В честь шестидесятых

Небольшой дом сочетает простоту архитектурного решения, навеянного модернизмом 60-х, и технологии, свойственные жилым небоскребам. Это позволит, вписав здание в миниатюрный участок, сохранить почти нетронутым существующий сквер, хорошо осветить квартиры и предоставить жильцам особенные возможности по части свободной планировки. Корреспондент ААН задал несколько вопросов авторам

author pht

Автор текста:
Юлия Тарабарина

26 Января 2007
mainImg

Архитектор:

Дмитрий Александров

Мастерская:

Александров и партнеры

Проект:

Жилой дом на Комсомольском пр., вл.3
Россия, Москва, Комсомольский пр-т, вл.3

Авторский коллектив:
Д.В. Александров, А.А. Иванов

2006

Расскажите, какая задача стояла перед Вами при проектировании этого дома?

А. Иванов: Сделать качественный, но простой дом. Сложность заключалась в том, чтобы разместить жилой объем класса Делюкс на очень маленьком участке между существующими 9 и 12-этажными домами. Мы очень долго искали план здания, в котором бы учитывались все требования инсоляции, отступ от соседних домов, размещение коммуникаций. Так появился десятиэтажный объем, фасад которого состоит из двух объемов-книжек, выходящих вперед. Скосы на фасадах возникли как ответ соседнему объему – до скоса поверхность здания повторяет ритм окон стоящего справа здания, а после по наклонной плоскости идут галерейные балконы. Дом имеет два главных фасада – в сторону сквера и во внутренние дворы. Второй решен более однородно – единым росчерком простых линейных элементов с ограждениями из закаленного стекла с применением металла и ленточным остеклением.

Дом очень лаконичен. Это дань уважения конструктивизму?

Д. Александров: В последнее время нас относят к неоконструктивистам. Бесспорно, конструктивизм наиболее признан в отечественной архитектуре. Однако, на мой взгляд, существовал не менее достойный период, который начался во время хрущевской «оттепели» и который 60-е гг. превратили в архитектуру советского неомодернизма. Она представлена в этом квартале – район застройки между набережной Москва-реки и Комсомольским проспектом сформирован двумя типами застройками – это сталинское послевоенное строительство и простая геометричная архитектура 60-начала 70-х гг. Существует два известных примера такой архитектуры – это работы Л.Н. Павлова и ранние проекты А. Меерсона – Дом на Беговой и «Лебедь». Другие интересные постройки – гостиничный комплекс у «Аэропорта» недавно был перелицован новым фасадом из современных материалов, но абсолютно повторяет геометрию построенного в 60-е годы здания – архитектура абсолютно модернистская, хотя она напрямую вытекает из интернационального стиля, который был адаптирован на нашей почве в 60-е годы. Аналогичный пример – так называемая «Книжка» старшего Посохина на Арбате, который без изменения архитектурного облика облагорожен новым вентилируемым фасадом – в целом очень сухой современный дом. В нашем случае мы пытались найти определенный компромисс между этой архитектурной геометрией. Это, можно сказать, наш взгляд через плечо на еще один достойный период отечественной архитектуры – шестидесятые.

И каким образом это отразилось на архитектуре?

Д. Александров: План здания выполнен в форме буквы «Т», где средней связкой является лестничная клетка, а два объема – больший и меньший, напоминают пару, мужчину и женщину. То есть, один партнер, несколько более крупный, выступает вперед к красной линии и слегка обнимает лестничным блоком более тонкую и изящную, стоящую буквально «на шпильках» подругу. Так создается движение в сторону парка. Уход последними четырьмя этажами назад, о котором сказал Андрей, вызван двумя причинами: с одной стороны, мы показываем линию ограничения существующей застройки и уходим назад в глубину квартала и второе – здесь расположены лучшие квартиры, оттуда раскрываются наиболее интересные виды.

