Дома на набережной. Часть вторая: дворец

«Баркли-плаза», офисное здание на Пречистенской набережной также обращено к реке, как и «Даниловский форт». Но похоже оно уже на крепость, а на дворец.

author pht

Автор текста:
Юлия Тарабарина

13 Августа 2009
mainImg

Архитектор:

Сергей Скуратов

Проект:

Многофункциональный комплекс на Пречистенской наб. (Баркли плаза)
Россия, Москва, Пречистенская набережная, владение 17-19, Курсовой переулок, владение 17

Авторский коллектив:
С.Скуратов – руководитель авт. коллектива, Н.Демидов, А.Медведев, Н.Ишутина, П.Шалимов

2004 – 2008

Заказчик: ЗАО «Укс-Восток».
Поставщик материалов:
Фирма «JUMA» («ЮМА»)
(Юрский мрамор).

Второй «дом на набережной», выпущенный в свет Сергеем Скуратовым в этом году – «Баркли-плаза». Это здание стоит почти что напротив знаменитого иофановского дома, и его прекрасно видно с московской Стрелки, откуда будущий «золотой остров» смотрит на уже существующую «золотую милю» Остоженки. В отличие от специализированного офисного «Даниловского форта», здание на Пречистенской всерьез многофункционально: под землей парковка, в стилобате торговля, выше офисы, а еще выше жилье.

Несложно обнаружить целый список черт сходства, которые роднят между собой «Даниловский форт» и «Баркли плаза». Оба здания офисные, оба на набережных, оба отрезаны от реки автомобильной трассой. Оба состоят из нескольких корпусов, поставленных в два ряда на общем стилобате – один ряд выдвинут вперед, к парадному фасаду, другой вторит ему в глубине. Объемы расположены, условно говоря, в шахматном порядке: передняя линия оказывается не сплошной, а разорванной, в просветах виден второй ряд. Между блоками образуется сквер, приподнятый на кровлю первого яруса. Это внутреннее пространство, проходящим и проезжающим внизу его почти не видно. Но оно не закрыто со всех сторон, как двор-колодец, а выгорожено отдельными корпусами. Здание таким образом становится легче и, если так можно сказать, воздушнее – как будто его изнутри проветривают. Что позволяет избежать тяжеловесности единого массива и превратить все сооружение в подобие городского квартала.
Правда, «Даниловский форт» состоит из трех таких блоков, и во втором ряду оказывается только один из них. Корпуса «Баркли-плаза» поменьше, зато их и числом побольше, три на первой линии и два на второй.

Еще одна общая особенность двух зданий – их главные фасады обращены к набережной и реке, они рассчитаны не только на взгляд вблизи, но и – издали, с другого берега. Река становится для этих фасадов своего рода «парадной площадью», пространством раскрытия. Как следствие, оба здания не «закрываются» от реки стенами, а с интересом смотрят на нее. В отличие от их более старых соседей: на Новоданиловской кругом заборы, на Пречистенской почище, но все равно дома вокруг не очень-то парадные, и речные фасады их больше похожи на дворовые «задники». Дома Сергея Скуратова, таким образом, солидарны в своей открытости к реке и в том, что они воспринимают ее не как вторичное, а как парадное пространство.

А дальше начинаются различия, обусловленные в числе прочего и характером районов, в которых построены эти здания. «Даниловский форт» – крепостной, заводской, кирпичный. «Баркли-плаза» на «золотой» Остоженке – стеклянный, блестяще-белокаменный. Почему белокаменный? Можно было бы вспомнить, что неподалеку некогда был Белый город (теперь на его месте Бульварное кольцо), но это не самая близкая ассоциация. Ближе – современное строительство Остоженки, там известняки в большом почете: это красивый, дорогой и респектабельный отделочный материал.

Так и ориентированы все пять корпусов «Баркли-плазы» – каменными плоскостями к Остоженке, стеклянными к реке. Поэтому, если смотреть с противоположной набережной, все пять фасадов (три по красной линии и два в глубине) сливаются в один стеклянный ряд, темный, в цвет речной воды. Получается два типа окружения, и два типа фасадов, отвечающих каждый своему контексту: городской «остоженский» белый камень, «речное» стекло. Тем более что за стеклом – интригующее пространство, а сама стеклянная плоскость неоднородна, темные и светлые пластины разной степени матовости чередуются здесь, образуя укрупненное подобие водной ряби.

