Сергей Труханов: «Мы и сами не ожидали, что редевелопмент промзон окажется таким интересным направлением»

Интервью с руководителем Т+Т Architects Сергеем Трухановым и главным архитектором бюро Александром Бровкиным: о редевелопменте промзон, ситуации в регионах, знаковых проектах бюро и многом другом.

Беседовала:
Алла Павликова

mainImg

Архитектор:

Полина Воеводина
Сергей Труханов
Александр Бровкин

Мастерская:

Т+Т Architects
Сергей Труханов. Бюро «Т+Т Architects». Фото: Андрей Карделяну
Александр Бровкин. Бюро «Т+Т Architects». Фото: Андрей Карделяну

Архи.ру:
В вашей практике довольно много проектов, связанных с редевелопментом бывших промышленных объектов. Как получилось, что это направление стало одним из приоритетных?

Сергей Труханов:
Реконструкции – это та сфера деятельности, где сегодня молодым архитекторам легче себя проявить. В тот момент, когда наша команда только начинала свою профессиональную практику, тема редевелопмента была достаточно новой и для девелопера, и для застройщика, и для «матёрых» практикующих архитекторов. Поначалу мало кто понимал, как с этим работать и насколько это будет востребовано. Именно поэтому заказчики, опасаясь прогореть и одновременно пытаясь сэкономить средства, зачастую обращались не в самые известные начинающие бюро. Кроме того, молодые и энергичные проектировщики могли найти тот самый свежий и нестандартный подход, который в этом вопросе был просто необходим.

Честно признаюсь, что мы надеялись занять эту нишу. После ограничения нового строительства в центре Москвы, бывшие промзоны остались едва ли не единственным территориальным резервом города. И, конечно, когда в мастерскую обратились с подобным заказом, мы с удовольствием принялись за работу.

С какого проекта все начиналось?

Сергей Труханов:
Все начиналось в 2010 году с реконструкции мельницы И.А. Зарывнова в Оренбурге. Ее мы переделывали под офисный центр. Следом возникли поисковые решения для реновации административного здания на Малой Грузинской. Ещё до начала проектирования наша мастерская совместно с компанией KR Properties занималась анализом этой территории, пытаясь определить перспективу ее развития. Сценарии для освоения пространства были самые разные – от реконструкции и приспособления существующих объектов под гостиничный комплекс или офисный центр до полного или частичного демонтажа, предполагающего новое строительство. Одним словом, была проделана очень серьёзная аналитическая работа, подготовлены детальные схемы и выкладки. Результатом данных «упражнений» стало то, что у нас появилась возможность участвовать в других проектах девелопера.
Еще одним небольшим, но милым сердцу проектом в рамках редевелопмента, который мы довели до конца, стала реновация территории небольшого участка двора Даниловской Мануфактуры. К настоящему времени этот проект находится на стадии реализации. Первая крупная реализация – бизнес-квартал «Домино». Его первоначальная концепция была разработана другим архитектурным бюро. Мы же должны были адаптировать проектное предложение и выпустить рабочую документацию. Несмотря на то, что мы очень уважительно относились к авторскому замыслу и старались придерживаться идеологии коллег, очень многое в проекте пришлось переделывать и изменять – ввиду пожеланий заказчика, вновь выявленных обстоятельств или невозможности реализовать то или иное решение.
Бизнес-квартал «Домино» © Т+Т Architects
Бизнес-квартал «Домино» © Т+Т Architects

Александр Бровкин:
Мы вложили в этот проект очень много собственных сил и творческих идей, но сознательно не стали выходить за рамки первоначальной концепции наших предшественников. «Домино» стал для нас первой работой такого масштаба. Мы начинали его в 2011 году, а реализация заняла больше трех лет. Однако это был очень серьёзный опыт, который стал отправной точкой для многих других проектов редевелопмента.

Насколько вам было важно сохранить историю и эстетику места в этом и в других проектах?

Сергей Труханов:
В случае с «Домино» это было место, которому принципиально важно было дать вторую жизнь, опираясь на эстетику сложившегося окружения. От Пятницкой до Большой Ордынки там тянулся старый полуразрушенный квартал из административных зданий. В новом проекте были сохранены пятна застройки, однако пришлось серьёзно поработать с фасадами зданий и внутренней территорией, пускай небольшой и камерной, но очень важной для данного объекта. Старинный особняк, расположенный на территории квартала и выходящий главным фасадом на Ордынку, мы восстановили, воссоздав его исторический облик.

