение проекта с активистами и руководителями образовательных центров, расположенных рядом со сквером . 2018 г. Фотография предоставлена бюро «Дружба»

За период между двумя фестивалями мы провели две исследовательских сессии. На одной получили обратную связь по прошлогоднему детскому проекту и обсудили форматы, как может это пространство использоваться: пришли к формату не банальной детской площадки, а сквера, многофункционального общественного пространства. Вместе с жителями мы составили списки того, что они хотели бы там делать. Там получилось неимоверное количество вариантов, в том числе: проводить дни рождения, делать спортивные мероприятия, уличные концерты, детские ярмарки и так далее.

К сожалению, в Выксе, как и во многих городах России, нет понятия общественного пространства как ценности. В отличие, например, от понимания ценности автомобиля. Поэтому процветают парковки. А осознания того, что общественное пространство может быть чем-то, из-за чего в городе хочется жить – такого нет.

Для того, чтобы пропагандировать ценности таких мест, мы собирали на сессию директоров и рабочие коллективы окрестных школ, жителей и представителей администрации.

На вторую сессию, чтобы презентовать проект по техническому заданию, мы приезжали на 3 дня, и за это время устроили вместе с местными жителями соседский дворовый праздник – День пирога. Перед нами стояла задача апробировать новый формат работы с пространством и показать, как без особых финансовых вливаний своими силами можно сделать увлекательное событие, которое может стать ежегодной традицией.
Соседский праздник «День пирога». 2018 г. Фотография предоставлена бюро «Дружба»
Соседский праздник «День пирога». 2018 г. Фотография предоставлена бюро «Дружба»
Соседский праздник «День пирога». 2018 г. Фотография предоставлена бюро «Дружба»


Как жители приняли новый вариант проекта? Они все одобрили?

К нашему удивлению, они попросили убрать парковку. Перед школой на полдвора была парковка и разворотный круг вокруг столба. На первой сессии жители разошлись во мнениях на ее счет. Одни говорили: «Оставьте нам нашу парковку», – другие – «Пожалуйста, уберите ее». Мы пошли на компромиссное решение – оставили парковку на небольшое количество машин для сотрудников. Но уже на второй сессии люди категорически попросили ее убрать. Это было самое существенное изменение. Еще были мелкие замечания по трассировке проходов, попросили перенести скамейку, которая перекрывала давно сложившийся маршрут. Это детали, но они существенные. На этих мелочах проверяется жизнеспособность проекта и нового формата освоения пространства. Но самое главное – что визуальное и функциональное решение было принято жителями единогласно.

Чем еще необычен этот проект?

Несмотря на небольшой масштаб, этот сквер оказался очень насыщен смыслами. И одним из самых важных для меня смыслов стала коллаборация архитекторов и художника. Конечно, мы, как архитекторы, умеем прекрасно создавать образы. Но с художником мы сделали что-то, чего сами не сделали бы никогда.

Организаторы фестиваля предложили нам включить в команду художника Романа Ермакова. Это было неожиданно, и мы достаточно долго притирались, потому что Рома – абсолютный индивидуалист, он привык работать сам, отдельно, у него свой взгляд, свой вкус. Но самое главное – изначально он не хотел слушать то, что говорили жители. Абсолютно. У него был прямо антагонизм. И в процессе работы над проектом мы наблюдали чудо перерождения. Рома очень быстро заразился от нас этой темой и с удовольствием общался со всеми жителями и даже отстаивал их идеи перед всеми.
Полностью законченная площадка. Сентябрь 2018 года. Фотография: Алексей Народицкий. ©Арт-Овраг

Роман Ермаков нарисовал наш главный арт-объект. Потом мы вместе с ним тщательно его дорабатывали. Фактически получилось и не то, что мы разрабатывали, и не то, что он рисовал. Но самая важная вещь, которую он привнес в проект – это цветовой код. Здесь люди просили: «Сделайте, пожалуйста, очень яркие цвета, сделайте нам радугу» и Рома нашел для этой радуги правильные оттенки и место.
Многофункциональный арт-объект. Открытие сквера на фестивале «Арт-Овраг 2018». Фотография предоставлена бюро «Дружба»
Открытие сквера на фестивале «Арт-Овраг 2018». Фотография предоставлена бюро «Дружба»

У вас получился объект, который находится где-то посередине между стереотипом общественного пространства и стереотипом детской площадки. Это и была ваша цель?

Стереотипы или клише – это не всегда плохо. Благодаря им можно достаточно массово тиражировать наиболее успешные и эффективные решения. Но наша задача в том, чтобы разрабатывать новые, еще не существующие решения, которые мы делаем, отталкиваясь от конкретного места и от запросов людей.
То, что в этом случае мы смогли сломать стереотип и создать нечто симбиотическое, на наш взгляд, как раз плюс, а не минус. В нашем проекте присутствует детская тематика, потому что мы изначально работали на основе принципов «Города для детей». Но это среда, в которой есть место всем возрастам: есть площадка для воркаута для подростков, есть многофункциональная сцена, есть амфитеатр, где люди могут отдохнуть или послушать самодеятельность, есть навес, где мамы с колясками сидят и общаются, есть лавочки для одиночек, для групп, с навесом, чтобы спрятаться от дождя, лавки с турником, чтобы можно было подтягиваться, есть даже площадка для пожилых людей с качелями и тренажерами. То есть совершенно разные типологии мест для сидения и пространство будет жить и использоваться по-максимуму.
Многофункциональная сцена. Открытие сквера на фестивале «Арт-Овраг 2018». Фотография предоставлена бюро «Дружба»
Открытие сквера на фестивале «Арт-Овраг 2018». Каждый объект сквера основан на идеях и образах, которые были предложены детьми и их родителями на общих семнарах в 2017 году. Фотография предоставлена бюро «Дружба»
Открытие сквера на фестивале «Арт-Овраг 2018». Фотография предоставлена бюро «Дружба»
Открытие сквера на фестивале «Арт-Овраг 2018». Фотография предоставлена бюро «Дружба»

