Клеман Вильмен: «Проекты для речных берегов – первые шаги к обновлению всех природных и искусственных водных систем»

Французский архитектор Клеман Вильмен – об очищении рек и озер природными средствами, обновлении послевоенных жилых районов и социальной роли ландшафтной архитектуры.

author pht

Беседовала:
Нина Фролова

mainImg


Ландшафтный архитектор Клеман Вильмен (Clément Willemin) – сооснователь французского бюро BASE с офисами в Париже, Лионе и Бордо.

Архи.ру:
– У бюро BASE есть немало проектов реконструкции набережных, оформления морских и речных берегов, к примеру – для Нанта и Лиона. Какие основные решения вы выработали для обновления таких зон и их «соединения» с городом?

Клеман Вильмен:
– Большинство городов, у которых есть ресурс – расположение у воды – моря, реки или озера, сейчас хотят приблизиться к ней. Вода вызывает совершенно новый комплекс вопросов: ее рассматривают и как угрозу (достаточно вспомнить ураган «Катрина», [разрушивший юго-восточное побережье США] в 2005), и как огромную ценность (к примеру, [озера] Швейцарии). Поразительно, как много городов вновь «повернулись» к своим рекам, ради этого заново выстроив свои отношения с водой. В большинстве случаев, такие проекты – это реальная возможность внедрить в городские системы комплексную экосистему – в дополнение к расширению общественных пространств. Растения способны фильтровать загрязненную воду, а также поддерживать «природные» берега в хорошем состоянии. И ведь это – только начало.
Клеман Вильмен © BASE
zooming
Набережная реки Марна в Перё-Сюр-Марн © BASE
zooming
Набережная реки Марна в Перё-Сюр-Марн © BASE
zooming
Набережная реки Марна в Перё-Сюр-Марн © BASE

Очень интересная тема – как большие технические проекты по очищению загрязненной среды могут взаимодействовать с линейной инфраструктурой, связанной с городскими пляжами и набережными. В конце концов, мы все хотели бы плавать везде или почти везде, в каждом городе, особенно если у нас получается прогуляться вдоль воды и увидеть, насколько она все еще загрязнена. Когда мы приближаемся к воде, мы ощущаем разрыв между текущей ситуацией и той, на которую хотелось бы надеяться: чистые реки, озера и океаны. В этом смысле ландшафтные проекты для речных берегов можно рассматривать как первые шаги к обновлению всех природных и искусственных водных систем.
zooming
Набережная реки Сона в Лионе © BASE
zooming
Набережная реки Сона в Лионе © BASE
zooming
Набережная реки Сона в Лионе © BASE
zooming
Набережная реки Сона в Лионе © BASE
zooming
Набережная реки Сона в Лионе © BASE



BASE в консорциуме с московским бюро IND architects вышло в финал конкурса на концепцию развития набережных озер Кабан в Казани. Что для вас оказалось самым интересным в этой работе?

– Мы очень заинтересовались татарской культурой, о которой прежде знали очень мало, и она стала важным источником вдохновения для нашего проекта. А огромный вызов этой работы – проблема загрязнения окружающей среды.
 
zooming
Реконструкция района бывших казарм в городе Брон близ Лиона © BASE
zooming
Реконструкция района бывших казарм в городе Брон близ Лиона © BASE



– Московские промзоны сейчас активно превращаются в новые районы смешанной застройки, и потому в городе очень актуален вопрос их регенерации. Если опереться на ваш опыт, какова основная роль ландшафтного архитектора в таких проектах?

– Ландшафтная архитектура способна «продвигать» участки, превращать их в новые с визуальной, общественной и интеллектуальной точки зрения территории, работая над глубинной природой места. Собственно говоря, иногда у самих жителей есть такая способность. С нашей точки зрения, ландшафт всегда может рассматриваться как экономическое или даже гедонистическое сотрудничество между людьми и их территорией.
zooming
Игровая площадка Aire de jeux в Париже © BASE
zooming
Игровая площадка Aire de jeux в Париже © BASE
zooming
Игровая площадка Aire de jeux в Париже © BASE



Особенно интересны те ландшафтные проекты, где время является ключевым фактором, те случаи, когда город уже не может позволить себе оставить все, как есть, и предоставить ситуации развиваться естественным путем. Ландшафтная архитектура – это возможный способ работы с «физиогномикой» этих территорий, чтобы сделать их частью «городского опыта», восприятия города. И очень удачно, что некоторые из этих зон – полностью новые, потому они более свободны. Каждый квартал всегда делает выбор между интеграцией (быть таким, как все) и разрывом (быть уникальным). Но во втором случае нужна целая работа по созданию его идентичности.

