English version

Порталы в парке

Единственным российским архитектором, приглашенным к участию в недавнем международном конкурсе на проект нового здания Пермского театра оперы и балеты, стал Сергей Скуратов. Его проект театра оказался самым большим по площади и наиболее проработанным по функциям и архитектурно-планировочной части. Одетый в матовое, будто покрытое инеем стекло и бронзовую медь, придуманный Скуратовым комплекс выглядит как настоящий северный театр.

Анна Мартовицкая

Автор текста:
Анна Мартовицкая

02 Апреля 2010
mainImg
Архитектор:
Сергей Скуратов
Проект:
Конкурсный проект развития Пермского академического театра оперы и балеты им. П.И.Чайковского
Россия, Пермь, улица Петропавловская (Коммунистическая), 25а

Авторский коллектив:
Сергей Скуратов (руководитель авторского коллектива), Наталья Золотова, Антон Барклянский (ГАП), Виктор Обвинцев, Никита Асадов, Иван Ильин, Ксения Харитонова, Антон Чалов, Антон Чурадаев

2009 — 2010

Пермский академический театр оперы и балеты им. П.И.Чайковского, ООО «Девелоперские решения»
0 О Пермском театре оперы и балеты мы подробно рассказывали в статье, посвященной итогам конкурса, – классическое здание с фронтоном и портиком заслуженно считается символом города и одним из его главных очагов культуры, но давно стало «мало» знаменитой труппе. Необходимость реконструкции театра обсуждается в Перми последние 20 лет, но все больше теоретически, так как в городе не хватает ни архитекторов, способных разработать проект современный, но уместный и достойный соседствовать с историческим зданием, ни средств на то, чтобы воплотить эти замыслы в жизнь. Ситуация в корне изменилась, когда в Перми начали проводиться международные архитектурные конкурсы, а сенатором Пермского края стал Сергей Гордеев – человек молодой, состоятельный и очень любящий современную архитектуру. Возглавляемый им фонд «Авангард» и организовал состязание на лучший проект нового здания театра оперы и балета. К участию в конкурсе были приглашены известные зарубежные бюро, спроектировавшие и построившие по несколько театров и концертных залов. Нашу страну представлял Сергей Скуратов – по словам Гордеева, «лучший российский архитектор, способный и умеющий конкурировать с западными коллегами». К слову, для Скуратова это тоже далеко не первая работа над проектом театра – он занимал первые места в конкурсах на Театр для будущих поколений (ЮНЕСКО), Театр балета им. Анны Павловой в Москве, комплекс «Опера Бастилия». И тем важнее для российского архитектора было досконально продумать проект для Перми, сделать его не только по-конкурсному красивым и запоминающимся, но и проработанным по функциям и быту, на сто процентов реализуемым.

Одним из самых сложных противоречий технического задания стало требование спроектировать комплекс, больший по площади, чем существующий ансамбль, и при этом не искажающий масштаб и пропорции последнего. У Скуратова и его команды были десятки вариантов – пристройки сзади и по бокам, здание, «обнимающее» существующий театр, новый объем, симметричный старому, – и все они в итоге были отклонены именно как «сбивающие» изначальный масштаб. Дело в том, что Пермский театр оперы и балета расположен в парке, ограниченном улицами Ленина, Сибирская, Советская и 25-летия Октября, и сложившейся архитектурно-парковой композицией Скуратов дорожил едва ли не больше, чем собственно историческим зданием. «Когда перспективу парка замыкает фасад с портиком, люди самых разных профессий и национальностей сразу понимают, что перед ними театр, – поясняет архитектор. – Это классический, узнаваемый образ , ставший градообразующим  в мировом культурном сознании, и исказить его было бы преступлением, поэтому мы решили его развить».

