Теоретик небоскреба

В Strelka Press выпущено второе издание книги Рема Колхаса «Нью-Йорк вне себя». Впервые на русском языке она вышла в этом издательстве в 2013. Публикуем отрывок о «визуализаторе» Манхэттена 1920-х Хью Феррисе, более влиятельном, чем его заказчики-архитекторы.

mainImg
С любезного разрешения Strelka Press публикуем фрагмент из второго, исправленного русскоязычного издания книги «Нью-Йорк вне себя». Автор перевода тот же, что и в первой версии – Анастасия Смирнова. С 13 мая на strelka.com на книгу можно оформить предзаказ по специальной цене. В продаже книга появится в начале июня.
 
Затемнение
В начале 1920‑х годов отдельные персонажи начинают выступать из тумана коллективной фантазии Манхэттена, чтобы сыграть свою особую роль в его истории, – это теоретики небоскреба. Однако любая попытка – будь то текст или рисунок – объяснить небоскреб, его дизайн и возможности его использования оказывается также и упражнением по затемнению смысла: в рамках манхэттенизма – доктрины вечно отложенного понимания сути вещей – главный теоретик всегда и есть самый главный обскурантист.
 
Афины
В детстве, «когда, как говорят, закладываются основы будущих склонностей», Хью Феррис получил на день рождения картинку с изображением Парфенона. Парфенон – первая в его жизни архитектурная парадигма. «Здание было, по-видимому, построено из камня. Его колонны были, по-видимому, сделаны, чтобы поддерживать крышу. Это было нечто вроде храма… Позднее я узнал, что все мои догадки были верны».

 
zooming
Предоставлено Strelka Press

Автопилот в действии: Хью Феррис за работой в своей студии – наносит последние мазки на полотно «Перспектива улицы будущего». Все его живописные работы, вместе взятые, образуют легендарную серию «Проект Титан-города – 1975», основанную на идеях таких прогрессивных манхэттенских мыслителей, как Корбетт, Худ и сам Феррис. На заднем плане, полускрытая другими картинами, – незаконченная версия работы «Сырая глина архитекторов». На полке – фрагменты Парфенона наблюдают за рождением новых Афин.
 
«Это было честное здание», построенное «в один из тех счастливых периодов, когда инженеры и художники с энтузиазмом работали вместе, а народ тепло принимал и приветствовал их содружество». Образ Парфенона вдохновил Ферриса стать архитектором. Получив диплом, он переезжает из родного Сент-Луиса на Манхэттен. Манхэттен для него – это новые Афины, единственно возможное место зарождения новых Парфенонов. «Хотелось попасть в метрополис. В Нью-Йорке происходит становление новой американской архитектуры, когда инженеры и художники с энтузиазмом работают вместе – и даже народ, кажется, тепло принимает и приветствует их содружество». Однако на первом же месте работы – в бюро Касса Гилберта, который тогда проектировал Вулворт-билдинг, – «юношескому энтузиазму Ферриса нанесен серьезный удар». Современная архитектура Манхэттена – вовсе не производство новых Парфенонов, но скорее расхищение всех пригодных к использованию элементов «парфенонов» прошлого, которые потом соединяются в новые композиции и развешиваются по стальным каркасам. Вместо новых Афин Феррис находит суррогат античности. Не желая участвовать в проектировании «бесчестных» зданий, Феррис выбирает техническую и совершенно нейтральную роль рисовальщика: в конторе Гилберта его назначают визуализатором.
 
Автопилот
Уже к началу 1920‑х годов он добивается положения независимого художника с собственной мастерской. Визуализатор Феррис оказывается пуританином на службе у поборников вольной эклектики, и чем более убедительно выглядят его работы, тем лучше идет дело с реализацией проектов, которые ему не нравятся. Однако Феррис находит выход из этого двойственного положения – особую технику рисования, которая помогает разграничить его собственные намерения и намерения клиентов. Он рисует углем – эта приблизительная, импрессионистская техника позволяет ему работать с многозначительными плоскостями и манипулировать неопределенными пятнами. Выбрав именно ту технику, с помощью которой невозможно передать мелкий внешний декор, которым так увлечены манхэттенские архитекторы, Феррис получает возможность не только изображать, но и упрощать. В каждой работе он как бы освобождает «честное» здание от всего лишнего, наносного, поверхностного. Хотя рисунки Ферриса призваны улавливать клиентов для манхэттенских архитекторов (а через них и широкую публику), они на самом деле суть критика тех проектов, которые должны представлять, полемические поправки к тем консервативным чертежам, на которых основаны. Тот факт, что услуги Ферриса – это единственное, что объединяет всех манхэттенских архитекторов, значительно усиливает совокупный эффект от исправленных проектов: они сливаются в цельный образ будущего Манхэттена.
 