– Большая часть районов крупных российских городов была застроена с 1950-х панельным жильем и стандартными объектами инфраструктуры. Теперь эти огромные территории остро нуждаются в обновлении, поэтому нам всегда интересны французские проекты, направленные на решение тех же проблем. Каковы основные трудности, с которыми сталкиваются при реконструкции послевоенных жилых районов во Франции, и как ландшафтная архитектура может помочь их решить?

– Мы считаем, что послевоенная жилищная программа, в действительности, еще не завершена. Чтобы создать город, требуется долгое время. И также требуется несколько попыток – особенно там, где люди были «высажены» и живут с тех пор, каждый день преодолевая трудности. Действительно, общественное пространство – чаще всего, большая проблема. Архитектура может быть «сооруженным» состоянием, но общественное пространство – состояние социальное, политическое и коллективное, следовательно – гораздо более действенное и с поразительным влиянием на представления, оценку и надежды [жителя] относительно его собственных возможностей.
 
zooming
Школа в Мант-ла-Виль © BASE
zooming
Школа в Мант-ла-Виль © BASE



Люди заслуживают приятные пространства в собственном квартале или за углом от дома, где можно общаться, заниматься спортом, водить играть детей – делать, что хочешь и/или не можешь делать в своей квартире. Это еще более справедливо в отношении молодых людей. Что делать подросткам в районах, где общественное пространство сведено к его базовым функциям, по большей части, связанным с автомобилями? Мы всегда начинаем проект с общественных сценариев, человеческих историй, разработки программы, а не планировки.

Отвечу на вопрос более конкретно: наши трудности – всегда одни и те же: экономика и автомобили.

– В последние годы власти и жители стали относиться с большим вниманием к общественным пространствам в российских городах. Конечно, климат России сильно отличается от климата Западной Европы, но проблема всесезонного использования общественных пространств существует и там, и там. Каковы, по вашему мнению, возможные средства привлечения «пользователей» в общественные зоны в холодное время года?

– С нашей точки зрения, климат необязательно является проблемой в аспекте использования общественных пространств. В Канаде и Скандинавии говорят: не бывает плохого климата, бывает плохая одежда. Вместе с тем, многие российские города находятся в зоне континентального климата с очень холодной зимой и – временами – очень жарким летом. Как и пространства и культурные традиции, климат – это условие, которое порой может быть превращено в элемент инфраструктуры, своего рода ландшафтный «мотив».
 
zooming
«Дом искусств» в Илькирш-Граффенштаден © BASE

На наших общих широтах может быть очень мало всесезонных видов использования пространства, но хорошая коллективная программа, к примеру, игровая площадка или пространство для вечеринок, хотя и будет использоваться два месяца в году, но изменит городской квартал так сильно и одновременно легко, как никакая планировка. Что же касается холодных месяцев, то объекты для детей – всегда хороший вариант.
 
zooming
Эко-район в Десин-Шарпье © BASE
zooming
Эко-район в Десин-Шарпье © BASE



– У BASE есть проекты, реализованные за пределами континентальной Франции, к примеру, на острове Реюньон у восточного побережья Африки. Профессия архитектора в наши дни становится все более глобальной. Порой сложно проектировать и для хорошо известного участка, а международные проекты приносят совершенно новый уровень сложности… Как можно приспособиться к такой ситуации?

– Еще один хороший вопрос. Иногда выходит, что лучше всего видно издалека – и для ландшафтного дизайнера это не будет неудобным!


