Гоголь-три

Владимир Березин предложил альтернативный проект переноса памятника Гоголю на бульвар.

mainImg
В марте комиссия по монументальному искусству при Мосгордуме поддержала предложение о переносе памятника Гоголю работы скульптора Андреева обратно на бульвар. Архитектор Владимир Березин отреагировал на эту идею альтернативным проектом; публикуем проект и статью автора. 
 
Гоголь 3
Председатель. А давайте Дзержинского снесем! Ну его с Лубянки! … Кто «За»? Кто «Против»? «Воздержался»?... Принято единогласно!
Присутствующие. (Бурные аплодисменты).
Председатель. Нам кажется, что кондиционеры портят облик Москвы. Предлагаем убрать их с фасадов домов. Кто «За»? Кто «Против»? «Воздержался»?... Принято единогласно!
Присутствующие. (Бурные аплодисменты).
Председатель. (в сторону) Что бы еще такое учинить? Точно! (Вслух) Предлагаю убрать старого Гоголя с бульвара, а на его место поставить еще более старого со двора. А? Что вы на это скажете? Кто «За»? Кто «Против»? Может кто «Воздержался»?... Принято!
Присутствующие. (Бурные аплодисменты).
***

Здесь я не собираюсь осуждать тех, кто принимает решение. К тому же, строго говоря, решение еще не принято. Так, есть разговоры, но что из этого всего выйдет пока не известно. Известно лишь то, что рокировка Гоголями вполне возможна. Хорошо ли это? Плохо? Давайте просто разберем три возможных варианта развития событий. Сразу, для краткости дальнейшего изложения, определимся с «условными обозначениями». Гоголь №1 – памятник Н.В. Гоголю, созданный к столетию со дня рождения писателя в 1909 году  (скульптор Н. Андреев, архитектор Ф. Шехтель). Гоголь №2 – памятник 1952 года работы скульптора Н. Томского (поставленный в честь столетия смерти Гоголя).

Вариант 1
Ничего не происходит. Идея переноса памятника услышана и благополучно проигнорирована. Гоголи стоят на своих местах. От этого никому ни жарко, ни холодно (только может господину Председателю). К №1 уже привыкли в уютном дворе у дома, где жил великий русский писатель, а №2 прочно застолбил себе место на Гоголевском бульваре. Данный исход событий таит в себе наименьшее количество подводных камней, а именно – нуль.

Вариант 2
Рокировка состоялась. Шах и мат. Вот тут-то наш корабль и налетел на риф. Сразу скажу, что Вариант 2 считаю самым наихудшим из всех. Итак, представим, что Гоголь №1 вернулся на свое законное место. Первое, что делать со вторым? Ставить его на место первого – глупо, не тот масштаб, не та атмосфера. Куда его девать? Поставить вместе с Феликсом Дзержинским на задниках у ЦДХ? А между тем, что это за миф такой, что «печальный» Гоголь лучше «радужного»? Кто это сказал? Никто не спорит об эстетической ценности Гоголя №1, но, товарищи, Гоголь Томского не хуже. Да, он другой. Но быть другим, не значит быть хуже. Эти памятники – антиподы: один сидит, второй – стоит; один хмурый, другой улыбается; один интроверт, другой экстраверт; один камерный, другой – градостроительный (монументальный). Вот на последнем отличии двух Гоголей остановимся поподробнее, потому что именно из него и вытекает второй большой вопрос. 

Дело в том, что Гоголь №1 – при всех своих бесспорных плюсах – памятник камерный. Более того – это не «круглая» скульптура, а скульптура в 180 градусов – именно на такой сектор круга рассчитаны ее эстетические качества. Да, каждый градус этого полукруга «фасадной» части памятника – гениален. Но, извините, что сзади? Там ничего, глыба камня, что-то бесформенное. Сейчас, когда он мирно сидит у своего дома-музея, все его минусы просто-напросто не видны. Да, ты можешь обойти памятник кругом, но все же основное действо разворачивается в заветных 180 градусах.

А теперь мысленно перенесем его на бульвар. Градостроительный конфуз – не больше, ни меньше. Маленький, камерный Гоголь теряется в масштабе Арбатской площади. Где он? Ау? Люди по Гоголевскому бульвару идут черт знает к чему – к какой-то глыбе на постаменте великого Шехтеля. Нарушено все – и среда, и масштабность, и композиция. Сделав так, мы просто «убьем» произведение искусства Н. Андреева окружающей средой (причем не физически, как об этом сейчас беспокоятся эксперты, а эстетически). Оказывается, господин Председатель, памятники – это не шашки, чтобы их так легко двигать по городу. Здесь намного все сложнее.

