Влад Савинкин и Владимир Кузьмин: «Наша цель – РЕ-Зодчество»

Фестиваль «Зодчество′18» пройдет с 19 по 21 ноября в «Манеже». О том, какие новые идеи реализуют кураторы фестиваля Владимир Кузьмин и Влад Савинкин, вновь, как и 6 лет назад, отвечающие за оформление и содержание экспозиции, читайте в нашем интервью

Юлия Шишалова

Беседовала:
Юлия Шишалова

mainImg
Давайте сначала коротко о сути вашей концепции фестиваля.

Владимир Кузьмин:
Мы выбрали девизом фестиваля слово «РЕКОНТЕКСТ», которое для наз означает специфику момента, в котором мы живем, когда все вокруг – наш контекст, изменяется, трансформируется и требует от нас новых навыков и подходов в работе. Не удивительно, что сегодня так часто встречаются слова с приставкой «ре». Это слово «РЕ» или приставку мы и выбрали, как ключевую. И пусть это звучит неоригинально и даже в каком-то смысле банально, но мы этого не стесняемся. Потому что РЕ-процессы составляют сейчас львиную долю того, чем все мы занимаемся.

Влад Савинкин:
Да и, честно говоря, само слово «Зодчество» носит архаичный характер. Поэтому внутри своей команды мы думаем про РЕ-зодчество. Неслучайно же нас приглашают каждые 6 лет – чтобы как-то по-новому взглянуть на фестиваль: и с экспозиционной точки зрения, и со смысловой.

В.К.: Найти новые драйверы развития!

В.С.: Но прежде всего мы размышляем, конечно же, об экспозиции и работаем с формой. Мы по-прежнему наивны до такой степени, что считаем, будто преобразуя экспозицию, мы можем преобразовать и смысл, и даже людей. И профессионализм проделанной нами работы и точность предоставленной документации для сметы еще позволяют надеяться, что все будет сделано так, как мы задумали.
Влад Савинкин и Владимир Кузьмин. Арх Пароход 2017. Фотография Юлии Зинкевич
Эскиз концепции экспозиции фестиваля «Зодчество 2018». Рисунок Влада Савинкина

Профессионализм именно в работе с формой? Или все-таки со смыслами? Почему из 11 проектов, представленных на конкурс кураторов «Зодчества», выбрали именно вас?

В.К.: Надо отметить, что все конкурсные предложения потенциальных кураторов были очень интересными. Там было много молодых, горящих энтузиазмом людей, которые чего-то хотели...

В.С.: Но большинство из них были оторваны от реальности.

В.К.: И история с нами как с выбранными персонажами – это, скорее, компромисс с реальностью. Потому что «эти сделают». Нас не за талант выбрали, а за то, что мы точно сделаем.

В.С.: То есть хотим новое, а выбираем старое.

В.К.: И вот каждые 6 лет этими «старыми и проверенными» оказываемся мы. Хотя кураторами мы не стремились быть никогда – мы всегда были экспозиционерами. Однако у фестиваля существует устоявшийся идеологический и формальный каркас, который никто не собирается, не может и не хочет менять в силу объективных причин. Поэтому мы пытаемся прежде всего придать этому пространственное визуальное качество, отличное от ожидаемого. А благодаря поддержке целого ряда институций и их кураторским проектам, у всего этого появится еще и содержание. Собственно, на кураторские проекты мы и делаем ставку.
Основные тезисы концепции экспозиции фестиваля «Зодчество 2018»

Так за счет чего же родится новое визуальное качество? В чем ваша главная пространственная идея?

В.С.: Пространственная концепция зиждется на оси, обозначенной архитектонами разного размера. Эта ось задает волнообразное движение между ними к завершающей части зала, которая обнаруживает два фланкирующих перевернутых архитектона, поставленных на попа и символизирующих сцену. А начинается все традиционно масштабным архитектоном рецепции, который развивается до такой степени вверх, что с антресолей -1 этажа, где будет располагаться выставка, можно достать до него рукой.
Эскиз концепции экспозиции фестиваля «Зодчество 2018». Рисунок Влада Савинкина
Проект экспозиции фестиваля «Зодчество 2018». © «Поле Дизайн»
Проект экспозиции фестиваля «Зодчество 2018». © «Поле Дизайн»

То есть «Зодчество» будет проходить только в нижнем зале «Манежа»? А сверху что?

В.С.: Наверху в это время должна быть какая-то церковная выставка.

В.К.: Это удивительно точно характеризует текущую ситуацию в стране, специально такого не придумаешь.