Как осуществлялось финансирование проекта?

Город взял на себя расходы по созданию типовых и комплексных элементов: покрытия площадок и дорожек, типовых объектов, в том числе каруселей, качелей, воркаута, пространства для пожилых людей, заборов – то, в чем невозможно ошибиться. А за счет Арт-Оврага делались все индивидуальные объекты.
Праздник во время открытия сквера на фестивале «Арт-Овраг 2018». Фотография предоставлена бюро «Дружба»

Как вы решали для себя вопрос неизбежного вандализма?

Мы изначально готовили жителей и администрацию к тому, что вандализм будет, и намеренный, и случайный. Так как администрация должна была взять объект на баланс, сразу разрабатывалась такая система, которую удобно будет эксплуатировать. Если щепа для местных служб привычный материал и они его используют и в других местах – значит, они смогут с ним работать и на нашей площадке. Тут важно помнить и внедрять «принцип туалетной бумаги»: это когда в перестроечные времена в Москве в общественных местах появились рулоны бумаги, первое время их все снимали и уносили домой, а через какое-то время перестали. Здесь мы говорили: пожалуйста, чините, чините, чините – и перестанут ломать. Просто надо починить раз двадцать.

Как живет проект после открытия?

На этом проекте мы увидели качественную разницу между проектами, сделанными «без» и с участием местных жителей. Команда активистов под началом местной жительницы и мамы трех детей Ольги Погодиной смогли использовать место как повод для создания и активизации местного сообщества.
Жители сами придумали название и логотип сквера. Выбирали всем миром, на основе открытого конкурса. Теперь сквер называется «Радужный мир».
Озеленение сквера жителями соседних домов, при поддержке местного цветочного магазина, после открытия площадки. Фотография предоставлена бюро «Дружба»
Оформление ограды спортивной школы. Фотография: Алексей Народицкий. ©Арт-Овраг

За три месяца после окончания фестиваля «Арт-Овраг» и отъезда нашей команды, активисты при поддержке остальных жителей провели в сквере несколько мероприятий, из которых в двух – Празднике мыльных пузырей в День семьи и Фестивале дворовых игр, приняло участие не меньше 200 человек. Жителей поддержала городская администрация, музыкальная школа, центр технического творчества и детский клуб «Киви», а местные предприниматели предоставили подарки и сладости для детей. Здесь стали проводить свои мероприятия и другие городские организации. Например, Ассоциация многодетных семей по просьбе жителей провела здесь спортивные старты. В ближайших планах жителей сбор вторсырья, детская дискотека и субботник. Команда активистов участвует в федеральном проекте добрый дел от Общественной палаты РФ. Но самым главным результатом Ольга называет то, что дети и родители, которые раньше мало общались, теперь научились отдыхать и решать проблемы вместе: «Дети теперь самостоятельно следят за порядком на площадке. Недавно организовались и выгнали хулиганов, которые ломали качели».
Игровая зона рядом с оградой спортивной школы. Фотография: Алексей Народицкий. ©Арт-Овраг
Фотография: Алексей Народицкий. ©Арт-Овраг

Как вы видите развитие вашего проекта?

Это был проект-прецедент, который, как мы надеемся, послужит стимулом для активации аналогичных объектов и в других местах города в рамках нашего междисциплинарного проекта «Город для детей». Наша мечта – чтобы тема общественных пространств рядом с культурно-образовательными учреждениями стала развиваться повсеместно. Мы бы хотели видеть продолжение в том, чтобы провести нормальные исследования, социологическое и маркетинговое, которое учло бы специфику детей и подростков Выксы, какой творческий и эмоциональный капитал у них есть, как они потом будут развиваться, куда они уезжают, что им нужно.

В чем, на ваш взгляд, специфика Выксы как города, как сообщества?

В Выксе очень развита вертикаль. Здесь есть хозяин – завод, и жители города просто не привыкли принимать решения самостоятельно, потому что все решения принимает завод. Но благодаря деятельности Благотворительного Фонда ОМК «Участие», городской администрации и дирекции фестиваля «Арт Овраг», за эти семь лет в Выксе совершенно удивительно повернулось мышление: мы обнаружили, что с любой бабушкой мы можем разговаривать на своем языке. Потому что для нее Арт-Овраг – маркер, уже встроенный в привычную картину мира. Его можно одобрять или не одобрять, можно говорить: «Поднимите нам пенсии, зачем нам все это ваше дело нужно». Но общественный диалог вокруг искусства идет в этом городе достаточно давно, и когда ты говоришь: «Арт-Овраг» – тебя понимают и принимают. И самое главное – это очень живой город. Несмотря на то, что есть здесь и преступность, и вандалы, когда мы приезжаем в Выксу – мы словно «заряжаемся», ощущая идущий навстречу поток оптимистичной и креативной энергии, исходящий от местных жителей, которые с каждым годом все активнее участвуют в изменениях и проектах развития города.

