English version

Урбанистическая реконструкция

Проект реконструкции Большого Гостиного двора возвращает план и облик здания к началу XX века, а во дворе – тонко сочетает версальский дух с идеалами современной урбанистики, ориентированной на спокойное существование человека в городе.

Юлия Тарабарина

Автор текста:
Юлия Тарабарина

mainImg
Архитектор:
Никита Явейн
Мастерская:
Студия 44 http://www.studio44.ru
Проект:
Проект регенерации Большого Гостиного Двора
Россия, Санкт-Петербург, Невский пр., д. 35

Авторский коллектив:
Архитекторы: Никита Явейн, Александр Кошарный (Архитектурное бюро «Студия 44»); Сергей Аксёнов, Александр Берзинг, Андрей Воронов, Георгий Снежкин, Илья Спиридонов (Архитектурная мастерская «ЛЕС»)

2015
В Петербурге намечается реконструкция Большого Гостиного двора по проекту «Студии 44» Никиты Явейна. В декабре прошедшего года проект одобрили петербургский КГИОП и, как пишут СМИ, 88% совета директоров компании-заказчика. Согласно проекту «Гостинка» превратится из постсоветского ТЦ в многофункциональный комплекс с развитым общественным пространством, музеями, ресторанами и небольшой подземной парковкой, а также с открытым для горожан парком площадью один гектар. Внутри Гостиного двора уже сейчас – тоже по проекту «Студии 44», – завершается реконструкция здания литеры В, так называемой «Брестской крепости», для Академии музыки Елены Образцовой; в будущем она должна стать органичной частью культурного пространства внутри торгового квартала.

Большой Гостиный двор в Петербурге – здание, надо признать, знаковое: первый большой каменный гостиный двор, столичный и европейского типа, пришедший на смену средневековым торговым рядам, отличаясь от них большим размахом и упорядоченностью. После появления главного петербургского Гостиного двора торговые ряды начали перестраивать и в других районах Петербурга, и в Москве, и во многих русских городах, прежде всего поволжских. Словом, здание на Невском проспекте – не просто первый по времени проект, начатый в императорской столице в стиле классицизма по воле Екатерины II, и не только произведение Жана-Батиста Валлен-Деламота, который отчасти воспользовался планом Растрелли, который отталкивался от проекта Ринальди, – все архитекторы первого плана, что само по себе уже немало, – Гостиный двор это символ города не хуже самого проспекта. Здание, впрочем, довольно сильно перестроено: во время войны оно горело, в него попала бомба, а после восстановления – в начале шестидесятых, по проекту Олега Лялина была изменена внутренняя структура: стены лавок, до этого «сквозных», то есть изолированных друг от друга, но отрытых в обе стороны для входа и выхода, пробили, нанизав их на внутреннюю анфиладу, – и превратив таким образом буржуазные торговые ряды в советский универмаг. В остром углу неправильного четырехугольника на пересечении Невского и Садовой улицы возник выход из метро. Затем двор начали застраивать хозпомещениями, между корпусами появились грубоватые переходы.

Нужно ещё сказать, что петербургский Гостиный двор, аккуратно опоясывающий по контуру свой участок общей площадью около пяти гектаров, внутри имеет второй контур построек, отступающий от первого на десять метров: сейчас внутренние корпуса используют как склады и большинство посетителей вовсе не подозревает об их существовании. Здания внутреннего ряда в свою очередь опоясывают треугольный двор – Растрелли, проектируя в середине XVIII века свой вариант торговых рядов, похожий на Зимний дворец, задумывал во дворе парк и пруд – но против дороговизны пышного проекта воспротивились сами купцы, которым приходилось финансировать строительство. Классицистический проект Валлен-Деламота оказался рациональнее, и пруд во дворе вырыли, но пожарный: несмотря на запрет свечей в Гостином дворе всё время что-нибудь горело. Двор стал хозяйственным: Гостиному двору всегда требовалось больше места для хранения, нежели для торговли, и сейчас торговлей заняты лишь 17% площади, остальные 83% отданы на подсобные нужды. Проект «Студии 44» за счёт оптимизации увеличит торговые площади на 10-15%.

