Уолт Дисней, Альдо Росси и другие

В издательстве Strelka Press вышла книга Деяна Суджича «Язык города», посвященная силам и обстоятельствам, делающим город городом. Публикуем фрагмент о градостроительной деятельности Уолта Диснея и его корпорации.

Автор текста:
Деян Суджич

mainImg
Выставка [Всемирная выставка 1964 года] настолько впечатлила Уолта Диснея, что он нанял мозесовского инженера Уильяма Поттера для работы над проектом EPCOT – «Экспериментальным прототипом поселения завтрашнего дня», который он намеревался построить во Флориде. Кроме того, он привлек компанию General Motors для создания автомобильного аттракциона, выручка от которого должна была использоваться для финансирования этого эксперимента. Дисней, как он сам выражался, хотел построить образцовый город на 20 тысяч жителей, где были бы не только дома, но также школы и коммерческие предприятия. Общественный транспорт был бы представлен монорельсовой железной дорогой, автомобильное движение должно было осуществляться под землей, а ее поверхность оставалась пешеходам – с таким стандартным элементом радикальных урбанистических концепций мы сталкиваемся и сегодня, полвека спустя: когда в Абу-Даби решили построить экспериментальный эко-город Масдар, первоначально планировалось запретить там автотранспорт, заменив его автоматическими такси, передвигающимися под землей.

Насколько можно судить по заявлениям Диснея, EPCOT замышлялся как ответ на высказанную Джейн Джекобс озабоченность относительно будущего городов. При всем новообретенном материальном благополучии в Америке и Британии 1960‑х за фасадом внешней уверенности нарастала тревога, что физическая ткань города при всей ее кажущейся прочности постоянно находится на грани разложения. Здоровая плоть города может быть в любой момент уничтожена даже самой банальной инфекцией, превращающей благополучные улицы в трущобы. Дисней был уверен, что у него все выйдет по-другому: «У нас не будет трущобных районов – мы просто не допустим их возникновения. У нас не будет землевладельцев, а значит и манипуляции голосами. Люди будут не покупать, а арендовать дома, причем по очень скромным тарифам. Пенсионеров у нас тоже не будет: все должны работать». Дисней не понимал одного: создать город сложнее, чем построить университетский кампус, больницу или бизнес-парк. Пусть у курорта есть некоторые городские атрибуты – места для работы, питания, сна, шопинга и обучения, – но городом его в конечном итоге назвать нельзя. Никто из них – ни Осман, ни Мозес, ни Дисней – не осознавал или не верил, что демократическая система управления играет важнейшую роль в формировании и повседневном функционировании города. Без демократической подотчетности властей невозможен анализ поставленных задач и результатов их выполнения, нет шанса учесть пожелания бедняков и маргиналов и нет никаких гарантий, что общественные деньги будут тратиться честно.

Уолт Дисней так и не построил свой город, но созданная им Disney Corporation после открытия первого Диснейленда участвовала в проектировании и создании настоящих улиц в настоящих городах – если слово «настоящий» в этом контексте имеет какой-то смысл. Торговые центры в Лос-Анджелесе, обновленный Квинси-маркет в Бостоне, офисные комплексы Кремниевой долины – все эти проекты чем-то обязаны знаниям и умениям Диснея, его идеям относительно улицы и пешеходов. В период, когда Disney Corporation возглавлял Майкл Эйснер, компания, кажется, была полна решимости приблизить вкусы масс к высокой культуре. В совет директоров тогда вошел Роберт Стерн, декан факультета архитектуры в Йельском университете. Замыслив создать новый парк развлечений под Парижем, Майкл Эйснер пригласил на выходные в свою загородную резиденцию авторов книги «Уроки Лас-Вегаса » Роберта Вентури и Дениз Скотт-Браун, чтобы вместе с группой других авторитетных архитекторов обсудить его стратегию. Кончилось дело тем, что Эйснер изучил портфолио практически всех видных архитекторов современности: приглашения представить детальные проекты получили Рем Колхас, Жан Нувель, Майкл Грейвс, Альдо Росси, Фрэнк Гери и еще десяток знаменитостей, что свидетельствует о росте уровня запросов у целевой аудитории Disney.