В.С.: Мы с Кузьминым давно знакомы, и у нас все в жизни складывается не специально, но случайно. Еще зимой, когда мы поняли, что будем на -1 этаже, то сначала удивились, а потом обрадовались. Очень захотелось выключить там свет и оставить светящимися только архитектоны. Мы ведь много ездим по миру, смотрим разные экспозиции, выявляем тенденции. И мне кажется, это такой современный тренд: если 10 лет назад все должно было быть залито светом, то сейчас большинство сильных выставочных проектов все больше уходят в некую темноту и слепоту, когда человек уже движется по сути на ощупь. Конечно, существует при этом некий сценарий прохождения, заложенный экспозиционерами, но когда перемещаешься в темноте по маякам, то теряешь ощущение размера пространства. А когда еще черные стены сочетаются с зеркалом, то вообще непонятно, сколько там метров: 100 или 1000.
Фрагмент экспозиции “Moooi Through the Eyes of Megan Grehl” компании MOOOI на iSaloni 2018. Фотогарфия Влада Савинкина

Во сне мне наша выставка видится такой темной, черной, с архитектонами, горящими единым светом, но при этом с разнообразными лоскутными плоскостями – макетами или информационными экранами. Это такая неизбывная мечта.

В.К.: Потому что никто не увидел бы, что архитектоны светятся: оказалось, днем в этом зале светло…

На сами архитектоны вас тоже вдохновили какие-то мировые тренды?

В.С.: Когда мы защищали свой проект на конкурсе в Союзе архитекторов, то его сравнили с фильмом «Новая Москва» – с этими кадрами, в которых возникали на горизонте еще только намечавшиеся высотные здания.
Кадр из филма «Новая Москва». 1938 г. Режисер Александр Медведкин

Но впоследствии, когда мы стали дорабатывать и развивать свое конкурсное предложение, мне лично открылось другое сравнение. В 1980 году на венецианской архитектурной биеннале куратор Паоло Портогези сделал в анфиладе Арсенала экспозицию «Новая дорога»: каждому участнику выделялась фасадная плоскость между колонн.
zooming
Экспозиция “La Strada Novissima” архитектора Паоло Портогези для Венецианской Биеннале. 1980 г. Подробнее см.: https://www.domusweb.it/en/from-the-archive/2012/08/25/-em-la-strada-novissima-em–the-1980-venice-biennale.html

И все выдающиеся архитекторы того времени, многие из которых трудятся до сих пор и продолжают формировать архитектурную картину мира, демонстрировал свою позицию через плоскость, через фасад. А мы через 40 лет, на новом витке, даем архитекторам, критикам и всем, заинтересованным в понимании и развитии городской среды, не плоскость, а объем – и предлагаем его по-своему интерпретировать.

А почему именно архитектон?

В.С.: С одной стороны, это архитипическая форма современного искусства и дизайна, с другой – форма общеизвестная, популярная и одновременно простая в изготовлении, потому что экономику надо считать все время. И самое главное, что эти разные объекты, которые, мы надеемся, будут один бумажный, другой металлический, третий прозрачный, четвертый черный, пятый лежащий, шестой перевернутый, – они должны создать уже не фасад, не объем, а новую экспозиционную среду. Поэтому даже мы – люди, которые не раз делали экспозиции, – сейчас находимся в эйфории: эта улица разных и по-разному поставленных архитектонов должна создать задуманную нами визуальную новизну.
Проект экспозиции фестиваля «Зодчество 2018». © «Поле Дизайн»

В.К.: Был еще один вдохновляющий нас образ, тоже из венецианской биеннале, – это знаменитый Il Teatro del Mondo Альдо Росси, плывущий архитипический объем. И в каком-то смысле наши архитектоны, расставлены по главному проходу экспозиции, – это такие плывущие зиккураты в реке русской позднейшей архитектуры.
Проект “Il Teatro del Mondo” архитектора Альдо Росси для Венецианского Биеннале. 1979 г. Подробнее см.: http://www.nowhereoffice.it/a-rossi-il-teatro-del-mondo/

В.С.: Заметьте: эти наши сравнения, прототипы, прообразы – они от нашего внутреннего стремления позиционировать себя как часть мировой проектной культуры.

В.К.: Да, у некоторых из нас оно очень сильно развито.
Проект экспозиции фестиваля «Зодчество 2018». © «Поле Дизайн»

Объемы архитектонов монолитные или устроены на манер павильонов?

В.К.: В большую часть из них можно будет зайти: внутри – пространство примерно 3 на 3 метра. Как раз в «обитаемых» архитектонах разместятся кураторские проекты – кроме выставки Владимира Фролова «Идеал и норма», которой отведено место рядом со сценой: она очень соответствует нашей теме и удачно сможет приехать в Москву из Санкт-Петербурга. А вот журнал «Проект Россия» будет отвечать как раз за бумажный архитектон: страницы из старых номеров красноречивее прочего продемонстрируют всю 23-летнюю историю издания. Заодно будет представлена очередная РЕ-форма – к 19 ноября выйдет в свет первый номер в новом формате.

