Итоги 2017: что говорят архитекторы

Архитекторов мы попросили оценить успехи и разочарования года, также как и поделиться планами на 2018 год.

mainImg
zooming
Музей-хранилище коньячного завода «Альянс 1892». Фотография © Глеб Леонов
Левон Айрапетов и Валерия Преображенская, 
TOTEMENT/PAPER

Успех или открытие 2017 года 
Если не считать достаточно обширную и положительную прессу в архитектурных СМИ, в основном зарубежных, по поводу нашего объекта в Черняховске, а также нескольких премий и приглашений на конкурсы и фестивали в Европе, Китае и США, что также можно отнести к категории успеха, то «внутренних открытий» бюро не совершило, что говорит о временной творческой стагнации, и нас, естественно, беспокоит.
zooming


Провал или разочарование 2017 года 
Тенденция на процветание «серого», маргинализация «касталийских безумцев», политизация и социализация архитектуры и искусства, превращение архитекторов в социальных работников общества потребления, контролируемого политиками и корпорациями, превратившееся в устойчивый тренд, что было подтверждено недавно на WAF-2017 – таков провальный итог не только этого года, но и всего последнего десятилетия.

Мировая архитектура для нас все больше концентрируется в США, в основном, в Лос-Анджелесе (Гери, Мосс, Мэйн, Вискомб, Коэн, все, что связано SCI-Arc, конечно, Холл). Архитектурная Европа становится все более социализированной (возможно, кроме Coop Himmelb(l)au) и левацкой. Российская архитектурная практика, будучи по сути провинциальной, следует в фарватере «большой Европы», заигрывая с несуществующим обществом, вымышленными «либеральными» ценностями «общественного пространства» свободы.

Наступает, а может и наступило, время «серых». Это последователи тех, кто когда-то «мочил» «формалиста» Мельникова и «амбициозного Леонидова, который, при помощи своих контрреволюционных, индивидуалистических, противных народу зданий-коробок дискредитировал гуманистическую советскую архитектуру, призванную служить интересам трудящихся…», ну и так далее.

Планы на 2018 год
Что касается планов на следующий год – в 2017 мы начали проект первой в России вискокурни, строительство которой должно начаться в 2018 напротив музея-хранилища коньяка Альянса 1892. Также между двумя зданиями мы предполагаем спроектировать парк.

Второй объект, который отнимает у нас много сил и времени – это объект в Петропавловске-Камчатском, строительство которого начато в 2017. Это гостиница с конференц-залом и ресторанами, фитнес-центром и офисным зданием. Все это в девятибалльной сейсмической зоне и на очень сложном участке с перепадом рельефа до 15 метров.

Там же мы уже сделали концепцию развития прилегающей к участку территории, около 4,5 га, с визит-центром, небольшим музеем, зонами отдыха, автостоянками, летним театром вдоль берега озера Култучное. Наше предложение было одобрено городом, и это также задача на предстоящий год.
Есть и другие работы, которые перетекут из 2017. Мы уже участвуем в двух конкурсах в Китае и США со своим зданием музея в Черняховске. Также у нас выставка в Китае в марте 2018 в шанхайском институте визуальных искусств…
***
 
Транспортный хаб на площади Всемирного торгового центра, Нью-Йорк. Фотография: massmatt CC BY 2.0
Павел Андреев,
архитектурная мастерская «ГРАН»

Успех или открытие 2017 года 
Самые яркие впечатления оставила недавняя поездка в Нью-Йорк. Особенно сильное впечатление на меня произвел Транспортный терминал Всемирного торгового центра по проекту Сантьяго Калатравы. Работы над этим проектом шли в течение 10 лет и результат фантастический. И в архитектурном плане, и в инженерном, в четкости процесса производства работ, и как транспортная инфраструктура, и как решение общественного пространства. Работа архитектора в несколько раз подняла качество этой площадки.
zooming

Этот терминал произвел на меня сильное впечатление, в отличие от других построек мировых архитектурных «звезд» в Нью-Йорке за последнее время, которые не оставили никакой радости вообще. Наоборот, были какими-то достаточно странными.

Провал или разочарование 2017 года 
Что касается отрицательных впечатлений, я бы не хотел отвечать на этот вопрос, потому что не хочу об этом думать в преддверии Нового года. Не хотелось бы говорить о разочарованиях…

Планы на 2018 год
Относительно планов могу сказать, что я завершил свой более чем двадцатилетний период работы в Моспроекте-2, полностью возвращаюсь к частной практике. И теперь в наших планах новые работы и проекты.
***
 
Салют над парком «Зарядье» в день его открытия 9 сентября 2017 года. Фотография: mos.ru CC BY 4.0
Андрей Асадов,
архитектурное бюро Асадова

Успех или открытие 2017 года 
Первое, что приходит в голову – программа реновации. Мне кажется, это главная тема года. Но ее можно рассматривать и как успех года, и как провал года одновременно. В ней заложен целый спектр смыслов, факторов, воздействий и последствий, которые воспринимаются неоднозначно многими.

Я лично воспринимаю тему реновации как вызов для архитектурного профессионального цеха. Вызов и возможность показать максимально возможное качество среды, которое можно достичь в рамках доступного жилья, в рамках жилья комфорт-класса. Могут ли архитекторы задать планку качества и сделать это качество доступным для массового потребления? Можно ли создать принципиально новое качество среды в рамках требуемого бюджета? Это вызов мирового значения. Пока эта программа реализуется в Москве, но впереди ее выход на общероссийский масштаб, первой ласточкой которого служит конкурс по заказу Минстроя РФ.

Затем, нельзя не отметить открытие парка «Зарядье» как главного архитектурного события уходящего года. В центре Москвы появилось фантастическое пространство, созданное по мировым стандартам, пусть и с местной спецификой в плане качества исполнения. Это большое достижение!
zooming

Из знаковых событий для нашего бюро я могу отметить окончание строительства аэропорта в Перми. Позитивна сама тенденция реализации масштабных проектов, в том числе инфраструктурных, в регионах.

Провал или разочарование 2017 года 
Опять-таки это касается реновации. Существует мнение, что процесс реновации мог бы быть запущен немного более органично, более естественно, можно сказать эволюционно, с привлечением общества. Но такая стремительность – характерная черта нашего времени, и я могу сказать, что лучше сделать что-то более резкое, но сделать быстро и, по возможности, хорошо, чем вообще не сделать. И команде из Москомархитектуры удалось организовать конструктивное взаимодействие с жителями в рамках публичных презентаций. Это большой шаг, которого могло бы и не быть.

Планы на 2018 год
Главный план – попытаться реализовать модель «Неспального района» – так мы назвали наш конкурсный проект – уже в практическом плане на какой-то реальной территории или в рамках реновации. Это должна быть среда, которая стимулирует самого жителя проявить себя в разных областях, связанных с программированием и инфраструктурным развитием района.
***
 
zooming
Юлий Борисов, 
UNK project

Успех или открытие 2017 года 
Успех или открытие, если брать московский рынок, то, конечно, парк «Зарядье» – это успех, на мой взгляд, абсолютный. А второй успех – это, наверное, хорошая планомерная реставрация, которая идет на ВДНХ и на Лужниках. Успех в том, что пошли крупные градообразующие серьезные проекты.

