Беседовала:
Мария Елфимова

Савинкин & Кузьмин: «Оставить указатели, но убрать столбы»

С 17 по 19 октября в Гостином дворе пройдёт XXVII Международный архитектурный фестиваль «Зодчество’19», главной темой которого в этом году стала «Прозрачность». О нынешней концепции и опыте организации фестиваля мы поговорили с его кураторами Владиславом Савинкиным и Владимиром Кузьминым.

23 Сентября 2019
Владислав Савинкин и Владимир Кузьмин – кураторы фестиваля «Зодчество» 2018 и 2019 годов. В прошлом году фестиваль прошел под их началом в Манеже с темой «Реконтекст», в наступающем октябре его планируется открыть в Гостином дворе с темой «Прозрачность». Сбор заявок на следующий конкурс кураторов фестиваля 2020 завершился в прошедшую пятницу; в первый день фестиваля, 17 октября, обещают объявить результаты.

Вашему вниманию – разговор с кураторами второго года об их планах и концепции.

Вы уже работали над «Зодчеством» и в 2005, и в 2006, и в 2012, и в прошлом году. Почему вы решили попробовать себя в роли кураторов еще раз?

Владислав Савинкин: В первые годы мы не были кураторами. Тогда – и в 2006, и в 2012 – мы занимались только экспозицией фестиваля. А в 2017 году мы уже приняли решение поучаствовать в конкурсе на должность кураторов и победили. Как правило, Союз архитекторов выбирает кураторов на два года, поэтому мы работали над «Зодчеством» в прошлом году и вернулись к нему сейчас. Да и нам было интересно высказаться дважды, посмотреть на фестиваль с полярных точек зрения. Выставка 2018 года у нас прошла под эгидой «РЕ-» – всего такого изменчивого, переформатированного. В этом году мы вообще посмотрели на все с точки зрения открытости, прозрачности – мне кажется, этому способствует само пространство Гостиного двора. Конечно, идеально было бы поставить там энное количество масштабных макетов, сделанных из плексигласа, прозрачного пластика и подобных материалов, разбавить это открытыми конструктивными решениями, фрагментами реальных фасадов – и все, больше и делать ничего не надо. Но это мечты, это то, с чем мы выходим как с концепцией. «Зодчество» характерно тем, что у него очень сильные традиции. Можно даже сказать, оно довольно консервативно. Но для нас это и является некой сверхзадачей, мы все-таки мним себя проектировщиками, экспозиционерами, которые смеют и могут что-то менять. Мы в этом себя находим.
Владимир Кузьмин, Владислав Савинкин, Николай Шумаков. Зодчество′2018
© фестиваль «Зодчество»
Владимир Кузьмин. Зодчество′2018
© фестиваль «Зодчество»

В чем вы видите «консерватизм» фестиваля? Что в нем никак нельзя изменить?

В.С.: Проход первых лиц по выставке: он должен быть удобен, нагляден, должен идти от маяка к маяку – желательно, четко выстроенной дорогой. Мы же рассматриваем экспозицию как лабиринт с разной степенью открытости. В имеющихся условиях это тяжело осуществить, но ничего страшного в этом нет. Второй момент – это регионы, которые не всегда охотно поддаются нашим требованиям и пожеланиям. Можно заявить тему «Прозрачность», дать свободу регионам, но они все равно привезут свой парк, свою новую архитектуру, будут смотреть на участие в выставке в большей степени с отчетно-политической стороны, в меньшей – с художественной. Зато так у нас появляется больше свободы и акцента на тропе, которую мы освобождаем (в смысле прозрачности) и отдаем тем, кто играет по нашим правилам – коллегам, проектировщикам, учебным заведениям, которые откликаются более непосредственно, открыто, доброжелательно и пытаются ответить на этот кураторский вопрос: что же такое прозрачность в современной проектной культуре и архитектуре, дизайне, искусстве. Наша профессия вообще компромиссная, поэтому между вот таких двух полюсов мы и стараемся завязать экспозицию, не забывая про дизайнерские объекты, которые будут открыты и тоже пространственно почти прозрачны, будут нести какой-то функциональный смысл. Например, когда делают навигацию, всегда ставят столб и указатель, а мы хотим оставить указатели, но убрать столбы. Конечно, это не так легко сделать, но мы это спроектировали и в настоящее время реализуем.
Владислав Савинкин. Зодчество′2018
© фестиваль «Зодчество»

У вас был опыт организации подобных мероприятий до того, как вы впервые выступили экспозиционерами «Зодчества»?

