Вопрос «Каскада»

Правительство Армении одобрило инвестиционную программу, подразумевающую завершение «Каскада», ключевой постройки Еревана 1980-х, согласно новому проекту Wilmotte & Associés. О судьбе, значении и возможном будущем «Каскада» рассказали Архи.ру историки архитектуры Карен Бальян и Анна Броновицкая.

mainImg
Инвестиционная программа (52 млн долларов США) по завершению «Каскада», комплекса лестниц и террас с пространствами культурной функции, была предложена ООО «Джи Ти Би Дивелопмент» (GTB Develpment): компания обязуется реализовать проект Жана-Мишеля Вильмота и его бюро в течение пяти лет. Культурный центр вместит концертный зал на 1000 человек, музей современного искусства, художественные мастерские, пространства для проведения официальных мероприятий, общественные зоны, рестораны и так далее.
 
Проект культурного центра на вершине «Каскада» в Ереване. Архитекторы Wilmotte & Associés
© Wilmotte & Associés / Администрация города Ереван

Проект Wilmotte & Associés был выбран жителями Еревана на онлайн-голосовании в 2024; альтернативой был более ранний вариант американского архитектора Дэвида Хотсона.
 
Проект культурного центра на вершине «Каскада» в Ереване. Архитекторы Wilmotte & Associés
© Wilmotte & Associés / Администрация города Ереван

GTB Develpment получит компенсацию за реализацию проекта: компании передают участок справа от «Каскада» для строительства многофункционального комплекса с гостиницей, спа-центром и ресторанами.
 
Карен Бальян, историк архитектуры, автор книги о Джиме Торосяне:
«Идея «Каскада» была заложена еще в генеральном плане Александра Таманяна (утвержден в 1924), однако не в таком масштабе. Реализованный проект Джима Торосяна, Саркиса Гурзадяна и Аслана Мхитаряна продолжает линию монумента к 50-летию Октябрьской революции авторства Торосяна и Гурзадяна (1967, сейчас – «Возрожденная Армения»), стоящего на вершине холма, по склону которого спускается «Каскад». Это важная часть градостроительной оси, идущей из центра Еревана на север, сравнительно новое направление в его развитии, с крупными жилыми массивами, кардиологическим центром Торосяна (1960-е годы) и так далее.
То, что верхняя часть «Каскада» осталась невоплощенной, лишила его ключевой функциональной роли: он должен был связывать подножие и вершину холма, где перепад высот составляет 118 м. По идее архитекторов, горожане могли подниматься по лестницам и эскалаторам наверх – к расположенным там монументу 50-летия, большому парку, памятнику «Мать Армения» – и двигаться далее на север. После прекращения строительства от верхнего реализованного уровня сооружения можно было лишь по тропинкам пройти через незастроенный участок к монументу; сейчас там выкопан котлован для оставшегося на бумаге культурного центра. Поэтому завершение «Каскада», создание задуманной его авторами связи – крайне важная и необходимая для Еревана задача.
В постсоветское время вокруг «Каскада» появились крупные постройки, в том числе нарушающие цельность его образа, например, Центр Азнавура. В то же время сооружение «Каскада», остановившееся после Спитакского землетрясения в декабре 1988 года, продолжилось: в 1990-х были запущены важные для города эскалаторы, а в 2000-х «Каскад» был достроен до сегодняшнего состояния на средства американского предпринимателя и мецената Джерарда Левона Гафесчяна: внутри разместился Центр искусств его имени. Этот проект спас «Каскад», тем более что использование этого сооружения для культурных мероприятий было задумано еще его авторами. Как и планировалось, в залах находятся триптих, посвященный истории Армении (живописец Григор Ханджян), и барельеф «Давид Сасунский» (скульптор Арташес Овсепян), устроены экспозиционные пространства, а на самом верхнем, пятом, ярусе – небольшой концертный зал с панорамным видом на Ереван.
По ранней версии проекта, «Каскад» должен был завершаться тремя амфитеатрами, затем архитекторы предложили возвести наверху террасу со стелами, через которые вел путь к монументу 50-летия революции.
