Жилище: переиздание

Публикуем отрывок еще одной книги Моисея Гинзбурга, переизданной в этом году бюро Ginzburg Architects.

mainImg
«Жилище» – наверное, самая известная книга архитектора, конструктивиста и теоретика Моисея Гинзбруга, возможно, после его же самой первой «Стиля и эпохи», позволившей мастеру авангарда заявить о себе в 1924 году. «Жилище» вышло через 10 лет, в 1934, и это книга другого жанра – в ней суммирована работа группы специалистов секции типизации Стройкома РСФСР, посвященная поиску оптимальных подходов к жилому строительству нового общества. Моисей Гинзбург критикует как «массовое жилищное строительство Москвы первых лет после революции» – считая, что экономический эффект доходного дома был более высоким; так и дома-коммуны – за чрезмерное обобществление и зарегулированность жизни в них. Целью исследований секции была разработка жилья экономичного и одновременно комфортного – «культурного», а присутствие в типологии «коммунального дома» дополнительных функций рассматривалось как сервис, освобождающий жильцов от бытовых проблем.

По результатам работы секции Стройкома в РСФСР было построено в общей сложности шесть опытных жилых домов. Самый известный из них – дом Наркомфина на Новинском бульваре в Москве, который считается одним из эталонов поиска формата нового жилья и строительства, созвучных изысканиям Баухауса и Ле Корбюзье. Сейчас реставрация дома Наркомфина, начатая в 2017 году, близка к завершению.

Книга «Жилище» 1934 года факсимильно воспроизведена в рамках издательского проекта бюро «Гинзбург архитектс». Приобрести переиздание можно в магазинах Ozon, Books.ru, Alib.ru.
Двумя годами ранее выпущен полный перевод книги на английский язык, его можно найти на Amazon.

Ниже публикуем отрывок из книги, посвященный работе с пространством, светом и цветом при проектировании дома Наркомфина.
Здесь можно полистать тот же отрывок:

  • zooming
    1 / 7
    М.Я. Гинзбург. «Жилище: опыт пятилетней работы над проблемой жилища». Переиздание. М., 2019
    Предоставлено Ginzburg architects
  • zooming
    2 / 7
    М.Я. Гинзбург. «Жилище: опыт пятилетней работы над проблемой жилища». Переиздание. М., 2019
    Предоставлено Ginzburg architects
  • zooming
    3 / 7
    М.Я. Гинзбург. «Жилище: опыт пятилетней работы над проблемой жилища». Переиздание. М., 2019
    Предоставлено Ginzburg architects
  • zooming
    4 / 7
    М.Я. Гинзбург. «Жилище: опыт пятилетней работы над проблемой жилища». Переиздание. М., 2019
    Предоставлено Ginzburg architects
  • zooming
    5 / 7
    М.Я. Гинзбург. «Жилище: опыт пятилетней работы над проблемой жилища». Переиздание. М., 2019
    Предоставлено Ginzburg architects
  • zooming
    6 / 7
    М.Я. Гинзбург. «Жилище: опыт пятилетней работы над проблемой жилища». Переиздание. М., 2019
    Предоставлено Ginzburg architects
  • zooming
    7 / 7
    М.Я. Гинзбург. «Жилище: опыт пятилетней работы над проблемой жилища». Переиздание. М., 2019
    Предоставлено Ginzburg architects

 
От автора
Настоящая работа ни в какой мере не претендует на исчерпывающее решение жилищ­ной проблемы. Автор поставил перед собой гораздо более скромную задачу: передать со­ветской общественности и другим работникам этой области опыт, накопленный в продол­жение пяти лет группой товарищей, искренно стремившихся внести свою лепту в нашу новую жилищную культуру.
 
Тем самым определяется и круг вопросов, затронутых этой работой, а отчасти после­довательность в изложении темы. Она следует основным хронологическим этапам в раз­витии самой работы и свидетельствует о тех сторонах жилищной проблемы, к которым было приковано в то время наше внимание. 1928–1929 гг. – наши работы были направ­лены на задачи разрешения вопросов жилищного строительства в существующих горо­дах. Проблемы чисто экономического порядка, удешевление строительства, техническая реконструкция его, вопросы типизации и стандартизации в крупных жилищных блоках ставились одновременно со стремлением создать новый социальный тип жилища с разви­вающимися элементами обобществленного хозяйства.

1929–1930 гг.– в связи с бурным ростом нашей промышленности и возникновени­ем ряда новых социалистических городов наша работа стала более теоретической, более «проблемной», и центр внимания был направлен на поиски новых путей к разрешению этих безграничных по сложности и значению задач. Этот период нашей работы страдал нередко крайностями выводов и схематичностью решений.

1931 –1932 гг.– наша работа опять концентрируется на более конкретных практиче­ских задачах, связанных со строительством новых населенных пунктов, главным образом на облегченном сборном строительстве, одновременно с попыткой заново продумать со­циальные задачи, стоящие перед нами.

