Итоги 2017: что говорят архитекторы

Архитекторов мы попросили оценить успехи и разочарования года, также как и поделиться планами на 2018 год.

mainImg
zooming
Музей-хранилище коньячного завода «Альянс 1892». Фотография © Глеб Леонов
Левон Айрапетов и Валерия Преображенская, 
TOTEMENT/PAPER

Успех или открытие 2017 года 
Если не считать достаточно обширную и положительную прессу в архитектурных СМИ, в основном зарубежных, по поводу нашего объекта в Черняховске, а также нескольких премий и приглашений на конкурсы и фестивали в Европе, Китае и США, что также можно отнести к категории успеха, то «внутренних открытий» бюро не совершило, что говорит о временной творческой стагнации, и нас, естественно, беспокоит.
zooming


Провал или разочарование 2017 года 
Тенденция на процветание «серого», маргинализация «касталийских безумцев», политизация и социализация архитектуры и искусства, превращение архитекторов в социальных работников общества потребления, контролируемого политиками и корпорациями, превратившееся в устойчивый тренд, что было подтверждено недавно на WAF-2017 – таков провальный итог не только этого года, но и всего последнего десятилетия.

Мировая архитектура для нас все больше концентрируется в США, в основном, в Лос-Анджелесе (Гери, Мосс, Мэйн, Вискомб, Коэн, все, что связано SCI-Arc, конечно, Холл). Архитектурная Европа становится все более социализированной (возможно, кроме Coop Himmelb(l)au) и левацкой. Российская архитектурная практика, будучи по сути провинциальной, следует в фарватере «большой Европы», заигрывая с несуществующим обществом, вымышленными «либеральными» ценностями «общественного пространства» свободы.

Наступает, а может и наступило, время «серых». Это последователи тех, кто когда-то «мочил» «формалиста» Мельникова и «амбициозного Леонидова, который, при помощи своих контрреволюционных, индивидуалистических, противных народу зданий-коробок дискредитировал гуманистическую советскую архитектуру, призванную служить интересам трудящихся…», ну и так далее.

Планы на 2018 год
Что касается планов на следующий год – в 2017 мы начали проект первой в России вискокурни, строительство которой должно начаться в 2018 напротив музея-хранилища коньяка Альянса 1892. Также между двумя зданиями мы предполагаем спроектировать парк.

Второй объект, который отнимает у нас много сил и времени – это объект в Петропавловске-Камчатском, строительство которого начато в 2017. Это гостиница с конференц-залом и ресторанами, фитнес-центром и офисным зданием. Все это в девятибалльной сейсмической зоне и на очень сложном участке с перепадом рельефа до 15 метров.

Там же мы уже сделали концепцию развития прилегающей к участку территории, около 4,5 га, с визит-центром, небольшим музеем, зонами отдыха, автостоянками, летним театром вдоль берега озера Култучное. Наше предложение было одобрено городом, и это также задача на предстоящий год.
Есть и другие работы, которые перетекут из 2017. Мы уже участвуем в двух конкурсах в Китае и США со своим зданием музея в Черняховске. Также у нас выставка в Китае в марте 2018 в шанхайском институте визуальных искусств…
***
 
Транспортный хаб на площади Всемирного торгового центра, Нью-Йорк. Фотография: massmatt CC BY 2.0
Павел Андреев,
архитектурная мастерская «ГРАН»

Успех или открытие 2017 года 
Самые яркие впечатления оставила недавняя поездка в Нью-Йорк. Особенно сильное впечатление на меня произвел Транспортный терминал Всемирного торгового центра по проекту Сантьяго Калатравы. Работы над этим проектом шли в течение 10 лет и результат фантастический. И в архитектурном плане, и в инженерном, в четкости процесса производства работ, и как транспортная инфраструктура, и как решение общественного пространства. Работа архитектора в несколько раз подняла качество этой площадки.
zooming

Этот терминал произвел на меня сильное впечатление, в отличие от других построек мировых архитектурных «звезд» в Нью-Йорке за последнее время, которые не оставили никакой радости вообще. Наоборот, были какими-то достаточно странными.

Провал или разочарование 2017 года 
Что касается отрицательных впечатлений, я бы не хотел отвечать на этот вопрос, потому что не хочу об этом думать в преддверии Нового года. Не хотелось бы говорить о разочарованиях…

Планы на 2018 год
Относительно планов могу сказать, что я завершил свой более чем двадцатилетний период работы в Моспроекте-2, полностью возвращаюсь к частной практике. И теперь в наших планах новые работы и проекты.
***
 
Салют над парком «Зарядье» в день его открытия 9 сентября 2017 года. Фотография: mos.ru CC BY 4.0
Андрей Асадов,
архитектурное бюро Асадова

Успех или открытие 2017 года 
Первое, что приходит в голову – программа реновации. Мне кажется, это главная тема года. Но ее можно рассматривать и как успех года, и как провал года одновременно. В ней заложен целый спектр смыслов, факторов, воздействий и последствий, которые воспринимаются неоднозначно многими.

Я лично воспринимаю тему реновации как вызов для архитектурного профессионального цеха. Вызов и возможность показать максимально возможное качество среды, которое можно достичь в рамках доступного жилья, в рамках жилья комфорт-класса. Могут ли архитекторы задать планку качества и сделать это качество доступным для массового потребления? Можно ли создать принципиально новое качество среды в рамках требуемого бюджета? Это вызов мирового значения. Пока эта программа реализуется в Москве, но впереди ее выход на общероссийский масштаб, первой ласточкой которого служит конкурс по заказу Минстроя РФ.

Затем, нельзя не отметить открытие парка «Зарядье» как главного архитектурного события уходящего года. В центре Москвы появилось фантастическое пространство, созданное по мировым стандартам, пусть и с местной спецификой в плане качества исполнения. Это большое достижение!
zooming

Из знаковых событий для нашего бюро я могу отметить окончание строительства аэропорта в Перми. Позитивна сама тенденция реализации масштабных проектов, в том числе инфраструктурных, в регионах.

Провал или разочарование 2017 года 
Опять-таки это касается реновации. Существует мнение, что процесс реновации мог бы быть запущен немного более органично, более естественно, можно сказать эволюционно, с привлечением общества. Но такая стремительность – характерная черта нашего времени, и я могу сказать, что лучше сделать что-то более резкое, но сделать быстро и, по возможности, хорошо, чем вообще не сделать. И команде из Москомархитектуры удалось организовать конструктивное взаимодействие с жителями в рамках публичных презентаций. Это большой шаг, которого могло бы и не быть.

Планы на 2018 год
Главный план – попытаться реализовать модель «Неспального района» – так мы назвали наш конкурсный проект – уже в практическом плане на какой-то реальной территории или в рамках реновации. Это должна быть среда, которая стимулирует самого жителя проявить себя в разных областях, связанных с программированием и инфраструктурным развитием района.
***
 
zooming
Юлий Борисов, 
UNK project

Успех или открытие 2017 года 
Успех или открытие, если брать московский рынок, то, конечно, парк «Зарядье» – это успех, на мой взгляд, абсолютный. А второй успех – это, наверное, хорошая планомерная реставрация, которая идет на ВДНХ и на Лужниках. Успех в том, что пошли крупные градообразующие серьезные проекты.