Владимир Кузьмин: Да, к тому времени мы уже успели выступить в роли кураторов на нескольких мероприятиях, в том числе на выставке «АРХ Москва», сопоставимой по масштабам с «Зодчеством», а в 2008 году мы работали в тесной связи с кураторами Венецианской биеннале. Мы довольно часто курировали мероприятия различного масштаба, но вот «Зодчеством» до 2005-2006 годов ни разу не занимались.

Как изменилось «Зодчество’19» по сравнению с 2006 годом?

В.К.: Главное отличие – мы сейчас намного старше, чем были, когда делали первую выставку. Наш взгляд на жизнь, наши возможности и устремления довольно сильно изменились за это время. Не изменилось главное: мы продолжаем быть архитекторами-дизайнерами, любить эту профессию, работать с пространством. Но мы все-таки стали старше, а это значит, что появились люди моложе и интереснее нас, которые знают то, о чем мы и не догадываемся и чего не будем знать никогда. С каждым годом их становится все больше. Принципиально важно то, что фестиваль поворачивается сейчас лицом к этим людям. Если раньше он был ориентирован на демонстрацию достижений регионов и конкурс всего-всего, то теперь у нас есть возможность в какой-то степени обозначать, отслеживать и пытаться реализовывать все с точки зрения актуальности, потому что время меняется крайне быстро. Чем более чутко «Зодчество» будет реагировать на эти изменения, тем более точно оно сможет отражать сегодняшний день и сегодняшние устремления людей, которые только входят в нашу профессию, начинают работать в совершенно изменившемся мире.
Проект экспозиции фестиваля «Зодчество» в Гостином дворе: эскизное предложение
© Савинкин & Кузьмин

В.С.: Сегодня все стали думать об экспозиции. Уже нет ни компаний, ни архитектурных бюро, ни сокураторов, которые привозят пять планшетов, вешают их и уезжают. Все проектируют экспозицию – кто-то вместе с нами, кто-то отдельно, кто-то сообществами и коллективами, но они заботятся о том, что и как представить. Это не наша заслуга, но мы внесли свой вклад в то, что на фестивале стало мало планшетной развески. Мы с этим боролись и в 2006, и в 2012 году, и хотели если не ликвидировать ее, то хотя бы как-то изменить. Сейчас по выставке интересно ходить и с коллегами, и с родителями, и со студентами – то есть, она стала по-настоящему ярким архитектурно-дизайнерским событием, общественным пространством – кратковременным, но таким, на которое приходят все. Мне кажется, что в этом году «Зодчество» становится еще более открытым. Ты не просто пришел, ничего не понял и ушел. Теперь ты попадаешь в такой лабиринт, в котором тебе интересно побывать. Это самая большая заслуга всех кураторов, которые были на протяжении долгих лет, и мы к этому тоже приложили свою руку.

В.К.: «Зодчество 2006» полностью соответствовало концепции создания фестиваля того времени. Был конкурс, куда подавались все и принимались все, была выставка регионов и еще несколько сопутствующих выставок каких-то материалов, технологий. Не было даже кураторского проекта как такового. Мы чуть ли не первые, кто создал отдельный блок кураторских проектов. Я не берусь судить, возможно, и до нас были такие попытки, но я точно помню, что в том виде и объеме, в котором это есть сейчас, этого не было. Все только начиналось в 2006 году: мы предложили идею, как реорганизовать «рынок архитектуры», который тогда представляла собой выставка. Получилось отодвинуть планшеты немного назад, а впереди мы сделали специальную зону, которая формировала визуальный имидж экспозиции. В дальнейшем, уже через шесть лет, у нас появилась возможность ясно сформулировать средовую концепцию, последовательно ее провести, жестко выделив кураторскую зону. Она была представлена в медиаформате – в виде огромной стены, на которую проецировалась гигантская видеоинсталляция. То, что получилось в 2018 году, и то, что, мы надеемся, получится в 2019 году – это развитие кураторского блока, акцентирование его. Мы благодарны Союзу архитекторов, что он на это идет, всячески пытается найти возможности для реализации нашей идеи. Кроме того, нас поддерживают и компании-партнеры, которые тоже участвуют в создании пространства, видят в этом смысл.
Проект экспозиции фестиваля «Зодчество» в Гостином дворе: первоначальная визуализация
© Савинкин & Кузьмин

Вы сказали, что «Зодчество» становится более открытым молодым людям, которые только входят в профессию. В чем выражается эта открытость?

