Лионский «Дефанс»: продолжение следует

С начала 2010-х годов в Лионе реализуется проект трансформации района Пар-Дьё, который сформировался вокруг мегапроекта 1960-х годов – торгово-административного центра. Его цель: упорядочить развитие лионского «сити», придав ему новый импульс.

Василий  Бабуров

Автор текста:
Василий Бабуров

mainImg


Об истории создания Пар-Дьё можно прочесть здесь.

Пар-Дьё – «роман с открытым финалом»: проект, стартовавший в конце 1950-х годов, находится в постоянном развитии. Со времени завершения строительства модернистского комплекса (административно-делового, торгового и культурного центра) и нового вокзала прошло почти 40 лет. С одной стороны, Пар-Дьё в основном оправдал связанные с ним ожидания, став ещё одним центром города. Сегодня это второй по величине кластер офисной недвижимости во Франции (56 тысяч рабочих мест и 1,150 млн м2 – т.е. четверть всех офисов лионской агломерации), «состыкованный» с мощным транспортным узлом. С другой стороны, он не избежал проблем, характерных для аналогичных проектов 1950–80-х годов, и пока ещё недотягивает по популярности до исторического центра. Лионцы по-прежнему предпочитают Полуостров, где жизнь, в отличие от Пар-Дьё, не замирает вечером, с закрытием офисов и учреждений.

За последние десятилетия район сильно изменился. Процесс его реконструкции распространился на сопредельные с «ядром» района территории (прежде всего, вдоль железной дороги, причём по обе её стороны). Застройка выросла по высоте и уплотнилась. Пришёл конец одиночеству башни «Пар-Дьё» – стали появляться новые небоскрёбы, строившиеся в новой планировочной парадигме, т.е. следуя не художественному замыслу градостроителей, а требованиям рынка недвижимости. Отныне самое высокое здание Лиона – башня Incity (архитекторы Valode et Pistre / AIA) высотой 200 м – вместе со шпилем. С момента реализации «лионского Дефанс», заселённого преимущественно госструктурами и крупными компаниями, в городе выросло число малых и средних предприятий. Однако пока недвижимость Пар-Дьё не слишком привлекательна для небольших фирм, хотя те и заинтересованы в площадях в этом районе. Вокзал, быстро достигнув расчётной пропускной способности, давно работает с перегрузками, снижающими конкурентные преимущества Лиона. На рубеже веков до Пар-Дьё дошёл процесс «поставтомобилизации», стартовавший в историческом центре: личный транспорт шаг за шагом уступает позиции пешеходам, велосипедистам и общественному транспорту. И эти изменения «провоцируют» благоустройство открытых пространств, с которыми непосредственно взаимодействуют пешеходы: городского «партера» и первых этажей зданий.

Пар-Дьё в перспективе © Grand Lyon
Башня Incity (архитекторы Valode et Pistre / AIA, 2012-2015) – самое высокое здание Лиона Фото © Василий Бабуров
Башня Oxygene (бюро Arte Charpentier, 2007-2010). Фото © Василий Бабуров


Происходящие перемены потребовали новых градостроительных планов, которые должны были устранить препятствия для гармоничного развития Пар-Дьё. За последние 30 лет было создано три таких проекта: первый – 1994 года (архитектор Рене Провост), второй – 2002 года (архитектор Жан-Пьер Бюффи) и, наконец, самый масштабный из всех, инициированный местными властями в 2009-м и утверждённый в 2014 году. Нынешний план, охватывающий 177 га, призван упорядочить и систематизировать развитие района на срок до 2030 года. Он разработан бюро AUC (архитекторы Франсуа Декостер, Джамель Клуш и Каролин Пулен), известным в России благодаря участию в конкурсе на «Большую Москву» в 2012 году. AUC же делегировано право координировать его реализацию.

Пар-Дьё, ситуационный план. Синим шрихом выделена территория модернистского комплекса, красной сплошной линией – зона трансформации, охваченная планом AUC


Планы Провоста и Бюффи были призваны исправить ошибки проекта 1960–70-х годов: прежде всего, упростить доступ на крышу стилобата и устранить изолированность модернистского кластера от окружающих территорий, которая вызвана оживлённым автомобильным движением по периметру комплекса. Пандусы и мостики, ведущие на крышу стилобата, заменены на лестницы и лифты; часть поверхности стилобата перед башней Пар-Дьё была благоустроена, чем с выгодой воспользовались владельцы ресторанов, расположенных в торговом центре. Параллельно с этим меняются профили улиц по восточной и северной границам комплекса. Тем самым нарушается непрерывность движения транспорта вокруг квартала и, соответственно, снижается привлекательность автомобильного транзита. При этом облегчается движение пешеходов и происходит конверсия улиц в подлинно общественные пространства.

