Район строительства отличается внутренней двойственностью: здесь находится один из безусловно ярких московских памятников – Донской монастырь, с его идеальным квадратом кирпичных стен и двумя соборами – миниатюрным годуновским и гигантским – конца XVII века, стоящим в самом центре квадрата. Вторая особенность окрестностей – памятники конструктивизма: длинная тонкая пластина студенческого дома-коммуны И. Николаева и ромбически расставленные дома экспериментального квартала Н. Травина на Шаболовке. Средневековье и «классический» авангард – это два полюса, а в остальном – зеленый район, где есть кирпичные заводские здания XIX в., сероватые сталинские и беловатые брежневские жилые дома. И большое неправильное пятно станкостроительного завода «Красный пролетарий», обнимающего квадрат монастырских стен с северо-запада, подходя к ним почти вплотную.
Полгода назад контроль над заводом перешел к известной девелоперской компании «Ведис-групп», и весной она провела заказной архитектурный конкурс на концепцию застройки его территории кварталом жилых домов. В конкурсе участвовали семь иностранных архитекторов и только один российский – Сергей Скуратов, чей проект получил второе место: заказчикам понравилась концепция, но испугала слишком жесткая и непривычная, «модернистская» подача картинок.
Концепция, таким образом, остается в проекте, однако она тем не менее очень интересна, поскольку иллюстрирует сравнительно новую тенденцию: знаковым архитекторам теперь заказывают не отдельные дома в рамках остоженской «золотой мили», а целые кварталы внутри исторического города. И следовательно, в планировку городских кварталов приходят новые принципы.
Во-первых, зеленые внутренние дворы предложено приподнять над дорогами и тротуарами на 4,5 метра – на этой высоте будут скверы с травой и даже большими деревьями. Ниже магазины, офисы и въезды в гараж. Таким образом, пространство функционально поделено не только по горизонтали, но и по вертикали. Похожий прием уже известен в Москве, но в одиночных зданиях, а на уровне квартала он появляется здесь впервые. В привычном, примитивном представлении градостроительство – это нечто плоское, спроецированное на карту, а здесь очевиден объемный подход и попытка радикально перестроить отведенную часть городского пространства, придав ему новое качество.
Особенность получившегося квартала – отсутствие забора и «проницаемость» - возможность пересечь его вдоль и поперек, за которую последние годы борются согласующие инстанции и о которой мечтают, вспоминая о прошлом, москвичи. Можно сказать, что в концепции Сергея Скуратова предложен вариант создания «открытого» города через вертикальное разделение общественного и частного пространства. Который кажется одним из перспективных путей превращения Москвы из полуфеодальной агломерации, перегороженной пресловутыми решетками, в европейскую столицу с большим количеством связанных между собой общественных пространств.
Внешне это имеет следующий вид. Глядя на макет, можно подумать, что перед нами небольшой город, дороги в котором промыты водными потоками. Как будто бы были дома и дворы, но все время шел дождь, расширяя и углубляя проходы между ними. Тему поддерживает слоистая ступенчатость дорожных поверхностей, напоминающих русло горного ручья; предполагалось, что легкая террасность будет сохранена по крайней мере на тротуарах. Кроме того, многие дома почти наполовину нависают над улицами, включаясь в образ прошедшего по улице потока и заодно освобождая место во дворах.
Мотив приподнятого города зеркально отражает другой, любимый Сергеем Скуратовым и использованный им в Тессинском переулке – имитации «культурного слоя», когда вокруг дома создается углубление, как будто бы он зарос землей и его потом откопали реставраторы. В данном случае ход обратный, но подобный – архитектор тоже экспериментирует с «посадкой» дома, но только не углубляет его, а приподнимает, конструируя несколько иную историю, чем в случае с «раскопом».
Вторая и наиболее заметная особенность концепции целиком порождена характером городского окружения – ее можно понять как художественную реакцию на свойства «гения места», главная особенность которого, как уже говорилось – двойственность, сочетание жемчужин древнерусской и авангардной архитектуры, которая может быть прослежена и на более простом уровне – через соседство кирпичных заводских зданий XIX века и вкраплений типовой панельной застройки советского времени. С северной стороны больше кирпичных домов, с южной больше панельных. Поэтому дома в задуманном квартале Сергей Скуратов поделил на два цвета и типа – одни кирпичные и со скошенными вальмовыми кровлями, переосмысляющие образ московского контекста в ключе, сходном со скуратовскими домами в Тессинском переулке. Другие – белые и с плоскими «модернистскими» кровлями, не панельные, конечно, а покрытые светлым известняком.
«Эта концепция родилась из анализа существующих градостроительных направлений» – рассказывает Сергей Скуратов. Если мысленно продолжить улицы и внутренние проезды соседних кварталов, то получится, что на участке пересекаются два направления – линии 2-го и 3-го Донских проездов «смотрят» на юго-юго-запад, а Малая Калужская улица – просто на юго-запад, между ними образуется угол около 150 градусов. Архитекторы продлили линии на территории предполагаемой застройки и нарисовали им несколько параллелей, которые пересеклись и образовали слабый изгиб внутренних проездов нового квартала. Светлые дома с плоскими крышами расставили параллельно первому направлению, а красные со скатными завершениями – вдоль направления номер 2. С одной стороны получилось больше белых домов, с другой – красных, а в центральной части они смешались, не сломав, однако, строя.
Поэтому композиция квартала очень похожа на схему расстановки военных сил во время боя. В чем есть глубокая историческая правда, потому что в 1591 году здесь Борис Годунов воевал в Казы-Гиреем. Потом на месте русского лагеря построили Донской монастырь.
Вторая аналогия, приходящая в голову – абстрактные картины Эль Лисицкого и Малевича, которые тоже состоят из разноцветных параллелограммов, выстроенных под легким углом друг к другу. Сложно не вспомнить плакат «Клином красным бей белых» - графически он не очень похож, но ощутимо перекликается по смыслу.
Однако же политико-историческая подоплека возникла скорее случайно, чем преднамеренно. Во-первых, «расстановка сил» - противоположная, красные «воюют» за историзм. Во-вторых, автор предлагает и другие пути истолкования цветового решения – например, весь Донской монастырь красно-белый, с кирпичными стенами и белокаменной отделкой. В том, что касается использованных фактур – кирпича и камня, концепция Сергея Скуратова ближе к монастырю.
Образовавшаяся концепция – художественное высказывание на тему специфики района. Для современной Москвы это градостроительный эксперимент – отсюда напрашивается сравнение с соседним кварталом на Шаболовке. Там – новаторское высказывание, дома развернули на 45 градусов к улице. Здесь вместо самоценной новации – последовательное изложение результатов анализа городского пространства, все углы и линии продиктованы обстановкой. Однако смелости в современной концепции Сергея Скуратова не меньше – вероятно, это и не дало ей победить в конкурсе.
Проект изучает окружение (цвет, свет, направления) и выдает результат – но не пассивно приспосабливается, а живо вторгается в район, «впитывает» и истолковывает его проблематику. Парадоксальным образом одним из следствий жестких логических построений становится живописность пространства, которое могло бы в итоге возникнуть внутри квартала – улицы, в основном из-за чередования разнонаправленных фасадов, кажутся слегка зигзагообразными, а здания почти на треть своей ширины нависают над тротуаром, вызывая отдаленные аллюзии с западноевропейским Средневековьем.
