English version

Урбанистическая лессировка по-спортивному

Концепция развития Лужнецкой набережной: лаконичный и мобильный вариант оборудования части города для занятий спортом.

Юлия Тарабарина

Автор текста:
Юлия Тарабарина

mainImg
Архитектор:
Дмитрий Ликин
Олег Шапиро
Мастерская:
WOWHAUS http://wowhaus.ru/
Проект:
Концепция благоустройства Лужнецкой набережной
Россия, Москва

2014 — 2014

Заказчик: ОАО «Олимпийский комплекс «Лужники» 

Бюро Wowhaus разработало концепцию развития территории Лужнецкой набережной. Заказчиком проекта выступило ОАО «Олимпийский комплекс «Лужники» – компания, управляющая знаменитым спорткомплексом; в прошедшем году она провела конкурс на реконструкцию бассейна «Лужники»; сейчас ведёт реконструкцию Большой спортивной арены для ЧМ’18 по футболу. Теперь речь о преобразовании территории, объединяющей спортивные сооружения в одно целое – об этом странном низменном месте – «Луже», которое каждый житель Москвы наверняка видел с Воробьевых гор или хотя бы из окна машины, проезжая по Комсомольскому проспекту, но где значительная часть горожан, исключая увлеченных спортсменов, не была ни разу.

Архитекторы начали работу с исследования, рассматривая не только набережную, а все окруженные ее дугой 180 гектаров в излучине Москвы-реки. Выяснилось, как это нередко случается, множество особенностей. Влажные грунты низменной поймы требуют усиленного укрепления, свай и прочего – но с 1920 года несмотря на сложности здесь упорно строили стадионы. Место прекрасно расположено: в часе ходьбы от Кремля, в лучшем элитном районе Москвы Хамовниках – но труднодоступно, так как отрезано трассой Третьего кольца, а входы внутрь не слишком очевидны. Оно обладает множеством признаков парка, но статуса парка не имеет – значится природной территорией. Главная специфическая особенность Лужников – отличная спортивная инфраструктура, которая, однако, доступна в основном профессионалам и очень целеустремленным любителям, владельцам разнообразных абонементов. Предпосылок же для развития, помимо спортивных объектов, достаточно: чистый воздух, станция метро «Воробьевы горы», один из выходов которой ведет прямо на Лужнецкую набережную. На набережной существует велосипедная дорожка, а машины туда въезжают по пропускам: движение ограничено. Но полностью автомобильное движение убрать нельзя, трассу использует ФСО.

Сейчас окружение реконструируемых к Чемпионату мира стадионов, включая набережную, выглядит как слегка потрепанное воспоминание об Олимпиаде-80: со щербатыми бордюрами, трещинами в асфальте, традиционными залысинами газонов и с редкими поздними дополнениями в виде тоже уже состарившихся ларьков-вагончиков. Посещают Лужники в основном люди, так или иначе специализирующиеся на спорте, что с одной стороны минус – город использует приятное природное пространство не полностью, а другой стороны плюс: здесь нет наплыва профанной гуляющей публики, что выгодно отличает его от Парка Горького и Крымской набережной, где в праздничный день и на самокате-то непросто проехать, ни на кого ненароком не наскочив. Несколько даже жаль менять хоть и слегка замшелое, но заповедное место.
zooming
Концепция развития территории Лужнецкой набережной © Wowhaus
Схема расположения районов, прилегающих к Лужнецкой набережной. Концепция развития территории Лужнецкой набережной © Wowhaus
Потенциал внутри района: схема участков нового строительства внутри района Хамовники. Концепция развития территории Лужнецкой набережной © Wowhaus
Рекреационная связь: схема расположения Лужнецкой набережной относительно парковых пространств в центре Москвы. Концепция развития территории Лужнецкой набережной © Wowhaus
Потенциал района Хамовники: спорт и спортивный отдых. Концепция развития территории Лужнецкой набережной © Wowhaus
Три парка, с которыми архитекторы сравнивали Лужники в рамках проведенного ими «конкурентного анализа»: Сокольники, Парк Горького и Мешерский парк на МКАДом. Выяснилось, что в Лужниках лучше всего развита всесезонная спортивная инфрастуктура, а по территории они вторые. Большая площадь в Лужниках покрыта асфальтом: 43% территории, и только 8% занято зданиями. Концепция развития территории Лужнецкой набережной © Wowhaus

