English version

Гибкость и острота современности

Роскошные, текучие, большие кокошники и спиральные бочки-колонны как из цветной жевательной резинки: в Москве, кажется, нет других таких особняков стиля нео-рюс модерна. А Теремок на Малой Калужской, ранее, как кажется, малоизвестный, «заиграл» и стал заметен после реставрации для офиса «архитектурной экосистемы». Видно, что Юлий Борисов и архитекторы UNK вложили всю душу и в поиск нового офиса, и в его приведение в современный вид. Рассматриваем парадоксы истории особняка и его пластического решения. Спойлер: тут встречаются две современности, обе прямо на острие «лезвия актуального».

Объект
Архитектура
mainImg
Архитектор:
Юлий Борисов
Юлия Тряскина
Мастерская:
UNK https://unk.ltd/

Проект:
Офис UNK
Россия

2022 / 8.2023
Архитекторы UNK переехали в новый офис на Малой Калужской в августе 2023 года, а его торжественное открытие приурочили к началу текущего лета, дню рождения Юлия Борисова – основателю экосистемы исполнилось 50 лет – и 25-летию бюро. Праздник получился шумным: там и на балалайке играли, и угощали, ох, красной икрой.
 
Для столь экзотического угощения à la russe были и есть, впрочем, все основания: UNK поселились в памятнике архитектуры, неорусском особняке начала XX века, 1911 года постройки. Когда-то головной офис UNK находился на арендуемых площадях завода «Союз», где сейчас строится ЖК Luzhniki collection; затем UNK были разбросаны по всей Москве, и какое-то время искали «свой дом», перебирали разные предложения. И хотя вероятные места были очень разными – рассказывают, что именно Юлий Борисов настоял на историческом особняке. Любят модернисты работать в исторических зданиях. 
  • zooming
    Офис UNK, особняк Шервудов. 2024
    Фотография © Сергей Волокитин / предоставлена UNK
  • zooming
    Офис UNK, особняк Шервудов. 2024
    Фотография © Сергей Волокитин / предоставлена UNK

Особняк – архитектора Шервуда. Тут-то и начинается путаница. Впрочем, небольшая и легко распутываемая, поскольку UNK, и в этом они большие молодцы, нарисовали хронологию истории особняка – в столовой, прямо на стене, как сейчас принято делать на выставках. Проиллюстрировали фотографиями; выставка и есть. 

Итак, путаница. Она, к примеру, может обнаружиться в том, что особняк архитектора Шервуда, а автор проекта – архитектор Николай Дмитриевич Бутусов. Бутусову на момент окончания строительства было 47 лет, Шервуду – 44 года; оба молодых архитектора успели поработать в эклектике, неоклассике, модерне и их биографии еще, вероятно, ждут своих историков. Идем дальше: Владимир Шервуд, но не тот, который спроектировал Исторический музей, а его сын Владимир Владимирович, автор, к примеру, неоклассического доходного дома Титова на Старой площади, перед началом улицы Ильинки. Русские архитекторы Шервуды были потомками английского механика «черсточесальных машин» Вильгельма Шервуда, и участок на Малой Калужской, где сейчас поселились UNK – фамильное гнездо его потомков, так как участок Вильгельм получил по приезде в Москву в 1809 году. В России Вильгельма переименовали в Василия, и у него было четыре сына и одна дочь. Сын Иван, родившийся еще в Англии, известен тем, что сообщил Александру I о готовящемся восстании декабристов, за что Николай I затем присоединил к его фамилии слово «Верный». А другой, Иосиф, был отцом Владимира Шервуда и дедом скульптора Сергея Владимировича и архитектора Владимира Владимировича. Начнёшь разбираться в династиях архитекторов – закопаешься... 

В 1812 году дом Вильгельма Шервуда на Малой Калужской сгорел в пожаре Москвы и был отстроен заново. В какой-то момент, хотя вряд ли в 1813 году, дом Шервудов стал деревянным «Теремком» в псевдорусском стиле. 
zooming
Предыдущий, деревянный, Теремок Шервудов в 1885 году; фотография выставлена в офисе UNK
Фотография с фотографии: Юлия Тарабарина, Архи.ру

В середине XIX века дом окружили здания завода Бромлей; завод в значительной части был военным, производил станки для обточки стволов, цилиндровки гранат и патроны; в советское время он назывался «Красный пролетарий». Так вот, Владимир Шервуд-сын был в том числе архитектором завода Бромлей. Но каменный особняк ему построил Николай Бутусов. Почему так? Пока не знаем. 

К чему все это? Ну, хотя бы к тому, что UNK выбрали для своего «гнезда» место со значительной, даже семейной архитектурной историей. Несложно заметить, что среди фотографий на нижнем этаже семья Шервудов соседствует с семьей и коллегами Юлия Борисова – преемственность не только намечена, но и подчеркнута.

Впрочем не менее интересна архитектура самого «Теремка». Он появился незадолго до Первой мировой, и он – пример развитого, чтобы не сказать позднего нео-рюса. От псевдорусского стиля в нем нет уже почти ничего – кроме идеи дать наследию вторую жизнь, оживить и осмыслить. Вовсе это не пестрый, не дробный, даже не красно-кирпичный, безо «штучного набора» дом. Его не только коснулось влияние Дягилевских сезонов, Билибина, Васнецова, он уже – некая сумма переосмысления их идей. Его формы – цельные крупные, текучие, это довольно высокий уровень развития стиля модерн, видно, что здесь он пришел к определенному итогу, оказался на грани не только исторических пертурбаций, но и искусства XX века. Это вам не подделка под палаты XVII века – а дом-сказка, дом-театр, инсценировка. 
  • zooming
    Офис UNK, особняк Шервудов. 2024
    Фотография © Сергей Волокитин / предоставлена UNK
  • zooming
    Офис UNK, особняк Шервудов. 2024
    Фотография © Сергей Волокитин / предоставлена UNK
  • zooming
    Офис UNK, особняк Шервудов. 2024
    Фотография © Сергей Волокитин / предоставлена UNK
  • zooming
    Офис UNK, особняк Шервудов. 2024
    Фотография © Сергей Волокитин / предоставлена UNK

До реставрации Теремок был почему-то желтым с зелеными прорисовками; хотя его первоначальная окраска – белая с цветными деталями, примерно как в расположенной тут неподалеку церкви Николы в Хамовниках. Архитекторы UNK рассказали мне, что первоначально они планировали сделать фасады полностью белыми; но в процессе раскрытия фасадов нашли первоначальную раскраску и после консультаций с ДКН воспроизвели именно ее. Таким образом, сейчас мы видим фасады особняка такими, какими они были реализованы в 1911 году. 

