Фернандо Ромеро: «Всю свою жизнь я ждал возможности приехать в Москву»

Мексиканский архитектор Фернандо Ромеро – о своем участии в конкурсе на павильон «Атомной энергии» на ВДНХ, политическом контексте архитектуры и важности развития инфраструктуры.

Беседовала:
Ася Белоусова

mainImg


Фернандо Ромеро опаздывал на интервью на сорок минут. Деваться некуда, надо ждать: «звезда» современной мексиканской архитектуры приезжает в Москву не каждый день, график, наверное, плотный. За это время я узнаю об истинной причине его визита. Договариваясь об интервью, сотрудники Ромеро дали понять, что основатель и руководитель бюро FR-EE (Fernando Romero EnterprisE) едет в Россию, чтобы продвигать свой масштабный проект нового аэропорта в Мехико, который его бюро разрабатывает совместно с Foster + Partners. И вдруг мне звонит знакомая из бюро коммуникаций «Конструктор» и сообщает, что цель приезда Ромеро в Москву на самом деле – куда более камерная история: семинар для участников конкурса ГК «Росатом» на павильон «Атомная энергия» на территории ВДНХ. Консорциум FR-EE и молодого российского бюро IND Architects оказался в числе шести команд, прошедших во 2-й тур конкурса.
Когда, наконец, Ромеро быстрой походкой заходит во двор Института медиа, архитектуры и дизайна «Стрелка», где мы договорились встретиться, на разговор остается от силы минут двадцать, и, в итоге, он превращается в некое подобие блиц-интервью господина Парвулеско из фильма Годара «На последнем дыхании» (Вопрос: Чего бы вы хотели достичь в жизни? Ответ: Стать бессмертным, а уж потом умереть).

Архи.ру:
– Насколько я понимаю, вы в России впервые. Какие впечатления, и что вас привело сюда?

Фернандо Ромеро:
– Всю свою жизнь я ждал возможности приехать в Москву. Вся моя семья здесь уже побывала, а у меня все не складывалось, хотя я даже какое-то время жил в Европе, совсем поблизости – в Париже и Роттердаме. Сейчас я прибыл из Лондона и просто поражен, насколько Москва близко: всего три с половиной часа лету. Очень рад наконец-то здесь оказаться, мои ожидания полностью оправдались. Всегда знал, что это место исключительной красоты и энергетики. Для меня это прямой контакт с культурой вашей страны, с которой я знакомился, изучая ее изобразительное искусство, архитектуру, литературу, музыку. Что касается меня лично как архитектора, то меня очень интересует возможность создать что-то на ВДНХ в сотрудничестве с местными архитекторами. Вчера мы посетили конкурсную площадку. Меня поразило качество и плотность пространства ВДНХ вечером. Поскольку мы были на территории комплекса в темное время суток, я впервые столкнулся с необходимостью придумывать что-то без возможности попутно делать наброски. Целую ночь не спал и все думал о проекте. Это особенное место во многих отношениях: здесь соседствуют красота и обыденное, виден контраст масштабов природы и выставочных павильонов. Для меня также немаловажно, что здесь нет проблемы сейсмической активности, что позволяет использовать в проекте самые разные конструкции.
 
Фернандо Ромеро. Фото: Ldelagarzagю Лицензия Creative Commons Attribution-Share Alike 4.0 International
zooming
FR-EE и IND Architects. Конкурсная концепция павильона «Атомной энергии» на ВДНХ в Москве. Изображение предоставлено Бюро коммуникаций «Конструктор»
zooming
FR-EE и IND Architects. Конкурсная концепция павильона «Атомной энергии» на ВДНХ в Москве. Изображение предоставлено Бюро коммуникаций «Конструктор»



– Что вы имеете в виду?

– К примеру, тут не проблема построить высокую башню, что было бы невозможно на многих сейсмически активных территориях [Очевидно, в первую очередь Ромеро имеет в виду Мехико, где последнее катастрофическое землетрясение произошло в 1985 – прим. Архи.ру]. Здесь можно поэкспериментировать с такой традиционной и любимой в России формой, как купол. Сама тема конкурса – атомная энергия – дает богатый образный материал: надо создать такую форму, которая говорила бы об истории освоения атома и потенциале ответственного использования этого эффективного способа выработки энергии. ВДНХ в этом смысле дает огромные возможности для проекта.
 
zooming
FR-EE и IND Architects. Конкурсная концепция павильона «Атомной энергии» на ВДНХ в Москве. Изображение предоставлено Бюро коммуникаций «Конструктор»
zooming
FR-EE и IND Architects. Конкурсная концепция павильона «Атомной энергии» на ВДНХ в Москве. Изображение предоставлено Бюро коммуникаций «Конструктор»



– Что убедило вас принять в участие в этом творческом состязании?

