Социально-политическая архитектура

Интервью с Жанкарло Маццанти.

mainImg
Полная версия интервью в журнале ТАТЛИН #6, 2011
и на сайте: www.archnewsnow.com/features/Feature379.htm

Проекты колумбийского архитектора Жанкарло Маццанти (Giancarlo Mazzanti), реально способные улучшить жизнь обычных людей, олицетворяют важные социальные процессы, происходящие сегодня в странах Латинской Америки. Неудивительно, что наиболее интересные проекты в этих странах –школы, детские сады, библиотеки и стадионы, причем создаются они, как правило, в самых бедных районах. Сравнивая многие из этих объектов с элитными постройками в виде акробатических жестов в дорогостоящих обертках –концертных залов, кондоминиумов, банков и художественных музеев в странах с развитой экономикой, невольно возникает ощущение некой декоративности и даже отрешенности современной западной архитектуры от вызовов реальной жизни. Ведь архитектура должна не только радовать глаз, но и делать жизнь людей более удобной, безопасной, а также предлагать такие функции, пространства и формы, которые могли бы реально улучшить качество жизни.
Вот почему в Колумбии, которая издавна была страной с высокой преступностью, где до сих пор преобладает бедное население, политики распознали в архитектуре, действенную силу, способную решать социальные проблемы. Архитектура способна идентифицировать районы и создавать новые привлекательные общественные пространства. Необычные постройки, площади и парки способствуют общению людей и, изменяя качество городского пространства, трансформируют сознание жителей. Конечно же, необходимо при этом создавать рабочие места, бороться с преступностью, реорганизовывать систему образования, решать транспортные проблемы и так далее. Но не стоит и недооценивать тот факт, что пространства, в которых мы живем, работаем, учимся и отдыхаем, также оказывают огромное влияние на наше настроение, трудоспособность и даже желание общаться с окружающими.  

ВБ: Вы преподаете архитектуру. Есть ли у вас некий особый подход в этом деле?

ЖМ: Я фокусируюсь на двух основных подходах в архитектуре. Первый – это то, что архитекторы способны занять активную позицию и инициировать идеи и проекты. А второй – это конкретное физическое вмешательство, для которого я исследую не только материалы и строительные технологии, но и такие проблемы: как добиться того, чтобы здание стимулировало конкретное поведение или создавало некий интерес? Форма всегда вторична. Это ответ на основные задачи, такие как предполагаемая функция конкретного пространства или бюджет. И если мы сможем переосмыслить и обогатить конкретную функцию или предназначение, это в любом случае приведет к рождению новых форм, материалов и так далее. Также я всегда настаиваю на открытости и незавершенности архитектуры. Только в таком случае она будет способна адаптироваться к переменам в будущем и к новым функциям, которые трудно предсказать, потому что наше общество постоянно учится и меняется. Архитектура никогда не должна быть законченной. Со своими студентами я обычно работаю над аналогичными проектами, с которыми мне приходится сталкиваться в жизни.    

ВБ: Серхио Фахардо был мэром Медельина с 2003 по 2007 гг. Он стал известным в мире политиком, который использовал архитектуру как некий рычаг для трансформации города путем строительства самых красивых зданий в самых бедных районах. Я читал о том, как он пришел к вам в офис и предложил сотрудничество. Это очень необычно для других стран. Расскажите о связи архитектуры с политикой.  

ЖМ: Во-первых, архитектура в Колумбии – это и есть политика. Мы – архитекторы – видим себя политиками. Мы очень тесно работаем с нашими местными властями над тем, чтобы выработать некие стратегии для улучшения жизни общества. Мэр Медельина пришел к нам в офис после того, как наш проект городской библиотеки выиграл конкурс.

ВБ: Вы как-то заметили: "Я страстно увлечен адаптацией архитектуры к тому, чтобы с ее помощью можно было влиять на поведение". Вы бы могли привести примеры проектов, которые, как вам кажется, преуспели в этом?