Мне кажется, что за последние 20 лет в Москве, к большому моему сожалению, было построено много хороших зданий, на среднем европейском уровне, но выдающихся, с точки зрения мирового уровня, что-то я не припомню. Таких, которые можно было бы назвать новым словом мировой архитектуры. Парк «Зарядье» – объект комплексный, но это уже что-то такое мирового уровня. Как минимум с точки зрения архитектуры, и филармония, как ее часть, – это хороший такой международный уровень. По крайней мере, с точки зрения проектирования. И на мой взгляд, это объект, который обозначает некий перелом тенденции. Наконец, у нас есть свои объекты, пусть они некоммерческие, а государственные, но они все-таки выходят на какой-то международный уровень.

Провал или разочарование 2017 года 
Самое большое мое разочарование – это уничтоженные памятники. Пальмира и остальные. Список может быть очень длинным. Это для меня за пределами добра и зла. Постройки такой древности, сохранившиеся до наших дней и уничтожены на наших глазах. Невосполнимые потери. Самое кошмарное – это разочарование в человечестве.

Планы на 2018 год:
В следующем году мы должны закончить три важных для нас объекта. Мы получили эти заказы в результате конкурсов, и вот цикл подходит к концу, и можно будет представить материализованные результаты долгой и упорной работы. Второе главное ожидание – выход на новый уровень нашего бюро. Наш штат теперь составляет больше 110 человек, и мы начинаем работать как комплексное проектное бюро, способное оказать заказчику полный набор услуг по разработке и сопровождению проектов. Из небольшого креативного бюро мы сейчас переходим в формат проектной организации, которая может решать сложнейшие задачи любого масштаба. И есть еще один план из разряда «наши хотелки» – выход на международный уровень. Мы планируем участвовать в международных конкурсах и сделать серьезный международный проект. Такое загаданное желание для Деда Мороза на будущее.
***
 
Проект реставрации и приспособления объекта культурного наследия «Здание дома-коммуны Наркомфина» (2015–2017) © Гинзбург Архитектс
Алексей Гинзбург, 
«Гинзбург Архитектс»

Успех или открытие 2017 года 
В московском масштабе позитивное событие – это начало программы реновации, которое, безусловно, лидирует в новостях. В масштабе мастерской – начало реставрации дома Наркомфина. В мировом контексте я не могу отметить какого-то глобального события. Мелких много, одного какого-то выдающегося я не вижу.
zooming

Провал или разочарование 2017 года 
Уменьшение рынка, хотя я не люблю это слово. Уменьшение количества функций, количества типов заказываемых объектов. Количество каких-то общественных и социальных функций уменьшается. Превалирует жилье. Мы работаем с коммерческим заказчиком и в этом году мы заметили отчетливую тенденцию к сокращению диапазона типов объектов, которые сейчас находят финансирование. И мне кажется, что динамика этого процесса будет только нарастать.

Параллельно идет снижение себестоимости строительства за счет качества, в первую очередь, отделочных и строительных материалов.

Планы на 2018 год
В планах – защита диссертации, посвященной работе современного архитектора в историческом городе. Вряд ли это произойдет в следующем году, но нужно работать над ней.

Кроме того, мы планируем переиздать книги Гинзбурга на русском языке. Уже готовы две из них. Будет презентация, и они поступят в продажу.

Хотелось бы сделать еще выставку, но непонятно, где взять силы и время.
***
 
zooming
Анна Ищенко, 
Wowhaus

Успех или открытие 2017 года 
Вообще, когда кончается практически каждый год, у меня традиционно возникает мысль: слава Богу, что этот ужасный год кончается. А в этом году у меня такого чувства нет, впервые за долгие годы. Сложно сказать, с чем конкретным это связано. Скорее всего, это комплексная история. У нас было много интересных проектов, которые дали нам новое развитие и хороший задел на следующий год.
***
 
zooming
Проект реконструкции палаццо Ка′Трон в Венеции © FAS(t)
ДНК аг 
Даниил Лоренц, Наталья Сидорова, Константин Ходнев

Успех или открытие 2017 года
Приятно отметить в этом году присутствие российских архитекторов на зарубежных площадках. Среди них архитектурное бюро «Меганом» с башей на Манхэттене в Нью-Йорке, архитектурное бюро FAS(t) с победой в Конкурсе Waterproof на реконструкцию венецианского палаццо Ка Трон или российских победителей Europan 14.
Комплекс апартаментов «Рассвет 3.34» в Столярном переулке. ©KR Properties

Как открытие года можно выделить новый способ коммуникации архитектора и общественности, который актуализировала программа реновации. Речь идет о презентациях и публичных обсуждениях проектов-финалистов конкурса на разработку концепций экспериментальных площадок реновации жилищного фонда в Москве. Архитекторы получили возможность представлять свои проекты широкой публике, а не только узкому кругу специалистов и заинтересованных организаций.

Среди достижений нашего архитектурного бюро в этом году стоит упомянуть реализации наших проектов. «Рассвет LOFT*Studio» практически завершен, вносятся последние штрихи по благоустройству, а всего лишь год назад мы получили гран-при фестиваля «Зодчество» за этот проект. Уже обживается первая очередь и достраивается вторая нашего малоэтажного градостроительного проекта в подмосковных Горках Ленинских, в жилом комплексе «Северный» в СВАО возводится новый квартал.
zooming

Провал или разочарование 2017 года
Удручает сильное ускорение темпов проектирования и строительства. По большому счету, происходит бетонирование города квадратными метрами. Самое печальное, без должного градостроительного обоснования, что ведет к безвозвратной утрате комфортного городского и пригородного ландшафта. Речь идет не только о Москве и ближайшем Подмосковье, но и о регионах.​

Планы на 2018 год
Планы на будущее, конечно, грандиозные!
***
 
Здание Гамбургской филармонии Elbphilarmonie. Фото © Maxim Schulz
Николай Переслегин, 
Kleinewelt Architekten

Успех или открытие 2017 года 
Для меня настоящими открытиями этого года стали две постройки бюро Herzog & de Meuron. Первое – Эльбская Филармония в Гамбурге, которая строилась 10 лет, и за это время ее бюджет увеличился чуть ли не в 10 раз. Но получилось потрясающее здание. Это такой настоящий, зрелый Herzog & de Meuron, в котором собрано все, за что мы их любим. Это большой подарок для города и для всей мировой архитектуры, для которой характерен кризис ярких архитектурных событий.
56 Леонард Стрит © Herzog & de Meuron

Второй объект, который я тоже считаю важнейшим событием этого года – это небоскреб «56 Leonard» в Нью-Йорке, который тоже построил Herzog & de Meuron. Это абсолютно уникальное здание. Ему нет аналогов. Ни с точки зрения эстетики, ни с точки зрения конструктивных решений. Поразительно, как им удалось превратить такую холодную, рациональную тему как небоскреб в нечто уютное, тактильное, сложное и гармоничное одновременно. Небоскреб буквально напичкан самими разными функциями, и это сделано виртуозно.
Zeitz Museum соврменного африканствого искусства в Кейптауне, ЮАР. Проект Томас Хезервик (Thomas Heatherwick). ©Ivan Baan

Еще одно событие, которое мне тоже кажется важным – это Музей современного искусства в Кейптауне по проекту англичанина Томаса Хезервика / Thomas Heatherwick в старом здании портового элеватора.
zooming

Это очень неожиданно с точки зрения локации. В новом Музее будет представлена коллекция современного искусства Африки, и это, как мне кажется, очень знаковое явление.