Тема развития и роста вообще стала для проекта ключевой. Архитектор исходил из того, что театр – это не только и не столько памятник архитектуры, сколько живой творческий организм, постоянно совершенствующийся. И тем трансформациям, которые жанры оперы и балета переживают сегодня, классическое театральное здание уже не очень подходит типологически. Так отпал сценарий строительства рядом с историческим зданием еще одного, сколь-нибудь на него похожего. Столь же неприемлемой Скуратову казалась архитектура с «эффектом Бильбао», то есть вызывающе современная и шокирующая. Для нового здания предстояло найти образ где-то посередине – оно должно было быть деликатным по отношению и к истории, и к природе и при этом сразу опознаваться именно как театр, причем театр XXI века.

Классицистическая архитектура при всей своей выразительности и монументальности обладает одной очень существенной особенностью – она абсолютно самодостаточна. И искать в ней вдохновения можно только в том случае, если работаешь в этой же стилистике. Поскольку к Сергею Скуратову это не относится ни в коей мере, он с самого начала обратил свой взор не на театр, а на его окружение, трактовав историческое здание как образец парковой архитектуры. «Расположение в парке всегда позволяло обогатить композиционные решения и внешние пространственные связи здания с помощью таких объектов, например, как боковые крылья, ризалиты, флигели, парадные и служебные порталы, лестницы, пандусы, – справедливо замечает архитектор. – Но все эти возможности не были реализованы в существующем театре, вероятно потому, что обширный парк вокруг него намного более позднего происхождения. Он был разбит на месте разрушенного в 1929 году каменного Гостиного двора. Сегодняшний театр, помимо основного, довольно скромного входа на главном фасаде, располагает лишь еще более скромным, неудобным служебным входом с восточной стороны. Фактически это замкнутый объем, не просто тесный и устаревший, но и лишенный необходимых функциональных связей с внешним миром. И именно стремление обеспечить театру эти связи в итоге и подсказало нам концепцию и композицию нового объема».

Проектируя новый театр, архитекторы использовали принцип разносторонней ориентации, создав новые входы и тем самым включив природу и город в сферу активного театрального влияния. Вместо прежнего жесткого разграничения на зоны «улица/театр» и «внешнее/внутреннее» Скуратов создает в парке систему зданий, соединенных общими функциями и общественным пространством, постоянно открытым для публики. Существующий театр при этом остается центром пересечения основных парковых направлений и перспектив, и архитекторы специально позаботились о том, чтобы и после реконструкции ничто не мешало, как и раньше, обойти его кругом. Добиться подобной визуальной независимости исторического здания удалось, прежде всего, с помощью L-образной композиции нового объема. Все предписанные техническим заданием функции Скуратов сумел распределить в комплексе таким образом, чтобы основной объем новой сцены спрятался за существующим зданием, а его крылья словно приобняли (правда, на почтительном расстоянии) канонический фасад с фронтоном.

Длинная сторона буквы L разместилась вдоль улицы 25-летия Октября, то есть параллельно восточному фасаду существующего здания. В этом крыле расположились артистические, кафе, репетиционные и малый зал на 200 человек – так называемая экспериментальная сцена, предназначенная для камерных выступлений современного балета и оперы. Вход в эту часть здания оформлен перспективным порталом с пандусом – эффектный белокаменный раструб скошен в сторону основного здания. Подобный реверанс в адрес существующего театра, с одной стороны, мгновенно опознается как очень скуратовский жест (достаточно вспомнить его жилой дом на Бурденко, 11, высотная часть которого слегка развернута и загнута так, словно приветливо кивает расположенной по диагонали более ранней постройке того же автора), а с другой позволяет создать уютное общественное пространство на границе театра и парка.