В.К.: В том, что они в принципе появляются на фестивале, становятся не просто номинальными участниками некого заочного абстрактного конкурса планшетов с изображениями, а они уже входят в контекст работы отдельных частей экспозиции – и в рамках кураторских проектов, и в рамках специальных проектов. В этом году у нас будет представлено несколько архитектурных школ, а Ассамблея молодых архитекторов сделает отдельную экспозицию. Разные специальные проекты, по сути, представляют собой инициативы достаточно молодых специалистов.

Как вы придумали тему «Прозрачность»? Что она подразумевает?

В.С.: Мы сейчас открываем человеку город, открываем доступ даже к каким-то секретным зданиям. Мои студенты из Института бизнеса и дизайна участвовали в конкурсе на дизайн лабораторий; кто-нибудь когда-нибудь проектировал лаборатории открыто? А теперь об этом говорят. Казалось бы, лаборатория – это что-то секретное, и дизайн интерьера ей не нужен, лишь бы ничего не взорвалось. А теперь люди понимают, что там должна быть комфортная среда и для сотрудников, и для гостей – не только членов правительства. Например, там можно устраивать выставки для школьников, показывать им, как рождается искусственная нефть или еще что-то. Вот в этом состоит открытость. Мне не хочется говорить, что открытость – это стеклянные фасады, обнаженные конструкции, открытые перегородки, мобильность, это само собой разумеется. Дематериализация стен давно уже присутствует. Они утончаются, перегородки исчезают, мир становится открытым вместе с архитектурой. У этого явления есть и обратная сторона: ты такой открытый и замечательный бежишь и вдруг ударяешься лбом о стеклянную стену, и никто тебя не отгородил, никто не уберег ни от кирпича, который падает сверху, ни от встречи с дураком.

В.К.: Надеемся, что в рамках специальных и кураторских проектов, которые мы представим на фестивале, мы все вместе попробуем ответить на вопрос о том, что такое прозрачность. Ведь в этом и состоит задача кураторов – создавать такие условия, в которых возникают разные ответы.
  • zooming
    1 / 4
    Проект экспозиции фестиваля «Зодчество» в Гостином дворе, модель 07.02.2019
    © Савинкин & Кузьмин
  • zooming
    2 / 4
    Проект экспозиции фестиваля «Зодчество» в Гостином дворе: план 1
    © Савинкин & Кузьмин
  • zooming
    3 / 4
    Проект экспозиции фестиваля «Зодчество» в Гостином дворе: план 2
    © Савинкин & Кузьмин
  • zooming
    4 / 4
    Проект экспозиции фестиваля «Зодчество» в Гостином дворе: боковая перспектива
    © Савинкин & Кузьмин

Вы уже назвали некоторые технологии и материалы, которые позволяют достичь прозрачности. Кроме стекла и утончения стен, что еще используется для этого?

В.С.: Вода, воздух. Разные художественные и архитектурные экспозиции, выполненные с дизайнерской точки зрения, давно нам показывают, что можно проходить через воздушную стену. Например, мы приезжаем в Милан и по пути на железнодорожный вокзал попадаем под струю охлаждающего пара. Проходя через эту границу, мы становимся новыми людьми. Можно сказать, что это что-то точечное, сиюминутное, художественный жест, но вот еще пример: как мы проходим в Сингапуре турникеты? Мы просто идем и нас считывают.

Какие еще материалы вы могли бы привести в пример?

В.К.: Сетки, различные полимеры, структуры разной степени заполненности, системы элементов и конструкций, которые так или иначе характеризуются как прозрачные. Существуют приемы, обеспечивающие использование стандартных обычных материалов в ситуациях, когда они становятся прозрачными.

Что это за приемы?

В.К.: Возьмем бетон. Мы знаем, что он совершенно непрозрачен сам по себе, но представьте себе, что есть бетон светопрозрачный. В нем есть соответствующая структура, которая позволяет ему достичь определённой степени прозрачности, но при этом он остается бетоном. Любой материал, который существует в реальности – любой камень, дерево – при определенных условиях может так или иначе быть связан с идеей прозрачности. Об этом наша кураторская экспозиция.

