English version

Евгений Герасимов: «В каждом участке заложена потребность к переменам, нужно слушать шепот места»

На Крестовском острове закончено строительство дома «Верона» мастерской Евгения Герасимова. Говорим с архитектором о том, почему ему нравится строить здания в исторических стилях и как удается делать это столь качественно.

author pht

Беседовала:
Алёна Кузнецова

11 Сентября 2018
mainImg
Архитектор:
Евгений Герасимов
Проект:
Жилой дом «Верона»
Россия, Санкт-Петербург, Морской проспект, д. 29, литера А

Авторский коллектив:

Руководитель: Е.Л. Герасимов
Главный архитектор проекта: О.В. Каверин
Архитекторы: А.С. Орлов, М.П. Борисюк, Д.А. Зайцев
Главный конструктор: М.Я. Резниченко
Конструкторы: Д.О. Григорьев, Д.А. Астапчик, В.Ю. Антонов, А.С. Денисов
Генплан: Е.Н. Кузнецова, А.С. Титова, И.А. Харинская
 

2014 — 2014 / 2018

Заказчик - ОАО «Строительная корпорация Возрождение Санкт-Петербурга»
Инженерные разделы – ООО «Эдванс»​
Архи.ру:
Когда мы пару лет назад анализировали проект дома «Верона», то обнаружили множество аллюзий: палладианский большой ордер в сочетании с присущими историзму каннелюрами, петербургский полосатый руст, характерную для северного модерна лоджию входа пониженных пропорций, «муссолиниевский» подход к сочетанию кирпича и белого камня на боковых фасадах… Что для вас было первичным и как строился образ дома-палаццо, которое, по-видимому, по условиям заказа должно было быть похожим-непохожим на соседнюю «Венецию»?

Евгений Герасимов:
Для заказчика было важно продолжить успешную с коммерческой точки зрения историю дома «Венеция». Что такое Венеция? По выражению Бродского, «огромные резные сундуки, поставленные вдоль канала». Именно это получилось и у нас. Соотношение ширины и высоты здания – два к одному. С отражением оно становится квадратным – абсолютно венецианский прием. От гостиницы «Спортивная», на месте которой построен дом, сохранилась лестница-спуск к воде, из воды столбы торчат, можно гондолы привязывать.
Жилой дом «Венеция» © «Евгений Герасимов и партнеры»
Жилой комплекс «Верона» © «Евгений Герасимов и партнеры»

Первое – при проектировании дома «Верона» мы учли стилистические предпочтения заказчика: «историзма» в широком понимании. Второе – «оттолкнулись» от участка. Трапециевидная форма навела нас на мысли о барочной архитектуре. Явственно вырисовывался главный фасад, выходящий на Морской проспект, и второстепенные со стороны Прожекторной улицы и парковых пространств по соседству. Отсюда пришла идея сделать подобие итальянского дома. Вспомнились римские церкви, Сан-Джорджо-Маджоре, дома на Виа дель Корсо, у которых главный фасад сделан из камня, а боковые и задние – из кирпича. Обычная для того времени практика. Материалы для обоих домов у нас также используются местные, произведенные в Ленинградской области: клинкерный кирпич делает ЛСР, в «Венеции» использовался юрский мрамор, а на «Вероне» – гатчинский известняк.
Жилой комплекс «Верона» © «Евгений Герасимов и партнеры»
Жилой комплекс «Верона» © «Евгений Герасимов и партнеры»

Как бы вы определили стилевое направление «Венеции» и «Вероны»: палладианство, историзм, венецианизм?

Я бы не сужал до палладианства, не называл бы это строго нео-неоклассикой. Это историзм. Размышления на тему традиционной ордерной архитектуры. Этот процесс мы видим на протяжении истории. Начинал Палладио, продолжил Кваренги, который, как известно, в шутку подписывался «тень Палладио». Иван Фомин – разве не неоклассика? Классика – это Греция и Рим, Палладио тогда – неоклассика, Кваренги – нео-неоклассика, а Иван Фомин – понятно. Сталинская архитектура – уже четвертое и пятое переосмысление, если разделить ее на довоенную 1930-х годов и послевоенную 1950-х. Почему бы не вернуться к этому процессу и в начале XXI века? Как говорил Александр Блок, «искусства не нового не бывает».
Жилой комплекс «Верона» © «Евгений Герасимов и партнеры»

Есть архитекторы, продвигающие классику как единственный принцип, такие как Михаил Филиппов, Максим Атаянц, Михаил Белов… Есть те, кто не может или не хочет работать в классике принципиально. И очень редки те, кто делает «крепкий», фактурный как минимум, историзм, и способен в равной степени работать с модернизмом. Как это вам удается? 