Итак, Никита Явейн предложил, прежде всего, очистить здание от наслоений советского времени и отреставрировать его на приблизительно 1917 год, восстановив, в числе прочего, вкрапления модерна и безордерный классицизм дворовых корпусов. Далее, и это самое главное в восстановлении БГД на дореволюционное время: стены лавок, пробитые анфиладой универмага, также восстанавливаются – лавкам возвращают прежнюю площадь, зданию – дореволюционную структуру. Но в некоторых случаях соседние помещения будут объединены, так как современным магазинам требуется больше места. Входы магазинов будут открыты на улицу и в проход между внешним и внутренним контурами здания.
Существующее положение © Студия 44
Ситуационный план © Студия 44
Стадийность. Проект регенерации Большого Гостиного Двора
© Студия 44

Этот внутренний проход архитекторы планируют полностью очистить от поздних построек и превратить в пешеходную городскую улицу, куда легко будет попасть из любого магазина и из метро – с правильным благоустройством, вымосткой, деревьями в кадках, скамейками, – и с открытым небом, не застеклённую. «Мы сейчас создаем в городе пешеходные улицы, закрывая их от машин, отчего получаем ещё большие проблемы, а здесь в нашем распоряжении часть города, которая никогда не была открыта для движения и, делая её пешеходной, мы не вторгаемся в существующую структуру, а только дополняем», – так комментирует эту идею Никита Явейн.

Получается что-то среднее между пассажем и городской улицей в духе историко-туристических центров европейских городов, столь любимых русскими людьми за редкостью данного явления на родине. К тому же торговля запланирована на этой улице не со всех сторон: корпуса внутреннего контура будут отданы культуре, там, в частности, появится музей русского купечества, галереи, фитнес, концертный зал, театр и кинотеатр, «Детский мир» и прочие культурно-развлекательные места. Западная часть внешнего контура БГД вдоль Перинной улицы отведена ресторанам.
zooming
Новые функции внутреннего корпуса. Проект регенерации Большого Гостиного Двора
© Студия 44
Большой Гостиный Двор. Внутренние улицы, Садовая линия © Студия 44
Большой Гостиный Двор. Внутренние улицы, Певческая линия © Студия 44

Под пешеходной внутренней улицей архитекторы расположили один ярус подземной парковки, а под юго-восточной линией внутренних корпусов – четыре яруса. Вместе они дадут 700 машиномест, въезд же запланирован в дальнем торце, противоположном Невскому, с Ломоносовской улицы.
План -1 этажа. Проект регенерации Большого Гостиного Двора
© Студия 44

И наконец, главным сюжетом обновленного Гостиного двора, своего рода кульминацией, должен стать парк с прудом, который архитекторы, следуя идее Растрелли, разбивают во дворе. Острый треугольник его плана расширяется в сторону Невского, организуя пространство перспективно, – вспоминается анфилада Эрмитажа в Генштабе, но в данном случае сходство случайно, в Петербурге много таких треугольных планов, обусловленных неправильной формой участков плотно застроенного города.

Впрочем внутри здесь получился скорее гибрид английского парка с французским на базе актуальных приемов современного урбанистического благоустройства. Выходя из метро, мы видим круглый газон-амфитеатр, скорее даже микро-Колизей, засаженный цветами и включивший в себя круглую шахту вентиляции метро – предназначенный, в числе прочего, для концертов расположенной здесь же Школы певческого мастерства. Это небольшая площадь, общественное пространство, удобное для мероприятий. Дальше парк нарезан косыми линиями на ещё пять разных частей, связанных прихотливо вьющейся дорожкой. За амфитеатром следует английский парк, условно-пейзажный, так как места немного, в нём – дом Комитета по управлению Гостиным двором, покрытый неоампирным рустом и прорезанный псевдо-барочными окнами, но при взгляде на проектную графику почему-то навевающий мысли о Летнем саде. Дом, надо сказать, уже отреставрирован и именно в нём открылся музей истории купечества. Дальше – декоративный пруд, который отвечает согласно замыслу авторов за «память места», то есть напоминает и о старом, пожарном пруде, и о замысле Растрелли, а может быть, ещё и болоте в районе Перинного ряда, которое в свое время безуспешно приказывала осушить императрица Елизавета. Посередине парка – апофеоз воспоминаний о XVIII веке: расчерченные на шахматные квадраты «боскеты, шпалеры и трельяжи», – впрочем, их сменяет современное развлечение, мини-гольф, а в остром конце треугольника – праздник живота: открытые террасы ресторанов здесь перемежаются клиньями огородного сада. К слову, всё та же Елизавета любила, чтобы в парках её резиденций росла смородина – гуляя, она срывала и ела ягоды с кустов.
План 1 этажа. Проект регенерации Большого Гостиного Двора
© Студия 44
Схема внутреннего парка. Проект регенерации Большого Гостиного Двора
© Студия 44
Большой Гостиный Двор. Внутренний парк, пруды © Студия 44
Большой Гостиный Двор. Внутренняя площадь © Студия 44
Большой Гостиный Двор. Амфитеатр © Студия 44
Большой Гостиный Двор. Внутренний двор, поля для минигольфа © Студия 44