Провал или разочарование 2017 года 
Я бы не назвал это отрицательной или положительной тенденцией. Скорее, ее можно оценить как логичную и естественную. Кризис продюсирует фундаментальные изменения в проектном бизнесе. Профессиональный ландшафт принципиально поменялся за последние пять лет. Это связано и с экономической ситуацией, и с изменением вектора интересов девелоперов. Наступает достаточно жесткое отрезвление с точки зрения уровня жизни и уровня запроса. Появился запрос на очень рациональные решения. Роскошь, которая и раньше была для меня странна, больше не в тренде. Она уходит на второй, третий, четвертый или двадцать пятый план. Это изменение было неизбежно, и теперь важно понять, как она дальше будет развиваться, и как мы, архитекторы, будем на нее реагировать или не реагировать. И те, кто быстро научится отвечать на новые запросы рынка, тот, я думаю, сделает правильно. Это будет залогом успеха.

Планы на 2018 год
Мы в этом году выиграли несколько достаточно больших и очень важных для нас архитектурных конкурсов. В следующем году продолжим работу над этими проектами. Буду рад рассказать о них чуть позже.

В 2018 году будет закончено строительство нескольких наших объектов, в первую очередь – дилерского центра «Авилон» на ЗИЛе.

Мы продолжим наши исследовательские проекты и нашу преподавательскую деятельность. Мы с партнерами по Kleinewelt Architekten, по приглашению школы МАРШ, будем вести авторский курс по реконструкции зданий. Он называется RE(NEW) и начнется в марте.
***
 
zooming
Александр Скокан, 
«Остоженка»

Успех или открытие 2017 года 
В связи с тотальным отсутствием в повестке дня нашего общества темы будущего, возвращение этой темы для меня состоялось в эпистолярно-мемуарном плане – текст «Будущее вчера и сегодня», написанный для Академического сборника.

Провал или разочарование 2017 года 
Непонятные для меня возбуждение и восторги публики по поводу московской «реновации».

Планы на 2018 год.
Конференция и выставка «По следам города Будущего», которая состоится в марте 2018 года НИУ ВШЭ и будет посвящена наследию НЭР и его роли в советском градостроительстве. Это тоже о «будущем в прошлом» в котором мне повезло в свое время поучаствовать.
***
 
Проект небоскрёба на Пятой авеню, 262, Нью-Йорк © Меганом
Сергей Скуратов,
«Сергей Скуратов Architects»

Успех или открытие 2017 года 
Главная новость и удача года для всего российского архитектурного цеха – это согласование проекта строительства супертонкого небоскреба в NY по проекту моего коллеги и друга Юрия Григоряна. Я искренне рад за него и верю, что получится очень яркая и знаковая авторская реализация. Я также поздравляю девелопера этого потрясающего проекта, моего стародавнего заказчика Бориса Кузинца, с которым мы в начале двухтысячных реализовали несколько важных для нас обоих проектов.
Панорама парка «Зарядье» с крыши комплекса «Филармония». Фото: Wikipedia

Ну и невозможно отмолчаться по поводу самой свежей новости. Одна из моих любимых молодых команд – бюро FAST получила Гран-при на престижном концептуальном конкурсе в Венеции. Молодцы!

Из событий года я отмечу самое обсуждаемое, восхваляемое и одновременно осуждаемое за качество (при необсуждаемых темпах и сроках) строительства и за некоторый «неучет» местного климата и менталитета – парк «Зарядье». Любая яркая и почти провокационная реализация делит цех на две части. Я скорее бы взялся защищать этот проект, хотя в нем много мест, которые с моей точки зрения надо было сделать по-другому. Но в целом, для Москвы и для России это невероятный прорыв, в первую очередь – в массовом сознании и в координации с властью. Так что респект Сергею Кузнецову и всему авторскому коллективу.
Проект небоскребов Capital Towers (270м) на Краснопресненской набережной. © Sergey Skuratov architects

Реновация. Сложная тема в плане выполнения властью своих обещаний, взаимоотношения с жителями, сроков и качества реализаций. Пока наблюдаю серьезную подвижку в сторону создания новой качественной среды для жизни. Москомархитектура, архитекторы-участники, все очень стараются и хотят сделать очень хорошо. Посмотрим на решение жюри в январе. Будем надеяться, что многое из того, что сейчас придумано, будет реализовано.

Из событий нашей мастерской нужно отметить юбилей – нашей мастерской уже 15 лет! И эту дату мы встретили в нашем новом, красивом и просторном офисе в нашем комплексе «Садовые кварталы».
Из достижений можно вспомнить золото на «Зодчестве», которое мы получили как лучшая архитектурная мастерская. Выиграли «Brick Award. Russia» 2017 с жилым домом на улице Бурденко. Садовые кварталы получили очередную премию за лучшее благоустройство.

В этом году мы, наконец, закончили «Эгодом» на Алексеевской. Заканчивается первая очередь строительства «Резиденции композиторов» на Павелецкой набережной. Новые фасады наших домов во второй очереди строительства в «Садовых кварталах» уже попали на обложки некоторых иностранных журналов и активно обсуждаются в FB. Строим Софийскую набережную, Зиларт, небоскребы (270 м) на Краснопресненской набережной, третью очередь Садовых кварталов.

Хотя должен сказать, что проблем, неудач и трудностей у нас столько же, сколько у любой другой команды. Главное – любить то что делаешь и не бояться решать сложные вопросы. Мы верим в свои силы и уверены, что все получится.
zooming

Провал или разочарование 2017 года 
По-прежнему наши российские скульпторы редко радуют нас удачами, особенно в Москве. Весь мир давно нашел другие, более нейтральные и более современные пластические способы увековечивания памяти той или личности. У нас же, к сожалению, какой-то XIX век и не в лучших его образцах.

Ну и добавил бы про застройку «Новой Москвы». В плане критики здесь уже все отметились. Вопрос, как это остановить и что с этим делать?

Планы на 2018 год
Планы на год обширные – и рабочие, и связанные с жизнью семьи. В начале весны, наконец, начнем строить свой дом по собственному проекту. Невероятно сложная задача, когда сам себе заказчик. Кто строил, тот меня поймет.

