Анклав меж российским и германским «материками» – опора для строительных культур обеих стран?

«Округа Камсвикус» приглашает вступать во «Второе шефство» над наследием Калининградской области: защищать и сохранять памятники и развивать на этой основе архитектурную, строительную, и вообще – культуру.

01 Марта 2017

Мнение

Наследие

«Округа Камсвикус» – общественная организация, созданная архитектором и историком архитектуры Дмитрием Сухиным для сохранения архитектурного наследия Калининградской области; среди проектов «Округи» – получивший широкую известность «инстерГОД», о котором Архи.ру уж писал, «Город замечательных людей» – о нем надеемся вскоре рассказать. Предоставляем слово Д.Б. Сухину.

Архитектура модернизма, говорят, за техникой забыла, как строить «уют» и «дом родной» – и в мире, в России – особенно: у них, в лучшем случае, «хай-тек», у нас – «хай-так». В Венеции на недавней биеннале даже Германия, поставив себе задачу построить «новую родину», не смогла осилить тему. Позыв есть, сказать хотели, участвовали и вузы, и союзы, проекты были вполне техничны – ан не вышло. Так, может, недостаёт как раз тех самых слов? И каких? – молчат. Что показательно, в профессиональной прессе – тоже. А ведь раньше как-то удавалось сочетать настрой «родинный» и наднациональный, технику со смыслом и с поэтикой. Не исключающи, взаимообогащающи они! Финнам, говорят, это и сегодня удаётся, про голландцев тоже рассказывают, прочие ищут – где же та точка, где ещё не разошлись разные ветви? Её и нам бы найти. А она как раз у нас и затаилась.

Именно и только в России сохранился натурный образец того, как учёт и грамотное изменений традиций, бюджет и рачительность, и даже самое отсутствие правильных кадров может венчать успех – той самой Родины, той самой современности воплощенье! Работающее далеко не только по кровно-связующей линии, но прекрасно подхватившее и «наших» послевоенных переселенцев. Речь о Восточной Пруссии. Её, лежащую в руинах Первой Мировой войны, восстанавливали архитекторы со всей страны, быстро и тщательно ухватившие традицию, не упустившие и заблуждения недавнего грюндерства, и обучившие себе в помощь новейшим строительным технологиям – наших с вами прадедов. Тут начинались многие, от небывалиц Шаруна до шаблонов Нойферта. Подпитывали же их – словом, вкладом, делом – многочисленные «шефы». И именно в подобной сплотке та Пруссия восточная из отсталых задворок стала землёй образцово-показательной, современной, подлинно связанной со своей историей и остальной Германией. Местом рождения немецкости из многая язык [подробнее об этом удивительном историческом эпизоде можно прочесть здесь и здесь] – включая архитектурные! Ведь в знаменитом «Ринге» (объединение архитекторов Der Ring, 1926–1933 – примечание Архи.ру) участвовали и Мис, и Хэринг, и Беренс, и Тессенов.

Сегодня Калининградская область тоже собрала в себе людей из разных областей, однако положение архитектуры здесь не лучше, а даже в чем-то хуже, чем в других частях страны. Тут и коммерческие интересы нового «грюндерства», и дефицит бюджетных средств, и запрос на новую, подлинно современную архитектуру, и на старую тоже, и её же боязнь. А шефов, завязок на «материк», нет. Знатоки в столицах есть, да область минуют транзитом; «критическая масса» заинтересованных лиц в области тоже уже есть, уместность, ценный опыт старого фонда вне каких-либо коннотаций видеть мы уже научились – а специалистов сочетать новое со старым – гораздо, на порядки меньше.

Так повторим же эксперимент! Соединяя скучно-техничную немецкую практику и возвышенно-кособокий российский полет, именно наследием XX века поможем разобраться себе и другим, вырасти над собой – и «плыть в революцию дальше». Улучшать и российскую, и немецкую, и даже польскую архитектуру. Если только прежде не утратим «не-наше наследие». Если проекты типа поддержанного ректором МАРХИ воссоздания Кенигсбергского замка не превратит заявленное открытие в области филиала вуза в фарс.

Наш проект «Второго шефства» – путь к естественному привлечению людей к защите наследия, чтобы в результате история и памятники стали из «чужих» своими. Важно даже малое участие. Каждый может быть и «шефом» и «подшефным», в сочетаниях или одновременно: у нас–калининградцев, у нас–русских и нас–немцев, архитекторов и просто жителей, у каждого есть чем поделиться – и есть, что, казалось бы, некому восполнить. Ан есть! Хотя и необязательно попарно. Каждый может помогать каждому и принимать от другого такого же помощь. Это может быть моральная поддержка самой идеи ценности наследия, роста на наследии здесь, чтобы буде когда кому из подшефных потребуется, можно было бы опираться сразу на много голосов; может быть и поддержка экспертная, по конкретному объекту или теме, в которой заявить о себе, отвечать на вопросы, статьи писать, участвовать в проектах; могут быть и школьные программы... Свои идеи предлагать тоже можно! Да и от финансовой поддержки вряд ли кто откажется.

Не назидать про ценность, а дать на ней произрасти, заколоситься, личную выгоду с общественной, прошлое с настоящим сочетая – в последние годы подобные концепции ревалоризации наследия показали и доказали себя. Тем страннее, что записавшихся в наши новые шефы – пока лишь с десяток-другой. Среди них, конечно, и такие мэтры как Фольквин Марг, со-основатель бюро gmp – von Gerkan, Marg und Partner, или бывший глава немецкого Госстроя Маусбах – но мало, мало их! Ханс Штимман отнекивается «политическими последствиями», другие – ещё чем. Разве что Веркбунд, много славы заслуживший как раз при организации того, первого шефства, всё ещё не отказал – но как объяснить колебания калининградских областных общественников? Разве не они первыми жалуются на отсутствие поддержки, когда кто-то начинает крушить дорогую им мостовую, руину или сквер, не сумев их понять? Когда бессмысленно упаковывают в вату, для вящего плесневенья, метровые стены? Так вот же – шефы могли бы и поддержать, и разъяснить, и сочетать; те – других, а эти – вас!

Записаться в шефы можно здесь.

Балтийские воды, говорят, скрывают древний город Винету. Нигде не бывало лучше златокузнецов, механикусов, звездочетов; купцы их ходили за тридевять морей, везли диковины домой. Но возгордились они, затворились, ни с кем ничем не делясь – и низвергнуты. И мастерство их вместе с ними. Втуне лежат, под водой – но раз в сто лет всплывают на пару часов: вдруг кто заглянет в ныне широко распахнутые врата? Бери, миллион купи за грош, и вернется прощенная Винета в подлунный мир.

Нильсу у Сельмы Лагерлёф грошика не хватило, он его, в лунной дорожке играя, потерял. Сегодня Винета стала «островом» Калининградской области. Год за годом истекает песок их часов: шинкелями горелыми, черепицами битыми, аллеями на дрова... Упустим – явится ли Винета хоть кому-нибудь ещё после нас?

Как раз под Новый год в области катастрофическим «ремонтом» хорошо если чуть-чуть недоуничтожили крыши жилого массива «Пестрый ряд» в Черняховске, первой постройки Ганса Шаруна, автора знаменитой Берлинской Филармонии. Федерального памятника, «памятника европейского значения под угрозой уничтожения» (Europa Nostra 2014). Ему как раз и посвящает себя «Округа Камсвикус». А сколько их таких же по области не имеют столь звучного имени для защиты?

01 Марта 2017

Похожие статьи