С задорными цветными прорисовками. И надо признать, что это удачный результат: стало заметно, насколько здание 1911 года по-хорошему современно.

В какой-то степени он даже кажется постмодернистским, Теремок архитектора Бутусова. Посмотрим хотя бы на спирально-бочковидные колонны крыльца: да они же как будто сделаны из цветной жвачки восьмидесятых. Ну и Хундертвассер тоже вспоминается. 
  • zooming
    Офис UNK, особняк Шервудов. 2024
    Фотография © Сергей Волокитин / предоставлена UNK
  • zooming
    Офис UNK, особняк Шервудов. 2024
    Фотография © Сергей Волокитин / предоставлена UNK
  • zooming
    Офис UNK, особняк Шервудов. 2024
    Фотография © Сергей Волокитин / предоставлена UNK
  • zooming
    Офис UNK, особняк Шервудов. 2024
    Фотография © Сергей Волокитин / предоставлена UNK

Словом, Теремок выглядит как пример модерна, вышедшего к «революционной» границе и готового встретиться с современным искусством. 

Что и происходит в интерьере, где у архитекторов были «развязаны руки» и они поработали с белым цветом вовсю. 

Интерьер у нас «как яичко», – говорят UNK. И очень точно: входишь внутрь, как в гигантскую яичную скорлупу; вспоминаются и космические корабли (или даже образы рая?) из кино. Все белое, круглится и светится, края и стыки формы различимы далеко не всегда. И впрямь чувствуешь себя цыпленком – хочется пошутить, что мы попадаем внутрь «яйца современного искусства». Ну, или, в данном случае, архитектуры. Яйцо – сравнение с большим метафорическим потенциалом, достаточно вспомнить, что во многих мифах из яйца рождается мир, так что оно вполне подходит на роль образа архитектурного творчества, рождающего как объем, так и пространство «из ничего», ну или из пассивной материи. 

Отчасти скругления заданы исходной архитектурой Бутусова, но где-то и добавлены: в виде круглящейся стойки ресепшна во входном вестибюле, или элементов сантехники, круглых столов и светильников, кольцевых и дисковых. Авторы усиливают потенциал скругления и приводят его, особенно с помощью дисковых ламп, к абстрактной геометрии круга.
 
 

Белизна усилена подсветкой, в том числе встроенной в пол или вот в поручень лестницы, ведущей вниз. Пластика интерьера получается довольно-таки специфичной: изогнутых поверхностей тут много, но они не ощущаются как материальные, тяжелые и объемные. Наоборот, благодаря и белизне, и подсветке оболочка кажется скорее эфемерной, то ли виртуальной, как в кино и в игре; то ли сделанной из белого листа бумаги. Тогда, на смену яичной скорлупе, приходит другая метафора – белого листа, ну или экрана, архитектурной «бумаги», на которой, или в данном случае «внутри которой» должны рождаться идеи и формы. 

Свет, белизна и круглящаяся форма особенно ощутимы на лестнице, где архитекторы позволили себе зенитные фонари и где, как следствие, происходит «крещендо» в развитии намеченного сюжета. 

Здесь же на лестнице мы внезапно обнаруживаем, что в интерьере есть, оказывается, цвет. Он «поселился» на историческом элементе – чугунных перилах, и это, предсказуемо, ярко-красный, фирменный цвет UNK, который здесь, однако, тяготеет к какому-то даже пионерскому алому оттенку – возможно, из-за обилия света со всех сторон.
  • zooming
    Офис UNK, особняк Шервудов. 2024
    Фотография © Сергей Волокитин / предоставлена UNK
  • zooming
    Офис UNK, особняк Шервудов. 2024
    Фотография © Сергей Волокитин / предоставлена UNK

Тем не менее акцент уместен и даже воспринимается как стержень здания. Строго говоря, лестница почти всегда – такой стержень, функционально или образно, или и то и другое; здесь, кажется, удалось свести все составляющие вместе, включая «столб» света: от дневного естественного из зенитных окон до ниточки подсветки поручня лестницы, ведущей в подвальную часть. Идя вниз, можно даже подумать, что свет пробивается на ступени сверху; хотя это не так. Но мысль проведена последовательно.
  • zooming
    Офис UNK, особняк Шервудов. 2024
    Фотография © Сергей Волокитин / предоставлена UNK
  • zooming
    Офис UNK, особняк Шервудов. 2024
    Фотография © Сергей Волокитин / предоставлена UNK

Замечу, что, если нео-рюс фасадов очень «модерновый», гибкий и обобщенный до высокой степени новизны, то элементы исторического декора, сохранившиеся в интерьере, очень традиционны и тяготеют к XIX веку. Чугунные балюстры лестничных перил красивые, но для своего времени довольно обычные; никакой текучести модерна в них не наблюдается, разве что гофмановские козлиные ноги. Может быть, потому их и выбрали на роль цветового акцента – потому что форма выпадает из гибкой пластики интерьера? 