Результатом этой работы явились некоторые практические выводы в области типиза­ции и индустриализации строительства, постановка вопросов сетевого обслуживания и впервые осознанное значение проблемы районной планировки.

Во всех этапах нашей работы мы стремились ставить ее архитектурно, в том понимании этого слова, которое кажется нам наиболее правильным, т. е. во взаимодействии социальных, технических и художественных проблем. По этому принципу построен и подбор иллюстративного материала книги. Ввиду того что вся наша работа велась на базе критического усвоения наследия прошлого в области жилища, фактическому изложению опытного материала предшествует глава – «культура жилища», не ставящая себе задач социологического исследования этого насле­дия, а лишь трактующая самый характер творческого освоения нами жилищной культуры различных стран и эпох. Работа проводилась следующим коллективом архитекторов, кон­структоров и экономистов:

Стройном РСФСР. Секция типизации, 1928–1929. Барщ М. О., Владимиров В. Н., Гинзбург М. Я., Пастернак А. Л., СумШик Г. А.
Госплан РСФСР. Секция социалистического расселения, 1929, Афанасьев К. Н., Барщ М. О., Владимиров В. Н., Гинзбург М. Я., Зундблат Г. А., Милинис И. Ф., Орловский С. В., Охитович М. А., Пастернак А. Л., Савинов Г. Г., Соколов Н. Б.
Зеленый город. Группа социалистического расселения. 1930, Афанасьев К. Н., Барщ М. О., Владимиров В. Н., Гинзбург М. Я., Зундблат Г. А., Милинис И. Ф., Орловский С. В., Пастернак А. Л., Пузис Г. Б., Савинов Г. Г., Соколов Н. Б.
Гипрогор. Группа сборного строительства и планировки. 1931, Афанасьев К. Н., Барщ М. О., Владимиров В. Н., Гинзбург М. Я., Зундблат Г. А., Леонидов И. И., Лисагор С. А., Луцкий Г. И., Милинис И. Ф., Орловский С. В., Пастернак А. Л., Пузис Г. Б., Савинов Г. Г., Соколов Н. Б., Урмаев А. А.
Гипрогор. Сектор Башкирских работ, 1932. Адливанкин М. Г., Барщ М. О., Бикинг П., Вегман Г. Г., Гинзбург М. Я., Владимиров В. Н., Лисагор С. А., Луцкий Г. И., Милинис И. Ф., Мамулов М, О., Пастернак А. Л., Пак А. Я., Урмаев А. А.
 
М. Я. Гинзбург
 

стр. 7
 

глава 4
Пространство, свет и цвет
(Опытный дом НКФ)
 
Проектирование жилья обычно протекает в одной горизонтальной проекции (план). Отдельные его элементы, привычные размеры помещений помножаются на привычную высоту. В результате глаз архитектора теряет ощущение пространства, масштаба, теряет понимание габаритов, как величин трехмерных.

Постройка дома Наркомфина, как и нескольких других опытных сооружений, есть в сущности опыт в подлинно архитектурном смысле слова. Здесь ставилась проблема про­странства как анализ множества одновременно существующих элементов, из которых слагается пространственно-архитектурное целое, меняющее свои качества немедленно же вслед за изменением хотя бы одного из этих элементов.

Эти составляющие: площадь, высота, форма габаритов, освещенность, величи­на и характер освещенности, цвет и фактура всех плоскостей, ограничивающих пространство.

Нужно было прежде всего ощутить архитектурный масштаб в размерах жилых поме­щений по отношению к человеку. Четыре квадратных метра, шесть квадратных метров– вот с чего мы начали. Может ли этот минимум служить человеку?

С этой точки зрения результаты нашего опыта таковы: ни четыре, ни шесть ква­дратных метров в изолированном помещении не могут служить жилищем чело­века. 4 и 6 м2– лишь минимальные габариты некоторых процессов, обслуживающих че­ловека. Пространственно эти размеры так ограничены, что без серьезнейшего снижения всего жизненного тонуса человека не могут служить рамками его жилища. Но зато для ряда таких ограниченных процессов, как приготовление пищи (кухня для одной семьи, за­нимающая например в типе К 4 м2), эти размеры вполне возможны.

Минимальными же размерами для жилья одного человека можно считать на основа­нии опыта общежития верхнего этажа 10– 12 м2. В случае необходимости скорее может быть снижена общепринятая высота помещений. Для изолированных жилых помещений небольшого размера можно считать удовлетворительной высоту 2,60 м. Такая высота была принята в упомянутом общежитии и дала практически хорошие результаты.

Несомненно, что в целом ряде случаев рациональнее строить комнату в 10 м2 при вы­соте в 2,60 м, нежели в 9 м2 при высоте в 2,80 м.

Для обслуживающих помещений (кухня, ванная, уборная и передняя), даже вполне изолированных, приемлемой высотой можно считать 2,30 – 2,50 м (конечно при наличии вентиляции). Такая высота была принята для всех без исключения обслуживающих поме­щений жилого корпуса дома НКФ.

Совершенно иначе обстоит дело с пространственными габаритами в более сложных сочетаниях нескольких, соединенных между собой объемов.