Благоустроенная часть стилобата между торговым центром и башней Пар-Дьё © Grand Lyon



План AUC сохраняет преемственность по отношению к предшествующим, однако не только масштабнее, но также и содержит ряд новых идей.

Основные цели плана AUC:
– «умное» уплотнение застройки, т.е. повышение плотности одних участков (вплоть до строительства небоскрёбов) и компенсаторное понижение других;
– реорганизация движения пешеходов и транспорта;
– реконструкция вокзального комплекса;
– обустройство общественных пространств (в т.ч. улучшение связи стилобата модернистского комплекса с уровнем земли) и объединение их в единую систему;
– активное общественное использование цокольных этажей;
– «мягкая» реконструкция модернистского архитектурного наследия с сохранением его ценных характеристик и выработка архитектурного регламента (дизайн-кода) для нового строительства;
– строительство жилья с инфраструктурой
– устранение сохраняющейся изолированности района и превращение его в полноценное место для жизни.

План трансформации Пар-Дьё 2010-2030 © AUC
План трансформации Пар-Дьё 2010-2030 © AUC
План трансформации Пар-Дьё 2010-2030 © AUC


Один из ключевых элементов стратегии AUC – концепция «активного цоколя» [«socles actifs»], которая будет включена в правила застройки (PLU – Plan local d’urbanisme). Идея заключается в том, чтобы активно задействовать первые этажи зданий в интересах города, заставить их «работать» на жителей. Согласно концепции, на цокольных уровнях должны размещаться разнообразные общественные функции (рестораны, аудитории, шоурумы, помещения для коворкинга, магазины, мастерские, спортзалы или места собраний), тем самым оживляя городское пространство. Первые проекты, отвечающие данным требованиям, – здания Silex 1 (бюро AIA) и Silex 2 (ma architectes), строящиеся рядом с реконструируемой башней EDF 1970-х годов.

Концепция «активного цоколя». Схема использования цокольных этажей. Жёлтым выделено: магазины и мастерские (предложение), голубым: прочие общественные функции (предложение), красным: существующее использование. © AUC
Примеры неэффективного использования цокольных этажей. © AUC
Схема, иллюстрирующая концепцию «активного цоколя». © AUC
Офисно-гостиничный комплекс возле вокзала. © AUC
Комплекс башен Silex 1 (арх. AIA), Silex 2 (ma architectes) и EDF. © AUC



Планируется переустроить в интересах пешеходов около 30 га открытых пространств (устранить барьеры, разрывы, сгладить перепады уровней). Пешеходы уже составляют около 60% потоков, и в будущем это число возрастёт. AUC вместе с ландшафтным дизайнером, бельгийцем Басом Сметсом предложили концепцию «легкодоступной поверхности земли» [«sol facile»], которая охватывает не только «лионский Дефанс», но и сопредельные кварталы. Открытые пространства должны быть реорганизованы и обустроены максимально естественно и неформально, подчиняясь уже сложившимся траекториям и дифференциируясь в соответствии с функциями в первых этажах. Важнейшая задача – по возможности полная взаимная интеграция уровня земли и стилобата, что не было в достаточной степени предусмотрено планом Провоста 1990-х годов. Кроме того, необходимо задействовать и промежуточные уровни зданий и террасы на крышах.

Хотя пересечь сегодня пешком «лионский Дефанс» не составляет особого труда в силу его компактности, там легко заблудиться из-за отсутствия ясных ориентиров. Главное препятствие на пути пешехода – гигантский «монолит» торгового центра: во-первых, он не изобилует входами, во-вторых, использовать его в качестве пассажа не слишком удобно. Перед авторами реконструкции шопинг-мола стоит сложная задача «накормить волков и сберечь овец»: закрыть его нельзя – это всё равно, что зарезать курицу, несущую золотые яйца, однако оставить в нынешнем состоянии – также невозможно. К трансформации подталкивает и конкуренция со стороны магазинов в историческом центре, которые привлекают уже больше покупателей, чем Пар-Дьё. Это общемировая тенденция – торговые улицы становятся популярнее герметичных шопинг-молов. Неслучайно, что миссия по решению этой головоломки поручена бюро MVRDV, славящемуся своей изобретательностью.