Другой исторический элемент – рельефные нервюры, скопированные Бутусовым из Теремного дворца и украшающие ребра распалубок купола во входном тамбуре – архитекторы UNK, наоброт, оставляют белыми. Поэтому замечаешь их не входя в Теремок, а выходя из него. 
  • zooming
    Офис UNK, особняк Шервудов. 2024
    Фотография © Сергей Волокитин / предоставлена UNK
  • zooming
    Офис UNK, особняк Шервудов. 2024
    Фотография © Сергей Волокитин / предоставлена UNK

Входя – видишь два зеркала vis-a-vis, привычно, но всегда эффектно расширяющих пространство, и фотографию БЦ «Академик» в перспективе коридора под цилиндрическим сводом. 
  • zooming
    Офис UNK, особняк Шервудов. 2024
    Фотография © Сергей Волокитин / предоставлена UNK
  • zooming
    Офис UNK, особняк Шервудов. 2024
    Фотография © Сергей Волокитин / предоставлена UNK

Фотография очень уместна. Она не только без обиняков показывает, что мы попали в офис архитекторов – она еще и анонсирует входящему его смысловую структуру. Офис выстроен на знаковых проектах UNK – а Юлий Борисов не устает повторять, что его задача работать с уникальными объектами – соответственно, вся навигация сформирована «попроектно», каждая переговорная имеет имя: «Суббота», «Академик», «Атом», «Орбитал». Все это отражено на указателях, а они здесь повсюду, рельефные и тоже белые. 

Цвет здесь присутствует не только в виде алого акцента перил. Поскольку UNK обладают немалым опытом в области офисных и общественных интерьеров, в собственном офисе они следуют современным тенденциям: внизу, помимо столовой-кафе, организуют общественное пространство с амфитеатром, и на всех этажах, начиная от входа – уголки-ниши для уединения и разговоров. Там и там, то есть везде, где люди не только работают, как в опен-спейсе и переговорных, стерильный белый цвет дополнен натуральной зеленью растений «зимнего сада», сдержанным светлым деревом и примерно того же оттенка тканью диванов. Они не спорят с основной темой, скорее погружаются в равномерно светящееся пространство и дополняют его. Нейтрально, но все же оживляют. 
 
 

В конечном счете получается, что выбор особняка был удачным. 

Не только потому, что получили в свое распоряжение и привели в порядок яркий и интересный памятник московской архитектуры, куда теперь вдвойне хочется прийти на экскурсию: по истории и по современности. Не только потому, что владеют теперь еще и роскошным двором, где и состоялась летняя презентация, а внутри разместилось, помимо рабочего, еще и общественное пространство, амфитеатр с большим экраном, где вполне можно проводить лекции, столовая-кафе с кухней и целый ряд уютных «уголков», как принято в современных офисных интерьерах. 

Помимо всех этих достоинств, для хорошего современного офиса – необходимых на грани хрестоматийного и поэтому достойных упоминания, но не акцентирования, – тут возник любопытный диалог из области понимания архитектурной формы, или даже так – взгляда на поиски современности как таковой. Здание для своего времени было на острие поисков новизны, в рамках одного из актуальных тогда направлений, русского стиля. Надо ли говорить, что, сделав круг, повестка (ну, или одна из повесток) вновь пришла к опытам в области идентичности, и сейчас для тех авторов, которые решаются заниматься такими опытами, намного более актуально, нежели 100 лет назад, найти ее именно в современной парадигме. В проектах Юлия Борисова такие опыты, вроде бы, пока не замечены. Зато в новом офисе архитекторы UNK дают более тонкий ответ на тот же вопрос: поселившись в историческом нео-рюсе, они осмыслили его интерьер как остро современный – но между интерьерами и фасадами возникают заметная стилевая связь. Оказавшись здесь, мы можем не только увидеть, но даже ощутить: между ними 112 лет, но они как родные, проводят одну и ту же тему гибкой новизны, белизны, цельной формы. Тут и становится ясно, как много между нашими временами общего... И что тема, заданная сто лет назад, в сущности, продолжает свое развитие и сейчас.

Иначе говоря, тут понимаешь, что в словосочетании «современная архитектура» заключена определенная загадка. Не стоит его слишком прямолинейно понимать. 
Архитектор:
Юлий Борисов
Юлия Тряскина
Мастерская:
UNK https://unk.ltd/