Словом, получается какая-то «прогулка короля», а не магазин. Образ современной торговли с её налетом гламура, музыкой и улыбками, обязательным кинотеатром и ресторанами в комплекте здесь наложен на столь же устоявшуюся тему центра исторического города: пешеходная улица, музеи, театры, отрытый амфитеатр, открытые террасы ресторанов… К чему, конечно же, провоцируют имена императриц и архитекторов, уделивших внимание этому месту. Только вот «тихий уголок исторического города» архитекторы обнаруживают там, где его никогда не было: вообще-то сейчас Гостиный двор на Невском, между двумя станциями метро, – место довольно-таки пыльное, суетное и шумное. Его двор – тоже место для грузчиков, администраторов, складов, неприглядное торговое закулисье. И вот всё это преображается, становясь ухоженным, пешеходным, прохладно-приятным, особенно по контрасту с Невским. Следуя законам исторического центра этот вариант БГД соединяет многократно проверенные менеджерами законы торговли и правила городского благоустройства, столь актуальные для горожан в наше время. Получается, что Гостиный двор – памятник, скажем так, периода раннего капитализма, сейчас адаптируется по законам постиндустриальной «информационной эпохи» хипстеров, яппи, якки или кого там ещё. Это прозвучит странно, но структурно мы тут имеем дело с проектом редевелопмента промзоны, только очень старой, торговой и поэтому специфической; суть процесса – похожа, хотя колонны Деламота и делают его несколько утончённее.

Но это не единственный проект реконструкции Гостиного двора. «Студия 44» занимается этим участком уже больше десяти лет. В 2005 году проект выглядел несколько иначе, и сейчас наблюдать его трансформации достаточно любопытно. С одной стороны, даже тогда он был деликатнее по отношению к памятнику, чем реализованная в Москве реконструкция Гостиного двора Кваренги, накрытого стеклянным куполом по проекту Нодара Канчели. Уже в 2005 году во дворе планировался регулярный парк и лестницы, перед которыми дом Комитета по управлению БГД стоял чисто как Трианон. Перед выходом из метро появлялась ротонда, двухъярусная парковка занимала все пространство под двором, улицы внутреннего обхода были застекленными пассажами, стеклянный павильон появлялся в «остром» углу парка, где теперь задуман огород. Уже из описания видно, что обновленная версия – проект 2014 года, – намного деликатнее, особенно в части подземных парковок и остекления. Впрочем, как говорит Никита Явейн, не исключено, что остекление внутренних улиц будет возвращено: в холодном и ветреном Петербурге для этого есть основания.

Имеется и другой проект, о котором СМИ рассказывают как о предложенном фирмой-миноритарием, владельцем порядка 10% акций сегодняшнего Гостиного двора, аффилированной с известным петербургским девелопером: там реконструкцию предлагается провести быстро, за четыре года, двор перекрыть стеклянным куполом, выкопать подземные этажи и увеличить торговую площадь в пять раз, а оборот в двадцать (этот проект известен как минимум с 2013 года). Эта история напоминает московские Гостиный двор и «Детский мир» на Лубянке, но она всё ещё находится в своём начале. К слову, недавно на форуме МУФ в Самаре наконец-то во всеуслышание обсудили тот факт, что вредно строить большие торговые моллы в центре города (в Самаре всё хуже, там загородного типа ТЦ планируют строить прямо в историческом центре). На этом фоне хорошо чувствуется, что одобренный КГИОП и советом директоров новый проект «Студии 44» культивирует новые тенденции отношения к городу, бережно относится к прошлому и в этом смысле «принадлежит будущему». Вот только понять бы, где у нас прошлое и где будущее. 
План 2 этажа. Проект регенерации Большого Гостиного Двора
© Студия 44
План 3 этажа. Проект регенерации Большого Гостиного Двора
© Студия 44
План 4 этажа. Проект регенерации Большого Гостиного Двора
© Студия 44
zooming
Разрезы. Проект регенерации Большого Гостиного Двора
© Студия 44
Архитектор:
Никита Явейн
Мастерская:
Студия 44 http://www.studio44.ru
Проект:
Проект регенерации Большого Гостиного Двора
Россия, Санкт-Петербург, Невский пр., д. 35