– Помимо самой темы конкурса, мне интересен город – своими жителями, историей архитектуры. Я хотел бы стать частью процессов, которые идут сейчас в Москве. Многие великие архитекторы ищут здесь решение разнообразных проблем [как раз за день до нашей встречи состоялось открытие нового здания Музея современного искусства «Гараж» в павильоне «Времена года», реконструкцией которого занимался Рем Колхаас, учитель Ромеро – прим. А.Б.]. Контекст проекта, описанный в задании конкурса, показался нам очень увлекательным. И вот мы вышли во второй тур, и теперь у нас есть два месяца на более детальную проработку первоначальной идеи. Семинар и посещение площадки дали нам новую пищу для размышлений. Наше здание учитывает окружение – генплан территории и взаимное расположение павильонов. Для нас очень важна такая архитектурная форма, как купол – мы видим в ее использовании развитие темы куполов московских церквей (Ромеро показывает в сторону храма Христа Спасителя на другом берегу Москвы-реки). Я хотел бы создать гибкое пространство, свободное от колонн, поэтому самонесущая конструкция купола интересна еще и с этой точки зрения.
 
zooming
FR-EE и IND Architects. Конкурсная концепция павильона «Атомной энергии» на ВДНХ в Москве. Изображение предоставлено Бюро коммуникаций «Конструктор»
zooming
FR-EE и IND Architects. Конкурсная концепция павильона «Атомной энергии» на ВДНХ в Москве. Изображение предоставлено Бюро коммуникаций «Конструктор»



– В международных СМИ можно встретить публикации о том, что Мексика становится новой архитектурной «меккой»: сюда тянутся европейские архитекторы, ее столица становится полигоном для экспериментов. Если раньше туристов влекли пирамиды ацтеков и песчаные пляжи, то сейчас они едут в Мексику за впечатлениями от современной архитектуры и дизайна… Вы как-то сказали, что архитектура – это всегда отражение положения в экономике и политике страны. Как человек, который видит ситуацию изнутри, расскажите, как произошел этот переворот?

– Я всегда был очень критически настроен к современной мексиканской архитектуре. Начиная с 1980-х годов, на местной сцене преобладали постмодернисты, которые в 1970-е уезжали учиться в европейские университеты, возвращались и делали «декорационную», коммерческую архитектуру. По-настоящему великая архитектура была у Мексики в период модернизма – это был удивительный исторический момент с точки зрения творческой активности, социальных преобразований, национального богатства, который позволил стране создать архитектурные шедевры.
Музей «Сумайя». Фото: Yannick Wegner. Предоставлено FREE Fernando Romero



Когда я был студентом, я всегда хотел поехать в Европу, которую воспринимал как «эпицентр» модернизма, и я отправился туда, чтобы удостовериться, что хочу посвятить архитектуре свою жизнь. В конце концов, я проработал несколько лет в бюро OMA Рема Колхааса, а потом вернулся домой. Это был 2000-й год, который стал в Мексике началом периода демократизации: впервые в Конгрессе не было господства одной партии. Сейчас, я думаю, наступил интересный исторический момент, но мы находимся лишь в начале периода обновления. Наше правительство посылает своей финансовой и монетарной политикой очень положительные сигналы международному рынку, а также реализует программу реформ, которые позволят решить сложные проблемы в сфере образования, налогов, приватизации, конкуренции между крупными корпорациями.
 