Профессиональный архитектор должен уметь все. Интересно ли ему – второй вопрос. Говорить об историзме – не значит уметь делать. Знать ноты недостаточно, чтобы быть композитором, рисовать пестумы Пиранези – не значит уметь проектировать здания. Я сторонник лозунга «слова ничего не значат, важен результат». Для меня нет табу. В наш век плюрализма, слава Богу, никто никому ничего не должен, и архитектура – тоже. И искусство никому ничего не должно, оно самодостаточно. Хороший историзм – лучше, чем неумелый модернизм. И наоборот. Я за качество.
Гостиница на площади Островского, 2008 © «Евгений Герасимов и партнеры»

Воспринимаете ли вы свои историзованные и модернистские проекты наравне? С какими удобнее, а с какими интереснее работать?

Мне интересно искать и на этой поляне, и на той. Мне тесно, душно в рамках одной парадигмы, не понимаю, почему я должен сужать поле своих творческих интересов. Это можно назвать беспринципностью, а можно перефразировать Оскара Уайльда: «у меня один принцип – отсутствие принципов». Как в еде: невозможно есть одно блюдо всю жизнь, даже если оно любимое. Есть блестящие архитекторы, как Ричард Майер, например, которые делают что-то одно, в данном случае – архитектуру из белых квадратиков. Но мне было бы скучно, я бы умер от тоски, если бы мне сказали, что я всю жизнь буду рисовать только пилястры. Мне этого мало, мне скучно.

Историзм для меня – одно из направлений современный архитектуры, у которого есть свой сегмент рынка. Нашей мастерской это тоже интересно – переосмыслить традиционные приемы в новых материалах и технологиях, порисовать, поразмышлять. К тому же, нам всем кажется красивым то, что мы привыкли считать таковым. Если спросить сто человек, что им нравится больше: неоклассика Ивана Фомина или Огюст Перре или же конструктивистский дом – ответ будет вполне прогнозируемый. Леон Крие по этому поводу задался вопросом: в каких домах живут звездные архитекторы вроде Нормана Фостера и Жана Нувеля? Девять из десяти живут в домах, построенных в XVIII и XIX веке. И нам – компании, и мне как архитектору интересны поиски и в модернистской, и в традиционной архитектуре, опирающейся на человеческий масштаб и каноны, найденные нашими предками.
Жилой дом в Ковенском переулке © «Евгений Герасимов и партнеры»

Как продолжение предыдущего вопроса – возможно, дом в Ковенском переулке и есть идеальное решение сдержанной контекстуальности и современного стекла?

На этом участке есть нетленный памятник – костел Лурдской Божией Матери, спроектированный Леонтием Бенуа и Марианом Перетятковичем. Соревноваться с ними нам казалось неправильным. Бриллиант в этом месте уже был, мы сделали спокойную и достойную оправу: убедили заказчика снизить высоту, отступить от красной линии и сделать пьяцетту – изюминку проекта. В результате открылся западный фасад костела, через окна в центральный неф полился солнечный свет, заиграли витражи – раньше этого не было. Жилая часть, которая выходит на красную линию, сделана в петербургском ритме: простенок равен ширине окна. Заглубленную часть трактовали как петербургский брандмауэр: она повыше, более плоская, окна чуть более хаотичные и нет такой детализации.
Жилой дом в Ковенском переулке © «Евгений Герасимов и партнеры»

Как вы относитесь к понятию «стилизация»? Ведь стилизовать можно и модернистские приемы.

Почти все, что после Древней Греции и Рима – стилизация. Вопрос в том, умелая она или нет. Мы видим стилизации готики, романики... Или то, что Матвей Казаков делал в Москве. Открыть любой современный журнал – разве там не стилизации, есть ли что-то новое по отношению к 1930-м годам, или находкам модернистов 1960-1970-х годов? Вся современная архитектура сводится к одному десятку приемов. Студенты от Финляндии до Португалии рисуют одинаково.
Жилой дом в Ковенском переулке © «Евгений Герасимов и партнеры»

В нынешних стилизациях нет-нет да и прорывается этакая нота сталинской архитектуры. Как вы к ней относитесь – гоните, да никак не выгоните; считаете, что прогнали; или напротив, принимаете как историческую данность?