ЖМ: Мне кажется, что это главная на сегодня задача архитектуры. Как с помощью архитектуры, можно, изменить мир? Предыдущее поколение архитекторов задумывалось над тем, как архитектура могла бы интерпретировать мир, но мне кажется, что сегодня пришло время, когда мы должны задуматься о том, как архитектура может изменить мир. Мы, архитекторы, можем взять на себя такую задачу и представлять собой реальную силу, которая определяла бы стиль жизни и поведение людей.

ВБ: Вы могли бы уточнить, как этого можно добиться?

ЖМ: Во-первых, нужно вводить то, что называется social inclusion или приобщением к социальной жизни, и предоставлять новые возможности для взаимодействия населения. Сами по себе формы ничего не изменят. Людей нужно вовлекать в отношения друг с другом. Хороший пример – это проекты англичанина Седрика Прайса, такие, как Fun Palace (Дворец развлечений). Такие проекты важнее эстетики. Они отводят архитектуре ведущую роль в социальном развитии, и они гибкие, неопределенные и открытые. В нашей архитектуре мы пытаемся предложить возможности для интерактивного обучения и отдыха. Таким образом, внешний вид и формы уже не главное.   

ВБ: Позвольте, но разве не формы и иконические образы хотел заполучить от архитекторов мэр Медельина? Форма и, в конечном итоге, образ все еще является движущей силой архитектуры, не так ли? Изменилось только то, как архитекторы сегодня приходят к этим формам. Причем современные формы становятся все более изощренными. Тот факт, что эти формы теперь базируются на социальных намерениях и новых функциях делает их более рациональными, просчитанными и привлекательными, но ведь именно образ продолжает привлекать к объекту. Разве нет?    

ЖМ: Конечно, образ очень важен, но дискуссия теперь не только об образе. Дискуссия о том, как эти формы могут реально повлиять на жизнь людей. Проблема вовсе не в том, чтобы построить красивое здание. Главное в том, как создавать такие здания, которые бы люди стремились освоить, приспособить для себя. Красота относительна. Но каждый может оценить здания, которые предполагают social inclusion.

ВБ: Вы назвали Седрика Прайса как одного из прародителей идей, которые  стимулируют social inclusion. Каких еще дизайнеров или социологов вы могли бы назвать? Тех, кто вас вдохновляет на восприятие архитектуры как некоего социального инструмента?

ЖМ: Эти идеи исходят от философов и социологов, таких, как французский социолог Бруно Латур. Мне интересны проекты Рема Кулхааса и его идеи, способствующие изобретению новых функций и возможностей созданию проектов с разными и трансформативными функциями. Мне очень нравится текст Жака Лукана "Архитектор современной жизни" о Реме Кулхаасе. Работы художника Олафура Элиассона меня очень воодушевляют. Они фокусируют внимание на таких понятиях, как атмосфера, температура, цвет и так далее, на нашем восприятии пространства и нашем поведение в пространстве. Я сейчас сотрудничаю с колумбийским художником Николасом Парисом, который использует искусство как лабораторию и образовательный инструмент. В моих собственных проектах я пытаюсь не просто создавать образовательные помещения, где проходят, к примеру, школьные занятия, а создавать такие пространства, которые бы сами несли в себе элемент воспитания и обучения. Другими словами, я верю, что само пространство может вовлечь в образовательный процесс. Мне интересна такая архитектура, которая поощряет любознательность и провоцирует на некое действие.
zooming
Испанская Библиотека и Парк, Медельин, Колумбия © Sergio Gomez
zooming
Испанская Библиотека и Парк, Медельин, Колумбия © Sergio Gomez
zooming
Школа Colegio Gerardo Molina, Вид сверху. Богота, Колумбия © Foto Rudolf S.A.S.
zooming
Спорткомплекс для Южно-Американских игр 2010 года. Интерьер. Медельин, Колумбия © Sergio Gomez
zooming
Жанкарло Маццанти
zooming
Детский сад El Porvenir. Богота, Колумбия © Rodrigo Davila
zooming
Детский сад Timayui. Вид сверху. Санта-Марта, Колумбия © Jorge Gamboa