Самым парадоксальным во всей этой истории выглядит включение в список Альдо Росси. От такого решения сенатора Джозефа Маккарти хватила бы кондрашка или он бы наверняка обвинил Disney в антиамериканской деятельности. Дело в том, что Росси был марксистом и давним членом итальянской компартии. Рассуждая о месте коллективной памяти в городской среде, он пытался привнести в урбанизм элемент поэзии. Несмотря на политические убеждения Росси, Майкл Эйснер был полон решимости уговорить его поработать на Disney, и в конце концов тот согласился принять ряд заказов, но дело не пошло на лад. Его проект курортного комплекса в Ньюпорте, работающего по схеме таймшера, – в виде средиземноморской деревни с копией разрушенного римского акведука – так и не был воплощен, а от участия в Евродиснейленде Росси отказался сам, недовольный постоянным вмешательством заказчика в его работу. «Лично я не чувствую себя оскорбленным и мог бы проигнорировать все замечания, высказанные в адрес нашего проекта на последнем совещании в Париже, – писал Росси. – Когда Бернини пригласили в Париж для работы над проектом Лувра, его замучили чиновники, постоянно требовавшие внести в проект изменения, чтобы сделать его функциональнее. Я, конечно, не Бернини, но ведь и вы не король Франции».

Единственный проект Росси по заказу Disney, доведенный до конца, был осуществлен в поселении Селебрейшн во Флориде. К какой категории относится этот населенный пункт с 7500 жителей, созданный Disney Corporation после смерти ее основателя, сказать трудно. Чаще всего его называют деревней. Впрочем, самая нелицеприятная характеристика этого поселения, где есть здания, спроектированные ведущими американскими архитекторами-постмодернистами, в том числе Майклом Грейвсом, Робертом Стерном и Чарльзом Муром, но нет общественного транспорта, принадлежит Бюро переписи населения США и звучит так: «статистически обособленная местность». Росси спроектировал для сотрудников Disney комплекс из трех отдельно стоящих зданий. Конфигурация комплекса заимствована у пизанского Кампо-Санто: здания сгруппированы вокруг лужайки с обелиском в центре, а их фасады включают элементы классической архитектуры. Посреди Флориды это пространство выглядит сюрреалистическим и нездешним, как на картине де Кирико.

Росси был зачарован тем, как памятники, оставшиеся от античных городов, выживают, меняются со временем и влияют на нашу сегодняшнюю жизнь. К примеру, среди переулков тосканского города Лукка вы натыкаетесь на овальную площадь, окруженную кольцом жилых домов, основой для которых послужили древнеримские стены, – и постепенно осознаёте, что когда-то здесь находился амфитеатр. В хорватском городе Сплит сохранился дворец Диоклетиана – словно ископаемое посреди современного города: к его античным стенам прилепились здания всех последующих эпох. Росси искал способы воспроизвести эти исторические слои и отпечатки в новых постройках и городах, не имеющих собственного прошлого. И нашел образец в самом неожиданном месте: упрощенные классические формы зданий Карл-Маркс-аллее в Восточном Берлине, как казалось Росси, поставили сдержанную величественность монументального города на службу – он не преминул это отметить – пролетариату, а не буржуазии.

В своей книге «Архитектура города» Росси изложил новое понимание города как «коллективной памяти живущих в нем людей». По его словам, «сам город является коллективной памятью народов; так же как память привязана к фактам и местам, город представляет собой локус коллективной памяти. Эта связь между локусом и горожанами формирует главенствующий образ, архитектуру, пейзаж; и так же как факты входят в память, новые факты встраиваются в город. В этом вполне позитивном смысле великие идеи наполняют и формируют историю города».

В другом разделе книги Росси определяет понятие «локус» как «особую и в то же время универсальную связь, существующую между определенными местными условиями и строениями, расположенными в этом месте». Хотя идеи Росси о городе как средоточии коллективной памяти жителей связаны с его марксистскими убеждениями и философией структурализма, они имеют немало общего с привязанностью Диснея к «Мейн-стрит США» как напоминанию об общем прошлом американцев – и поэтому вполне могли импонировать Disney Corporation.