05 Октября 2018

Похожие статьи
«Наутилус» спорный, но бесспорно наш
Интервью, взятое Еленой Леонидовной Косоренковой у архитектора Алексея Ростиславовича Воронцова. О капроме, девяностых как свободе и символе эпохи. Каком именно? По словам Алексея Воронцова, никакой ИИ «Наутилус» спроектировать не сможет.
Олег Шапиро: «Мы проектируем жизнь целиком, во всем...
Wowhaus давно уже не специализируется на «благоустройстве». Одна из новых тем – неоиндустриализация. Другая – большие мастер-планы. Но и с Парком Горького работа вновь идет. Только более системная и масштабная. В этом интервью – одновременно вспоминаем Колхаса, Стрелку, историю внимания к «городской среде» – и выясняем, чем именно сейчас занят Wowhaus и как устроена его работа. Из 9 подразделений и 160, примерно, сотрудников.
Иван Кычкин: «Наш подход строится на балансе между...
За последнее время на архитектурном горизонте России все чаще появляются новые и интересные бюро из Республики Саха. Большинство из них активно участвуют в программах благоустройства, но не ограничиваются ими, развивая новые направления на стыке архитектуры, дизайна и арт-практик. Одним из таких бюро является мультидисциплинарная студия GRD:, о специфике которой мы поговорили с ее руководителем Иваном Кычкиным.
«Баланс между краткой формой и насыщенностью контекста»
В издательстве Музея «Гараж» вышел 5-й путеводитель из серии о модернизме в крупных городах СССР: теперь речь идет о Ереване. Мы поговорили о новой книге, ее особенностях и отличиях от предыдущих 4 изданий с ее авторами: Анной Броновицкой, Еленой Маркус и Юрием Пальминым.
Давай поговорим о брутализме
Архитектурному клубу «Глазами инженера» исполнился год: он предлагает встречи за чашкой чая, непринужденную атмосферу и разные форматы – от обсуждения стиля, здания или книги до вымышленного градсовета. Основатели и модераторы клуба рассказали Архи.ру, почему эти неформальные встречи дают особенный опыт новичкам и профессионалам.
Степан Липгарт и Юрий Герт: «Наша программа – эстетическая»
У бюро Степана Липгарта, архитектора с узнаваемым авторским почерком и штучными проектами, теперь есть партнер. Юрий Хитров, специалист с широким набором компетенций, возьмет на себя ту часть работы, которая отвлекает от творчества, но двигает бизнес вперед. Одна из целей такого союза – улучшать среду города через диалог с заказчиком и чиновниками. Поговорили с обеими сторонами об амбициях, стратегии развития бюро, общих ценностях и необходимости прагматичного. А почему бюро называется «Липгарт&Герт» – выяснилось в самом конце.
Что ждет российскую архитектуру: версии двух столиц
На 30-й «АРХ Москве» Никита Явейн и Николай Ляшенко поговорили о будущем российских архитектурных бюро. Беседа проявила в том числе и глубинное отличие петербургского и московского мироощущения и подхода: к структуре бюро, конкурсам, зарубежным коллегам и, собственно, будущему. Сейчас, когда все подводят итоги и планируют, предлагаем почитать или послушать этот диалог. Вы больше Москва или Петербург?
Дмитрий Остроумов: «Говоря языком алхимии, мы участвуем...
Крайне необычный и нетипичный получился разговор с Дмитрием Остроумовым. Почему? Хотя бы потому, что он не только архитектор, специализирующийся на строительстве православных храмов. И не только – а это редкая редкость – сторонник развития современной стилистики в ее, пока все еще крайне консервативной, сфере. Дмитрий Остроумов магистр богословия. Так что, помимо истории и специфики бюро, мы говорим о понятии храма, о каноне и традиции, о живом и о вечном, и даже о Русском Логосе.
Измерение Y
Тенденция проектирования жилых башен в Москве не тускнеет, а напротив, за последние 5 лет она как никогда, пожалуй, вошла в силу... Мы и раньше пробовали изучать высотное строительство Москвы, и теперь попробуем. Вашему вниманию – небольшой исторический обзор и опрос практикующих в городе архитекторов.
Алексей Ильин: «На все задачи я смотрю с интересом»
Алексей Ильин работает с крупными проектами в городе больше 30 лет. Располагает всеми необходимыми навыками для высотного строительства в Москве – но считает важным поддерживать разнообразие типологии и масштаба объектов, составляющих его портфолио. Увлеченно рисует – но только с натуры. И еще в процессе работы над проектом. Говорим о структуре и оптимальном размере бюро, о старых и новых проектах, крупных и небольших задачах; и о творческих приоритетах.
Вопрос «Каскада»
Правительство Армении одобрило инвестиционную программу, подразумевающую завершение «Каскада», ключевой постройки Еревана 1980-х, согласно новому проекту Wilmotte & Associés. О судьбе, значении и возможном будущем «Каскада» рассказали Архи.ру историки архитектуры Карен Бальян и Анна Броновицкая.
«На грани»: интервью с куратором «Зодчества 2025» Тиграном...
С 4 по 6 ноября в московском Гостином дворе состоится XXXIII Международный архитектурный фестиваль «Зодчество». В этом году его приглашенным куратором стал вице-президент Союза московских архитекторов, основатель бюро STUDIO-ТА Тигран Бадалян.
Форма без случайностей
