Юлия Тарабарина

Беседовала:
Юлия Тарабарина

Игорь Бондаренко: «Ученые формируются годами»

Говорим с Игорем Андреевичем Бондаренко, в 2004-2018 годы – директором НИИТИАГ, об истории института и современной ситуации вокруг него, верности слухов о сокращении и возможных перспективах.

В понедельник было 1 марта, когда по приказу ЦНИИП Минстроя вашему институту надлежало закрыть банковский счет и переехать в помещение головной организации со всеми вытекающими отсюда последствиями. Произошло ли это?

Нет, автономная жизнь наша продолжилась. Свет и отопление пока не отключили. Вчера состоялось общее собрание коллектива в гибридном формате. Многие пришли, многие общались через zoom. Это производило потрясающее впечатление: сколько же у нас постоянных представителей рассредоточено по всей стране! Это сотрудники наших бывших филиалов, которые прекратили свое существование после лишения НИИТИАГ статуса ФГБУ. Сколько маститых мэтров с громкими именами, сколько активных и уже знаменитых сотрудников среднего поколения, а сколько подрастающей молодежи! У нас есть строка в госзадании: обеспечить 40% молодых специалистов (до 39 лет), и она выполняется! Почему это удается сделать? Потому, что НИИТИАГ – это очень престижный давний бренд, знаменитый своими научными достижениями, широтой тематики, статьями, книгами, многотомниками, конференциями, международными связями, постоянной концентрацией здесь очень многих, почти всех ведущих архитектуроведов страны, серьезностью отношения к науке при поддержании неизменно доброжелательной, теплой, интеллигентной творческой атмосферы.

Коллектив наш крайне взволнован и обескуражен происходящим. С какой стати такая реформа, за что нас наказывают? Ведь мы из года в год исправно выполняем и перевыполняем плановые показатели! Уже написано немало писем, опубликованы интервью авторитетных людей [см., напр., подборку комментариев от 19.02.21 и письмо руководству страны в защиту НИИТИАГ, – прим. ред.].

Нашей дирекции удалось добиться отсрочки исполнения пресловутых приказов, так как закон требует уведомлять сотрудников за два месяца. Но планы генеральной дирекции остаются все теми же. И лозунг все тот же – оптимизация, повышение эффективности… Но эффективности не нашей, а ЦНИИПа – за наш счет!

Как же вам удается выполнять майские указы в отношении заработной платы при наличии 144 сотрудников?

Все последние годы удавалось, поскольку у нас была очень неплохая бюджетная субсидия, выделяемая по соответствующей федеральной программе. В этом отношении у нас нет претензий к государству. Одна только благодарность. Кроме того у нас минимизированы расходы на АУП [административно-управленческий персонал, – прим. ред.]. Конечно, не все работают у нас на полной ставке. Многие остаются из года в год совместителями, есть, как я уже отмечал, иногородние – дистанционные сотрудники. Но это всех устраивает. В мою бытность директором и до сих пор от наших сотрудников не поступало ни одной жалобы, хотя они достойны, безусловно, больших денежных вознаграждений.

Вот сейчас возникла угроза резкого снижения доходов сотрудников, так как генеральным директором издан приказ о выделении филиалуНИИТИАГ гораздо меньшей субсидии, чем в прошлые годы. Это беспрецедентное решение, в которое трудно поверить. Но такое решение пока есть и потому на еще действующий счет филиала перечислена сильно заниженная сумма первого квартала. Соответственно уменьшается и число НИР, которые должны выполнять сотрудники НИИТИАГ. При этом их перечень не определен и государственное задание до сих пор официально не выдано.

Правда ли, что в штате планируется оставить только 19 научных сотрудников?

Такое намерение проявлено. Основанием для него служит желание генерального директора ЦНИИП оставить в НИИТИАГе только 19 тем вместо 41 темы прошлого года. Считается наиболее эффективным решением оформить на постоянную работу лишь руководителей НИР, а всех исполнителей вывести за штат.

