Архитектура без истории и без теории?

На днях стало известно о планах радикальной реогранизации НИИ теории и истории архитектуры и градостроительства (НИИТИАГ) – единственного исследовательского института страны с таким профилем. Сотрудников, по слухам, планируют сократить в 7-8 раз. Мы поговорили с Дмитрием Швидковским, Андреем Боковым, Елизаветой Лихачевой, Андреем Баталовым – о том, чем ценен Институт и почему его все же надо сохранить.

Юлия Тарабарина

Беседовала:
Юлия Тарабарина

mainImg
Три дня назад Институт теории и истории архитектуры НИИТИАГ, существующий сейчас в виде филиала ЦНИИП при Минстрое, получил предписание о переселении и передаче бухгалтерии головной организации. Ситуация неясна, но есть опасения, что в результате Институт исчезнет. Говорим с представителями профессии о ценности НИИТИАГа, о том, зачем его надо сохранить. (Здесь – петиция на change.org в защиту Института).
От редакции: вкратце о том, что происходит
НИИТИАГ – исследовательский институт теории и истории архитектуры и градостроительства, хорошо известен среди историков архитектуры. Хорошо известны сборники Института: «Архитектурное наследство», «Вопросы всеобщей истории архитектуры», «Сборник Общества изучения русской усадьбы», «Деревянное зодчество», «Современная архитектура мира»; НИИТИАГ проводит множество конференций, публикует монографии – словом, делает все то, что и полагается научно-исследовательскому институту.

Институт основан в 1944 году, но его история началась с кабинета Теории и истории архитектуры при Всесоюзной академии архитектуры. Академия, ныне – РААСН, основана в 1933, Кабинет – в 1934 году. Таким образом, институту либо 66, либо 76 лет. В нем работали Алексей Гутнов и Вячеслав Глазычев, признанные гуру современной российской урбанистики, Селим Хан-Магомедов, написавший историю русского авангарда, Юрий Волчок, историк архитектуры советского модернизма, философ архитектуры Александр Раппапорт. В нем и сейчас работает много специалистов, докторов и кандидатов наук, к примеру Ирина Добрицына – автор диссертации «От постмодернизма к нелинейной архитектуре» и Мария Нащокина – автор множества книг об архитектуре русского модерна (список сотрудников здесь). История НИИТИАГ достаточно длинна, он несколько раз менял менял название, подчинялся Академии архитектуры, затем Госгражданстрою, с 1993 года – РААСН. Несколько лет назад НИИТИАГ стал филиалом ЦНИИП – «научного и проектного учреждения» при Минстрое РФ.

На днях, 16 февраля, НИИТИАГ получил от своей нынешней головной организации два приказа. Один – с требованием до 28 февраля освободить здание на Душинской улице, 9; как следует из того же приказа, сотрудников планируется разместить в здании ЦНИИП на проспекте Вернадского, 29. Второй приказ – с требованием закрыть лицевой счет института и передать активы ЦНИИП до 1 марта.

Согласно сообщению сайта «Хранители наследия», из 145 сотрудников в институте может остаться 19 – по нашей информации, именно столько научных тем ЦНИИП утвердил для НИИТИАГа на 2021 год. Опять же по слухам, после поглощения института головной организацией его сотрудников планируется использовать для методического сопровождения капитального строительства.

Так или иначе, уже сейчас очевидно, что единственный научный институт, занимающийся историей и теорией архитектуры, в результате исполнения приказов, подписанных руководством ЦНИИП, теряет самостоятельность. Не исключено существенное сокращение штата. Неясна судьба сборников и конференций НИИТИАГ, также как и его научной библиотеки. В целом, надо признать, мало что ясно, и в то же время не так сложно понять, что институту угрожает опасность исчезновения. Хотелось бы, чтобы этого не случилось. Мы поговорили с несколькими представителями профессии о ценности и возможной судьбе НИИТИАГ.
ЮТ
Дмитрий Швидковский /|\
доктор искусствоведения, профессор,
президент РААСН, ректор МАРХИ

zooming

«Институт теории и истории архитектуры – одно из самых ценных сокровищ всего архитектурного сообщества. Это не только учреждение науки, но и, если хотите, в отличие от очень многих других учреждений, институт развития. Он – действующий. Благодаря программе фундаментальных исследований НИИТИАГ объединяет людей со всей страны, не только Москвы или Петербурга. Институт – в буквальном смысле единственный оставшийся центр, занятый и сохранением, и изучением исторического наследия архитектуры и градостроительства России.

