Шитье по контексту

Монорельс – транспортное или зрелищное сооружение? Обслуживание убыточно, для города он чемодан без ручки. Интерны Wowhaus поработали над проектом превращения монорельса в Моносад – гигантский (5 км) убранистический аттракцион, подхватывающий местные и городские сюжеты как функционально, так и образно.

Автор текста:
Анна Агафонова

23 Июля 2018

Объект

Урбанистика / Градостроительство

Архитектор:

Мастерская:

WOWHAUS http://wowhaus.ru/

Проект:

Моносад на московском монорельсе
Россия, Москва

Авторский коллектив:
Руководители бюро: Олег Шапиро и Дмитрий Ликин
Куратор проекта: Ирина Головицкая
Ведущий архитектор проекта: Анастасия Измакова
Авторский коллектив: Янина Смагина, Жанна Галут, Федор Наумов, Константин Андреев, Татьяна Черномашенцева, Дарья Голубева, Софья Естрина, Екатерина Аникина
Консультанты: Максим Любавин (КБ23), Константин Паливода (КБ23), Илья Петрасов (АО «ВДНХ»), Денис Ромодин (Музей «Пресня»), Александра Боярская (Nike), Дмитрий Степчков (ГУП «МосгортрансНИИпроект»), Владимир Муравьев (Монорельсовая транспортная система), Вадим Кохтев (АО «Альфа-Банк»).

1.2018 — 5.2018

История проекта реорганизации монорельса началась с информации о его сносе. Это решение городских властей ожидаемо – функциональная принадлежность монорельса так и не определилась за четырнадцать лет эксплуатации; при этом полный снос сооружения, в строительство которого еще недавно вкладывались средства и усилия, демонстрирует несостоятельность градостроительной политики последних двух десятилетий. Архитекторы Wowhaus предлагают эстакаду не сносить, а превратить в рекреационную зону – спортивный парк-сад.

zooming — Градостроительный контекст. Проект «Моносад» © WOWHAUS

Пять километров функций

Темой парка по замыслу архитекторов стал спорт – его структура формируется вокруг беговых и вело-дорожек, и архитекторы назвали свой, довольно специфический вариант парка на путях легкого метро «тропой здоровья». Но спорт – спортом, для него что только не проектируют, а особенность проекта – тщательное вычитывание из контекста территории и нанизывание на пресловутую ветку легкого метро разных сюжетов и функций. Так, чтобы пешеходная или велосипедная прогулка длиной 5 км с небольшим была насыщена сменой впечатлений – но в то же время и так, чтобы новый нетипичный парк притягивал тех, кто рядом живет или работает.

Архитекторы полностью продумали процесс переустройства всех пяти километров эстакады с конструктивно-технической точки зрения. Пути монорельса идут где-то рядом, где-то разделяются – их соединили настилами и вынесли наружу консоли, увеличившие площадь верха. Станции – довольно крупные сооружения с широкими площадками для пассажиров – переосмыслили функционально, стремясь рационально использовать их крытые теплые помещения.

Монорельс берет начало от станции «Тимирязевская», где находятся учебные и жилые корпуса Тимирязевской сельскохозяйственной академии – поэтому здесь в проекте задумана учебная оранжерея, она вписана в поворотный круг и стала стартовой точкой парка.

Спальные районы между «Тимирязевской» и «Улицей Милашенкова» архитекторы трактовали как зону популяризации спорта, рассчитанную не на профессиональные тренировки, а на энтузиастов разных возрастных групп от детей до пенсионеров: здесь разместили интерактивные детские площадки, места для развлечений и общественную оранжерею.

Следующая часть эстакады проходит над железнодорожными путями, по одной из версий департамент Транспорта планирует сохранить трамвайное движение, и для того, чтобы трамваи могли перебираться через ж/д пути с помощью фрагмента эстакады монорельса, архитекторы предусмотрели пандус. Эта часть – «транзитная зона», здесь вело- и беговые дорожки идут параллельно путям, их оградили от трамваев зелеными шпалерами.