Александр Бровкин:
Когда мы пришли на площадку, особняк был в совершенно плачевном состоянии. Заменив его сгнивший каркас на металлический, мы не затронули стены, постарались сохранить весь декор и главное – дух старого здания.

Как вы относитесь к практике приспособления бывших промышленных территорий под жилье? Какие проекты подобного рода, созданные вашей мастерской, вы бы отметили?

Сергей Труханов:
Самым взрывным стал проект лофт-квартала Studio #8. Это пром в чистом виде, который следовало превратить в квартал апартаментов. Район, где расположен участок, со своим характером и историей был ещё и весьма перспективным с экономической точки зрения – хорошее положение в городе, рядом с уже существующим крупным жилым небоскребом «Триумф-Палас». Помимо изначально интересной задачи, которую ставила перед нами сама ситуация и окружение, в этом проекте нас заинтересовала позиция заказчика. Это был период, когда он сформулировал концепцию «живи и работай». Мысль о том, чтобы в одном районе сосредоточить жилье и места приложения труда понравилась девелоперу, и он стал активно внедрять её в практику. Лофт стилистика и промышленное прошлое площадки добавляло месту особой романтики. Проект стал позиционироваться как место для молодых и активных людей, художников, музыкантов, творческой интеллигенции.
Реновация промышленной территории под лофт-квартал апартаментов Studio #8 © Т+Т Architects
Реновация промышленной территории под лофт-квартал апартаментов Studio #8 © Т+Т Architects
Реновация промышленной территории под лофт-квартал апартаментов Studio #8 © Т+Т Architects

На мой взгляд, все эти факторы вместе предопределили успех проекта: правильное задание и концепция заказчика, хорошо пойманный дух места, интересная легенда для потенциальных покупателей и, конечно, качество архитектуры и исполнения. Несмотря на свою открытость – а комплекс по большей части лишен заборов и ограждений – каждый дом имеет свой уютный дворик, защищенный от шума города, свой адрес, узнаваемость. В результате более 70% жилых площадей было выкуплено ещё на стадии проектирования. В этой ситуации часть лотов приходилось «подгонять» под конкретного покупателя. Квадратные метры стремительно выкупались не только по горизонтали, но и по вертикали, из-за чего нам в ускоренном режиме приходилось переделывать и адаптировать планировки. Сейчас комплекс практически реализован, остаются работы по благоустройству.
Реновация промышленной территории под лофт-квартал апартаментов Studio #8
© Т+Т Architects
Реновация промышленной территории под лофт-квартал апартаментов Studio #8
© Т+Т Architects

Отдельно хотелось бы поговорить о таких ваших проектах, в которых особое внимание уделялось не столько архитектуре, сколько территории в целом.

Сергей Труханов:
Один из недавно реализованных – территория 1-й очереди офисного центра «Савеловский Сити». Нам довелось очень много работать над этим проектом. А начинали именно с территории. Реновация на самом деле затрагивает в первую очередь территорию и только потом – здания. Это колоссальная работа по зонированию пространства, логистике, созданию акцентов. Казалось бы, в «Савеловском Сити» речь шла в основном о новом строительстве, но при этом приходилось постоянно оглядываться на размещенные объекты и их функциональное назначение. За счет работы с территорией следовало грамотно развести офисы, апартаменты и общественную функцию, расположенные в непосредственной близости друг от друга. И дополнить все сценариями художественного благоустройства.
Концепция благоустройства многофункционального офисно-делового центра «Савеловский Сити». Первая очередь. Проект, 2014 © Т+Т Architects

Александр Бровкин:
Архитектурой в этом проекте занималась компания SPEECH. Наше бюро отвечало за территорию. Строительство такого крупного комплекса дало толчок для развития всего района – весьма специфического места, без особых красот. Новый объект начал взаимодействовать с окружением, стали появляться новые пешеходные и транспортные коммуникации. Крупные предприятия и компании, соседствующие с участком, следуя нашему примеру открыли свои территории, сделали их доступными для горожан. Таким образом, границы проектирования сами собой раздвинулись, а город получил качественное общественное пространство.

В «Савеловском Сити» вы делали и интерьеры входной группы. Расскажите о них.