Институт признан мировым сообществом, его журналы и публикации входят в мировые базы данных. Его труды отмечены и в нашей стране: фундаментальное издание Всеобщей истории архитектуры в 12 томах получило высшую награду, Государственную премию. История русского градостроительства, История реставрации в России – все это беспрецедентные издания, подготовленные и изданные НИИТИАГом.

Институт на данный момент – беспрецедентен, нам нечем его заменить и не с чем сравнивать. Его, безусловно, надо сохранить. Академия архитектуры сделает для этого все возможное. Лучшим решением было бы передать Институт в состав Российской Академии архитектуры и строительных наук, – как это было всегда, со времени его создания в качестве Кабинета в с 1930-х годы. То, что сейчас происходит с НИИТИАГом – результат того, что он был выведен из состава Академии.

Сейчас перед всей страной, включая Москву, стоит задача повышения профессионального качества архитектурного и градостроительного проектирования. Создание комфортной городской среды может опираться только на науку. Национальные проекты должны иметь научное сопровождение. Комфортная жизненная среда попросту не может существовать без исторического наполнения, ее формирование невозможно без понимания закономерностей, ценности и важности исторического процесса, частью которого мы все являемся: XX век – уже история, любое изменение среды становится историей. Поэтому люди, которые понимают закономерности, умеют анализировать и готовы применять свои знания не только в теории, но и на практике, совершенно необходимы, – помимо прочего, и для развития комфортной жизненной среды, о которой говорил президент РФ. Кто-то должен с этим работать. Чтобы создавать комфортную среду, необходимо сохранение институтов развития этой среды – важнейшим из которых в архитектурной области является НИИТИАГ».
Андрей Боков, /|\
доктор архитектуры, академик РААСН, глава Моспроекта-4 (1998-2014), президент САР (2008-2016), народный архитектор РФ
zooming

«Для меня, как и для многих моих друзей и коллег, с этим институтом связаны одни из лучших лет жизни. Я пришел в очную аспирантуру ЦНИИТИА после трех лет работы «на моспроектовской фабрике». Институт по контрасту с Моспроектом оказался удивительным местом – собранием выдающихся, великих людей разных поколений. Жизнь с ними стала замечательной школой. Это были люди противоположных взглядов, мыслители высокого уровня, блестяще говорившие и писавшие – Александр Раппапорт, сын Ивана Леонидова Андрей, Юрий Лебедев, Селим Хан-Магомедов, Алексей Гутнов, Вячеслав Глазычев... Очень многие прошли через Институт или оказались рядом.

Институт оставался пространством свободной мысли и живого визионерства. Для всех, кто занимался прикладной архитектурой, труды Института – книги, обсуждения, разговоры – делали жизнь и работу осмысленными. Без этого «котла идей», без «доз» кислорода, которые питали профессию, не было бы ни советского модернизма, ни его героев.

По моему убеждению, без такого института невозможно нормальное существование и развитие профессиональной культуры. Его уничтожение сравнимо с изъятием мозга у профессии. Или сердца, души… Сложно сказать, но он определенно был каким-то важным органом, залогом жизненно необходимой нормы.