Креативный директор «Генпро» Елена Пучкова – о том, что такое честная современная архитектура: почему важно свести пилоны, как работать с ограниченной палитрой материалов и что делать с любимым медным цветом, который появляется в каждом проекте.
Валерий Каняшин: «Нам дали свободу»
Жилой комплекс Headliner, строительство основной части которого не так давно завершилось напротив Сити – это такой сосед ММДЦ, который не «подыгрывает» ему. Он, наоборот, решен на контрасте: как город из разноформатных строений, сложившийся естественным путем за последние 20 лет. Популярнейшая тема! Однако именно здесь – даже кажется, что только здесь – ее удалось воплотить по-настоящему убедительно. Да, преобладают высотки, но сколько стройных, хрупких в профиль, ракурсов. А главное – как все это замиксовано, скомпоновано... Беседуем с руководителем проекта Валерием Каняшиным.
Григорий Ревзин: «Что нам делать с архитектурой семидесятых»
Советский модернизм был хороший, авторский и плохой, типовой. Хороший «на периферии», плохой в центре – географическом, внимания, объема и прочего. Можно ли его сносить? «Это разрушение общественного консенсуса на ровном месте». Что же тогда делать? Сохранять, но творчески: «Привнести архитектуру туда, где ее еще нет». Относиться не как к памятникам, а как к городскому ландшафту. Читайте наше интервью с Григорием Ревзиным на актуальную тему спасения модернизма – там предложен «перпендикулярный», но интересный вариант сохранения зданий 1970-х.
Лама из тетраметилбутана
Петр Виноградов рассказал об экспериментальной серии скульптур «Тетрапэд», которая исследует принципы молекулярной архитектуры, адаптивных структур и интерактивного взаимодействия с городской средой. Конструкции реагируют на движение, собеседуют с пространством, допускают множественные сценарии использования и интерпретации. Скульптуры уже побывали на «Зодчестве» и фестивале «Дикая мята», а дальше отправятся на Forum 100+.
В преддверии Архстояния: интервью с Валерием Лизуновым,...
25 июля в Никола-Ленивце стартует очередной, юбилейный, фестиваль «Архстояние». Ему исполняется 20 лет. Тема этого года: «Мое главное». Накануне открытия поговорили с архитектором Archpoint Валерием Лизуновым, который стал автором одного из объектов фестиваля «Исправительное учреждение».
Сергей Кузнецов: «Мы не стремимся к единому стилю...
Некоторое время назад мы попросили у главного архитектора Москвы Сергея Кузнецова комментарий по Архитектурной премии мэра Москвы: от схемы принятия решений до того, каким образом выбор премии отражает архитектурную политику. Публикуем полученные ответы, читайте.
Дина Боровик: хрущёвки попадают в Рай
Молодая художница из Челябинска Дина Боровик показывает в ЦСИ Винзавод выставку, где сопоставляет пятиэтажки, «паутинки» и прочие приметы немудрящей постсоветской жизни с динозаврами. И хотя кое-где ее хрущевки напоминают инсталляцию Бродского на венецианской биеннале, страшно сказать, 2006 года, лиричность подкупает.
Дюрер и бабочки
Рассматриваем одну из работ выставки «Границы видимости», которая еще открыта на Винзаводе, поближе. Объект называется актуальным для современности образом: «Сакральная геометрия», сделан из лотков для коммуникаций, которые нередко встречаются в открытом виде под потолком, с вкраплениями фрагментов гравюры Дюрера, «чтобы сбить зрителя с толку».
«Коллизии модернизма и ориентализма»
К выходу в издательской программе Музея «Гараж» книги о Ташкенте, уже 4-м справочнике-путеводителе из серии о советском модернизме, мы поговорили с его авторами, Борисом Чуховичем, Ольгой Казаковой и Ольгой Алексеенко, о проделанной ими работе, впечатлениях и размышлениях.
Александр Пузрин: как получить «Золотого Льва» венецианской...
В 2025 году главная награда XIX Венецианской архитектурной биеннале – «Золотой Лев» досталась национальному павильону Бахрейна за экспозицию Heatwave. Среди тех, кто работал над проектом, был Александр Пузрин – выпускник Московского инженерно-строительного института, докторант израильского Техниона, а ныне – профессор Швейцарской высшей технической школы Цюриха (ETH Zurich). Мы попросили его рассказать о технических аспектах Heatwave, далеко неочевидных для простых зрителей. Но разговор получился не только об инженерии.
Комментарии экспертов. Цирк
Объявлены результаты голосования: москвичи (29%) и дети (42%) проголосовали за первоначально победившее в конкурсе здание цирка в виде разноцветного шатра. Мы же собрали по разным изданиям комментарии экспертов архитектурно-строительной среды, включая авторов конкурсных проектов. Получилась внушительная подборка. Эксперты, в основном, приветствуют идею переноса в Мневники, далее – приветствуют обращение к общественному голосованию, и, наконец, кто-то отмечает уместность эксцентричной архитектуры победившего проекта для типологии цирка. Читайте мнения лучших людей отрасли.
Григорий Ревзин: «Сильный жест из-под полы. Нечто победило»
