English version

Юлий Борисов: «Мы попытались передать силу ядерной энергии с помощью ощущений»

Юлий Борисов, основатель бюро UNK project, рассказал Архи.ру о своем проекте павильона атомной энергии на ВДНХ в Москве, выбранном для реализации по результатам международного конкурса.

mainImg
Архитектор:
Юлий Борисов
Мастерская:
UNK https://unk.ltd/

Проект:
Павильон Атом на ВДНХ
Россия, Москва, ул. проспект Мира, вл. 119, стр. 19

Авторский коллектив:
Руководитель: Юлий Борисов; ГАП: Михаил Иванченко; директор проекта / ГИП: Ирина Грачева; главный конструктор: Руслан Цогоев; ведущие архитекторы: Ирина Лавриненко, Татьяна Москаленко; архитекторы: Хамзина Гульнара, Ася Давыдова, Иван Смирнов, Павел Култышев
Над проектом работали: Александр Соколов, Мария Ионцева
Интерьерные решения МОП (UNK interiors): руководитель авторского коллектива Юлия Тряскина, Юлия Садовая – ГАП, Илья Смирнов – архитектор.
Генеральный директор: Наталья Якушева.

2015 / 2023

Технический заказчик: ОЦКС
Заказчик: Атомэнергопром
Архи.ру:
– Как шла работа над проектом? Какие факторы на нее повлияли?

Юлий Борисов: 
– При работе над проектом мы столкнулись с двумя проблемами. Первая – градостроительные задачи, основывающиеся на контексте. То есть, с одной стороны, историческое наследие – такое особенное окружение, как ансамбль ВДНХ, с другой – желание клиента, госкорпорации «Росатом», сделать павильон, который будет вызывать восхищение у работников отрасли и у широкой публики. Между ними сразу возник некоторый конфликт.

На первом этапе конкурса мы обратились исключительно к контексту, использовали подход через культурную составляющую. Но быстро выявилась несостоятельность такого подхода, причем это поняли и представители Москомархитектуры, и Всероссийское общество охраны памятников истории и культуры.

Найти решение конфликта стало задачей второго этапа. Мы пошли по пути наших любимых направлений – пуризма и минимализма в трактовке постройки и «арт-жесте», но при этом стремились не упустить смысловую нагрузку проекта.

Мы решили конкурировать с коллегами не на уровне форм, а на уровне идей. Наша команда первой поставила задачу визуализировать область атомной энергетики не через формальные символы, привычные всем нам (атом, атомная бомба), не через архитектурные элементы и архетипы (карнизы соседних павильонов, обтекаемые, «футуристические» формы, символизирующие новаторство ядерной энергетики), а через ощущение – предложить пространство, где посетитель может не столько познать, сколько почувствовать эту энергию, ощутить, что творится внутри атома. В своем проекте мы пытались передать это состояние на чувственном уровне.
Павильон «Росатома» на ВДНХ
© UNK project
Павильон «Росатома» на ВДНХ. Интерьер
© UNK project
Павильон «Росатома» на ВДНХ. Юго-восточный фасад
© UNK project

Основываясь на этих принципах, мы разработали архитектурную концепцию, которая создает иллюзорное воздействие на посетителя: огромная консоль повисает над человеком и неясно, как она держится – точно так же, как непонятна человеку внутренняя связь атома и нейтрона. Это не наглядная демонстрация модели атома, а попытка передать силу ядерной энергии с помощью ощущений.

– Что определило архитектурное решение павильона?

– В связи с желанием клиента получить новаторскую постройку, о чем я упоминал, при разработке проекта мы учитывали все особенности, связанные с архитектурой выставочных пространств и павильонов. Мы постарались предложить нашу интерпретацию как ансамбля ВДНХ, так и выставочных пространств вообще.
Павильон «Росатома» на ВДНХ. Визуальный анализ среды
© UNK project
Павильон «Росатома» на ВДНХ. Визуальный анализ среды
© UNK project

В комплексе ВДНХ есть повторяющиеся приемы, которые мы решили использовать. Первый – это большое количество аркад, которые создают общественные пространства под открытым небом. Этот прием встречается как в самых ранних павильонах ВДНХ, так и в сооружениях 1970-х годов. Это переходные пространства для публики между улицей и самим павильоном: благодаря им, человек не сразу «втягивается» снаружи в закрытый выставочный зал, а попадает туда через еще открытую, но уже оформленную зону.