«Основание» литеры L – это, собственно, новая сцена с залом на 1100 мест, склады декораций и костюмов, лекционный зал, музей Дягилева, атриумное пространство фойе с барами, буфетами и рестораном. Основные объемы вновь построенных площадей, включая зоны загрузки для декораций и ресторанов, склады и парковки, располагаются с северной стороны, что дало возможность сохранить привычную ориентацию театра. А рельеф парка – легкий уклон в сторону Камы – позволил архитекторам, не повышая высотность нового здания, приподнять новые входные группы, уподобив их заметным  издалека сценическим площадкам. И если к перспективному портику ведет развитый пандус, то главный вход в новое здание решен как гигантская лоджия с овальным 11-метровым окулюсом, недвусмысленно отсылающим к знаменитому Пантеону. И хотя Пермь очень далека от Рима не только географически, но и климатически, Сергей Скуратов решил, что это отверстие стоит оставить открытым: по вечерам падающие сквозь него капли дождя или снежинки будут подсвечиваться, а общие габариты лоджии таковы, что посетители театра всегда найдут, где укрыться от осадков. Тема окулюса стала одной из центральных и в оформлении интерьеров – фонари верхнего света в репетиционных и светильники в фойе и зрительном зале имеют такую же овальную форму, причем в последнем случае плафон окружен россыпью мерцающих звезд. 

Данью суровому климату Пермского края стал и выбор облицовочных материалов. Фасады нового театра Скуратов оборачивает энергосберегающим стеклом, на внутреннюю поверхность которого нанесено матово-белое покрытие, символизирующее иней. Вторым слоем за стеклом размещены композитные панели с тонким слоем меди (0,1 мм), и, в зависимости от функциональных зон, они поставлены вплотную друг к другу, либо между ними и стеклом оставлен технологический зазор или организовано пространство с эвакуационными лестницами. Сергей Скуратов, всегда очень щедро напитывающий свои проекты литературными и историческими параллелями, подчеркивает, что теплые медные блики символизируют не только медные трубы и искомую театральность, но также «духовые оркестры в пермском городском саду дягилевских времен» и добычу медных руд, которой испокон веков славится Пермский край.

Наложение молочно-белого стекла и таинственно мерцающей красноватой меди придают зданию поистине волшебное свечение, которое при свете дня заметно лишь очень внимательному глазу, но в темное время суток, то есть во время и после спектаклей,  будет подчеркнуто с помощью специальной подсветки. И эта двойственность внешнего облика нового театра, вкупе с его предельно рациональной планировкой и композицией, – едва ли не самая главная и удачная находка архитектора в этом проекте. Частично непрозрачное стекло днем лишает архитектуру театра какой-либо помпезности, растворяет в окружающем ландшафте и заставляет скромно отражать историческое здание. Вечером же именно оно включает архитектуру в эффектный пространственный спектакль, когда театр словно по мановению волшебной палочки расширяет свои границы и всех прохожих превращает в завороженных зрителей.
Конкурсный проект развития Пермского академического театра оперы и балеты им. П.И.Чайковского
Генеральный план. 3D
Фото макета
zooming
Конкурсный проект развития Пермского академического театра оперы и балеты им. П.И.Чайковского
Фрагмент фасада
Конкурсный проект развития Пермского академического театра оперы и балеты им. П.И.Чайковского
Фрагмент фасада
Фрагмент фасада
3D-разрез
zooming
Восточный фасад
zooming
Северный фасад
zooming
Южный фасад
Западный фасад
Интерьера зала. Вид со сцены
Интерьер зала
Фойе
Фойе
Генеральный план
План первого этажа
Архитектор:
Сергей Скуратов
Проект:
Конкурсный проект развития Пермского академического театра оперы и балеты им. П.И.Чайковского
Россия, Пермь, улица Петропавловская (Коммунистическая), 25а

Авторский коллектив:
Сергей Скуратов (руководитель авторского коллектива), Наталья Золотова, Антон Барклянский (ГАП), Виктор Обвинцев, Никита Асадов, Иван Ильин, Ксения Харитонова, Антон Чалов, Антон Чурадаев

2009 — 2010

Пермский академический театр оперы и балеты им. П.И.Чайковского, ООО «Девелоперские решения»