Конец января будет богат на сюрпризы. Состоится подведение итогов сразу по двум конкурсам с нашим участием. Тогда же планируем поездку в Базель на строительную выставку, ну и заглянуть в гости к нашим швейцарским коллегам Herzog & de Meuron. В 2018 году я хочу съездить в Гамбург и посмотреть Филармонию. В планах Венеция, Вена (Brick Award 2018). Ну и еще, конечно – кирпичные заводы, карьеры и все, что связано с реализацией наших больших проектов.

Ну и почти ритуальная поездка в марте на горные лыжи в Вальдезер.

Может показаться, что слишком много свободного времени. Это категорически не так. Времени всегда не хватает! Так, к сожалению, устроена жизнь.
***

zooming
Сергей Чобан, 
SPEECH и Tchoban Voss Architekten

Событие года номер один для меня – это открытие парка «Зарядье», объекта, который привлек к современной московской и российской архитектуре внимание всего мира. О парке написали практически все ведущие архитектурные СМИ – как бумажные, так и сетевые.

Другие сопоставимые с этим архитектурные события, пожалуй, назвать не могу. И каких-либо новых тенденций в профессиональной сфере не вижу. Проектирование в России по-прежнему происходит преимущественно в сфере более или менее крупных жилых девелоперских проектов.
***
 
Проект реконструкции Тульской набережной © WOWHAUS
Олег Шапиро,
Wowhaus

Успех или открытие 2017 года 
Один из важных позитивных итогов этого года – наша интернатура, наконец, стала настоящей и заработала в полную силу, как не только практика внутри мастерской, но и полноценная образовательная программа.

Еще один позитивный момент – мы вышли в регионы. Сейчас мы работаем в Сочи, Новосибирске, Туле, Минске. Сформировался запрос на общественные пространства как неотъемлемую часть городской среды, без которой нельзя продать жилую или коммерческую недвижимость. И наиболее прогрессивные девелоперы в регионах почувствовали этот запрос и готовы инвестировать дополнительные средства в свои проекты и приглашать нас для разработки качественных, индивидуальных решений и комплексного благоустройства.
zooming

Провал или разочарование 2017 года 
Архитектурная практика всегда связана с какими-то потерями, неудачами, проигрышами. Не удалось выиграть конкурс, остановился проект, пришлось менять какое-то решение. Это настолько естественно, что по прошествии какого-то времени все эти обстоятельства просто вымываются из памяти. И ты фокусируешься на том, что предстоит, какие задачи нужно будет решать в течение будущего года.

Планы на 2018 год
В будущем году мы планируем активно участвовать в программе подготовки к 100-летнему юбилею усадьбы «Архангельское», который будет отмечаться в 2019 году. Подготовкой занимается специально созданная правительственная комиссия и попечительский совет. Мы сделали мастер-план, доделываем эскиз проекта реставрации и приспособления, и дальше будем работать большими кусками.

Еще в следующем году мы вернемся к сотрудничеству с МАРШ и будем вести специальный интенсивный курс «Проектирование общественных пространств». Это курс, в котором примут участие представители Департамента капитального ремонта, девелоперских компаний и подрядных организаций, социологи, экономисты и транспортники, предназначен для людей, имеющих высшее образование и желающих заниматься еще и общественными пространствами. Курс будет достаточно подробный, с акцентом на практику, с разбором того, что можно сделать, а чего нельзя и почему, и как придумать классную вещь в жестких рамках нашей реальности.
***
 
zooming
Игорь Шварцман,
«Сергей Киселев и Партнеры»

Успех или открытие 2017 года 
Глобально позитивного я сейчас ничего назвать не могу. Если говорить об отдельных событиях и новостях, то много проектируется и строится интересных объектов. Я очень рад, что у Юрия Григоряна пошел проект на Манхеттене. Чувствуешь какую-то гордость, пусть опосредованно, но все же.
У нас в компании ничего сверх ожидаемого не произошло. Стабильная работа, хотя и во все более и более ужесточающихся условиях борьбы за клиента, за заказ. Не хочу использовать слово тендер, оно слишком казенно, но сейчас тендер и борьба – это практически синонимы. Конкуренция в архитектурном мире ужесточается.

Провал или разочарование 2017 года 
На мой взгляд, ситуация в сфере взаимоотношений архитекторов и девелоперов только усугубляется. Отсутствует уважение к нашей профессии и к архитектуре вообще. Не к проектированию как способу создания объектов недвижимости и получения прибыли, а к профессионалам уважения не добавляется. Мы работаем в сфере коммерческого заказа и видим всю эту ситуацию изнутри и в динамике. Какие-то разговоры о принятии законов об архитектурной деятельности, теоретически призванные изменить ситуацию, ведутся на самом высоком уровне, но на практике все остается на своих местах. И оптимизма у меня особого нет.

Планы на 2018 год:
Есть проектные заделы на следующий год. Планируем закончить несколько строек. В конкурсах, если будут приглашать, будем участвовать, но только в закрытых. В открытых мы уже давно не принимаем участия. Не вижу в них смысла.
***
 
Музейно-выставочный комплекс «Оборона и блокада Ленинграда» © Студия 44
Никита Явейн,
«Студия 44»

Успех или открытие 2017 года 
Успехом этого года для «Студии 44» и для меня лично я однозначно считаю работу над проектом Музея обороны и блокады Ленинграда. Мы глубоко копнули и эту тему, и свои переживания относительно нее. Возможно, не докопнули. Немножко не дотянули в подаче, не все, что придумали, удалось выразить. Но по большому счету в этом проекте мы смогли подняться на новый уровень. И по взаимодействию внутри команды, и по выходу на какое-то другое архитектурное состояние или видение. Тут, конечно, тема помогла. Приятно, что и мы рванули вверх, и наш проект был высоко оценен. Надеюсь, мы продолжим работу над проектом и сможем сделать то, что не успели в конкурсной концепции.

Из мировых трендов могу отметить уход от «звездной архитектуры». Она становится просто неприличной. Наверное, это хорошо. Вместе с тем, отсутствие, что называется, генеральной линии, разделение на несколько близких направлений – социальная архитектура, экологичная и так далее – означает, на мой взгляд, потерю собственно темы архитектуры как некой самоценности, как самоопределения профессии. Не уверен, что эту тенденцию можно назвать позитивной.

Провал или разочарование 2017 года 
Тревожит, мне кажется, какое-то падение уровня массовой архитектуры. Наметились новые и довольно неприятные тенденции. Разорвана связь между автором проекта и постройкой. Нарисовал картинку, согласовал, а дальше построят, как получилось. Это носит почти комедийный характер. Пока мы держимся, но что будет дальше – непонятно. Это всеобщий тренд.

И вообще, стало заметно падение общей художественной культуры. Она как падала последние 20 лет, так и падает. Отдельные какие-то объекты, которые вырываются из этого тренда, не сдерживают общей картины.

Еще нельзя не отметить практически полное исчезновение из архитектурного заказа общественных зданий как типологии. У нас в Питере фактически полное исчезновение. Немногочисленные проекты идут по бюджетным линиям, по какой-то низкой и ценовой, и архитектурной планке.