Авторский коллектив:
Архитекторы: Никита Явейн, Александр Кошарный (Архитектурное бюро «Студия 44»); Сергей Аксёнов, Александр Берзинг, Андрей Воронов, Георгий Снежкин, Илья Спиридонов (Архитектурная мастерская «ЛЕС»)

2015

17 Июня 2015

Юлия Тарабарина

Автор текста:

Юлия Тарабарина
Студия 44: другие проекты
Слабые токи: итоги «Золотого сечения»
Вчера в ЦДА наградили лауреатов старейшего столичного архитектурного конкурса, хорошо известного среди профессионалов. Гран-при получили: самая скромная постройка Москвы и самый звучный проект Подмосковья. Рассказываем о победителях и публикуем полный список наград.
Градсовет Петербурга 25.11.2020
Градсовет обсудил жилой квартал по проекту «Студии-44», интегрированный в историческую среду Бумагопрядильной фабрики, а также предложение по символическому восстановлению фабричных труб. Единодушную и высокую оценку работы сопровождали многочисленные сомнения относительно качества будущей жилой среды.
Две школы: о лауреатах «Зодчества» 2020
Главную премию, Хрустальный Дедал, вручили школе Wunderpark Антона Нагавицына, премию Татлин за лучший проект получил кампус ИТМО «Студии 44» Никиты Явейна. Показываем и перечисляем все проекты и постройки, получившие золотые и серебряные знаки, а также дипломы фестиваля Зодчество.
Парк чувств
Проект «Романтического парка Тучков буян» консорциума «Студии 44» и WEST 8, победивший в международном конкурсе, соединяет скульптурную геопластику и деревянные конструкции, разнообразие пространственных характеристик и насыщенную программу, рассчитанную на разнообразную аудиторию, с красивой и сложной пассеистической идеей усадебно-дворцового парка, настроенного на активизацию мыслей и чувств.
Летящий
Проект кампуса High Park университета ИТМО, который в Петербурге запланирован как аналог московского Сколково, разработанный «Студией 44», очень масштабен и пассионарен. Его ядро – учебный центр, трактован как авангардная композиция на тему города с улицами и campo с ратушной башней, парк напоминает о лучах главных улиц Петербурга, а если посмотреть сверху, то весь комплекс похож на материнскую плату в четерьмя, как минимум, процессорами. В конструкции учебного корпуса обнаруживается даже воспоминание об СКК. В проекте много смыслов, аллюзий, и все они объединены пластической энергетикой, которой позавидовал бы адронный коллайдер.
Картинки на карантине
Как российские архитектурные бюро реагируют на карантин? Размышления о будущем, графика, юмор, хорошие фотографии. Собираем пазл из контента Instagram.
Никита Явейн о Главном штабе
Видео-лекция – около часа – о проекте реконструкции восточного крыла Главного штаба, который стал основным сюжетом юбилейной выставки архитекторов «Студии 44», на youtube Государственного Эрмитажа.
Под взглядом ангелов с небес
Юбилейная выставка «Студии 44» в эрмитажном Генштабе амбициозна, масштабна и разнообразна. Ее задача – показать архитектуру со всех сторон: через кино, макет, чертеж, инсталляцию, и наконец через произведение, саму Анфиладу, которую выставка раскрывает, интенсифицирует и заставляет работать так, как было с самого начала задумано.
Террасы Хрустального мыса
Концепция музейно-образовательного и мемориального комплекса в Севастополе, предложенная Никитой Явейном, избегает прямолинейных акцентов и пафоса, интерпретируя историю места и специфику ландшафта, соединяя общественное пространство обитаемой лестницы и амфитеатров с монументальным монументом.
Третий масштаб
На сложном участке в Одинцовском округе Подмосковья «Студия 44» спроектировала вторую очередь гимназии им. Е.М. Примакова – школу с мощным демократическим пафосом и архитектурой в духе итальянского рационализма.
WAF 2019: в ожидании финала
Говорим c авторами проектов, вышедших в финал премии WAF: об их взгляде на фестиваль, о проектах и вероятных способах презентации.
Поиск стиля
В стремлении найти ответ на давний вопрос о петербургском стиле «Студия 44» соединила контекстуальные аллюзии, современный парафраз северной неоклассики и альтернативный подход к квартальной застройке. Получилось крупно и цельно.
Игорь Явейн. Архитектор транспортных потоков
Олег и Никита Явейны создали сайт про отца – Игоря Явейна: он дает возможность изучить полный архив проектов мастера авангарда, основоположника опередившей свое время теории транспортно-пересадочных узлов, автора книги об архитектуре потоков, актуальной до сих пор.