В.С.: Еще у нас есть проект кафедры дизайна архитектурной среды МАРХИ – «Альфа и Омега средового творчества» под кураторством Марии Соколовой и Татьяны Шулики. Он посвящен сразу двум юбилеям: 100 лет основателю кафедры Георгию Борисовичу Минервину, про которого сделан фильм, и 30 лет самой кафедре, на которой сейчас работают активные и разнообразные преподаватели.

В.К.: Например, мы являемся и выпускниками этой кафедры, и действующими преподавателями. И это важная, как мне кажется, веха, отмечающая, что несмотря на скепсис и снобизм архитектурного цеха, кафедра дизайна среды МАРХИ за это время выпустила несколько сотен специалистов, без исключения каждый из которых востребован и работает. И проблематика, которую она поднимала в течение всех этих 30 лет, сейчас стала чуть ли не самым обсуждаемым вопросом и федеральной программой. Кто бы мог подумать об этом в 1992 году, когда все начиналось!

В.С.: Мне на кафедре среды в Институте бизнеса и дизайна тоже удалось собрать 5-6 выпускников ДАС МАРХИ, которые работают там вместе со мной. Так что экспозиция Института бизнеса и дизайна на «Зодчестве» тоже будет представлена.
zooming
Экспозиция из архитекторов, выполненная студентами кафедры дизайна среды Института бизнеса и дизайна. Фотография предоставлена Владом Савинкиным

В.К.: И еще «Пластические миниатюры», я надеюсь. Сейчас идет кастинг.

Что за пластические миниатюры?

В.С.: В Институте бизнеса и дизайна есть несколько направлений: графический дизайн, дизайн мод и дизайн среды. И кафедра дизайна мод все время проводит кастинги. Я один раз это увидел и сказал: у меня будет также.

В.К.: Мы очень надеемся, что я тоже буду на кастинге. А тем временем Институт бизнеса и дизайна будет показывать свою достаточно интересную бизнес-программу. Она, с одной стороны, продолжает и развивает программу кафедры ДАС МАРХИ, а с другой – содержит целый ряд авторских методик, которые, имея жесткую структуру, позволяют каждому педагогу действовать абсолютно своеобразно и самостоятельно в рамках той задачи, которую он перед собой ставит.

В.С.: Как мой учитель: он сам занимался обычно двоечниками, а мне давал полную свободу. Вообще свобода в жизни – это самое главное.

В.К.: Это еще один наш эпиграф к нашей выставке.

А еще один архитектон – наша ретроспектива: «2006-2012-2018. Неслучившиеся «Зодчества». Мы достанем архивы и покажем, как это было: обмотаем часть оранжевым скотчем, конечно, а часть – сделаем из лесов. А главное – покажем, как это могло бы быть.
Экспозиция фестиваля «Зодчество 2006» в ЦВЗ «Манеж». Фотография Елены Петуховой
Экспозиция фестиваля «Зодчество 2012» в ЦВЗ «Манеж». Фотография Елены Петуховой

Кажется, вы еще не все заявленные архитектоны описали...

В.К.: Оставшиеся из них специфические, потому что связаны в значительной степени с персоналиями их авторов. Наринэ Тютчева – один из немногих актуальных архитекторов в первой двадцатке, которая очень последовательно и проникновенно занимается наследием, сохранением, преобразованием и вообще работой в условиях сложного ландшафта, имеющего охранный статус. Здесь самое главное – умение решить проблемы актуального и формообразования, и средообразования и при этом соблюсти все требования и нормы и концепции сохранения и сбережения смыслов и форм. В своей книги Наринэ назвала то «средовой палимпсест». И мы считаем очень важным показать работу ее «Ре-школы»: она прекрасно ложится в контекст нашей концепции именно как новая форма образования специалистов в этой области.

Кроме того, Агенство стратегического развития «Центр» представит свое комплексное исследование «МОСКВА RE:ПРОМЫШЛЕННАЯ»​, в котором проанализированы особенности практически всех промзон Москвы: их градостроительный потенциал, наличие объектов наследия, возможности и сценарии их редевелопмента и перепрофилирования.

Другой важный проект, который мы демонстрируем, – это политически оправданный жест, «РЕ-Акция». Свой опыт покажет Алексей Комов. Деревянные конструкции, с которыми он работает, – в ситуации, когда ничего другого невозможно сделать, становятся своего рода панацеей. И это очень интересная и объективно растущая сейчас идеология ревитализации среды в подобных ситуациях. Алексей в этом очень убедителен. А мы как кураторы должны показывать разные ипостаси решения проблемы.