02 Апреля 2010

Анна Мартовицкая

Автор текста:

Анна Мартовицкая
Сергей Скуратов ARCHITECTS: другие проекты
Год 2021: что говорят архитекторы
Вот и наш новый опрос по итогам 2021 года. Ответили 35 архитекторов, включая главных архитекторов Москвы и области. Обсуждают, в основном, ГЭС-2: все в восторге, хотя критические замечания тоже есть. И еще почему-то много обсуждают минимализм, нужен и полезен, или наоборот, вреден и скоро закончится. Всем хорошего 2022 года!
Тонкая материя
Дом Медный 3.14 составлен из двух фактур, каждая из которых по-своему похожа на драгоценную ткань, и из трех корпусов, каждый из которых смотрит на одну из сторон света. Архитектура дома впитывает нюансы контекста, суммирует их и превращает в цельное ритмичное построение. Рассматриваем новый, только что завершенный дом Сергея Скуратова на Донской улице.
COR-TEN® как подлинность
Материал с высокой эстетической емкостью обещает быть вечным, но только в том случае, если произведен по правильной технологии. Рассказываем об особенностях оригинальной стали COR-TEN® и рассматриваем российские объекты, на которых она уже применена.
Слабые токи: итоги «Золотого сечения»
Вчера в ЦДА наградили лауреатов старейшего столичного архитектурного конкурса, хорошо известного среди профессионалов. Гран-при получили: самая скромная постройка Москвы и самый звучный проект Подмосковья. Рассказываем о победителях и публикуем полный список наград.
Сергей Скуратов: «Небоскреб это баланс технологий,...
В марте две башни Capital towers достроили до 300-метровой отметки. Говорим с автором самых эффектных небоскребов Москвы: о высотах и пропорциях, технологиях и экономике, лаконизме и красоте супертонких домов, и о самом смелом предложении недавних лет – башне в честь Ле Корбюзье над Центросоюзом.
Дворы и башни: самарский эксперимент
Конкурсный проект «Самара Арена Парка», предложенный Сергеем Скуратовым, занял на конкурсе 2 место. Его суть – эксперимент с типологией жилых домов, галерейных и коридорных планировок кварталов в сочетании с башнями – наряду с чуткостью реакции на окружение и стремлением создать внутри комплекса полноценное пространство мини-города с градиентом ощущений и значительным набором функций.
Серьезный кирпичный разговор
В декабре в московском центре дизайна ARTPLAY прошла Кирпичная дискуссия с участием ведущих российских архитекторов – Сергея Скуратова, Натальи Сидоровой, Алексея Козыря, Михаила Бейлина и Ильсияр Тухватуллиной. Она завершила программу 1-го Кирпичного конкурса, организованного журналом
«Проект Балтия» и компанией АРХИТАЙЛ.
В пространстве парка Победы
В проекте жилого комплекса, который строится сейчас рядом с парком Поклонной горы по проекту Сергея Скуратова, многофункциональный стилобат превращен в сложносочиненное городское пространство с интригующими подходами-спусками, берущими на себя роль мини-площадей. Архитектура жилых корпусов реагирует на соседство Парка Победы: с одной стороны, «растворяясь в воздухе», а с другой – поддерживая мемориальный комплекс ритмически и цветом.
«Подделка под Скуратова»: Архсовет Москвы – 69
Архсовет Москвы отклонил новый проект школы в «Садовых кварталах», разработанный АБ Восток по следам конкурса, проведенного летом этого года. Сергей Чобан настоятельно предложил совету высказаться в пользу проведения нового конкурса. В составе репортажа публикуем выступление Сергея Чобана полностью.
Отражая солнце
Дом Сергея Скуратова в Николоворобинском срежиссирован до мелких нюансов. Он адаптирует три исторических фасада, интерпретирует ощущение сложного города, составленного из множества наслоений, – и ловит солнце, от восточного до западного.
Мыс доброй надежды