В прошлом году пространственной концепцией был архитектон, а что планируется в этом году? Как будет выглядеть пространство?

В.С.: Сохранится ось, которая, с одной стороны, станет сложнее, с другой – прозрачнее. Будет использоваться прозрачный пластик в разных своих ипостасях – как стена, как колонна. Прозрачные макеты покажут архитектуру с новой стороны. Выставка будет о том, что в любом общественном пространстве, в любом своем архитектурном проекте мы можем увидеть открытость. Никто сейчас не будет огораживать индивидуальный жилой дом четырехметровым забором, мир изменился. Твой дом должен быть открыт семье, родственникам, гостям. Если говорить об общественном, офисном здании – мы видим лобби, холлы, скульптуры, которые как бы заманивают, демонстрируют какую-то современность этих компаний. О том, что экстерьер и интерьер интегрируются друг в друга, думаю, уже знает вся российская архитектура. Где бы мы ни находились, мы сейчас видим один и тот же принцип построения зданий: ты как бы все время находишься в аркаде, гуляешь по аркадам. Вроде бы ты на улице, но в это же время в домике. Ты можешь пройти расстояния размером с Бульварное кольцо по аркаде, не промокнув от дождя. Естественно, можешь выйти и вовне – это тоже открытость. Мы предлагаем нашим коллегам и партнерам в любом своем найти эту долю, степень, массу открытости или прозрачности на разных уровнях и продемонстрировать ее на выставке.

Какие спецпроекты вы представите в этом году на «Зодчестве»?

В.К.: Будет спецпроект, связанный с темой прозрачности города, – это такое художественное визионерское представление о том, как выглядит и как воспринимается город через фото- и видеоряд, фиксирующий мгновения этой прозрачности городской среды. Кроме того, мы представим работу, демонстрирующую идеологическую прозрачность почти тридцатилетнего опыта российской архитектуры нового времени – это продолжение выставки, которую делали в музее Щусева. Также посетители смогут посетить выставку журнала «Проект Россия», который покажет несколько отдельных, ими подобранных молодых, перспективных, быстро развивающихся архитектурных бюро с этакой манифестальной демонстрацией идеи прозрачности. Компании-производители расскажут об опыте использования прозрачных конструкций в мире. Свои работы покажут и Совет молодых архитекторов, и дети. Ассоциация деревянного домостроения представит проект, который будет как бы декларировать прозрачность в рамках деревянной архитектуры. Представители высокотехнологичных проектных структур также поделятся своим опытом в этой области.

Уже известно, какие регионы будут экспонироваться в этом году?

В.К.: По традиции фланкируют выставку Москва и Московская область, Санкт-Петербург, а за ними идут порядка пятнадцати регионов. Мы организуем большую открытую центральную зону, которую можно обойти восьмёркой, а регионы и мастерские будут как бы смотреть в эту зону, это такая скрытая открытость.

Каких изменений от «Зодчества» вы ждете в будущем?

В.К.: Нужно прийти к тому, чтобы все предоставляемые материалы соответствовали теме и времени. Наш фестиваль – не то место, где есть жесткая воля кураторов, он предполагает весьма толерантное отношение ко всему и показывает приблизительно следующее: сейчас мы выглядим так. Это неправильно, если мы все время будем тиражировать себя такими, какие мы есть сейчас, в чем же будет развитие? Нужно ориентироваться на завтра и на послезавтра. Кроме того, у фестиваля есть достаточно большой бэкграунд очень интересных персонажей, которые были кураторами. Создание комитета экс-кураторов может стать очень ресурсным форматом помощи будущим кураторам. Это уже отчасти проводилось в форме консультативного собрания совета на прошлом «Зодчестве». Я надеюсь, что и в этом году мы устроим такую встречу экс-кураторов и партнеров, заинтересованных в обсуждении возможных путей развития фестиваля. Мы очень приветствуем такие вещи.

В манифесте «Зодчества’19» говорится, что «сегодня нет иного выхода, кроме как самим раскрывать свои творческие кредо, сокровенные мысли, тайные проекты, «мощные двери», «заполненные кладовые». Какое ваше творческое кредо сейчас? Какие свои тайные проекты вы стремитесь реализовать в рамках фестиваля?