В 2002 Гафесчян провел международный конкурс на проект нового завершения –музея современного искусства, но все представленные проекты были очень радикальными, не учитывающими важность непрерывного развития северной градостроительной оси Еревана. В итоге Гафесчян не выбрал ни одного из трех призеров, а пригласил для разработки проекта нью-йоркского архитектора Дэвида Хотсона, который тоже не стал учитывать градостроительную ситуацию. Для реализации его замысла на вершине холма вырыли котлован, но из-за мирового экономического кризиса 2008-го работы остановились, а в 2013 скончался и сам Гафесчян. Из-за этого котлована разорвалась ось, ведущая от верхнего яруса «Каскада» к монументу 50-летия революции.
В 2024 незавершенный участок наверху «Каскада» был возвращен Фондом Гафесчяна городу, и ереванские власти провели онлайн-голосование: горожанам предлагалось выбрать между более ранним, асимметричным и радикальным, проектом завершения авторства Дэвида Хотсона и свежим, сравнительно нейтральным проектом Жана-Мишеля Вильмота.
Проект культурного центра на вершине «Каскада» в Ереване. Архитекторы Wilmotte & Associés
© Wilmotte & Associés / Администрация города Ереван

Судя по визуализациям, предложение Вильмота кардинально разрывает связь между «Каскадом» и монументом самим объемом культурного центра с подчеркнутыми горизонтальными плоскостями, где разместят выставочные залы, концертный зал на 1000 человек, рестораны. Скорее всего, будет видна только верхняя часть 50-метровой колонны с ее завершающим декоративным элементом. Такая программа нужна городу, но не в подобной форме – разрывающей градостроительную связь и разрушающей замысел Джима Торосяна, Саркиса Гурзадяна и Аслана Мхитаряна.
Вместе с тем, их проект «Каскада» невозможно завершить без участия Торосяна и Гурзадяна, ныне уже скончавшихся. А идея стилизации, которую предлагают некоторые коллеги-архитекторы, мне не нравится. Нужен новый проект, но предельно тактичный, с сохранением связи между «Каскадом» и монументом 50-летия революции.
Вариантом могло бы стать восстановление вершины холма, где сейчас выкопан котлован, и прокладка по ней дороги от верхнего уровня «Каскада» к монументу. Там же, но под землей, можно было бы устроить и концертный зал, и выставочные пространства, и другие необходимые помещения. Такое предложение высказывалось представителями архитектурного сообщества Армении.
Отдельный момент – вокруг «Каскада» необходимо посадить деревья, что также планировалось изначально. Тем более что город подошел к нему ближе, чем нужно, и нужная некая буферная зона между ними. Отметим, что Вильмот намеревается провести здесь озеленение.
Проект культурного центра на вершине «Каскада» в Ереване. Архитекторы Wilmotte & Associés
© Wilmotte & Associés / Администрация города Ереван

И третий момент, который очень настораживает, – это будущая жилая застройка на соседних с «Каскадом» участках. Она планируется в непосредственной близости к соседней оси, ведущей к памятнику «Мать Армения» и зданию Матенадарана, и если новые дома станут в итоге выше «Каскада» и будущего культурного центра, то Центр Азнавура покажется в сравнении незначительной ошибкой.»
Проект культурного центра на вершине «Каскада» в Ереване. Архитекторы Wilmotte & Associés
© Wilmotte & Associés / Администрация города Ереван
Проект культурного центра на вершине «Каскада» в Ереване. Архитекторы Wilmotte & Associés
© Wilmotte & Associés / Администрация города Ереван
Проект культурного центра на вершине «Каскада» в Ереване. Архитекторы Wilmotte & Associés
© Wilmotte & Associés / Администрация города Ереван
Анна Броновицкая, историк архитектуры, автор готовящегося к изданию справочника-путеводителя по архитектуре советского модернизма в Ереване:
«Главная проблема «Каскада» – его странная типология: смесь транспортной инфраструктуры, общественного пространства и культурного центра.