Показываем все семь проектов, участвовавших в закрытом конкурсе на создание концепции штаб-квартиры компании «Газпром нефть», а также приводим мнения экспертов.
Ключевое слово: «телеработа»
Архитекторы, профильные СМИ и вузы по всему миру реагируют на ситуацию пандемии, пытаясь обезопасить сотрудников и студентов, сохранив учебный и рабочий процесс. Говорим с руководителями нескольких московских бюро об их планах удаленной работы, а также рассказываем, как реагируют на эпидемию архитекторы мира.
Архсовет Москвы – 59
Архитектурный совет рассмотрел два крупных проекта: МФК на Киевской улице ТПО «Резерв», апартаменты с обширным подземным торговым пространством, и жилые башни Сергея Скуратова в Сетуньском проезде. Оба проекта приняты.
Долгожданная интервенция
В своей новой постройке Сергей Скуратов развивает тему баланса статики и динамики, продолжает эксперименты с кирпичными фасадами, апробирует новые элементы жилой архитектуры, но главное – решает накопившиеся градостроительные проблемы крупного фрагмента городской застройки.
Качество vs количество
Круглый стол «Погоня за радугой» на фестивале «Зодчество» стал заключительной чертой в обсуждении проблем архитектурного качества. Дискуссия сфокусировалась на вопросах профессиональной этики, ответственности архитектора и особенностях российской ментальности.
Сергей Скуратов: «Архитектура – как любовь»
О различии категорий качества и несовершенства, кайфе от архитектуры, везении конца девяностых, необходимости бороться за свой замысел, но и привлекать консультантов на самой ранней стадии работы – в интервью Сергея Скуратова для проекта «Эталон качества».
Взгляд вглубь
Коллекция арт-объектов проекта «Эталон качества», показанная на фестивале «Зодчество», наглядно продемонстрировала, как архитекторы соотносят ключевые ценности своей профессии и свое собственное творчество
Блестящий экс-корт
Известные всем любителям большого тенниса корты на Краснопресненской набережной бюро Сергея Скуратова прячет внутри живописного парка и «наращивает» пластинами жилых небоскребов.
Комета ЗИЛ
Два первых лота жилого комплекса ЗилАрт, спроектированные Сергеем Скуратовым, совмещают контекстуальный сюжет, апеллирующий к истории завода, с эмоциональной, артистической насыщенностью фактуры и деталей. Не зря они служат урбанистической заставкой – городским «фасадом» первой очереди комплекса.
Похожие статьи
Изнутри наружу: павильоны вечности
Реконструкция пакгаузов нижегородской Стрелки – они открылись в начале июня как концертный и выставочный залы – стала, без преувеличения, событием года в области как культуры, так и архитектуры. Их история кажется нам образцовой с точки зрения обнаружения, исследования и охраны памятника инженерной мысли XIX века. В то же время решение по приспособлению и экспонированию конструкций пакгаузов, предложенное Сергеем Чобаном – очень смелое, нетривиальное и актуальное. На грани временного, временнОго и вечного.
Островок тишины
На курорте Циньхуандао открылся еще один музей – теперь по проекту Wutopia Lab. Он служит «островком тишины» на оживленном морском побережье.
Паркинг – ворота
Пекинское бюро MAD спроектировало «перехватывающий» гараж на 1500 машин для инновационного района Милана. Строительство начнется в этом сентябре.
Голова героя
В центре Тираны началось строительство жилой башни в форме бюста национального героя Албании Скандерберга. Авторы проекта – MVRDV.
Безудержный оптимизм
MVRDV совместно с индийским бюро StudioPOD превратили заброшенные пространства под одной из эстакад перенаселенного мегаполиса Мумбаи в завлекательную зеленую площадку для всех жителей района.
Алюминий и бронза
KAAN Architecten спроектировали две башни в комплексе De Zalmhaven в гавани Роттердама: они дополняют расположенное там же самое высокое здание Нидерландов.
Рамы для города