Словом, архитекторы Wowhaus совершенно справедливо обошлись без радикальных трансформаций, предложив множество усовершенствований для развития того, что уже есть. Этим исходные данные проекта, в частности, тоже отличаются от Крымской набережной: там не было ничего и никого, кроме художников вернисажа. Здесь же всё, казалось бы, остается почти на своих местах, и аудитория расширится не то чтобы сильно – за счет спортсменов-любителей, без радикальной смены специализации. Для праздных гуляний места будет немного, а запланированные камеры хранения в двух точках входа рассчитаны на то, что их смогут использовать одновременно где-то четыреста человек. «Концепция может помочь максимально эффективно использовать территорию набережной и сделать Лужники самым удобным и комфортным местом для спорта и активного отдыха в центре Москвы» – говорит один из руководителей Wowhaus, Олег Шапиро.

Вероятно, следствием такой специализированной, и во многом – прагматической задачи в отличие от гедонистической цели парка, – стилистика проекта получилась очень рациональной, какой-то по-голландски даже экономной в хорошем, sustain-абильном смысле: здесь нет волнообразных скамеек и сложных объемных клумб, хотя какая-то, не слишком заметная работа такого рода предусмотрена, она на втором плане. Планируется даже сохранить, переоформив, часть старых скамеек. Минимум декора ограничен нанесением на асфальт фирменных лужнецких росчерков в духе «время, вперед», и ласточек.

Главное не в декоре. Сейчас вдоль Лужнецкой набережной идут три разделенные зеленью асфальтированные дороги: ближайшая к реке отдана спортивной дорожке, нарисованной посередине без каких-либо дополнительных маркировок: то ли вело, то ли бего, по краям оставлены небольшие полоски асфальта, пешеходам их не хватает, а других тротуаров нет, две другие дороги полностью автомобильные, хотя машин на них из-за частичной закрытости трассы мало. Поэтому по дорожке вдоль набережной все движутся как попало – замечают авторы в своем исследовании: пешеходы заходят туда, где кто-то бежит, кто-то едет, на роликах или велосипеде. Получается небезопасно, а целых четыре автомобильные полосы почти простаивают. Хотя спортсмены, конечно, сейчас бегают и по автомобильному асфальту и по траве, но это уже результат не организации, а личное решение – не бояться редких машин.

Архитекторы Wowhaus предложили изменить перевес и оставить машинам только одну из трех дорог, внутреннюю. С другой стороны, ту дорожку, которая расположена ближе к реке и сейчас служит беговой, они отвели для прогулок пешеходов и медленного бега. Можно представить себе здесь маму, гуляющую с ребенком, пока папа тренируется. Всю среднюю линию, забрав у машин, отдали спорту, расчертив на целых шесть полос, по два направления для трех видов спорта: бегунов, конькобежцев и велосипедистов. Таким образом три «циклических вида спорта» (интересно, а куда относятся скейтеры, к конькам?) плотно, как в таблице Менделеева, разместились на одной асфальтированной трассе; задуманы даже стрелочки направлений, чтобы бегущие и катящиеся не заезжали на встречные полосы. Ширина каждой спортивной полосы – около метра двухсот.
Концепция развития территории Лужнецкой набережной © WOWHAUSE
Профиль набережной: проектное предложение © Wowhaus

Для разметки дорожек, украшения и прочей маркировки авторы предлагают два вида покрытия на выбор, и тут мы узнаем, что дорожная краска служит 7-8 месяцев (о чем в Москве догадываешься каждую весну), а термопластик 4-5 лет. Помимо спортивных полос с помощью разметки авторы создают на набережной много пешеходных переходов, где-то через каждые сто пятьдесят метров, распределяя их, впрочем, разумно: в «тупиковой» восточной части переходов нет вообще; они группируются возле метро, входов и небольшой центральной площади.