Таманян видел «Каскад» как лестницу, связывающий город с Канакерским плато, где он размещал зеленую зону. Расположение «Каскада» фиксировало главную ось таманяновского генплана, ориентированного на Арарат. Соответственно, площадки лестницы давали возможность созерцать город и сакральную для армян гору. Эскизов «Каскада» Таманян не оставил, но он явно представлял что-то вроде Потемкинской лестницы в Одессе или же той лестницы, которую предлагал построить на Ленинских горах в Москве Александр Власов.
Идея «Каскада» оставалась подвешенной в воздухе до 1960-х, когда были зафиксированы его крайние точки: наверху был поставлен обелиск в честь 50-летия Октябрьской революции (теперь это памятник «Возрожденная Армения»), а внизу устроен небольшой водный каскад с мозаикой скульптора Дереника Даниеляна. Соединяла их необустроенная пешая тропа.
Тем временем на Канакерском плато появились обширные жилые районы, до появления метро в начале 1980-х связанные с центром города лишь одной автомобильной дорогой, на которой постоянно возникали пробки. Удобная пешеходная связь между двумя уровнями города стала не просто желательна, но остро необходима. В начале 1970-х наконец началось проектирование лестницы, задуманной Таманяном в 1924 году.
Уже выбор в качестве архитекторов «Каскада» авторов памятника революции на его вершине, Джима Торосяна и Саркиса Гурзадяна, показывает, что с самого начала символическая составляющая была не менее важна, чем инфраструктурная. А в ходе проектирования проект неимоверно разросся, включив не только фонтаны, эспланады для торжественных шествий и открытые амфитеатры, но и просторные залы, декор которых посвящен величию Армении. Неудивительно, что строительство затянулось и денег на осуществление всего этого великолепия не хватило.
После Спитакского землетрясения 1988 года ресурсы республики были сконцентрированы на преодолении последствий катастрофы, и строительство «Каскада» было заморожено.
Поразительно, но когда в независимой Армении нашлась возможность вернуться к завершению «Каскада», приоритетом стала доделка уже построенных раньше частей, а не доведение лестниц и эскалаторов до верха. Логичным было бы не проводить конкурсы, а завершить имеющийся проект, тем более что Аслан Мхитарян, соавтор Торосяна и Гурзадяна, до сих пор работает и мог бы адаптировать замысел 1980-х к современным реалиям. Меняющиеся городские власти раз за разом делают выбор в пользу престижа, из-за чего достройка «Каскада» уже не однажды срывалась. Теперь снова выбран амбициозный и дорогой проект, реализация которой в современной экономической ситуации отнюдь не гарантирована.»
Проект культурного центра на вершине «Каскада» в Ереване. Архитекторы Wilmotte & Associés
© Wilmotte & Associés / Администрация города Ереван
zooming
Проект культурного центра на вершине «Каскада» в Ереване. Архитекторы Wilmotte & Associés
© Wilmotte & Associés / Администрация города Ереван
Проект культурного центра на вершине «Каскада» в Ереване. Архитекторы Wilmotte & Associés
© Wilmotte & Associés / Администрация города Ереван
  • zooming
    1 / 4
    Проект культурного центра на вершине «Каскада» в Ереване. Архитекторы Wilmotte & Associés
    © Wilmotte & Associés / Администрация города Ереван
  • zooming
    2 / 4
    Проект культурного центра на вершине «Каскада» в Ереване. Архитекторы Wilmotte & Associés
    © Wilmotte & Associés / Администрация города Ереван
  • zooming
    3 / 4
    Проект культурного центра на вершине «Каскада» в Ереване. Архитекторы Wilmotte & Associés
    © Wilmotte & Associés / Администрация города Ереван
  • zooming
    4 / 4
    Проект культурного центра на вершине «Каскада» в Ереване. Архитекторы Wilmotte & Associés
    © Wilmotte & Associés / Администрация города Ереван

05 Ноября 2025

Свидетельница эпохи
Вилла Беер, памятник венского модернизма, стала музеем и образовательным центром в результате реставрации и приспособления по проекту бюро cp architecture.
