Польза, прочность и красота природы

Публикуем отрывок из книги Анны Мартовицкой «Архитектурный путеводитель. Норвегия 2000-2020». Издательство DOM publishers, 2019.

author pht

Автор текста:
Анна Мартовицкая

26 Декабря 2019
mainImg
Путеводитель, презентация которого состоялась на прошедшей неделе в посольстве королевства Норвегия, прежде всего демонстрирует, как именно страна может распорядиться нефтяным ресурсом для развития рукотворной обитаемой среды и, как следствие, современной архитектуры. За пятьдесят лет, прошедшие с начала добычи, Норвегия не только превратилась в одну из самых комфортных стран Европы, но и выработала собственную архитектурную политику, немалую роль в которой играет внимание к суровому, но захватывающе красивому северному ландшафту и в не меньшей степени – к реальному, практическому решению экологических проблем. А не только к разговорам о них, что было подчеркнуто на презентации.
Анна Мартовицкая на презентации путеводителя
Предоставлено посольством Норвегии

Современная архитектура Норвегии, действительно, представляет собой развитое и разнообразное явление: оно шире столичного строительства и интереснее общепризнанных «звезд» – знаменитого туристического маршрута, который между тем безусловно прекрасен, и подводного ресторана Снохетты, бурно обсуждаемого в этом году. Двадцать последних лет, охваченных в путеводителе, дали 150 заметных объектов, собранных в 7 глав по регионам, снабженных фотографиями каждого из них, а также картами, маршрутами и GPS-координатами, зашифрованными в QR-кодах, как это принято в серии путеводителей DOM publishers. С таким путеводителем немедленно хочется отправиться осваивать норвежские просторы – путешествие будет отлично информированным. 
ЮТ
Архитектурный путеводитель Норвегия 2000-2020
Предоставлено DOM publishers

Путеводитель вышел на английском и русском языках, купить его можно на сайте издательства, русская версия стоит 1300 рублей, английская 38 евро.

Публикуем вступительную главу об архитектуре Норвегии 2000-2020 с разрешения автора и издательства.


Анна Мартовицкая
Польза, прочность и красота природы
Пожалуй, не будет преувеличением сказать, что еще на рубеже XX и XXI столетий о таком явлении, как «норвежская архитектура», знали разве что продвинутые специалисты по Скандинавии, тогда как среди широкой публики Норвегия была популярна, в основном, как страна фьордов и северного сияния, а также родина многих зимних видов спорта. Двадцать лет спустя ситуация изменилась кардинально: произведения современных норвежских архитекторов привлекают к себе колоссальное (полностью заслуженное!) внимание, став для туристов таким же аттрактором, как, например, знаменитые водопады или живописный утес «Язык тролля». Завидное благосостояние Норвегии создало экономические предпосылки для успешного развития архитектуры и строительной отрасли, а продуманная государственная политика в этой сфере и действенные механизмы социально ответственного бизнеса направили усилия в максимально эффективное русло. Произведения современной архитектуры стали неотъемлемой частью развития и обновления норвежских городов – вне зависимости от масштаба последних, красноречивым свидетельством чему и служит данный путеводитель, посвященный постройкам, реализованным не только в крупнейших мегаполисах страны фьордов, но и в целой россыпи крошечных населенных пунктов. Впрочем, обо всем по порядку.
  • zooming
    1 / 7
    Анна Мартовицкая. Архитектурный путеводитель Норвегия 2000-2020. М., 2019
    Предоставлено DOM publishers
  • zooming
    2 / 7
    Анна Мартовицкая. Архитектурный путеводитель Норвегия 2000-2020. М., 2019
    Предоставлено DOM publishers
  • zooming
    3 / 7
    Анна Мартовицкая. Архитектурный путеводитель Норвегия 2000-2020. М., 2019
    Предоставлено DOM publishers
  • zooming
    4 / 7
    Анна Мартовицкая. Архитектурный путеводитель Норвегия 2000-2020. М., 2019
    Предоставлено DOM publishers
  • zooming
    5 / 7
    Анна Мартовицкая. Архитектурный путеводитель Норвегия 2000-2020. М., 2019
    Предоставлено DOM publishers
  • zooming
    6 / 7
    Анна Мартовицкая. Архитектурный путеводитель Норвегия 2000-2020. М., 2019
    Предоставлено DOM publishers
  • zooming
    7 / 7
    Анна Мартовицкая. Архитектурный путеводитель Норвегия 2000-2020. М., 2019
    Предоставлено DOM publishers