Проект:
Офис UNK
Россия

2022 / 8.2023

05 Сентября 2024

UNK: другие проекты
Обзор
Палитра возможностей
Продолжаем наш специальный проект «От молекулы до здания» и представляем вашему вниманию подборку объектов, построенных по проектам российских архитекторов, в которых нестандартным образом использованы особенности и преимущества поликарбонатов.
send.project
Сад знаний
Бюро UNK architects и UNK design создали интерьеры кампуса «Летово. Джуниор» при участии NF studio, которая отвечала за образовательную технологию, учитывающую потребности и восприятие детей младшего и среднего школьного возраста.
send.project
Перпетум мобиле
Интерьер штаб-квартиры компании «Нацпроектстрой», созданный командой студии IND, максимально наглядно и столь же эффектно воплощает сферу деятельности заказчика – одного из крупнейших российских инфраструктурных холдингов: логистику и транспортные коммуникации всех возможных форматов.
Объект
Кубок чемпионов
Небоскреб Bell на 1-й улице Ямского поля, 12 на первый взгляд строг и лаконичен, хотя скромным его назвать никак не возможно. Экономная стереометрия построена на работе с формой, близкой к овалу – а это одна из излюбленных тем архитекторов UNK. Обтекаемая поверхность основной формы с металлическими ламелями дважды посечена стеклянными срезами, графически демонстрируя суть исходной формы: ее простоту и одновременно сложность. К тому же здесь решены десятки сложнейших инженерных головоломок.
Объект
На орбите Москва-Сити
Бизнес-центр Orbital прост и сложен одновременно. Прост лаконичной формой и оптимальным офисным решением планировок: центральное ядро, световой фронт, стекло; из необычного техэтаж, хитроумно размещенный на торцах. Сложен – ну, хотя бы потому, что похож на космическое тело, парящее на металлических ногах при Магистральной улице. Почему такая форма, из чего состоит и как сделано это «бутиковое» офисное здание, выкупленное сразу же после реализации – в нашем рассказе.
Объект
Блеск дерзновенный
Изучаем «Новый взгляд», первую школу, построенную за последние 25 лет в Хамовниках. У здания три основные особенности: оно рассчитано на универсалии современного образования, обучение через общение и прочее; второе – фасады сочетают структурное моллированное стекло и металлизированно-поливную керамику, они дороги и технологичны. Третье – это школа «Садовых кварталов», последнее по времени приобретение знаменитого квартала Хамовников. И дорогое, и, по-своему, дерзкое приобретение: есть некий молодой задор в этом высказывании. Разбираемся, как устроена школа и где здесь контраст.
Новость
Арка, жемчужина, крыло и ветер
В соцсетях губернатора Омской области началось голосование за лучший проект нового аэропорта. Мы попросили у финалистов проекты и показываем их. Все довольно интересно: заказчик просил сделать здание визуально проницаемым насквозь, а образы, с которыми работают авторы – это арки, крылья, порывы ветра и даже «Раковина» Врубеля, который родился в Омске.
Объект
Черное и белое
Отдельно рассказываем об интерьерах павильона Атом на ВДНХ. Их решение – важная часть общего замысла, так что точность и аккуратность реализации были очень важны для архитекторов. Руководитель UNK interiors Юлия Тряскина делится частью наработок.
Объект
Форма немыслимого
Павильон АТОМ на ВДНХ хочется сопоставить с известной максимой архитекторов и критиков: «придумал? теперь построй!». Редко можно встретить столь самоотверженное погружение в реализацию, причем сложные конструктивные и инженерные задачи, поставленные UNK перед самими собой, тут представляются неотъемлемой, важной частью архитектурной идеи. Challenge соответствует месту – все же «выставка достижений», а павильон посвящен атомной энергетике. Рассматриваем: снаружи, изнутри и с изнанки.
Объект
Медный шаг
Квартал номер 5, над которым в ЖК «Остров» работали архитекторы АБ ASADOV, одновременно масштабен, хорошо заметен благодаря своему центральному расположению – и контекстуален. Он «не перекрикивает» решения соседей, а скорее дает очень взвешенное воплощение дизайн-кода: совмещает кирпич и металл светлого и темного оттенков и большие медные поверхности, ортогональную геометрию снаружи и гибкие линии во дворе.
Объект
Свет для Острова
Впервые для себя рассматриваем проект подсветки целого жилого района; впрочем, авторы проекта вечернего освещения ЖК «Остров», UNK lighting, и сами признают, что эта работа – крупнейшая не только в их портфолио, но и в стране. Они называют свой подход европейским, его основные принципы: плавность переходов, комфорт для глаз и то, что подсветка сосредоточена, в основном, в нижнем уровне, «работая» для пешеходов.
Объект
Лайнеры в пойме
Продолжаем изучать мега-проект компании ДОНСТРОЙ ЖК «Остров» – здесь рассматриваем 7 квартал, который планируется расположить к югу от бульвара. Он заметно отличается от предыдущих, интерпретируя дизайн-код в духе стеклянно-металлического океанского лайнера.
Интервью
Юлий Борисов: «ЖК «Остров» – уникальный проект, мы...
Один из самых больших проектов жилой застройки Москвы – «Остров» компании Донстрой – сейчас активно строится в Мневниковской пойме. Планируется построить порядка 1.5 млн м2 на почти 40 га. Начинаем изучать проект – прежде всего, говорим с Юлием Борисовым, руководителем архитектурной компании UNK, которая работает с большей частью жилых кварталов, ландшафтом и даже предложила общий дизайн-код для освещения всей территории.
Репортаж
Архсовет Москвы – 77
Совет поддержал проект башни, завершающей ансамбль ВТБ Арена Парка с северной стороны. Авторы проекта – UNK – предложили увеличить ее высоту со 100 до 150 м для лучших пропорций. В ходе обсуждения возникли предложения увеличить высоту сильнее, сделать башню стройнее и сдвинуть с оси ТТК, что она не замыкала его перспективу от Беговой.
Результаты конкурса
Кольцевое построение
Проект UNK interiors, победивший в конкурсе на метро «Загорье», модульностью и простотой формы созвучен идеям индустриальной жилой застройки ближайшего окружения. В то же время станция «вся металлическая», в чем откликается на название Липецкой улицы, поскольку Липецк – центр металлургии. Казалось бы, авторы могли увлечься брутальными образами проката и домны, но проект получился лаконичным и легким – изучаем, почему.