Есть и еще одна закономерность существования стеклянных фасадов: в башнях-небоскребах они часто внешние, холодные и неприступные, как зеркало или айсберг. А в зданиях  поменьше, да еще и в историческом центре стекло обычно появляется во внутренних дворах и играет роль противоположную – почти интерьерную, прикрывая собой балконы и лоджии, и образуя не холодное, а напротив, домашнее и уютное пространство – по принципу «итальянского дворика». Не то чтобы это было строгим правилом, но чаще случается именно так. Есть стекло-стена, есть стекло-лоджия; одно отталкивает, другое притягивает, намекая на пространство за ним.

Стеклянный фасад здания на Пречистенской набережной Сергея Скуратова – из разряда «лоджий», в нем много интерьерного. Это как будто бы двор, раскрытый к реке. Ту же тему поддерживает единственная здесь литературная «говорящая» деталь: окна-бойницы, вертикальные щели с глубокими белокаменными откосами, асимметрично встроенные в поверхность стеклянных фасадов трех блоков «первого ряда». Их форма однозначно ассоциируется с откосами окон средневековых крепостей и храмов. Причем именно внутренними, интерьерными: бойница, узкая снаружи, открывается внутрь широким раструбом – рассеивая свет и давая возможность приблизиться. Вновь вспоминается исчезнувший Белый город, хотя стены на этом месте никогда не было. Неподалеку – да, была. Но все крепостные стены на реку смотрят узкими бойницами, а не широкими раструбами, они отгораживаются от воды и используют ее как преграду, а не как парадную площадь.
Можно подумать, что средневековый сюжет у Сергея Скуратова вывернут наизнанку: белокаменная стена вдруг повернулась к реке лицом, включила воду в себя и перестала от нее отталкиваться. Но настоящая крепостная стена так никогда бы не поступила. Значит, надо искать другой прообраз, тем более что все данные здесь намеки – более чем абстрактны и позволяют разные толкования.

И тогда возникает еще одна средневековая ассоциация – с лоджией, но дворцовой и парадной. Фасадом, обращенным к воде безопасной, к воде, которая играет роль не крепостного рва, а – действительно – парадной площади. Такое можно встретить всего в двух местах, в двух торговых городах, для которых вода и правда всегда была очень важной частью жизни: в Венеции и Константинополе. Идя вдоль длиннейших стамбульских стен и приближаясь к дворцовой части города можно встретить остатки странного на первый взгляд сооружения, совершенного не-крепостного – большие арки, большие обрамленные мрамором. Его обычно называют дворцом Буколеон, хотя в сущности это не более чем парадная пристань Большого императорского дворца. По контрасту с мощными стенами это сооружение выглядит до нелепости открытым к морю, если не знать, насколько хорошо оно было защищено этими самыми стенами (гавань вокруг была выгорожена крепостью). Это была пристань владыки морей – она моря не боялась. Что-то похожее наблюдаем и в венецианских дворцах – лоджии, открытые улицам-каналам и площади-лагуне.

Но вернемся в Москву. В здании на Пречистенской набережной нет никаких прямых цитат (да их и странно было бы здесь ожидать), но общий эффект – наследуется. Весь его речной фасад – большая открытая лоджия, но не уютно-дворовая, а торжественно-парадная, открытая на реку, как на площадь. Этим он похож на византийские и венецианские дворцы – использованием принципа отношения к водному пространству. Река – на артерия, не оборонительный ров и не канализация… Река здесь – площадь. А здание – дворец, обращенный к ней, потому что имея перед собой такую большую площадь странно было бы не приосаниться по-дворцовому.
И сравнивая два приречных здания Сергея Скуратова, можно подумать, что одно из них, расположенное подальше, похоже на часть городской крепости (и не удивительно, что называется «форт»), а другое похоже на дворец, защищенный крепостью. Почти как в Константинополе.