zooming
Предоставлено Strelka Press

Эволюция здания, отступающего от красной линии: Феррисовы вариации на тему Закона о зонировании 1916 года в четырех частях.
Первая стадия: «Определение общего максимального объема здания, которое согласно Закону о зонировании может быть построено на всей территории городского квартала… Это не проект архитектора, но примерная форма, возникшая из определенных законом технических условий».
Вторая стадия: «Первым делом архитектор врезается в этот объем, чтобы обеспечить доступ дневному свету… [Он] не позволяет себе строить догадки относительно окончательной формы здания… Он попросту берет тот объем, что попал ему в руки, и предлагает менять его шаг за шагом… Он готов беспристрастно наблюдать за процессом и согласиться с любым результатом».
Третья стадия: «Гигантские скаты и склоны второй стадии разбиваются на прямоугольные формы, которые обеспечат более традиционные и привычные внутренние пространства».
Четвертая стадия: «После того как части, признанные ненужными, убраны, возникает искомый объем… Это пока не окончательное и не готовое к заселению здание – его еще ждут уточнения, сделанные рукой проектировщика». Рисовальщик превращается в главного архитектора: скромный на словах Феррис как бы невзначай сводит роль отдельного архитектора на нет. Визуализатор предпочитает, чтобы архитекторы оставили его наедине с Законом о зонировании.
 
zooming
Предоставлено Strelka Press

«Сырая глина архитекторов»: Манхэттен как «призрачный город будущего», первый набросок мегадеревни Ферриса. «Если бы максимально разрешенные архитектурные объемы… выросли во всех городских кварталах, возникла бы картина, не слишком далекая от представленной здесь»
 
Популярность этого образа стремительно растет, и с какого-то момента именно рисунки Ферриса представляют манхэттенскую архитектуру независимо от того, какой именно архитектор проектирует то или иное здание. В своей нарочитой неопределенности эти рисунки формируют как раз ту самую аудиторию, которая «тепло принимает и приветствует» и которую Феррис еще в юности определил как одно из необходимых условий для рождения новых Афин. Из обслуги великий визуализатор превращается в предводителя. «Он может накачать архитектурной поэзией самую невыразительную композицию… Лучший способ использовать его талант – забросить ему планы, пойти спать и вернуться следующим утром, чтобы найти готовый проект. Он – идеальный автопилот».
 
Исследование
Параллельно с этой хорошо оплачиваемой работой Феррис изучает проблематику манхэттенизма в компании таких прогрессивных архитекторов, как Рэймонд Худ и Харви Уайли Корбетт. В первую очередь их интересуют еще не исследованные возможности Закона о зонировании 1916 года и те гипотетические воздушные оболочки, которые закон предписывает каждому конкретному кварталу. Рисунки Ферриса впервые открывают бесконечное множество вариантов – как со стороны формы, так и со стороны восприятия – внутри официально допустимого объема. Перебрав все типы оболочек, Феррис впервые изображает их ансамбль вместе – он рисует мегадеревню, Манхэттен будущего. Для Ферриса этот призрачный город еще не осуществленных форм и есть настоящие новые Афины: «Смотришь на эти объемы – и в воображении возникают образы необыкновенных зданий, которые оказываются уже не компиляциями элементов узнаваемых исторических стилей, но уточнением, прояснением больших архитектурных масс». В таком городе рисовальщика Ферриса наверняка бы назначили главным архитектором, ведь драматическая обнаженность форм – это как раз то, что предсказал и предвосхитил его угольный карандаш. Пришествие нового города неотвратимо. Ощущение новизны носится в воздухе, сбивая архитекторов-традиционалистов с толку «Консервативная архитектура в полном смятении. На каждом шагу проектировщики сталкиваются с ограничениями, которые делают создание привычных форм невозможным».
 