В связи с этим надо сказать, что сегодняшняя численность сотрудников НИИТИАГ, кстати, буквально соответствующая той, что была в советское время, сложилась отнюдь не случайно: она необходима для выполнения множества показателей государственного задания. Наш план формируется на основании конкурсного отбора заявок, проводимого РААСН, а потом еще экспертируемого РАН. Все очень серьезно, как в государственных научных фондах. Темы отличаются непременной актуальностью, новизной и фундаментальностью. Разрабатывать их могут только соответствующие специалисты. Уход хотя бы одного из таких специалистов требует корректировки плана, так как найти замену ему бывает крайне трудно. Ученые формируются годами. К ним нельзя относиться как к простым исполнителям, всегда готовым взяться за любую работу. Дело тут вовсе не в деньгах, как вы понимаете.

Вероятно Минстрою кажется малоинтересной и неактуальной тематика ваших преимущественно исторических исследований?

Может быть и кажется, но это не имеет под собой серьезных оснований. Мы выполняем из года в год свою часть Федеральной программы, за которую в целом отвечает Минобрнауки, а также – на экспертном уровне – РАН, а по архитектурно-строительному разделу РААСН. Сейчас начала действовать новая программа, рассчитаннаяна 2021–2030 годы. Она утверждена постановлением Правительства. В ней есть специальный раздел по теории и истории архитектуры и градостроительства. Все хорошо и стабильно!

Хочу отметить неточность формулировки вашего вопроса: у нас ведутся вовсе не только историко-архитектурные исследования, хотя они наш важный козырь. В НИИТИАГе есть отделы архитектуры и градостроительства Новейшего времени, современных проблем формирования среды и градорегулирования, проблем теории архитектуры, в котором пристальное внимание уделяется самым передовым явлениям и течениям в архитектурном творчестве, есть лаборатория архитектурного формообразования. А разве отдел проблем сохранения архитектурного наследия занимается не самыми острыми современными вопросами? У нас проводятся конференции и издаются сборники «Современная архитектура мира», в прошлом году запущена серия электронных изданий «Теория и история архитектуры» по материалам «Иконниковских» и «Хан-Магомедовских» чтений, содержащих исследования чрезвычайно актуальных и одновременно фундаментальных проблем. Под Новый год мы провели конференцию «Город после пандемии», по материалам которойзавершается подготовка сборника. Как Вы хорошо знаете, мы написали и уже опубликовали на вашем портале совместно с издательством Коло монографию «Реновация городской среды: исторические прецеденты». Могу добавить к этому, что я принимал участие в разработке «Стратегии развития строительной отрасли Российской Федерации».

Важно подчеркнуть, что НИИТИАГ всегда был готов взяться за разработку самых сложных и насущных проблем профессии, никогда не чурался и прикладной тематики, и, конечно же, научно-проектных, экспериментальных и смелых творческих разработок. Я хорошо понимаю, насколько наш институт может быть, действительно, нужен и полезен Министерству строительства и ЖКХ России. ЖКХ – это тоже по нашей части, так как мы большое внимание уделяем жизни и эксплуатации архитектурных сооружений во времени. Напомню, что одно время наш институт назывался «Теории, истории и перспективных проблем советской архитектуры».

Сейчас многие вспоминают о том, каким замечательным был ваш институт в прошлом. А в последнее время – он испытывает трудности, ему хуже?

Я очень благодарен всем, кто помянул добрым словом наш ЦНИИТИА – НИИТИАГ РААСН. Я и сам его старожил – с 1984 года. Да, в нем работали великие ученые, проводились большие и важные исследования, царила особая научная атмосфера. В последние годы перед разрушением СССР было принято решение возродить на базе именно этого института, переименованного тогда во ВНИИТАГ, Академию архитектуры. Этого, к сожалению, не произошло. Лишившись статуса всесоюзного, НИИТАГ попал в Минстрой России, где был посажен на голодный паек. Тогда произошло нечто подобное намечаемому сегодня: в штате было оставлено только 18 научных сотрудников. Остальные переведены на «эффективные» контракты. Произошел массовый исход прекрасных, в том числе очень перспективных и сильно выросших потом в других стенах научных сотрудников.

Но вскоре счастье улыбнулось нам: была учреждена РААСН, которая сразу же взяла к себе и пригрела НИИТАГ. Бюджет поначалу оставался маленьким, но психологическое состояние наше резко пошло на поправку. Да здравствует Академия! Мы находились в ее ведении 22 года. За это время очень окрепли, очень многое сделали, вернули в название института слово история, что важно, так как именно здесь находится главный российский центр систематического изучения архитектурного и градостроительного наследия. Мы, конечно, состарились, попрощались со многими нашими лидерами, но одновременно и омолодились, вырастили немало ценнейших специалистов. Можно смело сказать: пережили небывалый подъем и расцвет. Не всем это было видно извне. Но все, кто был внутри этого процесса, только подтвердят мои слова, я уверен.