Но и как в Константинополе, выглядят оба здания среди московской суеты как редкие вкрапления. Только там – это остатки истории, а здесь – признаки начала нового отношения к реке. Может быть.

В процессе строительства
Фотография: Ю. Пальмин
Фотография: Ю. Пальмин
Баркли-плаза. Сергей Скуратов architects. Фотография: Ю. Пальмин
Вид со Стрелки. Фотография: Ю. Пальмин
Фасад, выходящий на набережную. Фотография: Ю. Пальмин


Архитектор:

Сергей Скуратов

Проект:

Многофункциональный комплекс на Пречистенской наб. (Баркли плаза)
Россия, Москва, Пречистенская набережная, владение 17-19, Курсовой переулок, владение 17

Авторский коллектив:
С.Скуратов – руководитель авт. коллектива, Н.Демидов, А.Медведев, Н.Ишутина, П.Шалимов

2004 – 2008

Заказчик: ЗАО «Укс-Восток».
Поставщик материалов:
Фирма «JUMA» («ЮМА»)
(Юрский мрамор).

13 Августа 2009

author pht

Автор текста:

Юлия Тарабарина

Технологии и материалы

Японские технологии на родине дымковской игрушки
В Кирове появился новый 15-этажный жилой дом, спроектированный московским архитектором Алексеем Ивановым. Для отделки фасада использовались японские панели KMEW, предназначенные специально для высотного строительства.
Переплетение и контраст
Два московских проекта, в которых архитекторы сочетают панели с разными фактурами из фиброцемента EQUITONE, добиваясь выразительности фасадов.
Вентиляционная створка Venta – современное решение...
Venta обеспечивает безопасное и быстрое проветривание помещений, не создавая сквозняков. Она идеально комбинируется с остекленными и глухими элементами большой площади, а гибкая интеграция системы в любой фасад объекта является отличным решением для архитекторов и проектировщиков.
«Тихий рассвет» – цвет года по версии AkzoNobel
Созданный по итогам масштабных исследований цветовых трендов, проводящихся экспертами со всего мира, этот цвет призван запечатлеть суть того, что делает нас более человечными на заре нового десятилетия.
Разреши себе творить
Бренд DULUX выпустил новую линейку инновационных красок «Легко обновить». В нее вошло всего три продукта, но с их помощью можно преобразить весь дом или квартиру самостоятельно и всего за несколько часов.
Архитекторы из Томска создали мультикомфорт на международном...
По итогам международного архитектурного конкурса «Мультикомфорт от Сен-Гобен» проект российских студентов был отмечен специальным призом. Россия участвует в мероприятии в 8-й раз, но награду получила впервые. Рассказываем, как команде из Томска удалось реализовать концепцию мультикомфортного жилья и чем важен этот конкурс.