Нормально к этому отношусь. Для сталинской архитектуры характерна одинаковая высота этажей. В классицизме перед первой мировой войной, в ампире Росси и Кваренги первый этаж – служебный, второй – более парадный, с залами и барскими квартирами. Далее высота этажа падала, в мансардах жили студенты и разночинцы. Потом со стандартизацией членов общества произошла стандартизация этажей. Они обычно одинаковые со второго до предпоследнего: раньше мансарды были для Раскольниковых, сегодня это пентхаусы. Эта типология роднит сегодняшнюю архитектуру со сталинской.
Жилой дом «Победы, 5», 2014
© «Евгений Герасимов и партнеры»

Сталинская архитектура, хотим мы того или нет – один из наших взлетов. Когда мы от этого отвернулись, великие архитекторы модернизма, мягко говоря, удивились: вы русские странные, у вас такие достижения, а вы от них одномоментно отказываетесь. Или те же herzog & de meuron, которые говорят: ваша сталинская архитектура – это шик! Пик архитектуры, до которого еще идти и идти!

Она прошла проверку временем. Прогрессивную, казалось бы, архитектуру 1960-1970-х годов мы презрительно называем «хрущевки», «стекляшки» – она не прошли проверку временем. А сталинская не раздражает, это уже очень много – не раздражать своим видом.
Клубный дом Art View House на набережной Мойки
Фотография © Андрей Белимов-Гущин / Евгений Герасимов и партнеры

Почти закончен ваш проект «Русского дома», из той же серии историзма. Что в нем вы считаете удачей, а что, на ваш взгляд, не очень получилось?

Задача была – на большом участке сделать большой комплекс. Он восходит в своей типологии к петербургскому доходному дому: как на Моховой 27-29, Каменноостровском 26-28 или как Толстовский дом на улице Рубинштейна. Получился один открытый курдонер и два приватных двора, откуда жильцы попадают в квартиры – традиционнейший петербургский прием.
Жилой комплекс «Русский дом». Проект, 2013 © «Евгений Герасимов и партнеры»

Дом насквозь симметричен, у него россиевское построение – есть главная ось, а каждый элемент и подэлемент имеют свои оси, по принципу здания Сената и Синода. Плоть от плоти Петербурга.

Фасады – попытка переосмыслить допетровскую архитектуру, так называемую à la russe, как на Петроградской стороне, на Староневском проспекте, как церковь в честь 300-летия Романовых на Полтавской или Федоровский городок в Царском селе.

Переосмысление допетровской архитектуры в Петербурге было всегда, мы возвращаемся к традиции, которая по понятным причинам была прервана на сто лет. Это даже провокативно, рискованно: здесь ведь легко впасть в китч. Но мы надеемся, что удержались на грани хорошего тона.
Жилой комплекс «Русский дом». Проект, 2013 © «Евгений Герасимов и партнеры»

Когда я прохожу мимо, вижу неподдельный интерес: люди на фоне здания фотографируются, изучают фасад, пытаются понять, из чего он сделан. Человек кожей чувствует, его не заставишь фотографироваться на фоне черного квадрата, даже если десять критиков объяснят, как это круто. А здесь люди без разговоров и убеждений сами идут. Значит, что-то в этом есть.

Предполагаете ли развивать историческую тему – у Вас в портфолио уже и историзм ренессансного плана, и неорусский стиль, и северный модерн, и «сталинский» дом на улице Победы – хочется ли отдать предпочтение какому-то направлению?

Нет заданного – «надо развивать». Мы всегда идем от участка. И от сиюминутного внутреннего ощущения, интуиции. Долго ходим, смотрим, пытаемся представить, что будет уместно, что правильно для заказчика, что увлечет и нас. В каждом участке заложена латентная потребность к переменам, нужно слушать шепот места.
 