При наличии двух пространственных величин разных высот значение отдельных размеров сильно меняется. В доме НКФ в этом направлении проделано было множе­ство опытов. В жилом корпусе имеется сочетание высот 2,30 и 3,60 м (тип F) 2,30 и 5,00 м (тип К); 2,40 и 5,00 м (тип К); 2,30 и 4,90 м (коммунальный корпус) и 2,60, 2,30 и 5,10 м (коммунальный корпус).

Когда более низкий объем входит непосредственно в более высокий, высота 2,30 м оказывается вполне достаточной.

Чем более открыт меньший объем по отношению к большему, тем меньше может быть его высота.

Более точное определение минимальных высот вытекает из протяженности мень­шего объема. Когда человек находится в меньшем объеме и смотрит в сторону боль­шего, его не беспокоит высота находящегося над ним потолка, так что при минималь-

стр. 88

ных размерах меньшего объема (небольшая площадка, балкон и т.п.) его высота могла бы быть снижена и до 2,10 м. Но, если протяженность меньшего объема такова, что в угол зрения человека входит значительная часть потолка, высота должна быть увеличена. При этом приходится повышать высоту меньшего объема пропорционально его глубинной протяженности. Примерно таковы же ощущения человека, находящегося в более высоком объеме и смотрящего в сторону меньшего, где однако снижение высот низкого объема менее ощутительно, потому что оно соответствует естественному перспективному сокращению удаляющихся высот и делает более глубоким общее пространственное ощущение. Вообще наличие двух или больших габаритов высот в общем пространстве является чрезвычайно важным моментом решения внутреннего архитектурного пространства. Оно сразу дает человеческому глазу масштаб для понимания пространства, для его психологического восприятия. Меньшее и большее при своем столкновении острее выявляют свои взаимные качества.

Опыт пребывания в этих помещениях говорит о том, что ощущение большего пространства во многих случаях, в особенности при необходимости сосредоточиться толкает к меньшему, а зрительное ощущение большего пространства из-за пределов меньшего кажется необходимым при возникающей потребности в движении и активности.

В доме НКФ был проделан опыт с совершенно изолированными жилыми помещениями высотой в 2,30 м, но при наличии смежной высокой комнаты. Результаты этого опыта можно считать удовлетворительными. Наличие даже изолированного стеной, но все же смежного большого пространственного резервуара делает вполне терпимой небольшую высоту.

Особенно значительные архитектурные возможности дает такое использование пространства при несколько больших габаритах помещений (например при помещениях общественного характера). Такой опыт был проделан в коммунальном корпусе дома Наркомфина и дал наиболее интересные результаты.

Весь коммунальный корпус представляет собой кубический объем (сторона куба Юм). В нем два объема 5-метровой высоты. Каждый из них имеет разные (большие или меньшие) высоты в отдельных своих частях и разное сочетание габаритов отдельных частей; кроме того лестничная клетка частично открывается в каждый из объемов и объединяет все эти пространственные членения. В результате при движении по лестничной клетке и отдельным помещениям зритель получает непрерывно меняющееся пространственное ощущение. В сущности небольшой и простой по форме наружный объем благодаря пространственному членению изнутри кажется большим, сложным и воспринимаемым только длительно в процессе движения.

Говорить о габаритах пространства, не говоря о характере освещенности этого пространства, значит не сказать ничего. Один и тот же внутренний объем при различной освещенности воспринимается по-разному. Световой вырез в стене, в какой-то степени разрушает границу объема – стену. При этом, поскольку наиболее четкой границей объема является пересечение плоскости стен и потолка, наиболее сильно действующей в смысле пространственного расширения объема, системой освещения является горизонтальная световая лента, подтянутая к самому потолку. При таком решении часть границ внутреннего объема психологически стирается, объем пространственно расширяется. В этом нам много раз приходилось убеждаться на опыте.

Само собой понятно, что сплошь застекленная стена еще в большей степени выполнит ту же роль.

Максимальный результат, которого может добиться архитектор, получается тогда когда целая стена или ее значительная часть может раздвигаться, складываться, – словом, временно исчезать.

При этом жилище как изолированная от ансамбля, от природы часть пространства исчезает: оно становится составной частью окружающего, его масштабно-зрительной рамкой.

стр. 90

В опытной работе мы убедились, что в наших климатических условиях техническое осуществление раздвижной наружной стены сколько-нибудь значительных размеров – задача трудная.

Зато возможности большего застекления были нами исследованы в различных соотношениях.

Одна из стен коммунального корпуса дома НКФ сплошь застеклена с отношением стекла к поверхности пола более чем 1:1. Внутренний режим этого помещения зимой и летом вполне удовлетворителен. Правда, стеклянная поверхность обращена на север.

Вообще по нашему мнению избыток освещенности можно рассматривать только с точки зрения экономической, но никак не социально-гигиенической. Весь внутренний режим застекленных поверхностей при правильном техническом решении вопроса может быть совершенным во все времена года.