В силу своего географического расположения между Европой и Арктикой Норвегия всегда отличалась суровым климатом и, как следствие, никогда не была перенаселена. Плотность ее населения составляет менее 14 человек на квадратный километр, тогда как в соседней Дании, куда более компактной по своей территории, этот показатель почти в сто раз больше! Только четыре процента общей площади Норвегии занимают пахотные земли, причем в силу исключительно гористой местности эти территории удалены друг от друга зачастую на очень значительные расстояния. Так что неудивительно, что большинство норвежских городов – и больших, и малых – расположены по соседству со скалистыми ландшафтами, а история их развития – это история выживания в суровых природных условиях. В этих условиях речь о роскоши никогда не шла: лаконизм и рациональность были присущи национальной архитектуре Норвегии задолго до укоренения парадигмы модернизма. Все изменилось в 1970 году, когда в Норвегии начали добывать нефть, и она из одной из беднейших стран Европы превратилась в очень состоятельную державу. Показатель ВВП на душу населения вырос более чем в 25 раз, и у Норвегии появились колоссальные финансовые возможности для вложений в собственное благополучие. В этом процессе решающую роль, несомненно, сыграли национальный характер норвежцев, ориентированных, прежде всего, на практичность принимаемых и реализуемых решений, и прочные социал-демократические устои общества, ставящие во главу угла принципы устойчивости, экологичности и равенства. Сегодня Норвегия – это страна едва ли не с самой эффективной государственной программой поддержки архитектуры и дизайна, благодаря которой качественно спроектированные и реализованные объекты жилья, офисные комплексы, общественные и инфраструктурные сооружения служат одним из ключевых средств планомерного улучшения жизни граждан.

В 2009 году был принят документ «Норвежская архитектурная политика», где сформулированы основные приоритеты развития национальной архитектуры: экологичность, высокое качество проектных решений, уважительное отношение к архитектурному наследию и культурной среде, а также компетентная пропаганда знаний об архитектуре среди всех слоев общества. Действенность этих формулировок – в том, что в Норвегии они не просто декларируются, а реализуются, причем максимально повсеместно. Архитектурная политика осуществляется с участием более 10 министерств, в сотрудничестве с частным бизнесом и при максимальном вовлечении конечных пользователей и местных жителей. Итог: приблизительно треть всех новых зданий в сегодняшней Норвегии строится по индивидуальным архитектурным проектам, которые, как правило, выбираются с помощью конкурса и затем проходят процедуру общественных обсуждений. Результатом такого во всех смыслах демократического архитектурного процесса становятся здания, которые отличают выразительность объемно-пространственного решения, ясность и четкость пропорций, изысканность в подборе материалов, а также тактичное отношение к природе и ярко выраженная социальная направленность.

Конечно, законодателем мод в национальной архитектуре Норвегии на правах столицы был и остается Осло – город, на территории которого реализуется сразу несколько масштабных государственных программ, служащих эталоном для остальных регионов страны. Прежде всего, это принятая в 2000 году программа «Город у фьорда», призванная насытить всевозможными функциями и тем самым включить в активную городскую жизнь береговую линию Осло, на протяжении предыдущих веков традиционно занятую промышленностью и портом. Исторически сложившаяся гигантская зона доков, верфей и пирсов сегодня служит колоссальным ресурсом перепрограммирования территории. И хотя возрождение и возвращение Осло этих пространств началось еще в 1980-е годы, когда из района Акербрюгге была выведена первая крупная верфь, по-настоящему повсеместным этот процесс стал именно в 2000-е, когда было принято решение о включении в программу всей приморской зоны города общей площадью 225 га. На месте индустриальных сооружений, магистралей и железнодорожных путей создаются офисы, жилье, учреждения культуры, а также разнообразные рекреационные пространства, нанизанные на единый пешеходный и велосипедный маршрут Havnepromenaden. Все новые постройки проектируются максимально энергоэффективными, сокращение транспортных потоков (за счет строительства подземных и даже подводных тоннелей) и озеленение также поспособствуют улучшению экологической ситуации. Важно и то, что создание новых многофункциональных кварталов (от иконического Barcode) и знаменитой Sørenga до еще нереализованного Filipstad) не только оживляет центральную часть города, но и помогает предотвратить дальнейшее расползание пригородов. При этом максимально продуманный дизайн-код каждого из новых районов и строгий контроль за его соблюдением гарантируют гуманный масштаб их застройки и сохранение сложившихся визуальных связей «старого» Осло с морем. Важнейшей составляющей «Города у фьорда» также является культурная функция, призванная добавить в формируемый заново морской фасад столицы знаковые сооружения общественного назначения. Ее самыми известными воплощениями, безусловно, стали здания Национальной оперы мастерской Snøhetta и музея современного искусства Аструп-Фернли (единственная постройка Ренцо Пиано в Скандинавии), однако в самое ближайшее время этот список дополнит целый ряд не менее ярких объектов – так, в 2020 году откроют свои двери Национальный музей искусства, архитектуры и дизайна (Kleihues + Schuwerk), Музей Мунка (Estudio Herreros, LPO Arkitekter) и Городская публичная библиотека им. Дейхмана (Lund Hagem Architect, Atelier Oslo).
  • zooming
    1 / 6
    Анна Мартовицкая. Архитектурный путеводитель Норвегия 2000-2020. М., 2019
    Предоставлено DOM publishers
  • zooming
    2 / 6
    Анна Мартовицкая. Архитектурный путеводитель Норвегия 2000-2020. М., 2019
    Предоставлено DOM publishers
  • zooming
    3 / 6
    Анна Мартовицкая. Архитектурный путеводитель Норвегия 2000-2020. М., 2019
    Предоставлено DOM publishers
  • zooming
    4 / 6
    Анна Мартовицкая. Архитектурный путеводитель Норвегия 2000-2020. М., 2019
    Предоставлено DOM publishers
  • zooming
    5 / 6
    Анна Мартовицкая. Архитектурный путеводитель Норвегия 2000-2020. М., 2019
    Предоставлено DOM publishers
  • zooming
    6 / 6
    Анна Мартовицкая. Архитектурный путеводитель Норвегия 2000-2020. М., 2019
    Предоставлено DOM publishers