Практика эксплуатации современных жилых домов показывает, что при организации балконов и каких-либо выступающих элементов нам приходится бороться с тем, что все это стеклится – иногда по проектам согласуемым с нами, но чаще, к сожалению, явочным порядком. В результате дом получается не совсем такой, каким задумывался. Поэтому торцевые фасады, то есть обращенные в сторону застройки, пропадают под французскими балконами или лоджиями с заглублениями внутрь, которые стеклятся совершенно безболезненно. Галерейные балконы объединяют в основном кухни и гостиные, то есть крупные общественные зоны и ориентированы в сторону наиболее интересных точек. Соответственно две структуры материала – светлый камень под кирпич и более темный, который завязывает некие корреспонденции с более хроматической белой дамой.

Ножки-«шпильки», на которые опирается дом – это лишь кивок в сторону корифеев 60-х, или у приема есть практическое обоснование?

А. Иванов: Из-за того, что участок не слишком большой, у нас возникли проблемы с придомовым озеленением – не хватало места, отсюда появилось такое решение: нижняя часть дома со стороны двора максимально сжата, оставляя место только под вестибюли. Все остальное мы подняли на «ноги»-колонны, тем самым, увеличив возможное озеленение почти вдвое, существующий скверик будет сохранен, озеленение будет даже под колоннами. Под землей расположен подземный двухуровневый паркинг, который почти полностью занимает пятно застройки.

Планировка, как сейчас принято, свободная?

Д. Александров: Свободная. Дело в том, что гибкость планировки заложена в самой конструкции дома. Для здания высотой в десять этажей стилобат, перехватывающий технический этаж – вещь нехарактерная, естественным инженерным образом не вытекающая. Но она, во-первых, во многом определила архитектуру здания: оно целиком стоит на платформе, и эта платформа поднята вверх. Во-вторых, в этой части здания сведены все инженерные коммуникации, которые потом уходят дальше к центральному стволу и затем под землю. Это обеспечило гибкость плана. Все «мокрые» зоны, санузлы и ванные, помещены в стержень дома, а комнаты расположены максимально по периметру здания. 

Другой момент, который отличает это здание от аналогичных домов высокого класса средней этажности: мы здесь применили достаточно крупную сетку колонн. Исходя из того, что у нас здесь есть «перехватывающий стол», на что заказчик согласился, хотя обычно это используется при строительстве высотных комплексов, например, наши башни в «Янтарном городе», где 100-метровые здания стоят на «столе». В небольшом объеме 10-этажного дома на Комсомольском «стол» совмещен с техническим этажом, образуя «двойную скорлупу», внутри которой проходят все коммуникации. Благодаря этому мы смогли применить крупную сетку опор с шагом «восемь сто». Обычно для жилья «шаги» не больше, чем семь с половиной. Это привело к уменьшению количества несущих элементов, а планировка стала достаточно гибкой для возможных трансформаций уже после строительства собственниками квартир. Это же позволило перенести все жилые помещения на внешний контур и улучшить освещение. На торцевых фасадах к соседним домам мы выходим не квартирами, а балконами и эвакуационными лестницами. То есть, все общественные зоны мы ориентируем на свободные пространства и наиболее интересные видовые точки – Москва-реку, Парк культуры и вниз по Комсомольскому проспекту, а с соседними домами, наоборот,  избегаем эффекта «окно в окно».

А сколько квартир на этаже?

Пять квартир. В среднем. Есть варианты – 6 квартир, если добавляется маленькая квартира, studio. В верхних этажах, если понадобится, можно сделать одну большую квартиру – пентхаус. Дом получился на размером на полторы секции. Широкий корпус габаритами 36 на 30 метров (стандартный корпус – не больше 18 м). Это и не башня с одним подъездом, и в то же время не секционный дом. Затесненность участка повлекла за собой подобные решения. На верхних этажах пять квартир могут свободно превратиться в три.