В этом смысле Гоголь №2 – гениален. Он, может и уступает первому по качеству самой скульптуры, по идее и композиции, но по архитектурно-градостроительным качествам он на голову опережает предшественника. Начнем с того, что при И.В. Сталине умели работать, и работали далеко не дураки. Чувство места, пропорций, видовых точек, сомасштабности – было на высшем уровне. Гоголь №2, несмотря на все упреки, намного более гармоничен в изголовье бульвара, чем первый. Его поза, масштаб (как самой скульптуры, так и постамента) – всё как нельзя лучше сочетается с контекстом. А надпись на постаменте «Великому русскому художнику слова Николаю Васильевичу Гоголю от правительства Советского Союза»! Ведь это исторический документ (и, кстати, даже здесь два памятника остаются антиподами – сравните с лаконичной «Гоголь» на первом).

Итак, подводя итог, идея «восстановления исторической справедливости» так же абсурдна, как и восстановление клона Храма Христа Спасителя. Время изменилось, среда уже не та, масштаб стал другим. Оставим все как есть. Или нет?

Вариант 3
zooming
Вид Гоголя №1 сзади. Фотография 1910-х годов / www.school.edu.ru
zooming
Альтернативный проект «Гоголь 3» © Владимир Березин

Каждая проблема таит в себе решение. Если второй вариант мы можем рассматривать со знаком «-», а первый, как «=» или «0», то логично предположить, что вариант 3 – это «+», выход из сложившейся ситуации. Вариант 3 – это возможность сделать нечто большее, шагнуть дальше, переосмыслить Гоголя. Без варианта 3 другие не имеют смысла: и инициатива и затраченная энергия людей, ходатайствующих за перенос памятника, если сбудется вариант 1; и просто уничтожение обоих памятников при варианте 2. Вариант 3 – есть, с одной стороны, объединение двух других, а, с другой, нечто большее. Без лишних слов перейдем сразу к делу.

Предлагаю оставить Гоголя №2 на своем месте, а за ним (спиной к спине) расположить Гоголя №1, аккурат по оси бульвара. Между памятниками устанавливается декоративная стена (предположительно из нержавеющей стали). Всё!
Альтернативный проект «Гоголь 3» © Владимир Березин
Альтернативный проект «Гоголь 3» © Владимир Березин

Конечно, Председатель и компания будут против и даже возмущены, но позвольте сказать пару слов в свою защиту. В начале, выскажу чисто архитектурно-градостроительные соображения, потом перейду к вопросам философского и этического толка. 
  1. Получившийся «памятник» станет еще более сомасштабен месту. Теперь это многомерная инсталляция, – впредь буду называть вариант 3 инсталляцией – одинаково ориентированная как на город, так и на бульвар. Гоголь №2, как и раньше «ухмыляется» в сторону Арбатской площади. Как было сказано выше, он превосходно вписан в среду. Декоративная стена за ним только придает ему значимости и выделяет на фоне густой растительности бульвара. Гоголь №1 снова на своем историческом месте (!), только повернулся на 180 градусов (тут в голову приходит знаменитый миф о повороте в гробу) в сторону бульвара своей «лучшей» стороной. Декоративная стена не только скрывает неприглядную заднюю часть №1, но и так же «ограждает» камерность памятника от агрессивной городской среды. Все встало на свои места: «пафосный» Гоголь №2 обращен к пафосному городу, а «тихий» Гоголь №1 к тихому бульвару. 
     
  2. Данная инсталляция переосмысливает две вещи: а) подход к решению памятников; б) подход к решению бульваров. Классический бульвар – это пешеходная дорога, обрамленная с двух сторон деревьями, ведущая от условного пункта А к условному пункту Б. Обычно важность этих пунктов подчеркивается памятником. Только вот почти всегда человек идет от спины одного памятника к спине другого памятника. Он не понимает к кому идет, всю дорогу видя только заднюю часть скульптуры. Тимирязев ли это? Шухов? Гоголь? Одним словом – «Мужик в пиджаке». Гоголевский, Тверской, Сретенский, Страстной и др. бульвары только в одной Москве устроены выше описанным способом. В нашем же случае, люди идут по Гоголевскому бульвару к Гоголю, видя его в лицо на протяжении всего пути (около 400 метров от поворота бульвара).
     