Трудности у нас начались после пресловутой реформы Государственных академий наук, когда по приказу министра строительства одним махом НИИ РААСН были присоединены к ЦНИИПу – бывшему «Градо», а теперь ставшему безымянным и безликим, с директорами, к которым не предъявляются профессиональные квалификационные требования.

Однако и в этих условиях я еще четыре года, обладая автономией и достаточно большими полномочиями, продолжал вести корабль прежним курсом. Это получалось благодаря надежной поддержке президента РААСН А.В. Кузьмина. Когда в июне 2018 года у меня закончился контракт и гендиректор М.М. Чабдаров предложил мне пост научного руководителя ЦНИИП, чтобы взять нашу бухгалтерию в свои руки, удалось уговорить его назначить директором НИИТИАГ моего заместителя А.Ю. Казаряна. Это очень помогло делу. Армену Юрьевичу удалось отстоять и бухгалтерию, и отдел кадров, и все остальное. Спасибо ему за это! Но теперь, после смерти А.В. Кузьмина, новый генеральный директор решил с нами не церемониться.

Есть у вас надежда на то, что все образуется и НИИТИАГ продолжит полноценно заниматься архитектурной наукой?

Конечно, есть. Надежда умирает последней. Сейчас не в почете старые государственные учреждения. Считается, что их надо реструктурировать во имя высвобождения скованной жизненной энергии. Согласен, что надо бороться с косностью и удушающей атмосферой. Я всегда относился к этому с большой чуткостью. Но если учреждение хорошее, с чистой и светлой атмосферой, если это давно почитаемое «намоленное» место, то грех его портить и разрушать. Сейчас нам важно проявить свою волю к жизни и не сдаваться на милость победителю, а непременно победить. А для этого надо убедить людей, принимающих решения, в том, что они на грани совершения большой стратегической ошибки. Научные сотрудники с наработками, учеными степенями и званиями не пропадут, но они вынуждены будут рассеяться. Это значит, что Россия потеряет очень важный очаг профессиональной культуры, а с ней и образования; очень важный и вполне жизнеспособный генератор новых знаний и представлений об архитектуре и градостроительном искусстве. У нее не станет организации, держащей руку на пульсе и отечественного, и мирового развития архитектуры. От этого пострадает не только строительная, но и многие другие отрасли, так или иначе причастные к реализации национальных проектов и формированию достойной среды жизнедеятельности человека и общества.

Свои главные надежды я возлагаю опять-таки на Академию и ее нового президента Д.О. Швидковского, который прекрасно знает цену нашему институту. Ведь он является общепризнанным лидером в области теории и истории архитектуры и градостроительства. Я абсолютно уверен в том, что Дмитрий Олегович постарается сделать все возможное для исправления возникшей ситуации и возвращения нашего коллектива к нормальному, продуктивному и вдохновенному труду.

03 Марта 2021

Юлия Тарабарина

Беседовала:

Юлия Тарабарина
comments powered by HyperComments
Похожие статьи
Энди Сноу: «Моя цель – соединить в архитектуре рациональное...
Английский архитектор Энди Сноу стал главным архитектором проектной компании GENPRO. Постройки Энди Сноу в Великобритании, выполненные в составе известных бюро, отмечены международными наградами. В России архитектор принимал участие в проектировании БЦ «Фабрика Станиславского», ЖК iLove и БЦ AFI2B на 2-й Брестской. Энди Сноу сравнил строительную ситуацию в России и Великобритании и поделился своим видением архитектурных перспектив России.
Бюро Никола-Ленивец: «Мы не решаем проблемы, а раскрываем...
Иван Полисский и Юлия Бычкова, управляющие партнеры Бюро Никола-Ленивец – о том, какие проблемы решает социокультурное проектирование, как развивать территории с помощью искусства и почему нельзя в каждом регионе создать свой Никола-Ленивец.
Сергей Скуратов: «Небоскреб это баланс технологий,...
В марте две башни Capital towers достроили до 300-метровой отметки. Говорим с автором самых эффектных небоскребов Москвы: о высотах и пропорциях, технологиях и экономике, лаконизме и красоте супертонких домов, и о самом смелом предложении недавних лет – башне в честь Ле Корбюзье над Центросоюзом.
«Коралловый цветок»
Foster + Partners и девелопер TRSDC разрабатывают масштабный курортный проект на побережье Красного моря в Саудовской Аравии. Об одном из его составляющих, комплексе Coral Bloom, нам рассказали Джерард Эвенден из Foster + Partners и генеральный директор TRSDC Джон Пагано.
Архитектура без истории и без теории?
На днях стало известно о планах радикальной реогранизации НИИ теории и истории архитектуры и градостроительства (НИИТИАГ) – единственного исследовательского института страны с таким профилем. Сотрудников, по слухам, планируют сократить в 7-8 раз. Мы поговорили с Дмитрием Швидковским, Андреем Боковым, Елизаветой Лихачевой, Андреем Баталовым – о том, чем ценен Институт и почему его все же надо сохранить.
Двадцатый год, нелегкий: что говорят архитекторы
Тридцать архитекторов – о прошедшем 2020 годе, перипетиях, плюсах и минусах «удаленки», новых проектах, постройках и других профессиональных событиях, выставках и результатах конкурсов. Также говорим о перспективах закона об архитектурной деятельности.
Григориос Гавалидис: «Запрос на качественную архитектуру...
Бюро, которое очень быстро, за 5-6 лет, выросло от 3 до 50 архитекторов и теперь работает с крупными ЖК и значительными мастер-планами «городов-спутников» Подмосковья. Основано греком из города Салоники. Григориос Гавалидис считает скучной работу с частными домами на островах, говорит по-русски как москвич и мечтает сделать московскую городскую среду комфортной, разнообразной и безопасной – как в Греции.
Владимир Григорьев: «Панельная застройка везде одинакова,...
В Санкт-Петербурге стартовал открытый конкурс «Ресурс периферии», участникам которого предлагается разработать концепцию повышения качества среды жилых кварталов 1970-1990-х годов. Выясняем подробности у главного архитектора города.
Андрей Асадов: «На концептуальном этапе надо сразу...
Исследуем главный витраж саратовского аэропорта «Гагарин», составленный из стеклопакетов, наклоненных под углом и образующих «воронку» над входом. Обсуждаем особенности витражных конструкций, а также поиск технологии, которая позволит реализовать красивое архитектурное решение, не пожертвовав надежностью и стоимостью объекта.
Виталий Лутц: «Работа над ЗИЛом была очень интересна...
Недавно Архсовет в неформальном режиме обсудил мастер-план территории ЗИЛ-Юг, разработанный на основе ППТ Института Генплана, утвержденного в 2016 году. Об истории и особенностях проектов 2011-2017 рассказывает их непосредственный участник и руководитель.
Архитектор в девелопменте
Девелоперские компании берут в команду архитекторов, а порой создают целые архитектурные подразделения внутри своей структуры: о роли, значении, возможностях архитектора в сфере девелопмента Архи.ру и Институт «Стрелка», изучающий эту непростую тему в течение года, поговорили с архитекторами, которые работают в девелопменте, и другими специалистами.
Новый опыт: истории четырех бюро
Беседуем с архитекторами, которые долгое время были заняты в сфере дизайна интерьеров, индивидуального жилого строительства и инсталляций, но недавно реализовали свой первый крупный объект: Faber Group с вокзалом в Иваново, Павел Стефанов и Ольга Яковлева с крематорием в Воронеже, Архатака с ТЦ Галерея SM в Петербурге и Хора с реконструкцией Национальной библиотеки Татарстана.