Мне кажется, что за последние 20 лет в Москве, к большому моему сожалению, было построено много хороших зданий, на среднем европейском уровне, но выдающихся, с точки зрения мирового уровня, что-то я не припомню. Таких, которые можно было бы назвать новым словом мировой архитектуры. Парк «Зарядье» – объект комплексный, но это уже что-то такое мирового уровня. Как минимум с точки зрения архитектуры, и филармония, как ее часть, – это хороший такой международный уровень. По крайней мере, с точки зрения проектирования. И на мой взгляд, это объект, который обозначает некий перелом тенденции. Наконец, у нас есть свои объекты, пусть они некоммерческие, а государственные, но они все-таки выходят на какой-то международный уровень.

Провал или разочарование 2017 года 
Самое большое мое разочарование – это уничтоженные памятники. Пальмира и остальные. Список может быть очень длинным. Это для меня за пределами добра и зла. Постройки такой древности, сохранившиеся до наших дней и уничтожены на наших глазах. Невосполнимые потери. Самое кошмарное – это разочарование в человечестве.

Планы на 2018 год:
В следующем году мы должны закончить три важных для нас объекта. Мы получили эти заказы в результате конкурсов, и вот цикл подходит к концу, и можно будет представить материализованные результаты долгой и упорной работы. Второе главное ожидание – выход на новый уровень нашего бюро. Наш штат теперь составляет больше 110 человек, и мы начинаем работать как комплексное проектное бюро, способное оказать заказчику полный набор услуг по разработке и сопровождению проектов. Из небольшого креативного бюро мы сейчас переходим в формат проектной организации, которая может решать сложнейшие задачи любого масштаба. И есть еще один план из разряда «наши хотелки» – выход на международный уровень. Мы планируем участвовать в международных конкурсах и сделать серьезный международный проект. Такое загаданное желание для Деда Мороза на будущее.
***
 
Проект реставрации и приспособления объекта культурного наследия «Здание дома-коммуны Наркомфина» (2015–2017) © Гинзбург Архитектс
Алексей Гинзбург, 
«Гинзбург Архитектс»

Успех или открытие 2017 года 
В московском масштабе позитивное событие – это начало программы реновации, которое, безусловно, лидирует в новостях. В масштабе мастерской – начало реставрации дома Наркомфина. В мировом контексте я не могу отметить какого-то глобального события. Мелких много, одного какого-то выдающегося я не вижу.
zooming

Провал или разочарование 2017 года 
Уменьшение рынка, хотя я не люблю это слово. Уменьшение количества функций, количества типов заказываемых объектов. Количество каких-то общественных и социальных функций уменьшается. Превалирует жилье. Мы работаем с коммерческим заказчиком и в этом году мы заметили отчетливую тенденцию к сокращению диапазона типов объектов, которые сейчас находят финансирование. И мне кажется, что динамика этого процесса будет только нарастать.

Параллельно идет снижение себестоимости строительства за счет качества, в первую очередь, отделочных и строительных материалов.

Планы на 2018 год
В планах – защита диссертации, посвященной работе современного архитектора в историческом городе. Вряд ли это произойдет в следующем году, но нужно работать над ней.

Кроме того, мы планируем переиздать книги Гинзбурга на русском языке. Уже готовы две из них. Будет презентация, и они поступят в продажу.

Хотелось бы сделать еще выставку, но непонятно, где взять силы и время.
***
 
zooming
Анна Ищенко, 
Wowhaus

Успех или открытие 2017 года 
Вообще, когда кончается практически каждый год, у меня традиционно возникает мысль: слава Богу, что этот ужасный год кончается. А в этом году у меня такого чувства нет, впервые за долгие годы. Сложно сказать, с чем конкретным это связано. Скорее всего, это комплексная история. У нас было много интересных проектов, которые дали нам новое развитие и хороший задел на следующий год.
***
 
zooming
Проект реконструкции палаццо Ка′Трон в Венеции © FAS(t)
ДНК аг 
Даниил Лоренц, Наталья Сидорова, Константин Ходнев

Успех или открытие 2017 года
Приятно отметить в этом году присутствие российских архитекторов на зарубежных площадках. Среди них архитектурное бюро «Меганом» с башей на Манхэттене в Нью-Йорке, архитектурное бюро FAS(t) с победой в Конкурсе Waterproof на реконструкцию венецианского палаццо Ка Трон или российских победителей Europan 14.
Комплекс апартаментов «Рассвет 3.34» в Столярном переулке. ©KR Properties

Как открытие года можно выделить новый способ коммуникации архитектора и общественности, который актуализировала программа реновации. Речь идет о презентациях и публичных обсуждениях проектов-финалистов конкурса на разработку концепций экспериментальных площадок реновации жилищного фонда в Москве. Архитекторы получили возможность представлять свои проекты широкой публике, а не только узкому кругу специалистов и заинтересованных организаций.

Среди достижений нашего архитектурного бюро в этом году стоит упомянуть реализации наших проектов. «Рассвет LOFT*Studio» практически завершен, вносятся последние штрихи по благоустройству, а всего лишь год назад мы получили гран-при фестиваля «Зодчество» за этот проект. Уже обживается первая очередь и достраивается вторая нашего малоэтажного градостроительного проекта в подмосковных Горках Ленинских, в жилом комплексе «Северный» в СВАО возводится новый квартал.
zooming

Провал или разочарование 2017 года
Удручает сильное ускорение темпов проектирования и строительства. По большому счету, происходит бетонирование города квадратными метрами. Самое печальное, без должного градостроительного обоснования, что ведет к безвозвратной утрате комфортного городского и пригородного ландшафта. Речь идет не только о Москве и ближайшем Подмосковье, но и о регионах.​

Планы на 2018 год
Планы на будущее, конечно, грандиозные!
***
 
Здание Гамбургской филармонии Elbphilarmonie. Фото © Maxim Schulz
Николай Переслегин, 
Kleinewelt Architekten

Успех или открытие 2017 года 
Для меня настоящими открытиями этого года стали две постройки бюро Herzog & de Meuron. Первое – Эльбская Филармония в Гамбурге, которая строилась 10 лет, и за это время ее бюджет увеличился чуть ли не в 10 раз. Но получилось потрясающее здание. Это такой настоящий, зрелый Herzog & de Meuron, в котором собрано все, за что мы их любим. Это большой подарок для города и для всей мировой архитектуры, для которой характерен кризис ярких архитектурных событий.
56 Леонард Стрит © Herzog & de Meuron

Второй объект, который я тоже считаю важнейшим событием этого года – это небоскреб «56 Leonard» в Нью-Йорке, который тоже построил Herzog & de Meuron. Это абсолютно уникальное здание. Ему нет аналогов. Ни с точки зрения эстетики, ни с точки зрения конструктивных решений. Поразительно, как им удалось превратить такую холодную, рациональную тему как небоскреб в нечто уютное, тактильное, сложное и гармоничное одновременно. Небоскреб буквально напичкан самими разными функциями, и это сделано виртуозно.
Zeitz Museum соврменного африканствого искусства в Кейптауне, ЮАР. Проект Томас Хезервик (Thomas Heatherwick). ©Ivan Baan

Еще одно событие, которое мне тоже кажется важным – это Музей современного искусства в Кейптауне по проекту англичанина Томаса Хезервика / Thomas Heatherwick в старом здании портового элеватора.
zooming

Это очень неожиданно с точки зрения локации. В новом Музее будет представлена коллекция современного искусства Африки, и это, как мне кажется, очень знаковое явление.