Объект
Функция треугольника
Экстравагантная форма расширяющейся кверху тонкой пластины – не формальный жест, а отклик архитекторов UNK на требования участка и ТЭПы. Решения по-модернистски рациональны, экономны и функциональны. Дом галерейный, торцы подчеркнуты «пластинчатым» сдвигом, а широкие фасады составлены из треугольных эркеров.
Интервью
Юлия Тряскина: «В современном общественном интерьере...
Новая премия общественных интерьеров IPI Award рассматривает проекты с точки зрения передовых тенденций современного мира и шире – сверхзадачи, поставленной и реализованной заказчиком и архитектором. Говорим с инициатором премии: о специфике оценки, приоритетах, страхах и надеждах.
Интервью
Год 2021: что говорят архитекторы
Вот и наш новый опрос по итогам 2021 года. Ответили 35 архитекторов, включая главных архитекторов Москвы и области. Обсуждают, в основном, ГЭС-2: все в восторге, хотя критические замечания тоже есть. И еще почему-то много обсуждают минимализм, нужен и полезен, или наоборот, вреден и скоро закончится. Всем хорошего 2022 года!
Объект
Супер-пергола
Новый бизнес-центр на Пресне, в 1-м Земельном переулке, совмещает технологичность и эко-ориентированность. Его обтекаемые формы и белая диагональная решетка фасадов сочетаются с новой версией вертикального озеленения: отстоящей от фасада зеленью дикого винограда, которая не спорит с решеткой-«перголой», но лишь оттеняет ее.
Репортаж
Идеями лучимся / Delirious Moscow
В Гостином дворе открылась 26 по счету Арх Москва. Ее тема – идеи, главный гость – Москва, повсеместно встречаются небоскребы и разговоры о высокоплотной застройке. На выставке присутствует самая высокая башня и самая длинная линейная экспозиция в ее истории. Здесь можно посмотреть на все проекты конкурса «Облик реновации», пока еще не опубликованные.
Объект
Трансформация с умножением
Дворец водных видов спорта в Лужниках – одна из звучных и нетривиальных реконструкций недавних лет, проект, победивший в одном из первых конкурсов, инициированных Сергеем Кузнецовым в роли главного архитектора Москвы. Дворец открылся 2 года назад; приурочиваем рассказ о нем к началу лета, времени купания.
Объект
Эффект оживления
Проект Останкино Business Park разработан для участка между существующей станцией метро и будущей станцией МЦД, поэтому его общественное пространство рассчитано в равной степени на горожан и офисных сотрудников. Комплекс имеет шансы стать катализатором развития Бутырского района.
Интервью
Юлий Борисов: «Мы должны быть гибкими, но не терять...
Особенность развития архитектурной компании UNK project – в постоянном поэтапном росте и спланированном изменении структуры. Это тяжело, но эффективно. Юлий Борисов рассказал нам о недавней трансформации компании, о ее сформулированных ценностях и миссии, а также – о пользе ТРИЗ для конкурсной практики, личностном росте и сложностях роста бюро, параллелизме рационального расчета и иррационального творчества, упорстве и осознанности.
Похожие статьи
Объект
Свидетельница эпохи
Вилла Беер, памятник венского модернизма, стала музеем и образовательным центром в результате реставрации и приспособления по проекту бюро cp architecture.
Объект
Педагогическая и архитектурная гибкость
Экспериментальный проект школы для Парагвая, разработанный испанским бюро IDOM, предлагает не только ресурсоэффективную схему эксплуатации здания, но связанный с ней прогрессивный педагогический подход.
Объект
Водные оси
Zaha Hadid Architects представили проект Культурного района залива Цяньтан в Ханчжоу.
Объект
Веретено и нить
Концепцию жилого комплекса «Вэйвер» в Екатеринбурге питает прошлое Паркового района: чтобы сохранить память о льнопрядильной фабрике конца XIX века, бюро KPLN (Крупный план) обращается к теме текстиля и ткацкого ремесла. Главным выразительным приемом стали ленты из перфорированной атмосферостойкой стали – в российских жилых проектах материал в таких объемах, пожалуй, еще не использовался.
Объект
Сосредоточие комфорта
Для высококлассных отелей наличие фитнес- и спа-услуг является обязательным. Но для наиболее статусных гостиниц дизайнерское SPA&Wellness-пространство превращается в часть имиджа и даже больше – в повод выбрать именно этот отель и задержаться в нем подольше, чтобы по-настоящему отдохнуть душой и телом.
Объект
Из земли и палок
Стены детского центра «Парк де Лож» в Эври бюро HEMAA возвело из грунта, извлеченного при строительстве тоннелей метро Большого Парижа.
Объект
Жемчужина на высоте
Архитекторы MVRDV добавили в свой проект башни Inaura VIP-салон в виде жемчужины на вершине, чтобы выделить ее среди других небоскребов Дубая.
Объект
Юрты в предгорье
Отель сети Indigo у подножия Тяньшаня, в Или-Казахском автономном округе на северо-востоке Китая, вдохновлен местными культурой и природой. Авторы проекта – гонконгское бюро CCD.
Объект
Баланс асимметричных пар
Здание Госархива РФ, спроектированное и реализованное Владимиром Плоткиным и архитекторами ТПО «Резерв» в Обнинске – простое и сложное одновременно. Отчего заслуживает внимательного разбора. Оно еще раз показывает нам, насколько пластичен, актуален для современности и свеж в новых ракурсах авторского взгляда набор идей модернистской архитектуры. Исследуем паттерны суперграфики, композиционный баланс и логику. Считаем «капитанские мостики». Дочитайте до конца и узнаете, сколько мостиков и какое пространство там лучшее.
Объект
Сдержанность и тайна
Для благоустройства территории премиального ЖК Holms в Пензе архитектурное бюро «Вещь!» выбрало путь сдержанности, не лишенной выдумки: в цветниках спрятаны атмосферные светильники, прогулочную зону украшают кинетические скульптуры, а зонировать пространства помогают перголы. Все малые архитектурные формы разработаны с нуля.
Объект
Сады и змеи