В.С.: Не знаю, созрею я или нет показать свои записные книжки. Что у меня есть? За годы работы наберется высотой два метра восемьдесят сантиметров каких-то блокнотов, молескинов, альбомов. Собственно, это моя жизнь. Я бы мог их разложить, и пусть там смотрят мои рисунки, почеркушки, записи, эскизы, намерения, проекты, переживания, иногда стихи. Я сознаю, что мало кому интересно копаться внутри другого человека. Высшая степень открытости – продемонстрировать то, с чем ты остаешься один на один. Это же выставка, художественный жест, мечта. Не думаю, конечно, что выставлю их, но внутренне я созрел для этого. Мы с Владимиром закончили в этом году учебную группу в МАРХИ, там у нас есть энное количество дипломов с какой-то степенью прозрачности, открытости: прозрачные макеты, прозрачные фасады. Скорее всего, мы их продемонстрируем. О себе мы мало думаем сейчас, мы думаем, как бы все, с кем мы общаемся, выступили так, как нам надо. А свои проекты… Не знаю, будет ли у нас закуток «Открытость кураторов». Мы об этом пока не думали. По сути, вся наша открытость будет выражена в экспозиции. Там будут видны наши приемы и ходы.

В.К.: Работа с фестивалем – это и есть то многогранное представление о сегодняшнем дне, которое нам представляется актуальным. Оно не претендует на некий всеобъемлющий характер, но оно совершенно точно стереоскопично, оно как бы не имеет границ, и, пожалуй, эта безграничность и прозрачность проектного процесса, понимание того, что он не заканчивается завершением строительства какого-то объекта или созданием экспозиции фестиваля – это и есть наше кредо. Его мы сделали темой фестиваля и адресовали всему архитектурному сообществу.

ХХVII Международный фестиваль «Зодчество’19» будет проходить с 17 по 19 октября в Гостином дворе. Ознакомиться с подробной информацией о событии и зарегистрироваться на фестиваль в качестве гостя можно на официальном сайте www.zodchestvo.com.

0

23 Сентября 2019

Беседовала:

Мария Елфимова
comments powered by HyperComments

Технологии и материалы

Condair – партнёр архитекторов
Награждать архитекторов деловыми профессиональными поездками мы решили на постоянной основе. Это даст возможность архитекторам совершенствоваться, получать новые знания и посмотреть на мир с позиции людей, создающих качественный воздух в архитектурных пространствах.
Life Challenge 2020: проекты российских архитекторов борются...
Стартовал международный конкурс Baumit на лучшие европейские фасады Life Challenge 2020, в котором принимают участие более 300 работ из 25 стран. Раз в два года профессиональное жюри выбирает самый яркий и неповторимый проект. В этом году за престижную премию будут бороться российские архитекторы. С февраля по апрель также проходит открытое голосование за лучшее оформление здания.
ArchYouth-2020: объявлены победители III сезона
Каждый из победителей детально разобрался в тонкостях остекления своего проекта, правильно рассчитал формулы стеклопакетов, подобрал стёкла и профильные системы.
Английский кирпич в московских Кадашах
Кирпич IBSTOCK Bristol Brown A0628A, привезенный компанией «Кирилл» прямо из Великобритании для фасадов ЖК «Монополист» в Кадашах, стал для комплекса, нового, но вписанного в контекст и расположенного рядом с известнейшим шедевром конца XVII века, основой для сдержанно-историчной и в то же время современной образности.
Измеряй и фиксируй
Лазерный сканер Leica BLK360 – самый компактный из существующих, но в то же время достаточно мощный: за короткое время с его помощью можно провести высокоточные обмеры и создать 3D-модель объекта. Как прибор, который легко помещается в рюкзак или сумку, ускоряет процесс проектирования, снижает риски и помогает экономить – в нашем материале.