Обсуждаем дискуссии вокруг конкурса на цирк и сноса СЭВ с самым известным архитектурным критиком нашего времени. В процессе проявляется парадокс: вроде бы сейчас принято ностальгировать по брежневскому времени, а знаковое здание, «ось» Варшавского договора, приговорили к сносу. Не странно ли? Еще мы выясняем, что wow-архитектура вернулась – это новый после-ковидный тренд. Однако, чтобы жест получился действительно сильным, без профессионалов все же не обойтись.
Сергей Скуратов: «Если обобщать, проект реализован...
Говорим с автором «Садовых кварталов»: вспоминаем историю и сюжеты, связанные с проектом, который развивался 18 лет и вот теперь, наконец, завершен. Самое интересное с нашей точки зрения – трансформации проекта и еще то, каким образом образовалась «необходимая пустота» городского общественного пространства, которая делает комплекс фрагментом совершенно иного типа городской ткани, не только в плоскости улиц, но и «по вертикали».
2024: что говорят архитекторы
Больше всего нам нравится рассказывать об архитектуре, то есть о_проектах, но как минимум раз в год мы даем слово архитекторам ;-) и собираем мнение многих профессионалов о том, как прошел их профессиональный год. И вот, в этом году – 53 участника, а может быть, еще и побольше... На удивление, среди замеченных лидируют книги и выставки: браво музею архитектуры, издательству Tatlin и другим площадкам и издательствам! Читаем и смотрим. Грустное событие – сносят модернизм, событие с амбивалентной оценкой – ипотечная ставка. Читаем архитекторов.
Эдуард Моро и Екатерина Гольдберг: «Методика работы...
Одним из самых заметных проектов редевелопмента 2018 года стал творческий индустриальный кластер «Октава» в Туле. Мы поговорили с руководителями бюро Orchestra Design Эдуардом Моро и Екатериной Гольдберг о специфике работы над общественными пространствами и развитием территорий в нашей стране
Арт-вакцинация города
Очередной «Арт-Овраг» в Выксе продемонстрировал выход на новый, более планомерный и интерактивный уровень работы с городом и его жителями.
Технологии и материалы
От фасада до земли
Облицовочный кирпич и тротуарная плитка в проектах – нередко выступают как части единой материальной палитры. Они связывают фасад и благоустройство через близкие оттенки или, наоборот, контраст, градиент и общий ритм. Смотрим подборку примеров жилых комплексов из портфолио бюро СПК, где применяется продукция BRAER.
Фальц: от штучного решения к рабочей технологии
Фальцевая кровля часто оказывается в проектах благодаря широким возможностям в работе со сложной геометрией. Но результат зависит не столько от самого металла, сколько от того, как увязаны основание, узлы, производство и монтаж. На примере инфраструктурных объектов разберем фальц как воспроизводимую строительную технологию.
В Токио робота-андроида привлекли для работы на стройплощадке
Компания Shimizu Corporation начала испытания гуманоидных роботов и роботизированных манипуляторов с искусственным интеллектом на строительных площадках. Экспериментальным полигоном стал небоскреб Torch Tower, спроектированный Со Фудзимото.
Материал для эксперимента: полимеры в общественном...
Этим текстом мы открываем новый цикл статей о полимерах в современной архитектуре. Его тема – не столько сферы применения того или иного материала, сколько изменение его архитектурного статуса. В четырех статьях мы попробуем рассмотреть этот вопрос на разных масштабах – от общественного пространства и реконструкции до частного дома и выставочной архитектуры.
Уличная мебель как микроархитектура
Работая с современной городской средой, архитекторы остро ощущают дефицит мафов «с собственным лицом». Две-три универсальные линейки и каталог из двадцати типовых позиций – не всегда то, что хотелось бы при создании сложного многослойного пространства. Выходом становятся коллаборации архитектора и производителя. PUNTOGROUP за последние несколько лет выстроили несколько таких партнёрств – с бюро CORE, TESLER ARCHITECTS, Каримом Рашидом.
Tarkett: инновации, экспертиза и инструменты для архитекторов...
В современной архитектуре и дизайне выбор напольных покрытий выходит далеко за рамки эстетики. Сегодня это комплексное решение, объединяющее дизайн, функциональность, заботу о здоровье людей и экологическую ответственность. Tarkett, мировой лидер в производстве напольных покрытий с 1886 года, предлагает профессионалам именно такой подход: продукция компании – это продуманная система, способная трансформировать пространство, повышать его безопасность и комфорт.
Моллированное стекло в архитектуре: формы и возможности
Моллированное стекло позволяет не только реализовать сложную геометрию фасадной оболочки: плавные закругления могут влиять на распределение ветровых нагрузок. Рассмотрим возможности технологии на примере проектов Российской Стекольной Компании.
Дары аквакультуры
Китайская студия BENTU Design разработала отделочные панели из ила рыбоводческих прудов. Основа материала – прудовый ил, который перерабатывают в геополимерный материал без высокотемпературного обжига.
Динамичный фасад: игра света с нержавеющей сталью