Провал или разочарование 2017 года 
Я бы не назвал это отрицательной или положительной тенденцией. Скорее, ее можно оценить как логичную и естественную. Кризис продюсирует фундаментальные изменения в проектном бизнесе. Профессиональный ландшафт принципиально поменялся за последние пять лет. Это связано и с экономической ситуацией, и с изменением вектора интересов девелоперов. Наступает достаточно жесткое отрезвление с точки зрения уровня жизни и уровня запроса. Появился запрос на очень рациональные решения. Роскошь, которая и раньше была для меня странна, больше не в тренде. Она уходит на второй, третий, четвертый или двадцать пятый план. Это изменение было неизбежно, и теперь важно понять, как она дальше будет развиваться, и как мы, архитекторы, будем на нее реагировать или не реагировать. И те, кто быстро научится отвечать на новые запросы рынка, тот, я думаю, сделает правильно. Это будет залогом успеха.

Планы на 2018 год
Мы в этом году выиграли несколько достаточно больших и очень важных для нас архитектурных конкурсов. В следующем году продолжим работу над этими проектами. Буду рад рассказать о них чуть позже.

В 2018 году будет закончено строительство нескольких наших объектов, в первую очередь – дилерского центра «Авилон» на ЗИЛе.

Мы продолжим наши исследовательские проекты и нашу преподавательскую деятельность. Мы с партнерами по Kleinewelt Architekten, по приглашению школы МАРШ, будем вести авторский курс по реконструкции зданий. Он называется RE(NEW) и начнется в марте.
***
 
zooming
Александр Скокан, 
«Остоженка»

Успех или открытие 2017 года 
В связи с тотальным отсутствием в повестке дня нашего общества темы будущего, возвращение этой темы для меня состоялось в эпистолярно-мемуарном плане – текст «Будущее вчера и сегодня», написанный для Академического сборника.

Провал или разочарование 2017 года 
Непонятные для меня возбуждение и восторги публики по поводу московской «реновации».

Планы на 2018 год.
Конференция и выставка «По следам города Будущего», которая состоится в марте 2018 года НИУ ВШЭ и будет посвящена наследию НЭР и его роли в советском градостроительстве. Это тоже о «будущем в прошлом» в котором мне повезло в свое время поучаствовать.
***
 
Проект небоскрёба на Пятой авеню, 262, Нью-Йорк © Меганом
Сергей Скуратов,
«Сергей Скуратов Architects»

Успех или открытие 2017 года 
Главная новость и удача года для всего российского архитектурного цеха – это согласование проекта строительства супертонкого небоскреба в NY по проекту моего коллеги и друга Юрия Григоряна. Я искренне рад за него и верю, что получится очень яркая и знаковая авторская реализация. Я также поздравляю девелопера этого потрясающего проекта, моего стародавнего заказчика Бориса Кузинца, с которым мы в начале двухтысячных реализовали несколько важных для нас обоих проектов.
Панорама парка «Зарядье» с крыши комплекса «Филармония». Фото: Wikipedia

Ну и невозможно отмолчаться по поводу самой свежей новости. Одна из моих любимых молодых команд – бюро FAST получила Гран-при на престижном концептуальном конкурсе в Венеции. Молодцы!

Из событий года я отмечу самое обсуждаемое, восхваляемое и одновременно осуждаемое за качество (при необсуждаемых темпах и сроках) строительства и за некоторый «неучет» местного климата и менталитета – парк «Зарядье». Любая яркая и почти провокационная реализация делит цех на две части. Я скорее бы взялся защищать этот проект, хотя в нем много мест, которые с моей точки зрения надо было сделать по-другому. Но в целом, для Москвы и для России это невероятный прорыв, в первую очередь – в массовом сознании и в координации с властью. Так что респект Сергею Кузнецову и всему авторскому коллективу.
Проект небоскребов Capital Towers (270м) на Краснопресненской набережной. © Sergey Skuratov architects

Реновация. Сложная тема в плане выполнения властью своих обещаний, взаимоотношения с жителями, сроков и качества реализаций. Пока наблюдаю серьезную подвижку в сторону создания новой качественной среды для жизни. Москомархитектура, архитекторы-участники, все очень стараются и хотят сделать очень хорошо. Посмотрим на решение жюри в январе. Будем надеяться, что многое из того, что сейчас придумано, будет реализовано.

Из событий нашей мастерской нужно отметить юбилей – нашей мастерской уже 15 лет! И эту дату мы встретили в нашем новом, красивом и просторном офисе в нашем комплексе «Садовые кварталы».
Из достижений можно вспомнить золото на «Зодчестве», которое мы получили как лучшая архитектурная мастерская. Выиграли «Brick Award. Russia» 2017 с жилым домом на улице Бурденко. Садовые кварталы получили очередную премию за лучшее благоустройство.

В этом году мы, наконец, закончили «Эгодом» на Алексеевской. Заканчивается первая очередь строительства «Резиденции композиторов» на Павелецкой набережной. Новые фасады наших домов во второй очереди строительства в «Садовых кварталах» уже попали на обложки некоторых иностранных журналов и активно обсуждаются в FB. Строим Софийскую набережную, Зиларт, небоскребы (270 м) на Краснопресненской набережной, третью очередь Садовых кварталов.

Хотя должен сказать, что проблем, неудач и трудностей у нас столько же, сколько у любой другой команды. Главное – любить то что делаешь и не бояться решать сложные вопросы. Мы верим в свои силы и уверены, что все получится.
zooming

Провал или разочарование 2017 года 
По-прежнему наши российские скульпторы редко радуют нас удачами, особенно в Москве. Весь мир давно нашел другие, более нейтральные и более современные пластические способы увековечивания памяти той или личности. У нас же, к сожалению, какой-то XIX век и не в лучших его образцах.

Ну и добавил бы про застройку «Новой Москвы». В плане критики здесь уже все отметились. Вопрос, как это остановить и что с этим делать?

Планы на 2018 год
Планы на год обширные – и рабочие, и связанные с жизнью семьи. В начале весны, наконец, начнем строить свой дом по собственному проекту. Невероятно сложная задача, когда сам себе заказчик. Кто строил, тот меня поймет.

Конец января будет богат на сюрпризы. Состоится подведение итогов сразу по двум конкурсам с нашим участием. Тогда же планируем поездку в Базель на строительную выставку, ну и заглянуть в гости к нашим швейцарским коллегам Herzog & de Meuron. В 2018 году я хочу съездить в Гамбург и посмотреть Филармонию. В планах Венеция, Вена (Brick Award 2018). Ну и еще, конечно – кирпичные заводы, карьеры и все, что связано с реализацией наших больших проектов.

Ну и почти ритуальная поездка в марте на горные лыжи в Вальдезер.

Может показаться, что слишком много свободного времени. Это категорически не так. Времени всегда не хватает! Так, к сожалению, устроена жизнь.
***

zooming
Сергей Чобан, 
SPEECH и Tchoban Voss Architekten

Событие года номер один для меня – это открытие парка «Зарядье», объекта, который привлек к современной московской и российской архитектуре внимание всего мира. О парке написали практически все ведущие архитектурные СМИ – как бумажные, так и сетевые.

Другие сопоставимые с этим архитектурные события, пожалуй, назвать не могу. И каких-либо новых тенденций в профессиональной сфере не вижу. Проектирование в России по-прежнему происходит преимущественно в сфере более или менее крупных жилых девелоперских проектов.
***
 
Проект реконструкции Тульской набережной © WOWHAUS
Олег Шапиро,
Wowhaus

Успех или открытие 2017 года 
Один из важных позитивных итогов этого года – наша интернатура, наконец, стала настоящей и заработала в полную силу, как не только практика внутри мастерской, но и полноценная образовательная программа.