У нас в проекте под переходное пространство отдана половина территории. Стеклянный треугольник – теплый, это не уличное пространство, но он не служит для основной экспозиции.
Павильон «Росатома» на ВДНХ, проект
© UNK project
Павильон «Росатома» на ВДНХ. Проницаемость
© UNK project
Павильон «Росатома» на ВДНХ. Раскрытие на площадь
© UNK project

Второй прием – высоко поднятая консоль. Это типичный прием для архитектуры выставочных павильонов (взять хотя бы миланский павильон Сергея Чобана или некоторые сооружения ВДНХ), и это достаточно сложная с точки зрения строительных технологий конструкция.

Третий прием заключается в том, что все наши проекты тщательно продуманы не только на уровне общей концепции, но и на уровне деталей – фактура, окна, дверные ручки и т.д. В этом проекте сложная параболическая форма тщательно проработана с точки зрения текстуры и фактуры: особенная, запоминающиеся, она имеет небольшие выступы-ступени, ритм и размер которых сопоставим с оформлением других павильонов ВДНХ. Людям не всегда свойственно воспринимать общую концепцию постройки, чаще они лишь ощущают ее, не осознавая ­– при этом проработка фактуры понятна и заметна всем.
Павильон «Росатома» на ВДНХ. Ресторан
© UNK project

Мы решили, что также важно показать, как рационально мы используем невосполнимый ресурс – земную поверхность: на кровле мы обустроили зеленую общественную территорию и кафе. В летний период там будут проводиться лекции и другие мероприятия. Идея использование кровли под озеленение отлично накладывается на принципы «зеленой» энергии «Росатома» и экономного строительства.
Павильон «Росатома» на ВДНХ. Эксплуатируемая кровля
© UNK project

Интересно, что в процессе эволюции проекта, подготавливая бесчисленное множество вариантов, мы рассмотрели практически все идеи, которые мы в финале увидели у наших коллег (за исключением, пожалуй, концепции Евгения Герасимова). Летающие тарелки, формы атомов – мы перебрали все эти варианты, колоссальное количество версий, но в итоге продвинулись в своем проекте чуть дальше.

– Сложно ли будет реализовать ваш проект – особенно в условиях кризиса?

– Да, конечно, не стоит скрывать, что это очень сложный проект. Я бы назвал его вызовом, он занимает высокие позиции по сложности инженерных задач и аспектов строительства не только с отечественной, но и с международной точки зрения. Но наш заказчик, «Росатом» – все-таки одна из крупнейших российских госкорпораций, у него есть достаточные для реализации этого проекта ресурсы. Хотя должен отметить, что больше всего проблем предстоит решить в инженерии и проектировании, здесь не столь много уникальных материалов, сколь вопросов, связанных с их совмещением.

В свою очередь, клиент хочет использовать павильон как для выставок, ориентированных на широкую публику и своих сотрудников, так и для собственных бизнес-задач: проводить там презентации, приглашать значительных людей со всего мира для продажи им услуг и продуктов. Такое пространство должно просуществовать минимум 20–30 лет. Поэтому фраза «мы не настолько богаты, чтобы покупать дешевые вещи» очень хорошо описывает наш павильон. Ведь он будет нужен заказчику длительное время: в отличие от многих других способов производства энергии, атомная энергетика сейчас активно развивается и будет существовать еще очень долго.
Павильон «Росатома» на ВДНХ. Интерьер. Экспозиция
© UNK project
Павильон «Росатома» на ВДНХ. Генеральный план
© UNK project
Павильон «Росатома» на ВДНХ. Площадь застройки
© UNK project
Павильон «Росатома» на ВДНХ. Высотные габариты
© UNK project
zooming
Павильон «Росатома» на ВДНХ. Юго-восточный фасад
© UNK project
zooming
Павильон «Росатома» на ВДНХ. Северо-западный фасад
© UNK project
zooming
Павильон «Росатома» на ВДНХ. Разрез
© UNK project
Архитектор:
Юлий Борисов
Мастерская:
UNK https://unk.ltd/