Планы на 2018 год
Подвигом будет, что при нашей такой баламутной жизни все-таки, как я очень надеюсь, мы доведем Блокаду до какого-то уровня, хотя бы проектного. При том, что все происходит так, чтобы этого не произошло.

Видимо, придется что-то делать для Венецианской биеннале, точнее для российского павильона, экспозиция которого будет посвящена российским железным дорогам. Нам придется делать какую-то часть этой экспозиции.

Очень надеюсь, что смогу путешествовать. Из последних впечатлений совершенно фантастической была поездка в Иран. Всем советую, особенно посмотреть Исфахан. Это может быть один из самых красивых городов мира и с самой качественной архитектурой. Центральную площадь Исфахана, особенно здание дворца и две мечети, которые стоят на площади, я бы поставил в один ряд с такими вещами как Пантеон.

Очень хочу увидеть подземные церкви в Лалибела в Эфиопии и посетить комплекс Чандигарха в Индии. Но это все сложно осуществимо, так что это скорее не планы, а мечты.
 

30 Декабря 2017

Похожие статьи
Давай поговорим о брутализме
Архитектурному клубу «Глазами инженера» исполнился год: он предлагает встречи за чашкой чая, непринужденную атмосферу и разные форматы – от обсуждения стиля, здания или книги до вымышленного градсовета. Основатели и модераторы клуба рассказали Архи.ру, почему эти неформальные встречи дают особенный опыт новичкам и профессионалам.
Степан Липгарт и Юрий Герт: «Наша программа – эстетическая»
У бюро Степана Липгарта, архитектора с узнаваемым авторским почерком и штучными проектами, теперь есть партнер. Юрий Хитров, специалист с широким набором компетенций, возьмет на себя ту часть работы, которая отвлекает от творчества, но двигает бизнес вперед. Одна из целей такого союза – улучшать среду города через диалог с заказчиком и чиновниками. Поговорили с обеими сторонами об амбициях, стратегии развития бюро, общих ценностях и необходимости прагматичного. А почему бюро называется «Липгарт&Герт» – выяснилось в самом конце.
Что ждет российскую архитектуру: версии двух столиц
На 30-й «АРХ Москве» Никита Явейн и Николай Ляшенко поговорили о будущем российских архитектурных бюро. Беседа проявила в том числе и глубинное отличие петербургского и московского мироощущения и подхода: к структуре бюро, конкурсам, зарубежным коллегам и, собственно, будущему. Сейчас, когда все подводят итоги и планируют, предлагаем почитать или послушать этот диалог. Вы больше Москва или Петербург?
Дмитрий Остроумов: «Говоря языком алхимии, мы участвуем...
Крайне необычный и нетипичный получился разговор с Дмитрием Остроумовым. Почему? Хотя бы потому, что он не только архитектор, специализирующийся на строительстве православных храмов. И не только – а это редкая редкость – сторонник развития современной стилистики в ее, пока все еще крайне консервативной, сфере. Дмитрий Остроумов магистр богословия. Так что, помимо истории и специфики бюро, мы говорим о понятии храма, о каноне и традиции, о живом и о вечном, и даже о Русском Логосе.
Измерение Y
Тенденция проектирования жилых башен в Москве не тускнеет, а напротив, за последние 5 лет она как никогда, пожалуй, вошла в силу... Мы и раньше пробовали изучать высотное строительство Москвы, и теперь попробуем. Вашему вниманию – небольшой исторический обзор и опрос практикующих в городе архитекторов.
Алексей Ильин: «На все задачи я смотрю с интересом»
Алексей Ильин работает с крупными проектами в городе больше 30 лет. Располагает всеми необходимыми навыками для высотного строительства в Москве – но считает важным поддерживать разнообразие типологии и масштаба объектов, составляющих его портфолио. Увлеченно рисует – но только с натуры. И еще в процессе работы над проектом. Говорим о структуре и оптимальном размере бюро, о старых и новых проектах, крупных и небольших задачах; и о творческих приоритетах.
Вопрос «Каскада»
Правительство Армении одобрило инвестиционную программу, подразумевающую завершение «Каскада», ключевой постройки Еревана 1980-х, согласно новому проекту Wilmotte & Associés. О судьбе, значении и возможном будущем «Каскада» рассказали Архи.ру историки архитектуры Карен Бальян и Анна Броновицкая.
«На грани»: интервью с куратором «Зодчества 2025» Тиграном...
С 4 по 6 ноября в московском Гостином дворе состоится XXXIII Международный архитектурный фестиваль «Зодчество». В этом году его приглашенным куратором стал вице-президент Союза московских архитекторов, основатель бюро STUDIO-ТА Тигран Бадалян.
Форма без случайностей
Креативный директор «Генпро» Елена Пучкова – о том, что такое честная современная архитектура: почему важно свести пилоны, как работать с ограниченной палитрой материалов и что делать с любимым медным цветом, который появляется в каждом проекте.
Валерий Каняшин: «Нам дали свободу»
Жилой комплекс Headliner, строительство основной части которого не так давно завершилось напротив Сити – это такой сосед ММДЦ, который не «подыгрывает» ему. Он, наоборот, решен на контрасте: как город из разноформатных строений, сложившийся естественным путем за последние 20 лет. Популярнейшая тема! Однако именно здесь – даже кажется, что только здесь – ее удалось воплотить по-настоящему убедительно. Да, преобладают высотки, но сколько стройных, хрупких в профиль, ракурсов. А главное – как все это замиксовано, скомпоновано... Беседуем с руководителем проекта Валерием Каняшиным.
Григорий Ревзин: «Что нам делать с архитектурой семидесятых»
Советский модернизм был хороший, авторский и плохой, типовой. Хороший «на периферии», плохой в центре – географическом, внимания, объема и прочего. Можно ли его сносить? «Это разрушение общественного консенсуса на ровном месте». Что же тогда делать? Сохранять, но творчески: «Привнести архитектуру туда, где ее еще нет». Относиться не как к памятникам, а как к городскому ландшафту. Читайте наше интервью с Григорием Ревзиным на актуальную тему спасения модернизма – там предложен «перпендикулярный», но интересный вариант сохранения зданий 1970-х.
Лама из тетраметилбутана
Петр Виноградов рассказал об экспериментальной серии скульптур «Тетрапэд», которая исследует принципы молекулярной архитектуры, адаптивных структур и интерактивного взаимодействия с городской средой. Конструкции реагируют на движение, собеседуют с пространством, допускают множественные сценарии использования и интерпретации. Скульптуры уже побывали на «Зодчестве» и фестивале «Дикая мята», а дальше отправятся на Forum 100+.
В преддверии Архстояния: интервью с Валерием Лизуновым,...
25 июля в Никола-Ленивце стартует очередной, юбилейный, фестиваль «Архстояние». Ему исполняется 20 лет. Тема этого года: «Мое главное». Накануне открытия поговорили с архитектором Archpoint Валерием Лизуновым, который стал автором одного из объектов фестиваля «Исправительное учреждение».
Сергей Кузнецов: «Мы не стремимся к единому стилю...
Некоторое время назад мы попросили у главного архитектора Москвы Сергея Кузнецова комментарий по Архитектурной премии мэра Москвы: от схемы принятия решений до того, каким образом выбор премии отражает архитектурную политику. Публикуем полученные ответы, читайте.