Еще один позитивный момент – мы вышли в регионы. Сейчас мы работаем в Сочи, Новосибирске, Туле, Минске. Сформировался запрос на общественные пространства как неотъемлемую часть городской среды, без которой нельзя продать жилую или коммерческую недвижимость. И наиболее прогрессивные девелоперы в регионах почувствовали этот запрос и готовы инвестировать дополнительные средства в свои проекты и приглашать нас для разработки качественных, индивидуальных решений и комплексного благоустройства.
zooming

Провал или разочарование 2017 года 
Архитектурная практика всегда связана с какими-то потерями, неудачами, проигрышами. Не удалось выиграть конкурс, остановился проект, пришлось менять какое-то решение. Это настолько естественно, что по прошествии какого-то времени все эти обстоятельства просто вымываются из памяти. И ты фокусируешься на том, что предстоит, какие задачи нужно будет решать в течение будущего года.

Планы на 2018 год
В будущем году мы планируем активно участвовать в программе подготовки к 100-летнему юбилею усадьбы «Архангельское», который будет отмечаться в 2019 году. Подготовкой занимается специально созданная правительственная комиссия и попечительский совет. Мы сделали мастер-план, доделываем эскиз проекта реставрации и приспособления, и дальше будем работать большими кусками.

Еще в следующем году мы вернемся к сотрудничеству с МАРШ и будем вести специальный интенсивный курс «Проектирование общественных пространств». Это курс, в котором примут участие представители Департамента капитального ремонта, девелоперских компаний и подрядных организаций, социологи, экономисты и транспортники, предназначен для людей, имеющих высшее образование и желающих заниматься еще и общественными пространствами. Курс будет достаточно подробный, с акцентом на практику, с разбором того, что можно сделать, а чего нельзя и почему, и как придумать классную вещь в жестких рамках нашей реальности.
***
 
zooming
Игорь Шварцман,
«Сергей Киселев и Партнеры»

Успех или открытие 2017 года 
Глобально позитивного я сейчас ничего назвать не могу. Если говорить об отдельных событиях и новостях, то много проектируется и строится интересных объектов. Я очень рад, что у Юрия Григоряна пошел проект на Манхеттене. Чувствуешь какую-то гордость, пусть опосредованно, но все же.
У нас в компании ничего сверх ожидаемого не произошло. Стабильная работа, хотя и во все более и более ужесточающихся условиях борьбы за клиента, за заказ. Не хочу использовать слово тендер, оно слишком казенно, но сейчас тендер и борьба – это практически синонимы. Конкуренция в архитектурном мире ужесточается.

Провал или разочарование 2017 года 
На мой взгляд, ситуация в сфере взаимоотношений архитекторов и девелоперов только усугубляется. Отсутствует уважение к нашей профессии и к архитектуре вообще. Не к проектированию как способу создания объектов недвижимости и получения прибыли, а к профессионалам уважения не добавляется. Мы работаем в сфере коммерческого заказа и видим всю эту ситуацию изнутри и в динамике. Какие-то разговоры о принятии законов об архитектурной деятельности, теоретически призванные изменить ситуацию, ведутся на самом высоком уровне, но на практике все остается на своих местах. И оптимизма у меня особого нет.

Планы на 2018 год:
Есть проектные заделы на следующий год. Планируем закончить несколько строек. В конкурсах, если будут приглашать, будем участвовать, но только в закрытых. В открытых мы уже давно не принимаем участия. Не вижу в них смысла.
***
 
Музейно-выставочный комплекс «Оборона и блокада Ленинграда» © Студия 44
Никита Явейн,
«Студия 44»

Успех или открытие 2017 года 
Успехом этого года для «Студии 44» и для меня лично я однозначно считаю работу над проектом Музея обороны и блокады Ленинграда. Мы глубоко копнули и эту тему, и свои переживания относительно нее. Возможно, не докопнули. Немножко не дотянули в подаче, не все, что придумали, удалось выразить. Но по большому счету в этом проекте мы смогли подняться на новый уровень. И по взаимодействию внутри команды, и по выходу на какое-то другое архитектурное состояние или видение. Тут, конечно, тема помогла. Приятно, что и мы рванули вверх, и наш проект был высоко оценен. Надеюсь, мы продолжим работу над проектом и сможем сделать то, что не успели в конкурсной концепции.

Из мировых трендов могу отметить уход от «звездной архитектуры». Она становится просто неприличной. Наверное, это хорошо. Вместе с тем, отсутствие, что называется, генеральной линии, разделение на несколько близких направлений – социальная архитектура, экологичная и так далее – означает, на мой взгляд, потерю собственно темы архитектуры как некой самоценности, как самоопределения профессии. Не уверен, что эту тенденцию можно назвать позитивной.

Провал или разочарование 2017 года 
Тревожит, мне кажется, какое-то падение уровня массовой архитектуры. Наметились новые и довольно неприятные тенденции. Разорвана связь между автором проекта и постройкой. Нарисовал картинку, согласовал, а дальше построят, как получилось. Это носит почти комедийный характер. Пока мы держимся, но что будет дальше – непонятно. Это всеобщий тренд.

И вообще, стало заметно падение общей художественной культуры. Она как падала последние 20 лет, так и падает. Отдельные какие-то объекты, которые вырываются из этого тренда, не сдерживают общей картины.

Еще нельзя не отметить практически полное исчезновение из архитектурного заказа общественных зданий как типологии. У нас в Питере фактически полное исчезновение. Немногочисленные проекты идут по бюджетным линиям, по какой-то низкой и ценовой, и архитектурной планке.

Планы на 2018 год
Подвигом будет, что при нашей такой баламутной жизни все-таки, как я очень надеюсь, мы доведем Блокаду до какого-то уровня, хотя бы проектного. При том, что все происходит так, чтобы этого не произошло.

Видимо, придется что-то делать для Венецианской биеннале, точнее для российского павильона, экспозиция которого будет посвящена российским железным дорогам. Нам придется делать какую-то часть этой экспозиции.

Очень надеюсь, что смогу путешествовать. Из последних впечатлений совершенно фантастической была поездка в Иран. Всем советую, особенно посмотреть Исфахан. Это может быть один из самых красивых городов мира и с самой качественной архитектурой. Центральную площадь Исфахана, особенно здание дворца и две мечети, которые стоят на площади, я бы поставил в один ряд с такими вещами как Пантеон.

Очень хочу увидеть подземные церкви в Лалибела в Эфиопии и посетить комплекс Чандигарха в Индии. Но это все сложно осуществимо, так что это скорее не планы, а мечты.
 