Архитектор:

Дмитрий Александров

Мастерская:

Александров и партнеры

Проект:

Жилой дом на Комсомольском пр., вл.3
Россия, Москва, Комсомольский пр-т, вл.3

Авторский коллектив:
Д.В. Александров, А.А. Иванов

2006

26 Января 2007

author pht

Автор текста:

Юлия Тарабарина

Технологии и материалы

Английский кирпич в московских Кадашах
Кирпич IBSTOCK Bristol Brown A0628A, привезенный компанией «Кирилл» прямо из Великобритании для фасадов ЖК «Монополист» в Кадашах, стал для комплекса, нового, но вписанного в контекст и расположенного рядом с известнейшим шедевром конца XVII века, основой для сдержанно-историчной и в то же время современной образности.
Измеряй и фиксируй
Лазерный сканер Leica BLK360 – самый компактный из существующих, но в то же время достаточно мощный: за короткое время с его помощью можно провести высокоточные обмеры и создать 3D-модель объекта. Как прибор, который легко помещается в рюкзак или сумку, ускоряет процесс проектирования, снижает риски и помогает экономить – в нашем материале.
Выйти в цвет
Рассказываем, как с помощью краски из новой линейки DULUX «Легко обновить» самостоятельно и за один день покрасить двери или окна.
Проектируя устойчивое будущее
Глава «Сен-Гобен» в России, Украине и странах СНГ, Антуан Пейрюд выступил на Дне инноваций в архитектуре и строительстве с докладом о подходах компании к устойчивому развитию. В интервью Archi.ru Антуан Пейрюд рассказал о роли инновационных материалов в иконических зданиях Фрэнка Гери, Жана Нувеля, Кенго Кумы и других известных архитекторов. Также состоялась презентация звукоизоляционных систем «Сен-Гобен» и общение специалистов BIM с архитекторами по поводу трансфера данных по строительным материалам и решениям.
«Сен-Гобен» приглашает студентов спроектировать...
Компания «Сен-Гобен» объявила о старте шестнадцатого по счету архитектурного конкурса «Мультикомфорт». Студентам архвузов предлагается разработать концепцию «устойчивого» развития территории бывшего завода в пригороде Парижа, Сен-Дени.
Теплоизоляция ПЕНОПЛЭКС® для подземного строительства
Освоение подземного пространства – общемировой тренд, в мегаполисах под землей растут целые города. По версии книги рекордов Гиннесса, крупнейший подземный торговый комплекс в мире – Path в Торонто. Для его создания проложено более 30 км тоннелей.
Камин как аттрактор, или чем привлечь покупателя элитной...
Вода и огонь – две удивительные природные субстанции – влекущие, завораживающие, приковывающие взгляд. В человеческом жилище они давно завоевали свое место, и, если вода выполняет сугубо техническую функцию, огонь в камине вместе с теплом дарит визуальное наслаждение.