Поставщики, технологии

Компания «Ладный Дом Компани»
Архитектор:
Евгений Герасимов
Проект:
Жилой дом «Верона»
Россия, Санкт-Петербург, Морской проспект, д. 29, литера А

Авторский коллектив:

Руководитель: Е.Л. Герасимов
Главный архитектор проекта: О.В. Каверин
Архитекторы: А.С. Орлов, М.П. Борисюк, Д.А. Зайцев
Главный конструктор: М.Я. Резниченко
Конструкторы: Д.О. Григорьев, Д.А. Астапчик, В.Ю. Антонов, А.С. Денисов
Генплан: Е.Н. Кузнецова, А.С. Титова, И.А. Харинская
 

2014 — 2014 / 2018

Заказчик - ОАО «Строительная корпорация Возрождение Санкт-Петербурга»
Инженерные разделы – ООО «Эдванс»​

11 Сентября 2018

author pht

Беседовала:

Алёна Кузнецова
comments powered by HyperComments
Технологии и материалы
Пленение плетением
Самое известное применение перфорированной кирпичной стены, сквозь которую проникает солнечный свет, принадлежит швейцарскому архитектору Питеру Цумтору. Идею подхватили другие авторы. Новые тенденции в области кирпичной кладки и старые секреты красивых фасадов – в нашем обзоре.
Строительный материал от Адама
Представляем победителей премии в области кирпичной архитектуры Brick Award 20, учрежденной компанией Wienerberger. Ими стали шесть команд архитекторов из Польши, Руанды, Индии, Испании, Нидерландов и Мексики.
Креативный подход: Baumit CreativTop
Моделируемая штукатурка CreativTop – это насыщенные цвета, глубокие рельефные поверхности, интересные сочетания и комбинации текстур и огромные возможности дизайна.
Потолочные решения Knauf Armstrong для медицинских учреждений...
Линейка подвесных потолков серии Bioguard со специальным антибактериальным покрытием препятствует развитию всех видов возбудителей внутрибольничных инфекций и помогает поддерживать здоровый микроклимат для благополучия пациентов и персонала.
Все дело в центре притяжения
На развитие рынка недвижимости, в особенности загородной, все больше стали влиять инфраструктурные факторы. Все чаще центром притяжения загородных кластеров становятся самостоятельные объекты, жизнедеятельность которых не зависит от спроса на загородную недвижимость: натуральные хозяйства, фермы и лесопарковые зоны. Так постепенно пригород миллионников обрастает комплексной инфраструктурой и современными архитектурными решениями.
Модернизируя традиции
Специалисты корпорации HILTI придумали, как совместить несовместимое: кирпичную кладку и навесной вентилируемый фасад. Для этой цели Hilti разработала четыре альтернативных метода создания НВФ с кирпичной кладкой или её имитацией.
FunderMax Compact Academy – новый стандарт обучения
Обучение и образование играют важную роль в жизни любого человека. Постоянное совершенствование личных и профессиональных навыков открывает перед человеком новые возможности и делает его востребованным в современном мире.
Максим Павлов: у нашей несущей системы большие перспективы...
Как «упаковать» вентоборудование, архитектурную подсветку, электрические кабели и многое другое в межфасадное эксплуатируемое пространство, не нарушив архитектуры фасада и уменьшив при этом стоимость здания. Рассказывает Максим Павлов, главный инженер компании «ОртОст-Фасад», ГИП по устройству конструкции внешней облицовки храма Вооруженных сил России.
Сейчас на главной
От пожара до потопа
Награждение одиннадцатого АрхиWOODа прошло в виде конференции zoom, но не менее продуктивно и оживленно, чем всегда. Гран-при получил Сожженный мост, многозначная масленичная затея из Никола-Ленивца, а призы в главной номинации – Тотан Кузембаев за свой собственный дом в деревне Лиды и Денис Дементьев за дом на склоне в деревне Ромашково. Вашему вниманию – репортаж с награждения, которое длилось 4 часа, предоставив возможность высказаться всем заинтересованным профессионалам.
Деревянный рай
Один из кварталов в составе крупного и очень передового по многим параметрам района Асперн в Вене выстроен из дерева – как клееной, так и обычной древесины на бетонном каркасе, причем очень многие элементы конструкции – сборные, предварительно изготовлены на заводе.
Путь к новой орнаментальности
Клубный дом-дворец «Аристократ» у соснового парка перед началом Рублевского шоссе представляет собой новый этап развития московской декоративно-исторической архитектуры: респектабельно украшенной, но тяготеющей к легким светлым тонам и умело использующей романтический флёр майоликовых вставок.