30 Декабря 2017

Похожие статьи
«Наутилус» спорный, но бесспорно наш
Интервью, взятое Еленой Леонидовной Косоренковой у архитектора Алексея Ростиславовича Воронцова. О капроме, девяностых как свободе и символе эпохи. Каком именно? По словам Алексея Воронцова, никакой ИИ «Наутилус» спроектировать не сможет.
Олег Шапиро: «Мы проектируем жизнь целиком, во всем...
Wowhaus давно уже не специализируется на «благоустройстве». Одна из новых тем – неоиндустриализация. Другая – большие мастер-планы. Но и с Парком Горького работа вновь идет. Только более системная и масштабная. В этом интервью – одновременно вспоминаем Колхаса, Стрелку, историю внимания к «городской среде» – и выясняем, чем именно сейчас занят Wowhaus и как устроена его работа. Из 9 подразделений и 160, примерно, сотрудников.
Иван Кычкин: «Наш подход строится на балансе между...
За последнее время на архитектурном горизонте России все чаще появляются новые и интересные бюро из Республики Саха. Большинство из них активно участвуют в программах благоустройства, но не ограничиваются ими, развивая новые направления на стыке архитектуры, дизайна и арт-практик. Одним из таких бюро является мультидисциплинарная студия GRD:, о специфике которой мы поговорили с ее руководителем Иваном Кычкиным.
«Баланс между краткой формой и насыщенностью контекста»
В издательстве Музея «Гараж» вышел 5-й путеводитель из серии о модернизме в крупных городах СССР: теперь речь идет о Ереване. Мы поговорили о новой книге, ее особенностях и отличиях от предыдущих 4 изданий с ее авторами: Анной Броновицкой, Еленой Маркус и Юрием Пальминым.
Давай поговорим о брутализме
Архитектурному клубу «Глазами инженера» исполнился год: он предлагает встречи за чашкой чая, непринужденную атмосферу и разные форматы – от обсуждения стиля, здания или книги до вымышленного градсовета. Основатели и модераторы клуба рассказали Архи.ру, почему эти неформальные встречи дают особенный опыт новичкам и профессионалам.
Степан Липгарт и Юрий Герт: «Наша программа – эстетическая»
У бюро Степана Липгарта, архитектора с узнаваемым авторским почерком и штучными проектами, теперь есть партнер. Юрий Хитров, специалист с широким набором компетенций, возьмет на себя ту часть работы, которая отвлекает от творчества, но двигает бизнес вперед. Одна из целей такого союза – улучшать среду города через диалог с заказчиком и чиновниками. Поговорили с обеими сторонами об амбициях, стратегии развития бюро, общих ценностях и необходимости прагматичного. А почему бюро называется «Липгарт&Герт» – выяснилось в самом конце.
Что ждет российскую архитектуру: версии двух столиц
На 30-й «АРХ Москве» Никита Явейн и Николай Ляшенко поговорили о будущем российских архитектурных бюро. Беседа проявила в том числе и глубинное отличие петербургского и московского мироощущения и подхода: к структуре бюро, конкурсам, зарубежным коллегам и, собственно, будущему. Сейчас, когда все подводят итоги и планируют, предлагаем почитать или послушать этот диалог. Вы больше Москва или Петербург?
Дмитрий Остроумов: «Говоря языком алхимии, мы участвуем...
Крайне необычный и нетипичный получился разговор с Дмитрием Остроумовым. Почему? Хотя бы потому, что он не только архитектор, специализирующийся на строительстве православных храмов. И не только – а это редкая редкость – сторонник развития современной стилистики в ее, пока все еще крайне консервативной, сфере. Дмитрий Остроумов магистр богословия. Так что, помимо истории и специфики бюро, мы говорим о понятии храма, о каноне и традиции, о живом и о вечном, и даже о Русском Логосе.
Измерение Y
Тенденция проектирования жилых башен в Москве не тускнеет, а напротив, за последние 5 лет она как никогда, пожалуй, вошла в силу... Мы и раньше пробовали изучать высотное строительство Москвы, и теперь попробуем. Вашему вниманию – небольшой исторический обзор и опрос практикующих в городе архитекторов.
Алексей Ильин: «На все задачи я смотрю с интересом»
Алексей Ильин работает с крупными проектами в городе больше 30 лет. Располагает всеми необходимыми навыками для высотного строительства в Москве – но считает важным поддерживать разнообразие типологии и масштаба объектов, составляющих его портфолио. Увлеченно рисует – но только с натуры. И еще в процессе работы над проектом. Говорим о структуре и оптимальном размере бюро, о старых и новых проектах, крупных и небольших задачах; и о творческих приоритетах.
Вопрос «Каскада»
Правительство Армении одобрило инвестиционную программу, подразумевающую завершение «Каскада», ключевой постройки Еревана 1980-х, согласно новому проекту Wilmotte & Associés. О судьбе, значении и возможном будущем «Каскада» рассказали Архи.ру историки архитектуры Карен Бальян и Анна Броновицкая.
«На грани»: интервью с куратором «Зодчества 2025» Тиграном...
С 4 по 6 ноября в московском Гостином дворе состоится XXXIII Международный архитектурный фестиваль «Зодчество». В этом году его приглашенным куратором стал вице-президент Союза московских архитекторов, основатель бюро STUDIO-ТА Тигран Бадалян.
Форма без случайностей
Креативный директор «Генпро» Елена Пучкова – о том, что такое честная современная архитектура: почему важно свести пилоны, как работать с ограниченной палитрой материалов и что делать с любимым медным цветом, который появляется в каждом проекте.
Валерий Каняшин: «Нам дали свободу»
Жилой комплекс Headliner, строительство основной части которого не так давно завершилось напротив Сити – это такой сосед ММДЦ, который не «подыгрывает» ему. Он, наоборот, решен на контрасте: как город из разноформатных строений, сложившийся естественным путем за последние 20 лет. Популярнейшая тема! Однако именно здесь – даже кажется, что только здесь – ее удалось воплотить по-настоящему убедительно. Да, преобладают высотки, но сколько стройных, хрупких в профиль, ракурсов. А главное – как все это замиксовано, скомпоновано... Беседуем с руководителем проекта Валерием Каняшиным.
Григорий Ревзин: «Что нам делать с архитектурой семидесятых»
Советский модернизм был хороший, авторский и плохой, типовой. Хороший «на периферии», плохой в центре – географическом, внимания, объема и прочего. Можно ли его сносить? «Это разрушение общественного консенсуса на ровном месте». Что же тогда делать? Сохранять, но творчески: «Привнести архитектуру туда, где ее еще нет». Относиться не как к памятникам, а как к городскому ландшафту. Читайте наше интервью с Григорием Ревзиным на актуальную тему спасения модернизма – там предложен «перпендикулярный», но интересный вариант сохранения зданий 1970-х.
Лама из тетраметилбутана
Петр Виноградов рассказал об экспериментальной серии скульптур «Тетрапэд», которая исследует принципы молекулярной архитектуры, адаптивных структур и интерактивного взаимодействия с городской средой. Конструкции реагируют на движение, собеседуют с пространством, допускают множественные сценарии использования и интерпретации. Скульптуры уже побывали на «Зодчестве» и фестивале «Дикая мята», а дальше отправятся на Forum 100+.
В преддверии Архстояния: интервью с Валерием Лизуновым,...
25 июля в Никола-Ленивце стартует очередной, юбилейный, фестиваль «Архстояние». Ему исполняется 20 лет. Тема этого года: «Мое главное». Накануне открытия поговорили с архитектором Archpoint Валерием Лизуновым, который стал автором одного из объектов фестиваля «Исправительное учреждение».
Сергей Кузнецов: «Мы не стремимся к единому стилю...
Некоторое время назад мы попросили у главного архитектора Москвы Сергея Кузнецова комментарий по Архитектурной премии мэра Москвы: от схемы принятия решений до того, каким образом выбор премии отражает архитектурную политику. Публикуем полученные ответы, читайте.
Дина Боровик: хрущёвки попадают в Рай