Проект:
Павильон Атом на ВДНХ
Россия, Москва, ул. проспект Мира, вл. 119, стр. 19

Авторский коллектив:
Руководитель: Юлий Борисов; ГАП: Михаил Иванченко; директор проекта / ГИП: Ирина Грачева; главный конструктор: Руслан Цогоев; ведущие архитекторы: Ирина Лавриненко, Татьяна Москаленко; архитекторы: Хамзина Гульнара, Ася Давыдова, Иван Смирнов, Павел Култышев
Над проектом работали: Александр Соколов, Мария Ионцева
Интерьерные решения МОП (UNK interiors): руководитель авторского коллектива Юлия Тряскина, Юлия Садовая – ГАП, Илья Смирнов – архитектор.
Генеральный директор: Наталья Якушева.

2015 / 2023

Технический заказчик: ОЦКС
Заказчик: Атомэнергопром

31 Декабря 2015

Пресса: Павильон «Росатома» на ВДНХ: 5 концепций
Публикуем проекты павильона Атомной Энергии на ВДНХ, вышедшие в финал международного конкурса, проведенного госкорпорацией «Росатом» по инициативе Москомархитектуры. Здание расположится на центральной аллее, на месте бывшего Павильона № 19.
Пресса: Павильон атомной энергии на ВДНХ может украсить медиа-фасад
Павильон атомной энергии на территории ВДНХ может украсить медиа-фасад и сферический объем в виде атома, сообщил РИА Новости глава архитектурной студии IND Architects (участвует в конкурсе на разработку павильона) Амир Идиатулин.
Итоги 2017
Рассматриваем события прошедшего года: как главные, обещающие много суеты в будущем, так и просто интересные.
Технологии и материалы
Материал для эксперимента: полимеры в общественном...
Этим текстом мы открываем новый цикл статей о полимерах в современной архитектуре. Его тема – не столько сферы применения того или иного материала, сколько изменение его архитектурного статуса. В четырех статьях мы попробуем рассмотреть этот вопрос на разных масштабах – от общественного пространства и реконструкции до частного дома и выставочной архитектуры.
Уличная мебель как микроархитектура
Работая с современной городской средой, архитекторы остро ощущают дефицит мафов «с собственным лицом». Две-три универсальные линейки и каталог из двадцати типовых позиций – не всегда то, что хотелось бы при создании сложного многослойного пространства. Выходом становятся коллаборации архитектора и производителя. PUNTOGROUP за последние несколько лет выстроили несколько таких партнёрств – с бюро CORE, TESLER ARCHITECTS, Каримом Рашидом.
Tarkett: инновации, экспертиза и инструменты для архитекторов...
В современной архитектуре и дизайне выбор напольных покрытий выходит далеко за рамки эстетики. Сегодня это комплексное решение, объединяющее дизайн, функциональность, заботу о здоровье людей и экологическую ответственность. Tarkett, мировой лидер в производстве напольных покрытий с 1886 года, предлагает профессионалам именно такой подход: продукция компании – это продуманная система, способная трансформировать пространство, повышать его безопасность и комфорт.
Моллированное стекло в архитектуре: формы и возможности
Моллированное стекло позволяет не только реализовать сложную геометрию фасадной оболочки: плавные закругления могут влиять на распределение ветровых нагрузок. Рассмотрим возможности технологии на примере проектов Российской Стекольной Компании.
Дары аквакультуры
Китайская студия BENTU Design разработала отделочные панели из ила рыбоводческих прудов. Основа материала – прудовый ил, который перерабатывают в геополимерный материал без высокотемпературного обжига.
Динамичный фасад: игра света с нержавеющей сталью
Нержавеющая сталь – один из немногих фасадных материалов, который может менять восприятие объёма за счет эффектов отражения и игры со светом. Это материал с сильной собственной эстетикой, но чтобы его потенциал реализовался, а не обернулся проблемами на этапе эксплуатации, важно понимать технологические особенности – от выбора марки стали и обработки поверхности до конструктива крепления.
Собрать, утеплить, разобрать
Мастерская CO Adaptive разработала The Block – модульную систему из списанной древесины с уже встроенной изоляцией, которая ставится изнутри здания и создаёт дополнительный теплоизоляционный контур.