Реновация по-дальневосточному
Конкурсный проект реновации двух центральных кварталов Южно-Сахалинска, 7 и 8, разработанный UNK project, получил звание победителя в номинации «архитектурно-планировочные решения застройки».
Константин Акатов: «Обновленная территория – увлекательное...
Интервью с победителем международного конкурса на мастер-план долины реки Степной Зай в Альметьевске, руководителем проекта, заместителем генерального директора «Обермайер Консульт» Константином Акатовым.
Сергей Труханов: «Главное – найти решение, как реализовать...
Как изменятся наши рабочие пространства? Можно ли подготовить свои офисы к подобным ситуациям в будущем? Что для современных офисов актуально в целом? Как работать с международными компаниями и какую архитектурную типологию нам всем еще только предстоит для себя открыть?
Ближе к людям
Южнокорейский город Чхонджу планирует расчистить почти 3 га в историческом центре от существующих зданий XX века для строительства нового муниципалитета по проекту бюро Snøhetta, который победил в международном конкурсе. Сохраняется только один корпус 1965 года, который будет служить «входным порталом» нового комплекса.
Портфолио поколения Z
Студенты второго курса МАРШ оформили свои портфолио в виде web-страниц, на которых демонстрировали навыки и умения, а архитекторы как работодатели оценили удобство формата и рассказали о своих предпочтениях при выборе кандидатов.
Контакт
В Риме, в Центральном институте графики, открылась выставка Сергея Чобана «Оттиск будущего. Судьба города Пиранези». Она включает четыре гравюры, чьим источником послужили римские ведуты XVIII века, дополненные футуристическими вкраплениями, и много рисунков, исследующих ту же тему, подчас очень экспрессивно. Вопросы выставка ставит, а ответов, как кажется, не дает. Поскольку в Рим сейчас съездить проблематично, рассматриваем картинки.
Новый старый Серпухов: работы студентов Алексея Бавыкина
Бакалавры подошли к теме реконструкции комплексно: рассмотрев центр города в целом, создали проекты отдельных кластеров с разными функциями, призванными оживить историческую среду, на месте двух заброшенных заводов, тесной школы и больницы.
В поисках визуальной ясности
Рассказываем о дискуссии, посвященной непростому для российских просторов вопросу дизайна элементов городского пространства. Обсуждение организовал Институт Генплана Москвы на Арх Москве.
Владимир Плоткин: «Мы старались привить студентам...
Три проекта группы бакалавров МАРХИ Владимира Плоткина, Валерия Грубова и Светланы Трифоненковой: музей антропологии в Мневниках; школа нового типа, разработанная в согласии с принципами современного образования, и «легальный туннель» для мигрантов из Мексики в США.
От театра до музея: дипломы бакалавров группы Владимира...
Четыре проекта бакалавров МАРХИ группы Владимира Плоткина, Валерия Грубова и Светланы Трифоненковой: театральный комплекс, плавающий по Москве-реке, дом на Песчаной улице, музей-остров из кораллов на старой нефтяной платформе в Адриатическом море и кинофестивальный центр с фестивальной улицей и «мостом» к реке.
Пресса: Сергей Чобан — о том, почему петербуржцы не терпят...
15 октября Сергей Чобан открывает в Риме выставку, где покажет несколько «испорченных» им гравюр великого Джованни Баттиста Пиранези. По этому случаю он написал колонку о том, почему наше благоговение перед исторической архитектурой Петербурга пронизано двойной моралью.
Клином красным
Невзирая на неурядицы 2020 года в Гостином дворе открылась Арх Москва. Она состоит из тех же частей в иных пропорциях, и, как всегда, ставит абмициозные задачи: а) увидеть в архитектуре искусство, б) резюмировать последние тридцать лет. А «никакой архитектуры» – в этом, конечно, есть доля шутки.
Выход за пределы
Жилой комплекс для исторической части города от бюро ОСА: многоуровневое дворовое пространство и стремящаяся к абсолюту свобода фасадов.
Кирпичный дом в большом городе
Сознавая весь романтизм и харизматичность кирпичной архитектуры, Степан Липгарт поработал с темой кирпичного дома в Петербурге и решил две теоремы, предложив башни американского ар-деко для более высокого ЖК Alter на Магнитогорской улице и чувственную пластику ар-деко в коктейле с лофтовой эстетикой для дома на Малоохтинском проспекте.