Нержавеющая сталь – один из немногих фасадных материалов, который может менять восприятие объёма за счет эффектов отражения и игры со светом. Это материал с сильной собственной эстетикой, но чтобы его потенциал реализовался, а не обернулся проблемами на этапе эксплуатации, важно понимать технологические особенности – от выбора марки стали и обработки поверхности до конструктива крепления.
Собрать, утеплить, разобрать
Мастерская CO Adaptive разработала The Block – модульную систему из списанной древесины с уже встроенной изоляцией, которая ставится изнутри здания и создаёт дополнительный теплоизоляционный контур.
Лава и мониторы
Итальянские дизайнеры Matteo Thun & Partners разработали коллекцию «вулканической» интерьерной плитки. В её основе – обрезки плит из лавового камня с вулкана Этна.
Керамическое плетение
Американская Studio WE разработала CeraShingle – модульную систему керамической фасадной облицовки, в которой серийность не означает полного повторения элементов. Черепицы размером около 400 × 130 мм печатаются из глины роботизированной установкой по цифровой модели. При этом они могут различаться рельефом, кривизной, перфорацией и рисунком поверхности.
Инвестиция в долговечность: керамическая плитка с...
Керамическая плитка с пазами (пропилами) появилась на российском рынке как ответ на запрос, который давно существовал в практике: получить скрытое крепление на вентфасаде без ручной доработки плитки на площадке. KERAMA MARAZZI первой наладила промышленный выпуск такого продукта в России.
Дыхание термитника
TerraMound – экспериментальный проект керамической стены, созданной по образу вентиляционных систем термитников. Разработанный в лондонской школе Бартлетта Рамешвари Джонналагедда, прототип использует пористую глину и испарительное охлаждение для пассивного климат-контроля без кондиционеров.
Клинкер с идеальной геометрией
Клинкерная плитка для навесных вентилируемых фасадов азербайджанского производителя Sultan Ceramic – рассчитана на здания высотой до 100 метров и уже прошла проверку на многоэтажных объектах в России. Разбираем ключевые характеристики материала, от технологии производства до полного пакета документации для госэкспертизы.
Пять миллионов «аналоговых пикселей»
Итальянская компания SICIS завершила реконструкцию винодельни Flora Springs в долине Напа. Главным материалом обновления стала мозаика: для отделки фасада и интерьера использовали 5 млн цветных элементов. Из цветных кусочков дизайнеры компоновали абстрактные орнаменты и сюжетные панно. Среди источников вдохновения – римская богиня Флора, «Рождение Венеры» Боттичелли и парк Гуэль Антонио Гауди.
Зеленая гостиная: ресторан-павильон в саду «Аквариум»
На месте сгоревшего ресторана в Саду «Аквариум» возведен новый павильон-ресторан с витражами, ажурными решётками и террасой на крыше. Изумрудные фасады выполнены из металлических конструкций производства «Алкотек». При разработке технических решений специалисты конструкторского бюро компании учли особенности архитектурной концепции и условия реализации объекта в исторической среде.
LVL-брус в интерьере: конструкционный материал как...
LVL-брус чаще воспринимают как материал для несущих конструкций большепролетных сооружений: межэтажных перекрытий, стропильных систем, трехшарнирных рам и других инженерных узлов. Однако область его применения включает и декоративные решения, как производство мебели, дверей, лестниц, витражей. Архитектор может работать с одним материалом сразу и как с конструкцией, и как с эстетической частью интерьера.
ZENITART: российская система зенитных фонарей и дымоудаления
Зенитный фонарь – это конструкция, которую закладывают в проект один раз, а здание эксплуатирует десятилетиями. Она формирует световую среду, влияет на энергобаланс и может быть частью системы противодымной вентиляции. Компания «Неон-Арт» выводит на рынок собственную линейку под брендом ZENITART.
Ветер, солнце и бетон
Henning Larsen запустили технологический стартап Nflection и платформу jifto – инструмент для экологического анализа в реальном времени. Архитекторы смогут оценивать «природное настроение» окружающей среды перед проектированием.
Сейчас на главной
Звезда с звездою говорит
Вашему вниманию – опыт краткой истории проектирования на территории «Красного Октября» в 2024–2025 годов – с участием очень известных московских бюро: Меганом, Saga, ЦЛП и мастерской Сергея Скуратова. Проект изменился уже в начале 2026 года, хотя коллегиально выработанный мастер-план был взят как основа. Так что в данном случае – речь о недавней, но истории. С проектами и комментариями авторов, в основном посвященных коллективной работе. Ценнейший материал, на наш взгляд.
Пресса: Наши строят за границей
В честь Всемирного дня архитектуры, который весь мир отмечает в первый понедельник октября, Weekend изучил строящиеся проекты российских бюро за рубежом, а также выяснил, что герои этих проектов должны постичь еще более изощренную формулу жизни, чем персонаж бестселлера Элизабет Гилберт: «Сбеги, вознесись, наслаждайся».
14 изменений в процедурах согласования проектов в...