Бетон и искусство иллюзии
В парижском парке Ла-Виллет по проекту бюро Loci Anima реконструирован кинотеатр La Géode – геодезическая сферорама на бруталистском основании.
«Плавательный оперный театр»
Крытый бассейн начала 1970-х годов в Гамбурге, памятник архитектуры модернизма и одна из крупнейших оболочечных конструкций в Европе, реконструирован архитекторами gmp и конструкторами schlaich bergermann partner.
Вопрос аутентичности
Один из крупнейших и важнейших памятников чешского функционализма, здание Электрических предприятий в Праге, полностью реконструирован и теперь вмещает офисы холдинга WPP.
«Любимый пациент»
В Берлине открывается после реконструкции и реставрации по проекту David Chipperfield Architects Новая национальная галерея – позднее творение Людвига Мис ван дер Роэ.
Технологии и материалы
​Полимеры: завтрашний день строительства
Современная архитектура движется от статичных форм к адаптивным зданиям. Ключевую роль в этой трансформации играют полимерные материалы: именно они позволяют совершить переход от архитектуры как сборки деталей – к архитектуре как созданию высокоэффективной «оболочки». В статье разбираем ключевые направления – от уже работающих технологий до горизонтов в 5-10 лет.
Земля плюс картон
Австралийские исследователи, вдохновившись землебитной архитектурой, разработали собственный строительный материал. В его основе – традиционный для землебитной технологии грунт и картонные трубы. Углеродный след такого материала в четыре раза «короче», чем след бетона.
Цифровой дозор
Ученые Пермского Политеха автоматизировали оценку безопасности зданий с помощью ИИ. Программное решение для определения технического состояния наружных стен кирпичных зданий анализирует 18 критических параметров, таких как ширина трещин и отклонение от вертикали, и присваивает зданию одну из четырех категорий состояния по ГОСТ.
Палитра возможностей. Часть 2
В каких проектах и почему современные архитекторы используют такой технологичный, экономичный и выразительный материал, как панели поликарбоната? Продолжаем мини-исследование и во второй части обзора анализируем мировой опыт.
Технадзор с дрона
В Детройте для выявления тепловых потерь в зданиях стали использовать беспилотники. Они обнаруживают невидимые человеческому глазу дефекты, определяют степень повреждения и выдают рекомендации по их устранению.
Палитра возможностей
Продолжаем наш специальный проект «От молекулы до здания» и представляем вашему вниманию подборку объектов, построенных по проектам российских архитекторов, в которых нестандартным образом использованы особенности и преимущества поликарбонатов.
Поглотитель CO₂
Немецкие ученые разработали метод вторичной переработки сверхлегкого бетона. Новый материал активно поглощает углекислый газ – до 138 кг CO₂ на тонну – и дает ответ на проблему огромных объемов строительных отходов.
Новая материальность: как полимеры изменили язык...
Текучие фасады, прозрачные оболочки весом в сотни раз меньше стекла, «пассивные дома» – сегодня все это стало возможным благодаря активному применению полимеров. Этим обзором мы открываем спецпроект «От молекулы до здания», где разбираемся, как полимерные композиты, светопрозрачные конструкции и теплоизоляционные системы расширяют возможности проектирования и становятся самостоятельным языком архитектуры.
Юбилейный год РЕХАУ
В этом году компания РЕХАУ отметила две знаковые даты – 30 лет с момента открытия первого представительства в Москве и 20 лет со дня запуска завода в поселке Гжель Московской области. За эти годы компания превратилась в одного из ключевых игроков строительного рынка и лидера оконной отрасли России, предлагая продукцию по трем направлениям: оконные технологии и светопрозрачные конструкции, инженерные системы, а также мебельные решения.
​Формула Real Brick
Минеральная плитка ручной формовки белорусского производителя Real Brick выходит на российский рынок как альтернатива европейской. Технология заводского пропила под системы НВФ позволяет экономить до 40% бюджета проекта на логистике и монтаже.
