Эдуард Моро и Екатерина Гольдберг: «Методика работы над общественным пространством не менее важна, чем дизайн»

Одним из самых заметных проектов редевелопмента 2018 года стал творческий индустриальный кластер «Октава» в Туле. Мы поговорили с руководителями бюро Orchestra Design Эдуардом Моро и Екатериной Гольдберг о специфике работы над общественными пространствами и развитием территорий в нашей стране

Беседовала:
Елена Петухова

20 Августа 2019

Интервью

Наследие Реконструкция Урбанистика / Градостроительство Архитектура Практика

Мастерская:

Orchestra Design

Проект:

Творческий индустриальный кластер «Октава»
Россия, Тула, ул. Каминского, 24

Авторский коллектив:
Архитекторы: Екатерина Гольдберг, Эдуард Моро, Арсений Бродач

2016 — 2018 / 2017 — 2018

Заказчик: Ростех, Правительство Тульской области
Инвестор: Михаил Шелков
Соавторы: компания «Культура потребления»

Archi.ru: Развитие общественных пространств стало очень популярной темой в России. Все активнее начинают внедрятся в практику современные подходы и форматы. Как вы считаете с чем связан такой рост интереса?

Эдуард Моро: Думаю, в течение долгого времени общественные пространства в России игнорировались и находились в достаточно плачевном состоянии. Поэтому, когда сначала Парк Горького изменился кардинально, а потом появилась Крымская набережная, дизайн публичных пространств стал настоящим трендом. И теперь каждый город хочет собственный парк или набережную. Но проблема в том, что это происходит методически неправильно, а в результате – не эффективно. Решение о том, куда вложить имеющиеся у городской администрации деньги, какое пространство преобразовать, принимается во многих случаях случайно, без учета всех особенностей выбранной территории и совокупности факторов. Основной заботой людей, принимающих решения, становятся «красные линии», очерчивающие границу территории, набережную, парк или площадь. Пространство рассматривается в границах этих линий, без связи с окружающей застройкой. Общественное пространство создает ценности – социальные, культурные, экономические, транслируемые и работающие вместе с прилегающей территорией, но город оказывается неспособным эту ценность увидеть и использовать. Деньги вкладываются, на них строится чудесный парк или площадь, а потом город начинает ждать каких-то изменений – активностей, роста посещаемости, подъема малого бизнеса и так далее, и не получает их, из-за ошибки в подходе к планированию и программированию всей территории. Если вы привлечете к проекту лучшего дизайнера в мире, но процесс работы выстроите плохо, проект все равно будет провальным.

Правильная методика работы над общественным пространством не менее важны, чем дизайн. В своих публичных выступлениях и на встречах с заказчиками, я призываю людей не ограничиваться «красными линиями», а смотреть на район в целом. Половина успеха зависит правильного установления границ проекта. Включая в них не только само общественное пространство, но также государственную и частную землю вокруг, вы создаете связную среду – то, что я называю «сложной территорией». Вы перестраиваете и обновляете город на другом уровне. У вас появляется механизм координации между частными и общественными интересами, гарантирующий эффективность выстраиваемой схемы развития территории.

zooming — Екатерина Гольдберг и Эдуард Моро, руководители бюро Orchestra Design

© Orchestra Design

С какими еще трудностями вам приходится сталкиваться при разработке проектов общественных пространств?

Э.М.: В современной России все еще сильно наследие Советского Союза, где вся городская застройка следовала букве генплана, с его жесткой системой и догматическими стандартами, никак не учитывающими нужды и специфику конкретного проекта. Но каждая территория уникальна и для сложных масштабных задач нужно разрабатывать оригинальную методику их решения, а также создавать специальную команду, способную взаимодействовать между собой и решать междисциплинарные и межотраслевые задачи.

Дискоординация – это общемировая проблема. В любой стране мира участники единого процесса, заказчики, проектировщики, эксперты, представляющие различные департаменты (транспортные, городского хозяйства, охраны наследия, туризма и экологии) не могу выстроить диалог. К сожалению, в России местные власти преимущественно заняты своими делами, поэтому в большинстве случаев не могут обеспечить такую координацию. Хотя есть и исключения. Например, в Калининграде эту координирующую функцию взяло на себя (и достаточно успешно) НП «Градостроительное Бюро «Сердце города».