Более сложно обстоит дело с чрезмерной инсоляцией застекленных поверхностей в летнее время. В этом случае решение заключается либо в обращении больших поверхностей стекол на север или северо-запад, либо в создании термоштор, регулирующих инсоляцию.

В жилых помещениях нами были исследованы различные степени застекленности от 1:2 до 1:6 площади пола, причем опыт показал, что и здесь вопрос лишь в том, до каких пределов можно допустить влияние экономики на определение гигиенической нормы освещенности. Для практической проверки теоретической проработки формы оконного проема нами в доме НКФ всюду было применено горизонтальное окно. Сравнение при одинаковой поверхности стекла (1:5) горизонтального и вертикального окон подтвердило правильность теоретических предположений: горизонтальное окно дает значительно более равномерную освещенность.

Однако в этом случае чрезвычайно важной является высота от пола до начала окна и высота „верхнего лба“ над окном до потолка.

Несомненно, что чрезмерная (более чем 1 м) высота от пола до начала окна нежелательна, так как уже при 1,10 м до оконной высоты окно становится только источником освещенности и перестает выполнять важную функцию связи жилья с окружающим пространством. С другой стороны, устройство чрезмерно высокого лба над окном (и здесь 1,00 м является предельной величиной) при больших размерах комнаты также нежелательно, потому что при известных положениях живущего этот темный лоб попадает довольно значительной своей частью в зрительную перспективу глаза.

Эти пределы дооконного и надоконного расстояний и существующие экономические нормы застекления заставляют в каждом конкретном случае точно определять габариты световых проемов.
 
  •  

Громадную роль при решении пространственных проблем играет также цвет отдельных поверхностей, ограничивающих пространство.

Первый опыт цветового разрешения был произведен нами сравнительно давно в архитектурном кабинете б. МВТУ.

Материал для работы был крайне неблагоприятным: большая комната со сводиками на потолке, с двумя вертикальными окнами, выходящими на север в тесный замкнутый двор. Комната была не только лишена внутренней пространственной четкости, но и обесцвечивала все находящиеся в ней предметы.

Для того чтобы справиться с трудным положением, была выбрана сильная гамма: желто-лимонный, оранжевый и черный. Наружная стена и потолок были окрашены в черный цвет: стена, чтобы по контрасту и иррадиации увеличить люминозность попадающего из окон света, потолок, чтобы уничтожить неприятную расчлененность его (сводиками).
 

[1] Произведенной Стройкомом РСФСР.

92

Стена, расположенная против окон, была окрашена в лимонно-желтый цвет, который, отличаясь весьма малой поглощающей способностью, придает даже рассеянному световому лучу почти солнечную насыщенность.

Две остальные стены были окрашены в оранжевый цвет, отчасти для того, чтобы по контрасту с остальными цветами дать четкую читку всех пространственных граней, отчасти для того, чтобы увеличить общую теплоту внутреннего пространства, в котором никогда не бывает солнца.

В основном задача была решена. Комната стала пространственно активной. Ощущение, испытываемое в этой комнате, было первое время благоприятным. Однако более длительное пребывание заставляло обращать внимание на тот факт, что все движения, происходящие на желтом или оранжевом фоне, становились силуэтными и несколько неестественными. Интенсивность фона поглощала человека; интенсивность окраски и ее характер чрезмерно переводили обычные пространственные ощущения на плоскостной язык.

Длительное пребывание в этой комнате утомляло.

Дальнейшие опыты ставились преимущественно в доме НКФ. Работа по окраске производилась здесь под общим руководством художника Шепера проф. Bauhaus'a в Дессау.

Для жилых помещений были сначала испробованы две гаммы – теплая и холодная. Однако общая интенсивность гаммы была неизмеримо слабее, чем в ранее описанном опыте.

Теплая гамма в основном: потолок – светлая охра, стены – светло-желтые (лимонные).

Холодная гамма в основном: потолок – голубой (брауншвейг) стены сероватые и серозеленоватые.

В результате опыты показали, что теплая гамма пространственно ограничивает объем: холодная же, наоборот, как бы расширяет помещение. При желании пространственно увеличить какое-либо помещение окраска холодными, палевыми тонами необычайно эффективна.

Близкое сосуществование теплой и холодной гамм также обогащает пространственное ощущение, как и наличие двух смежных объемов, контрастирующих своими высотами.

Так, в смежных комнатах рядом с холодной гаммой были введены теплые розовые и желтые тона и, наоборот, по соседству с теплой гаммой холодноватые, голубые и серые. Результаты этих опытов можно считать удовлетворительными. В принципе эти общие установки цветового разрешения правильны. Но необходимо иметь в виду, что мельчайший конкретный факт вносит подчас существенные изменения в общий комплекс пространственного сосуществования и требует пересмотра всего решения. Наиболее бесспорным в работе по цвету можно считать принцип активного использования цвета в качестве коррекции всевозможных неполноценных явлений ориентации по странам света и общего расположения в пространстве.