Сергей Труханов:
Нас попросили спроектировать интерьеры небольшого лобби, площадью 150 кв. м – слишком маленького для своей функции. Решив, что раз уж мы ничего не можем сделать с размерами помещения, то надо реализовать очень яркую идею. Все пространство должно было быть построено таким образом, чтобы мгновенно рождать wow-эффект. И здесь надо сказать спасибо заказчику, проявившему недюжинную смелость и поддержавшего нас в самых смелых замыслах. Так, центром композиции стали летающие арт-объекты, благодаря которым лобби превратилось в маленькую галерею.
Входная группа многофункционального комплекса «Савеловский Сити». Вторая башня. Реализация, 2014 © Т+Т Architects

Но помимо арт-объектов, пространство формирует еще и очень необычное сочетание цветов, там использованы интересные материалы.

Сергей Труханов:
Да, мы хотели создать внутри ощущение динамики. Использовать при этом решили только очень характерные материалы, которые сами по себе ценны и самодостаточны. Скажем, медь – очень тактильный и эффектный материал. Его непривычно видеть внутри лобби. Все решения здесь пограничные. Мы балансировали на грани театральности, стараясь не опуститься до декораций. Как мне кажется, всё удалось.
Входная группа многофункционального комплекса «Савеловский Сити». Первая башня. Реализация, 2014 © Т+Т Architects

Несмотря на то, что ваше бюро достаточно молодое, мы очень много говорим именно о реализациях. Сложно ли реализовывать подобные проекты? И как часто в вашей практике концепция воплощается в жизнь?

Сергей Труханов:
Большая часть проектов в той или иной степени реализуется. Очевидно, что работая с уже сложившейся средой, с готовым контекстом, сталкиваешься с большими трудностями, чем в случае с новым строительством. Каждый день обнаруживается какой-нибудь подводный камень. Важно не скатиться до новодела, особенно, когда приходится микшировать существующие постройки с новыми. К примеру, в Саратове мы занимались реновацией старой фабрики «Саратов Мука». Часть объектов, признанных памятниками архитектуры, необходимо было сохранить, включив в состав новой застройки. Могу сказать, что мы всегда выступаем против какой-либо стилизации. По моему убеждению, рядом с историческими зданиями нужно возводить честную современную архитектуру. При этом новое строительство не должно спорить с историческим контекстом, нарушать сформированные связи. В этом и состоит главная сложность.
Архитектурная и градостроительная концепция реконструкции и реновации территории фабрики «Саратов мука»
© Т Т Architects

Вы упомянули проект в Саратове. Какова его судьба?

Александр Бровкин:
Сейчас реализуется первая очередь этого проекта, предполагающая по большей части восстановление существующих зданий. Проект, охватывающий огромную территорию, из которой шесть гектаров располагаются на береговой линии с перепадом рельефа до 25 метров, планируется развивать до 2025 года. Мы надеемся, что в ближайшем будущем будут реализованы по крайней мере еще две–три очереди.
Архитектурная и градостроительная концепция реконструкции и реновации территории фабрики «Саратов мука»
© Т Т Architects

Вы работали не только в Саратове, но еще в Оренбурге, Екатеринбурге и других городах страны. Насколько, на ваш взгляд, актуальна тема редевелопмента бывших заводов и фабрик в регионах?

Сергей Труханов:
В регионах таких активов как бывшие промзоны гораздо больше, чем в Москве. Московский девелопер имеет четкое понимание того, как надо развивать такие территории, при этом ему всегда жалко денег. У заказчика из региона средства, как правило, есть, но не хватает смелости и желания экспериментировать. При всем при этом в регионах появляются действительно интересные объекты. Пока их совсем немного, поскольку там позиция такова, что снести старые здания проще, чем их реконструировать.

Вы рассказали о сложностях, с которыми приходится сталкиваться, работая с промзонами. А какие в этом направлении преимущества? Почему вам интересно работать с такой архитектурой?