Театр-город
Вторая очередь Академии танца Бориса Эйфмана выстроена вокруг здания театра, а «крутится» ее пространство вокруг архитектурной сценографии городка-атриума. Получается матрешка: театр в городе, город в театре, и все это школа. Очень эффективный вариант использования пространства.
Как сохранить деревянное: Петербург
«Студия-44» разработала для Санкт-Петербурга Концепцию сохранения памятников деревянной архитектуры. Особенно интересна в ней методика определения ценности зданий, а также параметрическая модель, которая наглядно показывает, что нужно спасать в первую очередь.
Вереница впечатлений
Парк-ожерелье для первой линии намыва Васильевского острова насыщен современными функциями, но обладает регулярной структурой и отсылками к классическим петербургским садам. Проект победил в конкурсе, его планируется реализовать.
Репрезентативная выборка
Семь архитекторов Петербурга – о завершившейся на днях биеннале, защите рынка и открытости, разных поколениях, и о традициях фестиваля, организуемого ОАМ.
Долина знаний
«Студия 44» разработала проект образовательного центра в Сочи, соединив павильонный подход с космическими мотивами, ассоциирующимися с названием центра «Сириус».
Билет на праздник: архитекторы о WAF-2018
В конце ноября прошел очередной фестиваль WAF. На этот раз в Амстердаме. Говорим с восемью российскими участниками, вошедшими в шорт-лист и презентовавшими свои проекты. В том числе и с Никитой Явейном, победителем в номинации Культура-Проект.
Акупунктура городов
На петербургском Культурном форуме архитекторы поговорили о том, какую пользу международные события могут принести городам.
Владимир Фролов: «Стремление к абсолютному комфорту...
В преддверии фестиваля «Зодчество`18» главный редактор журнала «Проект Балтия» Владимир Фролов рассказал о своем кураторском проекте – выставке «Идеал и норма», которую можно будет увидеть в «Манеже» с 19 по 21 ноября
Невидимые города
Какими архитекторы видят идеальные города будущего и что требуется для достижения идеала? Репортаж с выставки «Идеал и норма» и сопровождавшей ее открытие конференции с участием скандинавских архитекторов.
Никита Явейн: «Мы работаем над архитектурой потоков»
Венецианская биеннале длится полгода, до 25 ноября, так что думаю не поздно поговорить и о российском павильоне. Мы выбрали две его экспозиции для более пристального рассмотрения и беседуем с почетным, как оказалось, железнодорожником Никитой Явейном.
WAF: российские проекты
В шорт-лист премии Всемирного фестиваля архитектуры WAF-2018 вошли тринадцать российских проектов от семи архитектурных бюро. Мы поговорили со всеми номинантами о проектах и о том, зачем им фестиваль.
Похожие статьи
Этюды о стекле
Жилой комплекс недалеко от Павелецкого вокзала как символ стремительного преображения района: композиция с разновысотными башнями, изобретательная проработка витражей и зеленая долина во дворе.
Место сбора
В Лондоне открылся 20-й летний павильон из архитектурной программы галереи «Серпентайн». Проект разработан йоханнесбургской мастерской Counterspace.
Эстакада в акварели
К 100-летнему юбилею Владимира Васильковского мастерская Евгения Герасимова вспоминает Ушаковскую развязку, в работе над которой принимал участие художник-архитектор. Показываем акварели и эскизы, в том числе предварительные и не вошедшие в финальный проект, и говорим о важности рисунка.
Летать в облаках
Ресторан в Хибинах как новая достопримечательность: высота 820 над уровнем моря, панорамные виды, эффект левитации и остроумные инженерные решения.
Вулкан Дефанса
В парижском деловом районе Дефанс достраивается башня HEKLA по проекту Жана Нувеля. От соседей ее отличает силуэт и фасадная сетка из солнцерезов.
Керамические тома
Ажурный фасад новой библиотеки по проекту Dietrich | Untertrifaller в австрийском Дорнбирне покрыт полками с книгами – но не бумажными, а из керамики.
Трансформация с умножением
Дворец водных видов спорта в Лужниках – одна из звучных и нетривиальных реконструкций недавних лет, проект, победивший в одном из первых конкурсов, инициированных Сергеем Кузнецовым в роли главного архитектора Москвы. Дворец открылся 2 года назад; приурочиваем рассказ о нем к началу лета, времени купания.
