Островки преобразований

О двух постройках бюро «Сторакет» – школе «Айб» в Ереване и центральной школе в Дилижане.

mainImg
Архитектура Армении для российского и международного читателя ассоциируется в основном со средневековым храмовым зодчеством. Эти постройки стали символом армянской культуры, в тени которого находится современная армянская архитектура. В последние годы благодаря усилиям историка и теоретика Карена Бальяна были сделаны немалые шаги по изучению современной армянской архитектуры, в частности – построек эпохи советского модернизма. Однако по объективным причинам постсоветская архитектура Армении не представляет особого интереса для международных теоретиков и критиков – что вполне объяснимо, учитывая качество новой архитектуры и общую традиционалистскую ее направленность.

Фото © Тигран Арутюнян



Однако, вопреки этой тенденции, в последние годы в стране начали появляться постройки, которые вполне могут быть интересны и в общемировом контексте. Примечательно, что они располагаются, в основном, за пределами столицы или, по крайней мере, не в центре Еревана. К сожалению, в силу разных объективных и субъективных факторов, данные проекты в Армении не были восприняты как важные архитектурные явления и, тем более, не получили известности в международном масштабе. Эти здания остаются этакими островками современной архитектуры и нередко даже игнорируются в консервативных архитектурных кругах. В этой статье хотелось бы представить две школы, которые были построены в последние годы. Они ломают общепринятое представление об архитектуре средних школ и претендуют на то, чтобы стать образовательными точками притяжения для всего мира.


Школа «Айб»

Созданный в 2006 образовательный фонд «Айб» поставил себе задачу построить в Армении уникальную школу для одаренных детей, воплощающую в себе новый формат образования, созвучный XXI веку. Это была масштабная национальная идея развития: основатели фонда, в первую очередь, придавали значение инвестициям в будущее страны, то есть в обучение нового поколения. Следует отметить, что образовательный комплекс был полностью построен на средства благотворителей. Изначально инвесторы намеревались привлечь для реализации этой идеи зарубежных архитекторов, предполагалось организовать закрытый международный конкурс. В частности, шли переговоры с такими именитыми профессионалами, как руководивший расширением кампуса MIT Билл Митчелл и основатель видного китайского бюро MADA s.p.a.m. Цинюнь Ма. Однако из-за финансовых трудностей 2009 года организаторы отказались от больших амбиций и доверили проект молодому ереванскому бюро «Сторакет» (в переводе с армянского – «запятая», что отражено в логотипе бюро), которому сначала было предложено лишь разработать конкурсное задание.

В октябре 2011 было завершено строительство первого корпуса – А. Это один из немногих постсоветских проектов в Ереване, который по своей сути, задаче, исполнению, подходу претендует на актуальность в общемировом контексте. Он появился на незастроенной территории на севере армянской столицы, рядом с Тбилисским шоссе и Канакерской ГЭС. Самое заметное сооружение поблизости – здание Завода шампанских вин (арх. Завен Бахшинян, 1948), а сама эта территория еще с советских времен использовалась как площадка автошколы. Там также находились незавершенные, заброшенные здания 1980-х годов, одно из которых, в связи с положительным техническим заключением, по инициативе архитекторов было сохранено.

Фото предоставлено архитектурным бюро «Сторакет»


Вопреки мнению многих старших коллег, молодые архитекторы не избавились от этого невзрачного здания, а нашли наиболее адекватное решение для его приспособления под новое использование, которое и определило морфотип новой школы.

Изображение предоставлено архитектурным бюро «Сторакет»


В целом, зданию присуща динамичная эстетика: это дробная композиция из автономных объемов.

Изображение предоставлено архитектурным бюро «Сторакет»
Изображение предоставлено архитектурным бюро «Сторакет»


Фасад сочетает серый базальт, белую штукатурку и контрастные акценты оранжевых порталов и обрамления окон (оранжевый – цвет логотипа фонда «Айб»), которые ярко дополняют серо-белую гамму. Интересно, что был использован облицовочный базальт, оставшийся от 1980-х.

zooming
Фото предоставлено архитектурным бюро «Сторакет»
zooming
Фото предоставлено архитектурным бюро «Сторакет»


Вход на территорию обозначен массивной бетонной рамой, на которой вырезано название «Айб».

zooming
Фото предоставлено архитектурным бюро «Сторакет»


Интерьеры школы также характеризуются яркими, свободными решениями. Внутри холла второй этаж с первым соединяет горка-тобоган, по которой дети спускаются в спортзал.

Фото предоставлено архитектурным бюро «Сторакет»
Фото предоставлено архитектурным бюро «Сторакет»


А с третьего этажа на второй ученики могут спускаться по винтовому тобогану, форма которого отразилась и на фасаде здания, что явилось одним из своеобразных акцентов проекта.