Архитекторами юбилейного, 25-го летнего павильона галереи «Серпентайн» в Лондоне стали мексиканцы Исабель Абаскаль и Алессандро Арьенсо из бюро Lanza Atelier.
Объект
Плетение Сокольников
Высотное жилое строительство в промзонах стало за последние годы главной темой московской архитектуры. Башни вырастают там и тут, вопрос – какие они. Проект жилого комплекса «КОД Сокольники», сделанный архитекторами АБ «Остоженка», – вдумчивый. Авторы внимательны к истории места, связности городской ткани, силуэту и видовым характеристикам. А еще они предложили мотив с лиричным названием «шарф». Неофициально, конечно... Изучаем объемное построение и крупный декор, «вытканный», в данном случае, из террас и балконов.
Объект
Передача информации
ABD architects представил проект интерьеров нового кампуса Центрального университета в здании Центрального телеграфа на Тверской улице. В нем максимально последовательно и ярко проявились основные приемы и методы формирования современной образовательной среды.
Объект
Браслет цвета зеленки
MVRDV завершили свой пятый проект для ювелирной компании Tiffany & Co. Бутик с ребристым стеклянным фасадом фирменного цвета открылся в Пекине.
Объект
Ликвидация дефицита
В офисном комплексе Cloud 11 по проекту Snøhetta в Бангкоке на кровле подиума устроен общедоступный парк: он должен помочь ликвидировать нехватку зеленых зон в городе.
Объект
Медное зеркало
Разнотоновый блеск «неостановленной» меди, живописные полосы и отпечатки пальцев, натуральный не-архитектурный, «черновой» бетон и пропорции – при изучении здания музея ЗИЛАРТ Сергея Чобана и архитекторов СПИЧ найдется, о чем поговорить. А нам кажется, самое интересное – то, как его построение откликается на реалии самого района. Тот реализован как выставка фасадных высказываний современных архитекторов под открытым небом, но без доступа для всех во дворы кварталов. Этот, то есть музей – наоборот: снаружи подчеркнуто лаконичен, зато внутри феерически блестит, даже образует свои собственные, в любую погоду солнечные, блики.
Объект
Европейский подход
Дом-«корабль» Ренцо Пьяно на намыве в Монте-Карло его автор сравнивает в кораблем, который еще не сошел со стапелей. Недостроенным кораблем. Очень похоже, очень. Хочется даже сказать, что мы тут имеем дело с новым уровнем воплощения идеи дома-корабля: гибрид буквализма, деконструкции и высокого качества исполнения деталей. Плюс много общественного пространства, свободный проход на набережную, променад, магазины и эко-ответственность, претендующая на BREEAM Excellent.
Объект
Кинотрансформация
B.L.U.E. Architecture Studio трансформировало фрагмент исторической застройки города Янчжоу под гостиницу: ее вестибюль устроили в старом кинотеатре.
Объект
Полки с квартирами
При разработке проекта многоквартирного дома на озере Лиси под Тбилиси Architects of Invention вдохновлялись теоретической работой студии SITE и офортом Александра Бродского и Ильи Уткина.
Объект
Глазурованная статуэтка
В поисках образа для дома у Новодевичьего монастыря архитекторы GAFA обратились к собственному переживанию места: оказалось, что оно ассоциируется со стариной, пленэрами и винтажными артефактами. Две башни будут полностью облицованы объемной глазурованной керамикой – на данный момент других таких зданий в России нет. Затеряться не дадут и метаболические эркеры-ячейки, а также обтекаемые поверхности, парадный «отельный» въезд и лобби с видом на пышный сад.
Объект
Климатические капризы
В проекте отеля vertex для японской компании Not a Hotel бюро Zaha Hadid Architects учло все климатические условия острова Окинава вплоть до колебания качества воздуха в течение года.
Технологии и материалы
​Полимеры: завтрашний день строительства
Современная архитектура движется от статичных форм к адаптивным зданиям. Ключевую роль в этой трансформации играют полимерные материалы: именно они позволяют совершить переход от архитектуры как сборки деталей – к архитектуре как созданию высокоэффективной «оболочки». В статье разбираем ключевые направления – от уже работающих технологий до горизонтов в 5-10 лет.
Земля плюс картон
Австралийские исследователи, вдохновившись землебитной архитектурой, разработали собственный строительный материал. В его основе – традиционный для землебитной технологии грунт и картонные трубы. Углеродный след такого материала в четыре раза «короче», чем след бетона.
Цифровой дозор
Ученые Пермского Политеха автоматизировали оценку безопасности зданий с помощью ИИ. Программное решение для определения технического состояния наружных стен кирпичных зданий анализирует 18 критических параметров, таких как ширина трещин и отклонение от вертикали, и присваивает зданию одну из четырех категорий состояния по ГОСТ.
Палитра возможностей. Часть 2
В каких проектах и почему современные архитекторы используют такой технологичный, экономичный и выразительный материал, как панели поликарбоната? Продолжаем мини-исследование и во второй части обзора анализируем мировой опыт.
Технадзор с дрона
В Детройте для выявления тепловых потерь в зданиях стали использовать беспилотники. Они обнаруживают невидимые человеческому глазу дефекты, определяют степень повреждения и выдают рекомендации по их устранению.
Палитра возможностей
Продолжаем наш специальный проект «От молекулы до здания» и представляем вашему вниманию подборку объектов, построенных по проектам российских архитекторов, в которых нестандартным образом использованы особенности и преимущества поликарбонатов.
Поглотитель CO₂
Немецкие ученые разработали метод вторичной переработки сверхлегкого бетона. Новый материал активно поглощает углекислый газ – до 138 кг CO₂ на тонну – и дает ответ на проблему огромных объемов строительных отходов.
Новая материальность: как полимеры изменили язык...
Текучие фасады, прозрачные оболочки весом в сотни раз меньше стекла, «пассивные дома» – сегодня все это стало возможным благодаря активному применению полимеров. Этим обзором мы открываем спецпроект «От молекулы до здания», где разбираемся, как полимерные композиты, светопрозрачные конструкции и теплоизоляционные системы расширяют возможности проектирования и становятся самостоятельным языком архитектуры.