Молодая художница из Челябинска Дина Боровик показывает в ЦСИ Винзавод выставку, где сопоставляет пятиэтажки, «паутинки» и прочие приметы немудрящей постсоветской жизни с динозаврами. И хотя кое-где ее хрущевки напоминают инсталляцию Бродского на венецианской биеннале, страшно сказать, 2006 года, лиричность подкупает.
Дюрер и бабочки
Рассматриваем одну из работ выставки «Границы видимости», которая еще открыта на Винзаводе, поближе. Объект называется актуальным для современности образом: «Сакральная геометрия», сделан из лотков для коммуникаций, которые нередко встречаются в открытом виде под потолком, с вкраплениями фрагментов гравюры Дюрера, «чтобы сбить зрителя с толку».
«Коллизии модернизма и ориентализма»
К выходу в издательской программе Музея «Гараж» книги о Ташкенте, уже 4-м справочнике-путеводителе из серии о советском модернизме, мы поговорили с его авторами, Борисом Чуховичем, Ольгой Казаковой и Ольгой Алексеенко, о проделанной ими работе, впечатлениях и размышлениях.
Александр Пузрин: как получить «Золотого Льва» венецианской...
В 2025 году главная награда XIX Венецианской архитектурной биеннале – «Золотой Лев» досталась национальному павильону Бахрейна за экспозицию Heatwave. Среди тех, кто работал над проектом, был Александр Пузрин – выпускник Московского инженерно-строительного института, докторант израильского Техниона, а ныне – профессор Швейцарской высшей технической школы Цюриха (ETH Zurich). Мы попросили его рассказать о технических аспектах Heatwave, далеко неочевидных для простых зрителей. Но разговор получился не только об инженерии.
Комментарии экспертов. Цирк
Объявлены результаты голосования: москвичи (29%) и дети (42%) проголосовали за первоначально победившее в конкурсе здание цирка в виде разноцветного шатра. Мы же собрали по разным изданиям комментарии экспертов архитектурно-строительной среды, включая авторов конкурсных проектов. Получилась внушительная подборка. Эксперты, в основном, приветствуют идею переноса в Мневники, далее – приветствуют обращение к общественному голосованию, и, наконец, кто-то отмечает уместность эксцентричной архитектуры победившего проекта для типологии цирка. Читайте мнения лучших людей отрасли.
Григорий Ревзин: «Сильный жест из-под полы. Нечто победило»
Обсуждаем дискуссии вокруг конкурса на цирк и сноса СЭВ с самым известным архитектурным критиком нашего времени. В процессе проявляется парадокс: вроде бы сейчас принято ностальгировать по брежневскому времени, а знаковое здание, «ось» Варшавского договора, приговорили к сносу. Не странно ли? Еще мы выясняем, что wow-архитектура вернулась – это новый после-ковидный тренд. Однако, чтобы жест получился действительно сильным, без профессионалов все же не обойтись.
Сергей Скуратов: «Если обобщать, проект реализован...
Говорим с автором «Садовых кварталов»: вспоминаем историю и сюжеты, связанные с проектом, который развивался 18 лет и вот теперь, наконец, завершен. Самое интересное с нашей точки зрения – трансформации проекта и еще то, каким образом образовалась «необходимая пустота» городского общественного пространства, которая делает комплекс фрагментом совершенно иного типа городской ткани, не только в плоскости улиц, но и «по вертикали».
2024: что говорят архитекторы
Больше всего нам нравится рассказывать об архитектуре, то есть о_проектах, но как минимум раз в год мы даем слово архитекторам ;-) и собираем мнение многих профессионалов о том, как прошел их профессиональный год. И вот, в этом году – 53 участника, а может быть, еще и побольше... На удивление, среди замеченных лидируют книги и выставки: браво музею архитектуры, издательству Tatlin и другим площадкам и издательствам! Читаем и смотрим. Грустное событие – сносят модернизм, событие с амбивалентной оценкой – ипотечная ставка. Читаем архитекторов.
Технологии и материалы
Керамическое плетение
Американская Studio WE разработала CeraShingle – модульную систему керамической фасадной облицовки, в которой серийность не означает полного повторения элементов. Черепицы размером около 400 × 130 мм печатаются из глины роботизированной установкой по цифровой модели. При этом они могут различаться рельефом, кривизной, перфорацией и рисунком поверхности.
Инвестиция в долговечность: керамическая плитка с...
Керамическая плитка с пазами (пропилами) появилась на российском рынке как ответ на запрос, который давно существовал в практике: получить скрытое крепление на вентфасаде без ручной доработки плитки на площадке. KERAMA MARAZZI первой наладила промышленный выпуск такого продукта в России.
Дыхание термитника
TerraMound – экспериментальный проект керамической стены, созданной по образу вентиляционных систем термитников. Разработанный в лондонской школе Бартлетта Рамешвари Джонналагедда, прототип использует пористую глину и испарительное охлаждение для пассивного климат-контроля без кондиционеров.
Клинкер с идеальной геометрией
Клинкерная плитка для навесных вентилируемых фасадов азербайджанского производителя Sultan Ceramic – рассчитана на здания высотой до 100 метров и уже прошла проверку на многоэтажных объектах в России. Разбираем ключевые характеристики материала, от технологии производства до полного пакета документации для госэкспертизы.
Пять миллионов «аналоговых пикселей»
Итальянская компания SICIS завершила реконструкцию винодельни Flora Springs в долине Напа. Главным материалом обновления стала мозаика: для отделки фасада и интерьера использовали 5 млн цветных элементов. Из цветных кусочков дизайнеры компоновали абстрактные орнаменты и сюжетные панно. Среди источников вдохновения – римская богиня Флора, «Рождение Венеры» Боттичелли и парк Гуэль Антонио Гауди.
Зеленая гостиная: ресторан-павильон в саду «Аквариум»
На месте сгоревшего ресторана в Саду «Аквариум» возведен новый павильон-ресторан с витражами, ажурными решётками и террасой на крыше. Изумрудные фасады выполнены из металлических конструкций производства «Алкотек». При разработке технических решений специалисты конструкторского бюро компании учли особенности архитектурной концепции и условия реализации объекта в исторической среде.
LVL-брус в интерьере: конструкционный материал как...
LVL-брус чаще воспринимают как материал для несущих конструкций большепролетных сооружений: межэтажных перекрытий, стропильных систем, трехшарнирных рам и других инженерных узлов. Однако область его применения включает и декоративные решения, как производство мебели, дверей, лестниц, витражей. Архитектор может работать с одним материалом сразу и как с конструкцией, и как с эстетической частью интерьера.
ZENITART: российская система зенитных фонарей и дымоудаления
Зенитный фонарь – это конструкция, которую закладывают в проект один раз, а здание эксплуатирует десятилетиями. Она формирует световую среду, влияет на энергобаланс и может быть частью системы противодымной вентиляции. Компания «Неон-Арт» выводит на рынок собственную линейку под брендом ZENITART.
Ветер, солнце и бетон
Henning Larsen запустили технологический стартап Nflection и платформу jifto – инструмент для экологического анализа в реальном времени. Архитекторы смогут оценивать «природное настроение» окружающей среды перед проектированием.
Дом из бутылки
В MIT испытали ферменную систему перекрытий, напечатанную на 3D-принтере из переработанного пластика. По жёсткости конструкция соответствует строительным нормам США, но заметно дороже деревянных аналогов.
Вакуумный стеклоблок: как сделать фасад теплее и легче
Архитекторам и проектировщикам приходится одновременно обеспечивать соответствие нормативным требованиям по теплозащите, сохранять максимум естественного света в помещениях и вписываться в жёсткие бюджетные рамки. Вакуумный стеклоблок – возможность решить эти задачи. Он имеет исключительные теплотехнические характеристики, оставаясь лёгким светопрозрачным решением.