В своих проектах мы сами стараемся создать смешанную команду, состоящую на начальных этапах хотя бы из 2-3 человек, которая будет отвечать за развитие проекта территории и обеспечивать коммуникацию со всеми заинтересованными сторонами. Только так, объединяя усилия, можно выйти на новый виток развития российского урбанизма.

Что нужно, чтобы изменить ситуацию?

Э.М.: Думаю, главное – повышать осведомленность по этому вопросу и уровень квалификации местных управленцев. Часто ведомства даже не пытаются взаимодействовать. Министерство городского планирования получает бумаги от Министерства транспорта – и между ними нет никакого диалога. Они воспринимают все как данность и продолжают работать в стиле зонирования и генплана. Но на деле эти процессы должны быть интегрированы. Будь это местный чиновник, мэр, главный архитектор или руководитель профильного департамента – на всех уровнях системы люди должны понимать, что именно формирует городскую среду. Это делают все элементы в комплексе: транспорт, экономика, планирование, экология. Поэтому так важно повышать квалификацию всех участников процесса на региональном уровне.

У властей есть возможность запустить и контролировать процесс сверху. А какова роль местных сообществ? Могут ли они быть вовлечены в процесс и чем могут быть полезны?

Э.М.: Сообщества обязательно должны привлекаться к работе над проектом. Их участие и сотрудничество с ними проектировщиков делает процесс открытым. Зачастую в России мир девелопмента существует в формате разрозненных изолированных групп. Причина лежит и в общем дефиците доверия между людьми, и в кардинальных различиях в целях деятельности. Делая процесс более открытым и прозрачным для всех участников, вы рождаете дух кооперации, которое многократно увеличивает качество и жизнеспособность принимаемых решений. Примером такой кооперации может служить проект реконструкции действующего завода «Октава» в Туле, в котором объединения интересов, зачастую противоречивых, нескольких стейхолдеров, имел решающее значение.

Екатерина Гольдберг: Для меня самым интересным в работе с Эдуардом является его готовность и открытость к сотрудничеству с сообществами и различными участниками процесса. Многие архитекторы в России с недоверием относятся к общественности и ее возможной реакции на проект. Тогда как Эдуард видит в этом контакте преимущество, источник вдохновения и неординарных идей. Обратная связь и взаимодействие с активной и конструктивно мыслящей частью местного сообщества помогает нам вывести проект на новый уровень.

Э.М.: Уверен, что идеи прозрачности и соучастия – это не вопрос культуры или навыков коммуникации. Скорее, речь идет о презентации преимуществ или того полезного вклада, который может быть привнесен различными участниками процесса. В этом смысле, коллаборация не сводится к консультированию. Она может реализовываться в различных форматах: через совместное строительство, культурное программирование и фестивализацию пространства или мобилизацию людей и привлечение новой аудитории. Главное – это прозрачность процесса и готовность к сотрудничеству не только между местными жителями и архитекторами, но между архитекторами и местными ведомствами, стейкхолдерами и потенциальными инвесторами, потенциальными инвесторами и местной властью.

Даже после 12 лет работы с общественными пространствами в России я каждый раз восхищаюсь, сколько живой энергии нахожу в каждом городе и проекте. Ее источником может быть инициативная группа, местное сообщество, театральная кружок или школа. И нужно открыть пространство для этой энергии, впустить ее в проект. Не просто спрашивать людей: «Что бы вы хотели здесь видеть?», – а активно включать их в процесс разработки концепции. Это сложно – почти как управление оркестром, но жизненно необходимо. В России это явление еще в новинку, но с каждым годом примеров подобного подхода к развитию территорий будет все больше.

Горожане готовы к такому взаимодействию?

Э.М.: Безусловно! Уровень энергии в России потрясающий, люди здесь готовы создавать новое. Единственный тормоз развития – это недостаток доверия. Во многих городах люди плохо представляют, что такое открытый, прозрачный процесс работы. Поэтому чем больше будет таких конференций, как «Ревитализация малых городов через вовлечение местного населения в культурные практики», тем лучше.