Дина Боровик: хрущёвки попадают в Рай
Молодая художница из Челябинска Дина Боровик показывает в ЦСИ Винзавод выставку, где сопоставляет пятиэтажки, «паутинки» и прочие приметы немудрящей постсоветской жизни с динозаврами. И хотя кое-где ее хрущевки напоминают инсталляцию Бродского на венецианской биеннале, страшно сказать, 2006 года, лиричность подкупает.
Дюрер и бабочки
Рассматриваем одну из работ выставки «Границы видимости», которая еще открыта на Винзаводе, поближе. Объект называется актуальным для современности образом: «Сакральная геометрия», сделан из лотков для коммуникаций, которые нередко встречаются в открытом виде под потолком, с вкраплениями фрагментов гравюры Дюрера, «чтобы сбить зрителя с толку».
«Коллизии модернизма и ориентализма»
К выходу в издательской программе Музея «Гараж» книги о Ташкенте, уже 4-м справочнике-путеводителе из серии о советском модернизме, мы поговорили с его авторами, Борисом Чуховичем, Ольгой Казаковой и Ольгой Алексеенко, о проделанной ими работе, впечатлениях и размышлениях.
Александр Пузрин: как получить «Золотого Льва» венецианской...
В 2025 году главная награда XIX Венецианской архитектурной биеннале – «Золотой Лев» досталась национальному павильону Бахрейна за экспозицию Heatwave. Среди тех, кто работал над проектом, был Александр Пузрин – выпускник Московского инженерно-строительного института, докторант израильского Техниона, а ныне – профессор Швейцарской высшей технической школы Цюриха (ETH Zurich). Мы попросили его рассказать о технических аспектах Heatwave, далеко неочевидных для простых зрителей. Но разговор получился не только об инженерии.
Комментарии экспертов. Цирк
Объявлены результаты голосования: москвичи (29%) и дети (42%) проголосовали за первоначально победившее в конкурсе здание цирка в виде разноцветного шатра. Мы же собрали по разным изданиям комментарии экспертов архитектурно-строительной среды, включая авторов конкурсных проектов. Получилась внушительная подборка. Эксперты, в основном, приветствуют идею переноса в Мневники, далее – приветствуют обращение к общественному голосованию, и, наконец, кто-то отмечает уместность эксцентричной архитектуры победившего проекта для типологии цирка. Читайте мнения лучших людей отрасли.
Григорий Ревзин: «Сильный жест из-под полы. Нечто победило»
Обсуждаем дискуссии вокруг конкурса на цирк и сноса СЭВ с самым известным архитектурным критиком нашего времени. В процессе проявляется парадокс: вроде бы сейчас принято ностальгировать по брежневскому времени, а знаковое здание, «ось» Варшавского договора, приговорили к сносу. Не странно ли? Еще мы выясняем, что wow-архитектура вернулась – это новый после-ковидный тренд. Однако, чтобы жест получился действительно сильным, без профессионалов все же не обойтись.
Сергей Скуратов: «Если обобщать, проект реализован...
Говорим с автором «Садовых кварталов»: вспоминаем историю и сюжеты, связанные с проектом, который развивался 18 лет и вот теперь, наконец, завершен. Самое интересное с нашей точки зрения – трансформации проекта и еще то, каким образом образовалась «необходимая пустота» городского общественного пространства, которая делает комплекс фрагментом совершенно иного типа городской ткани, не только в плоскости улиц, но и «по вертикали».
2024: что говорят архитекторы
Больше всего нам нравится рассказывать об архитектуре, то есть о_проектах, но как минимум раз в год мы даем слово архитекторам ;-) и собираем мнение многих профессионалов о том, как прошел их профессиональный год. И вот, в этом году – 53 участника, а может быть, еще и побольше... На удивление, среди замеченных лидируют книги и выставки: браво музею архитектуры, издательству Tatlin и другим площадкам и издательствам! Читаем и смотрим. Грустное событие – сносят модернизм, событие с амбивалентной оценкой – ипотечная ставка. Читаем архитекторов.
Наталья Шашкова: «Наша задача – показать и доказать,...
В Анфиладе Музея архитектуры открылась новая выставка, и у нее две миссии: выставка отмечает 90-летний юбилей и в то же время служит прообразом постоянной экспозиции, о которой музей мечтает больше 30 лет, после своего переезда и «уплотнения». Мы поговорили с директором музея: о нынешней выставке и будущей, о работе с современными архитекторами и планах хранения современной архитектуры, о несостоявшемся пока открытом хранении, но главное – о том, что музею катастрофически не хватает площадей. Не только для экспозиции, но и для реставрации крупных предметов.
Юрий Виссарионов: «Модульный дом не принадлежит земле»
Он принадлежит Космосу, воздуху... Оказывается, 3D-печать эффективнее в сочетании с модульным подходом: дом делают в цеху, а затем адаптируют к местности, в том числе и с перепадом высот. Юрий Виссарионов делится свежим опытом проектирования туристических комплексов как в средней полосе, так и на юге. Среди них хаусботы, дома для печати из легкого бетона на принтере и, конечно же, каркасные дома.
Дерево за 15 лет
Поемия АРХИWOOD опрашивает членов своего экспертного совета главной премии: что именно произошло с деревянным строительством за эти годы, какие заметные изменения происходят с этим направлением сейчас и что ждет деревянное домостроение в будущем.
Марина Егорова: «Мы привыкли мыслить не квадратными...
Карьерная траектория архитектора Марины Егоровой внушает уважение: МАРХИ, SPEECH, Москомархитектура и Институт Генплана Москвы, а затем и собственное бюро. Название Empate, которое апеллирует к словам «чертить» и «сопереживать», не должно вводить в заблуждение своей мягкостью, поскольку бюро свободно работает в разных масштабах, включая КРТ. Поговорили с Мариной о разном: градостроительном опыте, женском стиле руководства и даже любви архитекторов к яхтингу.
Технологии и материалы
Обновленный шоу-рум LUCIDO: рабочая среда для архитектора
Бутик Итальянской Плитки LUCIDO, расположенный в особняке на Пречистенке, завершил реконструкцию. Задача обновления – усилить функциональность пространства как инструмента для профессиональной работы с материалом. В новой экспозиции сделан акцент на навигацию, сценарии освещения и демонстрацию крупных форматов в условиях, приближенных к реальному интерьеру.
Стальное зеркало терруара
Архитектурная мастерская «АКАНТ» превратила здание винодельни в Краснодарском крае в оптическую иллюзию при помощи полированной нержавеющей стали «СуперЗеркало» от компании «Орнамита». Материал позволяет играть со светом и восприятием объемов, снижать теплопоглощение и создавать объекты-магниты, привлекающие яркой образностью, оставаясь при этом практичным и ремонтопригодным решением.
Осознанный выбор
С каждым годом, с каждой новой научной и технологической разработкой и запуском в производство новых полимерных материалов с улучшенными качествами сфера их применения расширяется. О специфике и форматах применения полимерных материалов в современной общественной архитектуре, включая самые сложные и масштабные объекты, такие как стадионы, мы поговорили с заместителем генерального директора по проектированию ПИ «АРЕНА» Алексеем Орловым.