Разумеется, дисциплинирующей разметкой в духе «нарисуем – будем жить» проект вовсе не ограничивается. Его второй после рисунков на асфальте «слой» – обустройство зелени: вместо открыточных советских тюльпанов появляются «морозостойкие многолетники», популярные сейчас разноцветные злаки, и в целом – растения, подобранные так, чтобы цвести с весны до осени включительно. Кроме того, сейчас широкий газон с травой и деревьями отгорожен от беговой дорожки на набережной жестким кустарником, который физически не пускает ходить по траве. Трава-то в порядке, но она как Джоконда за стеклом, можно только знать, что она есть, не более. Авторы – напротив, предлагают ходить и сидеть на траве и даже устраивают для этого несколько площадок. Они сохраняют кустарник лишь частично, по многих местах прикрывая его цветниками, но отделяют живой изгородью автомобильную полосу, защищая людей от машин. Чтобы не нервировать бегунов ответственностью за цветы, вдоль бордюра прокладывают «технические тротуары»: из гальки или мелких камешков на подушке из гравия. На гальку будут светить лаконичные и невысокие фонари, лампа обращена вниз, они не слепят глаза, но подсвечивают дорожку.

За автодорогой, где сейчас спортсмены бегают по траве, на широком газоне появится петляющая деревянная дорожка для прогулок наподобие той, которую проложил Евгений Асс в парке Музеон. Ну а для ФСО авторы предусмотрели выдвижные металлические «быки», перекрывающие дорогу и убираемые автоматически.

Далее: сейчас на набережной скучновато, только скамейки, из старых ларьков половина закрыта. Архитекторы предлагают обжить трассу с помощью мобильных киосков с разными функциями, от камер хранения (около 190 при каждой точке входа) и душевых (sic!) до не требующих продавца кофейно-бутербродных автоматов. Всё это, кроме, надо думать, душевых, помещается в оптимистически окрашенные сетчатые металлические короба на колесиках – киоски мобильные. Так и представляешь себе, как при приближении ФСО железные быки уезжают в землю, люди разбегаются, а киоски разъезжаются в заранее приготовленные убежища. Чего, конечно, не может быть, они не могут быстро уехать, потому что подключены к электросетям, а некоторые – к водоснабжению. Киоски расставлены при входах, вендинговые автоматы примерно через сто метров на набережной.
Мобильные киоски: материалы. Концепция развития территории Лужнецкой набережной © Wowhaus
Мобильные киоски: варианты. Концепция развития территории Лужнецкой набережной © Wowhaus
Концепция развития территории Лужнецкой набережной © Wowhaus

И наконец, в проекте появляются, точнее вырастают из уже существующих, три важных центра. В западной части набережной, со стороны Новодевичьего – вход для автомобилистов, там авторы развивают небольшую парковку вокруг треугольного газона перед въездом, мест на тридцать (сейчас там помещается примерно столько же, только в несколько хаотичном порядке). Под мостом – приводят в порядок брутальное бетонное пространство рядом с выходом из под эстакадой, теми же минимальными средствами: лампы под бетонной эстакадой, киоск, пара скамеек, парковка для велосипедов, раскраска асфальта. Третий центр – условно говоря, парадный, сродни небольшой площади напротив сквера на оси Большой спортивной арены. Здесь – широкий пешеходный переход, столики, деревянный амфитеатр на гранитных ступеньках с видом на реку и Воробьевы горы, похожий на построенный Wowhaus-ом в Парке Горького; столики кафе у воды.
Планировочная структура территории. Концепция развития территории Лужнецкой набережной © Wowhaus
Вход со стороны станции метро «Воробьевы горы» © Wowhaus

Проект похож и не похож на другие работы Wowhaus для общественных пространств Москвы, ставшие за последние пять лет одной из визитных карточек бюро. Разумеется, он продолжает идеи Парка Горького, Крымской набережной, Сокольников, Воробьевых гор. Но авторы сами подчеркивают характерные особенности Лужников: это спортивный парк, открытый, но не рассчитанный на слишком большую аудиторию, специализированный. Возможно отсюда происходят уже отмеченные нами особенности решения: оно очень деликатно, без лишних изменений и разворотов, переосмысляет существующее пространство, сохраняя даже скамейки, дополняя, но не разрушая, продолжая, но не зачеркивая. Это своего рода градостроительная лессировка, полупрозрачное дополнение, к тому же мобильное – киоски-то на колесах. Решенное подчеркнуто просто: для обрамлений киосков архитекторы предлагают не только прорезной металл, но даже крашеную сетку-рабицу. Простой, легкий дизайн, никакого гламура, всё по делу: дорожки, подсветка, камеры хранения, души. Выглядит как спортзал, развернутый под открытым небом – да впрочем, так и есть. 
Архитектор:
Дмитрий Ликин
Олег Шапиро
Мастерская:
WOWHAUS http://wowhaus.ru/
Проект:
Концепция благоустройства Лужнецкой набережной
Россия, Москва