Архи.ру благодарит за организацию интервью с Клеманом Вильменом бюро коммуникаций «Конструктор».
zooming
Эко-квартал в Нанте © BASE
zooming
Эко-квартал в Нанте © BASE


07 Сентября 2015

author pht

Беседовала:

Нина Фролова
comments powered by HyperComments

Технологии и материалы

Английский кирпич в московских Кадашах
Кирпич IBSTOCK Bristol Brown A0628A, привезенный компанией «Кирилл» прямо из Великобритании для фасадов ЖК «Монополист» в Кадашах, стал для комплекса, нового, но вписанного в контекст и расположенного рядом с известнейшим шедевром конца XVII века, основой для сдержанно-историчной и в то же время современной образности.
Измеряй и фиксируй
Лазерный сканер Leica BLK360 – самый компактный из существующих, но в то же время достаточно мощный: за короткое время с его помощью можно провести высокоточные обмеры и создать 3D-модель объекта. Как прибор, который легко помещается в рюкзак или сумку, ускоряет процесс проектирования, снижает риски и помогает экономить – в нашем материале.
Выйти в цвет
Рассказываем, как с помощью краски из новой линейки DULUX «Легко обновить» самостоятельно и за один день покрасить двери или окна.
Проектируя устойчивое будущее
Глава «Сен-Гобен» в России, Украине и странах СНГ, Антуан Пейрюд выступил на Дне инноваций в архитектуре и строительстве с докладом о подходах компании к устойчивому развитию. В интервью Archi.ru Антуан Пейрюд рассказал о роли инновационных материалов в иконических зданиях Фрэнка Гери, Жана Нувеля, Кенго Кумы и других известных архитекторов. Также состоялась презентация звукоизоляционных систем «Сен-Гобен» и общение специалистов BIM с архитекторами по поводу трансфера данных по строительным материалам и решениям.
«Сен-Гобен» приглашает студентов спроектировать...
Компания «Сен-Гобен» объявила о старте шестнадцатого по счету архитектурного конкурса «Мультикомфорт». Студентам архвузов предлагается разработать концепцию «устойчивого» развития территории бывшего завода в пригороде Парижа, Сен-Дени.
Теплоизоляция ПЕНОПЛЭКС® для подземного строительства
Освоение подземного пространства – общемировой тренд, в мегаполисах под землей растут целые города. По версии книги рекордов Гиннесса, крупнейший подземный торговый комплекс в мире – Path в Торонто. Для его создания проложено более 30 км тоннелей.
Камин как аттрактор, или чем привлечь покупателя элитной...
Вода и огонь – две удивительные природные субстанции – влекущие, завораживающие, приковывающие взгляд. В человеческом жилище они давно завоевали свое место, и, если вода выполняет сугубо техническую функцию, огонь в камине вместе с теплом дарит визуальное наслаждение.