Алексей Комов с его тактическим урбанизмом стал уже завсегдатаем «Зодчества»...

В.К.: Да, как и еще один искрометный персонаж, олицетворяющий собой альтернативное градоустроительство, – Илья Заливухин и его «Ре-гломерация», концепция развития городов, мегаполисов и застройки. И хотя нам она, может быть, не сильно близка, но мы отдаем дань ее цельности. И, кстати, последовательность участия Ильи в подобных форумах, и изменение во времени его статуса говорят о том, что вода камень точит, и усилия не пропадают даром.

А что за персоналия отвечает за следующий архитектон?

В.К.: Это Свят Мурунов со своим Центром прикладной урбанистики. Он будет показывать, как решать проблемы на уровне микроориентирования в непосредственном взаимодействии с жителями и пользователями. Вплоть до того, что он и его команда будут строить свой архитектон в процессе выставки – вместе с посетителями.

Как это будет называться? «РЕ-участие»?

В.К.: У нас записано – «РЕ-осмысление градостроительных подходов».

А кроме архитектонов вообще что-то будет?

В.К.: Конечно! Они – лишь имиджевая ось, решающая общественное пространство экспозиции. На самом деле все необходимые и уже привычные разделы фестиваля «Зодчество» никуда не делись. Есть гигантские стены для развешивания конкурсных работ в номинациях «Проекты» и «Постройки», есть павильоны регионов и различных структур, поддерживающих фестиваль, – они идут в два ряда. Есть детский раздел, раздел материалов и технологий. Еще очень интересная тема – создание галереи городов: провинциальные и малые города смогут выставить свои проекты не на каком-то большом стенде, который, может быть, по бюджету слишком дорог, а в специально организованном пространстве.

Вот мы поговорили про то, как можно сделать РЕ:Зодчество. А если смотреть шире – какие архитектурные фестивали нужны в России?

В.К.: «Зодчество» и различные форумы, связанные с архитектурой и градостроительстовом, безусловно, нужны: они позволяют собрать, показать и, в целом, отразить состояние российской архитектуры. Но это менее важно, чем то, что они показывают отношение общества и власти к архитектуре. И наши фестивали архитектуры такие, какими общество видит архитекторов и их деятельность. Поэтому мы сидим в подвале под РПЦ.

В.С.: Зато хотя бы в центре Москвы.

На Манежную площадь будете выходить?

В.К.: Хотим. У нас даже был разговор в Минкульте о конструкции перед фасадом «Манежа», которая теоретически может быть согласована, – еще один архитектон значительного размера, несущий информацию о проходящем фестивале. 97% вероятность, что нам откажут, но – кто знает…

А какой может быть внутренняя мотивация для участия в подобных мероприятиях со стороны архитектурного сообщества?

В.С.: Если бы дело было 5-10 лет назад, мы бы, конечно, сказали, что это тусовка, это некое позиционирование себя рядом с другими и демонстрация, что ты жив. Но от этого хочется уходить. Хочется искать весомые доводы. Но мешают все эти коллаборации с девелоперами, производителями материалов и сантехники. Разглядеть там позицию архитекторов уже, мне кажется, невозможно: за какими-то метрами, макетами и фильмами нивелируется акт творчества, новое видение.

То есть архитекторам выставки не нужны?

Именно для творческого высказывания – очень нужны. Выставки тебя провоцируют. Я даже сделал специальный курс для студентов – «Экспозиционный дизайн». О том, как архитектор должен делать выставки и как через них себя позиционировать. Работа с формой не может уйти только в цифру и плоскость. Хотя бы раз в год нужно выставить и показать то, вокруг чего хочется бродить и получать реакции.
zooming
Влад Савинкин и Владимир Кузьмин. Арх Пароход 2017. Фотография Юлии Зинкевич

«Зодчество», кстати, в меньшей степени изобилует продукцией от производителей...

В.К.: Тут другая проблема – в том, что его, как и многие другие российские архитектурные фестивали, устраивают официальные организации. Что влечет за собой «всем сестрам по серьгам», непременно позитивный имидж участников, отсутствие ценза в выборе работ и так далее. Но все было бы хорошо, даже можно было бы смириться с необходимым чинопочитанием, если бы фестиваль определял качественный статус. Однако, когда мы видим все, что прислали, без минимального отбора и экспертного заключения, – это, конечно, тоже своего рода демонстрация имеющегося среза, но непонятно, для чего. Не лучше ли выставить не 400 работ, а 50, но зато те, на которые интересно смотреть и у которых можно учиться? Но тут мы сталкиваемся с политикой проведения подобных конкурсов и мнимой необходимостью показать всех, кто подал заявки. Это, к сожалению, реальность, с которой ничего не происходит вот уже 18 лет нашего участия в «Зодчестве». И усилия кураторов, которые периодически меняются, делают эту картинку чуть более привлекательной только косметически. Наша очередная попытка нацелена на то, чтобы хоть как-то эту ситуацию изменить. РЕ-волюции, может, и не произойдет, но мы надеемся.
 