2014 — 2014

Заказчик: ОАО «Олимпийский комплекс «Лужники» 

18 Марта 2015

Юлия Тарабарина

Автор текста:

Юлия Тарабарина
WOWHAUS: другие проекты
Архитектура и ноосфера, или шесть идей для архитектора...
«Жизнь и судьба архитектурной идеи» – так называлось ток-шоу, цикл авторских выступлений архитекторов – участников АРХ-каталога, организованный в рамках деловой программы АРХ-Москвы. В нем приняли участие архитекторы Илья Заливухин, Юлий Борисов, Олег Шапиро, Константин Ходнев, Влад Савинкин и Владимир Кузьмин. Предлагаем вашему вниманию конспект дискуссии.
Полосатое решение
Об интерьерах ТЦ «Багратионовский» и немного об истории строительства одного из примеров смешанных общественно-торговых прострнаств нового типа, в последнее время популярных в Москве.
Ключевое слово: «телеработа»
Архитекторы, профильные СМИ и вузы по всему миру реагируют на ситуацию пандемии, пытаясь обезопасить сотрудников и студентов, сохранив учебный и рабочий процесс. Говорим с руководителями нескольких московских бюро об их планах удаленной работы, а также рассказываем, как реагируют на эпидемию архитекторы мира.
Социо-биология ландшафта
Список новых типологий общественных пространств и объектов вновь пополнился благодаря бюро Wowhaus. На этот раз команда предложила кардинально новый для России подход к созданию места общения людей и животных
Сеанс городской терапии
Новый вход в парк Горького с Ленинского проспекта, спроектированный и построенный архитекторами Wowhaus, продолжает заложенные когда-то теми же авторами тенденции раскрытия парка городу, хотя он и не чужд тонкого переосмысления его традиций.
Civitas ludens*
Тула, город суровых оружейников, получил новую набережную – релакс-пространство постиндустриального типа. Оно живо реагирует на все вызовы контекста, осмысляя их легко и непринужденно, как игру, а не нравоучение. Центр города «заиграл» – красками, пространством, множеством поведенческих вариантов. Ну и для детей масса необычных развлечений.
Шитье по контексту
Монорельс – транспортное или зрелищное сооружение? Обслуживание убыточно, для города он чемодан без ручки. Интерны Wowhaus поработали над проектом превращения монорельса в Моносад – гигантский (5 км) убранистический аттракцион, подхватывающий местные и городские сюжеты как функционально, так и образно.
10 аэропортов
В стране интенсивно строят и реконструируют здания аэропортов: российские и иностранные архитекторы, причем нередко интерьеры получаются интереснее наружности, а иногда и фасад неплох. Рассматриваем 7 построек и 3 проекта по следам круглого стола с Арх Москвы.
Красный парк
Бюро Wowhaus превратило парк в центре Москвы в замечательное пространство для отдыха и занятий спортом, где каждый найдет место для себя, следуя за ориентирами красного цвета.
На семи холмах
Семь инсталляций для фестиваля фейерверков в Москве, многоэтажный плот в Выксе – эти и другие проекты реализовала команда интернов четвертой интернатуры Wowhaus.
Рекультивация городского центра
Проект благоустройства набережной в центре Тулы включает очистку реки, создание музейного квартала, развитие пешеходных и визуальных связей, равно как и постиндустриальной экономики туристического центра. Он возвращает старому городу структуру столетней давности, переосмысленную с учетом принципов современной урбанистики.
Мир радости
Вторая очередь Городской фермы на ВДНХ дополнила ландшафтно-архитектурный ансамбль сразу несколькими постройками, обыгрывающими характерный ассоциативный подход к созданию тематических павильонов.
ДК поколения Y
Архитекторы Wowhaus завершили строительство Инновационно-культурного центра в Калуге. Несмотря на то, что программа в процессе проектирования менялась со скоростью устаревания инноваций, архитекторам удалось справиться с ситуацией, превратив здание в плотный «узел» разнообразных культурных и спортивных пространств с гибким функционалом.
Уникальное общее