Союз Церкви и государства
Новое здание библиотеки Ламбетского дворца, лондонской резиденции архиепископа Кентерберийского, построено на берегу Темзы напротив Парламента. Авторы проекта – Wright & Wright Architects.
Переговоры среди лепестков
На Венецианской биеннале представлен новый проект Zaha Hadid Architects: модуль-переговорная Alis, подходящий как для интерьеров, так и для использования на открытом воздухе.
Цвет в бетоне и кирпиче
Жилой дом 11-19 Jane Street в Нью-Йорке по проекту бюро Дэвида Чипперфильда развивает архитектурные мотивы исторического района Гринвич-Виллидж.
Курдонеры и конструктивизм
Рассматриваем второй квартал «города в городе» Ligovsky City, построенный по проекту бюро «А.Лен» и сочетающий несколько тенденций, характерных для современной архитектуры города.
Внутри рисованной сетки
При проектировании комплекса апартаментов PLAY в Даниловской слободе архитекторы бюро ADM сделали ставку на образность постройки. Наиболее ярко она проявилась в сложносочиненной сетке фасадов.
Своды и лестницы
В Филадельфии завершилась реконструкция Музея искусств по проекту Фрэнка Гери. Материал исторических и новых частей здания одинаков: золотистый известняк.
Ярусная композиция
Немного Нью-Йорка в Одессе: апарт-комплекс по проекту «Архиматики» с башнями и таунхаусами, площадью и бассейнами.
На соевой траве
Площадь Линкольн-центра в Нью-Йорке превратилась в лужайку из эко-газона: новое общественное пространство станет «главной сценой» для постепенного открытия Метрополитен-оперы, New York City Ballet и Филармонии после карантина.
Белые башни
Жилой комплекс Y-Loft City в городе Чанчжи по проекту пекинского бюро Superimpose Architecture предназначен для поколения Y.
Эстетизация двора
Благоустраивая двор жилого комплекса премиум-класса, бюро GAFA позаботилось не только о соответствующем высокому статусу образе, но и о простых человеческих радостях, а также виртуозно преодолело нормативные ограничения.
Кино под куполом
Музей науки Curiosum с купольным кинотеатром по проекту White Arkitekter расположился в исторической промзоне на севере Швеции, занятой сейчас университетом Умео.
Авангардный каркас из прошлого
В Париже завершилась реконструкция почтамта на улице Лувра по проекту Доминика Перро: почтовая функция сведена к минимуму, вместо нее возникло множество других, включая социальное жилье.
Жук улетел
История проектирования бизнес-центра в Жуковом проезде: с рядом попыток сохранить здание столетнего «холодильника» и современными корпусами, интерпретирующими промышленную тему. Проект уже не актуален, но история, на наш взгляд, интересная.
MasterMind: нейросеть для девелоперов и архитекторов
Программа, разработанная компанией Genpro, способна за полчаса сгенерировать десятки вариантов застройки согласно заданным параметрам, но не исключает творческой работы, а лишь исполняет техническую часть и может быть использована архитекторами для подготовки проекта с последующей передачей данных в AutoCAD, Revit и ArchiCAD.
Шелковые рукава
Металлические ленты Культурного центра по проекту Кристиана де Портзампарка в Сучжоу – парафраз шелковых рукавов артистов куньцюй: для спектаклей этого оперного жанра также предназначен комплекс.
Медные стены, медные баки
Новая штаб-квартира Carlsberg Group в Копенгагене по проекту C. F. Møller получила фасады из медных панелей, напоминающие об исторических чанах для варки пива.
Быть в центре
Апарт-комплекс в центре делового квартала с веерными фасадами и облицовкой с эффектом терраццо.
Авангард на льду
Бюро Coop Himmelb(l)au выиграло конкурс на концепцию хоккейного стадиона «СКА Арена» в Санкт-Петербурге. Он заменит собой снесенный СКК и обещает учесть проект компании «Горка», недавно утвержденный градсоветом для этого места.
Технологии и материалы
Energy Ice – стекло, прозрачное как лед
Energy Ice – новое мультифункциональное стекло, отличающееся максимальным светопропусканием. Попробуем разобраться, в чем преимущество новинки от компании AGC
Стать прозрачнее
Zabor modern предлагает ограждения европейского типа: из тонких металлических профилей, функциональные, эстетичные и в достаточной степени открытые.
Прочность без границ