19 Октября 2018

Юлия Шишалова

Беседовала:

Юлия Шишалова
comments powered by HyperComments
Похожие статьи
Видео-разговор об архитектурной атмосфере
В первые дни января 2021 года Елизавета Эбнер запустила @archmosphere.press – проект об архитектуре в Instagram, где она и другие архитекторы рассказывают в видео не длинней 1 минуты об 1 здании в своем городе, в том числе о своих собственных проектах. Мы поговорили с Елизаветой о ее замысле и о достоинствах видео для рассказа об архитектуре.
Сергей Чобан: «Я считаю очень важным сохранение города...
Задуманный нами разговор с Сергеем Чобаном о высотном строительстве превратился, процентов на 70, в рассуждение о способах регенерации исторического города и о роли городской ткани как самой объективной летописи. А в отношении башен, визуально проявляющих социальные контрасты и создающих много мусора, если их сносить, – о регламентации. Разговор проходил за день до объявления о проекте «Лахта-2», так что данная новость здесь не комментируется.
Энди Сноу: «Моя цель – соединить в архитектуре рациональное...
Английский архитектор Энди Сноу стал главным архитектором проектной компании GENPRO. Постройки Энди Сноу в Великобритании, выполненные в составе известных бюро, отмечены международными наградами. В России архитектор принимал участие в проектировании БЦ «Фабрика Станиславского», ЖК iLove и БЦ AFI2B на 2-й Брестской. Энди Сноу сравнил строительную ситуацию в России и Великобритании и поделился своим видением архитектурных перспектив России.
Бюро Никола-Ленивец: «Мы не решаем проблемы, а раскрываем...
Иван Полисский и Юлия Бычкова, управляющие партнеры Бюро Никола-Ленивец – о том, какие проблемы решает социокультурное проектирование, как развивать территории с помощью искусства и почему нельзя в каждом регионе создать свой Никола-Ленивец.
Сергей Скуратов: «Небоскреб это баланс технологий,...
В марте две башни Capital towers достроили до 300-метровой отметки. Говорим с автором самых эффектных небоскребов Москвы: о высотах и пропорциях, технологиях и экономике, лаконизме и красоте супертонких домов, и о самом смелом предложении недавних лет – башне в честь Ле Корбюзье над Центросоюзом.
«Коралловый цветок»
Foster + Partners и девелопер TRSDC разрабатывают масштабный курортный проект на побережье Красного моря в Саудовской Аравии. Об одном из его составляющих, комплексе Coral Bloom, нам рассказали Джерард Эвенден из Foster + Partners и генеральный директор TRSDC Джон Пагано.
Архитектура без истории и без теории?
На днях стало известно о планах радикальной реогранизации НИИ теории и истории архитектуры и градостроительства (НИИТИАГ) – единственного исследовательского института страны с таким профилем. Сотрудников, по слухам, планируют сократить в 7-8 раз. Мы поговорили с Дмитрием Швидковским, Андреем Боковым, Елизаветой Лихачевой, Андреем Баталовым – о том, чем ценен Институт и почему его все же надо сохранить.
Двадцатый год, нелегкий: что говорят архитекторы
Тридцать архитекторов – о прошедшем 2020 годе, перипетиях, плюсах и минусах «удаленки», новых проектах, постройках и других профессиональных событиях, выставках и результатах конкурсов. Также говорим о перспективах закона об архитектурной деятельности.
Григориос Гавалидис: «Запрос на качественную архитектуру...
Бюро, которое очень быстро, за 5-6 лет, выросло от 3 до 50 архитекторов и теперь работает с крупными ЖК и значительными мастер-планами «городов-спутников» Подмосковья. Основано греком из города Салоники. Григориос Гавалидис считает скучной работу с частными домами на островах, говорит по-русски как москвич и мечтает сделать московскую городскую среду комфортной, разнообразной и безопасной – как в Греции.
Владимир Григорьев: «Панельная застройка везде одинакова,...
В Санкт-Петербурге стартовал открытый конкурс «Ресурс периферии», участникам которого предлагается разработать концепцию повышения качества среды жилых кварталов 1970-1990-х годов. Выясняем подробности у главного архитектора города.
Андрей Асадов: «На концептуальном этапе надо сразу...
Исследуем главный витраж саратовского аэропорта «Гагарин», составленный из стеклопакетов, наклоненных под углом и образующих «воронку» над входом. Обсуждаем особенности витражных конструкций, а также поиск технологии, которая позволит реализовать красивое архитектурное решение, не пожертвовав надежностью и стоимостью объекта.
Виталий Лутц: «Работа над ЗИЛом была очень интересна...