Труды
В 1929 году Феррис публикует итог своих трудов – «Метрополис завтрашнего дня». Книга поделена на три части: «Города сегодняшние» – собрание его рисунков по проектам других архитекторов, «Новые устремления» – его собственные вариации на тему закона 1916 года, и «Воображаемый метрополис» – новые Афины Ферриса. Всего в книге пятьдесят рисунков, каждый сопровождается объяснительным текстом – словесным эквивалентом угольной расплывчатости рисунка. Книга построена вокруг метафоры развеивания плотного тумана: от «снова рассвет, ранний туман окутывает открывающийся вид» через «туман начинает рассеиваться» к «чуть позднее воздух становится прозрачным, и мы можем проверить свои первые впечатления». Эта сюжетная линия отражается в трех частях книги: несовершенное прошлое – работы других архитекторов; многообещающее настоящее – благая весть о мегадеревне Закона о зонировании и ее теоретическая разработка; и блестящее будущее воображаемого метрополиса Ферриса, одной из версий этой самой деревни: «широкая равнина, где нет недостатка в зелени и где на почтительном расстоянии друг от друга высятся горные пики зданий».
 
Чрево
Однако деление книги на главы на самом деле менее важно, чем последовательность ее утрированно темных образов. Гениальность Ферриса – в самом выборе художественной техники, в той атмосфере искусственной ночи, которая делает любые архитектурные композиции неопределенными, смутно различимыми в тумане угольных частиц, рассеивающемся или сгущающемся по мере необходимости. Главный вклад Ферриса в теорию Манхэттена – создание такой озаренной огнями ночи в объятиях космоса, такой сумрачной Феррисовой пустоты. Бездонно-черное архитектурное чрево дает жизнь все новым версиям небоскреба – периоды беременности иногда накладываются друг на друга – и обещает рождать все новые и новые. Каждый рисунок фиксирует какой-то определенный момент неустанного процесса размножения. Неразборчивость этого чрева размывает вопрос отцовства. Оно принимает в себя множественные потоки чужого и чуждого семени: экспрессионизм, футуризм, конструктивизм, сюрреализм, даже функционализм – любые течения с легкостью находят свое место в разрастающемся мире, созданном воображением Ферриса. В этом чреве зачинается манхэттенизм.
 
Кризис
Книга Ферриса выходит в год финансового кризиса – в 1929-м. Нельзя сказать, что это совсем неудачное совпадение. «Вскоре становится ясно… что у рецессии есть по крайней мере одно достоинство: раз архитекторы не могут сейчас толком строить, у них наконец появилась возможность толком подумать. Бездумное производство небоскребов закончилось – наступает момент трезвой рефлексии». Из окон своей мастерской Феррис смотрит вниз на «странно примолкший Манхэттен. Грохот клепальных машин затих. Архитектура метрополиса, растерявшая весь свой блеск, рассказывает теперь совсем другую историю, о которой озабоченные внешним впечатлением умы прежде даже не догадывались… О долгосрочном планировании не было и речи». Пришло время Ферриса.