Обустройство крыши торгового центра превратит её в полноценное общественное пространство © AUC


Крышу торгового центра AUC предлагает интегрировать с новыми видами активности, создав новую «культурную ось». Цепь общественных пространств объединит гастрономический рынок Поля Бокюза, концертный зал Мориса Равеля, новый мультиплекс (который должен переехать из торгового центра), большой книжный магазин и библиотеку. В перспективе её можно будет продлить до здания архива департамента, недавно выстроенного с восточной стороны вокзала. Важность этой идеи – не только в создании открытой площадки для проведения разнообразных культурных мероприятий, в т.ч. регионального масштаба, что должно усилить позиции Пар-Дьё на фоне других территорий. «Культурная ось», проложенная через кластер лионского «сити», выведет комплекс из изолированного состояния и усилит связи вокзала с рекой и старым городом.

Система открытых общественных пространств, связывающих исторический центр на Полуострове и Пар-Дьё © AUC
Система открытых общественных пространств Пар-Дьё © AUC
Схема «культурной оси» Пар-Дьё © AUC
Схема «культурной оси» Пар-Дьё © AUC
Схема реконструкции восточной привокзальной площади © AUC


Транспортный узел Пар-Дьё – один из самых крупных во Франции: сегодня он обслуживает 164 тысячи пассажиров в день. Цель к 2030 году – 292 тысячи (т.е.рост почти в 2 раза). Собственно вокзал в настоящее время ежедневно обслуживает около 120 тысяч человек (при том, что был изначально рассчитан на 35 тысяч), а в к 2030 году в перспективе их число возрастёт до 220 тысяч. Вокзал необходимо реконструировать, освободив от непрофильных функций и увеличив площади. Бюро Arep, разработавшее проект его обновления, предлагает расширить вдвое вестибюль, а многочисленные магазины и сервисы переместить в новые боковые галереи. Появятся и новые южные входы (как с западной стороны, в створе торгового центра Пар-Дьё, так и с восточной). AUC рекомендуют полностью изменить оба вокзальных фасада: монументальные постмодернистские порталы сменятся полностью прозрачными витражами, нивелирующими границу между внешними и внутренними пространствами.

Проект реконструкции улицы Гарибальди и пространства перед аудиторией им. Мориса Равеля © AUC
zooming
Проект реконструкции вокзала Пар-Дьё. Вид с запада © Arep
Проект реконструкции вокзала Пар-Дьё. Вид с востока © Arep
Проект реконструкции вокзала Пар-Дьё. Новый вестибюль © Arep



***

Пар-Дьё: основные цифры

Пар-Дьё сегодня:

56 000 рабочих мест
2 200 предприятий
1 150 000 м2 офисов
21 000 жителей
500 тысяч ежедневных перемещений
120 тысяч пассажиров железной дороги и 165 тысяч пользователей общественного транспорта в день

Пар-Дьё в 2030 году:

+ 35 000 рабочих мест
+ 30 га открытых общественных пространств и благоустроенных тротуаров
+ 650 000 м2 офисов
+ 2 200 жилых единиц
+ 3000 жителей
+ 100 000 пассажиров железной дороги
+ двукратное увеличение вокзала
 

09 Февраля 2017

Василий  Бабуров

Автор текста:

Василий Бабуров
comments powered by HyperComments
Похожие статьи
Бетонный Мадрид
Новая серия фотографа Роберто Конте посвящена не самой известной исторической странице испанской архитектуры: мадридским зданиям в русле брутализма.
Реновация городской среды: исторические прецеденты
Публикуем полный текст коллективной монографии, написанной в прошедшем 2020 году сотрудниками НИИТИАГ и посвященной теме, по-прежнему актуальной как для столицы, так и для всей страны – реновации городов. Тема рассмотрена в широкой исторической и географической перспективе: от градостроительной практики Екатерины II до творчества Ричарда Роджерса в его отношении к мегаполисам. Москва, НИИТИАГ, 2021. 333 страницы.
Конкурсный проект комбината газеты «Известия» Моисея...
Первая часть исследования «Иван Леонидов и архитектура позднего конструктивизма (1933–1945)» продолжает тему позднего творчества Леонидова в работах Петра Завадовского. В статье вводятся новые термины для архитектуры, ранее обобщенно зачислявшейся в «постконструктивизм», и начинается разговор о влиянии Леонидова на формально-стилистический язык поздних работ Моисея Гинзбурга и архитекторов его группы.
Леонидов и Ле Корбюзье: проблема взаимного влияния
Памяти Юрия Павловича Волчка. Статья готовилась к V Хан-Магомедовским чтениям «Наследие ВХУТЕМАС и современность». В ней рассматривается проблема творческого взаимодействия Ле Корбюзье и Ивана Леонидова, раскрывающая значение творчества Леонидова и школы ВХУТЕМАСа, которую он представляет, для формирования основ формального языка архитектуры «современного движения».
Неизвестный проект Ивана Леонидова: Институт статистики,...
Публикуем исследование архитектора Петра Завадовского, обнаружившего неизвестную работу Ивана Леонидова в коллекции парижского Центра Помпиду: проект Института статистики существенно дополняет представления о творческой эволюции Леонидова.
Ключевое слово: «телеработа»
Архитекторы, профильные СМИ и вузы по всему миру реагируют на ситуацию пандемии, пытаясь обезопасить сотрудников и студентов, сохранив учебный и рабочий процесс. Говорим с руководителями нескольких московских бюро об их планах удаленной работы, а также рассказываем, как реагируют на эпидемию архитекторы мира.
Чандигарх: фрагменты модернистской утопии
Публикуем фотографии и эссе Роберто Конте об архитектуре Чандигарха – от прославленного Капитолия Ле Корбюзье до менее известных жилых домов, кинотеатров, вузовских корпусов авторства его соратников и последователей.
Идентичность в типовом
Архитекторы из бюро VISOTA ищут алгоритм приспособления типовых домов культуры, чтобы превратить их в общественные центры шаговой доступности: с устойчивой финансовой программой, актуальным наполнением и сохраненной самобытностью.
«Это не башня»
Публикуем фото-проект Дениса Есакова: размышление на тему «серых бетонных коробок», которыми в общественном сознании стали в наши дни постройки модернизма.
Что не так с офисами открытого типа
Офисы свободного плана экономят деньги компаний-владельцев и помогают им выглядеть эффектней, но это практически единственное их достоинство. При этом работодатели любят «опен-спейс», а их сотрудники – не очень.
«Седрик Прайс придумывал архитектуру, которая может...
Саманта Хардингхэм – о британском архитекторе-визионере послевоенных десятилетий Седрике Прайсе и его самом важном проекте – Дворце развлечений. Ее лекция была частью конференции «Архитектор будущего», проведенной Институтом «Стрелка» в партнерстве с ДОМ.РФ.
«Работа с сопротивлением»
Публикуем отрывок из книги Ричарда Сеннета «Мастер» о постижении сути мастерства – в градостроительстве, инженерном искусстве, стрельбе из лука. Книга вышла на русском языке в издательстве Strelka Press.
Крепости «Красной Вены»
Многочисленные дома для рабочих, построенные в Вене социал-демократическими бургомистрами в 1923–1933, положили начало ее сильной традиции муниципального жилья. Массивы «Красной Вены» – в фотографиях Дениса Есакова.
Макеты в масштабе 1:1
Поселок Веркбунда в Вене, идеальное социальное жилье, построенное ведущими европейскими архитекторами для выставки 1932 года – в фотографиях Дениса Есакова.
Будущее вчера и сегодня
Публикуем статью Александра Скокана, впервые появившуюся в прошедшем году в Академическом сборнике РААСН: о Будущем, как его видели в 1960-е, о НЭР, и о том будущем, которое наступило.
Руины Лондона. Часть II