Середина монорельса – станция «Телецентр» – точка сосредоточения офисов телекомпаний. Комплекс Останкинского телецентра работает круглосуточно, в нем функционирует более двухсот телекомпаний, здесь же расположен Международный институт кино, телевидения и радиовещания. Сотрудники телецентра нуждаются в зонах отдыха в шаговой доступности от места работы, которые включали бы в себя места для прогулок, кафе, рестораны и магазины, а также возможно и фитнес-комплексы – запланированная здесь casual-зона включают все эти инфраструктурные объекты. Далее она плавно переходит в зону «Мечтательного сада» – парковую территорию, засаженную плодово-ягодными деревьями.

Мечтательный сад задуман как главная точка притяжения, способная привлечь в парк посетителей со всего города. Отсюда открывается вид на останкинскую церковь и усадьбу, пруд и телебашню, что учтено в проекте – запланированы видовые площадки. Помимо цветущих весной и плодоносящих летом деревьев сад включает открытый панорамный бассейн, подобных которому в Москве нет, – он предусматривает возможность подплыть к краю и посмотреть сверху на Останкинский пруд. Несложно заметить, что бассейн – своего рода эхо пруда, он дублирует пруд даже пропорционально, кажется его приподнятым над землей отражением. Водную чашу архитекторы поделили на две зоны: для спорта и для отдыха.

Сад продолжается зоной семейного досуга, которая по смыслу дополняет зону популяризации спорта при улице Милашенкова, и также примыкает к жилому микрорайону. Станцию монорельса «Улица академика Королева» – прямоугольное в плане и достаточно крупное здание – авторы превращают в детский спортивный центр, который становится ядром зоны. Рядом – досуговый центр и места ожидания для родителей, с кафе и ресторанами, в том числе на крыше; они призваны обеспечить приток посетителей вечером. Дальше тему спортцентра продолжает двухъярусная игровая площадка с защищающей от дождя крышей.

На следующем участке монорельс проходит рядом с ВДНХ. Выставочный комплекс сам по себе привлекает посетителей, и задача парка в этом месте – подхватить поток. Внимание гуляющих должно привлечь буйство природы в экспериментальной оранжерее – в нее архитекторы превращают бывшую станцию «Выставочный центр» и она должна напомнить «о романтическом контексте ВДНХ». Растения «выплескиваются» наружу и увивают конструкции монорельса, как в джунглях – как будто природа вышла из-под антропогенного контроля и захватила эстакаду. Сюжет дополняют световые инсталляции – сейчас в проекте они выглядят как радужная арка.

Далее следует зона профессионального спорта: площадки для силовых тренировок, экстремальных видов спорта, тренерские и медпункт. Спортивную зону сменяет культурная – заключительная часть парка.

В зоне бывшего электродепо Монорельса, за улицей Сергея Эйзенштейна и совсем недалеко от ВГИКа, в бывшем депо монорельса согласно проекту расположились экспериментальные театральные площадки. В разворотном круге нашлось место для амфитеатра и отрытой сцены – напомним, в первом круге задумана экспериментальная оранжерея для Тимирязевки, а здесь, с противоположной стороны – сцена, вероятно, для будущих киношников. Впрочем появление театральных площадок также неудивительно если вспомнить, сколько в театров, а уж амфитеатров, имеется в портфолио Wowhaus, начиная от «Зеленого» неподалеку на ВДНХ и заканчивая Электротеатром или сценой внутри калужского ИКЦ. В здании депо авторы проекта также разместили музей уличного искусства и граффити, совместив его с музеем транспорта, который утратил свое помещение. Идея использовать экспонаты музея в качестве холста, согласно замыслу, поможет совместить художественную экспозицию с транспортной.