  3. Тут возникает уместный вопрос: «А этично ли это? Так поступать с памятником великому русскому писателю!». Отвечаю: данная инсталляция корректно и по возможности точно и полно отражает дух Н.В. Гоголя. С любым другим писателем такое решение было бы просто идиотским и неуместным. К Тургеневу такое не подойдет. А вот с Гоголем – совсем другое дело. Что такое Гоголь? Это метафизик и мистик, при этом лирик и сатирик. Человек, наделенный превосходным чувством юмора и не менее тонким чувством сострадания. Патриот. Он уникален. В нем сочеталось несочетаемое, и именно из этого раздвоения, раскола личности он черпал свои образы. Гоголь абсурден, но его абсурд, доведенный до крайней точки, рождает смысл. Как ни странно, но при существующем положении оба памятника находятся слишком далеко друг от друга. Сейчас, их расположение просто абсурдно. Но при их постепенном сближении заряд энергии начинает повышаться, как при сближении электрических катодов и анодов. Наконец, градус абсурдности достигает своего апогея при их соединении, и абсурд  обращается в смысл, в своеобразное дада. Гоголь 3 – это метафизический памятник Гоголю, существующий только в нашем воображении, возможный только при наличии двух других. Поодиночке №1 и №2 есть «недостаточные» половины друг другу, антиподы, спорящие, кто же из них лучший. Гоголь 3 объединяет противоположности, их плюсы и минусы. Понятия «лучше» или «хуже» больше не существует. Спор погашен, консенсус найден.
PS
Председатель. Так с этим все понятно… Только вот… Как бы сказать… Что делать со сквером у дома-музея? Фонтан что ли на место памятника поставить? 
Присутствующие. (Немая сцена).
***
Мнение редакции может не совпадать с мнением автора.