Те же принципы – создание максимально экологичных по своей «начинке» и сомасштабных человеку по габаритам построек – положены в основу преобразования и других промышленных территорий в пределах Осло. Например, бывшая фабричная территория Vulkan, где когда-то располагалось литейное производство, превращена в многофункциональный бурлящий жизнью квартал, в застройке которого аутентичные промышленные постройки органично соседствуют с произведениями современной архитектуры. Кстати, именно здесь реализован первый проект национальной программы FutureBuilt (штаб-квартира организации Bellona, арх. LPO Arkitekter), в рамках которой в столице Норвегии и ее ближайших пригородах строятся 50 зданий с низким энергопотреблением и нулевым уровнем выбросов. Спустя десять лет после запуска FutureBuilt насчитывает уже десятки реализаций и как программа, в рамках которой в проектировании и строительстве объектов самого разного назначения системно применяются инновационные технологии и материалы, стала не менее важной вехой в развитии национальной архитектуры, чем уже упоминавшийся «Город у фьорда». Говоря о преобразовании промышленных территорий Осло, нельзя не упомянуть и район Nydalen: там, где еще десять лет назад преобладали наполовину опустевшие производства, сегодня создан потрясающий по своей энергетике жилой и офисный квартал, в облике которого старинные кирпичные строения органично соседствуют с современными постройками из бетона, стекла и дерева, а благоустроенные набережные реки получили продолжение в виде скверов и парков. «Между зеленью и водой» – так нередко характеризуют застройку Осло, и в своем современном воплощении город действительно стремится сделать этот баланс основой развития как старых, так и новых районов.

Вслед за Осло эстафету переосмысления бывших промышленных и портовых зон подхватили практически все города Норвегии, будь то крупные Ставангер и Берген или более мелкие, такие как Ларвик, Порсгрунн, Кристиансанн, Мандал и многие другие. Традиционно жившие рыболовством и судоперевозками, эти города сегодня используют пространства верфей и доков для реализации знаковых проектов – как правило, общественно-культурного назначения, – которые делают более разнообразной жизнь местного комьюнити, создают на карте Норвегии новые точки притяжения и в долгосрочной перспективе служат катализатором дальнейших позитивных преобразований прилегающих территорий.

Чрезвычайно показателен в этом смысле опыт города Драммен, расположенного в 40 км от Осло. Начиная с первой половины XIX века, он был крупным промышленным и портовым центром Норвегии, а также одним из ключевых пунктов экспорта леса. Подобным успехом на индустриальном поприще город обязан в первую очередь своим расположением на реке Драмменсельве, и именно она пострадала от промышленного бума едва ли не больше всех: к середине 1980-х годов уровень ее загрязнения превысил критический, а оба берега были сплошь застроены фабричными и портово-ремонтными комплексами. Этими территориями город был фактически отрезан от своей водной артерии, а удручающее экологическое состояние реки делало изоляцию вдвойне тяжелой и болезненной. Конечно, в одиночку город никогда бы не справился с этой проблемой, но в дело вмешалось Министерство окружающей среды, давшее старт программе регенерации акватории реки. Еще одной важнейшей для города федеральной инициативой стало строительство новой автострады – из центра Драммена были выведены все транзитные шоссе: для их перепрокладки были сооружены подземные тоннели, а также участки окружной дороги. Очищенная река (а сегодня в Драмменсельве можно купаться и ловить рыбу) и освобожденный от потока транзитного транспорта центр стали для города мощнейшими ресурсами дальнейшего развития. На заброшенных территориях бывших фабрик Драммен развернул активное строительство, очень внимательно следуя разработанному мастер-плану, основным принципом которого было сбалансированное развитие этих участков. И вновь: под балансом понимается разумное сочетание не только функций, но и застроенных/свободных пространств. Социальные и коммерческие объекты здесь всегда соседствуют с жильем, а новое строительство – с благоустроенными общественными пространствами самого разного формата (парки, скверы, набережные, площади и пр.). Так, на левом берегу реки, вдоль которого раньше проходила одна из транзитных автомобильных дорог, был разбит Elveparken (частично на насыпных территориях), который стал продолжением главной площади города с ее магазинами, кафе и ратушей. А напротив него, в бывшей главной промзоне города Grønland, развернулось основное строительство: за первые 15 лет нового столетия вдоль правого берега реки выросли малоэтажные жилые кварталы, офисные комплексы, ресторанчики, магазины, кафе. Вместо располагавшихся здесь ранее обширных парковок был построен автовокзал, а пешеходный подземный тоннель соединил новый район с главным железнодорожным вокзалом Драммена. Между собой берега соединил пешеходный мост Ypsilon (2008, арх. Arne Eggen Architects) – белоснежное вантовое сооружение, в плане получившее форму буквы Y, завоевало множество профессиональных наград (например, European Steel Bridges Award) и стало символом обновления Драммена. Эффектный силуэт моста сегодня является едва ли не самым фотографируемым объектом города, а раскинувшийся на правом берегу у его подножья научно-образовательный парк Papirbredden – воплощением успешной трансформации бывшей промзоны (LPO Arkitekter).