09 Апреля 2012

author pht

Беседовал:

Владимир Белоголовский
comments powered by HyperComments

Технологии и материалы

Японские технологии на родине дымковской игрушки
В Кирове появился новый 15-этажный жилой дом, спроектированный московским архитектором Алексеем Ивановым. Для отделки фасада использовались японские панели KMEW, предназначенные специально для высотного строительства.
Переплетение и контраст
Два московских проекта, в которых архитекторы сочетают панели с разными фактурами из фиброцемента EQUITONE, добиваясь выразительности фасадов.
Вентиляционная створка Venta – современное решение...
Venta обеспечивает безопасное и быстрое проветривание помещений, не создавая сквозняков. Она идеально комбинируется с остекленными и глухими элементами большой площади, а гибкая интеграция системы в любой фасад объекта является отличным решением для архитекторов и проектировщиков.
«Тихий рассвет» – цвет года по версии AkzoNobel
Созданный по итогам масштабных исследований цветовых трендов, проводящихся экспертами со всего мира, этот цвет призван запечатлеть суть того, что делает нас более человечными на заре нового десятилетия.
Разреши себе творить
Бренд DULUX выпустил новую линейку инновационных красок «Легко обновить». В нее вошло всего три продукта, но с их помощью можно преобразить весь дом или квартиру самостоятельно и всего за несколько часов.
Архитекторы из Томска создали мультикомфорт на международном...
По итогам международного архитектурного конкурса «Мультикомфорт от Сен-Гобен» проект российских студентов был отмечен специальным призом. Россия участвует в мероприятии в 8-й раз, но награду получила впервые. Рассказываем, как команде из Томска удалось реализовать концепцию мультикомфортного жилья и чем важен этот конкурс.