19 Июня 2014

Похожие статьи
Оправдание добра, или как не промотать наследство
Книга доктора искусствоведения, академика Марии Нащокиной «Апология наследия» – всеобъемлющий труд, собравший под одной обложкой острые проблемы сохранения наследия в нашей стране и за рубежом. Глубокий научный подход сочетается в ней со смелостью говорить правду, порой нелицеприятную, и предлагать здравые решения. Публикуем рецензию и отрывок из книги.
«Чужие» в городе
Мы попросили у Александра Скокана комментарий по итогам 2025 года – а он прислал целую статью, да еще и посвященную недавно начатому у нас обсуждению «уместности высоток» – а говоря шире, контрастных вкраплений в городскую застройку. Получился текст-вопрос: почему здесь? Почему так?
Константин Трофимов: «Нас отсеяли по формальному...
В финал конкурса на концепцию вестибюля станции метро «Лиговский проспект-2» вышло 10 проектов, 2 самостоятельно снялись с дистанции, а еще 11 не прошли конкурс портфолио, который отсекал участие молодых или иногородних бюро. Один из таких участников – «Архитектурная мастерская Трофимовых», главный архитектор которой четыре года работал над проектом Высокоскоростной железнодорожной магистрали, но не получил шанса побороться за вестибюль станции метро. О своем опыте и концепции рассказал руководитель мастерской Константин Трофимов.
Угадай мелодию
Архитектурная премия мэра Москвы позиционирует себя как представляющая «главные проекты года». Это большая ответственность – так что и мы взяли на себя смелость разобраться в структуре побед и не-побед 2025 года на примере трех самых объемных номинаций: офисов, жилья, образования. Обнаружился ряд мелких нестыковок вроде не названных авторов – и один крупный парадокс в базисе эмотеха. Разбираемся с базисом и надстройкой, формулируем основной вопрос, строим гипотезы.
Казус Нового
Для крупного жилого района DNS City был разработан мастер-план, но с началом реализации его произвольно переформатировали, заменили на внешне похожий, однако другой. Так бывает, но всякий раз обидно. С разрешения автора перепубликовываем пост Марии Элькиной.
«Рынок неистово хочет общаться»
Арх Москва уже много лет – не только выставка, но и форум, а в этом году количество разговоров рекордное – 200. Человек, который уже пять лет успешно управляет потоком суждений и амбиций – программный директор деловой программы выставки Оксана Надыкто – проанализировала свой опыт для наших читателей. Строго рекомендовано всем, кто хочет быть «спикером Арх Москвы». А таких все больше... Так что и конкуренция растет.
Опровержение и сравнение: конкурс красноярского театра
Начали писать опровержение – ошиблись, при рассказе о проекте Wowhaus, который занял 1 место, с оценкой объема сохраняемых конструкций, из-за недостатка презентационных материалов – а к опровержению добавилось сравнение с другими призерами, и другие проекты большинства финалистов. Так что получился обзор всего конкурса. Тут, помимо разбора сохраняемых разными авторами частей, можно рассмотреть проекты бюро ASADOV, ПИ «Арена» и «Четвертого измерения». Два последних старое здание не сохраняют.
ЛДМ: быть или не быть?
В преддверии петербургского Совета по сохранению наследия в редакцию Архи.ру пришла статья-апология, написанная в защиту Ленинградского дворца молодежи, которому вместо включения в Перечень выявленных памятников грозит снос. Благодарим автора Алину Заляеву и публикуем материал полностью.
Пользы не сулит, но выглядит безвредно
Мы попросили Марию Элькину, одного из авторов обнародованного в августе 2020 года письма с критикой законопроекта об архитектурной деятельности, прокомментировать новую критику текста закона, вынесенного на обсуждение 19 января. Вывод – законопроект безвреден, но архитектуру надо выводить из 44 и 223 ФЗ.
Буян и суд
Новость об отмене парка Тучков буян уже неделю занимает умы петербуржцев. В отсутствие каких-либо серьезных подробностей, мы поговорили о ситуации с архитекторами парка и судебного квартала: Никитой Явейном и Евгением Герасимовым.
Григорий Ревзин об ЭКСПО 2020: Европа и отказ от формы
Рассматривая тематические павильоны и павильоны европейских стран, Григорий Ревзин приходит к выводу, что «передовые страны показывают, что архитектура это вчерашний день», главная тенденция состоит в отсутствии формы: «произведение это процесс, лучшая вещь – тусовка вокруг ничего».
Григорий Ревзин об ЭКСПО 2020: «страны с проблематичной...
Продолжаем публиковать тексты Григория Ревзина об ЭКСПО 2020. В следующий сюжет попали очень разные павильоны от Белоруссии до Израиля, и даже Сингапур с Бразилией тоже здесь. Особняком стоит Польша: ее автор считает «играющей в первой лиге».
Григорий Ревзин об ЭКСПО 2020: арабские страны
Серия постов Григория Ревзина об ЭКСПО 2020 на fb превратилась в пространный, остроумный и увлекательный рассказ об архитектуре многих павильонов. С разрешения автора публикуем эти тексты, в первом обзоре – выставка как ярмарка для чиновников и павильоны стран арабского мира.