Продолжаем публикацию эссе историка архитектуры Александра Можаева, посвященного практике сохранения остатков старинных зданий в Лондоне. На этот раз речь о средневековье.
Технологии и материалы
Обновление коллекции декоров ALUCOBOND® Design
Коллекция декоров ALUCOBOND® Design от компании 3A Composites пополнилась несколькими новыми образцами – все они находятся в русле тренда на натуральность и отвечают самым актуальным тенденциям в дизайне.
Любовь к геометрии
Французское сантехническое оборудование DELABIE для крупных общественных сооружений выбирают выдающиеся архитекторы Жан Нувель, Норман Фостер, SANAA, Руди Ричотти и другие. Представляем новую модель бесконтактных смесителей TEMPOMATIC 4, сочетающих безопасность, мега-экологичность и стильный дизайн.
Урбан-домик на дереве
Современное игровое пространство Halo Cubic от финского производителя Lappset: множество сценариев игры и безупречный дизайн, способный украсить современный жилой комплекс любого класса.
Естественность и сила кирпича ручной работы
Датский ригельный кирпич ручной работы Petersen Kolumba на фасадах частного дома в Иркутске по проекту Станислава Гаврилова напоминает о мощи древнеримской архитектуры и прекрасно справляется с сибирскими морозами. Мы расспросили автора проекта об этом доме и работе с кирпичом Kolumba.
Handmade для кинотеатра «Москва»
Коммерческий директор компании Ледрус Максим Беляев рассказывает о том, в чем состоит специфика работы со светом по индивидуальному дизайн-проекту и как можно переквалифицироваться из поставщика в подрядчика с функциями ведущего консультанта, проектировщика оригинальных решений и производителя в одном лице.
Блестящие перспективы
Lucido – архитектурно ориентированная компания, ставящая во главу угла эстетику и технологичность. Предлагая все виды итальянской керамической плитки и мозаики, Lucido специализируется на керамограните больших форматов. Рассказываем о воссоздании мраморных слэбов, а также об экспериментах с большим форматом звезд мировой архитектуры Кенго Кумы и Даниэля Либескинда.
Материя с гибким характером
Алюминий – разнообразный материал, он работает в широком в диапазоне от гибкого дигитального футуризма – до имитации естественных поверхностей, подходящих для реконструкций и даже стилизаций. Рассказываем о 7 новых жилых комплексах, в которых использован фасадный алюминий компании SEVALCON.
Волшебная линия
Вентиляционные диффузоры Invisiline, созданные архитекторами Майклом и Элен Мирошкиными, завоевали престижную дизайнерскую премию Red Dot 2020. Невидимые решетки, придуманные для собственных проектов, выросли в бренд, ответивший на запросы коллег-архитекторов.
Эффектная сантехника для энергоэффективного дома
Экодом в Чезене, совмещающий функции жилья и рабочей студии архитекторов Маргариты Потенте и Стефано Пирачини, стал первым в Италии примером «пассивного дома», встроенного в плотный фронт городской застройки; кроме того он – результат реконструкции. Интерьеры дома удачно дополняет сантехника Duravit.
Такие стеклянные «бабочки»
Важным элементом фасадного решения одного из самых известных
новых домов московского центра стало стекло Guardian:
зеркальные окна сочетаются с моллированными элементами, с помощью которых удалось реализовать смелую и красивую форму,
задуманную архитекторами.
Рассказываем, как реализована стеклянная пластика
дома на Малой Ордынке, 19.
На вкус и цвет: алюминий в московском метро
Алюминий практически вездесущ, а в современном метро просто незаменим. Он легок и хорошо держит форму, оттенки и варианты фактуры разнообразны: от стеклянисто-глянцевого до плотного матового. Вашему вниманию – обзор новых станций московского метро, в дизайне интерьеров которых использован окрашенный алюминий SEVALCON.
UP-GYM: интерактив для городской среды
Современное развитие комфортной городской среды требует современных решений.Новые подходы к организации уличного детского досуга при обустройстве дворовых территорий и общественных пространств, спортивных, образовательных и медицинских учреждений предложили чебоксарские специалисты.
Серьезный кирпичный разговор
В декабре в московском центре дизайна ARTPLAY прошла Кирпичная дискуссия с участием ведущих российских архитекторов – Сергея Скуратова, Натальи Сидоровой, Алексея Козыря, Михаила Бейлина и Ильсияр Тухватуллиной. Она завершила программу 1-го Кирпичного конкурса, организованного журналом
«Проект Балтия» и компанией АРХИТАЙЛ.
Сейчас на главной
Эстетизация двора