Фото предоставлено архитектурным бюро «Сторакет»


После завершения этого здания былo начато проектирование второго корпуса – Б, который был завершен годом позже – в 2012. Корпус Б примыкает к корпусу А, став его физическим и композиционным продолжением. Он был построен на фундаменте прежней незавершенной постройки, которая повлияла на его структуру. Эстетически он решен как часть корпуса А: первый этаж оштукатурен серым цветом а второй – белым, и там применены ленточные окна. Ломаные линии второго этажа визуально указывают на его глубину. Изначально корпус планировался как двухэтажный, но после был добавлен третий этаж, который придал ему массивность, поэтому, стремясь облегчить визуальную нагрузку, верхний объем сделали максимально прозрачным.

zooming
Фото предоставлено архитектурным бюро «Сторакет»


В комплекс входят лаборатории «Фаб-Лаб», которые выполнены из контейнеров.

Фото предоставлено архитектурным бюро «Сторакет»


В 2015 началось строительство корпуса С.

Фото предоставлено архитектурным бюро «Сторакет»


Проект образовательного центра «Айб» предполагает строительство целого комплекса. Так, пока в смежных корпусах А и Б разместились старшие и младшие классы, но в дальнейшем каждая из этих двух групп учеников получит свой корпус.

Изображение предоставлено архитектурным бюро «Сторакет»



Центральная школа в Дилижане

Дилижан – небольшой город на севере Армении, к северу от озера Севан, расположившийся в живописном горном ландшафте. Город получил мировую известность с открытием там школы сети UWC College (проект Tim Flynn Architects). Перемены в постсоветское время в Дилижане начались благодаря тогдашнему премьер-министру Тиграну Саркисяну, который хотел сделать Дилижан финансовым центром. Поэтому туда первым переехал Центральный банк Армении, который открыл там свой филиал. Для привлечения своих сотрудников в провинцию, то есть создания там для них привлекательных условий для жизни, банк, помимо прочего, принял решение построить современную школу, аналогов которой которой не было даже в столице. Для реализации этой идеи, в том числе – определения формата будущей школы, банк пригласил образовательной фонд «Айб», у которого уже был опыт создания современного образовательного учреждения. Сначала планировалось возвести новую школу на склоне при въезде в центральную часть города, однако геологические исследования показали там ненадежность грунтов.

zooming
Фото предоставлено архитектурным бюро «Сторакет»


Бюро «Сторакет» успело выполнить эскизный проект для этого участка, который предполагал новый метод организации пространства, выразившийся в оригинальном формообразовании.

Изображение предоставлено архитектурным бюро «Сторакет»
Изображение предоставлено архитектурным бюро «Сторакет»


Прообразом для новой школы, по идее авторов, послужили традиционные дилижанские «консольные» дома с двускатной крышей, которые воспринимаются как автономные, хаотично расположенные на склонах фасады, выступающие из-под деревьев.

Фото предоставлено архитектурным бюро «Сторакет»


Эта идея заложена также и в реализованном проекте бюро «Сторакет».

Изображение предоставлено архитектурным бюро «Сторакет»


Строительство школы началось осенью 2013, офицальное открытие состоялось 24 сентября 2015, однако школа уже работает с февраля этого года. Выбранная территория располагается в районе Шамахян, рядом с жилой застройкой, построенной силами Молдавской ССР после спитакского землетрясения 1988 года.

zooming
Фото предоставлено архитектурным бюро «Сторакет»



Этот жилой квартал должен был растянуться на запад, к месту расположения нынешней школы, но распад СССР воспрепятствовал реализации этих планов. Однако на этом месте остались недостроенные здания и котлованы. Архитекторы при проектировании учли контуры этих котлованов, которые повлияли на формирование структуры здания, а существовавшая на этом месте подпорная стена стала композиционной осью школы. Также проект включил в себя перепады рельефа на участке.

Здание состоит из двух асимметричных композиций, которые составлены из четырех основных корпусов (Б, Г, Д, Е), расположенных под углом 45° и разделенных корпусом А, который проходит по композиционной оси. Корпуса различаются по своим функциям.

Изображение предоставлено архитектурным бюро «Сторакет»
Изображение предоставлено архитектурным бюро «Сторакет»
Изображение предоставлено архитектурным бюро «Сторакет»


Корпус А – исключительно коммуникационный блок, связывающий четыре корпуса и входные группы. На его первом этаже расположены входы и технические помещения, на верхнем – коридор. Корпус решен как нейтральный, покрытый белой штукатуркой объем. На его кровле сделаны круглые световые проемы, напоминающие о приемах советского модернизма. Вход для администрации – с северной стороны, а для учеников – с южной.