Сергей Труханов:
Работать со зданиями, которые имеют историческую ценность, уже интересно. Они все одушевленные. Это не безэмоциональное пространство, напротив, оно очень наполненное и живое. И каждый раз сталкиваешься с чем-то неизведанным, совершаешь открытие. В Оренбурге мы нашли старые подземные ходы, связывавшие различные постройки на территории мельницы, различные артефакты в виде старинных лестниц, огромных жалюзи на цепном приводе, и так далее.
Архитектурная и градостроительная концепция реконструкции и реновации территории фабрики «Саратов мука» © Т+Т Architects

Александр Бровкин:
Это как винтажные вещи, которые вдруг получают новую жизнь. Точно так же и со зданиями. После реконструкции обретая новую функцию, они будто рождаются второй раз. Скажем, в том же Саратове, восстанавливая старые и забытые здания мы заново открываем их для города. Мельница очень давно перестала использоваться по своему назначению. Долгое время она пустовала. В последние годы в ней разместилась часть саратовского мукомольного завода. За это время здания мельницы были многократно перекрашены, обросли чудовищными хозяйственными пристройками. Один фасад исчез полностью, после того как к нему пристроили элеватор и заложили окна. Фактически объект исчез для города. Убрав все временные наслоения, мы вернули его городу, продлили его жизнь. Теперь он простоит ещё лет двести.

Специфика работы с уже существующими зданиями не ограничивает вашу творческую свободу?

Сергей Труханов:
Наоборот. Творческую свободу нельзя ограничить. Не то чтобы реконструкция открывала больше возможностей для реализации своего потенциала, здесь задача гораздо сложнее. Предлагается ситуация с безумным количеством ограничений, особенностей и аспектов. При этом над тобой довлеют не бездушные материи, а история, артефакты, которые нужно сохранить или придать им особой значимости.

Реконструкцию и реновацию вы считаете перспективным для себя направлением?

Сергей Труханов:
Да, мы продолжаем активно работать в сфере реновации промышленных объектов, ведем проекты благоустройства территорий. Из наиболее ярких текущих проектов могу отметить реконструкцию гостиницы «Белград» – очень непростой и многослойный объект, которому мы сейчас отдаем много сил. Направление оказалось для нас очень интересным. Признаюсь, мы этого и сами не ожидали.

Приведите примеры редевелопмента из мировой практики, которые вам наиболее близки.

Александр Бровкин:
Мне очень нравится район Хафен-Сити в Гамбурге, благодаря которому удалось увеличить город на 220 гектаров путем редевелопмента портовой территории. Там можно увидеть примеры удачной реконструкции старых зданий рядом с новыми объектами известных западных архитектурных бюро (самое известное из них Эльбфилармония Херцога и де Мерона – прим. ред).

Сергей Труханов:
Удачных примеров на сегодняшний день в мировой практике очень много. Для себя я бы выделил разные по подходам и поставленным задачам проекты. В первом ряду – знаковый для Ливерпуля проект реконструкции Альберт доков. Сейчас там объединились множество музеев, в том числе музей Битлз, гостиничных комплексов, развлекательных центров, ритейла (площадь территории около 320 гектаров, реконструкция начата в 1981 длилась 22 года до 2003 – прим. ред.). Это место стало новым городским центром – настолько востребованным, что вокруг него вырастает новая городская застройка. Также не могу не отметить район Докланд в Лондоне, который интересен в первую очередь с градостроительной точки зрения. Это практически единственный жилой район города, который заселяют непосредственно владельцы квартир. В то время как большинство жилья в центре сдается в аренду. Весь фонд составляют бывшие склады и мастерские, нового строительства там почти нет. Но проект, который я люблю, пожалуй, больше всего – район Шордич. Это другой вариант редевелопмента, отличающийся от вышеназванных своей стихийностью. Люди сами трансформируют пространство. Население составляют преимущественно творческие люди, которые когда-то пришли в этот промышленный район и превратили его в настоящую художественную Мекку. Все стены в районе Шордич объявлены свободными для граффити, из-за чего там можно увидеть самые яркие образцы уличного дизайна и стрит-арта. Как раз сейчас прошел конкурс на реконструкцию старой станции метро Шордич, где мы вошли в шорт-лист, благодаря которой посредством временных строений удастся увязать два района, разделенных железной дорогой.

А в российской практике вы могли бы отметить что-то подобное?

Сергей Труханов:
Я бы отметил Artplay до того, как его переделали, когда он был на ул. Тимура Фрунзе. Это было одно из самых душевных мест в Москве. Остальные российские проекты редевелопмента по большей части носят коммерческий характер. Это касается и «Красной Розы», и делового квартала «Луч», где удается дорого продать стиль лофт. По качеству редевелопмента я бы отметил фабрику Станиславского. С точки зрения визуального эффекта это один из лучших объектов в Москве.