Росси и Дисней, каждый по-своему, отлично умели с помощью дизайна пробуждать воспоминания, ассоциации и эмоции. Росси в своем проекте для Disney перенес в глубину Флориды формы традиционного европейского города, надеясь придать офисному комплексу определенное достоинство и изысканность. Но хотя в визуальном плане работы «диснеевцев» и Росси вполне убедительны, им не хватает содержательности. Парк развлечений может быть похож на город, но лишен присущих ему многослойных смыслов, поэтому Disney пытался придать такой сложной системе, как город, достаточную простоту, чтобы контролировать ее с помощью тех методов, что он использовал на «Мейн-стрит США»: сдирижированным пешеходным движением и ряженым персоналом. Но упростить город – значит лишить его всего того, что обеспечивает его функционирование в качестве города. Место, где проблема бедности решается изгнанием людей, потерявших работу, – как предлагал Дисней, – это не город. Об этом стоит задуматься британским политикам-консерваторам, отказывающим в жилищных пособиях тем семьям, что живут в благополучных районах, а значит, по их мнению, не заслуживают государственной поддержки.

04 Декабря 2020

Автор текста:

Деян Суджич
comments powered by HyperComments
Похожие статьи
Теоретик небоскреба
В Strelka Press выпущено второе издание книги Рема Колхаса «Нью-Йорк вне себя». Впервые на русском языке она вышла в этом издательстве в 2013. Публикуем отрывок о «визуализаторе» Манхэттена 1920-х Хью Феррисе, более влиятельном, чем его заказчики-архитекторы.
Когнитивная урбанистика
Фрагмент из книги Алексея Крашенникова «Когнитивные модели городской среды», посвященной общественным пространствам и наполняющей их социальной активности.
Иркутск как Дрезден
Фрагмент из книги «Регенерация историко-архитектурной среды. Развитие исторических центров», посвященной возможности применения немецких методик сохранения исторической среды в российских городах.
Ваши бревна пахнут ладаном
По любезному разрешению издательства Garage публикуем две главы из книги Николая Малинина «Современный русский деревянный дом»: главу о девяностых и резюме типологии современного деревянного частного дома.
«Не просто панельки»
Публикуем фрагмент книги Марии Мельниковой «Не просто панельки: немецкий опыт работы с районами массовой жилой застройки» о программах санации многоквартирных зданий в Германии и странах Прибалтики, их финансовых и технических аспектах, потенциальной пользе этого опыта для России.
Планирование и политика
Публикуем отрывок из книги Джона М. Леви «Современное городское планирование», выпущенной Strelka Press в рамках образовательной программы Архитекторы.рф. Этот авторитетный труд, выдержавший 11 изданий на английском, впервые переведен на русский. Научный редактор этого перевода – Алексей Новиков.
Гаражный заговор
Публикуем главу из книги «Гараж» художницы Оливии Эрлангер и архитектора Луиса Ортеги Говели о «гаражной мифологии» и происхождении этого типа постройки. Книга выпущена Strelka Press совместно с музеем современного искусства «Гараж».
Очевидные неочевидности на улицах Нью-Йорка
Публикуем 7 главок из новой книги Strelka Press «Код города. 100 наблюдений, которые помогут понять город» Анне Миколайт и Морица Пюркхауэра – собрания замеченных авторами закономерностей, которые пригодятся при проектировании городской среды.
Памятник архитектуры
Публикуем главу из книги Григория Ревзина «Как устроен город». Современное отношение к памятникам архитектуры автор рассматривает в контексте поклонения мощам, смерти Бога и храмового значения парковой руины.
Башни и коробки. Краткая история массового жилья
Публикуем фрагмент из новой книги Strelka Press «Башни и коробки. Краткая история массового жилья» Флориана Урбана о том, как в 1960-е западногерманская пресса создавала негативный образ новых жилых массивов ФРГ и модернизма в целом.
Новейшая эра
В июне в Музее архитектуры презентована книга-исследование, посвященная ближайшим тридцати годам развития российской архитектуры. Публикуем фрагмент книги.
Партизанские указатели
Публикуем главу из новой книги Strelka Press «Тактический урбанизм» Энтони Гарсиа и Майка Лайдона: о самодельных указателях с расстоянием до важных объектов и временем, чтобы дойти туда пешком, побудивших жителей города Роли меньше пользоваться автомобилями.
Штаб-квартира «Гаража»
Публикуем одну из глав книги, посвященной реконструкции штаб-квартиры музея «Гараж» в парке Горького и исследованию этого многослойного здания. Авторы реконструкции – бюро FORM.