Фото предоставлено архитектурным бюро «Сторакет»


Двухэтажные корпуса Б и Е находятся по правую сторону от корпуса А. В них расположены, соответственно, средние классы и зал с кружками. Корпуса Г и Д – одноэтажные и находятся слева от корпуса А. Там размещены младшие классы (корпус Г) и административный блок (корпус Д). Такой подход обусловлен, в первую очередь, эвакуационными соображениями, чтобы младшие дети могли покинуть здание непосредственно из своей классной комнаты. Площадка между корпусами Г и Д получила форму трапеции, что обусловлено небольшим расстоянием между этими сооружениями.

Фото предоставлено архитектурным бюро «Сторакет»


Несмотря на разделение на корпуса, архитекторы стремились связать школьный комплекс в единое пространство. Дополнительные связи созданы, в частности, зданием «Фаб-Лаб» между корпусами Б и Е: его крыша служит террасой. Кроме того, из дворика между корпусами Г и Д через коридор можно попасть в актовый зал.

Фото предоставлено архитектурным бюро «Сторакет»


В структуре здания важную роль играют расположенные на втором уровне объемы классных комнат, трактованные как маленькие домики с двускатной крышей, покрытой профнастилом.

Фото предоставлено архитектурным бюро «Сторакет»


Их дробная композиция не имеет определенный системы, а получившийся образ напоминает шоу-рум VitraHaus бюро Herzog de Meuron в Вайле-на-Рейне. Но, как и в школе «Айб», в здании нет единой визуальной оси, поэтому оно с разных ракурсов выглядит по-разному и в целом воспринимается как совокупность разрозненных форм, где проступают и традиционалистские, и модернистские подходы. Таким образом, визуальная нагрузка равномерна, поскольку при «акцентной» архитектуре «домиков» белые объемы, выступающие как эстетический фон, также претендуют на активность с помощью своих ярких, асимметрично расположенных оконных проемов.

zooming
Фото предоставлено архитектурным бюро «Сторакет»



Автономное решение объемов и фасадов характерно для творческого метода бюро «Сторакет», который выразился в обоих школьных зданиях. Для них характерен некий постмодернистский подход без конкретного стилевого и композиционного акцента, где объемы не разделены на первостепенные и менее важные.

* * *

Обе школы отделены от городского контекста. Обе они были созданы как «точки прорыва» для развития города и страны в целом. Они также относятся к малочисленным, к сожалению, примерам удачной некоммерческой архитектуры в Армении, где архитектура как таковая играет первостепенную роль, в отличие от преобладающих коммерческих и жилых зданий, где архитектура вытесняется под давлением коммерческих интересов. Оба здания определили новый формат школьной архитектуры и стали самыми значимыми проектами для молодого бюро. По своему решению они являются некими островками в своем окружении, однако, если «Айб» не связан по своей архитектуре с городом и средой, то дилижанская школа прямо стремится цитировать местный контекст.

Не хотелось бы давать однозначную оценку тому, насколько реализованные проекты находятся на уровне мировых архитектурных тенденций и т.п. Однако сам факт появления архитектуры такого уровня в постсоветской Армении уже очень значим. Язык архитектуры в этих зданиях современен, хоть и не первичен в глобальном масштабе. Современная архитектура, в принципе, не играла в новейшей истории Армении главенствующую роль: традиционалистские направления и стили вытесняли модернизм. Единственным периодом, когда армянская архитектура шла в ногу с мировыми тенденциями, были 1920-е, эпоха конструктивизма.

Жилой дом на улице Вардананца. Архитектор Тиран Ерканян. 1936. Фото © Тигран Арутюнян


Также можно отметить и ряд удачных модернистских зданий в 1960-е.

zooming
Летний зал кинотеатра «Москва» в Ереване. Архитекторы С. Кнтехцян, Т. Геворкян, 1968. Фото с сайта synthart.livejournal.com/236923.html


В остальном, она развивалась и развивается в русле локальных, консервативных тенденций.
 