Продолжая разговор о глобальных приоритетах развития норвежской архитектуры, нельзя не упомянуть и тот осознанный выбор в пользу экологичных строительных материалов, который у архитекторов страны фьордов давно вошел в привычку. Если объект может быть построен из дерева – можно не сомневаться в том, что это будет сделано. В современной Норвегии из дерева (как натурального, так и термически обработанного) возводят здания любой типологии и площади, от самых камерных, вроде уличных павильонов, до масштабных жилых комплексов, как, например, Waterfront в Ставангере (AART Architects + Kraftværk), причем этот материал может служить как для виртуозной интеграции новой постройки в сложившееся окружение (см., например, жилой комплекс Breiavannet Park в том же Ставангере (Helen & Hard), так и для воплощения самых смелых пластических экспериментов (жилой комплекс Rundeskogen в Саннесе (dRMM Architects, Helen & Hard) или придания общественным пространствам необходимой тактильности и теплоты (см. проект открытого морского бассейна в районе Sørenga, в отделке которого ключевую роль играет материал Kebony – производимая в Норвегии модифицированная древесина, отличающаяся невероятно высокой устойчивостью к воздействию влаги, перепада температур и микроорганизмов). Принципиально важно и то, что, увлеченно исследуя эстетические и конструктивные возможности дерева, норвежские архитекторы продолжают многовековую историю использования этого материала, тем самым создавая удивительный симбиоз традиции и современности.

Фактически 1000-летняя традиция строительства из дерева в Норвегии не прерывалась никогда, равно как и традиция подчеркнуто аккуратного обращения с ландшафтом. Если на участке имеется перепад рельефа, норвежский архитектор обыграет его максимально виртуозно, а если с места строительства открывается красивый вид, постройка, скорее всего, будет полностью подчинена вдохновляющему созерцанию. Подобный тактичный подход к ландшафту регулируется строительными нормами и правилами, а для части территории Норвегии даже стал основным принципом долгосрочного развития. Речь о федеральной программе «Национальные туристические дороги», призванной объединить в логичные по трассировке и протяженности маршруты наиболее известные достопримечательности Норвегии и обеспечить их удобной инфраструктурой. Программа, стартовавшая в 1994 году и рассчитанная до 2029 года, являет собой весьма изобретательный механизм популяризации наследия, в котором местные архитектурно-строительные традиции играют первостепенную роль.

У проекта было две основные сверхзадачи: дать мощный толчок развитию туристической отрасли, тем самым обеспечив даже в самых отдаленных от столицы населенных пунктах достаточное количество рабочих мест, и кардинально улучшить имидж Норвегии на общемировой арене, подчеркнуть ее самобытность и привлекательность. В структуре Государственной администрации норвежских дорог (Statens vegvesen) был выделен одноименный департамент, который и занялся разработкой маршрутов, – естественно, при помощи архитекторов, инженеров, ландшафтных дизайнеров, географов и специалистов в области туризма. Всего были составлены 18 маршрутов общей протяженностью 2151 км. В 2005-м Парламент Норвегии принял программу к реализации, придав ей статус национальной. Полностью «Национальные туристические маршруты» должны открыться в 2029 году, хотя уже сегодня большинство из них функционирует.

Основной статьей расхода в рамках программы стало развитие дорожной сети, благодаря которой, собственно, в стране и возникла альтернатива крупнейшим транспортным артериям, а многие мелкие поселения, особенно расположенные на изрезанной береговой линии Норвегии, наконец-то обрели удобную связь друг с другом и с центром. Не менее важным аспектом доступности того или иного маршрута стала его благоустроенность: найдя, ради чего людям стоит поехать в отдаленный уголок Норвегии, и обеспечив им беспрепятственный путь туда, программа столь же тщательно продумала инфраструктуру каждого объекта. Удобные автостоянки, смотровые площадки и места отдыха, туалеты, мусорные баки и информационные стенды – вот обязательный минимум для любого из них, в ряде случае дополненный кафе и мини-отелями. И здесь на первый план вышла архитектура: осознав предстоящий объем строительства, инициаторы программы решили обернуть это в свою пользу. Именно архитектура, равно как современное искусство, были названы такими же приоритетами развития «Национальных туристических дорог», как и сохранение природных и исторических достопримечательностей, а один из девизов программы был сформулирован как «Дизайн своего времени». Краеугольным же камнем проекта стало положение о том, что все вновь возводимые элементы должны быть постройками самого высокого качества и при этом не доминировать над ландшафтом, а органично дополнять его.