В результате не только опытов, но и длительного пребывания в обстановке законченного цветового оформления мы убедились в том, что цвет является одним из факторов, чрезвычайно сильно действующих на жизненный тонус человека. Поэтому в жилье, рабочих помещениях, а в особенности в индивидуальной комнате, являющейся иногда единственным местом длительного пребывания человека, приходится быть чрезвычайно осторожным в выборе цвета.

Более яркая расцветка допустима скорее всего на потолке, потому что плоскость потолка попадает в сознание лишь отдельными, прерывистыми зрительными образами. Поэтому, как правило, во всех жилых ячейках дома НКФ основной цветовой тон, так сказать „лейб-тон“ гаммы, мы применяли в окраске потолков.

Далее мы поставили перед собой следующую задачу: при основном цветовом потолке дать стенам комнат невидимую расцветку, но ощущаемую (т. е. воспользоваться чрезвычайно малоуловимыми пространственно-цветовыми оттенками одной почти монохромной гаммы). Так, была произведена окраска нескольких комнат. Например при бледноголубом (брауншвейг) потолке стены холоднобелого, бледно серого и бледножелтого цвета. При зеленоватом потолке стены белого с едва

94

заметной зеленоватостью, с едва заметной коричневатой теплотой и холоднобелого цвета.

При непродолжительном посещении этих комнат (особенно вечером при искусствен­ном освещении) расцветка почти не замечается. Комнаты кажутся почти белыми. Однако при продолжительном пребывании расцветка начинает глубоко и почти полусознательно, без заметных зрительных раздражений проникать в ощущение живущего, становясь не столько фактором цвета как такового, сколько разновидностью чисто пространственного ощущения.

Можно утверждать, что при всей трудности такого решения – оно является принци­пиально наиболее правильным для жилых помещений.

К числу цветовых опытов, произведенных в доме НКФ, можно отнести и цвето-обработку, которая была использована нами в чисто функциональных целях,– для более лег­кой ориентировки в окружающих предметах. Такова например покраска каждой пары смежных дверей в коридоре в черный и белый цвета для облегчения отличия входов в верхний и нижний F. Такова например различная цветовая окраска потолков, лестничных площадок и коридоров (оранжевый, брауншвейг, зеленая земля, кобальт, вермильон, зе­леный веронез), позволяющая еще издали легко ориентироваться в общем комплексе аналогичных и мало отличных друг от друга предметов.

Проблема фактуры непосредственно связана с проблемой цвета, более того пробле­ма цвета, не поставленная сразу как проблема цвето-фактуры, становится чисто аб­страктной и в практическом применении опрокидывает все теоретические расчеты.

Например матовый черный цвет отличается от черного лака не менее, чем красный цвет от желтого.

Дать даже точную индикацию цвета, не упомянув о его фактуре, значит вообще поч­ти ничего не сказать. Работа над фактурой, имеющей свой естественный цветовой индекс, есть основная, важнейшая задача, стоящая перед советским архитекто­ром, художником и технологом.

Не подбор цветов, а подбор материалов со своими фактурными и цветовыми индек­сами – вот задача, стоящая перед строительной индустрией. В этом решение не толь­ко всей суммы цвето-светопространственных задач, но и задачи прочности цвета, его амортизационных сроков и чрезвычайно важной задачи удовлетворения осязательных и зрительно-осязательных восприятий. Прикосновение рукой (а по выработке соответ­ственных условных рефлексов и зрительное восприятие) к холодному, теплому, гладко­му, шероховатому и тому подобному материалу – задача, решение которой чрезвычайно важно для длительного пребывания в жилье. За решение последней задачи у нас еще не принимались. В доме НКФ нами были предприняты лишь попытки использования различ­ных фактур красок и лаков.

В этой области необходима серьезная лабораторная работа над различными матери­алами и затем организация соответствующих отраслей строительной индустрии.

В противном случае решение проблемы жилища будет всегда незаконченным.