25 Сентября 2015

Похожие статьи
Оправдание добра, или как не промотать наследство
Книга доктора искусствоведения, академика Марии Нащокиной «Апология наследия» – всеобъемлющий труд, собравший под одной обложкой острые проблемы сохранения наследия в нашей стране и за рубежом. Глубокий научный подход сочетается в ней со смелостью говорить правду, порой нелицеприятную, и предлагать здравые решения. Публикуем рецензию и отрывок из книги.
«Чужие» в городе
Мы попросили у Александра Скокана комментарий по итогам 2025 года – а он прислал целую статью, да еще и посвященную недавно начатому у нас обсуждению «уместности высоток» – а говоря шире, контрастных вкраплений в городскую застройку. Получился текст-вопрос: почему здесь? Почему так?
Константин Трофимов: «Нас отсеяли по формальному...
В финал конкурса на концепцию вестибюля станции метро «Лиговский проспект-2» вышло 10 проектов, 2 самостоятельно снялись с дистанции, а еще 11 не прошли конкурс портфолио, который отсекал участие молодых или иногородних бюро. Один из таких участников – «Архитектурная мастерская Трофимовых», главный архитектор которой четыре года работал над проектом Высокоскоростной железнодорожной магистрали, но не получил шанса побороться за вестибюль станции метро. О своем опыте и концепции рассказал руководитель мастерской Константин Трофимов.
Угадай мелодию
Архитектурная премия мэра Москвы позиционирует себя как представляющая «главные проекты года». Это большая ответственность – так что и мы взяли на себя смелость разобраться в структуре побед и не-побед 2025 года на примере трех самых объемных номинаций: офисов, жилья, образования. Обнаружился ряд мелких нестыковок вроде не названных авторов – и один крупный парадокс в базисе эмотеха. Разбираемся с базисом и надстройкой, формулируем основной вопрос, строим гипотезы.
Казус Нового
Для крупного жилого района DNS City был разработан мастер-план, но с началом реализации его произвольно переформатировали, заменили на внешне похожий, однако другой. Так бывает, но всякий раз обидно. С разрешения автора перепубликовываем пост Марии Элькиной.
«Рынок неистово хочет общаться»
Арх Москва уже много лет – не только выставка, но и форум, а в этом году количество разговоров рекордное – 200. Человек, который уже пять лет успешно управляет потоком суждений и амбиций – программный директор деловой программы выставки Оксана Надыкто – проанализировала свой опыт для наших читателей. Строго рекомендовано всем, кто хочет быть «спикером Арх Москвы». А таких все больше... Так что и конкуренция растет.
Опровержение и сравнение: конкурс красноярского театра
Начали писать опровержение – ошиблись, при рассказе о проекте Wowhaus, который занял 1 место, с оценкой объема сохраняемых конструкций, из-за недостатка презентационных материалов – а к опровержению добавилось сравнение с другими призерами, и другие проекты большинства финалистов. Так что получился обзор всего конкурса. Тут, помимо разбора сохраняемых разными авторами частей, можно рассмотреть проекты бюро ASADOV, ПИ «Арена» и «Четвертого измерения». Два последних старое здание не сохраняют.
ЛДМ: быть или не быть?
В преддверии петербургского Совета по сохранению наследия в редакцию Архи.ру пришла статья-апология, написанная в защиту Ленинградского дворца молодежи, которому вместо включения в Перечень выявленных памятников грозит снос. Благодарим автора Алину Заляеву и публикуем материал полностью.
Пользы не сулит, но выглядит безвредно
Мы попросили Марию Элькину, одного из авторов обнародованного в августе 2020 года письма с критикой законопроекта об архитектурной деятельности, прокомментировать новую критику текста закона, вынесенного на обсуждение 19 января. Вывод – законопроект безвреден, но архитектуру надо выводить из 44 и 223 ФЗ.
Буян и суд
Новость об отмене парка Тучков буян уже неделю занимает умы петербуржцев. В отсутствие каких-либо серьезных подробностей, мы поговорили о ситуации с архитекторами парка и судебного квартала: Никитой Явейном и Евгением Герасимовым.
Григорий Ревзин об ЭКСПО 2020: Европа и отказ от формы
Рассматривая тематические павильоны и павильоны европейских стран, Григорий Ревзин приходит к выводу, что «передовые страны показывают, что архитектура это вчерашний день», главная тенденция состоит в отсутствии формы: «произведение это процесс, лучшая вещь – тусовка вокруг ничего».
Григорий Ревзин об ЭКСПО 2020: «страны с проблематичной...
Продолжаем публиковать тексты Григория Ревзина об ЭКСПО 2020. В следующий сюжет попали очень разные павильоны от Белоруссии до Израиля, и даже Сингапур с Бразилией тоже здесь. Особняком стоит Польша: ее автор считает «играющей в первой лиге».
Григорий Ревзин об ЭКСПО 2020: арабские страны
Серия постов Григория Ревзина об ЭКСПО 2020 на fb превратилась в пространный, остроумный и увлекательный рассказ об архитектуре многих павильонов. С разрешения автора публикуем эти тексты, в первом обзоре – выставка как ярмарка для чиновников и павильоны стран арабского мира.