UNStudio победили в конкурсе на проект жилого комплекса в центре города Яссы на северо-востоке Румынии.
Уникальность — норма жизни
Жилой дом UNIC в Париже, построенный по проекту пекинского бюро MAD, предлагает действительно уникальный, качественно иной уровень взаимодействия между человеком, архитектурным объемом, природой и городом.
Культура отдыха
В новом корпусе санатория «Клязьма», проект которого выполнило бюро «Крупный план», эстетика советского модернизма соединяется с современными представлениями об отдыхе.
Блеск металла
В Чэнду завершен ансамбль Спортивного парка Дунъаньху по проекту gmp: в 2023 там пройдет 31-я Всемирная летняя универсиада.
Эхо будущих поколений
Новый корпус «Эхо», только что открывшийся на территории кампуса Делфтского технического университета, генерирует дополнительную энергию как в буквальном, так и в переносном смысле — и электрическую, и творческую
Дуализм на фасаде
В Лозанне музеи фотографии и дизайна переехали в одно новое здание на двоих. Его архитекторы – португальцы Aires Mateus.
Деревянные новации
Консорциум во главе с BIG победил в конкурсе на проект нового пирса аэропорта Цюриха. Большую часть сооружения выстроят из дерева.
По волнам Желтой реки
Здание Большого театра Чжэнчжоу объединяет в себе сразу четыре вместительных зала, предоставляя идеальные площадки для любой формы современного исполнительского искусства.
Инновации продолжаются
На месте выставочного комплекса Экспо-2015 в Милане строится район MIND. Одной из ключевых его точек станет Центр инноваций по проекту бюро OBR.
Функция треугольника
Экстравагантная форма расширяющейся кверху тонкой пластины – не формальный жест, а отклик архитекторов UNK на требования участка и ТЭПы. Решения по-модернистски рациональны, экономны и функциональны. Дом галерейный, торцы подчеркнуты «пластинчатым» сдвигом, а широкие фасады составлены из треугольных эркеров.
Дом для школы
При проектировании школы во французской деревушке бюро HEMAA и Hesters-Oyon использовали в качестве прототипа традиционный для Бретани и Нормандии тип длинного сельского дома.
Чувство ритма
Новое здание Института Леонардо да Винчи в парижском деловом квартале Дефанс по проекту бюро LAN.
Своевольные стены
XRANGE Architects использовали сложный природный и социальный контекст участка на побережье Тайваня как основу для экспрессивного проекта бутик-отеля.
Приют цифрового кочевника
Апарт-гостиница, спроектированная бюро GAFA для центрального округа Москвы, предлагает гостям проживать привычную рутину через новый пространственный опыт, а также претендует на статус художественной доминанты.
Формула жилья
Гигантский квартал социального жилья «Байцзывань» по соседству с Центральным деловым районом Пекина для звездного китайского бюро MAD стал первым проектом подобного типа.
Технологии и материалы
Стекло для СБЕРа:
свобода взгляда
Компания AGC представляет широкую линейку архитектурных стекол, которые удовлетворяют современным требованиям к энергоэффективности, и при этом обладают превосходными визуальными качествами. О продуктах AGC, которые бывают и эксклюзивными, на примере нового здания Сбербанк-Сити, где были применены несколько видов премиального стекла, в том числе разработанного специально для этого объекта
Искусство быть невидимым
Архитекторы Александра Хелминская-Леонтьева, Ольга Сушко и Павел Ладыгин делятся с читателями своим опытом практики применения новаторских вентиляционных решеток Invisiline при проектировании современных интерьеров.
«Донские зори» – 7 лет на рынке!
Гроссмейстерские показатели российского производителя:
93 вида кирпича ручной формовки, годовой объем – 15 400 000 штук,
морозостойкость и прочность – выше европейских аналогов,
прекрасная логистика и – уже – складская программа!