Сейчас на главной

Градсовет удалённо / 25.03.2020
Градсовет впервые за историю своего существования работал дистанционно: обсуждали «готичный» бизнес-центр и эскиз жилого комплекса на севере города. Мы попытались подготовить удаленный же репортаж и заодно расспросить петербургских архитекторов о работе он-лайн.
Жилье с поддержкой
Комплекс MLK1101 в Лос-Анджелесе по проекту Lorcan O’Herlihy Architects – это жилье для бездомных ветеранов вооруженных сил, «хронических» бездомных и семей без места жительства.
Баланс уплотнения
Мастерская Анатолия Столярчука проектирует дом, который вынужденно доминирует над окружающей застройкой, но стремится привести сложившуюся среду к гармонии и развитию.
Сечение «Армады»
Клубный дом в историческом центре Екатеринбурга превращает разновысотность в основу образа: скос его силуэта созвучен скатным кровлям старых зданий, но он же становится ярким и современным пластическим акцентом.
Умер Майкл Соркин
Скончался американский архитектор, урбанист и публицист Майкл Соркин – второй, после Витторио Греготти, крупный архитектурный деятель, ставший жертвой коронавируса.
Александра Черткова: «Для нас принципиально важно...
В преддверии выставки «Город: детали», которая должна была открыться сегодня на ВДНХ, а теперь перенеслась на неопределенный срок, архитектор и партнер бюро «Дружба» Александра Черткова рассказала об основных принципах создания комфортного пространства для детей, ключевых трендах в проектировании детских площадок, а также о том, как москвичи принимают участие в городском развитии.
Очевидные неочевидности на улицах Нью-Йорка
Публикуем 7 главок из новой книги Strelka Press «Код города. 100 наблюдений, которые помогут понять город» Анне Миколайт и Морица Пюркхауэра – собрания замеченных авторами закономерностей, которые пригодятся при проектировании городской среды.
Каменная мозаика
Универмаг Galleria по проекту бюро OMA в южнокорейском Квангё получил «мозаичный» фасад из 12 000 гранитных и 2500 стеклянных треугольников.
Салют Кикоину!
Проект-победитель конкурса Малых городов для Новоуральска прославляет знаменитого физика, а также превращает бульвар на окраине в одно из главных общественных пространств.
WAF: «Оскар», но архитектурный
Говорим с авторами трех проектов, собравших награды WAF: редевелопента Бадаевского завода – Herzog & de Meuron, ЖК «Комфорт Таун» – Архиматика, и Парка будущих поколений в Якутске – ATRIUM.
Лестница без конца
Берлинское бюро Barkow Leibinger создало декорации для постановки оперы «Фиделио» Людвига ван Бетховена в венском Театре ан дер Вин. Режиссер – Кристоф Вальц, дважды лауреат «Оскара» за роли в фильмах Квентина Тарантино.
Пресса: Выживет ли урбанистика в России
Урбанистика сегодня в России — синоним воровства. Если человек посадил дерево или построил дом, то понятно зачем. Чтобы стибрить, вот зачем. Отсюда вопрос об урбанизме в России будущего — по крайней мере, если мы исходим из надежды, что дальше должно быть как-то лучше,— решается однозначно: его не будет <...>
Мрамор среди домн
Библиотека Люксембургского университета на территории бывшего сталелитейного завода – это перестроенное мастерской Valentiny Hvp Architects хранилище для руды.
Ключевое слово: «телеработа»
Архитекторы, профильные СМИ и вузы по всему миру реагируют на ситуацию пандемии, пытаясь обезопасить сотрудников и студентов, сохранив учебный и рабочий процесс. Говорим с руководителями нескольких московских бюро об их планах удаленной работы, а также рассказываем, как реагируют на эпидемию архитекторы мира.
Дискуссия о Дворце пионеров
Публикуем концепцию комплексного обновления московского Дворца Пионеров Феликса Новикова и Ильи Заливухина, и рассказываем о его обсуждении в Большом зале Москомархитектуры 4 марта.
«Дом бездомных»
Католический приют для социально незащищенных людей в деревне на юго-востоке Польши построен по проекту бюро xystudio с бережным отношением к окружающей среде.
Драгоценное пространство
Evotion design и T+T architects сообщили о завершении интерьера штаб-квартиры Сбербанка на Кутузовском проспекте. В центре атриума здесь парит переговорная-«Диамант», и все похоже на шкатулку с драгоценностями, в том числе высокотехнологичными.
Берег Дона
Проект из числа победителей конкурса Малых городов посвящен благоустройству берега реки Дон в промышленой части городка Данков, небольшого, но экономически успешного.
Реконструкция с чувством