Помпиду наизнанку
Ренцо Пьяно и ГЭС-2 уже сравнивали с Аристотелем Фиораванти и Успенским собором. И правда, она тоже поражает высотой и светлостию, но в конечном счете оказывается самой богатой коллекцией узнаваемых мотивов стартового шедевра Ренцо Пьяно и Ричарда Роджерса, Центра Жоржа Помпиду в Париже. Мотивы вплавлены в сетку шуховских конструкций, покрашенных в белый цвет, и выстраивают диалог между 1910, 1971 и 2021 годом, построенный на не лишенных плакатности отсылок к главному шедевру. Базиликальное пространство бывшей электростанции десакрализуется практически как сам музей согласно концепции Терезы Мавики.
Спасение Саут-стрит глазами Дениз Скотт Браун
Любое радикальное вмешательство в городскую ткань всегда вызывает споры. Джереми Эрик Тененбаум – директор по маркетингу компании VSBA Architects & Planners, писатель, художник, преподаватель, а также куратор выставки Дениз Скотт Браун «Wayward Eye» на Венецианской биеннале – об истории масштабного проекта реконструкции Филадельфии, социальной ответственности архитектора, балансе интересов и праве жителей на свое место в городе.
Победа прагматиков? Хроники уничтожения НИИТИАГа
НИИ теории и истории архитектуры и градостроительства сопротивляется реорганизации уже почти полгода. Сейчас, в августе, институт, похоже, почти погиб. В недавнем письме президенту РФ ученые просят перенести Институт из безразличного к фундаментальной науке Минстроя в ведение Минобрнауки, а дирекция говорит о решимости защищать коллектив до конца. Причем в «обстановке, приближенной к боевой» в институте продолжает идти научная работа: проводят конференции, готовят сборники, пишут статьи и монографии.
Есть ли места на Олимпе? Сексизм и «звездность» в архитектуре
«Есть ли места на Олимпе? Сексизм и «звездность» в архитектуре» Дениз Скотт Браун – это результат личного исследования вопросов авторства, иерархической и гендерной структуры профессии архитектора. Написанная в 1975 году, статья увидела свет лишь в 1989, когда был издан сборник "Architecture: a place for women". С разрешения автора мы публикуем статью, впервые переведенную на русский язык.
ВХУТЕМАС versus БАУХАУС
Дмитрий Хмельницкий о причудах историографии советской архитектуры, о роли ВХУТЕМАСа и БАУХАУСа в формировании советского послевоенного модернизма.
Еще одна история
Рассказ Феликса Новикова о проектировании и строительстве ДК Тракторостроителей в Чебоксарах, не вполне завершенном в девяностые годы. Теперь, когда рядом, в парке построено новое здание кадетского училища, автор предлагает вернуться в идее размещения монументальной композиции на фасадах ДК.
Технологии и материалы
Тень как соавтор: архитектура света за пределами фасада
Долгое время свет за пределами здания решал одну задачу – подсветить то, что видно лишь днём. Сегодня работа с уличным освещением всё чаще строится по другому принципу: свет не заливает территорию, а выбирает, что показать, а что оставить в тени. Тень становится частью решения, как форма светильника или цветовая температура. На нескольких реализованных проектах, где используется уличное освещение Maytoni, можно увидеть, как по-разному этот принцип работает в исторической среде, в современном ландшафте и в городском общественном пространстве.
Префабрикация плюс ТИМ: новая логистика стройки
Доля префабрицированных зданий в России – всего 6%. При этом производство домокомплектов растёт на 15–20% в год, а ТИМ с 2025 года стал обязательным. Рынок уже созрел для рывка, но настоящая эффективность возникает только в том случае, когда информационная модель становится не просто документом, а производственным заданием для завода.
LOGICFALZ: комплексные решения для фальцевой кровли с...
Фальцевая кровля – долговечная, геометрически гибкая и визуально выразительная система, которая, однако, требует внимательной работы инженеров. Ошибки оборачиваются протечками, перерасходом материала и переделками уже на готовой кровле. Компания ТЕХНОНИКОЛЬ выходит на рынок фальца с комплексом готовых систем LOGICFALZ, где инженерное сопровождение – базовая составляющая.
Комплексные системы в музейном строительстве: опыт...
Пермская художественная галерея наконец переехала в здание, спроектированное специально под музейные функции. За впечатляющей архитектурой стоит не менее серьёзная инженерная история: десятки тысяч квадратных метров специализированных систем, подобранных индивидуально под каждую зону здания – от подземных фондохранилищ с особым микроклиматом до криволинейных поверхностей общественных пространств.
Новый стандарт индустрии: как AIG меняет рынок стекла
Зеленоватый оттенок обычного стекла – давно известная особенность материала, которую архитекторы воспринимали как данность. Чем толще стекло и чем масштабнее конструкция, тем заметнее этот эффект – и тем сильнее он расходится с проектным замыслом. Технологический ответ на этот вызов – первая в России линия производства просветленного стекла с минимальным содержанием оксидов железа Crystalvision. Компания AIG переводит на него всю свою продуктовую линейку.