Представляем видеозапись круглого стола, проведенного Archi.ru на АРХ МОСКВА NEXT! В разговоре о новых форматах общественных пространств и методиках их создания приняли участие представители ведущих архитектурных бюро Москвы.
Пути аскезы
Малая сцена «Электротеатра Станиславский» развивает идеи, заложенные в архитектуре главного здания, в свете подчеркнуто-брутального лаконизма, а может быть даже «аскезы». В ее театральном понимании, конечно.
Политех паркового периода
Множество мостов, амфитеатр и перекладка секретных сетей: о том, как архитекторы Wowhaus переработали концепцию благоустройства территории Политехнического музея, предложенную в 2011 Дзьюнья Исигами.
Музейная экспансия
Публикуем статью историка архитектуры Марины Хрусталевой о стратегиях развития московских и петербуржских музеев, опубликованную в тематическом номере журнала «Проект Россия» – «Культура» (№ 80, июнь 2016).
Подсчёт по осени
Прошедшей осенью и в конце лета 2016 издано шесть монографий известных архитектурных мастерских: ADM, UNK project, Wowhaus, Арт-Бля, бюро Евгения Герасимова, Цимайло & Ляшенко. Рассказываем обо всех.
Территория коммуникации
Новый офис бюро Wowhaus в Центре дизайна и архитектуры Artplay – не только максимально удобное рабочее пространство, но и воплощение творческих принципов архитекторов, их понимания философии общественной территории.
Убежище для Шекспира
Разговор с победителем конкурса «Дом для Шекспира», архитектором бюро Wowhaus Есбергеном Сабитовым и руководителем мастерской Олегом Шапиро о том, как башня стала домом для великого драматурга.
Похожие статьи
Вокзал без границ
Автовокзал в литовском Вилкавишкисе по проекту архитекторов Balčytis Studija «приютил» росшие на его месте старые деревья.
Медная крыша
Архитекторы Sauerbruch Hutton надстроили панельное школьное здание времен ГДР в Берлине деревянной «мансардой» с медной обшивкой.
Отвоевать кусочек парка
Архитекторы MVRDV возведут 25-метровый зеленый «холм» в центре Лондона: как ответ на потерянный здесь в 1960-е уголок Гайд-парка и меняющуюся после пандемии функцию Оксфорд-стрит.
Спланированный вернакуляр
Концепция жилого района для Самары от датских архитекторов: 2000 квартир, ни одной повторяющейся секции и очень много зеленых и общественных пространств.
Здание в шляпе
В программе библиотеки города Тайнань на Тайване по проекту бюро Mecanoo и MAYU – архивы и исторические экспозиции, а также медиатека и «цифровая мастерская».
Когнитивная урбанистика
Фрагмент из книги Алексея Крашенникова «Когнитивные модели городской среды», посвященной общественным пространствам и наполняющей их социальной активности.
Миссия на воде
Плавучая церковь «Бытие» в Лондоне по проекту архитекторов Denizen Works предназначена для жителей переживающих реконструкцию районов на востоке Лондона.
Энергетическое семейство
Жилой комплекс Symphony 34 планируется построить в Савеловском районе Москвы. Он будет состоять из четырех разновысотных башен – от 36 до 54 этажей. Каждая имеет свой образ, но вместе все четыре собраны в единый архитектурный ансамбль, фрагмент нового высотного города за третьим транспортным кольцом.
Реновация городской среды: исторические прецеденты
Публикуем полный текст коллективной монографии, написанной в прошедшем 2020 году сотрудниками НИИТИАГ и посвященной теме, по-прежнему актуальной как для столицы, так и для всей страны – реновации городов. Тема рассмотрена в широкой исторической и географической перспективе: от градостроительной практики Екатерины II до творчества Ричарда Роджерса в его отношении к мегаполисам. Москва, НИИТИАГ, 2021. 333 страницы.
«Аппетит к современности»
В Париже закончена реконструкция исторической Товарной биржи по проекту Тадао Андо: этой весной там откроется музей современного искусства – произведений из коллекции Франсуа Пино.
Содержание крупнее формы
Музей художественного образования Хуамао близ Нинбо по проекту Алвару Сиза и Карлуша Каштанейра – это компактный темный объем с наполненным светом просторным интерьером.
Пятый элемент