Возможно, в последние годы Институт был не в лучшем состоянии, но он был, что всегда позволяет надеяться на продолжение и развитие. В нем и сейчас работают прекрасные ученые, которые не представимы вне Института. Уверен, что модель исследовательского института остается для нашей страны по-прежнему актуальной. Обсуждаемая сегодня англосаксонская модель развития науки в университетах не характерна для нас, привыкших к европейской континентальной традиции, когда наука развивается в разного рода Академиях и исследовательских институтах – именно они собирают вокруг себя людей, способных думать и анализировать. Это великая культура сейчас уничтожается. Полноценной замены не возникает. Неизбежным результатом становятся вторичность, маргинализация, заимствования.

История с административным переподчинением НИИТИАГ длится достаточно долго, она часть еще более крупного сюжета о подчинении архитектуры строительству, который рожден хрущевским постановлением 1955 года. Мы наблюдаем завершающий этап давней трагедии».
Елизавета Лихачева /|\
директор Музея архитектуры им. А.В. Щусева
zooming

«Я очень удивлена происходящим. Не понимаю, почему Минстрой так относится к одному из своих профильных научных учреждений и, должна сказать, я порадовалась тому, что Музей архитектуры сейчас подчинен Министерству культуры, а не Минстрою. НИИТИАГ – институт с давними и очень хорошими научными традициями, на сегодняшний день он, один из немногих, занят серьезными фундаментальными исследованиями, основанными на хорошем знании истории вопроса, а не на уловлении модных поверхностных тенденций. К сожалению, таких институций осталось очень мало – способных отслеживать, интерпретировать и формулировать направления развития, опираясь на «историю вопроса».

Конечно, в последние годы Институт переживал не лучшие времена. Я думаю, что его деятельность нуждается в некоторой ревизии, в определении направления, в котором следует развиваться и двигаться дальше. Некоторое время назад Институт начал «дрейфовать» в сторону охраны наследия – эта область, безусловно, очень важна, но не надо забывать, что в НИИТИАГе работали многие выдающиеся советские архитекторы и градостроители, что в свое время он был генератором смыслов и актуальной повестки. Я искренне не понимаю, почему в общественных обсуждениях важных градостроительных проектов сейчас участвуют какие угодно организации, но не профильный институт. Все вокруг пытаются навязывать свое видение и на что-то влиять, а НИИТИАГ – нет. Для меня это загадочное явление.

Поэтому, на мой взгляд, Институт нуждается в реформе, но совершенно точно – не в уничтожении. Это безумие, уничтожать научную институцию с таким потенциалом. Потенциал Института огромен, и его надо правильно использовать».
Андрей Баталов /|\
профессор, доктор искусствоведения, заместитель генерального директора Музеев Московского Кремля по научной работе
zooming

«Кабинет истории архитектуры, из которого потом вырос Институт, возник в период, когда связь между историей архитектуры и практикой была особенно сильна и актуальна. Но эта актуальность сохранялась всегда – не случайно некоторое время до 1971 года Институт назывался НИИ теории, истории и перспективных проблем. В его подразделениях были представлены практически все разделы архитектурной науки: были отделы промышленной, советской, зарубежной архитектуры; отдел архитектурной бионики был единственным в стране. Был отдел теории и композиции, который имел непосредственное отношение к практике. Потому что архитектурная практика – это творчество, которое соприкасается в том числе и с наукой. Связь с практикой никогда не прерывалась: в Институте работали не только искусствоведы, историки архитектуры, реставраторы и теоретики, но и архитекторы с опытом проектирования.

Там собрался уникальный коллектив, которым не могла похвастаться ни одна другая институция в стране. Важно понимать, что архитектура организует пространство не только города, но и всей страны в целом. И то, во что может превратиться архитектурное творчество без знания истории, основ теории архитектуры, представлений о стиле, без памяти о поисках в теории композиции – мы видим прямо сейчас, когда на наших глазах архитектура превращается в некую прикладную дисциплину, основанную на компьютерном проектировании. Я бы сказал, Институт – это сердце архитектурной культуры, поскольку архитектура – не та дисциплина, которая может себе позволить замкнуться в узкой профессиональной деятельности. Архитектура также отражает философию времени, она служит ключом для понимания любой эпохи.