Перед стартом курса МАРШ Re(New), слушатели которого будут работать со зданиями Хлопкопрядильной фабрики, куратор Дарья Минеева рассуждает о смысле и путях реконструкции.
Живописное жилье
В новом нью-йоркском комплексе Denizen Bushwick – 900 квартир, из которых 20% доступных, а высокую плотность смягчает монументальное искусство, озеленение и разнообразная инфраструктура. Авторы проекта – бюро ODA.
Верста на соляных берегах
Пешеходный маршрут с уклоном в туризм и исторические реконструкции, но не без спорта: проект-победитель конкурса Малых городов для Соликамска.
Большая маленькая победа
В небольшой по масштабу школе в Домодедове бюро ASADOV_ мастерски справилось с ограничениями в виде скромного бюджета и жестких лимитов площади, спроектировав светлые классы, гуманные рекреации и даже многосветный атриум с амфитеатром, ставший центром школьной жизни.
Чандигарх: фрагменты модернистской утопии
Публикуем фотографии и эссе Роберто Конте об архитектуре Чандигарха – от прославленного Капитолия Ле Корбюзье до менее известных жилых домов, кинотеатров, вузовских корпусов авторства его соратников и последователей.
Здание как Интернет
В культурно-общественном центре Forum Groningen по проекту NL Architects на севере Нидерландов можно бродить и находить информацию по всем областям знаний так же свободно, как во Всемирной сети.
Высокая горка
Начинаем публикацию проектов, победивших в конкурсе «Исторические поселения и малые города». Первый присланный – проект для Новохопёрска. Он соединяет две части города, вписан в пешеходные маршруты и эффектно использует ландшафтные красоты.
АБ Крупный план: «Важно, чтобы форма не была случайной,...
Беседа с Сергеем Никешкиным и Андреем Михайловым, партнерами-сооснователями архитектурно-инжиниринговой компании «Крупный план» – о ее структуре и истории развития, принципах, поиске формы и понятии современности.
Коворкинг под вуалью
Бюро Cano Lasso Arquitectos дало фасаду лондонского коворкинга полимерную «вуаль», а интерьер превратило в фантастический ландшафт – в соответствии с идеями заказчика, борющейся со скукой арендаторов компании Second Home.
Искушение традицией
В вилле по проекту Simone Subissati Architects в итальянской области Марке соединены геометрия традиционных сельских домов и идеи радикальной архитектуры 1970-х.
Градсовет 4.03.2020
Как паркинг привел к разговору об энергоэффективности, а памятник Федору Ушакову поднял проблему восстановления собора.
Социо-биология ландшафта
Список новых типологий общественных пространств и объектов вновь пополнился благодаря бюро Wowhaus. На этот раз команда предложила кардинально новый для России подход к созданию места общения людей и животных
Старое и новое на техасском солнце
Промышленный комплекс начала XX века в пригороде столицы Техаса Остина, сохранив свой облик, вместил после реконструкции по проекту бюро Cushing Terrell рестораны, магазины, учреждения сервиса и общественные пространства.
Малые города: 2020/2021
В конце февраля Минстрой объявил 80 победителей конкурса «Малых городов», призовой фонд которого теперь, на третий год проведения, увеличен вдвое, с 5 до 11 млрд рублей. Перечисляем победителей, рассматриваем несколько проектов.
Под взглядом ангелов с небес
Юбилейная выставка «Студии 44» в эрмитажном Генштабе амбициозна, масштабна и разнообразна. Ее задача – показать архитектуру со всех сторон: через кино, макет, чертеж, инсталляцию, и наконец через произведение, саму Анфиладу, которую выставка раскрывает, интенсифицирует и заставляет работать так, как было с самого начала задумано.
Имена многократного использования
Дублинское бюро Grafton стало лауреатом Притцкеровской премии-2020: это лишь последняя из града наград и других знаков признания, который сыпется на основательниц этой мастерской в последние годы.
Проект «в рубчик»
Бюро FTA Group превратило фабрику по производству вельвета в Шанхае в комплекс офисных и сервисных пространств, сохранив историю места – в общем и в деталях.
Новая версия старого города
Дом на Малой Ордынке, 19 идеально вписался в строй улицы и даже как будто выправил ее, задал новый тон – фактуры, блеска, «солнечного» тепла и одновременно сдержанной гармонии всех этих необходимых составляющих архитектуры дорогого современного дома.
Горки Дружбы
Детская площадка дома на Малой Ордынке, 19, подается и авторами, и девелопером как произведение с отдельной ценностью. Она, действительно, насыщена: как функциями, так и пространством, и пластикой.