Клубный дом во Всеволожском переулке оперирует сочетанием дорогих фактур камня и металла, погружая их в буйство орнаментики. Дом представляется фантазией на темы театра эпохи модерна и символизма, разновидностью восточной сказки, что парадоксальным образом позволяет ему избежать прямой стилизации и стать отражением одной из сторон современной московской жизни.
Летят перелетные птицы
В Чжухае на южном побережье Китая строится крупный центр искусств по проекту Zaha Hadid Architects: его самая заметная часть, модульный навес, должен напоминать летящих клином перелетных птиц.
Трамплины и патио
Центром усадьбы в Антоновке, спроектированной Романом Леонидовым, стал внутренний двор с перголами, напоминающий хозяину об отдыхе в экзотических странах. Открытые деревянные конструкции подчеркнули устремленные вверх диагонали односкатных крыш.
Башни с талией
Архитекторы Heatherwick Studio спроектировали жилой комплекс 1700 Alberni в Ванкувере – с озелененными балконами и рассчитанными на комфорт пешеходов нижними этажами.
Сложение растущего города
Жилой квартал «1147» разместился на границе старого «сталинского» района к северу и активно развивающихся территорий к югу от него. Его образ откликается на эту непростую роль: многосоставные кирпичные фасады – разные у соседних секций, их высота от 9 до 22 этажей, и если смотреть с улицы кажется, что фронт городской застройки из длинных узких объемов складывается в некий сложный ряд прямо у нас на глазах.
Один памятник вместо другого
Новый зал Мойнихана по проекту SOM для Пенсильванского вокзала в Нью-Йорке призван заменить общественные пространства снесенного в 1965 его исторического здания.
Древность, дроны и кортен
Руины средневекового замка Гельфштын на востоке Чехии благодаря реконструкции по проекту бюро atelier-r не только избежали обрушения, но и стали доступней туристам.
Подвижность модульного
В ЖК Discovery ADM architects предложили современную версию структурализма: форма основана на модульных ячейках, которые, плавно выдвигаясь и углубляясь, придают контурам объемов сдержанную гибкость, «дифференцированную» поэлементно. Пластично-ступенчатые фасады «прошиты» золотистыми нитями – они объединяют объемы, подчеркивая рельефность решения.
Традиции энергетики
В Порсгрунне на юге Норвегии по проекту архитекторов Snøhetta построено четвертое здание из их ресурсоэффективной серии Powerhouse: как и три предыдущих, оно произведет за время эксплуатации (минимум 60 лет) больше энергии, чем потратит, включая периоды строительства и демонтажа и даже процесс производства стройматериалов.
Наследники трамвая
Офисный комплекс Five в пражском районе Смихов «вырастает» из исторического здания трамвайного депо. Авторы проекта – бюро Qarta Architektura.
Забег по петле
Образовательный центр и информационный павильон нового района в окрестностях Чэнду связаны красной лентой – эксплуатируемой кровлей с беговой дорожкой по проекту Powerhouse Company.
Жизнь на биеннале
Скандинавский павильон на ближайшей венецианской биеннале превратится в экспериментальное жилье-кохаузинг по замыслу норвежских архитекторов Helen & Hard при участии восьми жильцов из их «коммунального» дома в Ставангере.
Полифония строгого стиля
Проект жилого комплекса «ID Московский» на Московском проспекте в Петербурге – работа команды Степана Липгарта минувшего 2020 года. Ансамбль из двух зданий, объединенных пилонадой, выполнен в стиле обобщенной неоклассики с элементами ар-деко.
Технологии и материалы
Материя с гибким характером
Алюминий – разнообразный материал, он работает в широком в диапазоне от гибкого дигитального футуризма – до имитации естественных поверхностей, подходящих для реконструкций и даже стилизаций. Рассказываем о 7 новых жилых комплексах, в которых использован фасадный алюминий компании SEVALCON.
Волшебная линия
Вентиляционные диффузоры Invisiline, созданные архитекторами Майклом и Элен Мирошкиными, завоевали престижную дизайнерскую премию Red Dot 2020. Невидимые решетки, придуманные для собственных проектов, выросли в бренд, ответивший на запросы коллег-архитекторов.