14 Мая 2021

Похожие статьи
Не серый, а цветной
Итогом последней проектно-исследовательской лаборатории, которую с 2018 года проводит петербургский офис международного архитектурного бюро MLA+, стала книга, посвященная серому поясу Петербурга. Ранее студенты и профессионалы раскрывали потенциал водных и зеленых территорий города.
Теория руины
Публикуем фрагмент из книги Виктора Вахштайна «Воображая город. Введение в теорию концептуализации», в котором автор с помощью Георга Зиммеля определяет руины через «договор» между материалом и архитектором.
Дворец Советов
В издательстве «Коло» вышла монография о Владимире Щуко, написанная еще в середине прошлого века. Публикуем фрагмент, посвященный главному проекту архитектора.
Инструменты природы
Публикуем фрагмент из книги архитектурного критика Сары Голдхаген, в котором исследуется возможность преодолеть усыпляющее воздействие городской среды, используя переменчивость природы.
Выставки больших надежд
В Strelka Press выпущено русскоязычное издание книги Ника Монтфорта «Будущее. Принципы и практики созидания». Публикуем отрывок о Всемирных выставках в Нью-Йорке 1939/40 и 1964 годов, где экспозиция General Motors «Футурама» представляла эффектную картину ближайшего будущего.
Из агоры в хаб
Публикуем фрагмент из книги «Музей: архитектурная история», посвященный современным формам институции: музей как агломерация, хаб, фабрика или проун.
Главный манифест конструктивизма
В Strelka Press выпущена основополагающая для отечественного авангарда книга Моисея Гинзбурга «Стиль и эпоха. Проблемы современной архитектуры» (1924): это совместный издательский проект Института «Стрелка» и Музея «Гараж». Публикуем главу «Конструкция и форма в архитектуре. Конструктивизм».
Когнитивная урбанистика
Фрагмент из книги Алексея Крашенникова «Когнитивные модели городской среды», посвященной общественным пространствам и наполняющей их социальной активности.
Иркутск как Дрезден
Фрагмент из книги «Регенерация историко-архитектурной среды. Развитие исторических центров», посвященной возможности применения немецких методик сохранения исторической среды в российских городах.
Ваши бревна пахнут ладаном
По любезному разрешению издательства Garage публикуем две главы из книги Николая Малинина «Современный русский деревянный дом»: главу о девяностых и резюме типологии современного деревянного частного дома.
«Не просто панельки»
Публикуем фрагмент книги Марии Мельниковой «Не просто панельки: немецкий опыт работы с районами массовой жилой застройки» о программах санации многоквартирных зданий в Германии и странах Прибалтики, их финансовых и технических аспектах, потенциальной пользе этого опыта для России.
Уолт Дисней, Альдо Росси и другие
В издательстве Strelka Press вышла книга Деяна Суджича «Язык города», посвященная силам и обстоятельствам, делающим город городом. Публикуем фрагмент о градостроительной деятельности Уолта Диснея и его корпорации.
Планирование и политика
Публикуем отрывок из книги Джона М. Леви «Современное городское планирование», выпущенной Strelka Press в рамках образовательной программы Архитекторы.рф. Этот авторитетный труд, выдержавший 11 изданий на английском, впервые переведен на русский. Научный редактор этого перевода – Алексей Новиков.
Гаражный заговор
Публикуем главу из книги «Гараж» художницы Оливии Эрлангер и архитектора Луиса Ортеги Говели о «гаражной мифологии» и происхождении этого типа постройки. Книга выпущена Strelka Press совместно с музеем современного искусства «Гараж».
Очевидные неочевидности на улицах Нью-Йорка
Публикуем 7 главок из новой книги Strelka Press «Код города. 100 наблюдений, которые помогут понять город» Анне Миколайт и Морица Пюркхауэра – собрания замеченных авторами закономерностей, которые пригодятся при проектировании городской среды.
Памятник архитектуры
Публикуем главу из книги Григория Ревзина «Как устроен город». Современное отношение к памятникам архитектуры автор рассматривает в контексте поклонения мощам, смерти Бога и храмового значения парковой руины.
Башни и коробки. Краткая история массового жилья
Публикуем фрагмент из новой книги Strelka Press «Башни и коробки. Краткая история массового жилья» Флориана Урбана о том, как в 1960-е западногерманская пресса создавала негативный образ новых жилых массивов ФРГ и модернизма в целом.
Новейшая эра
В июне в Музее архитектуры презентована книга-исследование, посвященная ближайшим тридцати годам развития российской архитектуры. Публикуем фрагмент книги.