Инженерная древесина вместо бетона: LVL-брус для детских...
LVL – конструкционный материал, который отлично работает там, где нужны большие пролёты, заводская точность и скорость монтажа. В частности, для строительства инфраструктуры детского отдыха, которая должна сочетать безопасность, долговечность и высокие темпы строительства. Смотрим опыт модернизации детских лагерей Тверской области: новые корпуса с каркасом из LVL собирались за считаные дни и вводились в эксплуатацию за сезон.
ЖК «Регенбоген»: как история места определила выбор...
В концепции проекта ЖК «Регенбоген» на Васильевском острове (архитектор Сергей Шустерман, бюро Astragal) промышленное наследие района стало отправной точкой. В дизайн-коде фасадов нашла отражение азбука Морзе, а сами фасады выполнены из полноформатного кирпича и плитки: такое решение позволило реализовать сложный объект в условиях исторического центра Петербурга.
Оттенки квартала: клинкер ModFormat на фасадах СберСити
Квартал В17 в Рублево-Архангельском – один из первых реализованных фрагментов нового московского района, который Сбер строит с нуля. Архитектурное бюро МЛА+ выбрало для облицовки периметральных корпусов клинкерную плитку ModFormat завода «КС Керамик». Три цвета, один формат и большая работа по подбору оттенков – разбираемся, как это решение работает в масштабе квартала.
Модульный стандарт фасадных решений
Модульная фасадная система МАНУФОРМ предлагает новый подход к облицовке зданий, в полной мере раскрывая потенциал технологии НВФ: вместо штучной плитки – крупноформатный блок заводской готовности. Эксклюзивные фактуры коллекций, цельные углы, элементы декора и фирменные затирочные составы сочетаются с технологическим превосходством при монтаже. Разбираемся, как это работает и что это дало архитекторам на примере пяти реализованных объектов.
Ингмар Витвицкий: «Сегодня стекло полноценно формирует...
Когда архитектор выбирает остекление, он работает сразу на двух уровнях: создаёт выразительный силуэт и продумывает будущую эксплуатацию фасада. Как эстетика и функционал стекла складываются в цельный замысел, рассказывает основатель и руководитель архитектурно-строительного бюро «Ингмар» – Ингмар Витвицкий.
Прованс от KERAMA MARAZZI: тихая роскошь в камне, керамике...
KERAMA MARAZZI выпустила коллекцию «Прованс» – полноценную систему для интерьеров и экстерьеров, объединяющую под одним именем керамогранит и настенную плитку, сантехнику и мебель, фирменные обои и панели сверхкрупных форматов.
VIZIO: панорамное остекление в российском климате –...
Панорамное остекление в России продают как европейскую историю успеха. Но европейские системы испытываются при -10°C, а зимней ночью в Подмосковье температура опускается ниже -20°C. И это не единственное место, где импортная логика расходится с отечественной реальностью. Ответом на эти вызовы стала первая российская премиальная система VIZIO от Ergohaus.
Малые формы – большая ответственность
Скамейка в парке или урна у входа в жилой комплекс – кажется, что это последний штрих, который можно решить в конце работы над проектом. Такая логика порождает большинство проблем с малыми архитектурными формами: несоответствие реального изделия задуманному, невозможность воспроизвести тираж через год, преждевременный износ. Разбираемся, как производственный цикл влияет на архитектурный результат – вместе с компанией «Хоббика».
​Стекло тонкой настройки: ЖК High Life и Phoenix Crystalvision
Стекло в архитектуре – не только символ прозрачности и свободы, но прежде всего сложный инженерный материал с четко заданными свойствами. Чем масштабнее проект и выразительнее пластика фасадов, тем более индивидуальным становится подход к остеклению. ЖК High Life – пример такой точной настройки стекла под архитектурную задачу.
Игровая архитектура нового поколения
В рамках реконструкции парка «Сокольники» компания «Новые Горизонты» спроектировала и построила шесть современных игровых пространств. Одно из них – игровой комплекс «Гнёзда» высотой 9,5 метров – уже стало новой архитектурной доминантой входной зоны парка. Масштабный проект объединил авторскую игровую архитектуру и инклюзивные решения, рассчитанные на детей с разным уровнем мобильности. Разбираем архитектурные и инженерные решения.
Материал для идеала
Предлагаем вспомнить 9 павильонов, представленных на Арх Москве коллаборациями архитекторов и производителей. Часть из них традиционно исследует выразительные возможности того или иного материала через создание инсталляций, иногда весьма эффектных. Но есть и более сложные объекты: например, вполне функциональная капсула для отдыха от бюро Asadov и ArchSkin или же целый музей кирпича от дебютанта выставки BRAER, который привлек Музей архитектуры имени А.В. Щусева и бюро Хора.
Кукуруза и каррарский мрамор