96

07 Ноября 2019

comments powered by HyperComments
Похожие статьи
Выставки больших надежд
В Strelka Press выпущено русскоязычное издание книги Ника Монтфорта «Будущее. Принципы и практики созидания». Публикуем отрывок о Всемирных выставках в Нью-Йорке 1939/40 и 1964 годов, где экспозиция General Motors «Футурама» представляла эффектную картину ближайшего будущего.
Из агоры в хаб
Публикуем фрагмент из книги «Музей: архитектурная история», посвященный современным формам институции: музей как агломерация, хаб, фабрика или проун.
Главный манифест конструктивизма
В Strelka Press выпущена основополагающая для отечественного авангарда книга Моисея Гинзбурга «Стиль и эпоха. Проблемы современной архитектуры» (1924): это совместный издательский проект Института «Стрелка» и Музея «Гараж». Публикуем главу «Конструкция и форма в архитектуре. Конструктивизм».
Теоретик небоскреба
В Strelka Press выпущено второе издание книги Рема Колхаса «Нью-Йорк вне себя». Впервые на русском языке она вышла в этом издательстве в 2013. Публикуем отрывок о «визуализаторе» Манхэттена 1920-х Хью Феррисе, более влиятельном, чем его заказчики-архитекторы.
Когнитивная урбанистика
Фрагмент из книги Алексея Крашенникова «Когнитивные модели городской среды», посвященной общественным пространствам и наполняющей их социальной активности.
Иркутск как Дрезден
Фрагмент из книги «Регенерация историко-архитектурной среды. Развитие исторических центров», посвященной возможности применения немецких методик сохранения исторической среды в российских городах.
Ваши бревна пахнут ладаном
По любезному разрешению издательства Garage публикуем две главы из книги Николая Малинина «Современный русский деревянный дом»: главу о девяностых и резюме типологии современного деревянного частного дома.
«Не просто панельки»
Публикуем фрагмент книги Марии Мельниковой «Не просто панельки: немецкий опыт работы с районами массовой жилой застройки» о программах санации многоквартирных зданий в Германии и странах Прибалтики, их финансовых и технических аспектах, потенциальной пользе этого опыта для России.
Уолт Дисней, Альдо Росси и другие
В издательстве Strelka Press вышла книга Деяна Суджича «Язык города», посвященная силам и обстоятельствам, делающим город городом. Публикуем фрагмент о градостроительной деятельности Уолта Диснея и его корпорации.
Планирование и политика
Публикуем отрывок из книги Джона М. Леви «Современное городское планирование», выпущенной Strelka Press в рамках образовательной программы Архитекторы.рф. Этот авторитетный труд, выдержавший 11 изданий на английском, впервые переведен на русский. Научный редактор этого перевода – Алексей Новиков.
Гаражный заговор
Публикуем главу из книги «Гараж» художницы Оливии Эрлангер и архитектора Луиса Ортеги Говели о «гаражной мифологии» и происхождении этого типа постройки. Книга выпущена Strelka Press совместно с музеем современного искусства «Гараж».
Очевидные неочевидности на улицах Нью-Йорка
Публикуем 7 главок из новой книги Strelka Press «Код города. 100 наблюдений, которые помогут понять город» Анне Миколайт и Морица Пюркхауэра – собрания замеченных авторами закономерностей, которые пригодятся при проектировании городской среды.
Памятник архитектуры
Публикуем главу из книги Григория Ревзина «Как устроен город». Современное отношение к памятникам архитектуры автор рассматривает в контексте поклонения мощам, смерти Бога и храмового значения парковой руины.
Башни и коробки. Краткая история массового жилья
Публикуем фрагмент из новой книги Strelka Press «Башни и коробки. Краткая история массового жилья» Флориана Урбана о том, как в 1960-е западногерманская пресса создавала негативный образ новых жилых массивов ФРГ и модернизма в целом.
Новейшая эра
В июне в Музее архитектуры презентована книга-исследование, посвященная ближайшим тридцати годам развития российской архитектуры. Публикуем фрагмент книги.
Партизанские указатели
Публикуем главу из новой книги Strelka Press «Тактический урбанизм» Энтони Гарсиа и Майка Лайдона: о самодельных указателях с расстоянием до важных объектов и временем, чтобы дойти туда пешком, побудивших жителей города Роли меньше пользоваться автомобилями.
Штаб-квартира «Гаража»
Публикуем одну из глав книги, посвященной реконструкции штаб-квартиры музея «Гараж» в парке Горького и исследованию этого многослойного здания. Авторы реконструкции – бюро FORM.
Город-музей
Город-музей возникает, когда «в утопию перестают верить, а от традиции открещиваются»: фрагмент из книги «Город-коллаж» – хрестоматийного труда Колина Роу и Фреда Кеттера, изданного на русском языке издательством Strelka Press.
Технологии и материалы
Золото на голубом – новое прочтение
В постиндустриальном районе Милана завершается строительство делового кластера The Sign. Комплекс станет функциональной и визуальной доминантой района – в нем разместятся множество деловых и общественных зон, а его сияющие золотыми фрагментами фасады будут привлекать внимание издалека. Золото на фасаде – панели ALUCOBOND® naturAL Gold от компании 3A Composites.
Многоликий габион
У габионов Zabor Modern, помимо эффектного внешнего вида, есть неочевидное преимущество: этот тип ограждения не требует фундаментных работ, благодаря чему устанавливать его можно даже там, где другой забор не пройдет по нормам. Кроме того, конструкция подходит и для ландшафтных решений.
Delabie идет в школу