А также: кирпичи-лидеры продаж и эксклюзив для особых проектов
Дома из Porotherm
на Open Village 2022
Компания Wienerberger приглашает посетить выставку
Open Village с 16 по 31 июля
в коттеджном поселке «Тихие Зори» в Подмосковье. Этим летом вы сможете увидеть 22 дома, построенных по различным технологиям.
Вопрос ребром
Рассказываем и показываем на примере трех зданий, как с помощью системы BAUT можно создать большую поверхность с «зубчатой» кладкой: школа, библиотека и бизнес-центр.
Тульский кирпич
Завод BRAER под Тулой производит 140 миллионов условного кирпича в год, каждый из которых прослужит не меньше 200 лет. Рассказываем, как устроено передовое российское предприятие.
Стильная сантехника для новой жизни шедевра русского...
Реставрация памятника авангарда – ответственная и трудоемкая задача. Однако не меньший вызов представляет необходимость приспособить экспериментальный жилой дом конца 1920-х годов к современному использованию, сочетая актуальные требования к качеству жизни с лаконичной эстетикой раннего модернизма. В этом авторам проекта реставрации помогла сантехника немецкого бренда Duravit.
Своя игра
«Новые Горизонты» предлагают альтернативу импортным детским площадкам: авторские, надежные и функциональные игровые объекты, которые компания проектирует и строит уже больше 20 лет.
Клуб SURF BROTHERS. Масштаб света и цвета
При создании концепции освещения в первую очередь нужно задаться некой идеей, которая будет проходить через весь проект. Для Surf Brothers смело можно сформулировать девиз «Море света и цвета».
Преодолевая стены
Дом Skarnu apartamentai строился в самом сердце Старой Риги. Реализовать ключевые для архитектурного образа решения – наклонную и рельефную кладку – удалось с помощью системы BAUT.
Решения Hilti для светопрозрачных конструкций
Чтобы остекление было не только красивым, но надёжным и безопасным, изначально необходимо выбрать витражную систему, подходящую для конкретного объекта. В зависимости от задач, стоящих перед архитекторами и конструкторами, Hilti предлагает ряд решений и технологий, упрощающих работу по монтажу светопрозрачных конструкций и обеспечивающих надежность, долговечность и безопасность узлов их крепления и примыкания к железобетонному каркасу здания.
Квартира «в стиле Дружко»
Дизайнер Александр Мершиев о ремонте для телеведущего Сергея Дружко и возможностях преобразования пространства при помощи красок Sikkens.
Потолки для мультизадачных решений
Многообразие функциональных потолочных решений Knauf Ceiling Solutions позволяет комплексно решать максимально широкий спектр задач при создании комфортных, эстетически и стилистически гармоничных интерьеров.
Внутри и снаружи:
архитектурные решения КНАУФ АКВАПАНЕЛЬ®...
Системы КНАУФ АКВАПАНЕЛЬ®, включающие цементную плиту, обладают достоинствами, которые проявляют себя как в процессе монтажа, так и при отделке, и в эксплуатации. Они хорошо подходят для нетиповых решений. Вашему вниманию – подборка жилых комплексов с разнообразными примерами использования данной технологии.
Сейчас на главной
Бакалавры Академии Глазунова 2022: Концепция развития...
Публикуем дипломные проекты бакалавров кафедры архитектуры Российской академии живописи, ваяния и зодчества Ильи Глазунова. Они посвящены гармонизации значимых мест Садового кольца путем восстановления памятников архитектуры, устройства парков и создания традиционной застройки.
Несколько штрихов
Зона отдыха на берегу озера Тургояк создана малыми средствами, что не отменяет эффект преображения: насыпь, амфитеатр и несколько шезлонгов превратили бывший недострой в востребованную локацию.
Изобретая восток