Такой институт, как ЦНИИТИА / НИИТИАГ мог существовать только в государстве, которое способно осознать, что он нужен. Если государство перестает это осознавать, это очень тревожный сигнал о состоянии культуры самого государства, о состоянии умов. Без науки невозможно движение вперед. Не будет архитектурной науки – и архитектура постепенно превратится в безликие схемы, которые рождают депрессию у людей, живущих в подобных городах.

Тревогу вызывает еще один аспект: совсем недавно мы организовывали письма с просьбой не передавать реставрационную отрасль строителям. Сейчас на примере НИИТИАГ мы видим, что могло бы стать с реставрацией – убежденность в том, что что-то, что кажется прагматически не нужным, можно уничтожить, уничтожает перспективы развития государства. А перед государством сейчас, как мы знаем, стоит задача переосмыслить архитектурное пространство всех городов. Как это сделать без такого института? Где люди продолжали работать, продолжали отзываться в том числе и на актуальные запросы? Приведу замечательные книги Алексея Щенкова о теории храмостоительства и двухтомную Историю реставрации. Не зная историю реставрации, невозможно быть реставратором. Сборник «Архитектурное наследство», который существует с 1951 года, служит главным источником информации для историков архитектуры всей страны. Закрытие этого Института отразится на очень многих сторонах жизни: на архитектурных вузах, кафедрах; оно отразится в жизни архитекторов, реставраторов, а также искусствоведов».
Александр Раппапорт /|\
архитектор, критик, теоретик и философ архитектуры
zooming

Александр Раппапорт в своем посте на facebook написал, в частности: «[мы] должны были бы сделать все, что в наших силах, чтобы спасти старейший и уникальнейший институт и было бы естественно ждать, что именно сейчас нужно делать все возможное для подготовки людей, способных принять этот вызов истории и спасти это искусство, лежащее у истоков всей мировой культуры и сегодня переживающее весьма сложные силы техники и экономики, порой препятствующие искусству зодчества».
Григорий Ревзин /|\
историк архитектуры, критик
zooming

Григорий Ревзин в комментарии под постом Андрея Бархина о разгоне института перечислил людей, с которыми работал в НИИТИАГ: «Мое первое место работы, 10 лет с 1988 года. Там было здорово. Ирина Атыковна Азизян, Галина Сергеевна Лебедева, Наталья Алексеевна Адаскина, Ирина Александровна Добрицына, Давид Кальманович Бернштейн, Андрей Викторович Бабуров, Анатолий Исаакович Каплун, Андрей Владимирович Иконников – это мой сектор, я с ними виделся два раза в неделю, а еще Селим Омарович Хан-Магомедов, Александр Гербертович Раппапорт, Вячеслав Леонидович Глазычев, Николай Феодосиевич Гуляницкий, Георгий Петрович Щедровицкий, Григорий Зосимович Каганов, Юрий Павлович Волчок, Александр Аркадьевич Высоковский, Андрей Владимирович Боков, Гриша Забельшанский, Андрей Баталов, Андрей Кафтанов, Миша Тумаркин, Владимир Львович Хайт, Игорь Бондаренко, Анна Николаевна Шукурова, Инна Слюнькова, Алексей Серафимович Щенков, Андрей Флиер, Андрей Владимирович Рябушин, Ирина Бусева-Давыдова, Маргарита Астафьева-Длугач, Оганес Хачатурович Халпахчян, Нина Петровна Крайняя, Мария Борисовна Михайлова – перечисляю тех, кого вспомнил пока пишу этот пост <...>».

На мою просьбу о комментарии Григорий Ревзин ответил вот так: «Я просто поименовал людей, которые там со мной работали. По-моему из этого ясно, что это был великий институт».