Всего в рамках «Национальных туристических дорог» должно быть реализовано 250 объектов. 150 из них уже построены, и в немалой степени именно они сегодня формируют имидж Норвегии как передовой архитектурной державы. В программе отметились такие международные и национальные звезды, как Петер Цумтор (Мемориал в Вардё, 2011), Snøhetta (смотровая площадка Эггум на одном из островов архипелага Лофотен, 2007), бюро Jarmund/Vigsnæs (общественный центр на Лофотенских островах, 2006 и смотровая площадка на водопаде Steinsdalsfossen, 2014) и 70°N arkitektur (смотровые площадки и места отдыха на Лофотенских островах, 2004-2006). Конечно, наиболее известной постройкой среди всех перечисленных является мемориал, созданный Петером Цумтором совместно со скульптором Луиз Буржуа. И если для Буржуа ключевой темой инсталляции стала история (в XVII веке в Вардё по обвинению в колдовстве к сожжению на костре был приговорен 91 человек), то Цумтор черпал вдохновение исключительно в пейзаже и традиции: основой конструкции стали деревянные рамы для вяления трески, на которые натянута парусиновая оболочка. В ней архитектор проделал 91 окно (по числу жертв), в каждом из которых горит лампочка, – точно такие же лампочки в своих окнах до сих пор зажигают местные жители: даже в условиях полярного дня они сигнализируют о том, что рабочий день окончен и обитатели вернулись домой. В 2016 году Цумтор завершил реализацию своего второго проекта в рамках «Национальных туристических дорог»: в ущелье Аллманнаювет, на месте бывших шахт по добыче цинка, швейцарский архитектор построил музей, в облике и конструкции которого местные материалы и ландшафт также стали определяющими.

Существующая постройка, хоть и несколько иной эпохи, стала отправной точкой и для бюро Snøhetta: немецкие укрепления времен Второй мировой войны в горном массиве Эггум архитекторы превратили в место отдыха с киоском и туалетом. Лаконичный деревянный объем словно выдвинут из каменного амфитеатра, причем выполненные из габионов брутальные стены последнего служат объединяющим мотивом для всего участка, включая оформление стоянки для автомобилей и смотровой площадки. Jarmund/Vigsnæs и 70°N arkitektur, наоборот, имели дело с незастроенными ландшафтами и свою интервенцию в них осуществили с помощью деревянных конструкций: первые выстроили павильон для велосипедистов по образу и подобию хижин для рыбаков, вторые создали лаконичную платформу, защищающую посетителей от ветра и создающую комфортные условия для наблюдения за птицами, которая своими внешними очертаниями и ступенчатой структурой вторит холмистому пейзажу.

Важно, что именно «Национальные туристические дороги» стали билетом в жизнь для многих молодых архитектурных бюро страны: Jensen&Skodvin, Reiulf Ramstad Architects, 3RW, Saunders & Wilhelmsen – вот лишь некоторые из тех, чья карьера пошла в гору именно после реализации одного или нескольких проектов, так или иначе воспевающих красоту национальных ландшафтов. В этом смысле нельзя не вспомнить смотровую площадку Стегастейн на маршруте Аурландсфьеллет, принесшую мировую славу архитектору Тому Сандерсу: место, предназначенное для изучения захватывающих дух видов на фьорд и горы, представляет собой вынесенную над обрывом деревянную консоль, угол которой скруглен, так что от пропасти наблюдателей отделяет лишь едва заметный бортик из прозрачного стекла. Не менее яркий пример – смотровая площадка на «Лестнице троллей», спроектированная Реульфом Рамстадом. Парящая над крутым скалистым сводом платформа, покрытые ржавчиной бортики которой чередуются с полностью прозрачными вставками, несколько лет назад обошла все архитектурные СМИ как пример дизайна инновационного и одновременно идеально оттеняющего суровые и величественные пейзажи норвежских фьордов. Множества наград и похвал Рамстад заслужил и за информационный центр на этом же маршруте: вытянутые треугольные объемы из необработанного бетона с озелененными кровлями очаровывают сочетанием конструктивной смелости и визуальной скромности. Используя исключительно современные материалы и формы, архитектор безошибочно считывает дизайн-код окружающей местности. Столь же смелым и при этом точным попаданием в контекст можно считать и его туристический маршрут на пляже Сельвика (2013): сооружение из грубого бетона представляет собой длинный и извилистый пандус с довольно высокими бортиками, плавно спускающийся от шоссе к берегу моря. Там, где можно было бы проложить короткие мостки, архитектор отдает предпочтение сложной спиралевидной структуре, считая, что она лучше настраивает путешественника на созерцание пейзажа. Бортики позволяют путникам в любом месте сделать паузу, кроме того, в их «складках» с легкостью нашлось место для зоны пикника, парковок, туалетов и прочего. И важно, что, несмотря на довольно внушительные габариты, постройка идеально вписана в ландшафт: изгибы дорожек повторяют структуру пролегающего неподалеку шоссе, а ее пластика и подчеркнуто шершавая текстура поверхности напоминают мегалиты.