Связка сюжетов

Не только функциональное наполнение Моносада, но и его образность чутко реагирует на окружение, хотя и лишена стилизаций – скорее авторы продумывают виды, иногда с точки зрения гармоничности, иногда – парадоксальности, хорошо отраженной в иллюстрациях. Чего строит взлет титановой ракеты музея Космонавтики на фоне увитой плющом «дачной» оранжереи, или коммунистический порыв мухинских Рабочего и Колхозницы вдали за обросшими растениями, читай «заброшенными» опорами монорельса – то и другое памятники деградировавшему футуризму, один 1930-х, другой 1990-х годов: неважно, что у них был разный бэкграунд, оба отброшены, и авторы проекта хорошо чувствуют этот пассеизм.

Из той же серии сюжетов с двойным дном – бассейн-реплика пруда, плод рефлексии о двух видах искусственной воды. Или решетки пергол в виде очень схематично изображенных, но узнаваемых колосков – напоминание о фонтане «Золотой колос» и близости ВДНХ, но в иллюстрациях, опять же, наложенное на Останкинскую башню.

Перед нами не просто качественное и разнообразное благоустройство, в этих шаманских бусах, нанизанных на неудавшийся мегапроект Юрия Лужкова, прорастают не только лианы и деревья, но перекрещиваются, усиливаются, переплетаются смыслы, которыми густо пропитана вся округа. В таком подходе много театрального – перед посетителем парка в движении раскроется спектакль картин, по типу театра Гонзага, на тему genius loci. Нынешние картинки, видимо – его ключевые акты.

Утопия или не утопия, Хай-Лайн или не Хай-Лайн

Wowhaus предлагают реорганизовать монорельс в идеальный платоновский сад, что может показаться несколько утопическим – в Москве достаточно прогулочных парковых пространств. Однако прежде чем предложить концепцию Моносада архитекторы провели аналитику рекреационной инфраструктуры как всего города, так и тех районов, через которые проходит монорельс, ориентируясь на данные социологических исследований, для сбора которых в качестве консультанта привлекли своих давних партнеров бюро «КБ23». Чтобы быть востребованным в масштабе города, парк должен обладать уникальным назначением и предлагать помимо прогулочных зон объекты инфраструктуры, которые могли бы использоваться как в выходные, так и в будни – проект Моносада учитывает эти требования.

Собственно идея превращения устаревшей навесной железной дороги в висячие сады не нова – московскому жителю, который после открытия парка Зарядье название Хай-Лайн не слышал разве что из утюга, американской прообраз придет в голову первым делом. Сходство со знаменитым парком DS+R на рельсах заметно невооруженным глазом – между тем авторы проекта его не отрицают, но и не подчеркивают, напоминая о том, что первым «висячим садом» на старой железной дороге был парижский парк La Coulée verte, обустроенный в 1988-1993 годах. С другой стороны, по признанию авторов проекта, их в большей мере интересовал пример сеульского парка Skygarden, построенного в 2015-2017 годах MVRDV.

Важным же для авторов был не звучный раскрученный образец, а требования контекста и обстоятельств существования убыточного легкого метро. Но. Даже беглого взгляда на проект достаточно, чтобы заметить: главной движущей силой работы архитекторов было увлечение тем неожиданным аттракционом, в который превращается монорельс, бывший с момента его строительства, уж признаемся, постройкой унылой и тяжеловесной, – при таком вот его урбанистическом обживании. Рассеяние уныния, увлеченность изобретением и античная радость возникновения нового общественного пространства, да еще такого забавного и заковыристого, неожиданного на всем протяжении – а вовсе не (только) пропаганда спорта, – стала и презентационным обрамлением проекта на Арх Москве. Возможно, кто знает, эллинская радость просвещения бытия окажется способной вести проект дальше, к вероятной реализации.

К слову сказать, там же на Арх Москве Олег Шапиро назвал два принципа работы бюро, которые хорошо стыкуются с Моносадом: предоставлять человеку максимальное количество возможностей при взаимодействии с пространством – и создавать архитектуру для радости.

Открытый диалог

Упомянутая выше креативная радость – самая симпатичная особенность проекта – складывается из двух составных частей, которые в данном случае действуют сообща.