Пост Андрея Чекмарева о книгах НИИТИАГ /|\




Пост Александра Раппапорта (полностью)



Пост Андрея Бархина

19 Февраля 2021

Юлия Тарабарина

Беседовала:

Юлия Тарабарина
comments powered by HyperComments
Похожие статьи
Бетонный Мадрид
Новая серия фотографа Роберто Конте посвящена не самой известной исторической странице испанской архитектуры: мадридским зданиям в русле брутализма.
Реновация городской среды: исторические прецеденты
Публикуем полный текст коллективной монографии, написанной в прошедшем 2020 году сотрудниками НИИТИАГ и посвященной теме, по-прежнему актуальной как для столицы, так и для всей страны – реновации городов. Тема рассмотрена в широкой исторической и географической перспективе: от градостроительной практики Екатерины II до творчества Ричарда Роджерса в его отношении к мегаполисам. Москва, НИИТИАГ, 2021. 333 страницы.
Иркутск как Дрезден
Фрагмент из книги «Регенерация историко-архитектурной среды. Развитие исторических центров», посвященной возможности применения немецких методик сохранения исторической среды в российских городах.
Умерла Ольга Севан
Реставратор, исследователь и защитник деревянной архитектуры и исторической среды русского Севера, малых городов и сел.
Формируя культурную среду
Каждый год тысячи Домов культуры по всей России перестают функционировать, сносятся или перепрофилируются. Единичные примеры успешных реконструкций не могут изменить тенденцию. Без комплексного подхода к модернизации ДК, учитывающего новые запросы общества, их будущее остается под вопросом. О существующей практике развития ДК и поисках новых решений говорили участники конференции «Новые форматы культурных центров», проведенной в рамках фестиваля «Зодчество» командой проекта «Идентичность в типовом».
Не реставрация, но воссоздание
Декоративное панно «Защитникам Отечества» в Калуге, созданное почти полвека назад художником Владимиром Животковым, обрело вторую жизнь и избежало забвения. Теперь на его месте – точная и усиленная копия.
Конкурсный проект комбината газеты «Известия» Моисея...
Первая часть исследования «Иван Леонидов и архитектура позднего конструктивизма (1933–1945)» продолжает тему позднего творчества Леонидова в работах Петра Завадовского. В статье вводятся новые термины для архитектуры, ранее обобщенно зачислявшейся в «постконструктивизм», и начинается разговор о влиянии Леонидова на формально-стилистический язык поздних работ Моисея Гинзбурга и архитекторов его группы.
Львы на стекле
Архитекторы бюро СПИЧ применили прием, известный по петербургским опытам Сергея Чобана – кассеты с рисунком элементов классической архитектуры, напечатанных на стекле, – к реконструкции фасадов типового здания 4 корпуса московской больницы №23. Проект разработан бесплатно, как помощь больнице.
На все времена
Сохранение наслоений разных периодов – одна из прогрессивных тенденций современной реставрации. Именно так, если говорить в целом, произошло обновление вокзала 1933 года в Иваново: на тридцатые, пятидесятые и восьмидесятые. Но довольно много добавилось и современного, так что реализованный проект правильнее называть реконструкцией.
«Подтянуть уровень города до уровня памятников»
Такова задача нового мастер-плана Суздаля, разработанного ДОМ.РФ совместно с КБ Стрелка в преддвериии тысячелетия города. Рассказываем, каким образом авторы предлагают трансформировать пространство «городского поселения», куда больше миллиона человек в год приезжает посмотреть на старый русский город.
Старые стены
Восьмиэтажный кирпичный склад на чугунном каркасе в Манчестере превращен архитекторами Archer Humphryes в самый большой британский апарт-отель.
Наследие модернизма: Artek и ресторан Savoy
Ресторан Savoy в Хельсинки с интерьерами авторства Алвара и Айно Аалто вновь открыл свои двери после тщательной реставрации и реконструкции. Savoy был обновлен лондонской студией Studioilse в сотрудничестве с финским мебельным брендом Artek, Городским музеем Хельсинки и Фондом Алвара Аалто.