Помпиду наизнанку
Ренцо Пьяно и ГЭС-2 уже сравнивали с Аристотелем Фиораванти и Успенским собором. И правда, она тоже поражает высотой и светлостию, но в конечном счете оказывается самой богатой коллекцией узнаваемых мотивов стартового шедевра Ренцо Пьяно и Ричарда Роджерса, Центра Жоржа Помпиду в Париже. Мотивы вплавлены в сетку шуховских конструкций, покрашенных в белый цвет, и выстраивают диалог между 1910, 1971 и 2021 годом, построенный на не лишенных плакатности отсылок к главному шедевру. Базиликальное пространство бывшей электростанции десакрализуется практически как сам музей согласно концепции Терезы Мавики.
Спасение Саут-стрит глазами Дениз Скотт Браун
Любое радикальное вмешательство в городскую ткань всегда вызывает споры. Джереми Эрик Тененбаум – директор по маркетингу компании VSBA Architects & Planners, писатель, художник, преподаватель, а также куратор выставки Дениз Скотт Браун «Wayward Eye» на Венецианской биеннале – об истории масштабного проекта реконструкции Филадельфии, социальной ответственности архитектора, балансе интересов и праве жителей на свое место в городе.
Победа прагматиков? Хроники уничтожения НИИТИАГа
НИИ теории и истории архитектуры и градостроительства сопротивляется реорганизации уже почти полгода. Сейчас, в августе, институт, похоже, почти погиб. В недавнем письме президенту РФ ученые просят перенести Институт из безразличного к фундаментальной науке Минстроя в ведение Минобрнауки, а дирекция говорит о решимости защищать коллектив до конца. Причем в «обстановке, приближенной к боевой» в институте продолжает идти научная работа: проводят конференции, готовят сборники, пишут статьи и монографии.
Есть ли места на Олимпе? Сексизм и «звездность» в архитектуре
«Есть ли места на Олимпе? Сексизм и «звездность» в архитектуре» Дениз Скотт Браун – это результат личного исследования вопросов авторства, иерархической и гендерной структуры профессии архитектора. Написанная в 1975 году, статья увидела свет лишь в 1989, когда был издан сборник "Architecture: a place for women". С разрешения автора мы публикуем статью, впервые переведенную на русский язык.
ВХУТЕМАС versus БАУХАУС
Дмитрий Хмельницкий о причудах историографии советской архитектуры, о роли ВХУТЕМАСа и БАУХАУСа в формировании советского послевоенного модернизма.
Еще одна история
Рассказ Феликса Новикова о проектировании и строительстве ДК Тракторостроителей в Чебоксарах, не вполне завершенном в девяностые годы. Теперь, когда рядом, в парке построено новое здание кадетского училища, автор предлагает вернуться в идее размещения монументальной композиции на фасадах ДК.
Технологии и материалы
Угольная пыль вместо цемента
Ученые Пермского Политеха и УрФУ создали экологичный бетон с повышенной водостойкостью. В составе материала – тонкомолотые горелые породы, отравляющие экологию угледобывающих регионов.
Материал с характером
За последние годы продажи металлических фасадных кассет в России выросли почти на 40 % – в сегментах бизнес и премиум всё активнее спрос на материалы, которые дают архитектору свободу работать с выразительной формой, не в ущерб безопасности и сроку службы фасада. Металлокассеты стали одним из главных ответов на этот запрос. Смотрим актуальные приёмы их применения на реализованных объектах от компании «Алкотек».
Архитектура воздухообмена
В зданиях большого объема – от спортивных комплексов до производственных корпусов – формирование комфортного микроклимата связано с особыми инженерными задачами. Одной из ключевых становится организация циркуляции воздуха, позволяющая устранить температурное расслоение и обеспечить равномерные условия по всей высоте пространства.
Стеклопакет: от ограждающей конструкции к интеллектуальной...
В современной архитектуре стеклопакет приобрел множество полезных функций, став полноценным инструментом управления микроклиматом здания. Так, энергосберегающие стеклопакеты эффективно удерживают тепло в помещении, солнцезащитные – предотвращают перегрев, а электрообогреваемые сами становятся источником тепла. Разбираемся в многообразии современных стеклоизделий на примере продукции Российской Стекольной Компании.
Опоры из грибницы
В США придумали новую альтернатива бетону – живой материал на основе мицелия и бактерий. Такой материал способен самовосстанавливаться и годится для применения в конструктивных компонентах зданий.
«Сухой» монтаж: КНАУФ в BelExpo
Минский BelExpo возвели на год раньше плана. Ключевую роль сыграли технологии КНАУФ: в основе конструкций – каркасно-обшивное перекрытие, собранное как конструктор и перекрывающее 6 метров без тяжелой техники, а также системы «потолок под потолком» с плитами КНАУФ-Акустика.
Полы, выращенные бактериями