Благоустраивая двор жилого комплекса премиум-класса, бюро GAFA позаботилось не только о соответствующем высокому статусу образе, но и о простых человеческих радостях, а также виртуозно преодолело нормативные ограничения.
Кино под куполом
Музей науки Curiosum с купольным кинотеатром по проекту White Arkitekter расположился в исторической промзоне на севере Швеции, занятой сейчас университетом Умео.
Авангардный каркас из прошлого
В Париже завершилась реконструкция почтамта на улице Лувра по проекту Доминика Перро: почтовая функция сведена к минимуму, вместо нее возникло множество других, включая социальное жилье.
Шелковые рукава
Металлические ленты Культурного центра по проекту Кристиана де Портзампарка в Сучжоу – парафраз шелковых рукавов артистов куньцюй: для спектаклей этого оперного жанра также предназначен комплекс.
MasterMind: нейросеть для девелоперов и архитекторов
Программа, разработанная компанией Genpro, способна за полчаса сгенерировать десятки вариантов застройки согласно заданным параметрам, но не исключает творческой работы, а лишь исполняет техническую часть и может быть использована архитекторами для подготовки проекта с последующей передачей данных в AutoCAD, Revit и ArchiCAD.
Жук улетел
История проектирования бизнес-центра в Жуковом проезде: с рядом попыток сохранить здание столетнего «холодильника» и современными корпусами, интерпретирующими промышленную тему. Проект уже не актуален, но история, на наш взгляд, интересная.
Медные стены, медные баки
Новая штаб-квартира Carlsberg Group в Копенгагене по проекту C. F. Møller получила фасады из медных панелей, напоминающие об исторических чанах для варки пива.
Оболочка IT-креативности
Московское здание международной сети внешкольного образования с центром в Армении – школы TUMO – расположилось в реконструированном корпусе, единственном сохранившемся от сахарного завода имени Мантулина. Пожелания заказчика и инновационная направленность школы определили техногенную образность «металлического ящика», открытую планировку и яркие акценты внутри.
Быть в центре
Апарт-комплекс в центре делового квартала с веерными фасадами и облицовкой с эффектом терраццо.
ВХУТЕМАС versus БАУХАУС
Дмитрий Хмельницкий о причудах историографии советской архитектуры, о роли ВХУТЕМАСа и БАУХАУСа в формировании советского послевоенного модернизма.
Авангард на льду
Бюро Coop Himmelb(l)au выиграло конкурс на концепцию хоккейного стадиона «СКА Арена» в Санкт-Петербурге. Он заменит собой снесенный СКК и обещает учесть проект компании «Горка», недавно утвержденный градсоветом для этого места.
Третий путь
Публикуем объект, получивший гран-при «Золотого сечения 2021»: офисный комплекс на Верхней Красносельской улице, спроектированный и реализованный мастерской Николая Лызлова в 2018 году. Он демонстрирует отчасти новые, отчасти хорошо забытые старые тенденции подхода к строительству в исторической среде.
Диалог в кирпиче
Новый корпус школы Скиннерс по проекту Bell Phillips Architects к юго-востоку от Лондона продолжает викторианскую традицию кирпичной архитектуры.
Слабые токи: итоги «Золотого сечения»
Вчера в ЦДА наградили лауреатов старейшего столичного архитектурного конкурса, хорошо известного среди профессионалов. Гран-при получили: самая скромная постройка Москвы и самый звучный проект Подмосковья. Рассказываем о победителях и публикуем полный список наград.
Оазис среди офисов
Двор киевского делового центра Dmytro Aranchii Architects превратили в многофункциональную рекреационную зону для сотрудников.
Террасы и зигзаги
UNStudio прорывается в Петербург: на берегу Финского залива началось строительство ступенчатого офиса для IT-компании JetBrains.
Пресса: «Потенциал городов не раскрыт даже на треть». Архитектор...
Программа реновации, предполагающая снос хрущевок, стартовала в Москве в 2017 году. Хотя этот механизм и отличается от закона о комплексном развитии территорий, который распространили на остальную страну, столичные архитекторы накопили приличный опыт, как обновлять застроенные кварталы. Об этом мы поговорили с руководителем бюро T+T Architects Сергеем Трухановым.
Избушка в горах
Клубный павильон PokoPoko по проекту Klein Dytham architecture при отеле на острове Хонсю напоминает сказочный домик.
Здесь и сейчас
Три примера быстровозводимой модульной архитектуры для города и побега из него: растущие офисы, гастромаркет с признаками дома культуры и хижина для созерцания.