Сёрфборд для жилья
Гавайская архитектурная фирма Hawaii Off-Grid занялась производством строительных блоков из досок для сёрфинга. Разработка призвана побороть проблему нехватки жилья на островах и чрезмерных отходов сёрфинг-индустрии.
Бетон со знаком «минус»
В США разработали заполнитель для бетона с «отрицательным» содержанием углерода. Технология позволяет «запечатывать» CO₂ в минералах и использовать их в качестве заполнителей для бетонных смесей.
Японцы нашли ключ к «зеленому» стеклу из древесины
Исследователи из Университета Осаки разработали технологию получения прозрачной древесины без использования пластиковых компонентов и объяснили физику процесса, открывающую путь к управлению свойствами материала.
​Полимеры: завтрашний день строительства
Современная архитектура движется от статичных форм к адаптивным зданиям. Ключевую роль в этой трансформации играют полимерные материалы: именно они позволяют совершить переход от архитектуры как сборки деталей – к архитектуре как созданию высокоэффективной «оболочки». В статье разбираем ключевые направления – от уже работающих технологий до горизонтов в 5-10 лет.
Земля плюс картон
Австралийские исследователи, вдохновившись землебитной архитектурой, разработали собственный строительный материал. В его основе – традиционный для землебитной технологии грунт и картонные трубы. Углеродный след такого материала в четыре раза «короче», чем след бетона.
Цифровой дозор
Ученые Пермского Политеха автоматизировали оценку безопасности зданий с помощью ИИ. Программное решение для определения технического состояния наружных стен кирпичных зданий анализирует 18 критических параметров, таких как ширина трещин и отклонение от вертикали, и присваивает зданию одну из четырех категорий состояния по ГОСТ.
Палитра возможностей. Часть 2
В каких проектах и почему современные архитекторы используют такой технологичный, экономичный и выразительный материал, как панели поликарбоната? Продолжаем мини-исследование и во второй части обзора анализируем мировой опыт.
Технадзор с дрона
В Детройте для выявления тепловых потерь в зданиях стали использовать беспилотники. Они обнаруживают невидимые человеческому глазу дефекты, определяют степень повреждения и выдают рекомендации по их устранению.
Палитра возможностей
Продолжаем наш специальный проект «От молекулы до здания» и представляем вашему вниманию подборку объектов, построенных по проектам российских архитекторов, в которых нестандартным образом использованы особенности и преимущества поликарбонатов.
Поглотитель CO₂
Немецкие ученые разработали метод вторичной переработки сверхлегкого бетона. Новый материал активно поглощает углекислый газ – до 138 кг CO₂ на тонну – и дает ответ на проблему огромных объемов строительных отходов.
Новая материальность: как полимеры изменили язык...
Текучие фасады, прозрачные оболочки весом в сотни раз меньше стекла, «пассивные дома» – сегодня все это стало возможным благодаря активному применению полимеров. Этим обзором мы открываем спецпроект «От молекулы до здания», где разбираемся, как полимерные композиты, светопрозрачные конструкции и теплоизоляционные системы расширяют возможности проектирования и становятся самостоятельным языком архитектуры.
Юбилейный год РЕХАУ
В этом году компания РЕХАУ отметила две знаковые даты – 30 лет с момента открытия первого представительства в Москве и 20 лет со дня запуска завода в поселке Гжель Московской области. За эти годы компания превратилась в одного из ключевых игроков строительного рынка и лидера оконной отрасли России, предлагая продукцию по трем направлениям: оконные технологии и светопрозрачные конструкции, инженерные системы, а также мебельные решения.
​Формула Real Brick
Минеральная плитка ручной формовки белорусского производителя Real Brick выходит на российский рынок как альтернатива европейской. Технология заводского пропила под системы НВФ позволяет экономить до 40% бюджета проекта на логистике и монтаже.
​Вертикаль, линия, сфера: приемы игровых пространств
В современных ЖК и городских парках детская площадка – все чаще полноценный архитектурный объект. На примерах проектов компании «Новые Горизонты» рассматриваем, какие типологии и приемы позволяют проектировать игровые пространства как доминанты, организующие среду и создающие идентичность места.
«Марсианская колония» на ВДНХ
Компания «Шелби», используя концептуальные идеи освоения красной планеты от Айзека Азимова и Илона Маска, спроектировала для ВДНХ необычный плейхаб. «Марсианская колония» разместится рядом с легендарным «Бураном» и будет состоять из нескольких модулей, которые предложат детям игровые сценарии и образы будущего.
Материал как метод
Компания ОРТОСТ-ФАСАД стоит у истоков фасадной индустрии. За 25 лет пройден путь от мокрых фасадов и первого в России НВФ со стеклофибробетоном до уникальных фасадов на подсистеме собственного производства, где выносы СФБ элементов превышают три метра. Разбираемся, какие технологические решения позволяют СФБ конкурировать с традиционными системами и почему выбор единого подрядчика – наилучший вариант для реализации фасадов со сложной архитектурой.
Сейчас на главной
Путь к истокам
Бюро SEEU подошло к проекту реконструкции популярного в Калининграде ресторана «Соль» как к исследованию истории края и поиску в нем ключей к построению гармонии между европейской и азиатской дизайнерской традицией и философией.
Зов традиции
Проект современной юрты в Ботаническом саду Алматы казахстанское бюро Cogarts готовило, что называется, для души. Однако в процессе работы подвернулся подходящий конкурс, который способствовал кристаллизации идей. Юрта стала местом для проведения небольших культурных событий и принесла бюро несколько архитектурных премий.
Павильон грибоводства
Бетонный павильон по проекту OMA для выращивания грибов в арт-кампусе Casa Wabi в Мексике задуман также как инкубатор для общественных связей.
Защита чувств
В Нижнем Новгороде объявили победителей 16 архитектурного рейтинга, который проводится в этом городе, как правило, один раз за два года. Напомним, победителя тут съедают в виде торта, что, с одной стороны, забавно, а с другой – не лишено тонкого смысла. Архитекторы взаправду пугаются прежде чем «разрезать свой объект ножом»! И вот наш небольшой репортаж. В победителях 5 бюро и 7 объектов. В премии впервые появилась номинация. Угадайте, угадайте же, кто у нас «Царь горы»?
Бетонный переплет
Жилая башня 900 Saint-Jacques по проекту Chevalier Morales Architectes взаимодействует со достопримечательностями Монреаля и предлагает альтернативу скучным стеклянным высоткам.
Скорлупа под антаблементом
Архитектор Егор Рыбин спроектировал ТРЦ для коттеджного поселка «Боярское» в 30 км от Нижнего Новгорода, прочитав его как парковый павильон. Кирпичные экседры считываются как фрагменты ротонды, а прорастающее сквозь центральную арку дерево символично напоминает о главенстве пейзажа.