Эффектная сантехника для энергоэффективного дома
Экодом в Чезене, совмещающий функции жилья и рабочей студии архитекторов Маргариты Потенте и Стефано Пирачини, стал первым в Италии примером «пассивного дома», встроенного в плотный фронт городской застройки; кроме того он – результат реконструкции. Интерьеры дома удачно дополняет сантехника Duravit.
Такие стеклянные «бабочки»
Важным элементом фасадного решения одного из самых известных
новых домов московского центра стало стекло Guardian:
зеркальные окна сочетаются с моллированными элементами, с помощью которых удалось реализовать смелую и красивую форму,
задуманную архитекторами.
Рассказываем, как реализована стеклянная пластика
дома на Малой Ордынке, 19.
На вкус и цвет: алюминий в московском метро
Алюминий практически вездесущ, а в современном метро просто незаменим. Он легок и хорошо держит форму, оттенки и варианты фактуры разнообразны: от стеклянисто-глянцевого до плотного матового. Вашему вниманию – обзор новых станций московского метро, в дизайне интерьеров которых использован окрашенный алюминий SEVALCON.
UP-GYM: интерактив для городской среды
Современное развитие комфортной городской среды требует современных решений.Новые подходы к организации уличного детского досуга при обустройстве дворовых территорий и общественных пространств, спортивных, образовательных и медицинских учреждений предложили чебоксарские специалисты.
Серьезный кирпичный разговор
В декабре в московском центре дизайна ARTPLAY прошла Кирпичная дискуссия с участием ведущих российских архитекторов – Сергея Скуратова, Натальи Сидоровой, Алексея Козыря, Михаила Бейлина и Ильсияр Тухватуллиной. Она завершила программу 1-го Кирпичного конкурса, организованного журналом
«Проект Балтия» и компанией АРХИТАЙЛ.
Цвет – это жизнь
Теория цвета и формы была важным учебным модулем в Баухаусе, где художники и архитекторы активно использовали теорию цвета Гёте и добились того, чтобы цвет стал неотъемлемой частью современной жизни. Шведы из Natural Colour Academy предложили палитру Color Trends 2020, собственную цветовую систему, которая задает цветовые стандарты для всех возможностей применения в новом десятилетии.
Расширить горизонты
Интерактивные игровые площадки, подключённые к интернету, и активити-парки компании «Новые Горизонты» как яркая часть городской среды.
Красное и черное
ЖК «Береговой» на береговой линии Москвы-реки, в престижном ЗАО, в историческом районе Филевский парк – часть Большого Сити, городской кластер, респектабельный образ которого создан с помощью облицовки клинкером Hagemeister
Ловушка для света
Новый Matelac Silver Crystalvision, стекло нейтрального оттенка с одной матовой и другой зеркальной стороной – удачное решение для современного минималистичного дизайна. Рассматриваем новый продукт в свете других предложений AGC для архитектуры интерьеров.
Праздничное освещение в большом городе
Каждый год с приближением праздников мы можем наблюдать, как преображаются привычные нам места: все стараются украсить пространство и создать праздничное настроение. Огромная роль при этом отводится праздничному освещению. Что это такое и каким образом создать праздничное освещение, мы разберем в этой статье.
Поверхность бархатная, характер нордический
Сочетая несочетаемое, Концерн Wienerberger разработал коллекцию инновационного кирпича Terca Klinker Nordic Line, модели которой названы в честь городов Северной Европы и намекают на скандинавскую архитектуру. Клинкер отличают бархатистые поверхности, прочность и эстетика при доступной цене.
Парк чудес. Сквозной лейтмотив клинкера
В подмосковной частной школе Wunderpark, которую называют российским Хогвартсом, авангардная архитектура проявила магические свойства материалов. Благородный клинкерный кирпич Hagemeister оттенил футуристичность бетона и стекла.
Сейчас на главной
Открыть что можно