Рассказываем о дизайнерских и инженерных разработках компании Delabie, которые могут быть полезны при обустройстве санузлов в детских учреждениях: блокировка кипятка, снижение расхода воды, самоочищение и многое другое.
Клинкерная брусчатка Penter: универсальное решение для...
Природная естественность – вот главная характеристика эстетических качеств клинкерной брусчатки Penter. Действительно, она изготавливается из глины без добавления искусственных красителей, а потому всегда органично смотрится в любом ландшафте. В сочетании с лаконичной традиционной формой это позволяют применять ее для самого широкого спектра средовых разработок – от классицизирующих до новаторских.
Долина Муми-троллей
Компания «Новые Горизонты» представила тематические площадки, созданные по мотивам знаменитых историй Туве Янссон и при участии законных правообладателей: голубая башня, палатка, бревно-тоннель и другие чудеса Муми-Долины.
Секреты городского пейзажа
В творчестве известного архитектора-неоклассика Михаила Филиппова мансардные окна VELUX используются практически во всех проектах, начиная с его собственной квартиры и мастерской и заканчивая монументальными ансамблями в центре Москвы и Тюмени. Об умном применении мансардных окон и их связи с силуэтом городских крыш мастер дал развернутый комментарий порталу archi.ru.
Золотисто-медное обрамление
Откосы окон и входные порталы, обрамленные панелями из алюминия Sevalcon, завершают и дополняют архитектурный образ клубного дома «Долгоруковская 25», построенного в неорусском стиле рядом с колокольней Николая Чудотворца.
Как защитить деревянную мебель в доме и на улице: разновидности...
Деревянные изделия ручной работы не выходят из моды, а потому деревянную мебель используют как в интерьерах, так и для оборудования уличных зон отдыха. В этой статье расскажем, как подобрать оптимальный защитный состав для деревянных изделий.
Русское высотное
Последние несколько лет в России отмечены новой волной интереса к высотному строительству, не просто высокоплотному, а именно башням. Об одной из них известно, что ее высота будет 703 м, что вновь претендует на европейский рекорд. Но дело, конечно, не только в высоте – происходит освоение нового формата: башен на стилобате, их уже достаточно много. Делаем попытку систематизировать самые новые из построенных небоскребов и актуальные проекты.
Чувство города
Бизнес-парк «Ростех-Сити» построен на Северо-Западе Москвы. Разновысотная застройка, облицованная затейливым клинкерным кирпичом разнообразных миксов Hagemeister, придаёт архитектурному ансамблю гуманный масштаб традиционного города.
Великолепный дизайн каждой детали – Graphisoft выпускает...
Обновления версии отвечают пожеланиям пользователей и обеспечивают значительные улучшения при проектировании, визуализации, создании документации и совместной работе в Archicad, BIMx и BIMcloud, что делает Archicad 25 версией, как никогда прежде ориентированной на пользователя
Стильная сантехника для новой жизни шедевра русского...
Реставрация памятника авангарда – ответственная и трудоемкая задача. Однако не меньший вызов представляет необходимость приспособить экспериментальный жилой дом конца 1920-х годов к современному использованию, сочетая актуальные требования к качеству жизни с лаконичной эстетикой раннего модернизма. В этом авторам проекта реставрации помогла сантехника немецкого бренда Duravit.
Кирпич Terca из Эстонии – доступная европейская эстетика
Эстонский кирпич соединяет в себе местные традиции и высокотехнологичное производство мирового уровня под маркой Wienerberger. Технические преимущества облицовочного кирпича Terca особенно ценны в нашем северном климате – благодаря им фасады не потеряют своих эстетических качеств, а постройки будут долговечными.
Прочные основы декора. Методы Hilti для крепления стеклофибробетона
Методы HILTI позволяют украшать фасад сложными объемными формами, в том числе карнизами, капителями, кронштейнами и узорными панелями из стеклофибробетона, отлично имитируя массивные элементы из натурального камня и штукатурки при сравнительно меньшем весе и стоимости.
Дайте ванной право быть главной!
Mix&Match – простой и понятный инструмент для создания «журнального» дизайна ванной комнаты. Воспользуйтесь концепцией от Cersanit с десятками комбинаций плитки и керамогранита разного формата, цвета и фактуры для трендовых интерьеров в разных стилях. Идеально подобранные миксы гармонично дополнят вашу идею и помогут сократить время на создание проекта.
Современная архитектура управления освещением
В понимании большинства людей управлять освещением – это включать, выключать свет и менять яркость светильников с помощью настенных выключателей или дистанционных пультов. Но управление освещением гораздо глубже и масштабнее, чем вы могли себе представить.
Сейчас на главной
Преемственность силуэта
Доходный дом «Астория» в центре Стокгольма реконструирован архитекторами 3XN, которые добавили к нему новый корпус со схожим профилем кровли.
От контраста к контексту
Herzog & de Meuron расширили музей Кюпперсмюле в Дуйсбурге – комплекс индустриальной мельницы, который они сами приспособили для устройства экспозиций еще в 1999.
Зодчество: 16 истин
Где архитектору искать истину? Участники «Зодчества» предложат сразу 16 вариантов. Рассказываем о спецпроектах фестиваля, который пройдет в Гостином дворе с 1 по 3 октября.
Поговорим о дереве: грани реставрации и современности