А решение разместить свою мастерскую на территории промзоны – это осознанный шаг или просто совпадение?

Александр Бровкин:
Это случайность. Хотя мы сами постоянно занимаемся трансформацией таких пространств, находясь внутри всей этой нетронутой красоты, мы в глубине души надеемся, что рука девелопера не скоро её коснется.

Архитектор:

Полина Воеводина
Сергей Труханов
Александр Бровкин

Мастерская:

Т+Т Architects

25 Июня 2015

Беседовала:

Алла Павликова
comments powered by HyperComments

Технологии и материалы

Формула здоровья от Baumit Klima
Серия экологически чистых, антибактериальных строительных материалов Baumit Klima на известковой основе формирует здоровый микроклимат в доме, регулирует температуру и влажность, гарантирует чистоту и свежесть воздуха.
Свет для самой яркой звезды
Свет учебным классам и лабораториям павильона «Школа» центра «Сириус» обеспечивают мансардные окна VELUX, одновременно защищая помещения от южного солнца и участвуя в формировании архитектурного облика.
Как ковалась победа: вклад Борского стекольного завода
В эту знаменательную дату, мы хотим вспомнить подвиги героев тыла и фронта, руками которых ковалась Великая Победа над фашистским режимом.
Одним из таких выдающихся предприятий был Горьковский механизированный стеклозавод имени М. Горького на Моховых горах, известный в наши дни как Борский стекольный завод, старейшее предприятие стекольной отрасли и один из производственных комплексов AGC Group.
Wienerberger Brick Award 2020: финал переносится на осень
Завершающий этап премии Brick Award от концерна Wienerberger из-за пандемии перенесли на осень. Но уже сформирован шорт-лист. Рассказываем подробнее о премии и показываем некоторые проекты-финалисты.
Ремесленные традиции
Для бизнес-центра «Депо №1» компания «Славдом» поставляла кирпич Wienerberger и системы крепления Baut. Замысел авторов, поддержанный качественным материалами и исполнением, воплотился в здание, достойное исторической среды Петербурга.
Броненосец из титан-цинка
Новая станция метро в Торонто по проекту британских архитекторов Grimshaw получила необычную кровлю, покрытую титан-цинком RHEINZINK.
Грани света
Параметрическое моделирование помогло апарт-отелю в комплексе Grani не затенять окружающие постройки, а окна Velux – обеспечить светом разнообразные внутренние пространства. Другая их заслуга: деликатное дополнение реконструированных исторических корпусов комплекса.
Тренды Delabie: бесконтактная ГИГИЕНА
Бесконтактные сантехнические приборы Delabie позволяют сократить риск заражения в разы даже в период эпидемии, а разработчики компании предлагают целый ряд инноваций, позволяющих предотвратить размножение бактерий как на поверхностях, так и внутри сантехнического оборудования.
ТЭЦ, спорт и зеленая крыша
Архитекторы BIG объединили в одном сооружении для Копенгагена экологичный мусоросжигательный завод, ТЭЦ, горнолыжный склон – и зеленую крышу системы ZinCo.
Стекло для городского калейдоскопа
Современные технологии и классические традиции, строгий и даже торжественный ритм: «Искра-Парк» словно бы переносит нас в 1930-е. С одной поправкой – на объемный, крупного рельефа и зеркального стекла фасад южного корпуса; он возвращает в наши дни.
Дмитрий Самылин: российский «авторский» кирпич и...
Глава фирмы «КИРИЛЛ» рассказал archi.ru о кирпичном производстве в России, новых российских заводах кирпича и клинкера ручной формовки, о новых коллекциях, разработанных с учетом пожеланий архитекторов, а также пригласил на семинар по клинкеру в «Руине» Музея архитектуры.