Технологии и материалы
Выгода интеграции клинкера в стеклофибробетон
В условиях санкций сложные архитектурные решения с кирпичной кладкой могут вызвать трудности с реализацией. Альтернативой выступает применение стеклофибробетона, который может заменить клинкер с его необычными рисунками, объемом и игрой цвета на фасаде.
Обаяние романтизма
Интерьер в стиле романтизма снова вошел в моду. Мы встретились с Еленой Теплицкой – дизайнером, декоратором, модельером, чтобы поговорить о том, как цвет участвует в формировании романтического интерьера. Практические советы и неожиданные рекомендации для разных темпераментов – в нашем интервью с ней.
Навстречу ветрам
Glorax Premium Василеостровский – ключевой квартал в комплексе Golden City на намывных территориях Васильевского острова. Архитектурная значимость объекта, являющегося частью парадного морского фасада Петербурга, потребовала высокотехнологичных инженерных решений. Рассказываем о технологиях компании Unistem, которые помогли воплотить в жизнь этот сложный проект.
Вся правда о клинкерном кирпиче
​На российском рынке клинкерный кирпич – это синоним качества, надежности и долговечности. Но все ли, что мы называем клинкером, действительно им является? Беседуем с исполнительным директором компании «КИРИЛЛ» Дмитрием Самылиным о том, что собой представляет и для чего применятся этот самый популярный вид керамики.
Игры в домике
На примере крытых игровых комплексов от компании «Новые Горизонты» рассказываем, как создать пространство для подвижных игр и приключений внутри общественных зданий, а также трансформировать с его помощью устаревшие функциональные решения.
«Атмосферные» фасады для школы искусств в Калининграде
Рассказываем о необычных фасадах Балтийской Высшей школы музыкального и театрального искусства в Калининграде. Основной материал – покрытая «рыжей» патиной атмосферостойкая сталь Forcera производства компании «Северсталь».
Фасадные подсистемы Hilti для воплощения уникальных...
Как возникают новые продукты и что стимулирует рождение инженерных идей? Ответ на этот вопрос знают в компании Hilti. В обзоре недавних проектов, где участвовали ее инженеры, немало уникальных решений, которые уже стали или весьма вероятно станут новым стандартом в современном строительстве.
ГК «Интер-Росс»: ответ на запрос удобства и безопасности
ГК «Интер-Росс» является одной из старейших компаний в России, поставляющей системы защиты стен, профили для деформационных швов и раздвижные перегородки. Историю компании и актуальные вызовы мы обсудили с гендиректором ГК «Интер-Росс» Карнеем Марком Капо-Чичи.
Для защиты зданий и людей
В широкий ассортимент продукции компании «Интер-Росс» входят такие обязательные компоненты безопасного функционирования любого медицинского учреждения, как настенные отбойники, угловые накладки и специальные поручни. Рассказываем об особенностях применения этих элементов.
Стоимостной инжиниринг – современная концепция управления...
В современных реалиях ключевое значение для успешной реализации проектов в сфере строительства имеет применение эффективных инструментов для оценки капитальных вложений и управления затратами на протяжении проектного жизненного цикла. Решить эти задачи позволяет использование услуг по стоимостному инжинирингу.
Материал на века
Лиственница и робиния – деревья, наиболее подходящие для производства малых архитектурных форм и детских площадок. Рассказываем о свойствах, благодаря которым они заслужили популярность.
Приморская эклектика
На месте дореволюционной здравницы в сосновых лесах Приморского шоссе под Петербургом строится отель, в облике которого отражены черты исторической застройки окрестностей северной столицы эпохи модерна. Сложные фасады выполнялись с использованием решений компании Unistem.
Натуральное дерево против древесных декоров HPL пластика
Вопрос о выборе натурального дерева или HPL пластика «под дерево» регулярно поднимается при составлении спецификаций коммерческих и жилых интерьеров. Хотя натуральное дерево может быть красивым и универсальным материалом для дизайна интерьера, есть несколько потенциальных проблем, которые следует учитывать.
Максимально продуманное остекление: какими будут...
Глубина, зеркальность и прозрачность: подробный рассказ о том, какие виды стекла, и почему именно они, используются в строящихся и уже завершенных зданиях кампуса МГТУ, – от одного из авторов проекта Елены Мызниковой.
Кирпичная палитра для архитектора