Недавно, 30 сентября, было объявлено об упрощении процедуры согласования в Москве. Объявление вызывает интерес как связанное с очередным, не первым в городе за последнее время, изменением порядка согласования. Осваивать массу бюрократических сообщений больно – так что мы предложили дружественной нейросети провести поиск и проанализировать изменения за последний год. Получился, вроде бы, неплохой обзор, в нем куча ссылок – оцените. Некоторые ссылки требуют доступа в системы типа «Гарант», но некоторые открыты для всех.
Павильон спорта
Компактный спортивный центр построен по проекту архитектурной мастерской Антона Литовского в загородном поселке Московской области. Несущая конструкция выполнена из клееной древесины, а с торцов здания в нее установлены стеклопакеты – благодаря этому зал наполнен светом и видами леса.
Путь тишины
Проект CITIZENSTUDIO – часть будущего пешеходно-рекреационного каркаса Мурманска: 24-километровой тропы, которая свяжет берег Кольского залива и систему семи озер. Первый отрезок проходит через сопку Зеленый мыс, минуя одну из главных достопримечательностей города – Мемориал Защитникам Советского Заполярья, более известный как "Алёша". Архитектурные решения подчеркивают мемориальную и природную ценность места, не конкурирую с существующими объектами.
Долгожданный поворот сюжета
В Лос-Анджелесе открылся Музей нарративного искусства Джорджа Лукаса от пекинского бюро MAD. История этого проекта настолько многострадальна и сложна, что сама могла бы стать основой для киносценария.
Меж колонн и сосен
Проект апарт-отеля от бюро ХВОЯ сохраняет масштаб детского пионерского лагеря, который раньше находился на участке близ Рощинского разлива. Восемь одноэтажных корпусов, предназначенных для хозяйственных и общественных функций, размещаются под лентой здания с номерным фондом. Такое решение позволило сохранить деревья и добиться проницаемости.
От римских бань к лофтам
В нидерландском городе Неймегене согласно плану бюро KCAP строится новый район Ваалквартир, ландшафтное решение которого связано с историей места – начиная с древних римлян.
Обрамление функции
Три выпускные работы бакалавров кафедры «Архитектура промышленных сооружений» МАРХИ отвечают на вопрос: может ли инфраструктурный или промышленный объект стать точкой притяжения, носителем идентичности и катализатором перемен? Предлагаем рассмотреть аэропорт для Севастополя, космодром в нейтральных водах Тихого океана и ледокольную верфь в Архангельской области, для которых авторы искали уместные и выразительные образы.
Архивисты VS искусствоведы?
Надо ли «разрушать монополию искусствоведов» в деле исследования памятников авангарда? А если да, то как далеко должен зайти такого рода «поворот в социогуманитарных исследованиях»? Об этом – рецензия главы Сектора Свода памятников ГИИ на книгу Александра Дуднева и Констанина Гудкова «Москва на стройке». Книга – ценнейший и гигантский каталог зданий 1917–1941 года, но высказанный в предисловии методологический пафос крутого поворота вызывает некоторые сомнения…
Зеркало для гор
На горнолыжном курорте Лех в Австрийских Альпах открылась водно-зеркальная инсталляция по проекту Snøhetta: она заняла крышу станции канатной дороги.
Шум воды против ковша?
Две в половиной недели осталось, чтобы посетить первую микро-выставку в НКО Перовский архив. Там дают послушать маленькую пластинку с шумом фонтана, который так никогда и не построили на территории фабрики театральной фабрики. Микро-объект – как предстатель за сохранность здания перед программой КРТ. Ммм... Может и сработает.
Глитч и веер
Еще один проект жилого комплекса по программе реновации от бюро Continuum, на этот раз – на улице Окружная. Два высотных корпуса-близнеца смещены в глубину участка, а масштаб пешеходной среды определяет стилобат. В основе фасадного решения – смещение ритма вертикалей и веерно-ступенчатая пластика.
Архитектура как часть ландшафта
Бюро DNK ag разработало проект премиального отеля в горах как живописную композицию из индивидуальных «вилл», формирующих компактный городок, в которой архитектура, ландшафт и инфраструктура работают как единое целое.
Не только K-Pop: архитектура корейских кафе. II. Память...
Продолжаем серию публикаций о южнокорейских кафе-кофейнях. За последние годы их число в стране достигло более 100 тысяч: кофейни стали не только важным культурным и социальным феноменом, но и своеобразной лабораторией современной корейской архитектуры. В 2-й части рассказываем о кафе в реконструированных зданиях – индустриальных и традиционных.
Бенгази: город как система поддержки
Концепция мастер-плана Бенгази до 2050 года, разработанная Проектным бюро ДА для международной инициативы GCUPI-B, предлагает рассматривать восстановление города как формирование целостной «поддерживающей среды». Ее основу составляют взаимосвязанные социокультурный, градоэкологический, транспортный и производственно-инновационный каркасы.
Об эффективности специализированных институтов
В преддверии публикации материала, подытоживающего дискуссию на тему «Градостроительная теория: кризис институций», публикуем текст Игоря Бондаренко, бывшего директора НИИТИАГ – посвященный непростой ситуации в российской архитектурной науке.
Об Узбекистане с любовью