Сейчас на главной

Зигзаг над полем
Школьный спортзал, также играющий роль общественного центра для швейцарской деревни Ле-Во, спроектирован лозаннским бюро Localarchitecture.
Отстоять «Политехническую»
В Петербурге – новая волна градозащиты, ее поднял проект перестройки вестибюля станции метро «Политехническая». Мы расспросили архитекторов об этом частном случае и получили признания в любви к городу, советскому модернизму и зеленым площадям.
Пресса: Архитектура простыла в музыке
Новая филармония, которую открыли в 2015 году в парижском районе Ла-Виллет,— среди самых заметных произведений современной архитектуры во Франции. Но здание в итоге поссорило его создателей. Пять лет спустя автор проекта Жан Нувель и заказчик, руководство филармонии, обмениваются судебными исками на сотни миллионов евро. Рассказывает корреспондент “Ъ” во Франции Алексей Тарханов.
Автор-реконструктор
Дэвиду Чипперфильду поручена реновация здания Центрального телеграфа в Москве: в связи с этим вспомним, почему этот знаменитый британский архитектор считается мастером по работе с наследием, а также о «сложных случаях» в его практике.
Электрические колонны
Новый дом на Кутузовском по-своему интерпретирует как классицистический контекст места, так и присущий проспекту премиальный статус. В то же время он смел: таких колонн – стеклянных, светящихся в ночи трубок, в Москве еще не было. Пластические высказывание получилось сильным и бескомпромиссным, буквально на грани между декоративностью «Украины» и хай-теком Сити.
Пресса: Ар-деко. К юбилею выставки 1925 года в Париже
28 апреля 1925-го в Париже состоялось открытие «Международной выставки декоративного искусства и художественной промышленности». Это событие сыграло ключевую роль в развитии стиля ар-деко, самого яркого художественного направления межвоенной эпохи. И хотя сам термин появился много позже, в 1960-е, именно выставка в Париже подарила стилю его имя.
Архи-события: 25–31 мая
Несколько онлайн-лекций, новый экспресс-курс в МАРШ, конференция о пригородах на «Стрелке» и мастерская с Никитой и Андреем Асадовыми от проекта «Живые города».
Крыша на вырост
Хозяева смогут расширить свои «1/3 дома» по проекту бюро Rever & Drage на западе Норвегии, если их семья увеличится, а пока используют кровлю-навес как парковку, банкетный зал, мастерскую.
Из «муравейника» в «город-сад»
МАРШ запускает он-лайн-интенсив, посвященный экологически устойчивому развитию территорий. Об актуальности темы для российских регионов рассказывает куратор курса и наблюдатель ООН Ангелина Давыдова.
Бетон и пальмы
Новый корпус фонда Nubuke в Аккре, столице Ганы, по проекту бюро nav_s baerbel mueller и Юргена Штромайера.
Градсовет удаленно 19.05.2020
Жилой комплекс пополам с гостиницей, еще два варианта станции метро «Парк победы» и поглощение «Политехнической» – на третьем дистанционном градсовете Петербурга.
Простота для Новой Риги
Проект автомойки с кафе и террасой с видом на дальний лес, и «ритейл-офис» мебельных компаний с длинной и причудливой красной скамейкой.
Зеленый лабиринт на фасаде
Стены и кровля офисно-торгового комплекса Kö-Bogen II по проекту Кристофа Ингенхофена в Дюссельдорфе покрыты 8 километрами живой изгороди: это самый большой зеленый фасад Европы.
Параллельный мир
В частном подмосковном доме Parallel House архитектор Роман Леонидов создал выразительную скульптурную композицию из абсолютно простых форм – параллелепипедов, чье столкновение превратилось в захватывающий спектакль.
Зеркало для неба
Офисное здание cube berlin по проекту бюро 3XN рядом с центральным берлинским вокзалом получило зеркальный фасад-аттракцион, позволивший одновременно устроить открытые террасы для отдыха сотрудников.
Волнорез
В Истринском городском округе Подмосковья тандем бюро «Четвертое измерение» и «АРС-СТ» спроектировал спортивный комплекс – монообъем в виде скошенного параллелепипеда с острым, как у корабля, «носом»
Пресса: Как помойка станет парком. Григорий Ревзин о городе...
Подтверждая закон Ломоносова «сколько чего у одного тела отнимется, столько присовокупится к другому», превращение города в парк, ставшее главным трендом сегодняшнего урбан-дизайна, дополняется обратным трендом — превращением парка в город.
Илья Уткин: «Мы учились у Пиранези и Палладио»