Е.Г.: Сейчас особенно ценен каждый пример, каждый успешный кейс, где ярко проявляется этот принцип доверия: Татарстан, фестиваль «Арт-Овраг», кластер «Октава» в Туле, частные музеи в Коломне и так далее. Популяризация и обмен опытом позволяют преодолеть инертность региональных органов власти и девелоперов, демонстрируя, какие преимущества они могут получить объединения усилий.

Расскажите о специфике российских проектов редевелопмента. Как бы вы могли ее характеризовать на примере «Октавы»? С какими трудностями вы столкнулись? Насколько было легче или сложнее работать над этим проектом, чем над проектами общественных пространств?

Э.М.: Не думаю, что было легче. Работать с местными сообществами всегда сложно. Но делать это было необходимо, потому что мы пришли в город, в котором почти не было пространств, предназначенных для людей.

Проект был реализован очень быстро. У нас не было времени на переделки или сомнения. Меньше года ушло на все: создание концепции, архитектурную реновацию и сопровождение строительства. Можно назвать это «нулевой версией» проекта. Это был серьезный вызов для нас, особенно с учетом того, что нужно было адаптировать огромный комплекс к потребностям и нуждам сравнительно небольшого по количеству жителей города. Если бы в нашем распоряжении было три года, мы бы решили некоторые моменты иначе. Но сроки были крайне сжатыми, и тем ценнее тот факт, что первый шаг все-таки был сделан и результат уже доказал успешность принятых решений. «Октава» живет и пользуется большой популярностью. За год работы кластер стал новым центром притяжения: в «Октаве» прошло более 300 мероприятий разного уровня, его посетило более 70 000 человек.

Но мы хотим, чтобы кластер развивался дальше, чтобы люди чувствовали себя хозяевами созданного пространства и самостоятельно модерировали сценарии его использования, причем не только в дни каких-то мероприятий, а каждый день.

Е.Г.: Это похоже на цепную реакцию: как только организуется какое-то событие, оно привлекает аудиторию, которая готова к активности. Но следующий этап наступит, когда люди захотят придумывать свои собственные проекты, будут активнее включены в формирование событийной программы «Октавы». Конечно, на это потребуется время. Сейчас команда кластера работает над следующими этапами реализации проекта развития территории завода, к которым будут привлечены местные сообщества и локальных проектов.

«Октава» – уникальный опыт для России. Скорость разработки и реализации проекта, качество дизайнерских и инфраструктурных решений, проработанность и уровень культурной составляющей – не имеют аналогов. Благодаря чему это стало возможным?

Э.М.: На «Октаве» сложилась уникальная ситуация – соединились несколько факторов: у проекта есть частный инвестор Михаил Шелков и было сильное желание со стороны заказчика – ГК Ростех. Кроме того, проект также реализовывался при активной поддержке губернатора Тульской области. Первое дало возможность реализовать проект быстро и качественно, но без второго не было бы такой насыщенной и разнообразной программы. Там была та самая энергия, благодаря которой работать над проектом было не только фантастически интересно, но и приятно. Все были ориентированы на достижение максимального результата.

Е.Г.: Когда мы представили в Ростех наши идеи, мы сразу же нашли взаимопонимание. Несмотря на то, что мы молодая команда, они поняли наши ценности и поддержали их. Очень быстро сложилось то самое доверие, без которого невозможно было бы реализовать столь сложный проект с участием десятков российских и иностранных экспертов в сферах урбанистики, городского планирования, культуры и искусства, промышленного дизайна и маркетинга, бизнеса.

Являются ли проекты общественных пространств и редевелопмента частями единого процесса трансформации российских городов в постиндустриальный период?

Э.М.: Безусловно. Более того, мы продвигаем идею того, что общественные пространства должны быть интегрированы через редевелопмент, в идеале – одновременно, в рамках комплексных проектов развития территорий. Например, мы разработали план реновации прилегающего к «Октаве» района, учитывающий то, как кластер будет влиять на окружающую городскую среду. Этот процесс должен быть контролируемым и режиссируемым. Нельзя просто пассивно ожидать изменений. Нужно создавать жизнеспособную и саморазвивающуюся городскую экосистему, с функциями и программами, работающими на перспективу, на развитие всего города.

Мастерская:

Orchestra Design

Проект:

20 Августа 2019

Похожие статьи