Обнародован проект реконструкции и реставрации павильона России на венецианской биеннале. Реализация уже началась. Мы подробно рассмотрели проект, задали несколько вопросов куратору и соавтору проекта Ипполито Лапарелли и разобрались, чего убудет и что прибудет к павильону Щусева 1914 года постройки.
Дом в доме
Реконструкция крестьянского дома XVIII века на юге Германии: он стал основой для камерной сельской библиотеки. Авторы проекта – Schlicht Lamprecht Architekten.
«Коралловый цветок»
Foster + Partners и девелопер TRSDC разрабатывают масштабный курортный проект на побережье Красного моря в Саудовской Аравии. Об одном из его составляющих, комплексе Coral Bloom, нам рассказали Джерард Эвенден из Foster + Partners и генеральный директор TRSDC Джон Пагано.
Полярная тихоходка
Зимовочный комплекс антарктической станции «Восток» рассчитан на экстремальные климатические условия и психологический комфорт исследователей.
Офис для концентрации идей
​Бюро «Т+Т Architects» спроектировало офис французской ИТ-компании, где сотрудники в любой точке помещения могут обсудить с коллегами или записать на стене новые идеи.
Пресса: Паоло Солери и Arcosanti: как построить Бога
Паоло Солери учился у Фрэнка Ллойда Райта, в художественной коммуне «Талиесин-Вест», и его оттуда выгнали — вероятно, из-за конфликта с Ольгой Ивановной Райт, женой великого мастера. Видимо, логика отталкивания и притяжения привели к тому, что хотя утопия Солери не имеет ничего общего с идеями Райта, сам тип жизни коммуной он воспроизвел.
Возможности ограничений
МАРШ проводит весенний интенсив для архитекторов и кураторов выставок с практикой в реальных музеях. А здесь – его куратор Егор Ларичев объясняет, как полезны архитекторам и кураторам ограничения, и как их много для участников курса. Все, кто не испугается, присоединяйтесь.
Вокзал без границ
Автовокзал в литовском Вилкавишкисе по проекту архитекторов Balčytis Studija «приютил» росшие на его месте старые деревья.
Медная крыша
Архитекторы Sauerbruch Hutton надстроили панельное школьное здание времен ГДР в Берлине деревянной «мансардой» с медной обшивкой.
Архитектура без истории и без теории?
На днях стало известно о планах радикальной реогранизации НИИ теории и истории архитектуры и градостроительства (НИИТИАГ) – единственного исследовательского института страны с таким профилем. Сотрудников, по слухам, планируют сократить в 7-8 раз. Мы поговорили с Дмитрием Швидковским, Андреем Боковым, Елизаветой Лихачевой, Андреем Баталовым – о том, чем ценен Институт и почему его все же надо сохранить.
Градсовет Петербурга 17.02.2021
Тот день, когда Градсовет критиковал признанного архитектора и хвалил работу молодого. Но все равно согласовал первого, а второго отправил на доработку.
Отвоевать кусочек парка
Архитекторы MVRDV возведут 25-метровый зеленый «холм» в центре Лондона: как ответ на потерянный здесь в 1960-е уголок Гайд-парка и меняющуюся после пандемии функцию Оксфорд-стрит.
Спланированный вернакуляр
Концепция жилого района для Самары от датских архитекторов: 2000 квартир, ни одной повторяющейся секции и очень много зеленых и общественных пространств.
Здание в шляпе
В программе библиотеки города Тайнань на Тайване по проекту бюро Mecanoo и MAYU – архивы и исторические экспозиции, а также медиатека и «цифровая мастерская».
К лесу передом
Типовой каркасный дом быстрой сборки с тремя спальнями и детской в антресоли, черный снаружи и белый внутри, спроектирован как для общения с природой, так и между собой. Весь фокус – на открытую террасу. Функции уборки и ухода за участком намеренно минимизированы, – подчеркивают авторы.
Бетонный Мадрид
Новая серия фотографа Роберто Конте посвящена не самой известной исторической странице испанской архитектуры: мадридским зданиям в русле брутализма.
Когнитивная урбанистика
Фрагмент из книги Алексея Крашенникова «Когнитивные модели городской среды», посвященной общественным пространствам и наполняющей их социальной активности.
Миссия на воде
Плавучая церковь «Бытие» в Лондоне по проекту архитекторов Denizen Works предназначена для жителей переживающих реконструкцию районов на востоке Лондона.