Лава и мониторы
Итальянские дизайнеры Matteo Thun & Partners разработали коллекцию «вулканической» интерьерной плитки. В её основе – обрезки плит из лавового камня с вулкана Этна.
Керамическое плетение
Американская Studio WE разработала CeraShingle – модульную систему керамической фасадной облицовки, в которой серийность не означает полного повторения элементов. Черепицы размером около 400 × 130 мм печатаются из глины роботизированной установкой по цифровой модели. При этом они могут различаться рельефом, кривизной, перфорацией и рисунком поверхности.
Инвестиция в долговечность: керамическая плитка с...
Керамическая плитка с пазами (пропилами) появилась на российском рынке как ответ на запрос, который давно существовал в практике: получить скрытое крепление на вентфасаде без ручной доработки плитки на площадке. KERAMA MARAZZI первой наладила промышленный выпуск такого продукта в России.
Дыхание термитника
TerraMound – экспериментальный проект керамической стены, созданной по образу вентиляционных систем термитников. Разработанный в лондонской школе Бартлетта Рамешвари Джонналагедда, прототип использует пористую глину и испарительное охлаждение для пассивного климат-контроля без кондиционеров.
Клинкер с идеальной геометрией
Клинкерная плитка для навесных вентилируемых фасадов азербайджанского производителя Sultan Ceramic – рассчитана на здания высотой до 100 метров и уже прошла проверку на многоэтажных объектах в России. Разбираем ключевые характеристики материала, от технологии производства до полного пакета документации для госэкспертизы.
Пять миллионов «аналоговых пикселей»
Итальянская компания SICIS завершила реконструкцию винодельни Flora Springs в долине Напа. Главным материалом обновления стала мозаика: для отделки фасада и интерьера использовали 5 млн цветных элементов. Из цветных кусочков дизайнеры компоновали абстрактные орнаменты и сюжетные панно. Среди источников вдохновения – римская богиня Флора, «Рождение Венеры» Боттичелли и парк Гуэль Антонио Гауди.
Зеленая гостиная: ресторан-павильон в саду «Аквариум»
На месте сгоревшего ресторана в Саду «Аквариум» возведен новый павильон-ресторан с витражами, ажурными решётками и террасой на крыше. Изумрудные фасады выполнены из металлических конструкций производства «Алкотек». При разработке технических решений специалисты конструкторского бюро компании учли особенности архитектурной концепции и условия реализации объекта в исторической среде.
LVL-брус в интерьере: конструкционный материал как...
LVL-брус чаще воспринимают как материал для несущих конструкций большепролетных сооружений: межэтажных перекрытий, стропильных систем, трехшарнирных рам и других инженерных узлов. Однако область его применения включает и декоративные решения, как производство мебели, дверей, лестниц, витражей. Архитектор может работать с одним материалом сразу и как с конструкцией, и как с эстетической частью интерьера.
ZENITART: российская система зенитных фонарей и дымоудаления
Зенитный фонарь – это конструкция, которую закладывают в проект один раз, а здание эксплуатирует десятилетиями. Она формирует световую среду, влияет на энергобаланс и может быть частью системы противодымной вентиляции. Компания «Неон-Арт» выводит на рынок собственную линейку под брендом ZENITART.
Ветер, солнце и бетон
Henning Larsen запустили технологический стартап Nflection и платформу jifto – инструмент для экологического анализа в реальном времени. Архитекторы смогут оценивать «природное настроение» окружающей среды перед проектированием.
Дом из бутылки
В MIT испытали ферменную систему перекрытий, напечатанную на 3D-принтере из переработанного пластика. По жёсткости конструкция соответствует строительным нормам США, но заметно дороже деревянных аналогов.
Вакуумный стеклоблок: как сделать фасад теплее и легче