Леонидов и Ле Корбюзье: проблема взаимного влияния
Памяти Юрия Павловича Волчка. Статья готовилась к V Хан-Магомедовским чтениям «Наследие ВХУТЕМАС и современность». В ней рассматривается проблема творческого взаимодействия Ле Корбюзье и Ивана Леонидова, раскрывающая значение творчества Леонидова и школы ВХУТЕМАСа, которую он представляет, для формирования основ формального языка архитектуры «современного движения».
Памяти Юрия Волчка
Вчера, 6 июля, умер Юрий Волчок, историк архитектуры, ученый, хорошо известный всем, кто хоть сколько-нибудь интересуется советским модернизмом. Слово – его коллегам и ученикам.
Стекло и камень
В штате Вирджиния началась реконструкция руин дома Фрэнсиса Лайтфута Ли – одного из «подписантов» Декларации независимости США (1776). Чтобы не нарушить аутентичность сооружения, все новые части, включая конструктивные, будут выполнены из стекла.
5 «дистанционных» экскурсий по знаменитым зданиям:...
Экскурсия по «двойному дому» Фриды Кало и Диего Риверы, игра «в современное искусство» от Центра Помпиду, видеотур по монастырю Ле Корбюзье, а также пятиминутные прогулки по проектам Ф.Л. Райта и виртуальный «Лего-дом» от BIG.
«Тяжелое наследие» и его «нейтрализация»
В городке Браунау-ам-Инн на севере Австрии завершился архитектурный конкурс: дом XVII века, где родился Адольф Гитлер, будет превращен в отделение полиции по проекту Marte.Marte Architekten. Рассказываем о предыстории и обосновании этого проекта и публикуем интервью с партнером бюро Штефаном Марте.
Умер Константин Малиновский
В Петербурге 27 мая скончался исследователь творчества Трезини, Кваренги, Расстрелли, культуры и искусства Петербурга XVIII века Константин Малиновский. Сергей Чобан – в память о Константине Малиновском.
Отстоять «Политехническую»
В Петербурге – новая волна градозащиты, ее поднял проект перестройки вестибюля станции метро «Политехническая». Мы расспросили архитекторов об этом частном случае и получили признания в любви к городу, советскому модернизму и зеленым площадям.
Как ковалась победа: вклад Борского стекольного завода
В эту знаменательную дату, мы хотим вспомнить подвиги героев тыла и фронта, руками которых ковалась Великая Победа над фашистским режимом.
Одним из таких выдающихся предприятий был Горьковский механизированный стеклозавод имени М. Горького на Моховых горах, известный в наши дни как Борский стекольный завод, старейшее предприятие стекольной отрасли и один из производственных комплексов AGC Group.
Граждане против Цумтора
В Лос-Анджелесе активисты провели конкурс проектов реконструкции музея LACMA, среди участников – Coop Himmelb(l)au и Barkow Leibinger. Это альтернатива «официальному» плану Петера Цумтора, который предусматривает уменьшение общей площади и снос четырех существующих корпусов.
Гаражный заговор
Публикуем главу из книги «Гараж» художницы Оливии Эрлангер и архитектора Луиса Ортеги Говели о «гаражной мифологии» и происхождении этого типа постройки. Книга выпущена Strelka Press совместно с музеем современного искусства «Гараж».
Неизвестный проект Ивана Леонидова: Институт статистики,...
Публикуем исследование архитектора Петра Завадовского, обнаружившего неизвестную работу Ивана Леонидова в коллекции парижского Центра Помпиду: проект Института статистики существенно дополняет представления о творческой эволюции Леонидова.
Технологии и материалы
Эффектная сантехника для энергоэффективного дома
Экодом в Чезене, совмещающий функции жилья и рабочей студии архитекторов Маргариты Потенте и Стефано Пирачини, стал первым в Италии примером «пассивного дома», встроенного в плотный фронт городской застройки; кроме того он – результат реконструкции. Интерьеры дома удачно дополняет сантехника Duravit.
Такие стеклянные «бабочки»