Юбилейный год РЕХАУ
В этом году компания РЕХАУ отметила две знаковые даты – 30 лет с момента открытия первого представительства в Москве и 20 лет со дня запуска завода в поселке Гжель Московской области. За эти годы компания превратилась в одного из ключевых игроков строительного рынка и лидера оконной отрасли России, предлагая продукцию по трем направлениям: оконные технологии и светопрозрачные конструкции, инженерные системы, а также мебельные решения.
​Формула Real Brick
Минеральная плитка ручной формовки белорусского производителя Real Brick выходит на российский рынок как альтернатива европейской. Технология заводского пропила под системы НВФ позволяет экономить до 40% бюджета проекта на логистике и монтаже.
​Вертикаль, линия, сфера: приемы игровых пространств
В современных ЖК и городских парках детская площадка – все чаще полноценный архитектурный объект. На примерах проектов компании «Новые Горизонты» рассматриваем, какие типологии и приемы позволяют проектировать игровые пространства как доминанты, организующие среду и создающие идентичность места.
«Марсианская колония» на ВДНХ
Компания «Шелби», используя концептуальные идеи освоения красной планеты от Айзека Азимова и Илона Маска, спроектировала для ВДНХ необычный плейхаб. «Марсианская колония» разместится рядом с легендарным «Бураном» и будет состоять из нескольких модулей, которые предложат детям игровые сценарии и образы будущего.
Материал как метод
Компания ОРТОСТ-ФАСАД стоит у истоков фасадной индустрии. За 25 лет пройден путь от мокрых фасадов и первого в России НВФ со стеклофибробетоном до уникальных фасадов на подсистеме собственного производства, где выносы СФБ элементов превышают три метра. Разбираемся, какие технологические решения позволяют СФБ конкурировать с традиционными системами и почему выбор единого подрядчика – наилучший вариант для реализации фасадов со сложной архитектурой.
Десять новых кирпичей ModFormat
Удлиненные кирпичи с терракотовыми оттенками и новая коллекция самых узких в России кирпичей – теперь в арсенале архитекторов. О серийном производстве сложных фактур и разработке новых рассказывает исполнительный директор компании КИРИЛЛ Дмитрий Самылин.
Архитектура тишины
Создание акустического комфорта в школе – комплексная задача, выходящая за рамки простого соблюдения норм. Это проектирование самой образовательной среды, где качество звука напрямую влияет на здоровье, концентрацию и успеваемость. Разбираем, как интегрировать эффективные звукоизоляционные и звукопоглощающие решения в конструкции здания, обеспечивая соответствие СП 51.13330.2011.
Моллирование 2.0
Технология моллирования вышла на новый уровень: больше не нужно выбирать между свободой формы и прочностью закалённого стекла. АО «РСК» разработало метод гравитационного моллирования с последующим химическим упрочнением, которое снимает ключевые технические ограничения.
PRO Тепло: утеплитель, который не стареет
Долговечная и пожаробезопасная альтернатива волокнистым и полимерным утеплителям – каменный утеплитель «PRO Тепло» (D200) торговой марки «ГРАС» – легкий газобетонный блок, который создает вокруг здания прочную и долговечную теплозащитную оболочку. Разбираемся в технологии.
Безуглеродный концепт
MVRDV NEXT – исследовательское подразделение бюро – запустило бесплатный онлайн-сервис CarbonSpace для оценки углеродного следа архитектурных проектов.
Сейчас на главной
Объект
От черных дыр до борьбы с бедностью
Представлен новый проект Нобелевского центра в Стокгольме – вместо отмененного решением суда: на другом участке и из более скромных материалов. Но архитекторы прежние – бюро Дэвида Чипперфильда.
send.project
Первобытная мощь, или назад в будущее
Говорящее название ресторана «Реликт» вдохновило архитекторов бюро LEFT design на создание необычного интерьера – брутального и немного фантазийного. Представив, как выглядел бы мир спустя годы после исчезновения человечества, они соединили природную эстетику и постапокалиптический дизайн в харизматичный ансамбль.
Репортаж
Священная роща
Петербургский Градостроительный совет во второй раз рассмотрел проект реконструкции крематория. Бюро «Сириус» пошло на компромисс и выбрало другой подход: два главных фасада и торжественная пешеходная ось сохраняются в параметрах, близких к оригинальным, а необходимое расширение технологии происходит в скрытой от посетителей западной части здания. Эксперты сошлись во мнении, что теперь проект можно поддержать, но попросили сберечь сосновую рощу.
send.project
Конный строй
На территории ВДНХ открылся крытый конноспортивный манеж по проекту мастерской «Проспект» – современное дополнение к историческим павильонам «Коневодство».
Объект
Высотные каннелюры
Небоскреб NICFC по проекту Zaha Hadid Architects для Тайбэя вдохновлен характерными для флоры Тайваня орхидеями рода фаленопсис.
Обзор
Хартия Введенского
В Петербурге открылся музей ОБЭРИУ: в квартире семьи Александра Ввведенского на Съезжинской улице, где ни разу не проводился капитальный ремонт. Кураторы, которые все еще ищут формат для музея, пригласили поработать с пространством Сергея Мишина. Он выбрал путь строгой консервации и создал «лирическую руину», самодостаточность которой, возможно, снимает вопрос о необходимости какой-либо экспозиции. Рассказываем о трещинках, пятнах и рисунках, которые помнят поэтов-абсурдистов, почти не оставивших материального наследия.
send.project
В ритме Бали
Проектируя балийский отель в районе Бингина, на участке с тиковой рощей и пятиметровыми перепадами, архитекторы Lyvin Properties сохранили и деревья, и природный рельеф. Местные материалы, спокойные и плавные линии, нивелирование границ между домом и садом настраивают на созерцательный отдых и полное погружение в окружающий ландшафт.
send.project
Манифест натуральности
Студия Maria-Art создавала интерьер мультибрендового магазина PlePle в Тюмени, отталкиваясь от ассоциаций с итальянской природой и итальянским же чувством красоты: с преобладанием натуральных материалов, особым отношением к естественному свету, сочетанием контрастных фактур и взаимодополняющих оттенков.