Чтобы погрузить гостей ресторана Saiko в атмосферу азиатской роскоши, команда IZI Design самостоятельно спроектировала все элементы дизайна – от созданного вручную рельефа скалы на стенах до напечатанных с помощью 3D-принтера подставок для палочек.
Торжество балконов
Жилой комплекс из обычных и социальных квартир по проекту CoBe Architecture et Paysage появился на месте центра сортировки почты в Бордо.
Квартиры вместо контор
Бюро Qarta Architektura разработало проект превращения памятника чешского функционализма – бывшего здания Пенсионного управления в Праге – в жилой комплекс.
Градсовет 10.08.2022
Градостроительный совет рассмотрел проект санатория в Репино, подготовленный бюро «А.Лен». Эксперты высоко оценили архитектурное решение, но посчитали объем зданий избыточным для курортной территории.
Изнутри наружу: павильоны вечности
Реконструкция пакгаузов нижегородской Стрелки – они открылись в начале июня как концертный и выставочный залы – стала, без преувеличения, событием года в области как культуры, так и архитектуры. Их история кажется нам образцовой с точки зрения обнаружения, исследования и охраны памятника инженерной мысли XIX века. В то же время решение по приспособлению и экспонированию конструкций пакгаузов, предложенное Сергеем Чобаном – очень смелое, нетривиальное и актуальное. На грани временного, временнОго и вечного.
Островок тишины
На курорте Циньхуандао открылся еще один музей – теперь по проекту Wutopia Lab. Он служит «островком тишины» на оживленном морском побережье.
Паркинг – ворота
Пекинское бюро MAD спроектировало «перехватывающий» гараж на 1500 машин для инновационного района Милана. Строительство начнется в этом сентябре.
Голова героя
В центре Тираны началось строительство жилой башни в форме бюста национального героя Албании Скандерберга. Авторы проекта – MVRDV.
Высотный конструктор
Один из проектов заказного конкурса для ЖК на севере Москвы. Архитекторы АБ «Крупный план» предложили простую стереометрическую пару 100-метровых башен, объединенных общим пластическим сюжетом, простым, построенном на лаконичном контрасте, но в то же время фактурном. Интересен и овал внутреннего двора, «вырезанный» на кровле стилобата.
Безудержный оптимизм
MVRDV совместно с индийским бюро StudioPOD превратили заброшенные пространства под одной из эстакад перенаселенного мегаполиса Мумбаи в завлекательную зеленую площадку для всех жителей района.
Аспекты счастья
Архстояние 2022 с девизом «Счастье есть?» получилось как всегда веселым фестивалем, но самые заметные объекты какие-то иронические, критичные и грустные, – зато все остальные, окружающие их, сосредоточились на том, чтобы наделить посетителей простой человеческой радостью. Выступили Тотан Кузембаев, Александр Бродский и другие.
Алюминий и бронза
KAAN Architecten спроектировали две башни в комплексе De Zalmhaven в гавани Роттердама: они дополняют расположенное там же самое высокое здание Нидерландов.
Рамы для города
UNStudio победили в конкурсе на проект жилого комплекса в центре города Яссы на северо-востоке Румынии.
Платок Марьям
Специальный приз международного конкурса на эскизный проект соборной мечети в Казани, посвященной 1100-летию принятия ислама в Волжской Булгарии, получили студенты Казанского архитектурно-строительного университета. Их предложение отсылает к традиционной татарской архитектуре.
Уникальность — норма жизни
Жилой дом UNIC в Париже, построенный по проекту пекинского бюро MAD, предлагает действительно уникальный, качественно иной уровень взаимодействия между человеком, архитектурным объемом, природой и городом.
Градсовет Петербурга 27.07.2022
Градсовет обсудил «средневековый» жилой квартал у Пулковского водохранилища, гостиницу а-ля рюс в деревне Шуваловка, а также гостиницу напротив Финляндского вокзала, которая восстанавливает структуру утраченной части доходного дома Павла Сюзора.