Москомархитектура: итоги года. Часть I
Шесть коротких интервью: с Никитой Токаревым, Кириллом Теслером, Сергеем Георгиевским, Николаем Переслегиным, Филиппом Якубчуком и основателями бюро ARCHSLON Татьяной Осецкой и Александром Саловым.
Амир Идиатулин: «Главное – объект должен быть тебе...
IND architects стали ньюсмейкерами завершающегося года: выиграли два иностранных конкурса, поучаствовали в трех международных консорциумах, завершили реконструкцию здания первого детского хосписа в Москве для фонда Нюты Федермессер. Основатель и руководитель бюро Амир Идиатулин – об основных принципах работы: самым важным архитекторы считают увлеченность темой, стремятся к универсальности, с жюри и заказчиками не заигрывают, стоимость работы рассчитывают по человеко-часам.
Юлий Борисов: «Мы должны быть гибкими, но не терять...
Особенность развития архитектурной компании UNK project – в постоянном поэтапном росте и спланированном изменении структуры. Это тяжело, но эффективно. Юлий Борисов рассказал нам о недавней трансформации компании, о ее сформулированных ценностях и миссии, а также – о пользе ТРИЗ для конкурсной практики, личностном росте и сложностях роста бюро, параллелизме рационального расчета и иррационального творчества, упорстве и осознанности.
ATRIUM: «Один довольный заказчик должен приносить тебе...
Вера Бутко и Антон Надточий, известные 20 лет назад смелыми проектами интерьеров и частных домов, сейчас строят большие жилые районы в Москве, участвуют в конкурсах наравне с западными «звездами», активно работают со значительными проектами не только в России, но и на постсоветском пространстве. Мы поговорили с архитекторами об их творческом пути, его этапах и истории успеха.
Константин Акатов: «Обновленная территория – увлекательное...
Интервью с победителем международного конкурса на мастер-план долины реки Степной Зай в Альметьевске, руководителем проекта, заместителем генерального директора «Обермайер Консульт» Константином Акатовым.
Сергей Труханов: «Главное – найти решение, как реализовать...
Как изменятся наши рабочие пространства? Можно ли подготовить свои офисы к подобным ситуациям в будущем? Что для современных офисов актуально в целом? Как работать с международными компаниями и какую архитектурную типологию нам всем еще только предстоит для себя открыть?
Звучание фасада
Инсталляция «Классная игра» художника Марины Звягинцевой превратила фасад школы на севере Москвы в клавиатуру рояля и переосмыслила место школьного здания в городской среде. Публикуем интервью Марины о ее методе работы с архитектурой.
Технологии и материалы
Любовь к геометрии
Французское сантехническое оборудование DELABIE для крупных общественных сооружений выбирают выдающиеся архитекторы Жан Нувель, Норман Фостер, SANAA, Руди Ричотти и другие. Представляем новую модель бесконтактных смесителей TEMPOMATIC 4, сочетающих безопасность, мега-экологичность и стильный дизайн.
Урбан-домик на дереве
Современное игровое пространство Halo Cubic от финского производителя Lappset: множество сценариев игры и безупречный дизайн, способный украсить современный жилой комплекс любого класса.
Естественность и сила кирпича ручной работы
Датский ригельный кирпич ручной работы Petersen Kolumba на фасадах частного дома в Иркутске по проекту Станислава Гаврилова напоминает о мощи древнеримской архитектуры и прекрасно справляется с сибирскими морозами. Мы расспросили автора проекта об этом доме и работе с кирпичом Kolumba.
Handmade для кинотеатра «Москва»
Коммерческий директор компании Ледрус Максим Беляев рассказывает о том, в чем состоит специфика работы со светом по индивидуальному дизайн-проекту и как можно переквалифицироваться из поставщика в подрядчика с функциями ведущего консультанта, проектировщика оригинальных решений и производителя в одном лице.
Блестящие перспективы
Lucido – архитектурно ориентированная компания, ставящая во главу угла эстетику и технологичность. Предлагая все виды итальянской керамической плитки и мозаики, Lucido специализируется на керамограните больших форматов. Рассказываем о воссоздании мраморных слэбов, а также об экспериментах с большим форматом звезд мировой архитектуры Кенго Кумы и Даниэля Либескинда.
Материя с гибким характером