Объект
Сад под защитой
Здание начальной школы и детского сада по проекту бюро Tectoniques в Коломбе, пригороде Парижа, как будто обнимает озелененную игровую площадку.
send.project
Маленький домик, русская печка
DO buro разработало линейку модульных домов, переосмысляя образ традиционной избы без помощи наличников или резных палисадов. Главным акцентом стала печь, а основой модуля – мокрый блок, вокруг которого можно «набирать» помещения, варьируя площадь дома.
Объект
От усадьбы до квартала
В рамках конкурса бюро TIMZ.MOSCOW подготовило концепцию микрорайона «М-14» для южной части Казани. Проект на всех уровнях работает с локальной идентичностью: кварталы соразмерны земельным участкам деревянных усадеб, в архитектуре используются традиционные материалы и приемы, а концепция благоустройства основана на пяти известных легендах. Одновременно привнесены проверенные временем градостроительные решения: пешеходные оси и зеленый каркас, безбарьерная среда, разнообразные типологии жилья.
send.project
Софт дизайн
Студия «Завод 11» разработала интерьер небольшого бабл-кафе Milu в Новосибирске, соединив новосибирский конструктивизм, стилистику азиатской поп-культуры, смелую колористику и арт-объекты. Получилось очень необычное, но очень доброжелательное пространство для молодежи и не только.
Объект
Свидетельница эпохи
Вилла Беер, памятник венского модернизма, стала музеем и образовательным центром в результате реставрации и приспособления по проекту бюро cp architecture.
Обзор
Обзор проектов 1-6 февраля
Публикуем краткий обзор проектов, появившихся в информационном поле на этой неделе. В нашей подборке: здание-луна, дома-бочки и небоскреб-игла.
Новость
Красная нить
Проект линейного парка, подготовленный мастерской Алексея Ильина для благоустройства берега реки в одном из жилых районов, стремится соединить человека и природу. Два уровня набережной помогают погрузиться в созерцание ландшафта и одновременно защищают его от антропогенной нагрузки. «Воздушная улица» соединяет функциональные зоны и противоположные берега, а также создает новые точки притяжения: балконы, мосты и даже «грот».
Объект
Водные оси
Zaha Hadid Architects представили проект Культурного района залива Цяньтан в Ханчжоу.
Объект
Педагогическая и архитектурная гибкость
Экспериментальный проект школы для Парагвая, разработанный испанским бюро IDOM, предлагает не только ресурсоэффективную схему эксплуатации здания, но связанный с ней прогрессивный педагогический подход.
send.project
Домашние вулканы
В Петропавловске-Камчатском по проекту бюро АТОМ благоустроена территория у стадиона «Спартак»: половина ее отдана спортивным площадкам, вторая – парку, где может провести время горожанин любого возраста. Все зоны соединяет вело-пешеходный каркас, который зимой превращается в лыжню. Еще одна отличительная черт нового пространства – геопластика, которая помогает зонировать территорию и разнообразить ландшафт.
send.project
Тактильный пир
Студия дизайна MODGI Group радикально обновила не только интерьер расположенного в самом центре Санкт-Петербурга кафе, входящего в сеть «На парах», но, кажется, перепрограммировала и его концепцию, объединив в одном пространстве все, за что так любят питерские заведения: исторический антураж, стильный дизайн, возможность никуда не бежать и достойную кухню.
Объект
Веретено и нить
Концепцию жилого комплекса «Вэйвер» в Екатеринбурге питает прошлое Паркового района: чтобы сохранить память о льнопрядильной фабрике конца XIX века, бюро KPLN (Крупный план) обращается к теме текстиля и ткацкого ремесла. Главным выразительным приемом стали ленты из перфорированной атмосферостойкой стали – в российских жилых проектах материал в таких объемах, пожалуй, еще не использовался.
send.project
Каменный фонарь
В конкурсном проекте православного храма для жилого комплекса в Москве архитекторы бюро М.А.М предлагают открытую городскую версию «монастыря». Монументальные формы растворяются, превращая одноглавый храм в ажурный светильник, а глухие стены «галереи» – в арки-витрины.
send.project
Внутренний взор
Для подмосковного поселка с разнохарактерной застройкой бюро ZROBIM architects спроектировало дом, замкнутый на себе: панорамные окна выходят либо на окруженный деревьями пруд, либо в сад внутреннего дворика, а к улице обращены почти полностью глухие стены. Такое решение одновременно создает чувство приватности, проницаемости и обилие естественного света.
send.project
Коробка с красками
Бюро New Design разработало интерьер небольшого салона красок в Барнауле с такой изобретательностью и щедростью на идеи, как будто это огромный шоу-рум. Один зал и кабинет превратились в выставку колористических и дизайнерских находок, в которой приятно делать покупки и общаться с коллегами.
Обзор
От горнолыжных курортов к всесезонным рекреациям
В середине декабря несколько архитектурных бюро собрались, чтобы поговорить на «сезонную» тему: перспективы развития внутреннего горнолыжного туризма. Где уже есть современная инфраструктура, где – только рудименты советского наследия, а где пока ничего нет, но есть проекты и скоро они будут реализованы? Рассказываем в материале.
Рецензия
Pulchro delectemur*
Вроде бы фамилия архитектора – Иванов-Шиц – всем известна, но больше почти ничего... Выставка, открывшаяся в Музее архитектуры, который хранит 2300 экспонатов его фонда, должна исправить эту несправедливость. В будущем обещают и монографию, что тоже вполне необходимо. Пробуем разобраться в архитектуре малоизвестного, хотя и успешного, автора – и в латинской фразе, вынесенной в заголовок. И еще немного ругаем экспозиционный дизайн.
Пресса: Культурный год. Подводим архитектурные итоги — которые...
Для мировой и российской архитектуры 2025-й выдался годом музеев. Были открыты здания новых и старых институций, достроены важные долгострои, историческая недвижимость перевезена с одного места на другое, а будущее отправлено на печать на 3D-принтере.