Мексиканская дизайн-студия Manufactura разработала композитный материал для 3D-печати. В его основе – отходы переработки кукурузы и минеральная смесь с добавлением каррарского мрамора. По мнению авторов, материал способен снизить углеродную нагрузку на 70%.
Дома А-Класса на Арх Москве
Рассматриваем некоторые стенды кластера «Дома А-Класса», который занял одну четвертую часть всей Арх Москвы, и отмечаем две тенденции. Первая: попытка сблизить архитектуру с природой с помощью материалов и ланшафтных решений. Вторая: раскрыть важность инженерных коммуникаций, которые создают комфорт и не вторгаются в архитектурные решения.
Иллюзорные преграды
Архитекторы давно ищут способы сделать здания визуально невесомыми, но прочными. Обычное стекло тяжелое и хрупкое, альтернативным решением стали светопрозрачные полимеры: ETFE, ПВХ-мембраны, поликарбонат. Они открыли эпоху фасадов-«вуалей» и крыш-«подушек». Разбираем шесть проектов, чтобы показать все преимущества этих материалов.
Песчаные дюны на потолке
Дизайнерский тандем Armstrong DUNE Supreme TG 15/90 и подвесной системы КНАУФ Силуэт – создает современный атмосферный дизайн помещения при помощи нестандартной графики потолка.
Сейчас на главной
Дворы четырех
Четыре виллы из блоков натурального камня, построенные по проекту Atelier Stéphane Fernandez в Экс-ан-Провансе, тактично вписаны в рельеф и контекст поместья XVIII в.
Городской гобелен
Шанхайские архитекторы Neri&Hu внесли гармонию во фрагментированный фасад отеля Mandarin Oriental The Landmark в Гонконге при помощи «текстильной» теории Готфрида Земпера, создав выразительное керамическое полотно из тысячи плиток.
Три двора на краю света
В проекте арктического общественного центра, который архитектор Инга Глушкина разработала для Мурманской области в рамках конкурса «Неочевидное Арктика», – размышления о том, как сделать регион привлекательным и посеять новые смыслы. Социальный хаб здесь – это компактный «город под крышей», развивающий современные prefab-технологии и рассчитанный на круглогодичную жизнь сообщества.
Новое время – новый дизайн
Время диктует... Но может ли кто-то диктовать что-то времени? Например, в каком дизайне оно должно представать перед покупателями его компактной версии? Sinitsa Buro отважилось на эксперимент и представило своё видение в интерьере магазина часов Tempus.
Базис и надстройка
Для жилого квартала «ЭВО» в подмосковном Реутове бюро «Сивил» выбирает подход противопоставления окружающей постсоветской застройке и одновременно ищет способы сделать среду сомасштабной и уютной. Для этого с помощью отделки и пластических приемов выделяется «верхний» и «нижний» город, а у части корпусов появляется скатная кровля.
Изменчивая дымка
Бюро T+T Architects разработало концепцию премиального бизнес-центра с «живыми» фасадами, которые в зависимости от погоды, времени суток и запросов работников меняют свою конфигурацию, превращая здание в городскую инсталляцию. Идея бесконечной вариативности продолжена во внутренних пространствах, которые предполагают разные сценарии использования. Некоторые инженерные решения реализуются на российском рынке коммерческой недвижимости впервые.
Запах хлеба по утрам
Один из текущих проектов бюро Rhizome в Португалии – преобразование усадебного ансамбля XVII века, где сейчас располагается традиционный отель, в современный загородный комплекс. Архитекторы предложили насыщать пространство кинты новыми функциями и идти путем реконструкции и адаптации. Первым шагом стало создание пекарни в одной из поздних пристроек.
Преодоление себя
Разрабатывая интерьер спортивного клуба Jet Arena, архитекторы бюро Osetskaya.Salov смогли преодолеть границы брутальности и найти новые выразительные приёмы для мира непрекращающейся борьбы с человеческой ленью и гедонизмом.
Ряды не поредели
В комплексе Центра искусств Aranya и общественной столовой по проекту Vector Architects в Гуанчжоу сохранена и включена в ансамбль старая баньяновая аллея.
Слишком много кирпича
Пять из шести зданий-финалистов Премии Стерлинга, претендующих на звание лучшей постройки Великобритании-2026, выстроены из кирпича в жестких рамках хорошего вкуса, но без оригинальности. Исключением стал стеклянный офисный «кубик» Ренцо Пьяно в его привычном стиле.
Маленькая книга прощания
Изданная архитекторами «Остоженки» книга о Валерии Каняшине очень небольшая, помещается на ладони как записная книжка или походный альбом для рисования. В сочетании с микротиражом это дает не-гламурное и совсем не репрезентативное издание «для друзей». Но как тонко в нем замиксованы проекты, тексты, фотографии и рисунки: вероятно, именно так можно, изучая творческий путь, немного понять человека.
WAF 2026: кто в коротком списке
Всемирный фестиваль архитектуры объявил списки финалистов, среди которых есть 8 заявок от российских бюро – в два раза больше, чем в прошлом году. И это если не считать два проекта от берлинского офиса Сергея Чобана. Помимо него бороться за призы будут бюро KPLN, Wowhaus, CHADO, Front Architecture, MAXX-architects и Kerimov Architects.