Сейчас на главной

Тучков буян: эксперты о главном парке Петербурга
Стартовал конкурс на концепцию парка «Тучков буян», а вместе с ним – страхи, сомнения и большие надежды. В рамках культурного форума архитекторы и чиновники разбирались, как подступиться к первому за долгие годы зеленому пространству, а мы приводим не самые очевидные мнения.
Третий масштаб
На сложном участке в Одинцовском округе Подмосковья «Студия 44» спроектировала вторую очередь гимназии им. Е.М. Примакова – школу с мощным демократическим пафосом и архитектурой в духе итальянского рационализма.
Музей на семи ветрах
В Шанхае на берегу реки Хуанпу построен музей Уэст-Банд. Авторы проекта – David Chipperfield Architects. Первые пять лет там будет показывать свои выставки Центр Помпиду.
Изгибы дюн
Комплекс апартаментов в Сестрорецке с криволинейными формами и выдающейся инфраструктурой, позволяющей охарактеризовать место как парк здоровья или дачу нового типа.
Отдых на Желтой реке
Бутик-отель Lost Villa шанхайской мастерской DAS Lab на границе Внутренней Монголии повторяет форму традиционного местного поселения.
Кирпич старый и новый
В центре Манчестера строится жилой квартал KAMPUS по проекту Mecanoo на 533 квартиры: жилье, кафе и магазины расположатся в новых корпусах и исторических складах из кирпича, а также в бетонной башне 1960-х годов.
Пресса: Где будет центр
Сейчас город — это прежде всего его центр, центром он опознается и остается в голове. Город будущего требует деконструкции центра настоящего. Вопрос: а будет ли у него другой центр?
Консоли над полем
Школьное здание по проекту BIG в пригороде Вашингтона составлено из пяти раскрывающихся как веер ярусов, облицованных белым глазурованным кирпичом.
Бегство из Вавилона
Заметки об инсталляции Александра Бродского для книг Анны Наринской – «Невавилонской библиотеке» в Центре толерантности.
«Вариации на тему»
Плавучие дома по проекту Attika Architekten на канале в центре Нидерландов получили фасады из фиброцементных панелей EQUITONE [natura].
Тонкая игра
Клубный дом в Большом Козихинском, – пример архитектурного разговора о методах и источниках стилизации, врастающей в современные тенденции. С ярким акцентом, вдохновленным работой Льва Бакста для «Дягилевских сезонов».
Профсоюзное движение
В Британии основан профсоюз архитекторов и всех других сотрудников архитектурных бюро, включая секретарей, менеджеров, техников.
Визит в вечную мерзлоту
Архитекторы Snøhetta представили проект посетительского центра The Arc при Всемирном хранилище семян и Мировом архиве на Шпицбергене.
Пресса: Гидроэлектробазилика
Знаменитый итальянский архитектор Ренцо Пьяно и команда фонда V-A-C, основанного бизнесменом Леонидом Михельсоном, рассказали о будущем, пожалуй, самого амбициозного культурного проекта последних лет — ГЭС-2.
Опыты для ржавого ожерелья
Вторая российская молодежная архитектурная биеннале в Казани была посвящена реконструкции промзон. 30 финалистов выполнили проекты для двух конкретных участков столицы Татарстана. Представляем проекты победителей.
Вырасти свой сад
Конгресс World Urban Parks, прошедший в Казани, получился больше про общественные места и энергичных людей, чем собственно про парки. Публикуем самое интересное и полезное из того, что удалось услышать и увидеть.
Велосипеды под холмами
Новая площадь по проекту COBE на кампусе Копенгагенского университета – это холмистый ландшафт, где есть стоянки для велосипедов, театр под открытым небом и «влажные биотопы».
Три корабля
Павильон Италии на Экспо-2020 в Дубае спроектировали архитекторы CRA-Carlo Ratti Associati, Italo Rota Building Office и matteogatto&associati.
Течение краски
В Медийном центре парка Зарядье открылась выставка четырех художников, рисующих города: Альваро Кастаньета, Томаса Шаллера, Сергея Чобана и Сергея Кузнецова. Впервые в Москве такого рода выставка сопровождается иммерсивной экспозицией.
Мозаика функций
Комплекс Agora по проекту Ropa & Associés в Меце на востоке Франции соединил в себе медиатеку, общественный центр и «цифровое» рабочее пространство.
Книги в саду
Бюро «А.Лен» и KCAP Architects&Planners спроектировали для Воронежа жилой комплекс, вдохновляясь Иваном Буниным и пейзажами средней полосы. Получилось современно и свежо.
Комиксы на фасаде
В бывшей мюнхенской промзоне открылось многофункциональное здание WERK12 по проекту MVRDV: сейчас оно вмещает рестораны, фитнес-клуб и офисы, но подходит и для любого другого использования.
Космический ветер
Построенный по проекту бюро ASADOV аэропорт «Гагарин» сочетает выверенную планировочную структуру и культурную программу с авторскими решениями – архитектурным и дизайнерским, в которых угадывается ностальгия по тем временам, когда наша страна шла в светлое будущее и космос был частью жизни каждого.
Пресса: Как в город вернется производство
В том, что постиндустриальный город ничего не производит, есть нечто тревожное. Понятно, что он производит знания и услуги, понятно, что он производит много чего для себя (поэтому пищевая промышленность в Москве даже растет), но как же без всего остального?
Укрупнение
В Гостином дворе открылся очередной фестиваль «Зодчество». Под октябрьским московским солнцем спорят между собой две тенденции: прекрасного будущего и великолепного настоящего.