Недавно Архсовет в неформальном режиме обсудил мастер-план территории ЗИЛ-Юг, разработанный на основе ППТ Института Генплана, утвержденного в 2016 году. Об истории и особенностях проектов 2011-2017 рассказывает их непосредственный участник и руководитель.
Архитектор в девелопменте
Девелоперские компании берут в команду архитекторов, а порой создают целые архитектурные подразделения внутри своей структуры: о роли, значении, возможностях архитектора в сфере девелопмента Архи.ру и Институт «Стрелка», изучающий эту непростую тему в течение года, поговорили с архитекторами, которые работают в девелопменте, и другими специалистами.
Новый опыт: истории четырех бюро
Беседуем с архитекторами, которые долгое время были заняты в сфере дизайна интерьеров, индивидуального жилого строительства и инсталляций, но недавно реализовали свой первый крупный объект: Faber Group с вокзалом в Иваново, Павел Стефанов и Ольга Яковлева с крематорием в Воронеже, Архатака с ТЦ Галерея SM в Петербурге и Хора с реконструкцией Национальной библиотеки Татарстана.
Москомархитектура: итоги года. Часть I
Шесть коротких интервью: с Никитой Токаревым, Кириллом Теслером, Сергеем Георгиевским, Николаем Переслегиным, Филиппом Якубчуком и основателями бюро ARCHSLON Татьяной Осецкой и Александром Саловым.
Амир Идиатулин: «Главное – объект должен быть тебе...
IND architects стали ньюсмейкерами завершающегося года: выиграли два иностранных конкурса, поучаствовали в трех международных консорциумах, завершили реконструкцию здания первого детского хосписа в Москве для фонда Нюты Федермессер. Основатель и руководитель бюро Амир Идиатулин – об основных принципах работы: самым важным архитекторы считают увлеченность темой, стремятся к универсальности, с жюри и заказчиками не заигрывают, стоимость работы рассчитывают по человеко-часам.
Юлий Борисов: «Мы должны быть гибкими, но не терять...
Особенность развития архитектурной компании UNK project – в постоянном поэтапном росте и спланированном изменении структуры. Это тяжело, но эффективно. Юлий Борисов рассказал нам о недавней трансформации компании, о ее сформулированных ценностях и миссии, а также – о пользе ТРИЗ для конкурсной практики, личностном росте и сложностях роста бюро, параллелизме рационального расчета и иррационального творчества, упорстве и осознанности.
ATRIUM: «Один довольный заказчик должен приносить тебе...
Вера Бутко и Антон Надточий, известные 20 лет назад смелыми проектами интерьеров и частных домов, сейчас строят большие жилые районы в Москве, участвуют в конкурсах наравне с западными «звездами», активно работают со значительными проектами не только в России, но и на постсоветском пространстве. Мы поговорили с архитекторами об их творческом пути, его этапах и истории успеха.
Константин Акатов: «Обновленная территория – увлекательное...
Интервью с победителем международного конкурса на мастер-план долины реки Степной Зай в Альметьевске, руководителем проекта, заместителем генерального директора «Обермайер Консульт» Константином Акатовым.
Сергей Труханов: «Главное – найти решение, как реализовать...
Как изменятся наши рабочие пространства? Можно ли подготовить свои офисы к подобным ситуациям в будущем? Что для современных офисов актуально в целом? Как работать с международными компаниями и какую архитектурную типологию нам всем еще только предстоит для себя открыть?
Сергей Георгиевский: «Зодчество» – это клуб»
Агентство стратегического развития «ЦЕНТР» впервые принимает участие в фестивале «Зодчество» с кураторским проектом РЕ-ПРОМ и несколькими публичными мероприятиями. О проекте, поводах к участию в фестивале и публичности в работе Агентства мы говорим с его руководителем Сергеем Георгиевским.
Святослав Мурунов: «Сила «Зодчества» – в открытости...
Международный архитектурный фестиваль – наиболее подходящая для обсуждения волнующих архитекторов тем площадка, уверен куратор спецпроекта, социальный инженер, идеолог Центра прикладной урбанистики (ЦПУ) Святослав Мурунов.
Владимир Фролов: «Стремление к абсолютному комфорту...
В преддверии фестиваля «Зодчество`18» главный редактор журнала «Проект Балтия» Владимир Фролов рассказал о своем кураторском проекте – выставке «Идеал и норма», которую можно будет увидеть в «Манеже» с 19 по 21 ноября
Сергей Кузнецов: «Кураторские проекты – лучшее, что...