О трех кварталах вокруг Кремля – Кадашевской слободе, Царевом саде и ЖК на Софийской набережной; о понимании города и храма, о творческой оттепели и десятилетии бескультурья; о сокровищах дедушкиной библиотеки – рассказал победитель бумажных конкурсов, лауреат Венецианской биеннале, архитектор-неоклассик Илья Уткин.
Фасад по солнцу
UNStudio реконструировало здание Hanwha Group в Сеуле в соответствии с требованиями энергоэффективности и комфорта, причем работа сотрудников Hanwha не прервалась даже на день.
Дом отшельника
Тема нынешней «Древолюции» – актуальнее не придумаешь. Участники проектировали скромный и легко реализуемый дом для уединения и наслаждения природой. Показываем 19 вдохновляющих работ, отобранных жюри.
Лестница в небо
Проект гостиницы в поселке Янтарный – пример новой типологии рекреационного комплекса, новый формат, объединивший гостиничную, деловую и культурную функции. И все это под лозунгом максимального единения с природой.
Граждане против Цумтора
В Лос-Анджелесе активисты провели конкурс проектов реконструкции музея LACMA, среди участников – Coop Himmelb(l)au и Barkow Leibinger. Это альтернатива «официальному» плану Петера Цумтора, который предусматривает уменьшение общей площади и снос четырех существующих корпусов.
Мыс доброй надежды
Показываем все семь проектов, участвовавших в закрытом конкурсе на создание концепции штаб-квартиры компании «Газпром нефть», а также приводим мнения экспертов.
Картинки на карантине
Как российские архитектурные бюро реагируют на карантин? Размышления о будущем, графика, юмор, хорошие фотографии. Собираем пазл из контента Instagram.
Не только военные песни
Один из проектов нынешнего конкурса благоустройства малых городов созвучен празднику 9 мая: его главный элемент – реконструкция парка, в котором ежегодно проходит фестиваль в честь автора известных песен военной тематики.
Городская лагуна
Архитекторы MVRDV встроили в «руины» городского торгового центра на Тайване общественное пространство The Spring с водоемами, детскими площадками, эстрадой и зеленью.
Белоснежные цилиндры
Арт-центр и парк Tank Shanghai по проекту пекинского бюро OPEN Architecture в Шанхае – редкий пример приспособления под новую функцию резервуаров для авиационного топлива.
Голодный город
Реконструкция Торжковского рынка от бюро RHIZOME: прилавки с фермерскими продуктами, фуд-холл и музей в интерьерах модернистского здания.
Пустота как драма
В Дубае закончено строительство комплекса The Opus, задуманного Захой Хадид еще в 2007 году. Главное в здании – криволинейный проем высотой в 8 этажей.
Благотворительная архитектура
Бюро Martlet Architects, за которым стоит молодая российская пара, с помощью архитектуры участвует в решении проблем стран третьего мира. Показываем школу и две клиники, построенные на краю света за счет благотворительных фондов и силами волонтеров.
Эко-административный комплекс
Zaha Hadid Architects выиграли в Шанхае конкурс на проект штаб-квартиры государственной Группы энергосбережения и охраны окружающей среды Китая. Комплекс должен стать образцовым эко-проектом, учитывающим также и последствия пандемии.
Назад в космос
Парк покорителей космоса на месте приземления Юрия Гагарина по концепции West 8 Адриана Гёзе делает Центр урбанистики экономического факультета МГУ под руководством Сергея Капкова.
Полосатое решение
Об интерьерах ТЦ «Багратионовский» и немного об истории строительства одного из примеров смешанных общественно-торговых прострнаств нового типа, в последнее время популярных в Москве.
Что посмотреть на выходных
Для тех кто планирует на майских поотдыхать – вот, можно сделать и это с пользой. Только что завершившийся цикл лекций Анны Броновицкой, прогулки с гидами по гугл-панорамам, знакомство с любимыми книгами архитекторов и еще пара хороших вариантов.
Башня-знак
Самое высокое деревянное здание в мире, 18-этажная башня Mjøstårnet на юге Норвегии, одновременно привлекает внимание к своему городу – Брумунндалу – и служит знаком возможностей дерева как строительного материала.
Остоженка: первая виртуальная
Две виртуальные экскурсии, с десяток лекций, интервью и круглых столов – подводим итоги выставки, посвященной 30-летию бюро и знаковому проекту реконструкции московского центра – району Остоженки. Выставка прошла полностью в «карантинном» он-лайн формате. Постарались собрать всё вместе.
Высотные фантазии
Публикуем проекты победителей и финалистов очередного конкурса eVolo Skyscraper Competition: уже в 15-й раз участники поражают наше воображение невероятными проектами небоскребов.