Гран-при, второй раз за историю премии АрхиWOOD, дали за реставрацию. Среди общественных пространств победили два фанерных скейт-парка – с их гибкой формой сложно спорить другим сооружениям; победитель номинации интерьеры – музей расстрельного полигона в Коммунарке. Вашему вниманию рассказ о проектах-победителях и репортаж с церемонии награждения.
СГТУ им. Юрия Гагарина: бакалавры 2021
Семь выпускных работ бакалавров Саратовского государственного технического университета и участников Клуба Молодых Архитекторов: крематорий, экополис, завод по переработке мусора, развитие прибрежных и лунных территорий.
Камертон озера
Новый жилой комплекс в Тюмени спроектирован при участии французских архитекторов, сочетает башню с таунхаусами и домиками на крыше, но прежде всего настроен на озеро, которое способно подарить ощущение загородной жизни.
В кольцах пандусов
Словенские архитекторы ENOTA и косовское бюро OUD+ Architects выиграли конкурс на проект спортивного центра в Приштине.
Градостроительные опыты
Этим летом Институт Генплана Москвы при поддержке Москомархитектуры провел стажировку-воркшоп для студентов и молодых архитекторов в новом расширенном формате. Задачей было предложить свежий взгляд на несколько территорий города, рассматриваемых сейчас специалистами института. Дипломами наградили четыре проекта, гран-при получил «самый запоминающийся».
Выставки больших надежд
В Strelka Press выпущено русскоязычное издание книги Ника Монтфорта «Будущее. Принципы и практики созидания». Публикуем отрывок о Всемирных выставках в Нью-Йорке 1939/40 и 1964 годов, где экспозиция General Motors «Футурама» представляла эффектную картину ближайшего будущего.
Длинный дом
Общественный центр по проекту бюро smartvoll должен вернуть оживление в сердце австрийской деревни Гросвайкердорф.
Архитектура СССР: измерение общее и личное
Новая книга Феликса Новикова «Образы советской архитектуры» представляет собой подборку из 247 зданий, построенных в СССР, которые автор считает ключевыми. Коллекция сопровождается цитатами из текстов Новикова и других исследователей, а также очерками истории трех периодов советской архитектуры, написанными в жанре эссе и сочетающими объективность с воспоминаниями, личный взглядом и предположениями.
От импрессионизма до фотореализма
В галерее Catacomba в Малом Власьевском переулке до 29 сентября открыта выставка рисунков студентов МАРХИ. Преподаватели отбирали неформальные креативные работы разных направлений. Публикуем несколько рисунков с выставки.
Контекст и детали
Финалистов премии Стерлинга-2021, британского «здания года», объединяет внимание к деталям и контексту – как и претендентов на награды RIBA за лучшие жилье и малый проект начинающего архитектора. Публикуем все три «коротких списка».
От ЗИМа до -изма
В Самаре 13 сентября торжественно, в сопровождении перформанса, спонсированного Сбербанком, была презентована общественности реставрация здания фабрики-кухни, нового филиала Третьяковской галереи. Вашему вниманию – репортаж о промежуточных, но уже вполне значительных, результатах реставрации памятника авангарда.
Печатные, но наполовину
В Техасе выставили на продажу дома, возведенные при помощи 3D-принтера. Приобрести высокотехнологичное жилище можно за 745 000 долларов.
Шкала времени Кумертау
Проект-победитель конкурса Малых городов: с помощью малых форм архитекторы рассказывают историю возникшего на буроугольном разрезе поселения, активируют центральную улицу и готовят почву для насыщенной социальной жизни.
Дерево живет и регулярно побеждает
Невзирая на вирусы и прочих короедов современная русская деревянная архитектура демонстрирует чудеса выживаемости. Определен шорт-лист премии АРХИWOOD – 12-й по счету. Куратор премии Николай Малинин представляет финалистов.
Buena vista
Проект частного дома в Подмосковье архитектор Роман Леонидов назвал Buena Vista, то есть хороший вид по-испански. И действительно, великолепный вид откроется не только из дома с бельведером, стоящего на возвышении, но и сама вилла на холме предназначена для созерцания из партера парка. В общем, буэна виста и бельведер, с какой стороны ни посмотреть.
Кирпичный текстиль
На фасадах офисного здания по проекту Make Architects в Солфорде – кирпичная кладка, имитирующая традиционные для этого города ткани.
Большая Астрахань live
Гибкое улучшение связности территорий, развитие полицентричности, улучшение качества жизни, экологичные инновации – все эти решения проекта-победителя конкурса на мастер-план Астраханской агломерации, разработанного консорциумом под руководством Института Генплана Москвы, основаны на синтезе профессиональных аналитических инструментов, позволяющих оценивать последствия решений в динамике, и общения с жителями города.
Архив архитектуры
В Музее архитектуры открылась выставка «Профессия – реставратор», первая из экспозиций, приуроченных к будущему юбилею. Нетрадиционная тема позволяет показать работу не самых заметных, но очень важных для музея людей – тех, кто восстанавливает предметы и готовит их к хранению и показу.
Вода для жизни
Пятый, а значит юбилейный по счету форум «Среда для жизни» прошел в Нижнем Новгороде сразу после юбилейных торжеств, посвященных 800-летию города, и стал, в сущности, частью празднования. В то же время среди показанных проектов лидировали решения, связанные с временно затопляемыми территориями, что можно признать одной из актуальных тенденций нашего времени.