Нидерландско-американская исследовательская команда представила напольную плитку на основе «биоцемента». Привычный цемент, выполняющий роль вяжущего вещества, авторы заменили на выработанный бактериями известняк. При производстве плитки Mimmik в среду попадает на 60% меньше выбросов – по сравнению с традиционной.
Живой металл
Анодированный алюминий занимает все более заметное место в архитектурных проектах – от жилых комплексов до аэропортов. Его выбирают за выразительный внешний вид и стабильные эксплуатационные характеристики. В России с архитектурным анодированием системно работает завод полного цикла «25 микрон». В статье на примере его технологий и решений разберем, как устроен процесс анодирования и какие свойства делают этот материал востребованным.
Обновленный шоу-рум LUCIDO: рабочая среда для архитектора
Бутик Итальянской Плитки LUCIDO, расположенный в особняке на Пречистенке, завершил реконструкцию. Задача обновления – усилить функциональность пространства как инструмента для профессиональной работы с материалом. В новой экспозиции сделан акцент на навигацию, сценарии освещения и демонстрацию крупных форматов в условиях, приближенных к реальному интерьеру.
Стальное зеркало терруара
Архитектурная мастерская «АКАНТ» превратила здание винодельни в Краснодарском крае в оптическую иллюзию при помощи полированной нержавеющей стали «СуперЗеркало» от компании «Орнамита». Материал позволяет играть со светом и восприятием объемов, снижать теплопоглощение и создавать объекты-магниты, привлекающие яркой образностью, оставаясь при этом практичным и ремонтопригодным решением.
Осознанный выбор
С каждым годом, с каждой новой научной и технологической разработкой и запуском в производство новых полимерных материалов с улучшенными качествами сфера их применения расширяется. О специфике и форматах применения полимерных материалов в современной общественной архитектуре, включая самые сложные и масштабные объекты, такие как стадионы, мы поговорили с заместителем генерального директора по проектированию ПИ «АРЕНА» Алексеем Орловым.
Сёрфборд для жилья
Гавайская архитектурная фирма Hawaii Off-Grid занялась производством строительных блоков из досок для сёрфинга. Разработка призвана побороть проблему нехватки жилья на островах и чрезмерных отходов сёрфинг-индустрии.
Бетон со знаком «минус»
В США разработали заполнитель для бетона с «отрицательным» содержанием углерода. Технология позволяет «запечатывать» CO₂ в минералах и использовать их в качестве заполнителей для бетонных смесей.
Японцы нашли ключ к «зеленому» стеклу из древесины
Исследователи из Университета Осаки разработали технологию получения прозрачной древесины без использования пластиковых компонентов и объяснили физику процесса, открывающую путь к управлению свойствами материала.
​Полимеры: завтрашний день строительства
Современная архитектура движется от статичных форм к адаптивным зданиям. Ключевую роль в этой трансформации играют полимерные материалы: именно они позволяют совершить переход от архитектуры как сборки деталей – к архитектуре как созданию высокоэффективной «оболочки». В статье разбираем ключевые направления – от уже работающих технологий до горизонтов в 5-10 лет.
Земля плюс картон
Австралийские исследователи, вдохновившись землебитной архитектурой, разработали собственный строительный материал. В его основе – традиционный для землебитной технологии грунт и картонные трубы. Углеродный след такого материала в четыре раза «короче», чем след бетона.
Цифровой дозор
Ученые Пермского Политеха автоматизировали оценку безопасности зданий с помощью ИИ. Программное решение для определения технического состояния наружных стен кирпичных зданий анализирует 18 критических параметров, таких как ширина трещин и отклонение от вертикали, и присваивает зданию одну из четырех категорий состояния по ГОСТ.
Палитра возможностей. Часть 2
В каких проектах и почему современные архитекторы используют такой технологичный, экономичный и выразительный материал, как панели поликарбоната? Продолжаем мини-исследование и во второй части обзора анализируем мировой опыт.
Технадзор с дрона
В Детройте для выявления тепловых потерь в зданиях стали использовать беспилотники. Они обнаруживают невидимые человеческому глазу дефекты, определяют степень повреждения и выдают рекомендации по их устранению.
Палитра возможностей
Продолжаем наш специальный проект «От молекулы до здания» и представляем вашему вниманию подборку объектов, построенных по проектам российских архитекторов, в которых нестандартным образом использованы особенности и преимущества поликарбонатов.
Сейчас на главной
Микродинамика макропроцессов
Учитывая близость многофункционального комплекса SOLOS к парку Сокольники и развитому транспортному узлу, бюро Kleinewelt Аrchitekten заложило в проект двух высотных башен динамику, но свойственную скорее природным явлениям, чем антропогенным объектам. Разобраться в ней без авторских схем не так просто, хотя глаз сразу замечает закономерность и пытается ее раскрыть. Нам показалось, что в одной башне заложен импульс готового раскрыться бутона, а во второй – движения литосферной плиты. Предлагаем разбираться вместе.