Тень как соавтор: архитектура света за пределами фасада
Долгое время свет за пределами здания решал одну задачу – подсветить то, что видно лишь днём. Сегодня работа с уличным освещением всё чаще строится по другому принципу: свет не заливает территорию, а выбирает, что показать, а что оставить в тени. Тень становится частью решения, как форма светильника или цветовая температура. На нескольких реализованных проектах, где используется уличное освещение Maytoni, можно увидеть, как по-разному этот принцип работает в исторической среде, в современном ландшафте и в городском общественном пространстве.
Префабрикация плюс ТИМ: новая логистика стройки
Доля префабрицированных зданий в России – всего 6%. При этом производство домокомплектов растёт на 15–20% в год, а ТИМ с 2025 года стал обязательным. Рынок уже созрел для рывка, но настоящая эффективность возникает только в том случае, когда информационная модель становится не просто документом, а производственным заданием для завода.
LOGICFALZ: комплексные решения для фальцевой кровли с...
Фальцевая кровля – долговечная, геометрически гибкая и визуально выразительная система, которая, однако, требует внимательной работы инженеров. Ошибки оборачиваются протечками, перерасходом материала и переделками уже на готовой кровле. Компания ТЕХНОНИКОЛЬ выходит на рынок фальца с комплексом готовых систем LOGICFALZ, где инженерное сопровождение – базовая составляющая.
Комплексные системы в музейном строительстве: опыт...
Пермская художественная галерея наконец переехала в здание, спроектированное специально под музейные функции. За впечатляющей архитектурой стоит не менее серьёзная инженерная история: десятки тысяч квадратных метров специализированных систем, подобранных индивидуально под каждую зону здания – от подземных фондохранилищ с особым микроклиматом до криволинейных поверхностей общественных пространств.
Новый стандарт индустрии: как AIG меняет рынок стекла
Зеленоватый оттенок обычного стекла – давно известная особенность материала, которую архитекторы воспринимали как данность. Чем толще стекло и чем масштабнее конструкция, тем заметнее этот эффект – и тем сильнее он расходится с проектным замыслом. Технологический ответ на этот вызов – первая в России линия производства просветленного стекла с минимальным содержанием оксидов железа Crystalvision. Компания AIG переводит на него всю свою продуктовую линейку.
Инженерная древесина вместо бетона: LVL-брус для детских...
LVL – конструкционный материал, который отлично работает там, где нужны большие пролёты, заводская точность и скорость монтажа. В частности, для строительства инфраструктуры детского отдыха, которая должна сочетать безопасность, долговечность и высокие темпы строительства. Смотрим опыт модернизации детских лагерей Тверской области: новые корпуса с каркасом из LVL собирались за считаные дни и вводились в эксплуатацию за сезон.
ЖК «Регенбоген»: как история места определила выбор...
В концепции проекта ЖК «Регенбоген» на Васильевском острове (архитектор Сергей Шустерман, бюро Astragal) промышленное наследие района стало отправной точкой. В дизайн-коде фасадов нашла отражение азбука Морзе, а сами фасады выполнены из полноформатного кирпича и плитки: такое решение позволило реализовать сложный объект в условиях исторического центра Петербурга.
Оттенки квартала: клинкер ModFormat на фасадах СберСити
Квартал В17 в Рублево-Архангельском – один из первых реализованных фрагментов нового московского района, который Сбер строит с нуля. Архитектурное бюро МЛА+ выбрало для облицовки периметральных корпусов клинкерную плитку ModFormat завода «КС Керамик». Три цвета, один формат и большая работа по подбору оттенков – разбираемся, как это решение работает в масштабе квартала.
Модульный стандарт фасадных решений
Модульная фасадная система МАНУФОРМ предлагает новый подход к облицовке зданий, в полной мере раскрывая потенциал технологии НВФ: вместо штучной плитки – крупноформатный блок заводской готовности. Эксклюзивные фактуры коллекций, цельные углы, элементы декора и фирменные затирочные составы сочетаются с технологическим превосходством при монтаже. Разбираемся, как это работает и что это дало архитекторам на примере пяти реализованных объектов.
Сейчас на главной
Красная победная лента
Флагманский магазин TEAM CHINA расположен в центре одного из активно развивающихся модных районов Шанхая. В его интерьере бюро ICD (I Collective Design) переосмысливает спортивную культуру и варианты ее интеграции в современный городской контекст. Проект объединяет дух и историю китайской национальной сборной с энергией Шанхая.
Билибинские узоры
К 150-летию Ивана Билибина в Ивангороде открылась обновленная экспозиция, которая объединяет предметы из обширной семейной коллекции. Рассказываем, почему единственный музей художника оказался именно здесь, и какое архитектурное осмысление придал ему Сергей Падалко.
Леон Крие. Архитектура сообщества
В России наконец вышел перевод архитектурно-интеллектуального бестселлера, изданного ранее на девяти языках. В книге «Архитектура сообщества» выдающегося градостроителя-практика и мыслителя Леона Крие предложена и философски обоснована альтернатива безликому массовому строительству. Леон Крие видит в структурах и материалах традиционного города спасение от экологической катастрофы и средство смягчения социальных проблем. Перевод сделан архитектурным критиком, кандидатом искуcствоведения, специалистом по современной традиционной архитектуре Ларисой Копыловой. Публикуем два отрывка из книги.
Деликатная интервенция
Интерьеры от бюро Kozeen+Rueda отличает декларативность авторского высказывания. И в новом пространстве бутика BERTA LINE они представили концепцию сосуществования аутентичного и временного, доведенную до абсолюта, инсталлировав внутрь исторических интерьеров серию радикально хай-тековских объектов.
Счастливые тринадцать
Реконструкцией заводского общежития Kosmalt 1960-х в словацком Кошице местное бюро Atrium постаралось доказать, что даже утилитарные послевоенные постройки могут обеспечить качественную и современную жилую среду.
Зачем подстанции бирюза?
Powerhouse Company и Studio RAP попытались сделать подстанцию в нидерландском Бевервейке арт-ориентиром с помощью керамического панно, но эта попытка подать «пром» как искусство вызывает скорее вопросы, чем восхищение.
Волны крыш
В Сучжоу открылся Музей современного искусства – первый реализованный проект художественного музея от BIG, как его позиционируют сами архитекторы.
Антракт на крыше
Под конец лета в Петербурге появилось новое место, откуда можно любоваться городом с высоты: Новая сцена Александринского театра открыла для посетителей пространство крыши, где можно выпить кофе, послушать лекцию или посмотреть спектакль. Проект приспособления разработали студенты петербургских вузов под присмотром «Студии 44» и Евгения Новосадюка.
Внутри воспоминаний
Санкт-Петербург собирает коллекцию интерьеров авторства замечательного архитектора и художника Александра Бродского. К музею «Полторы комнаты» и кафе «Пища династии Минь» в этом году добавилось еще одно место, называющееся просто «Шалман». И пока вы вспоминаете значение этого сленгового слова, мы с удовольствием представляем вам пространство, дающее посетителям буквальную возможность оказаться внутри произведения искусства.
Золотая медаль МАРХИ 2026. Итоги
1 сентября в МАРХИ вручают Золотые медали 2026 выпускного года. В этом году их обладателями стали: в категории «магистр» Денис Дудин с кафедры «Архитектура промышленных сооружений», а в категории «бакалавр» Варвара Жукова с кафедры «Архитектура жилых зданий». Показываем работы победителей.
Буква рядом с Малевичем