Архитектурные выставки, и фестиваль «Зодчество», в том числе, – это всегда поиск баланса между профессиональным дискурсом и популярной подачей. О специфике трансляции профессиональной информации для широкой аудитории мы говорим с главным архитектором Москвы Сергеем Кузнецовым
Влад Савинкин и Владимир Кузьмин: «Наша цель – РЕ-Зодчество»
Фестиваль «Зодчество′18» пройдет с 19 по 21 ноября в «Манеже». О том, какие новые идеи реализуют кураторы фестиваля Владимир Кузьмин и Влад Савинкин, вновь, как и 6 лет назад, отвечающие за оформление и содержание экспозиции, читайте в нашем интервью
Технологии и материалы
Стать прозрачнее
Zabor modern предлагает ограждения европейского типа: из тонких металлических профилей, функциональные, эстетичные и в достаточной степени открытые.
Прочность без границ
Инновационный фибробетон Ductal®, превосходящий по прочности и долговечности большинство строительных материалов, позволяет создавать как тончайшие кружевные узоры перфорированных фасадов, так и бархатистые идеальные поверхности большеформатной облицовки.
Обновление коллекции декоров ALUCOBOND® Design
Коллекция декоров ALUCOBOND® Design от компании 3A Composites пополнилась несколькими новыми образцами – все они находятся в русле тренда на натуральность и отвечают самым актуальным тенденциям в дизайне.
Любовь к геометрии
Французское сантехническое оборудование DELABIE для крупных общественных сооружений выбирают выдающиеся архитекторы Жан Нувель, Норман Фостер, SANAA, Руди Ричотти и другие. Представляем новую модель бесконтактных смесителей TEMPOMATIC 4, сочетающих безопасность, мега-экологичность и стильный дизайн.
Урбан-домик на дереве
Современное игровое пространство Halo Cubic от финского производителя Lappset: множество сценариев игры и безупречный дизайн, способный украсить современный жилой комплекс любого класса.
Естественность и сила кирпича ручной работы
Датский ригельный кирпич ручной работы Petersen Kolumba на фасадах частного дома в Иркутске по проекту Станислава Гаврилова напоминает о мощи древнеримской архитектуры и прекрасно справляется с сибирскими морозами. Мы расспросили автора проекта об этом доме и работе с кирпичом Kolumba.
Handmade для кинотеатра «Москва»
Коммерческий директор компании Ледрус Максим Беляев рассказывает о том, в чем состоит специфика работы со светом по индивидуальному дизайн-проекту и как можно переквалифицироваться из поставщика в подрядчика с функциями ведущего консультанта, проектировщика оригинальных решений и производителя в одном лице.
Блестящие перспективы
Lucido – архитектурно ориентированная компания, ставящая во главу угла эстетику и технологичность. Предлагая все виды итальянской керамической плитки и мозаики, Lucido специализируется на керамограните больших форматов. Рассказываем о воссоздании мраморных слэбов, а также об экспериментах с большим форматом звезд мировой архитектуры Кенго Кумы и Даниэля Либескинда.
Материя с гибким характером
Алюминий – разнообразный материал, он работает в широком в диапазоне от гибкого дигитального футуризма – до имитации естественных поверхностей, подходящих для реконструкций и даже стилизаций. Рассказываем о 7 новых жилых комплексах, в которых использован фасадный алюминий компании SEVALCON.
Волшебная линия
Вентиляционные диффузоры Invisiline, созданные архитекторами Майклом и Элен Мирошкиными, завоевали престижную дизайнерскую премию Red Dot 2020. Невидимые решетки, придуманные для собственных проектов, выросли в бренд, ответивший на запросы коллег-архитекторов.
Эффектная сантехника для энергоэффективного дома
Экодом в Чезене, совмещающий функции жилья и рабочей студии архитекторов Маргариты Потенте и Стефано Пирачини, стал первым в Италии примером «пассивного дома», встроенного в плотный фронт городской застройки; кроме того он – результат реконструкции. Интерьеры дома удачно дополняет сантехника Duravit.
Сейчас на главной
Этюды о стекле
Жилой комплекс недалеко от Павелецкого вокзала как символ стремительного преображения района: композиция с разновысотными башнями, изобретательная проработка витражей и зеленая долина во дворе.
Место сбора
В Лондоне открылся 20-й летний павильон из архитектурной программы галереи «Серпентайн». Проект разработан йоханнесбургской мастерской Counterspace.
Сила цвета
Три московских выставки, где важную роль в дизайне экспозиции играет цвет: в Новой Третьяковке, Музее русского импрессионизма и «Царицыно».
Умер Готфрид Бём