Музей «Сумайя». Фото: Rafael Gamo. Предоставлено FREE Fernando Romero

Хотя у нас много социальных вызовов, особенно тех, что связаны с наркокартелями, с экономической точки зрения Мексика находится в сравнительно неплохом положении, поэтому девелоперы могут реализовывать новые проекты. Это, в свою очередь, дает возможность работать молодым архитекторам. Так что количество новых проектов достаточное, хотя я бы не стал утверждать ничего про качество. Есть хорошие проекты, которые делают интересные европейские архитекторы. Возможно, в следующие 15–20 лет мы увидим архитекторов, которые своими проектами постараются внести вклад в решение социальных проблем – бедности, расслоения общества, напряженности в разных частях страны, связанной с безопасностью и наркоторговлей. Проблем много. Но, в то же время, нам есть на что опереться – на нашу богатую историю и культуру, биоразнообразие, природные ресурсы.
 
zooming
FR-EE и Foster + Partners. Новый международный аэропорт Мехико © Foster + Partners



– Какую роль вы видите для себя как архитектора в этом смысле?

– Меня живо интересует пограничная зона между Мексикой и США: она уникальна и масштабами миграционных потоков, и проблемами, которые вызваны контрастом двух культур. Многие мексиканцы, стремясь пересечь границу в поисках работы и лучше доли, погибают в пустыне. Мы постоянно работаем над проектами, которые затрагивают гуманитарное измерение этого пространства [к примеру, в середине 2000-х бюро FR-EE разработало проект «Музея границы» в мексиканском городе Матаморос, на правом берегу реки Рио Гранде, которая служит административной границей с США – прим. А.Б.]. Кроме того, я все больше увлекаюсь темой инфраструктуры, которая очень важна для социального развития: ее создание требует новых рабочих мест, двигает вперед экономику, повышает связность территории. Сейчас мы совместно с бюро Нормана Фостера работаем над проектом аэропорта для мексиканской столицы, одного из крупнейших ныне строящихся в мире [его площадь составит 470 000 м2 – прим. Архи.ру]. Мехико ждал этого проекта 30 лет, и теперь он наконец-то стал возможным благодаря тому, что правительство готово к идее долгосрочных инвестиций. Занимаясь подготовкой проекта, мы смогли увидеть все аэропорты нашего региона. Судя по всему, в ближайшие пятнадцать лет странам Латинской Америки придется модернизировать свои воздушные гавани, и мы ожидаем, что в регионе появится 10–15 новых аэропортов. Инфраструктура вообще – это одна из самых интересных сфер для нашего бюро именно в связи с теми положительными изменениями, которые она способна произвести.
 

30.6.2015

Беседовала:

Ася Белоусова
comments powered by HyperComments

Технологии и материалы

«Тихий рассвет» – цвет года по версии AkzoNobel
Созданный по итогам масштабных исследований цветовых трендов, проводящихся экспертами со всего мира, этот цвет призван запечатлеть суть того, что делает нас более человечными на заре нового десятилетия.
Разреши себе творить
Бренд DULUX выпустил новую линейку инновационных красок «Легко обновить». В нее вошло всего три продукта, но с их помощью можно преобразить весь дом или квартиру самостоятельно и всего за несколько часов.
Архитекторы из Томска создали мультикомфорт на международном...
По итогам международного архитектурного конкурса «Мультикомфорт от Сен-Гобен» проект российских студентов был отмечен специальным призом. Россия участвует в мероприятии в 8-й раз, но награду получила впервые. Рассказываем, как команде из Томска удалось реализовать концепцию мультикомфортного жилья и чем важен этот конкурс.
Tejas Borja. Революция в керамической черепице
Уникальность производства керамики Tejas Borja – в применении технологии цифровой струйной печати на поверхности черепицы, которая позволяет получить полную имитацию природных материалов: сланца, камня, дерева, цемента, мрамора и других.
Свет и тень
Панели из фиброцемента EQUITONE [linea] – современный материал, который способен вдохновить на творческий эксперимент. Он создан архитекторами, и его главные свойства: контрастная фактура, тактильность и долговечность.
Ключевой элемент
Специально для ЖК «Садовые кварталы» компания «ОртОст-Фасад» разработала материал, сочетающий силу стеклофибробетона и эстетику кирпича. Рассказываем о его особенностях и достоинствах на примере трех новых реализованных корпусов.
Живой дизайн для фасадов
Скучные однообразные фасадные решения уходят в прошлое с появлением новых дизайнерских решений от RHEINZINK: с разнообразием привлекательных вариантов дизайна любая поверхность теперь становится многомерным, несомненно, привлекающим внимание, зрелищем.
Baumit Klima: чистый воздух в вашем доме
Продукты линейки Baumit Klima на натуральной известковой основе очищают воздух в помещении, не содержат вредных примесей и поддерживают влажность на оптимальном уровне.