Проект Карена Сапричяна для Сколково возник еще в 2018 году как часть многолетней серии небоскребов-букв. Теперь, на фоне закрытого международного конкурса на вторую очередь кампуса Московской школы управления, автор вернулся к концепции и вновь предлагает башню с гигантской S в качестве вертикального акцента рядом с комплексом Дэвида Аджайе.
Обилие углов
Комплекс социального жилья в Сан-Франциско по проекту OMA вписан в окружение исторических таунхаусов с помощью складчатого фасада.
Архетип вместо декора
Как легенды Татарстана становятся частью современной архитектуры: в интерьерах ЖК «Зилант Премьер» студия BLOK переосмыслила образы Зиланта и Белого Барса.
Следующая фаза или подземные эксперименты. Часть...
Способность к постоянной эволюции – это одно из особых качеств московского метрополитена. Особый интерес представляет непрекращающийся поиск нового дизайна для строящихся станций метро. Недавний триумф нескольких проектов, реализованных по итогам конкурсов, кажется, вдохновил город на дальнейшие эксперименты, но уже без состязательной компоненты и, в большинстве случаев, без имен авторов проектов.
Романтика петербургского двора
Подход «Студии 44» к редевелопменту территории винного завода «Ливиз» кажется важным для Петербурга прецедентом: архитекторы приспосабливают не только объекты культурного наследия, но и другие дореволюционные здания, раскрывая их характерные черты и снабжая новой функцией – общественной или жилой. Новая архитектура сплетается со старой, формируя набор ясных или намеренно усложненных городских пространств. Кварталы разных типологий дополняет пешеходный променад, который делает среду проницаемой и оживленной. И все это – под знаменем романтики и ностальгии по историческому городу.
Новая элегия
Всегда любопытно рассматривать объекты, которые архитекторы строят для себя – кажется, именно они говорят об авторском подходе лучше всего. Беседку, дополнившую пруд на загородном участке Сергея Никешкина, отличает изящное конструктивное решение, динамичный силуэт и детали, изготовленные архитектором вручную. Кроме того, в объеме постройки спрятано техническое помещение, которое обеспечивает фильтрацию воды.
Впечатляющая линия
Бюро CONTINUUM изучило связь между характером скайлайна и впечатлением, которое город производит на людей. Выяснилось, что линия горизонта участвует в формировании эмоционального образа города, хоть и не объясняет его полностью. А еще это инструмент, с которым можно работать при проектировании. Рассказываем о методологии и других выводах.
Архитектура на расстоянии вытянутой руки
В рамках летней практики студенты МАРХИ из архитектурной лаборатории Kleinewelt Architekten отправились в Царское Село. Формальный повод – обмеры казарм, построенных в начале ХХ века – дал гораздо больше, чем кроки и чертежи. Стремянки и рулетки стерли дистанцию между будущими архитекторами и материальностью здания, превратив работу в расследование и серию открытий. Почему девиз «Лезьте и трогайте» важен для всех, кто хочет понимать архитектуру, – рассказывают участники практики.
Бульвар течет
Бюро А4 выстроило пространство бульваров первой очереди ЖК «Шагал» как единый нарратив: от первого шага до игрового «водоворота» в его кульминации – всё подчинено логике движущейся воды, воплощённой в планировке, озеленении и авторских малых формах.
Памяти Андрея Оболенского
Архитектор храмостроитель Андрей Николаевич Оболенский умер 24 августа 2026. Вчера его отпевали в церкви Преображения при Храме Христа Спасителя, реализованной по его проекту. Оболенский известен прежде всего как архитектор ХХС, но если смотреть точнее – он, в частности был инициатором программы строительства часовен, а не новоделов, на месте утраченных храмов, а также составления нормативов. Его, вероятно, можно назвать «движителем» развития храмовой архитектуры постсоветского времени.
Не все перемелется
Пражское бюро mar.s architects превратило в ЖК старую мельницу в деревне близ Ческе-Будеёвице, проявив уважение к истории и духу места.
Будущее науки
Открылась выставка проектов конкурса на новое здание ФИЦ. Она скорее техническая, 2 дня в неделю 2 сеанса по 30 минут. Одновременно объявлено о планах следующей выставки по следам того же конкурса, в Сколково. И о планах использовать проекты финалистов не только для ФИЦ, а для реконструкции других зданий, связанных с научной работой.
Связующая нить
Создавая интерьер многофункциональной чайной «Нитка», архитекторы бюро PAUM создали оригинальное пространство, в котором ассоциации со знаменитым Чайным домом Перлова, расположенным по соседству, переведены на актуальный и немного ироничный дизайнерский язык, презентующий новое прочтение почти забытой типологии.
Голос Амура
Бюро «МВ-ПРОЕКТ» выиграло конкурс на фасады Хабаровского краевого академического музыкального театра. Архитекторы выступили смело: предложили впечатляющую волнообразную оболочку, вдохновленную водами Амура, а также озелененные террасы на кровле, чем и заслужили абсолютное большинство голосов от горожан. Рассказываем подробнее о концепции, ее реализуемости и образной емкости, которая позволяет находить отсылки к Ивану Айвазовскому и Кацусика Хокусаю.
Пятеро в ЖК, не считая павильона
Портовое, индустриальное прошлое амстердамского района Бёйкслотерхам вдохновило Powerhouse Company, Orange Architects и NEXT на использование стали, стекла, бетона и кортена в жилом комплексе KAAP из пяти корпусов и павильона.
Стиль как фантом и фактор единения
Московский архитектурный рынок середины 2020-х годов отличает жестокая конкуренция в сочетании с отсутствием внятных правил игры. Борьба за заказы идет нешуточная. И все же в одном вопросе игроки этого рынка проявляют поразительное единодушие: все как один выступают против внедрения единого архитектурного стиля. Соответствующую позицию, если верить инсайдерам, высказали топовые архитекторы столицы, приглашенные в конце мая-начале июня на серию неформальных встреч с представителями городских властей. Собственно, и на первом из двух круглых столов про стиль в рамках последней «Арх Москвы», организованном бюро «Эмпейт» совместно с бюро «Остоженка», – «А был ли мальчик? Стиль как фантом и фактор единения» – зодчие не особо стеснялись в выражениях, отстаивая свое право работать в оригинальной творческой манере. Предлагаем ознакомиться с тезисами той дискуссии.
Цветы для Елецианцев
До 18 октября в Ельце проходит фестиваль современного искусства «Арт-Елец» с темой «Культурный слой». Еще не поздно успеть. Надувные цветы Павла Зуданова, железная башня Константина Ларина, гигантские коклюшки Анны Рымарь – вашему вниманию подробный и вдохновенный рассказ Юлии Зинкевич с множеством цитат участников. И да – жителей Ельца иногда называют елецианцами.
Театр для фигуристов или Cherchez la femme
Ледовые дворцы по своей типологии близки к промышленным зданиям: огромные безоконные залы, минимум архитектурных излишеств. Проектируя Navka Arena, Юлий Борисов и архитекторы UNK не стали бороться с утилитарной природой сооружения, но собрали всю образную часть проекта в одном месте – на центральном фасаде. Параболический козырек, монументальная скульптура-фигуристка и ее нарисованная перфорацией тень превратили обычную спортивную «коробку» в архитектурное высказывание о льде, движении и театре.
Акценты для ландшафта
Две постройки с широким спектром функций на озере Лаолихай во Внутренней Монголии по мысли пекинского бюро BUZZ | Büro Ziyu Zhuang «кадрируют» степной ландшафт.
Театр времен
Бюро Ahmadullin Architects предложило для села Верхотор на юге Республики Башкортостан парк, в котором руины заводского комплекса XVIII века становятся частью ландшафта. Проект победил во Всероссийском конкурсе комфортной городской среды 2023 года