Завершившаяся в 2025 году реставрация Национального павильона Узбекистана на ВДНХ порой напоминала детектив, порой – драму. Многие архитектурные детали, казалось, были безвозвратно утрачены, 25-метровая ротонда не сегодня-завтра должна была рухнуть, о нюансах декора приходилось догадываться по секундным кадрам из цветного документального фильма. Но архитектурному бюро «МВ-ПРОЕКТ» удалось распутать клубок проблем и буквально заново собрать один из самых грациозных ансамблей ВДНХ.
Инженеры пухового платка
По проекту бюро KOSMOS достроен пассажирский терминал международного аэропорта «Оренбург». Концепция, вдохновленная красотой и функциональностью пухового платка, воплощена с помощью стальных конструкций, из которых сплетается трехмерная невесомая оболочка, «накинутая» на основной стеклянный объем. Кристаллическая проницаемая структура формирует и внутренние пространства, дополненные теплыми деталями: деревянными креслами, индивидуальными сценариями освещения, лемехом и даже «обоями» в зоне приема багажа.
Множественность интерпретаций
Бюро Lebedeva project смогло создать новый тип общественного пространства в легендарном доме Микини в Армянском переулке Москвы. Сочетание многофункциональности и истории места стало основой для удивительного интерьера, в котором новое и старое гармонично дополняют друг друга.
Золото на зеленом
Бюро Antonio Virga Architecte реконструировало здание медиатеки для коммуны Сен-Манде под Парижем, смело добавив к строгому фасаду элементы из золотистого анодированного алюминия.
Крутятся шестеренки
Детский технопарк в Новом Уренгое включает 11 лабораторий, где изучают космос, робототехнику, биотехнологии и другие актуальные направления. Следуя за функцией, ПИ АРЕНА выбрал форму, которая во многом наследует традициям модернизма: в архитектурном решении можно усмотреть супрематические композиции, интерпретацию «Шестигранника» Ивана Жолтовского и модульность метаболизма.
Маленькая выставка с большим потенциалом
Музей архитектуры начинает коллекционировать современность. Об этом заявляет выставка «Депозитарий современности. Архитектура XXI века – в собрание музея». Сама по себе небольшая, она служит стартом инициативы по отбору и включению в коллекцию ГНИМА графики тех проектов, которые музей и куратор Анна Мартовицкая определят как «синонимы современности». Смотрим выставку, вспоминаем «Строение №», сравниваем, размышляем.
Доступная аренда на острове роскоши
Stefano Boeri Architetti победили в конкурсе на проект комплекса доступного жилья в городе Ивиса на Ибице: их замысел Sa Casa реагирует на местный жилищный кризис, где 4 млн туристов в год вытесняют коренных островитян с рынка аренды.
Общее дело возрождения
С середины сентября до конца октября идет прием заявок на III Национальную премию «Наследие дороже» – 2026, которая присуждается проектам и инициативам, направленным на сохранение и возрождение исторических объектов. Награждаются как бизнес-проекты, так и общественные инициативы.
Первостроителям Петербурга
Инициативный проект Петера Элверума и Ангелины Стукалиной предлагает воссоздать фрагмент природной среды, которую могли видеть строители Петербурга, заставшие у берегов Невы непроходимые леса. Тем самым будут обеспечены мемориальная и общественная функция скверу, на территории которого случайно было обнаружено коллективное захоронение XVIII века. После окончания археологических работ это место превратилось в полузаброшенную транзитную зону.
АРХИWOOD-17: дендрохронология
АРХИWOOD подвел итоги: впервые с 2022 года жюри присудило гран-при, раздав также несколько специальных призов и войдя в резонанс с мнением народа в двух номинациях. Дерево в этом году выступает как материал, соединяющий пространства и эпохи: в списках есть несколько неоклассических утопий, возвращающих идиллию усадебной жизни, строившийся более десяти лет дом-вернакуляр, «Парфенон» с колоннами из сосен и баней-целлой, восставший из пепла феникс, целых две башни-бани. Предлагаем познакомиться со всем списком победителей – уверены, многое вам захочется увидеть собственными глазами!
Спортивный драйв
ONE MORE STUDIO разработало комплексный дизайн нового центра для любителей падела на Ходынском бульваре в Москве, превратив его пространство, посвященное культу здоровья и радости жизни, в место, где можно испытать драйв и удовольствие от игры, а затем отдохнуть в комфортной обстановке.
Подъем с остановками
Башня для наблюдения за перелетными птицами на болотах Чэньху в Ухане задумана шанхайским бюро Xiang Architects как «посредница» между человеком и природой.
Маяк на утесе
Один из кварталов масштабного района «Деснаречье», который возводится в Новой Москве, проектирует архитектурное бюро «Крупный план» (KPLN). Участок имеет свои преимущества и сложности: с одной стороны – близость реки и выразительный ландшафт, с другой – магистраль и перепад высот. Авторы проекта решили подчеркнуть существующую «фактуру» места: на естественной возвышенности разместили доминанту в виде башни-маяка, сделали стилобат продолжением утеса, а в архитектуре секционной застройки отрефлексировали близость реки.