​Вертикаль, линия, сфера: приемы игровых пространств
В современных ЖК и городских парках детская площадка – все чаще полноценный архитектурный объект. На примерах проектов компании «Новые Горизонты» рассматриваем, какие типологии и приемы позволяют проектировать игровые пространства как доминанты, организующие среду и создающие идентичность места.
«Марсианская колония» на ВДНХ
Компания «Шелби», используя концептуальные идеи освоения красной планеты от Айзека Азимова и Илона Маска, спроектировала для ВДНХ необычный плейхаб. «Марсианская колония» разместится рядом с легендарным «Бураном» и будет состоять из нескольких модулей, которые предложат детям игровые сценарии и образы будущего.
Материал как метод
Компания ОРТОСТ-ФАСАД стоит у истоков фасадной индустрии. За 25 лет пройден путь от мокрых фасадов и первого в России НВФ со стеклофибробетоном до уникальных фасадов на подсистеме собственного производства, где выносы СФБ элементов превышают три метра. Разбираемся, какие технологические решения позволяют СФБ конкурировать с традиционными системами и почему выбор единого подрядчика – наилучший вариант для реализации фасадов со сложной архитектурой.
Десять новых кирпичей ModFormat
Удлиненные кирпичи с терракотовыми оттенками и новая коллекция самых узких в России кирпичей – теперь в арсенале архитекторов. О серийном производстве сложных фактур и разработке новых рассказывает исполнительный директор компании КИРИЛЛ Дмитрий Самылин.
Архитектура тишины
Создание акустического комфорта в школе – комплексная задача, выходящая за рамки простого соблюдения норм. Это проектирование самой образовательной среды, где качество звука напрямую влияет на здоровье, концентрацию и успеваемость. Разбираем, как интегрировать эффективные звукоизоляционные и звукопоглощающие решения в конструкции здания, обеспечивая соответствие СП 51.13330.2011.
Моллирование 2.0
Технология моллирования вышла на новый уровень: больше не нужно выбирать между свободой формы и прочностью закалённого стекла. АО «РСК» разработало метод гравитационного моллирования с последующим химическим упрочнением, которое снимает ключевые технические ограничения.
PRO Тепло: утеплитель, который не стареет
Долговечная и пожаробезопасная альтернатива волокнистым и полимерным утеплителям – каменный утеплитель «PRO Тепло» (D200) торговой марки «ГРАС» – легкий газобетонный блок, который создает вокруг здания прочную и долговечную теплозащитную оболочку. Разбираемся в технологии.
Безуглеродный концепт
MVRDV NEXT – исследовательское подразделение бюро – запустило бесплатный онлайн-сервис CarbonSpace для оценки углеродного следа архитектурных проектов.
Сейчас на главной
Природа в витрине
Дом в Бангкоке по проекту местного бюро Unknown Surface Studio трактован как зеленое и тихое убежище среди плотной застройки.
Симоновская ветвь
Бюро UTRO вместе с единомышленниками и друзьями подготовило концепцию превращения бывшей железнодорожной ветки на юго-востоке Москвы в линейный парк, который улучшит проницаемость территории и свяжет жилые кварталы с набережной и центром города. Сохранившиеся рельсы превращаются в элементы благоустройства, дождевые сады помогают управлять ливневым стоком, а на безопасные пешеходные и велосипедные маршруты нанизаны площадки для отдыха. Проект некоммерческий и призван привлечь внимание к территории с большим потенциалом.
Чемпионский разряд
Дизайн-бюро «Уголок» посчастливилось вытянуть счастливый билет – проект редчайшей типологии, для которой изначально требуется интерьерный дизайн максимальной степени выразительности и харизматичности. Задача создать киберспортивный клуб Gosu Cyber Lounge – это шанс реализовать свои самые сумасшедшие идеи, и бюро отлично справилось с ней.
Потенциальные примечательности. Обзор проектов 16–22...