Сейчас на главной

И вновь о прожиточном минимуме
«Экономичное», но качественное жилье во Франкфурте-на-Майне по образцовому проекту schneider+schumacher рассчитано на арендную плату на треть ниже среднерыночной ставки в этом городе.
Наследие, экология и очень, очень плохие архитекторы
Рассматриваем восемь работ воркшопов, проведенных на «Открытом городе» и один особенно понравившийся дипломный проект студии Евгения Асса. Многие проекты затрагивают актуальные и болезненные темы современности.
Семь рецептов успеха
Участники марафона «Свое бюро» в рамках «Открытого города» рассказали/умолчали о своих удачах/неудачах. На основе их выступлений мы сформулировали семь рецептов, которые точно помогут начать карьеру.
«Скромный шедевр»
Социальный малоэтажный комплекс на сотню семей в Норидже по проекту бюро Mikhail Riches и Кэти Холи получил премию Стерлинга как лучшее здание Британии 2019 года, уникальный дом из пробки награжден как лучший небольшой проект, а национальная железнодорожная компания – как лучший заказчик.
Видный дом
Art View House на открыточном «перекрестке» Мойки и Крюкова канала – еще один эксперимент бюро «Евгений Герасимов и партнеры» с неоклассикой, а также аккуратное завершение архитектурной панорамы в центре города.
Внимание деталям
Почти 150 идей для улучшения городской среды предложили дизайнеры-участники конкурса в рамках выставки «Город: детали», которая прошла в Москве на прошлой неделе. Представляем лучшие из них.
Пресса: Как все превратится в курорт
Если вы посмотрите на мировые проекты благоустройства, то увидите: все составляющие остроту города элементы — канализация, отопление, водопровод, метро, миллионы километров проводов, автомобили, грузовики, склады, больницы, морги, милиция, военные, — все это спрятано ...
Внутренний город
Два дома на территории бывшего завода «Рассвет» – пример тонкой работы с контекстом, формой и, главное, внутренней структурой апартаментов, которая стала, без преувеличения, уникальной для современной Москвы. Они уже неплохо известны профессиональной общественности. Рассматриваем подробно.
«Оптимистическая профессия»
Дублинское бюро Grafton награждено Золотой медалью RIBA. Его основательницы, Шелли МакНамара и Ивонн Фаррелл, курировали венецианскую биеннале архитектуры-2018, а в 2008 стали первыми лауреатами гран-при WAF.
Юбилейное ожерелье
Главная площадь Якутска будет преобразована по проекту консорциума под лидерством ТПО «Резерв». Представляем проекты победителя и призеров недавно завершившегося конкурса.
«Если проанализировать их сходство, становится ясно:...
Кураторы выставки о Джузеппе Терраньи и Илье Голосове в московском Музее архитектуры Анна Вяземцева и Алессандро Де Маджистрис – о том, как миф о копировании домом «Новокомум» в Комо композиции клуба имени Зуева скрывает под собой важные сюжеты об архитектуре, политике, обмене идеями в довоенной и даже послевоенной Европе.
Экстравертный интроверт
Построив в Люблино фитнес-клуб La Salute (в переводе с итальянского «здоровье»), архитекторы бюро ASADOV оздоровили жизнь района, принесли в стандартное окружение авторскую архитектуру и полезные функции. Выразительная тектоника здания подчеркнула спортивную устремленность.
Архи-события: 30 сентября–6 октября
Интерактивная выставка-презентация «Город: детали», два новых лекционных курса в Музее архитектуры, ежегодная конференция об архитектурном образовании и карьере «Открытый город».
Пресса: Последний из главных
Президент Российской академии архитектуры и строительных наук Александр Кузьмин скончался в больнице в ночь на пятницу на 69-м году жизни. О нем — Григорий Ревзин.
Умер Александр Кузьмин
Сегодня ночью не стало Александра Викторовича Кузьмина, президента Российской академии архитектуры и строительных наук, с 1996 по 2012 годы – главного архитектора города Москвы.
Миллионы к миллионам
В Пекине открылся новый аэропорт Дасин по проекту Zaha Hadid Architects и ADP Ingénierie: стартовая «мощность» – 45 млн человек в год, в 2025 – 72 млн, затем – все сто.
Разворот к красоте