Город-музей
Город-музей возникает, когда «в утопию перестают верить, а от традиции открещиваются»: фрагмент из книги «Город-коллаж» – хрестоматийного труда Колина Роу и Фреда Кеттера, изданного на русском языке издательством Strelka Press.
Технологии и материалы
Прочность без границ
Инновационный фибробетон Ductal®, превосходящий по прочности и долговечности большинство строительных материалов, позволяет создавать как тончайшие кружевные узоры перфорированных фасадов, так и бархатистые идеальные поверхности большеформатной облицовки.
Обновление коллекции декоров ALUCOBOND® Design
Коллекция декоров ALUCOBOND® Design от компании 3A Composites пополнилась несколькими новыми образцами – все они находятся в русле тренда на натуральность и отвечают самым актуальным тенденциям в дизайне.
Любовь к геометрии
Французское сантехническое оборудование DELABIE для крупных общественных сооружений выбирают выдающиеся архитекторы Жан Нувель, Норман Фостер, SANAA, Руди Ричотти и другие. Представляем новую модель бесконтактных смесителей TEMPOMATIC 4, сочетающих безопасность, мега-экологичность и стильный дизайн.
Урбан-домик на дереве
Современное игровое пространство Halo Cubic от финского производителя Lappset: множество сценариев игры и безупречный дизайн, способный украсить современный жилой комплекс любого класса.
Естественность и сила кирпича ручной работы
Датский ригельный кирпич ручной работы Petersen Kolumba на фасадах частного дома в Иркутске по проекту Станислава Гаврилова напоминает о мощи древнеримской архитектуры и прекрасно справляется с сибирскими морозами. Мы расспросили автора проекта об этом доме и работе с кирпичом Kolumba.
Handmade для кинотеатра «Москва»
Коммерческий директор компании Ледрус Максим Беляев рассказывает о том, в чем состоит специфика работы со светом по индивидуальному дизайн-проекту и как можно переквалифицироваться из поставщика в подрядчика с функциями ведущего консультанта, проектировщика оригинальных решений и производителя в одном лице.
Блестящие перспективы
Lucido – архитектурно ориентированная компания, ставящая во главу угла эстетику и технологичность. Предлагая все виды итальянской керамической плитки и мозаики, Lucido специализируется на керамограните больших форматов. Рассказываем о воссоздании мраморных слэбов, а также об экспериментах с большим форматом звезд мировой архитектуры Кенго Кумы и Даниэля Либескинда.
Материя с гибким характером
Алюминий – разнообразный материал, он работает в широком в диапазоне от гибкого дигитального футуризма – до имитации естественных поверхностей, подходящих для реконструкций и даже стилизаций. Рассказываем о 7 новых жилых комплексах, в которых использован фасадный алюминий компании SEVALCON.
Волшебная линия
Вентиляционные диффузоры Invisiline, созданные архитекторами Майклом и Элен Мирошкиными, завоевали престижную дизайнерскую премию Red Dot 2020. Невидимые решетки, придуманные для собственных проектов, выросли в бренд, ответивший на запросы коллег-архитекторов.
Эффектная сантехника для энергоэффективного дома
Экодом в Чезене, совмещающий функции жилья и рабочей студии архитекторов Маргариты Потенте и Стефано Пирачини, стал первым в Италии примером «пассивного дома», встроенного в плотный фронт городской застройки; кроме того он – результат реконструкции. Интерьеры дома удачно дополняет сантехника Duravit.
Такие стеклянные «бабочки»
Важным элементом фасадного решения одного из самых известных
новых домов московского центра стало стекло Guardian:
зеркальные окна сочетаются с моллированными элементами, с помощью которых удалось реализовать смелую и красивую форму,
задуманную архитекторами.
Рассказываем, как реализована стеклянная пластика
дома на Малой Ордынке, 19.
Сейчас на главной
Умер Готфрид Бём
Притцкеровский лауреат Готфрид Бём, автор экспрессивных бетонных церквей, скончался на 102-м году жизни.
Эстакада в акварели
К 100-летнему юбилею Владимира Васильковского мастерская Евгения Герасимова вспоминает Ушаковскую развязку, в работе над которой принимал участие художник-архитектор. Показываем акварели и эскизы, в том числе предварительные и не вошедшие в финальный проект, и говорим о важности рисунка.
Идейная составляющая
Попытка систематизации идей, представленных в Арх Каталоге недавно завершившейся выставки Арх Москва: критика, констатация, обоснование, отказ, – все в основном лиричное, традиции «бумажной архитектуры», пожалуй, живы.