Алюминий – разнообразный материал, он работает в широком в диапазоне от гибкого дигитального футуризма – до имитации естественных поверхностей, подходящих для реконструкций и даже стилизаций. Рассказываем о 7 новых жилых комплексах, в которых использован фасадный алюминий компании SEVALCON.
Волшебная линия
Вентиляционные диффузоры Invisiline, созданные архитекторами Майклом и Элен Мирошкиными, завоевали престижную дизайнерскую премию Red Dot 2020. Невидимые решетки, придуманные для собственных проектов, выросли в бренд, ответивший на запросы коллег-архитекторов.
Эффектная сантехника для энергоэффективного дома
Экодом в Чезене, совмещающий функции жилья и рабочей студии архитекторов Маргариты Потенте и Стефано Пирачини, стал первым в Италии примером «пассивного дома», встроенного в плотный фронт городской застройки; кроме того он – результат реконструкции. Интерьеры дома удачно дополняет сантехника Duravit.
Такие стеклянные «бабочки»
Важным элементом фасадного решения одного из самых известных
новых домов московского центра стало стекло Guardian:
зеркальные окна сочетаются с моллированными элементами, с помощью которых удалось реализовать смелую и красивую форму,
задуманную архитекторами.
Рассказываем, как реализована стеклянная пластика
дома на Малой Ордынке, 19.
На вкус и цвет: алюминий в московском метро
Алюминий практически вездесущ, а в современном метро просто незаменим. Он легок и хорошо держит форму, оттенки и варианты фактуры разнообразны: от стеклянисто-глянцевого до плотного матового. Вашему вниманию – обзор новых станций московского метро, в дизайне интерьеров которых использован окрашенный алюминий SEVALCON.
UP-GYM: интерактив для городской среды
Современное развитие комфортной городской среды требует современных решений.Новые подходы к организации уличного детского досуга при обустройстве дворовых территорий и общественных пространств, спортивных, образовательных и медицинских учреждений предложили чебоксарские специалисты.
Серьезный кирпичный разговор
В декабре в московском центре дизайна ARTPLAY прошла Кирпичная дискуссия с участием ведущих российских архитекторов – Сергея Скуратова, Натальи Сидоровой, Алексея Козыря, Михаила Бейлина и Ильсияр Тухватуллиной. Она завершила программу 1-го Кирпичного конкурса, организованного журналом
«Проект Балтия» и компанией АРХИТАЙЛ.
Цвет – это жизнь
Теория цвета и формы была важным учебным модулем в Баухаусе, где художники и архитекторы активно использовали теорию цвета Гёте и добились того, чтобы цвет стал неотъемлемой частью современной жизни. Шведы из Natural Colour Academy предложили палитру Color Trends 2020, собственную цветовую систему, которая задает цветовые стандарты для всех возможностей применения в новом десятилетии.
Сейчас на главной
Себастиан Треезе стал лауреатом премии Дрихауса 2021...
Молодому немецкому бюро Sebastian Treese Architekten присуждена премия Ричарда Дрихауса в области традиционной архитектуры. Денежный номинал премии – 200 000 долларов USA, и она позиционируется как альтернатива премии Прицкера: если первую вручают в основном модернистам, то эту – архитекторам-классикам.
Семь часовен
Семь деревянных часовен в долине Дуная на юго-западе Германии по проекту семи архитекторов, включая Джона Поусона, Фолькера Штааба и Кристофа Мэклера.
Крупицы золота
В Доме архитектора в Гранатном переулке открылся фестиваль «Золотое сечение». Рассматриваем планшеты. Награждать обещают 22 апреля.
Разлинованный ландшафт
Кладбище словацкого города Прешов по проекту STOA architekti играет роль не только некрополя, но и рекреационной зоны для двух жилых районов.
Гипер-крыша и гипер-земля
Dominique Perrault Architecture и Zhubo Design Co выиграли конкурс на проект Института дизайна и инноваций в Шэньчжэне: его главное здание напоминает мост длиной более 700 метров.
Парк Швейцария
Проект парка «Швейцария» в Нижнем Новгороде, созданный достаточно молодым, но известным и международным бюро KOSMOS, вызвал в городе много споров и даже протестов, настолько острых, что попытка провести на нашей платформе профессиональное обсуждение тоже не удалась. Публикуем проект как есть.
Районные ряды
Один из вариантов общественного пространства шаговой доступности, способного заменить ушедшие в прошлое дома культуры.
Пресса: Вальтер Гропиус и Bauhaus: трансформация жизни в фабрику