Первая: проект никем не заказан, он – предложение для городских властей в режиме открытого диалога. Подобные предложения Wowhaus практикуют давно, проектируя «вперед», предлагая городу новые сюжеты урбанистического освоения запущенных «выморочных», или же просто плохо функционирующих пространств. Метод – назовем его методом проектного действия – помогает архитекторам работать с тем, что интересно, и ставить те задачи, которые, на их взгляд, действительно актуальны. Иногда это срабатывает, иногда нет: с Крымской набережной получилось просто отлично, это признают даже многие автомобилисты, лишившиеся съезда с Садового, с площадью Революции проект не был реализован. Немалый опыт Wowhaus в работе с проектами благоустройства должен, по идее, способствовать продвижению проекта.

Вторая составляющая прижилась в бюро не так давно. В Wowhaus много молодых сотрудников, но несколько лет назад бюро начало активно развивать программу трехмесячной интернатуры: временным сотрудникам она позволяет приобрести опыт реальной работы и пополнить портфолио, самому бюро – не терять молодого тонуса и браться за подобные, пронизанные радостной креативностью проекты. В прошлом году интерны работали над плотом и рядом городских инсталляций, в этом Моносад – целиком их работа, исполненная под руководством и при участии архитекторов Wowhaus.

***

Проект – определенно урбанистическое исследование, во всех его частях, начиная с уже почти обязательно для проектов Wowhaus работы «КБ23», и включая далее как ответы на прагматические запросы округи, так и ответы культурно-исторические, соединяющие бодрость молодости и спорта с пассеизмом, неизбежным спутником городского переосмысления. Соединение этих не вполне родственных вещей – молодого, нового и бывшего, радостного и печального, прагматического и меланхолического, провоцирующее считывание, но не противоречащее и прямому прагматическому использованию – становится, кажется, одной из характерных черт проектов бюро.

Моносад был впервые презентован на Арх Москве в мае 2018, недавно проект вошел в шорт-лист премии WAF.

Архитектор:

Мастерская:

WOWHAUS http://wowhaus.ru/

Проект:

23 Июля 2018

Автор текста:

Анна Агафонова

WOWHAUS: другие проекты

send.project

Яркое, народное

Десятый год Wowhaus работают над новогодним украшением ГУМа, «главного», ну или во всяком случае, самого центрального, магазина страны. В этом году темой выбрали Дымковскую игрушку: и, вникнув в историю вопроса, предложили яркое, ярчайшее решение – тема, впрочем, тому прямо способствует.

Результаты конкурса

Грезы Трезини

В Эрмитаже подвели итоги VIII Международной архитектурно-дизайнерской премии «Золотой Трезини». В этом году премию вручали в год 355-летия первого архитектора Санкт-Петербурга Доменико Трезини. Среди победителей много знаковых проектов: от театра Камала до церкви Преображения Господня Кижского погоста. Показываем победителей всех номинаций, а их у «Трезини» аж целых 33.

Результаты конкурса

Зодчество 2025: победители

Не прошло и месяца, а мы публикуем полный список победителей Зодчества. Сильно выступил, как всегда, Петербург – и даже московскому музею Коллекция дали серебро. Среди школьных зданий лидирует ATRIUM и гимназия имени Примакова от Студии 44. Кстати! В этом году наконец вручили «Татлин», награду за проект; что не может не радовать.

Новость

Хай-Лайн деревянщика

Проект бюро Totan и Saga предполагает превращение московского монорельса – а один километр из пяти, ближе к улице Эйзенштейна, там уже разбирают – в парк на высоте 6 метров с панорамными видами и разнообразными павильонами, которые используют и сохраняют конструкции станций.

Новость

Курорт на Каме

Архитектурное бюро Wowhaus разработало проект реконструкции санатория «Корабельная роща» – оздоровительного комплекса на берегу реки Кама.

Конкурс

Чикагские лауреаты 2025

Премия International Architecture Award подвела итоги: в этом году отмечено рекордное количество проектов от российских архитекторов. Коротко рассказываем о победителях номинаций и работах, удостоенных почетного упоминания.