Природа – и храм, и мастерская…
Если классический словарь разных эпох – революционную дорику и палладианский руст – скрестить со скандинавским деревянным домом и модернистским пространством, то получится лесная деревянная классика Артема Никифорова, построившего архитектурный коворкинг под Петербургом.
Лунный город
Бюро BIG, ICON и SEArch+ заняты разработкой проекта «Олимп» – строительных технологий и плана первого поселения на Луне. Работа идет под эгидой НАСА.
Город солнца
Комплекс ВТБ Арена Парк, спроектированный и реализованный совместно Сергеем Чобаном и Владимиром Плоткиным, претендует на роль эталонного эксперимента по снятию вековых противоречий между архитектурой традиционного направления и модернизмом. Рамки дизайн-кода и интеллигентный, творческий характер пластической дискуссии сформировали несколько идеализированный фрагмент городской ткани.
Журналисты как архитекторы
В Берлине открылось новое здание издательского дома Axel Springer, куда входят Die Welt, Bild и множество других газет и журналов. Авторы проекта, Рем Колхас и его бюро OMA, разработали его с учетом непредсказуемости цифрового будущего.
Пресса: Архитектура должна быть искусством
Владимир Плоткин – руководитель известного и признанного в России и Москве бюро ТПО «Резерв», которое в этом году отметило свое 33-летие. Последние да и многие предыдущие его проекты стали по-настоящему громкими – КЗ «Зарядье», административный центр и больница в Коммунарке. Разговор состоялся накануне открытия выставки «АРХ Москва», чьим лозунгом в этом сезоне станет «Архитектура – искусство»
Коронавирус не подточил деревянную архитектуру
Премия АРХИWOOD собрала рекордные 207 заявок, в шорт-лист прошло 54. Хотя организаторы премии до сих пор не решили, в каком формате пройдет церемония награждения победителей, Экспертный совет определил шорт-лист премии, а на ее сайте началось голосование. О вышедших в финал номинантах, а также о внутренних проблемах премии, которые, среди прочего, отражают новые тенденции в деревянной архитектуре, рассказывает куратор Николай Малинин.
Планирование и политика
Публикуем отрывок из книги Джона М. Леви «Современное городское планирование», выпущенной Strelka Pressв рамках образовательной программы Архитекторы.рф. Этот авторитетный труд, выдержавший 11 изданий на английском, впервые переведен на русский. Научный редактор этого перевода – Алексей Новиков.
Дай мне напиться железнодорожной воды*
В проекте третьей очереди микрорайона «Лиговский Сити» в «сером поясе» Петербурга консорциум KCAP & Orange Architects & «А.Лен» поставил перед собой задачу сохранить дух места через консервацию контуров железнодорожных путей и уподобление объемов жилой застройки контейнерам, сложенным на товарно-разгрузочной станции.
Стоянка у петроглифов
Проект туристического комплекса рядом с беломорскими петроглифами: нейтральная архитектура для будущего объекта из списка ЮНЕСКО
Корпоративная пещера
Пекинское бюро Atelier Alter устроило в штаб-квартире компании Yingliang на юго-востоке Китая музей окаменелостей, найденных при добыче ею камня.
Разделительная полоса
Центр выставок и конгрессов MEETT в Тулузе по проекту OMA отделяет урбанизированную окраину от сельской местности, предохраняя ее от стихийного «расползания» города.
Львы на стекле
Архитекторы бюро СПИЧ применили прием, известный по петербургским опытам Сергея Чобана – кассеты с рисунком элементов классической архитектуры, напечатанных на стекле, – к реконструкции фасадов типового здания 4 корпуса московской больницы №23. Проект разработан бесплатно, как помощь больнице.
Климатические зоны для искусства
В Роттердаме закончено строительство фондохранилища Музея Бойманса – ван Бёнингена по проекту MVRDV. Впервые в мире в таком здании все экспонаты из музейного собрания будут доступны посетителям для осмотра, а на крыше высажена березовая роща.
Жилой каньон
Комплекс Amani на юге Мексики – это две поставленные параллельно тонкие пластины, где в каждой квартире достаточно солнца и возможно сквозное проветривание. Авторы проекта – Archetonic.