Инновационный фибробетон Ductal®, превосходящий по прочности и долговечности большинство строительных материалов, позволяет создавать как тончайшие кружевные узоры перфорированных фасадов, так и бархатистые идеальные поверхности большеформатной облицовки.
Обновление коллекции декоров ALUCOBOND® Design
Коллекция декоров ALUCOBOND® Design от компании 3A Composites пополнилась несколькими новыми образцами – все они находятся в русле тренда на натуральность и отвечают самым актуальным тенденциям в дизайне.
Любовь к геометрии
Французское сантехническое оборудование DELABIE для крупных общественных сооружений выбирают выдающиеся архитекторы Жан Нувель, Норман Фостер, SANAA, Руди Ричотти и другие. Представляем новую модель бесконтактных смесителей TEMPOMATIC 4, сочетающих безопасность, мега-экологичность и стильный дизайн.
Урбан-домик на дереве
Современное игровое пространство Halo Cubic от финского производителя Lappset: множество сценариев игры и безупречный дизайн, способный украсить современный жилой комплекс любого класса.
Естественность и сила кирпича ручной работы
Датский ригельный кирпич ручной работы Petersen Kolumba на фасадах частного дома в Иркутске по проекту Станислава Гаврилова напоминает о мощи древнеримской архитектуры и прекрасно справляется с сибирскими морозами. Мы расспросили автора проекта об этом доме и работе с кирпичом Kolumba.
Handmade для кинотеатра «Москва»
Коммерческий директор компании Ледрус Максим Беляев рассказывает о том, в чем состоит специфика работы со светом по индивидуальному дизайн-проекту и как можно переквалифицироваться из поставщика в подрядчика с функциями ведущего консультанта, проектировщика оригинальных решений и производителя в одном лице.
Блестящие перспективы
Lucido – архитектурно ориентированная компания, ставящая во главу угла эстетику и технологичность. Предлагая все виды итальянской керамической плитки и мозаики, Lucido специализируется на керамограните больших форматов. Рассказываем о воссоздании мраморных слэбов, а также об экспериментах с большим форматом звезд мировой архитектуры Кенго Кумы и Даниэля Либескинда.
Материя с гибким характером
Алюминий – разнообразный материал, он работает в широком в диапазоне от гибкого дигитального футуризма – до имитации естественных поверхностей, подходящих для реконструкций и даже стилизаций. Рассказываем о 7 новых жилых комплексах, в которых использован фасадный алюминий компании SEVALCON.
Волшебная линия
Вентиляционные диффузоры Invisiline, созданные архитекторами Майклом и Элен Мирошкиными, завоевали престижную дизайнерскую премию Red Dot 2020. Невидимые решетки, придуманные для собственных проектов, выросли в бренд, ответивший на запросы коллег-архитекторов.
Эффектная сантехника для энергоэффективного дома
Экодом в Чезене, совмещающий функции жилья и рабочей студии архитекторов Маргариты Потенте и Стефано Пирачини, стал первым в Италии примером «пассивного дома», встроенного в плотный фронт городской застройки; кроме того он – результат реконструкции. Интерьеры дома удачно дополняет сантехника Duravit.
Сейчас на главной
Есть ли места на Олимпе? Сексизм и «звездность» в архитектуре
«Есть ли места на Олимпе? Сексизм и «звездность» в архитектуре» Дениз Скотт Браун – это результат личного исследования вопросов авторства, иерархической и гендерной структуры профессии архитектора. Написанная в 1975 году, статья увидела свет лишь в 1989, когда был издан сборник "Architecture: a place for women". С разрешения автора мы публикуем статью, впервые переведенную на русский язык.
Смена масштабов
AMO, исследовательское подразделение бюро OMA, разработало декорации для показа ювелирной коллекции Bvlgari в миланской Галерее Виктора Эммануила II.
Кирпич и свет
«Комната тишины» по проекту бюро gmp в новом аэропорту Берлин-Бранденбург тех же авторов – попытка создать пространство не только для представителей всех религий, но и для неверующих.
Сотворение мира
К 60-летию первого полета человека в космос в Калуге открыли вторую очередь Государственного музея истории космонавтики, спроектированную воронежским архитектором Василием Исаевым. Музей космонавтики-2, деликатно вписанный в высокий берег реки Оки, дополнил ансамбль с легендарным памятником архитектуры 1960-х авторства Бориса Бархина, могилой Циолковского в парке и ракетой «Восток» на музейной площади. Основоположник космонавтики Циолковский, мифологический покровитель Калуги, стал главным героем новой музейной экспозиции, парящим в невесомости, как Бог-Отец в картинах Тинторетто.