Архитекторам и проектировщикам приходится одновременно обеспечивать соответствие нормативным требованиям по теплозащите, сохранять максимум естественного света в помещениях и вписываться в жёсткие бюджетные рамки. Вакуумный стеклоблок – возможность решить эти задачи. Он имеет исключительные теплотехнические характеристики, оставаясь лёгким светопрозрачным решением.
Тень как соавтор: архитектура света за пределами фасада
Долгое время свет за пределами здания решал одну задачу – подсветить то, что видно лишь днём. Сегодня работа с уличным освещением всё чаще строится по другому принципу: свет не заливает территорию, а выбирает, что показать, а что оставить в тени. Тень становится частью решения, как форма светильника или цветовая температура. На нескольких реализованных проектах, где используется уличное освещение Maytoni, можно увидеть, как по-разному этот принцип работает в исторической среде, в современном ландшафте и в городском общественном пространстве.
Сейчас на главной
Зеркало для гор
На горнолыжном курорте Лех в Австрийских Альпах открылась водно-зеркальная инсталляция по проекту Snøhetta: она заняла крышу станции канатной дороги.
Шум воды против ковша?
Две в половиной недели осталось, чтобы посетить первую микро-выставку в НКО Перовский архив. Там дают послушать маленькую пластинку с шумом фонтана, который так никогда и не построили на территории фабрики театральной фабрики. Микро-объект – как предстатель за сохранность здания перед программой КРТ. Ммм... Может и сработает.
Глитч и веер
Еще один проект жилого комплекса по программе реновации от бюро Continuum, на этот раз – на улице Окружная. Два высотных корпуса-близнеца смещены в глубину участка, а масштаб пешеходной среды определяет стилобат. В основе фасадного решения – смещение ритма вертикалей и веерно-ступенчатая пластика.
Архитектура как часть ландшафта
Бюро DNK ag разработало проект премиального отеля в горах как живописную композицию из индивидуальных «вилл», формирующих компактный городок, в которой архитектура, ландшафт и инфраструктура работают как единое целое.
Не только K-Pop: архитектура корейских кафе. II. Память...
Продолжаем серию публикаций о южнокорейских кафе-кофейнях. За последние годы их число в стране достигло более 100 тысяч: кофейни стали не только важным культурным и социальным феноменом, но и своеобразной лабораторией современной корейской архитектуры. В 2-й части рассказываем о кафе в реконструированных зданиях – индустриальных и традиционных.
Бенгази: город как система поддержки
Концепция мастер-плана Бенгази до 2050 года, разработанная Проектным бюро ДА для международной инициативы GCUPI-B, предлагает рассматривать восстановление города как формирование целостной «поддерживающей среды». Ее основу составляют взаимосвязанные социокультурный, градоэкологический, транспортный и производственно-инновационный каркасы.
Об эффективности специализированных институтов
В преддверии публикации материала, подытоживающего дискуссию на тему «Градостроительная теория: кризис институций», публикуем текст Игоря Бондаренко, бывшего директора НИИТИАГ – посвященный непростой ситуации в российской архитектурной науке.
Об Узбекистане с любовью
Завершившаяся в 2025 году реставрация Национального павильона Узбекистана на ВДНХ порой напоминала детектив, порой – драму. Многие архитектурные детали, казалось, были безвозвратно утрачены, 25-метровая ротонда не сегодня-завтра должна была рухнуть, о нюансах декора приходилось догадываться по секундным кадрам из цветного документального фильма. Но архитектурному бюро «МВ-ПРОЕКТ» удалось распутать клубок проблем и буквально заново собрать один из самых грациозных ансамблей ВДНХ.
Инженеры пухового платка
По проекту бюро KOSMOS достроен пассажирский терминал международного аэропорта «Оренбург». Концепция, вдохновленная красотой и функциональностью пухового платка, воплощена с помощью стальных конструкций, из которых сплетается трехмерная невесомая оболочка, «накинутая» на основной стеклянный объем. Кристаллическая проницаемая структура формирует и внутренние пространства, дополненные теплыми деталями: деревянными креслами, индивидуальными сценариями освещения, лемехом и даже «обоями» в зоне приема багажа.