Пространство посткубизма
Сергей Чобан и Александра Шейнер, Студия ЧАРТ, создали для выставки «посткубистической» скульптуры Беатрисы Сандомирской – автора талантливого и мейнстримного, но почти не известного даже историкам искусства – пространство, подобное ее пластике: крепко сбитое, уверенно-стереометрическое и выразительное подспудно. Оно круглится, акцентируя крупный объем скульптуры, обнимает собой зрителя и ведет его от перспективы к перспективе, от «капища» к «Мадонне».
Ценность открытого места
Для участка рядом с метро Баррикадная Сергей Скуратов за период 2020–2025 сделал 5 проектов. Два из них победили в закрытых конкурсах заказчика. Пятый не так давно выбрал мэр Москвы для реализации. Проект ярок и пластичен, акцентен, заметен и интересен; что характерно для нашего времени. Однако – он среднеэтажен, невысок. И в своей северо-западной части, у метро и Дружинниковской улицы, формирует комфортный город. А с другой стороны – распахивается, открывая двор для солнечных лучей и формируя пространственную паузу в городской застройке. Как все устроено, какие тут геометрические закономерности и почему так – читайте в нашем материале.
Еловый храм
Бюро Ивана Землякова ziarch для живописного участка на берегу Волги недалеко от Твери предложило храм, которые наследует традициям местного деревянного зодчества, но и развивает их. Четверик поднят на бетонный подклет, вытянутая восьмискатная щипцовая кровля покрыта лемехом, а украшением фасада служат маленькие оконца. Сочетание материалов, форм и приемов роднит храм с окружающим лесным пейзажем.
Сезонные настроения
Бюро «Уголок» разработало интерьер одного из филиалов ресторана «М2 Органик клуб», специализирующегося на экологически чистой продукции и органической кулинарии, проиллюстрировав при помощи дизайна каждое из четырех времен года.
Прощай, эпоха
Сергей Кузнецов покинул пост главного архитектора Москвы. Новый главный архитектор не известен. Вероятно, пока. Что будет с московской архитектурой – тоже, с одной стороны, довольно понятно; а с другой – не очень.
Форма воды
Станцию Кэйп-Флэтс в Кейптауне SALT Architects проектировали как пример качественной индустриальной архитектуры, открыто, если не с гордостью, демонстрирующей свое предназначение.
Пришедшие с холода
Фестиваль «АрхБухта» – все еще один из немногих в России, где участники проходят через все этапы создания объекта от концепции до стройки. И делают это на берегу Байкала и ему же в посвящение. В этом году бюро GAFA приняло участие и рассказало о своем опыте: местная легенда, дизайн-код для команды, друзья, а также катание на коньках и испытание морозом помогли получить не только награду, но и нечто большее.
Сложная композиция
Парк технологий и инноваций Lenovo в Тяньцзине по проекту E Plus Design рассчитан на более чем 3000 сотрудников подразделения исследования и разработки.
Фахверк в формате барнхауса
В проекте загородного дома Frame Wood от AGE architects тектоника мощного фахверкового каркаса освобождена от стереотипов и заключена в лаконичный силуэт барнхауса. Конструкция по-прежнему – главное средство выразительности, но она становится более вариативной, а дом приобретает не характерную для фахверка легкость.
Цифры Вавилона
Публикуем магистерскую диссертацию Хаймана Хунде, подготовленную на Факультете архитектуры и дизайна Кубанского государственного университета. Она посвящена разработке градостроительных принципов развития города Эль-Хилла в Ираке с учетом исторического наследия и региональных особенностей. Например, формируя современные кварталы, автор обращается к планам древних городов, орнаменту и даже траектории движения небесных тел.
«Призрак» в разноцветном доспехе
Новый формат ресторанов – «призрачная кухня», появившийся не так давно на волне все возрастающей с ковидных времен привычки заказывать ресторанную еду на дом, требовал не менее нового и эффектного дизайна. Именно такое неформальное и жизнерадостное дизайнерское лицо разработало бюро VEA Kollektiv для бренда Why Not Sushi.
Цветы жизни
Архитектурная мастерская «Константин Щербин и партнеры» разработала мастер-план кампуса Университета имени Лесгафта, который, вероятно, расположится во Всеволожске. Планировочная структура с четким ядром и системой осей напоминает цветочную поляну, в центре которой – учебные корпуса, а ближе к периферии – жилой городок, спортивные объекты и медицинский кластер. В мастер-план заложен зеленый и водный каркас, а также транспортная схема, предполагающая приоритет пешеходов и велосипедистов.
Панорама готическая