Летать в облаках
Ресторан в Хибинах как новая достопримечательность: высота 820 над уровнем моря, панорамные виды, эффект левитации и остроумные инженерные решения.
Видео-разговор об архитектурной атмосфере
В первые дни января 2021 года Елизавета Эбнер запустила @archmosphere.press – проект об архитектуре в Instagram, где она и другие архитекторы рассказывают в видео не длинней 1 минуты об 1 здании в своем городе, в том числе о своих собственных проектах. Мы поговорили с Елизаветой о ее замысле и о достоинствах видео для рассказа об архитектуре.
21+1: гид по архитектурной биеннале в Венеции
В этом году архитектурная биеннале «переехала» в виртуальное пространство: так, 20 национальных экспозиций из 61 представлено в онлайн-формате. Цифровые двойники включают в себя видеоэкскурсии по павильонам, интервью с авторами и записи с церемонии открытия. Публикуем подборку национальных проектов, а также один авторский – от партнера OMA Рейнира де Графа.
Награды Арх Москвы: 2021
В субботу вечером Арх Москва вручила свои дипломы. В этом году – рекордное количество специальных номинаций, а значит, много дипломов досталось проектам с содержательной составляющей.
Вулкан Дефанса
В парижском деловом районе Дефанс достраивается башня HEKLA по проекту Жана Нувеля. От соседей ее отличает силуэт и фасадная сетка из солнцерезов.
Керамические тома
Ажурный фасад новой библиотеки по проекту Dietrich | Untertrifaller в австрийском Дорнбирне покрыт полками с книгами – но не бумажными, а из керамики.
Идеями лучимся / Delirious Moscow
В Гостином дворе открылась 26 по счету Арх Москва. Ее тема – идеи, главный гость – Москва, повсеместно встречаются небоскребы и разговоры о высокоплотной застройке. На выставке присутствует самая высокая башня и самая длинная линейная экспозиция в ее истории. Здесь можно посмотреть на все проекты конкурса «Облик реновации», пока еще не опубликованные.
Трансформация с умножением
Дворец водных видов спорта в Лужниках – одна из звучных и нетривиальных реконструкций недавних лет, проект, победивший в одном из первых конкурсов, инициированных Сергеем Кузнецовым в роли главного архитектора Москвы. Дворец открылся 2 года назад; приурочиваем рассказ о нем к началу лета, времени купания.
Союз Церкви и государства
Новое здание библиотеки Ламбетского дворца, лондонской резиденции архиепископа Кентерберийского, построено на берегу Темзы напротив Парламента. Авторы проекта – Wright & Wright Architects.
Сергей Чобан: «Я считаю очень важным сохранение города...
Задуманный нами разговор с Сергеем Чобаном о высотном строительстве превратился, процентов на 70, в рассуждение о способах регенерации исторического города и о роли городской ткани как самой объективной летописи. А в отношении башен, визуально проявляющих социальные контрасты и создающих много мусора, если их сносить, – о регламентации. Разговор проходил за день до объявления о проекте «Лахта-2», так что данная новость здесь не комментируется.
Пресса: Что не так с новой башней Газпрома в Петербурге? Отвечают...
На этой неделе стало известно, что Газпром собирается построить в Петербург вслед за «Лахта-центром» новую башню — 700-метровое здание. Рассказываем, что думают по поводу новой высотки архитекторы, критики и краеведы.
Башня превращается
Совместно с нашими партнерами, компанией «АЛЮТЕХ», начинаем серию обзоров актуальных тенденций высотного строительства. В первой подборке – 11 реализованных высоток со всего мира, демонстрирующих завидную приспособляемость к характерной для нашего времени быстрой смене жизненных стандартов и ценностей.
Переговоры среди лепестков
На Венецианской биеннале представлен новый проект Zaha Hadid Architects: модуль-переговорная Alis, подходящий как для интерьеров, так и для использования на открытом воздухе.
Выше всех
«Газпром» обещает построить в Петербурге башню высотой 703 метра. Рядом с Лахта центром должен появиться небоскреб Лахта-2, а автор – тот же, Тони Кеттл, только он уже не работает в RJMJ.
Метаболизм и Бах
Проект гостиницы для периферии исторического Петербурга, воплощающий непривычные для города идеи: транспарентность, незавершенность и сознательный отказ от контекстуальности.
DMTRVK: год в онлайне
За год с момента всеобщего перехода на удаленный формат взаимодействия проект «Дмитровка» организовал более 20 онлайн-лекций и дискуссий с участием российских и зарубежных архитекторов. Публикуем некоторые из них.