Нужно сказать, что практически каждый архитектор, участвовавший в программе «Национальные туристические дороги», построил для нее несколько объектов. Это связано с тем, что программа не проводит конкурсы на каждую из площадок, а в режиме преквалификации выбирает именно проектировщиков, с которыми хочет работать. Так, например, Ларс Берге в 2010 году создал на горном маршруте Флотане туалетные кабинки из бетона и дерева – наклонные, лаконичные, они и сами похожи на валуны, которых в этих местах хватает; в 2011-м – построил на маршруте Ведахаугане извилистую пешеходную дорожку, на всем протяжении которой сделана столь же прихотливо извивающаяся деревянная скамья, а в 2013-м реконструировал там же бывшую лесопилку, превратив ее в арт-центр и музей.

Карл-Вигго Хольмебакк и вовсе сотрудничает с проектом с момента его старта. В 1997 году именно он создал смотровую площадку Nedre Oscarshaug, в структуру которой была интегрирована первая арт-инсталляция – двухстворчатая стеклянная карта, помогающая идентифицировать окрестные горы и одновременно защищающая от ветра. В 2006-м он придумал для маршрута Рондане систему из спиралевидных дорожек и видовых площадок, которая в прямо смысле парит меж вековых сосен (причем в ходе строительства было срублено всего одно дерево, что кажется подлинным чудом с учетом масштаба созданного аттракциона). В 2008-м Хольмебакк еще раз применил этот ход – в соседнем Стрембю спроектировал еще одну сложносочиненную видовую площадку в виде спиралей, только на этот раз в бетонных бортиках еще и вырезаны сидения и столики, а в 2010-м построил зал ожидания на пристани парома, накрыв традиционный прямоугольный объем футуристичной кровлей из фиброгласа, которая вечером работает как маяк. Сейчас архитектор задействован в программе реновации территории вокруг Vøringsfossen – одного из самых известных водопадов Норвегии, где к 2020 году будет создана целая сеть видовых площадок, дорожек, мест отдыха и мини-гостиниц.

Каждые 5-8 лет состав «архитектурной сборной», работающей в рамках программы, полностью обновляется, причем у известных архитекторов при отборе нет никаких преимуществ: если они и побеждают, то благодаря идеям и предложениям, а не имени. Важно и то, что, выступая заказчиком архитектурных объектов, программа «Национальные туристические дороги» не выдвигает никаких обязательных требований к строительным материалам. И все же палитра реализованных построек обращает на себя внимание известным единообразием: дерево (причем преимущественно местная лиственница), необработанный бетон, натуральный камень, стекло, кортен. Там, где это возможно, архитекторы включали в состав проектируемых комплексов уже имевшиеся на участке сооружения (например, остов старого каменного дома в Нессебю, во время войны использовавшегося как склад амуниции, стал частью более масштабной композиции, служащей местом отдыха и медитации, – арх. Margrete B. Friis, 2006; или два деревянных сарая в Sognefjellshytta, которые соединены новым деревянным объемом – арх. Jensen & Skodvin Arkitektkontor, 2014). Также они старались привлекать местные производства: сварных стальных пластин, как в конструкциях «боксов» для наблюдения за птицами, установленных в долине реки Snefjord – арх. PUSHAK arkitekter, 2005; деревообрабатывающие – для создания конструкций и покрытия пешеходных мостов Tungeneset и Bergsbotn на острове Сенья – арх. Code Arkitektur, 2008 и 2010. Столь внимательное отношение к контексту понятно, ведь в данном случае именно он является смыслообразующим элементом каждого проекта, подталкивающим архитекторов не столько к самовыражению, сколько к сотворчеству и поиску скрытых качеств того или иного места. Урок Норвегии в том, что подобная работа может вестись централизованно, в масштабах всей страны, способствуя развитию одновременно и национальной экономики, и местной архитектуры, и международного имиджа.

0

26 Декабря 2019

author pht

Автор текста:

Анна Мартовицкая
comments powered by HyperComments

Технологии и материалы

Паттерн золотой волны
Потолочные детали и настенные панно, выполненные из алюминия Sevalcon, превращаются в орнамент и оттеняют вереницу национальных узоров в интерьерах Центра художественной гимнастики, формируя переклички с основной иконической формой фасада здания.
Condair – партнёр архитекторов
Награждать архитекторов деловыми профессиональными поездками мы решили на постоянной основе. Это даст возможность архитекторам совершенствоваться, получать новые знания и посмотреть на мир с позиции людей, создающих качественный воздух в архитектурных пространствах.
Life Challenge 2020: проекты российских архитекторов борются...
Стартовал международный конкурс Baumit на лучшие европейские фасады Life Challenge 2020, в котором принимают участие более 300 работ из 25 стран. Раз в два года профессиональное жюри выбирает самый яркий и неповторимый проект. В этом году за престижную премию будут бороться российские архитекторы. С февраля по апрель также проходит открытое голосование за лучшее оформление здания.
ArchYouth-2020: объявлены победители III сезона
Каждый из победителей детально разобрался в тонкостях остекления своего проекта, правильно рассчитал формулы стеклопакетов, подобрал стёкла и профильные системы.
Английский кирпич в московских Кадашах
Кирпич IBSTOCK Bristol Brown A0628A, привезенный компанией «Кирилл» прямо из Великобритании для фасадов ЖК «Монополист» в Кадашах, стал для комплекса, нового, но вписанного в контекст и расположенного рядом с известнейшим шедевром конца XVII века, основой для сдержанно-историчной и в то же время современной образности.
Измеряй и фиксируй
Лазерный сканер Leica BLK360 – самый компактный из существующих, но в то же время достаточно мощный: за короткое время с его помощью можно провести высокоточные обмеры и создать 3D-модель объекта. Как прибор, который легко помещается в рюкзак или сумку, ускоряет процесс проектирования, снижает риски и помогает экономить – в нашем материале.