Против ветра
Общественно-деловой центр «Графит» построен по проекту бюро FUTURA-ARCHITECTS в новом жилом районе, который развивается за южной границей Санкт-Петербурга, недалеко от Финского залива. Авторы отрефлексировали близость холодного Балтийского моря, придав зданию динамику преодоления и скругленные, словно от ветра и воды, края.
Следуя за ландшафтом
На черноморском побережье в черте Стамбула строится жилой район Ion Riva. Мастерплан разработан Snøhetta, также в проекте заняты BIG и MVRDV.
Вне стресса
DA bureau продолжает ломать стереотипы и задавать новые тренды. В новом медицинском центре, практикующем биохакинг, они материализовали дизайн, который раньше, если где-то и встречался, то в мультфильмах о воображаемых мирах, светлых и настолько умиротворяющих, что не понятно, где проходит граница между сном и анимированной реальностью.
Игра противоположностей
На месте снесенной пожарной части в Ижевске построен жилой комплекс «Монблан». Авторы проекта из бюро «АП-Групп» собрали композицию из двух объемов, соединив классическую сетку одного с деконструктивистской свободой ломаных форм другого.
Анфилада архетипов
Выставка «Архетипы авангарда» в новом здании Третьяковской галереи предлагает посмотреть на творчество русских художников начала XX века под особым ракурсом: экспозиция проводит параллель между художественной революцией и психоанализом. С помощью 12 архетипов кураторы показывают, что за дерзкими экспериментами Малевича, бунтом Родченко и детской искренностью Пиросмани стоят живые люди с узнаваемыми чертами. Архитектура выставки от бюро ХОРА делает идею осязаемой.
Примечательности в тренде и вне его. Обзор проектов...
На фоне все более отчетливо проявляющихся тенденций к аффектации архитектурного облика большинства новых московских проектов интересно наблюдать размытие понятия авторского почерка, вплоть до полного его исчезновения и попытки некоторых архитекторов отстоять свое право работать в менее техно-эмоциональной манере.
Форма радости
Архитекторы бюро MARAT MAZUR interior design получили необычный заказ – разработать дизайн киоска для продажи мороженого My Gelato в одном из торговых центров, который был бы эффектным, образным, удобным и, самое главное, необычным. И им это удалось.
Вторая жизнь гидроузла
Департамент технического заказчика предложил превратить монументальные руины советского гидроузла в Подольске в кластер экстремальных развлечений. Бетонные скелеты плотин в нем становятся объектами скалолазания, страйкбольными декорациями и скейтпарком.
На сцену приглашаются
Sanjay Puri Architects спроектировали главное здание для индийского университета Prestige: его кровля из 463 платформ служит общественным пространством и сценой.
Симулятор «зеленой» жизни
Представлены проекты финалистов конкурса Shift – версии здания- «достопримечательности» в Роттердаме, где публика сможет на своем опыте оценить достоинства ресурсоэффективного, циклического образа жизни.
Орел или решка
Бюро .dpt создало интерьер бара Nightcall в компактном пространстве флигеля усадьбы Закревского-Савина, построенного в XVIII веке. Но вместо исторических аллюзий они попытались преодолеть законы геометрии и ухитрились совместить в одном объеме два очень разных по дизайну пространства: одно спокойное и солидное, второе – ироничное и богемное.
Консоли, как ни крути
Небоскреб по проекту HENN на тесном участке в шэньчжэньской штаб-квартире IT-компании Kingdee набирает необходимую площадь за счет консольных выносов в верхней части.
От пещеры до звезды
Концепция бюро Ad Hoc победила в закрытом конкурсе на культурно-рекреационный комплекс для норвежского острова. Ненавязчивыми архитектурными решениями авторы проявили силу места: водопад стал частью входной группы, естественная терраса – платформой для смотровой площадки, закат и звездное небо – украшением интерьеров.
Стены помогают
Бюро «Крупный план» (KPLN) выбирает работать в историческом пространстве: для своего офиса команда отреставрировала особняк XIX века, построенный в «кирпичном стиле». Сохраняя замысел авторов и особую атмосферу здания, в котором изначально работал главный инженер Алексеевской насосной станции, архитекторы не стремились к лоску и новодельной завершенности, но заботились о комфорте сотрудников. Подлинные детали вроде изразцовой печи, лепнины и чугунных перил дополнили предметы, изготовленные командой собственноручно: макеты и даже обожженный в печи декор.
Лодка, раскрой паруса
Для нового района в Раменках бюро UNK спроектировало деловой центр, который в зависимости от ракурса напоминает сразу несколько типов судов: от спортивной яхты до фрегата, ледокола или сложенного из листа бумаги кораблика. Видимые за стеклянными фасадами элементы конструктива превращаются в мачты и реи. Первый и последний уровни здания отличаются большей площадью, позволяющей создать эффектные двусветные пространства.
Горный страж
В рамках международного конкурса Артем Агекян разработал проект автономного горного убежища, которое предполагается разместить на высоте около 3000 метров в итальянских Альпах. Форма бивуака учитывает розу ветров и опасность камнепада, градиент цвета делает его одновременно заметным и энергоэффективным.
Карельский разлом
Отель в Карелии, спроектированный архитектурным бюро Chado, вырастает из ландшафта в образе гигантского валуна, расколотого надвое. В центре этой композиции рождается драматичное общественное пространство, напоминающее древнее убежище. Материалом, связывающим рукотворное с природным, становится монолитный бетон, приближенный по оттенку к местным породам.
Обзор проектов 23-28 февраля
На этой неделе мы отдыхали от башен и стеклянных фасадов: в информационном поле замечено несколько камерных проектов в центре Москвы, которым сопутствуют неоклассические фасады, итальянский архитектор, историческая парцелляция и реконструкция соседних зданий. Среди других находок: масштабный проект детской клиники и небезынтересный жилой комплекс в Уфе.
Памяти Валерия Каняшина
В пятницу, 27 февраля ушел из жизни архитектор Валерий Каняшин, сооснователь АБ «Остоженка», автор многих значительных построек в Москве. Публикуем текст Анатолия Белова в память о Валерии Каняшине.
Все красное
Бюро «Лепо» разработало дизайн для ресторана «ЭНСО», в котором экзотическая кулинарная концепция и нестандартное пространственное решение со входом по стеклянному мосту получили свое логичное завершение в виде ярко-алого интерьера, интригующего и харизматичного.
Гипертекст в пространстве
В рамках выставки «Что имеем (не) храним» и Сергей Чобан, и Музей архитектуры, и студия ЧАРТ экспериментируют с экологичным подходом к экспозиционному дизайну, перекличкой тем и даже с публицистическими размышлениями о необходимости сохранения модернизма, корнях современной архитектуры и рождении идей. Все это делает камерную выставку с легким прозрачным дизайном новаторской. Элементы все, как «телесные», так и идейные – знакомы, а вот их сочетание – ново.