Сейчас на главной

Марина Игнатушко: «Наш рейтинг – не про абсолютные...
Говорим с куратором, организатором и вдохновителем Нижегородского архитектурного рейтинга – единственной российской архитектурной премии, которой удается сохранять несерьезность; ведь победившее здание съедают в виде торта.
Опалубка для экзоскелета
Жилая башня One Thousand Museum в Майами по проекту Zaha Hadid Architects получила вынесенную на фасад бетонную конструкцию с постоянной опалубкой из стеклофибробетона.
Зеленый холм у Потамака
Пристройка, расширившая Кеннеди-центр в Вашингтоне, почти полностью спрятана в зеленом холме. Она выстраивает задуманную в 1960-е связь центра с рекой и не закрывает никаких видов.
Дом молодежи
Реконструкция Дома молодежи на Фрунзенской, анонсированная год назад, получила АГР Москомархитектуры. Проект предполагает строительство нового здания между МДМ и парком Трубецких.
Двенадцать формул
Два московских учебных заведения показывают в открытых мастерских Баухауза проект, посвященный общественным пространствам. Методы спекулятивного дизайна и «сенсорная урбанистика» помогли поставить правильные вопросы и получить серьезные выводы.
Рем Колхас: взгляд в поля
Что Если Деревню Продолжат Благоустраивать Без Архитекторов? Владимир Белоголовский посетил открытие новой провокационной выставки Рема Колхаса “Countryside, The Future” в музее Гуггенхайма в Нью-Йорке.
Умер Иона Фридман
Архитектор-теоретик, озвучивший в конце 1950-х идею мобильной, саморазвивающейся силами жителей и изменяемой архитектуры – своего рода пространственной сети, приподнятой над традиционным городом и способной охватить весь мир.
Степан Липгарт: «Гнуть свою линию – это правильно»
Потомок немецких промышленников, «сын Иофана», архитектор – о том, как изучение ордерной архитектуры закаляет волю, и как силами нескольких человек проектировать жилые комплексы в центре Петербурга. А также: Дед Мороз в сталинской высотке, арка в космос, живопись маньеризма и дворцы Парижа – в интервью Степана Липгарта.
Новое время Советской площади
Благоустройство центральной площади Гаврилова Посада, профинансированное из трех источников и призванное помочь городу стать туристическим, выглядит современно и ставит задачи осмысления местной идентичности.
Разобрано по весне
Временный и уже разобранный павильон на площади перед «Зарядьем»: кольцеобразный, с деревянной конструкцией и фасадом из металла и поликарбоната. Внутри был тот самый искусственный снег, березы елки.
Метод обнимания
TreeHugger, небольшой павильон информационного туристического центра бюро MoDusArchitects, вступая в диалог с архитектурным и природным окружением, сам становится новой достопримечательностью предальпийского городка в итальянском Трентино-Альто-Адидже.
Мёд и медь
Архитектор Роман Леонидов спроектировал подмосковный Cool House в райтовском духе, распластав его параллельно земле и подчеркнув горизонтали. Цветовая композиция основана на сопоставлении теплого медового дерева и холодной бирюзовой меди.
Пресса: Почему индустриальное домостроение оставит будущее...
О будущем жилья невозможно говорить, пытаясь обойти стену, в которую оно упирается,— массовое индустриальное домостроение. Если модель массового индустриального домостроения сохранится, то это довольно простое будущее, которое более или менее сводится к настоящему.
СКК: сохранять, крушить, копировать?
Мы поговорили с петербургскими архитекторами о ситуации вокруг обрушенного СКК – здания, купол которого по чистоте формы и инженерного замысла сравнивают с римским Пантеоном, только выполненным в металле. Что, однако, не помогло ему получить статус памятника и защиту от сноса.
Лучи знаний
Школа в Подмосковье, архитектуру которой определяет учебная программа, природное окружение, а также желание использовать только честные материалы.
Кружево из углепластика
Три портала по проекту Асифа Хана для Экспо-2020 в Дубае при высоте в 21 метр сооружены из нитей сверхлегкого углепластика и не требуют дополнительной несущей конструкции.
Арктический вуз
Новое крыло Арктического колледжа на острове Баффинова Земля на севере Канады. Авторы проекта – Teeple Architects из Торонто.
Критическая масса прогресса
20-й по счету летний павильон лондонской галереи «Серпентайн» спроектируют молодые женщины-архитекторы из ЮАР – бюро Counterspace; их постройка будет посвящена социальным и экологическим темам.
Парки Татарстана, часть I: лучшие городские
Цветущий бульвар вместо парковки, авторские МАФы, экологические решения, равно как и ностальгические фонтаны и площадки для фотосессий новобрачных – в первой части путеводителя по паркам Татарстана, посвященной новым городским пространствам.