Сейчас на главной

Зеркальная иллюзия на работе
Атриум офисного здания в центре Сеула превращен архитекторами OBBA в визуальный аттракцион, чтобы спасти сотрудников от рутины. При этом эффективность использования площадей достигает максимума, разрешенного СНиПами.
Город у большой воды
Концепция масштабной застройки на краю Воронежа, над водой водохранилища-«моря», использует прибрежный перепад высот для организации сложносоставного общественного пространства и уделяет много внимания силуэту и распределению масс, определяющих вид на будущий комплекс с другого берега реки.
Пол Флауэрс: «Инвестиции в архитекторов – это инвестиции...
Поговорили с вице-президентом по дизайну корпорации LIXIL, в состав которой с 2014 года входит GROHE, о новой премии WAF Water Research Prize, о микро- и макротрендах и о том, почему архитекторы и производители вместе смогут сделать для этого мира больше, чем по отдельности.
Паломничество в страну ар-деко
В ЖК «Маленькая Франция» на 20-й линии Васильевского острова Степан Липгарт собеседует с автором Нового Эрмитажа, мастерами Серебряного века и советского ар-деко на интересные профессиональные темы: дом с курдонером в историческом Петербурге, баланс стены и витража в архитектонике фасада. Перед вами результаты этой виртуальной беседы.
Дом в порту
Жилой комплекс на Двинской улице – первый случай современной архитектуры на Гутуевском острове. Бюро «А.Лен» подробно исследует контекст и создает ориентир для дальнейших преобразований района.
Дюжина видео-каналов в спину карантинному времени
Все вокруг советуют, как провести период изоляции с пользой. Мы собрали для вас YouTube-каналы, которые помогут не только скоротать время, но и узнать что-то новое, полезное – 12 об архитектуре, и еще несколько просто интересных. И БГ, если кто не видел.
Вместо плаца – парк
Архитекторы ChartierDalix приспособили исторические казармы Лурсин для юридического факультета университета Париж I: главную роль там играет созданный на месте плаца парк.
Взлетная полоса
Проект-победитель конкурса Малых городов для Гатчины: линейный парк в большом микрорайоне и возвращение памяти о первом военном аэродроме России.
Градсовет удалённо / 25.03.2020
Градсовет впервые за историю своего существования работал дистанционно: обсуждали «готичный» бизнес-центр и эскиз жилого комплекса на севере города. Мы попытались подготовить удаленный же репортаж и заодно расспросить петербургских архитекторов о работе он-лайн.
Жилье с поддержкой
Комплекс MLK1101 в Лос-Анджелесе по проекту Lorcan O’Herlihy Architects – это жилье для бездомных ветеранов вооруженных сил, «хронических» бездомных и семей без места жительства.
Баланс уплотнения
Мастерская Анатолия Столярчука проектирует дом, который вынужденно доминирует над окружающей застройкой, но стремится привести сложившуюся среду к гармонии и развитию.
Сечение «Армады»
Клубный дом в историческом центре Екатеринбурга превращает разновысотность в основу образа: скос его силуэта созвучен скатным кровлям старых зданий, но он же становится ярким и современным пластическим акцентом.
Умер Майкл Соркин
Скончался американский архитектор, урбанист и публицист Майкл Соркин – второй, после Витторио Греготти, крупный архитектурный деятель, ставший жертвой коронавируса.
Александра Черткова: «Для нас принципиально важно...
В преддверии выставки «Город: детали», которая должна была открыться сегодня на ВДНХ, а теперь перенеслась на неопределенный срок, архитектор и партнер бюро «Дружба» Александра Черткова рассказала об основных принципах создания комфортного пространства для детей, ключевых трендах в проектировании детских площадок, а также о том, как москвичи принимают участие в городском развитии.
Очевидные неочевидности на улицах Нью-Йорка
Публикуем 7 главок из новой книги Strelka Press «Код города. 100 наблюдений, которые помогут понять город» Анне Миколайт и Морица Пюркхауэра – собрания замеченных авторами закономерностей, которые пригодятся при проектировании городской среды.
Каменная мозаика
Универмаг Galleria по проекту бюро OMA в южнокорейском Квангё получил «мозаичный» фасад из 12 000 гранитных и 2500 стеклянных треугольников.
Салют Кикоину!
Проект-победитель конкурса Малых городов для Новоуральска прославляет знаменитого физика, а также превращает бульвар на окраине в одно из главных общественных пространств.
WAF: «Оскар», но архитектурный
Говорим с авторами трех проектов, собравших награды WAF: редевелопента Бадаевского завода – Herzog & de Meuron, ЖК «Комфорт Таун» – Архиматика, и Парка будущих поколений в Якутске – ATRIUM.
Лестница без конца
Берлинское бюро Barkow Leibinger создало декорации для постановки оперы «Фиделио» Людвига ван Бетховена в венском Театре ан дер Вин. Режиссер – Кристоф Вальц, дважды лауреат «Оскара» за роли в фильмах Квентина Тарантино.
Пресса: Выживет ли урбанистика в России
Урбанистика сегодня в России — синоним воровства. Если человек посадил дерево или построил дом, то понятно зачем. Чтобы стибрить, вот зачем. Отсюда вопрос об урбанизме в России будущего — по крайней мере, если мы исходим из надежды, что дальше должно быть как-то лучше,— решается однозначно: его не будет <...>
Мрамор среди домн
Библиотека Люксембургского университета на территории бывшего сталелитейного завода – это перестроенное мастерской Valentiny Hvp Architects хранилище для руды.
Ключевое слово: «телеработа»
Архитекторы, профильные СМИ и вузы по всему миру реагируют на ситуацию пандемии, пытаясь обезопасить сотрудников и студентов, сохранив учебный и рабочий процесс. Говорим с руководителями нескольких московских бюро об их планах удаленной работы, а также рассказываем, как реагируют на эпидемию архитекторы мира.
Дискуссия о Дворце пионеров
Публикуем концепцию комплексного обновления московского Дворца Пионеров Феликса Новикова и Ильи Заливухина, и рассказываем о его обсуждении в Большом зале Москомархитектуры 4 марта.
«Дом бездомных»
Католический приют для социально незащищенных людей в деревне на юго-востоке Польши построен по проекту бюро xystudio с бережным отношением к окружающей среде.
Драгоценное пространство
Evotion design и T+T architects сообщили о завершении интерьера штаб-квартиры Сбербанка на Кутузовском проспекте. В центре атриума здесь парит переговорная-«Диамант», и все похоже на шкатулку с драгоценностями, в том числе высокотехнологичными.
Берег Дона
Проект из числа победителей конкурса Малых городов посвящен благоустройству берега реки Дон в промышленой части городка Данков, небольшого, но экономически успешного.
Реконструкция с чувством
Перед стартом курса МАРШ Re(New), слушатели которого будут работать со зданиями Хлопкопрядильной фабрики, куратор Дарья Минеева рассуждает о смысле и путях реконструкции.
Живописное жилье
В новом нью-йоркском комплексе Denizen Bushwick – 900 квартир, из которых 20% доступных, а высокую плотность смягчает монументальное искусство, озеленение и разнообразная инфраструктура. Авторы проекта – бюро ODA.
Верста на соляных берегах
Пешеходный маршрут с уклоном в туризм и исторические реконструкции, но не без спорта: проект-победитель конкурса Малых городов для Соликамска.
Большая маленькая победа
В небольшой по масштабу школе в Домодедове бюро ASADOV_ мастерски справилось с ограничениями в виде скромного бюджета и жестких лимитов площади, спроектировав светлые классы, гуманные рекреации и даже многосветный атриум с амфитеатром, ставший центром школьной жизни.
Чандигарх: фрагменты модернистской утопии
Публикуем фотографии и эссе Роберто Конте об архитектуре Чандигарха – от прославленного Капитолия Ле Корбюзье до менее известных жилых домов, кинотеатров, вузовских корпусов авторства его соратников и последователей.
Здание как Интернет
В культурно-общественном центре Forum Groningen по проекту NL Architects на севере Нидерландов можно бродить и находить информацию по всем областям знаний так же свободно, как во Всемирной сети.
Высокая горка
Начинаем публикацию проектов, победивших в конкурсе «Исторические поселения и малые города». Первый присланный – проект для Новохопёрска. Он соединяет две части города, вписан в пешеходные маршруты и эффектно использует ландшафтные красоты.
АБ Крупный план: «Важно, чтобы форма не была случайной,...
Беседа с Сергеем Никешкиным и Андреем Михайловым, партнерами-сооснователями архитектурно-инжиниринговой компании «Крупный план» – о ее структуре и истории развития, принципах, поиске формы и понятии современности.
Коворкинг под вуалью
Бюро Cano Lasso Arquitectos дало фасаду лондонского коворкинга полимерную «вуаль», а интерьер превратило в фантастический ландшафт – в соответствии с идеями заказчика, борющейся со скукой арендаторов компании Second Home.