ЖК «Панорама» известен тем, что никакой панорамы в нем нет, и на него панорамы нет – а есть «смотровая щель», приоткрывающая вид на неоготическую польскую церковь. И собственно прогал – готический, S-образный. И еще именно с этой постройки с Москве началась мода на цветные пиксельные фасады и цветное стекло; но она так и осталась лучшей. Анатолий Белов – об иронии в ЖК «Панорама». Памяти Валерия Каняшина.
Ярче, выше и заметнее: обзор проектов 23-29 марта
В подборку этой недели вошли семь проектов – за исключением башни в Грозном, все они московские, и каждый по-своему борется за внимание: с помощью оригинального облицовочного материала, цветовых контрастов, неожиданных пропорций, демонстрируя все лучшее и сразу, а иногда – выверяя и исследуя лишь единственный прием.
Город-цех
Публикуем магистерскую диссертацию «Ревитализация старой промзоны с созданием вертикальной планировочной структуры производственно-жилого комплекса». Ее автор, Кирилл Шрамов, рассматривает, по сути, возможность создания промышленного небоскреба – что в контексте сегодняшней любви к небоскребостроению в Москве выглядит весьма интересно.
Корочка льда
В рамках конкурса «Неочевидное. Арктика» петербургское бюро GRAD предложило для города-спутника Мурманска социальный хаб с видами на Кольский залив. Здание состоит из нескольких модулей, которые группируются вокруг атриума и соединяются мостами. У каждого модуля своя функциональная программа, что на фасаде проявлено различными типами облицовки из перфорированных металлических панелей. В проекте используются prefab-технологии
В ритме Неглинной
Citizenstudio бережно осовременили недостроенный трехэтажный корпус на Неглинной, принадлежащий МФЮА. Ограниченные логикой существующего объема, архитекторы, тем не менее, смогли реализовать достаточно тонкую игру со стилевыми реминисценциями самых разных исторических периодов и максимально деликатно вписаться в контекст центра Москвы.
Пресса: Владимир Ефимов: проекты-блокбастеры найдутся на...
Ситуацию в строительном секторе Москвы в настоящее время можно охарактеризовать как стабильную, а сами девелоперы уверенно смотрят в будущее, утверждает заммэра столицы по градостроительной политике и строительству Владимир Ефимов. В интервью РИА Новости он рассказал, с чем были связаны перемены в городских ведомствах, отвечающих за градостроительную политику и строительство <...>
К полету готов
В прошлом году в Филях завершилось строительство здания Национального Космического центра по проекту UNK Юлия Борисова, победившему в конкурсе 2019 года. Оно отличается лаконизмом и уверенной ритмичной поступью; формирует улицу и становится акцентом целого ряда городских панорам. А вот что послужило причиной победы проекта, насколько башня похожа на ракету и где там логотип Роскосмоса – читайте в нашем материале.
Лыжня от порога
Дом по проекту Mork-Ulnes Architects для семьи с двумя детьми в горах Сьерра-Невада над озером Тахо в Калифорнии сочетает скандинавские и местные мотивы.
Сугроб. Очаг. Ковчег.
В середине марта в новом корпусе Третьяковской галереи наградили победителей конкурса «Неочевидное. Арктика». В нем приняли участие молодые архитекторы до 30 лет и студенты профильных вузов. Всего на конкурс поступило 326 заявок. Жюри определило победителей в пяти номинациях, каждый из них получил по 100 000 рублей. Рассказываем о проектах-победителях.
Симфония воды и кирпича
Жилой комплекс Alter, построенный по проекту Степана Липгарта на излучине реки Охта, служит примером «нарисованного дома»: количество авторских деталей в нем не поддается исчислению, благодаря чему ребра, выступы и выемки формируют живописный силуэт даже без значительного перепада высот. Композиция и материал реагируют на соседство с рекой и краснокирпичным зданием фабрики начала XX века. Также на проект значительно повлияли рекомендации главного архитектора города. Подробности – в нашем материале.
Дом-Пингвин
Дом с выгнутым фасадом на Брестской – один из манифестов российского неомодернизма начала 2000-х, скульптура – таком смысле его рассматривает Анатолий Белов, говоря о «разрыве с модернистским каноном и средовым подходом». Не во всем согласны с автором, но взгляд интересный.
Байкальская рекурсия
В Иркутске завершился двадцатый фестиваль «АрхБухта». Темой этого года стала «Рекурсия». В конкурсной программе фестиваля участвовали 23 команды из разных городов России. Победу одержала команда «Футурум» из Иркутска с арт-объектом «Эхо». Рассказываем о проектах-победителях.
Волна и вертикаль
Проект премиального жилого комплекса, разработанный бюро GAFA для участка в Хорошевском районе, реагирует на ограничения – дугу проезда, водоохранную зону реки Ходынки и инсоляционные нормы – изобретательным массингом. Композиция строится на сочетании двух планов: протяженный дом-каре и укрытые за ним три башни создают силуэт и ракурсы, а также семантическую наполненность, которую усиливают фасадные решения. Еще одна особенность – большой приватный двор, дополненный общегородским линейным парком.