Прерия на крыше
В прерии штата Северная Дакота открылась президентская библиотека Теодора Рузвельта по проекту Snøhetta: живя в этих местах, он задумался об охране окружающей среды, что привело к созданию системы национальных парков США.
Пресса: «Кирпич про кирпич»: новый номер Todigest-2026
Серию изданий, исследующих практику применения того или иного материала в архитектуре и дизайне, Анна Мартовицкая и Денис Дмитриенко продолжили внушительным — почти 800-страничным — кирпично-красным томом, посвященным кирпичу и керамике.
Win-win
Для Перми открытие нового здания художественной галереи – хранительницы знаменитой деревянной скульптуры – означает завершение 35-летней эпопеи с поиском места коллекции, сформировавшейся и разросшейся, имея в качестве «базы» только лишь пространство городского собора. Сергей Чобан называет этот проект одной из самых своих важных работ в России и подчеркивает его анти-«иконичность» в пользу уместности. Съездили в Пермь, изучили здание и масштабную экспозицию музея; рассказываем. Как и другие музейные проекты Сергея Чобана, он выстроен современно – в том смысле, что новое и старое не просто сосуществуют, но и, работая на контрасте, поддерживают друг друга и заостряют наше восприятие комплекса.
Бакалавры ЯГТУ 2026: мозаика новой реальности
Кафедра Архитектуры Ярославского государственного технического университета выбрала для публикации на Архи.ру восемь выпускных работ. Авторы исследовали территории, расположенные от Мурманска до Аргентины, которые объединяет общее свойство – сложный контекст. В одном случае это суровый ландшафт – Арктика, Заполярье или воды мирового океана, страдающего от пластика. В другом – многослойная и иногда драматичная история.
Даешь мультифункциональность!
Там, где одна функция не может аккумулировать достаточный клиентский поток, гибкость в использовании пространства и расширение функционала за счёт каких то близких по формату опций способны кардинально изменить экономику. Пример – новое общественное пространство и кафе Quercus от студии WA project.
Дисциплина модуля
Мастерская «Гикало Купцов Архитекторы» спроектировала для частной базы отдыха в Камчатском крае дом для персонала, рассчитанный на 10 человек. Здание из клееного бруса деликатно дополняет композицию гостевого комплекса: глухой блок с хозяйственными помещениями одновременно скрывает жилую часть от глаз посетителей и формирует приватную зону для террасы с купелью. Помимо постирочной с системой хранения дом включает пять ячеек жилых комнат, из которых открывается вид на тундру.
Состояние полета
Студия PAR в рамках сотрудничества с компанией GATE31 нашла архитектурное выражение ключевых ценностей известного российского бренда одежды через презентацию понятий легкости и мобильности в образах и формах, ассоциирующихся с путешествиями.
Водопад в лесу
Проект спального корпуса лечебно-рекреационного центра от бюро PORT, созданный в рамках реконструкции санатория имени Артёма в подмосковной Фирсановке, – попытка вернуть к жизни одну из старейших российских здравниц.
Партитура для 12-й линии
Дом «Амо», построенный по проекту Степана Липгарта на Васильевском острове, соединяет три мотива: курдонер, двор-пьяцетту и заимствованные у архитектуры Ренессанса образы, которые позволили сделать современный многоквартирный комплекс более гуманистичным, развивающим тему индивидуальности в жилой архитектуре. В этом помог набор в меру стандартизированных элементов – филенки, усложненные орнаментом, выполненным в технике сграффито; «линейка» карнизов и профилей, а также штучные элементы декора. Комплекс включает жилую и гостиничную части, которые обрамляют отреставрированный деревянный особняк братьев Брёмме.
Зеленый кратер
Жилой комплекс La Vallée Verte по проекту MVRDV в Бордо предлагает современную трактовку сложной геометрии и узких улиц исторического города.
Капсула у реки
Бюро Arch(e)type спроектировало концертный зал в Нагатинском затоне – на берегу Москвы-реки, рядом с парком развлечений «Остров Мечты». Архитекторы сравнивают его с технологической капсулой или исследовательским модулем – формой, работающей на предвкушение нового опыта.
Красная вечеринка
Вашему вниманию – светская хроника неформальной части процедуры вручения архитектурной премии Москвы, которая состоялась вчера во дворе «дома культуры» ГЭС-2 при участии главы ДГП Владислава Овчинского.
Архитекторы действительно бегали
За пять лет фестиваль «Не только архитектор» вырос из небольшой встречи в коворкинге KLAUZURA в одну из самых необычных профессиональных площадок Петербурга. Здесь спорят об архитектуре, экспериментируют с форматами общения и, кажется, всерьез пытаются доказать, что хороший – нескучный – разговор иногда не менее важен, чем хорошая выставка.
Памяти Виталия Стадникова
Ушел из жизни Виталий Стадников: архитектор, градозащитник, историк авангарда и модернизма, главный архитектор Самары в 2012–2013, инициатор разработки регламентов исторического поселения города.