Множественность интерпретаций
Бюро Lebedeva project смогло создать новый тип общественного пространства в легендарном доме Микини в Армянском переулке Москвы. Сочетание многофункциональности и истории места стало основой для удивительного интерьера, в котором новое и старое гармонично дополняют друг друга.
Золото на зеленом
Бюро Antonio Virga Architecte реконструировало здание медиатеки для коммуны Сен-Манде под Парижем, смело добавив к строгому фасаду элементы из золотистого анодированного алюминия.
Крутятся шестеренки
Детский технопарк в Новом Уренгое включает 11 лабораторий, где изучают космос, робототехнику, биотехнологии и другие актуальные направления. Следуя за функцией, ПИ АРЕНА выбрал форму, которая во многом наследует традициям модернизма: в архитектурном решении можно усмотреть супрематические композиции, интерпретацию «Шестигранника» Ивана Жолтовского и модульность метаболизма.
Маленькая выставка с большим потенциалом
Музей архитектуры начинает коллекционировать современность. Об этом заявляет выставка «Депозитарий современности. Архитектура XXI века – в собрание музея». Сама по себе небольшая, она служит стартом инициативы по отбору и включению в коллекцию ГНИМА графики тех проектов, которые музей и куратор Анна Мартовицкая определят как «синонимы современности». Смотрим выставку, вспоминаем «Строение №», сравниваем, размышляем.
Доступная аренда на острове роскоши
Stefano Boeri Architetti победили в конкурсе на проект комплекса доступного жилья в городе Ивиса на Ибице: их замысел Sa Casa реагирует на местный жилищный кризис, где 4 млн туристов в год вытесняют коренных островитян с рынка аренды.
Общее дело возрождения
С середины сентября до конца октября идет прием заявок на III Национальную премию «Наследие дороже» – 2026, которая присуждается проектам и инициативам, направленным на сохранение и возрождение исторических объектов. Награждаются как бизнес-проекты, так и общественные инициативы.
Первостроителям Петербурга
Инициативный проект Петера Элверума и Ангелины Стукалиной предлагает воссоздать фрагмент природной среды, которую могли видеть строители Петербурга, заставшие у берегов Невы непроходимые леса. Тем самым будут обеспечены мемориальная и общественная функция скверу, на территории которого случайно было обнаружено коллективное захоронение XVIII века. После окончания археологических работ это место превратилось в полузаброшенную транзитную зону.
АРХИWOOD-17: дендрохронология
АРХИWOOD подвел итоги: впервые с 2022 года жюри присудило гран-при, раздав также несколько специальных призов и войдя в резонанс с мнением народа в двух номинациях. Дерево в этом году выступает как материал, соединяющий пространства и эпохи: в списках есть несколько неоклассических утопий, возвращающих идиллию усадебной жизни, строившийся более десяти лет дом-вернакуляр, «Парфенон» с колоннами из сосен и баней-целлой, восставший из пепла феникс, целых две башни-бани. Предлагаем познакомиться со всем списком победителей – уверены, многое вам захочется увидеть собственными глазами!
Спортивный драйв
ONE MORE STUDIO разработало комплексный дизайн нового центра для любителей падела на Ходынском бульваре в Москве, превратив его пространство, посвященное культу здоровья и радости жизни, в место, где можно испытать драйв и удовольствие от игры, а затем отдохнуть в комфортной обстановке.
Подъем с остановками
Башня для наблюдения за перелетными птицами на болотах Чэньху в Ухане задумана шанхайским бюро Xiang Architects как «посредница» между человеком и природой.
Маяк на утесе