Если в стране отмечается снижение темпов строительства, то в Москве все сохраняется на прежнем, парадоксально бодром уровне. Во всяком случае, темпы презентации новых масштабных и удивительных проектов не замедляются. Какие из них будут реализованы и в каком виде, сказать невозможно, но можно удивиться фантазии и амбициям их авторов и заказчиков.
Рейтинг нижегородской архитектуры: шорт-лист
В середине марта в Нижнем Новгороде объявят победителя – или победителей – шестнадцатого архитектурного рейтинга. И разрежут торт в форме победившего здания. Сейчас, пока еще идет работа профессионального жюри, мы публикуем все проекты шорт-листа. Их шестнадцать.
Сносить нельзя, надстроить
Молодое бюро из Мюнхена CURA Architekten реконструировало в швейцарском Давосе устаревший школьный корпус 1960-х, добавив этаж и экологичные деревянные фасады.
Визуальная чистота
Как повысить популярность медицинской клиники? Квалификацией врачей? Качеством услуг? Любезностью персонала? Да, конечно, именно эти факторы имеют решающее значение, но не только они. Исследования показали, что дизайн имеет огромное значение, особенно если поставить перед собой задачу создать психологически комфортное, снижающее неизбежный стресс пространство, как это сделало бюро MA PROJECT в интерьере офтальмологической клиники Доктора Самойленко.
Кирпичная вуаль
В проекте клубного дома в Харитоньевском переулке бюро WALL повторили то, что обычно получается при 3D-печати полимерами – в кирпиче: сложную складчатую форму, у которой нет ни одного прямого угла. Кирпич превращается в монументальное «покрывало» с эффектом театрального занавеса. Непонятно, как он на это способен, но в том и состоит интрига и драматургия проекта.
Иглы созерцания горизонта
«Дом Горизонтов», спроектированный Kleinewelt Architekten в Крылатском, хорошо продуман на стереометрическом уровне начиная от логики стыковки объемов – и, наоборот, выстраивания разрывов между ними и заканчивая треугольными балконами, которые создают красивый «ершистый» образ здания.
Отель у озера
На въезде в Екатеринбург со стороны аэропорта Кольцово бюро ARCHINFORM спроектировало вторую очередь гостиницы «Рамада». Здание, объединяющее отель и аквакомплекс, решено единым волнообразным силуэтом. Пластика формы «реагирует» на содержание функционального сценария, изгибами и складками подчеркивая особенности планировки.
Земля как материал будущего
Публикуем итоги открытого архитектурного конкурса «Землебитный павильон». Площадка для реализации – Гатчина. Именно здесь сохранился Приоратский дворец – пожалуй, единственное крупное землебитное сооружение в России. От участников требовалось спроектировать в дворцовом парке современный павильон из того же материала.
Сокровища Медной горы
Жилой комплекс, предложенный Бюро Ви для участка на улице Зорге, отличает необычное решение генплана: два корпуса высотой в 30 и 15 этажей располагаются параллельно друг другу, формируя защищенную от внешнего шума внутреннюю улицу. «Срезы» по углам зданий позволяют добиться на уровне пешехода сомасштабной среды, а также создают выразительные акценты: нависающие над улицей ступенчатые объемы напоминают пещеру, в недрах которой прячутся залежи малахита и горного хрусталя.
Рога и море, цветы и русский стиль
Изучение новых проектов, анонсированных – как водится, преимущественно в Москве, дает любопытный результат. Сумма примерно такая: если башня, в ней должно быть хотя бы что-то, но изогнуто или притворяться таковым. Самой популярной, впрочем, не вчера, стала форма цветка, этакого гиацинта, расширяющегося снизу вверх. Свои приоритеты есть и у клубных домов: после нескольких счастливых лет белокаменного лаконизма среднеэтажная, но очень дорогая типология погрузилась в пучину русского стиля.
От черных дыр до борьбы с бедностью
Представлен новый проект Нобелевского центра в Стокгольме – вместо отмененного решением суда: на другом участке и из более скромных материалов. Но архитекторы прежние – бюро Дэвида Чипперфильда.