Пресса: «Важно сохранять здания разных периодов». Суперзвезда...
У Сергея Чобана необычный профессиональный путь: в девяностые годы он добился признания на Западе и только потом стал востребованным в России. И сейчас его гонорары чуть не дотягивают до уровня мировых легенд вроде Нормана Фостера.
Серебро дерева
Спроектированный Níall McLaughlin Architects деревянный посетительский центр со смотровой башней у замка Даремского епископа напоминает о средневековых постройках у его стен.
Грильяж новейшего времени
Офис продаж ЖК «Переделкино ближнее» компании «Абсолют Недвижимость» стал единственным российским победителем французской дизайнерской премии DNA. Особенности строения – треугольный план, рельефная сетка квадратов на фасадах и амфитеатр внутри.
Цифровой «валун»
В Эйндховене в аренду сдан дом, напечатанный на 3D-принтере: это первое по-настоящему обитаемое «печатное» строение Европы.
Этюды о стекле
Жилой комплекс недалеко от Павелецкого вокзала как символ стремительного преображения района: композиция с разновысотными башнями, изобретательная проработка витражей и зеленая долина во дворе.
Место сбора
В Лондоне открылся 20-й летний павильон из архитектурной программы галереи «Серпентайн». Проект разработан йоханнесбургской мастерской Counterspace.
Сила цвета
Три московских выставки, где важную роль в дизайне экспозиции играет цвет: в Новой Третьяковке, Музее русского импрессионизма и «Царицыно».
Умер Готфрид Бём
Притцкеровский лауреат Готфрид Бём, автор экспрессивных бетонных церквей, скончался на 102-м году жизни.
Эстакада в акварели
К 100-летнему юбилею Владимира Васильковского мастерская Евгения Герасимова вспоминает Ушаковскую развязку, в работе над которой принимал участие художник-архитектор. Показываем акварели и эскизы, в том числе предварительные и не вошедшие в финальный проект, и говорим о важности рисунка.
Идейная составляющая
Попытка систематизации идей, представленных в Арх Каталоге недавно завершившейся выставки Арх Москва: критика, констатация, обоснование, отказ, – все в основном лиричное, традиции «бумажной архитектуры», пожалуй, живы.
Летать в облаках
Ресторан в Хибинах как новая достопримечательность: высота 820 над уровнем моря, панорамные виды, эффект левитации и остроумные инженерные решения.
Видео-разговор об архитектурной атмосфере
В первые дни января 2021 года Елизавета Эбнер запустила @archmosphere.press – проект об архитектуре в Instagram, где она и другие архитекторы рассказывают в видео не длинней 1 минуты об 1 здании в своем городе, в том числе о своих собственных проектах. Мы поговорили с Елизаветой о ее замысле и о достоинствах видео для рассказа об архитектуре.
21+1: гид по архитектурной биеннале в Венеции
В этом году архитектурная биеннале «переехала» в виртуальное пространство: так, 20 национальных экспозиций из 61 представлено в онлайн-формате. Цифровые двойники включают в себя видеоэкскурсии по павильонам, интервью с авторами и записи с церемонии открытия. Публикуем подборку национальных проектов, а также один авторский – от партнера OMA Рейнира де Графа.
Награды Арх Москвы: 2021
В субботу вечером Арх Москва вручила свои дипломы. В этом году – рекордное количество специальных номинаций, а значит, много дипломов досталось проектам с содержательной составляющей.
Вулкан Дефанса
В парижском деловом районе Дефанс достраивается башня HEKLA по проекту Жана Нувеля. От соседей ее отличает силуэт и фасадная сетка из солнцерезов.
Керамические тома
Ажурный фасад новой библиотеки по проекту Dietrich | Untertrifaller в австрийском Дорнбирне покрыт полками с книгами – но не бумажными, а из керамики.
Идеями лучимся / Delirious Moscow
В Гостином дворе открылась 26 по счету Арх Москва. Ее тема – идеи, главный гость – Москва, повсеместно встречаются небоскребы и разговоры о высокоплотной застройке. На выставке присутствует самая высокая башня и самая длинная линейная экспозиция в ее истории. Здесь можно посмотреть на все проекты конкурса «Облик реновации», пока еще не опубликованные.