Один из кварталов масштабного района «Деснаречье», который возводится в Новой Москве, проектирует архитектурное бюро «Крупный план» (KPLN). Участок имеет свои преимущества и сложности: с одной стороны – близость реки и выразительный ландшафт, с другой – магистраль и перепад высот. Авторы проекта решили подчеркнуть существующую «фактуру» места: на естественной возвышенности разместили доминанту в виде башни-маяка, сделали стилобат продолжением утеса, а в архитектуре секционной застройки отрефлексировали близость реки.
Архитектура геологического формата
«Геологически»-природная форма для крупных комплексов – одна из важных тем нашего времени, она подходит для больших объемов много лучше, чем пилястры и карнизы... Вот и проект с географическим названием «Широта 54», предложенный Раисом Баишевым и архитекторами АБ «Остоженка», «прорастает» в глубь земли сохраняемым оврагом, а вверх пластинами домов, похожих на меловые горы, с пещерами дворов-террас, встроенных в объем. Особенность – много открытых для горожан и жителей общих пространств, задуманное качественное строительство. Большие стекла, даже кондиционирование центральное. Изучаем в контексте.
Новая деревня
Бюро Rhizome представило проект коттеджного поселка, строительство которого запланировано рядом с горнолыжным курортом в Ленинградской области. Вместо расчерченных на сегменты участков архитекторы предложили более естественную среду, напоминающую небольшой северный городок. Чтобы добиться непринужденного разнообразия, авторы разработали несколько типологий домов и вспомогательных объектов, выстроили иерархию приватных и общественных пространств, а также использовали материалы и цвета, характерные для финских мыз и деревень.
Пресса: Вечернее интервью: художник Николай Полисский — о...
Николай Полисский учился в Ленинграде — и там стал частью группы «Митьки». Был живописцем, затем занялся, как многие в девяностые, искусством, близким к концептуальному. Но в 2000 году в калужской деревне Никола-Ленивец, где у него дача, он решил слепить много снеговиков. И с этой работы у Полисского началась совсем другая жизнь.
Между небом и бетоном
Архитекторы Vari создали на трех верхних уровнях общественного центра RICHAUS в Чунцине рекреационное и торговое пространство aa market, организованное как сад на крыше.
Пространство дизайна
В Москве появилось новое постоянно действующее выставочное пространство IDEAL DESIGN SPACE, где дизайнеры, архитекторы, заказчики, поставщики и производители смогут найти все необходимое и даже больше. Главная цель пространства – стать источником вдохновения и местом для профессионального общения.
Зажигать для тебя маяки
В Мурманске завершился фестиваль-практикум «Мурманистика. Города Арктики». Одним из его итогов стали 10 объектов, построенных командами студентов, чтобы активизировать отрезок будущей тропы, которая рассматривается как альтернатива городской набережной. Объекты преимущественно деревянные, одни более функциональные, другие – сугубо художественные, но все отсылают к особенностям городской жизни за полярным кругом. Рассказываем о фестивале и объектах.
Дом длиною в улицу
Проектируя жилой комплекс для Нижнего Новгорода, бюро СИВИЛ столкнулось с непростыми ограничениями участка. Единственно возможную меридиональную посадку дома архитекторы обыграли с помощью ступенчатого плана, который подчеркивают различия в материалах отделки фасадов. Перепад высот и арка, соединяющая две зеленые территории, дополнили композицию и сформировали выразительный силуэт комплекса.
Элемент равновесия
Проект жилого дома по программе реновации от бюро Continuum создает на Лодочной улице ансамбль: вместе с другим новым высотным зданием он фланкирует четырехэтажную постройку сталинской эпохи, выстраивая ритмичную композицию. Пластические и фасадные решения – трехчастное построение, веерное смещение объемов и комплементарная колористика – также родственны соседней башне.
Стальные покрывала для Майами
В Майами началось строительство Sweetbird North – офисного здания по проекту Snøhetta, чей фасад образован как будто наполненной ветром стальной «вуалью». Оболочка, защищая от ураганов и солнца, постоянно меняет свой облик на свету, а за ней прячутся зеленые террасы и офисы.