Сокольники: ковер из кирпича
Архитекторы бюро Megabudka опубликовали свой проект Сокольнической площади в деталях и с объяснениями всех мотивов. Рассматриваем проект и призываем голосовать за него в «Активном гражданине». Очень хочется, чтобы победила архитектурная версия.
Три январские неудачи Бьярке Ингельса
Основатель BIG подвергся критике из-за деловой встречи с бразильским президентом, известным своими крайне правыми взглядами и отрицанием экологических проблем Амазонии, лишился поста главного архитектора в WeWork и был отстранен от участия в проектировании небоскреба для нью-йоркского ВТЦ.
Кирпичные шестигранники
Башни Hoxton Press по проекту Karakusevic Carson и Дэвида Чипперфильда на границе лондонского Сити – коммерческое жилье, «субсидирующее» реновацию социального жилого массива рядом.
Одновременное развитие экономики и кино
В бывшем здании центрального рынка Монтевидео уругвайское бюро LAPS Arquitectos разместило штаб-квартиру Латиноамериканского банка развития CAF, национальную синематеку, легендарный бар и общественное пространство.
Москва 2050: деревянные высотки и летающий транспорт
Более 40 студентов представили видение Москвы будущего в недавно открывшейся галерее Шухов Лаб и на Биеннале архитектуры и урбанизма в Шэньчжэне. Рассказываем об итогах воркшопа «Москва 2050» и показываем работы участников.
Рестораны вместо лучших реставраторов страны?
Минкульт выдал ЦНРПМ предписание переехать до 1 марта. Не исключено, что после разорительного переезда научной реставрации в стране не останется. Говорим со специалистами, публикуем письмо сотрудников министру культуры.
Глэм-карьер
Благоустройство подмосковного озера от бюро Ai-architects: эко-школа, глэмпинг и всесезонные развлечения.
Красный зиккурат
Многоквартирный дом Cascade Villa в Алмере по проекту бюро CROSS Architecture снаружи – кирпичный, а во внутреннем дворе – обшит деревом.
Арт-депо
Офисное здание на набережной Обводного канала в Санкт-Петербурге по проекту архитектора Артема Никифорова – это тонкая вариация на тему кирпичной промышленной архитектуры XIX и ХХ века с рядом художественных изобретений, хорошим строительным и ремесленным качеством.
Будущее не дремлет
Выставка Европейского культурного центра в ГНИМА это коллекция современных пространств разной степени общественности. Подборка довольно случайная, но интересная, а в последнем зале пугают потопом, античным форумом, зиккуратами и вигвамами.
«Единорог в лесу»
Почему, в отличие от произведений известных художников и автографов писателей, дом, спроектированный Ф.Л. Райтом или Тадао Андо, выгодно продать очень сложно? В нем неудобно жить или недвижимость от знаменитых архитекторов переоценена?
Арки, ворота, окна, проемы, пустоты, дырки
В архитектуре АБ «Остоженка», особенно в крупных комплексах, значительную роль играют арки, организующие пространство и массу: часто большие, многоэтажные. В публикуемой статье Александр Скокан размышляет о роли и смысле масштабных цезур, проемов и арок.
Розовый слон
В Лос-Анджелесе построен флагманский магазин одежды The Webster по проекту Дэвида Аджайе. Для внешней и внутренней отделки британский архитектор использовал окрашенный бетон.
Архи-события: 3–9 февраля
«Кто хочет стать миллионером» для архитекторов и дизайнеров, новый интенсив в МАРШ и экскурсия с плаванием от «Москвы глазами инженера».
Пресса: Великое переселение
В последнюю неделю января 2020-го в стране активно обсуждают реновацию устаревшего жилья — вернее, возможность запуска подобных программ в российских регионах. В одном из первых своих интервью на посту вице-премьера Марат Хуснуллин отметил, что реновацию можно запустить в городах-миллионниках.
Умер Андрей Меерсон
Признанный мастер советского модернизма, автор «Лебедя» и самого красивого московского дома «на ножках» на Беговой, но и автор неоднозначного стилизаторского Ритц Карлтон на Тверской – тоже.
Неиссякаемый источник
VIP-зоны аэропорта – настоящее раздолье для цвета, пластики, образности и творческой фантазии архитекторов. Рассматриваем четыре бизнес-зала и один VIP-терминал ростовского аэропорта «Платов»: все они так или иначе осмысляют контекст: южное солнце, волны речной воды, восход над степным горизонтом и золото сарматов.
Кольцо на озере Сайсары
Здание филармонии и театра якутского эпоса на священном озере вписано в эпический круг и включает три объема, уподобленных традиционному жилищу. Кровля уподоблена аласу – якутской деревне вокруг озера. При столь интенсивной смысловой насыщенности проект сохраняет стереометрическую абстрактность и легкость формы, оперируя прозрачностью, многослойностью и отражениями.