Первый приз конкурса Таллинской биеннале на концепцию ревитализации промышленной зоны получила команда российских архитекторов. Авторы разработали генплан, вдохновляясь железнодорожным поворотным кругом, и предложили застройку с «градиентом» приватных и общественных пространств.
Дорога к парку
«Братеевские телепортеры» – навес, который позволил оформить и защитить вход в одноименный парк, и получил недавно спецприз жюри АРХИWOOD. Рассматриваем проект и отчасти – дискуссию экспертов премии вокруг него.
Дом для друзей
Юбилейная, десяти лет от роду, премия АРХИWOOD присудила гран-при Николаю Белоусову за достижения, предложила одну нестандартную номинацию, а главная премия досталась Сергею Мишину за его собственный дом. Рассказываем о победителях и о церемонии.
На реке
Любопытный пример освоения «хипстерской» стилистки в ресторане-дебаркадере, расположенном в центре Ростова-на-Дону: сравнительно лаконичный фасад и крайне насыщенный интерьер.
Как в фотокамере
Недалеко от Осло по проекту BIG построен изогнутый музей-мост – в дополнение к самому крупному в Северной Европе парку скульптур.
Пресса: Как город соединит виртуальное с реальным
Интернет, как мы уже тут неоднократно обсудили, лишает город многих его преимуществ перед не-городом, но он же сделает города центрами своего всевластия и всеведения.
Холм в кольце
Смотровая терраса по проекту архитекторов WaterScales у средневекового замка на юге Испании помещает посетителей в контекст исторического ландшафта.
Савинкин & Кузьмин: «Оставить указатели, но убрать...
С 17 по 19 октября в Гостином дворе пройдёт XXVII Международный архитектурный фестиваль «Зодчество’19», главной темой которого в этом году стала «Прозрачность». О нынешней концепции и опыте организации фестиваля мы поговорили с его кураторами Владиславом Савинкиным и Владимиром Кузьминым.
Архи-события: 23–29 сентября
Открытие лекционного сезона в Музее архитектуры, мероприятия «Открытого города», новый учебный год в Ре-школе и экскурсия на курорт «ПИРогово».
Материальность модулей
Центр искусств Aranya на китайском курорте Циньхуандао по проекту бюро Neri&Hu получил «орнаментальный» фасад из стеклофибробетонных модулей.
Единый язык
Квартал Polaris в Нанте по мастерплану бюро LAN объединил колледж гостинично-ресторанного бизнеса, доступное жилье и офисы.
Красота: возвращение отвергнутой
«Красота имеет значение» – так звучит тема V Таллинской архитектурной биеннале. Серьезный разговор о роли архитектуры в возрождении красоты, о новой эстетике, примирении природы и машин, интуиции как способе познания, поддержан обилием VR-реальности и компьютерных моделей: старое понятие красоты возрождают при посредстве новейших технологий.
Футуристическая сеть
Автомобильный мост как место для пешеходных прогулок и созерцания, сеть пешеходных артерий и капилляров, насыщенных зеленью и предназначенных для передвижения и общения. А также сеть «интеллектуальных устройств», помогающих человеку – проект “Linked city”.
Восемь навыков архитектора будущего
Коротко: он должен не просто многое уметь, но и быстро осваивать новое в режиме бесконечного стресса, не снимая улыбки с лица. Рассматриваем советы и предсказания двухдневной конференции «Архитектор будущего» в институте «Стрелка».
Вместо парковки
Каким будет Стокгольм будущего? Эко-коммуна для свободных людей, остров memento mori или экспериментальная площадка для всего на свете? На этот вопрос попытались ответить восемь архитектурных команд из Швеции.
Город Умный
Рассматриваем результаты конкурса на архитектурно-градостроительную концепцию территории «Рублево-Архангельское», где когда-то планировалось строить «Город миллионеров». Конкурс состоялся осенью 2018, победили три команды: Archea Associatii, Nikken Sekkei и Zaha Hadid Architects, их российские коллеги: ABD architects, UNK project и ТПО Прайд.
Яркие слои
Центр биоразнообразия Naturalis по проекту Neutelings Riedijk в Лейдене соединяет популярный музей с крупнейшей в мире естественнонаучной коллекцией и новаторскими лабораториями.