Важным элементом фасадного решения одного из самых известных
новых домов московского центра стало стекло Guardian:
зеркальные окна сочетаются с моллированными элементами, с помощью которых удалось реализовать смелую и красивую форму,
задуманную архитекторами.
Рассказываем, как реализована стеклянная пластика
дома на Малой Ордынке, 19.
На вкус и цвет: алюминий в московском метро
Алюминий практически вездесущ, а в современном метро просто незаменим. Он легок и хорошо держит форму, оттенки и варианты фактуры разнообразны: от стеклянисто-глянцевого до плотного матового. Вашему вниманию – обзор новых станций московского метро, в дизайне интерьеров которых использован окрашенный алюминий SEVALCON.
UP-GYM: интерактив для городской среды
Современное развитие комфортной городской среды требует современных решений.Новые подходы к организации уличного детского досуга при обустройстве дворовых территорий и общественных пространств, спортивных, образовательных и медицинских учреждений предложили чебоксарские специалисты.
Серьезный кирпичный разговор
В декабре в московском центре дизайна ARTPLAY прошла Кирпичная дискуссия с участием ведущих российских архитекторов – Сергея Скуратова, Натальи Сидоровой, Алексея Козыря, Михаила Бейлина и Ильсияр Тухватуллиной. Она завершила программу 1-го Кирпичного конкурса, организованного журналом
«Проект Балтия» и компанией АРХИТАЙЛ.
Цвет – это жизнь
Теория цвета и формы была важным учебным модулем в Баухаусе, где художники и архитекторы активно использовали теорию цвета Гёте и добились того, чтобы цвет стал неотъемлемой частью современной жизни. Шведы из Natural Colour Academy предложили палитру Color Trends 2020, собственную цветовую систему, которая задает цветовые стандарты для всех возможностей применения в новом десятилетии.
Расширить горизонты
Интерактивные игровые площадки, подключённые к интернету, и активити-парки компании «Новые Горизонты» как яркая часть городской среды.
Красное и черное
ЖК «Береговой» на береговой линии Москвы-реки, в престижном ЗАО, в историческом районе Филевский парк – часть Большого Сити, городской кластер, респектабельный образ которого создан с помощью облицовки клинкером Hagemeister
Ловушка для света
Новый Matelac Silver Crystalvision, стекло нейтрального оттенка с одной матовой и другой зеркальной стороной – удачное решение для современного минималистичного дизайна. Рассматриваем новый продукт в свете других предложений AGC для архитектуры интерьеров.
Праздничное освещение в большом городе
Каждый год с приближением праздников мы можем наблюдать, как преображаются привычные нам места: все стараются украсить пространство и создать праздничное настроение. Огромная роль при этом отводится праздничному освещению. Что это такое и каким образом создать праздничное освещение, мы разберем в этой статье.
Поверхность бархатная, характер нордический
Сочетая несочетаемое, Концерн Wienerberger разработал коллекцию инновационного кирпича Terca Klinker Nordic Line, модели которой названы в честь городов Северной Европы и намекают на скандинавскую архитектуру. Клинкер отличают бархатистые поверхности, прочность и эстетика при доступной цене.
Парк чудес. Сквозной лейтмотив клинкера
В подмосковной частной школе Wunderpark, которую называют российским Хогвартсом, авангардная архитектура проявила магические свойства материалов. Благородный клинкерный кирпич Hagemeister оттенил футуристичность бетона и стекла.
«Том Сойер Фест» возрождает красоту старинных зданий
Вот уже 5 лет в разных регионах России проходит уникальный фестиваль по сохранению архитектурного наследия «Том Сойер Фест». Волонтеры и неравнодушные спонсоры помогают спасти здания, которые долгие годы стояли без реставрации и разрушались. И это не просто старые дома – это наше уходящее достояние. Более 40 городов принимают участие в фестивале. В Нижнем Новгороде партнером «Том Сойер Фест» стала австрийская компания Baumit.