Свыше 300 видов лицевого кирпича уникального дизайна – 15 разных форматов, 4 типа лицевой поверхности и десятки цветовых вариаций – это то, что сегодня предлагает один из лидеров в отечественном производстве облицовочного кирпича, Кирово-Чепецкий кирпичный завод КС Керамик, который недавно отметил свой пятнадцатый день рождения.
​Панорамы РЕХАУ
Мир таков, каким мы его видим. Это и метафора, и факт, определивший один из трендов современной архитектуры, а именно увеличение площади остекления здания за счет его непрозрачной части. Компания РЕХАУ отразила его в широкоформатных системах с узкими изящными профилями.
Сейчас на главной
Преображение Анны
Для петербургской Анненкирхе Сергей Кузнецов и бюро Kamen подготовили проект, который опирается на принципы Венецианской хартии: здание не восстанавливается на определенную дату, исторические наслоения сохраняются, а современные элементы не мимикрируют под подлинные. Рассказываем подробнее о решениях.
Парадокс временного
Концепция павильона России для EXPO 2025 в Осаке, предложенная архитекторами Wowhaus – последняя из собранных нами шести предложений конкурса 2022 года. Результаты которого, напомним, не были подведены в силу отмены участия страны. Заметим, что Wowhaus сделали для конкурса три варианта, а показывают один, и нельзя сказать, что очень проработанный, а сделанный в духе клаузуры. Тем не менее в проекте интересна парадоксальность: архитекторы сделали акцент на временности павильона, а в пузырчатых формах стремились отразить парадоксы пространства и времени.
Крепость у реки
Бюро МАКЕТ объединило формат японской идзакаи с сибирской географией: ресторан открылся в одном из зданий Омской крепости, декор и мебель отсылают к рекам Омь и Иртыш, а старый кирпич дополняют амбарные доски и сухие ветки.
Форум времени
Конкурсный проект павильона России для EXPO 2025 в Осаке от Алексея Орлова и ПИ «Арена» состоит из конусов и конических воронок, соединенных в нетривиальную композицию, в которой чувствуется рука архитекторов, много работающих со стадионами. В ее логику, структурно выстроенную на теме часов: и песочных, и циферблатов, и даже солнечных, интересно вникать. Кроме того авторы превратили павильон в целую череду амфитеатров, сопряженных в объеме, – что тоже более чем актуально для всемирных выставок. Напомним, результаты конкурса не были подведены.
Зеркала повсюду
Проект Сергея Неботова, Анастасии Грицковой и бюро «Новое» был сделан для российского павильона EXPO 2025, но в рамках другого конкурса, который, как нам стало известно, был проведен раньше, в 2021 году. Тогда темой были «цифровые двойники», а времени на работу минимум, так что проект, по словам самого автора, – скорее клаузура. Тем не менее он интересен планом на грани сходства с проектами барокко и эмблемой выставки, также как и разнообразной, всесторонней зеркальностью.
Корабль
Следующий проект из череды предложений конкурса на павильон России на EXPO 2025 в Осаке, – напомним, результаты конкурса не были подведены – авторства ПИО МАРХИ и АМ «Архимед», решен в образе корабля, и вполне буквально. Его абрис плавно расширяется кверху, у него есть трап, палубы, а сбоку – стапеля, с которых, метафорически, сходит этот корабль.
«Судьбоносный» музей
В шотландском Перте завершилась реконструкция городского зала собраний по проекту нидерландского бюро Mecanoo: в обновленном историческом здании открылся музей.
Перезапуск
Блог Анны Мартовицкой перезапустился как видеожурнал архитектурных новостей при поддержке с АБ СПИЧ. Обещают новости, особенно – выставки, на которые можно пойти в архитектурным интересом.
Степь полна красоты и воли
Задачей выставки «Дикое поле» в Историческом музее было уйти от археологического перечисления ценных вещей и создать образ степи и кочевника, разнонаправленный и эмоциональный. То есть художественный. Для ее решения важным оказалось включение произведений современного искусства. Одно из таких произведений – сценография пространства выставки от студии ЧАРТ.
Рыба метель
Следующий павильон незавершенного конкурса на павильон России для EXPO в Осаке 2025 – от Даши Намдакова и бюро Parsec. Он называет себя архитектурно-скульптурным, в лепке формы апеллирует к абстрактной скульптуре 1970-х, дополняет программу медитативным залом «Снов Менделеева», а с кровли предлагает съехать по горке.
Лазурный берег