Притцкеровский лауреат Готфрид Бём, автор экспрессивных бетонных церквей, скончался на 102-м году жизни.
Эстакада в акварели
К 100-летнему юбилею Владимира Васильковского мастерская Евгения Герасимова вспоминает Ушаковскую развязку, в работе над которой принимал участие художник-архитектор. Показываем акварели и эскизы, в том числе предварительные и не вошедшие в финальный проект, и говорим о важности рисунка.
Идейная составляющая
Попытка систематизации идей, представленных в Арх Каталоге недавно завершившейся выставки Арх Москва: критика, констатация, обоснование, отказ, – все в основном лиричное, традиции «бумажной архитектуры», пожалуй, живы.
Летать в облаках
Ресторан в Хибинах как новая достопримечательность: высота 820 над уровнем моря, панорамные виды, эффект левитации и остроумные инженерные решения.
Видео-разговор об архитектурной атмосфере
В первые дни января 2021 года Елизавета Эбнер запустила @archmosphere.press – проект об архитектуре в Instagram, где она и другие архитекторы рассказывают в видео не длинней 1 минуты об 1 здании в своем городе, в том числе о своих собственных проектах. Мы поговорили с Елизаветой о ее замысле и о достоинствах видео для рассказа об архитектуре.
21+1: гид по архитектурной биеннале в Венеции
В этом году архитектурная биеннале «переехала» в виртуальное пространство: так, 20 национальных экспозиций из 61 представлено в онлайн-формате. Цифровые двойники включают в себя видеоэкскурсии по павильонам, интервью с авторами и записи с церемонии открытия. Публикуем подборку национальных проектов, а также один авторский – от партнера OMA Рейнира де Графа.
Награды Арх Москвы: 2021
В субботу вечером Арх Москва вручила свои дипломы. В этом году – рекордное количество специальных номинаций, а значит, много дипломов досталось проектам с содержательной составляющей.
Вулкан Дефанса
В парижском деловом районе Дефанс достраивается башня HEKLA по проекту Жана Нувеля. От соседей ее отличает силуэт и фасадная сетка из солнцерезов.
Керамические тома
Ажурный фасад новой библиотеки по проекту Dietrich | Untertrifaller в австрийском Дорнбирне покрыт полками с книгами – но не бумажными, а из керамики.
Идеями лучимся / Delirious Moscow
В Гостином дворе открылась 26 по счету Арх Москва. Ее тема – идеи, главный гость – Москва, повсеместно встречаются небоскребы и разговоры о высокоплотной застройке. На выставке присутствует самая высокая башня и самая длинная линейная экспозиция в ее истории. Здесь можно посмотреть на все проекты конкурса «Облик реновации», пока еще не опубликованные.
Трансформация с умножением
Дворец водных видов спорта в Лужниках – одна из звучных и нетривиальных реконструкций недавних лет, проект, победивший в одном из первых конкурсов, инициированных Сергеем Кузнецовым в роли главного архитектора Москвы. Дворец открылся 2 года назад; приурочиваем рассказ о нем к началу лета, времени купания.
Союз Церкви и государства
Новое здание библиотеки Ламбетского дворца, лондонской резиденции архиепископа Кентерберийского, построено на берегу Темзы напротив Парламента. Авторы проекта – Wright & Wright Architects.
Сергей Чобан: «Я считаю очень важным сохранение города...
Задуманный нами разговор с Сергеем Чобаном о высотном строительстве превратился, процентов на 70, в рассуждение о способах регенерации исторического города и о роли городской ткани как самой объективной летописи. А в отношении башен, визуально проявляющих социальные контрасты и создающих много мусора, если их сносить, – о регламентации. Разговор проходил за день до объявления о проекте «Лахта-2», так что данная новость здесь не комментируется.
Пресса: Что не так с новой башней Газпрома в Петербурге? Отвечают...
На этой неделе стало известно, что Газпром собирается построить в Петербург вслед за «Лахта-центром» новую башню — 700-метровое здание. Рассказываем, что думают по поводу новой высотки архитекторы, критики и краеведы.
Башня превращается
Совместно с нашими партнерами, компанией «АЛЮТЕХ», начинаем серию обзоров актуальных тенденций высотного строительства. В первой подборке – 11 реализованных высоток со всего мира, демонстрирующих завидную приспособляемость к характерной для нашего времени быстрой смене жизненных стандартов и ценностей.
Переговоры среди лепестков
На Венецианской биеннале представлен новый проект Zaha Hadid Architects: модуль-переговорная Alis, подходящий как для интерьеров, так и для использования на открытом воздухе.