Сейчас на главной
Пресса: Паоло Солери и Arcosanti: как построить Бога
Паоло Солери учился у Фрэнка Ллойда Райта, в художественной коммуне «Талиесин-Вест», и его оттуда выгнали — вероятно, из-за конфликта с Ольгой Ивановной Райт, женой великого мастера. Видимо, логика отталкивания и притяжения привели к тому, что хотя утопия Солери не имеет ничего общего с идеями Райта, сам тип жизни коммуной он воспроизвел.
Возможности ограничений
МАРШ проводит весенний интенсив для архитекторов и кураторов выставок с практикой в реальных музеях. А здесь – его куратор Егор Ларичев объясняет, как полезны архитекторам и кураторам ограничения, и как их много для участников курса. Все, кто не испугается, присоединяйтесь.
Вокзал без границ
Автовокзал в литовском Вилкавишкисе по проекту архитекторов Balčytis Studija «приютил» росшие на его месте старые деревья.
Медная крыша
Архитекторы Sauerbruch Hutton надстроили панельное школьное здание времен ГДР в Берлине деревянной «мансардой» с медной обшивкой.
Отвоевать кусочек парка
Архитекторы MVRDV возведут 25-метровый зеленый «холм» в центре Лондона: как ответ на потерянный здесь в 1960-е уголок Гайд-парка и меняющуюся после пандемии функцию Оксфорд-стрит.
Спланированный вернакуляр
Концепция жилого района для Самары от датских архитекторов: 2000 квартир, ни одной повторяющейся секции и очень много зеленых и общественных пространств.
Здание в шляпе
В программе библиотеки города Тайнань на Тайване по проекту бюро Mecanoo и MAYU – архивы и исторические экспозиции, а также медиатека и «цифровая мастерская».
К лесу передом
Типовой каркасный дом быстрой сборки с тремя спальнями и детской в антресоли, черный снаружи и белый внутри, спроектирован как для общения с природой, так и между собой. Весь фокус – на открытую террасу. Функции уборки и ухода за участком намеренно минимизированы, – подчеркивают авторы.
Бетонный Мадрид
Новая серия фотографа Роберто Конте посвящена не самой известной исторической странице испанской архитектуры: мадридским зданиям в русле брутализма.
Когнитивная урбанистика
Фрагмент из книги Алексея Крашенникова «Когнитивные модели городской среды», посвященной общественным пространствам и наполняющей их социальной активности.
Миссия на воде
Плавучая церковь «Бытие» в Лондоне по проекту архитекторов Denizen Works предназначена для жителей переживающих реконструкцию районов на востоке Лондона.
Энергетическое семейство
Жилой комплекс Symphony 34 планируется построить в Савеловском районе Москвы. Он будет состоять из четырех разновысотных башен – от 36 до 54 этажей. Каждая имеет свой образ, но вместе все четыре собраны в единый архитектурный ансамбль, фрагмент нового высотного города за третьим транспортным кольцом.
Реновация городской среды: исторические прецеденты
Публикуем полный текст коллективной монографии, написанной в прошедшем 2020 году сотрудниками НИИТИАГ и посвященной теме, по-прежнему актуальной как для столицы, так и для всей страны – реновации городов. Тема рассмотрена в широкой исторической и географической перспективе: от градостроительной практики Екатерины II до творчества Ричарда Роджерса в его отношении к мегаполисам. Москва, НИИТИАГ, 2021. 333 страницы.
«Аппетит к современности»
В Париже закончена реконструкция исторической Товарной биржи по проекту Тадао Андо: этой весной там откроется музей современного искусства – произведений из коллекции Франсуа Пино.
Иркутск как Дрезден
Фрагмент из книги «Регенерация историко-архитектурной среды. Развитие исторических центров», посвященной возможности применения немецких методик сохранения исторической среды в российских городах.
Содержание крупнее формы
Музей художественного образования Хуамао близ Нинбо по проекту Алвару Сиза и Карлуша Каштанейра – это компактный темный объем с наполненным светом просторным интерьером.