По проекту Dot.bureau в Чайковском благоустроена набережная Сайгатского залива. Функциональная программа для такого места вполне традиционная, а вот ее воплощение – приятно удивляет. Архитекторы предложили яркие павильоны из обожженного дерева с характерными силуэтами и настроением приморских каникул.
Зеркало души
Продолжаем публиковать проекты конкурса на проект павильона России на EXPO в Осаке 2025. Напомним, его итоги не были подведены. В павильоне АБ ASADOV соединились избушка в лесу, образ гиперперехода и скульптуры из световых нитей – он сосредоточен на сценографии экспозиции, которую выстаивает последовательно как вереницу впечатлений и посвящает парадоксам русской души.
Кораблик на канале
Комплекс VrijHaven, спроектированный для бывшей промзоны на юго-западе Амстердама, напоминает корабль, рассекающий носом гладь канала.
Формулируй это
Лада Титаренко любезно поделилась с редакцией алгоритмом работы с ChatGPT 4: реальным диалогом, в ходе которого создавался стилизованный под избу коворкинг для пространства Севкабель Порт. Приводим его полностью.
Часть идеала
В 2025 году в Осаке пройдет очередная всемирная выставка, в которой Россия участвовать не будет. Однако конкурс был проведен, в нем участвовало 6 проектов. Результаты не подвели, поскольку участие отменили; победителей нет. Тем не менее проекты павильонов EXPO как правило рассчитаны на яркое и интересное архитектурное высказывание, так что мы собрали все шесть и будем публиковать в произвольном порядке. Первый – проект Владимира Плоткина и ТПО «Резерв», отличается ясностью стереометрической формы, смелостью конструкции и многозначностью трактовок.
Острог у реки
Бюро ASADOV разработало концепцию микрорайона для центра Кемерово. Суровому климату и монотонным будням архитекторы противопоставили квартальный тип застройки с башнями-доминантами, хорошую инсолированность, детализированные на уровне глаз человека фасады и событийное программирование.
Города Ленобласти: часть II
Продолжаем рассказ о проектах, реализованных при поддержке Центра компетенций Ленинградской области. В этом выпуске – новые общественные пространства для городов Луга и Коммунар, а также поселков Вознесенье, Сяськелево и Будогощь.
Барочный вихрь
В Шанхае открылся выставочный центр West Bund Orbit, спроектированный Томасом Хезервиком и бюро Wutopia Lab. Посетителей он буквально закружит в экспрессивном водовороте.
Сахарная вата
Новый ресторан петербургской сети «Забыли сахар» открылся в комплексе One Trinity Place. В интерьере Марат Мазур интерпретировал «фирменные» элементы в минималистичной манере: облако угадывается в скульптурном потолке из негорючего пенопласта, а рафинад – в мраморных кубиках пола.
Образ хранилища, метафора исследования
Смотрим сразу на выставку «Архитектура 1.0» и изданную к ней книгу A-Book. В них довольно много всякой свежести, особенно в тех случаях, когда привлечены грамотные кураторы и авторы. Но есть и «дыры», рыхлости и удивительности. Выставка местами очень приятная, но удивительно, что она думает о себе как об исследовании. Вот метафора исследования – в самый раз. Это как когда смотришь кино про археологов.
В сетке ромбов
В Выксе началось строительство здания корпоративного университета ОМК, спроектированного АБ «Остоженка». Самое интересное в проекте – то, как авторы погрузили его в контекст: «вычитав» в планировочной сетке Выксы диагональный мотив, подчинили ему и здание, и площадь, и сквер, и парк. По-настоящему виртуозная работа с градостроительным контекстом на разных уровнях восприятия – действительно, фирменная «фишка» архитекторов «Остоженки».
Связь поколений
Еще одна современная усадьба, спроектированная мастерской Романа Леонидова, располагается в Подмосковье и объединяет под одной крышей три поколения одной семьи. Чтобы уместиться на узком участке и никого не обделить личным пространством, архитекторы обратились к плану-зигзагу. Главный объем в структуре дома при этом акцентирован мезонинами с обратным скатом кровли и открытыми балками перекрытия.
Сады как вечность
Экспозиция «Вне времени» на фестивале A-HOUSE объединяет работы десяти бюро с опытом ландшафтного проектирования, которые размышляли о том, какие решения архитектора способны его пережить. Куратором выступило бюро GAFA, что само по себе обещает зрелищность и содержательность. Коротко рассказываем об участниках.
Розовый vs голубой
Витрина-жвачка весом в две тонны, ковролин на стенах и потолках, дерзкое сочетание цветов и фактур превратили магазин украшений в место для фотосессий, что несомненно повышает узнаваемость бренда. Автор «вирусного» проекта – Елена Локастова.