Первобытная мощь, или назад в будущее
Говорящее название ресторана «Реликт» вдохновило архитекторов бюро LEFT design на создание необычного интерьера – брутального и немного фантазийного. Представив, как выглядел бы мир спустя годы после исчезновения человечества, они соединили природную эстетику и постапокалиптический дизайн в харизматичный ансамбль.
Священная роща
Петербургский Градостроительный совет во второй раз рассмотрел проект реконструкции крематория. Бюро «Сириус» пошло на компромисс и выбрало другой подход: два главных фасада и торжественная пешеходная ось сохраняются в параметрах, близких к оригинальным, а необходимое расширение технологии происходит в скрытой от посетителей западной части здания. Эксперты сошлись во мнении, что теперь проект можно поддержать, но попросили сберечь сосновую рощу.
Конный строй
На территории ВДНХ открылся крытый конноспортивный манеж по проекту мастерской «Проспект» – современное дополнение к историческим павильонам «Коневодство».
Высотные каннелюры
Небоскреб NICFC по проекту Zaha Hadid Architects для Тайбэя вдохновлен характерными для флоры Тайваня орхидеями рода фаленопсис.
Хартия Введенского
В Петербурге открылся музей ОБЭРИУ: в квартире семьи Александра Ввведенского на Съезжинской улице, где ни разу не проводился капитальный ремонт. Кураторы, которые все еще ищут формат для музея, пригласили поработать с пространством Сергея Мишина. Он выбрал путь строгой консервации и создал «лирическую руину», самодостаточность которой, возможно, снимает вопрос о необходимости какой-либо экспозиции. Рассказываем о трещинках, пятнах и рисунках, которые помнят поэтов-абсурдистов, почти не оставивших материального наследия.
В ритме Бали
Проектируя балийский отель в районе Бингина, на участке с тиковой рощей и пятиметровыми перепадами, архитекторы Lyvin Properties сохранили и деревья, и природный рельеф. Местные материалы, спокойные и плавные линии, нивелирование границ между домом и садом настраивают на созерцательный отдых и полное погружение в окружающий ландшафт.
Манифест натуральности
Студия Maria-Art создавала интерьер мультибрендового магазина PlePle в Тюмени, отталкиваясь от ассоциаций с итальянской природой и итальянским же чувством красоты: с преобладанием натуральных материалов, особым отношением к естественному свету, сочетанием контрастных фактур и взаимодополняющих оттенков.
Сад под защитой
Здание начальной школы и детского сада по проекту бюро Tectoniques в Коломбе, пригороде Парижа, как будто обнимает озелененную игровую площадку.
Маленький домик, русская печка
DO buro разработало линейку модульных домов, переосмысляя образ традиционной избы без помощи наличников или резных палисадов. Главным акцентом стала печь, а основой модуля – мокрый блок, вокруг которого можно «набирать» помещения, варьируя площадь дома.
От усадьбы до квартала
В рамках конкурса бюро TIMZ.MOSCOW подготовило концепцию микрорайона «М-14» для южной части Казани. Проект на всех уровнях работает с локальной идентичностью: кварталы соразмерны земельным участкам деревянных усадеб, в архитектуре используются традиционные материалы и приемы, а концепция благоустройства основана на пяти известных легендах. Одновременно привнесены проверенные временем градостроительные решения: пешеходные оси и зеленый каркас, безбарьерная среда, разнообразные типологии жилья.
Софт дизайн
Студия «Завод 11» разработала интерьер небольшого бабл-кафе Milu в Новосибирске, соединив новосибирский конструктивизм, стилистику азиатской поп-культуры, смелую колористику и арт-объекты. Получилось очень необычное, но очень доброжелательное пространство для молодежи и не только.
Свидетельница эпохи
Вилла Беер, памятник венского модернизма, стала музеем и образовательным центром в результате реставрации и приспособления по проекту бюро cp architecture.
Обзор проектов 1-6 февраля
Публикуем краткий обзор проектов, появившихся в информационном поле на этой неделе. В нашей подборке: здание-луна, дома-бочки и небоскреб-игла.