Сейчас на главной

Третий масштаб
На сложном участке в Одинцовском округе Подмосковья «Студия 44» спроектировала вторую очередь гимназии им. Е.М. Примакова – школу с мощным демократическим пафосом и архитектурой в духе итальянского рационализма.
Музей на семи ветрах
В Шанхае на берегу реки Хуанпу построен музей Уэст-Банд. Авторы проекта – David Chipperfield Architects. Первые пять лет там будет показывать свои выставки Центр Помпиду.
Изгибы дюн
Комплекс апартаментов в Сестрорецке с криволинейными формами и выдающейся инфраструктурой, позволяющей охарактеризовать место как парк здоровья или дачу нового типа.
Отдых на Желтой реке
Бутик-отель Lost Villa шанхайской мастерской DAS Lab на границе Внутренней Монголии повторяет форму традиционного местного поселения.
Кирпич старый и новый
В центре Манчестера строится жилой квартал KAMPUS по проекту Mecanoo на 533 квартиры: жилье, кафе и магазины расположатся в новых корпусах и исторических складах из кирпича, а также в бетонной башне 1960-х годов.
Пресса: Где будет центр
Сейчас город — это прежде всего его центр, центром он опознается и остается в голове. Город будущего требует деконструкции центра настоящего. Вопрос: а будет ли у него другой центр?
Консоли над полем
Школьное здание по проекту BIG в пригороде Вашингтона составлено из пяти раскрывающихся как веер ярусов, облицованных белым глазурованным кирпичом.
Бегство из Вавилона
Заметки об инсталляции Александра Бродского для книг Анны Наринской – «Невавилонской библиотеке» в Центре толерантности.
«Вариации на тему»
Плавучие дома по проекту Attika Architekten на канале в центре Нидерландов получили фасады из фиброцементных панелей EQUITONE [natura].
Тонкая игра
Клубный дом в Большом Козихинском, – пример архитектурного разговора о методах и источниках стилизации, врастающей в современные тенденции. С ярким акцентом, вдохновленным работой Льва Бакста для «Дягилевских сезонов».
Профсоюзное движение
В Британии основан профсоюз архитекторов и всех других сотрудников архитектурных бюро, включая секретарей, менеджеров, техников.
Визит в вечную мерзлоту
Архитекторы Snøhetta представили проект посетительского центра The Arc при Всемирном хранилище семян и Мировом архиве на Шпицбергене.
Пресса: Гидроэлектробазилика
Знаменитый итальянский архитектор Ренцо Пьяно и команда фонда V-A-C, основанного бизнесменом Леонидом Михельсоном, рассказали о будущем, пожалуй, самого амбициозного культурного проекта последних лет — ГЭС-2.
Опыты для ржавого ожерелья
Вторая российская молодежная архитектурная биеннале в Казани была посвящена реконструкции промзон. 30 финалистов выполнили проекты для двух конкретных участков столицы Татарстана. Представляем проекты победителей.
Вырасти свой сад
Конгресс World Urban Parks, прошедший в Казани, получился больше про общественные места и энергичных людей, чем собственно про парки. Публикуем самое интересное и полезное из того, что удалось услышать и увидеть.
Велосипеды под холмами
Новая площадь по проекту COBE на кампусе Копенгагенского университета – это холмистый ландшафт, где есть стоянки для велосипедов, театр под открытым небом и «влажные биотопы».
Три корабля
Павильон Италии на Экспо-2020 в Дубае спроектировали архитекторы CRA-Carlo Ratti Associati, Italo Rota Building Office и matteogatto&associati.
Течение краски
В Медийном центре парка Зарядье открылась выставка четырех художников, рисующих города: Альваро Кастаньета, Томаса Шаллера, Сергея Чобана и Сергея Кузнецова. Впервые в Москве такого рода выставка сопровождается иммерсивной экспозицией.
Мозаика функций
Комплекс Agora по проекту Ropa & Associés в Меце на востоке Франции соединил в себе медиатеку, общественный центр и «цифровое» рабочее пространство.
Книги в саду
Бюро «А.Лен» и KCAP Architects&Planners спроектировали для Воронежа жилой комплекс, вдохновляясь Иваном Буниным и пейзажами средней полосы. Получилось современно и свежо.
Комиксы на фасаде
В бывшей мюнхенской промзоне открылось многофункциональное здание WERK12 по проекту MVRDV: сейчас оно вмещает рестораны, фитнес-клуб и офисы, но подходит и для любого другого использования.
Космический ветер
Построенный по проекту бюро ASADOV аэропорт «Гагарин» сочетает выверенную планировочную структуру и культурную программу с авторскими решениями – архитектурным и дизайнерским, в которых угадывается ностальгия по тем временам, когда наша страна шла в светлое будущее и космос был частью жизни каждого.
Пресса: Как в город вернется производство
В том, что постиндустриальный город ничего не производит, есть нечто тревожное. Понятно, что он производит знания и услуги, понятно, что он производит много чего для себя (поэтому пищевая промышленность в Москве даже растет), но как же без всего остального?
Укрупнение
В Гостином дворе открылся очередной фестиваль «Зодчество». Под октябрьским московским солнцем спорят между собой две тенденции: прекрасного будущего и великолепного настоящего.
Между городом и вузом
В Аделаиде на юге Австралии появилась первая постройка Snøhetta на этом континенте: университетский спорткомплекс с актовым залом и открытыми лестницами-трибунами.
«Вечность» переставит всё местами
Куратором «Зодчества» 2020 года назван Эдуард Кубенский с темой «Вечность», об этом сообщил сегодня на пресс-конференции президент САР Николай Шумаков. Программа звучит смело, читайте в нашем материале.