Это школа искусства (с Василием Кандинским в роли профессора), скульптуры, дизайна (где он, собственно, и был изобретен как самостоятельная деятельность), театра — Баухауc не сводится к архитектуре. Но в архитектуре Баухауса можно выделить три этапа развития утопии
Территория детства
Проект образовательного комплекса в составе второй очереди застройки «Испанских кварталов» разработан архитектурным бюро ASADOV. В основе проекта – идея создания дружелюбной и открытой среды, которая сама по себе воспитывает и формирует личность ребенка.
Новая идентичность
Среди призеров конкурса на концепцию застройки бывшей промышленной территории в чешском городе Наход – российское бюро Leto architects. Представляем все три проекта-победителя.
Человек в большом городе
В проекте масштабного жилого комплекса архитекторы GAFA сделали акцент на двух видах общественного пространства: шумных улицах с кафе и магазинами – и максимально природном, визуально изолированном от города дворе. То и другое, работая на контрасте, должно сделать жизнь обитателей ЖК EVER насыщенной и разнообразной.
Энди Сноу: «Моя цель – соединить в архитектуре рациональное...
Английский архитектор Энди Сноу стал главным архитектором проектной компании GENPRO. Постройки Энди Сноу в Великобритании, выполненные в составе известных бюро, отмечены международными наградами. В России архитектор принимал участие в проектировании БЦ «Фабрика Станиславского», ЖК iLove и БЦ AFI2B на 2-й Брестской. Энди Сноу сравнил строительную ситуацию в России и Великобритании и поделился своим видением архитектурных перспектив России.
Живой рост
Масштабный жилой комплекс AFI PARK Воронцовский на юго-западе Москвы состоит из четырех башен, дома-пластины и здания детского сада. Причем пластика жилых домов – активна, они, как кажется, растут на глазах, реагируя на природное окружение, прежде всего открывая виды на соседний парк. А детский сад мил и лиричен, как сахарный домик.
Бюро Никола-Ленивец: «Мы не решаем проблемы, а раскрываем...
Иван Полисский и Юлия Бычкова, управляющие партнеры Бюро Никола-Ленивец – о том, какие проблемы решает социокультурное проектирование, как развивать территории с помощью искусства и почему нельзя в каждом регионе создать свой Никола-Ленивец.
Из кино в метро
Трансформация советского кинотеатра «Ереван» в Единый диспетчерский центр метрополитена: параметрические фасады, медиаэкраны и центр мониторинга в бывшем зрительном зале.
86 арок
В жилом комплексе Westbeat по проекту бюро Studioninedots на западе Амстердама обширный подиум вмещает многофункциональное общественное и коммерческое пространство для нужд жителей района.
Сергей Скуратов: «Небоскреб это баланс технологий,...
В марте две башни Capital towers достроили до 300-метровой отметки. Говорим с автором самых эффектных небоскребов Москвы: о высотах и пропорциях, технологиях и экономике, лаконизме и красоте супертонких домов, и о самом смелом предложении недавних лет – башне в честь Ле Корбюзье над Центросоюзом.
Модульный «Круг»
Комплекс The Circle по проекту бюро Riken Yamamoto & Field Shop в аэропорту Цюриха соединяет в себе, как в маленьком городе, офисы, магазины, клинику, отель и конференц-центр.
Стеклянный шар, золотой цилиндр
В Лос-Анджелесе завершено строительство музея Киноакадемии по проекту Ренцо Пьяно и его бюро RPBW: основой проекта стал универмаг в стиле ар деко. Открытие запланировано на эту осень.
Ценность подиума
В китайской штаб-квартире компании Schindler в Шанхае по проекту Neri&Hu проблема разобщенности производственных и офисных корпусов решена с помощью выразительного подиума.
Ажур и резьба
Жилой комплекс в Уфе с мостиком-эспланадой, разнообразными балконами и декором, имитирующим деревянные наличники. Дом отмечен Золотым знаком Зодчества-2020.
Фрагменты Тулузы
Новое здание школы экономики по проекту бюро Grafton продолжает богатые кирпичные традиции Тулузы, благодаря которым ее называют «Розовым городом».
Чтение на «ковре-самолете»
Историческая библиотека университета Граца получила «надстройку» с 20-метровым консольным выносом по проекту Atelier Thomas Pucher: там разместились читальные залы.
Масштаб 1:1
Пять разноплановых объектов бюро «А.Лен», снятых на квадрокоптер: что нового может рассказать съемка с высоты.
Сицилийские горизонты
Выбранный по итогам международного конкурса проект административного комплекса области Сицилия в Палермо задуман как ансамбль из дерева и стали с садом на шестом этаже.