Сейчас на главной

Рем Колхас: взгляд в поля
Что Если Деревню Продолжат Благоустраивать Без Архитекторов? Владимир Белоголовский посетил открытие новой провокационной выставки Рема Колхаса “Countryside, The Future” в музее Гуггенхайма в Нью-Йорке.
Умер Иона Фридман
Архитектор-теоретик, озвучивший в конце 1950-х идею мобильной, саморазвивающейся силами жителей и изменяемой архитектуры – своего рода пространственной сети, приподнятой над традиционным городом и способной охватить весь мир.
Степан Липгарт: «Гнуть свою линию – это правильно»
Потомок немецких промышленников, «сын Иофана», архитектор – о том, как изучение ордерной архитектуры закаляет волю, и как силами нескольких человек проектировать жилые комплексы в центре Петербурга. А также: Дед Мороз в сталинской высотке, арка в космос, живопись маньеризма и дворцы Парижа – в интервью Степана Липгарта.
Новое время Советской площади
Благоустройство центральной площади Гаврилова Посада, профинансированное из трех источников и призванное помочь городу стать туристическим, выглядит современно и ставит задачи осмысления местной идентичности.
Разобрано по весне
Временный и уже разобранный павильон на площади перед «Зарядьем»: кольцеобразный, с деревянной конструкцией и фасадом из металла и поликарбоната. Внутри был тот самый искусственный снег, березы елки.
Метод обнимания
TreeHugger, небольшой павильон информационного туристического центра бюро MoDusArchitects, вступая в диалог с архитектурным и природным окружением, сам становится новой достопримечательностью предальпийского городка в итальянском Трентино-Альто-Адидже.
Мёд и медь
Архитектор Роман Леонидов спроектировал подмосковный Cool House в райтовском духе, распластав его параллельно земле и подчеркнув горизонтали. Цветовая композиция основана на сопоставлении теплого медового дерева и холодной бирюзовой меди.
Пресса: Почему индустриальное домостроение оставит будущее...
О будущем жилья невозможно говорить, пытаясь обойти стену, в которую оно упирается,— массовое индустриальное домостроение. Если модель массового индустриального домостроения сохранится, то это довольно простое будущее, которое более или менее сводится к настоящему.
СКК: сохранять, крушить, копировать?
Мы поговорили с петербургскими архитекторами о ситуации вокруг обрушенного СКК – здания, купол которого по чистоте формы и инженерного замысла сравнивают с римским Пантеоном, только выполненным в металле. Что, однако, не помогло ему получить статус памятника и защиту от сноса.
Лучи знаний
Школа в Подмосковье, архитектуру которой определяет учебная программа, природное окружение, а также желание использовать только честные материалы.
Кружево из углепластика
Три портала по проекту Асифа Хана для Экспо-2020 в Дубае при высоте в 21 метр сооружены из нитей сверхлегкого углепластика и не требуют дополнительной несущей конструкции.
Арктический вуз
Новое крыло Арктического колледжа на острове Баффинова Земля на севере Канады. Авторы проекта – Teeple Architects из Торонто.
Критическая масса прогресса
20-й по счету летний павильон лондонской галереи «Серпентайн» спроектируют молодые женщины-архитекторы из ЮАР – бюро Counterspace; их постройка будет посвящена социальным и экологическим темам.
Парки Татарстана, часть I: лучшие городские
Цветущий бульвар вместо парковки, авторские МАФы, экологические решения, равно как и ностальгические фонтаны и площадки для фотосессий новобрачных – в первой части путеводителя по паркам Татарстана, посвященной новым городским пространствам.
Сокольники: ковер из кирпича
Архитекторы бюро Megabudka опубликовали свой проект Сокольнической площади в деталях и с объяснениями всех мотивов. Рассматриваем проект и призываем голосовать за него в «Активном гражданине». Очень хочется, чтобы победила архитектурная версия.
Три январские неудачи Бьярке Ингельса
Основатель BIG подвергся критике из-за деловой встречи с бразильским президентом, известным своими крайне правыми взглядами и отрицанием экологических проблем Амазонии, лишился поста главного архитектора в WeWork и был отстранен от участия в проектировании небоскреба для нью-йоркского ВТЦ.
Кирпичные шестигранники
Башни Hoxton Press по проекту Karakusevic Carson и Дэвида Чипперфильда на границе лондонского Сити – коммерческое жилье, «субсидирующее» реновацию социального жилого массива рядом.
Одновременное развитие экономики и кино
В бывшем здании центрального рынка Монтевидео уругвайское бюро LAPS Arquitectos разместило штаб-квартиру Латиноамериканского банка развития CAF, национальную синематеку, легендарный бар и общественное пространство.
Москва 2050: деревянные высотки и летающий транспорт
Более 40 студентов представили видение Москвы будущего в недавно открывшейся галерее Шухов Лаб и на Биеннале архитектуры и урбанизма в Шэньчжэне. Рассказываем об итогах воркшопа «Москва 2050» и показываем работы участников.
Рестораны вместо лучших реставраторов страны?
Минкульт выдал ЦНРПМ предписание переехать до 1 марта. Не исключено, что после разорительного переезда научной реставрации в стране не останется. Говорим со специалистами, публикуем письмо сотрудников министру культуры.
Глэм-карьер
Благоустройство подмосковного озера от бюро Ai-architects: эко-школа, глэмпинг и всесезонные развлечения.
Красный зиккурат
Многоквартирный дом Cascade Villa в Алмере по проекту бюро CROSS Architecture снаружи – кирпичный, а во внутреннем дворе – обшит деревом.
Арт-депо
Офисное здание на набережной Обводного канала в Санкт-Петербурге по проекту архитектора Артема Никифорова – это тонкая вариация на тему кирпичной промышленной архитектуры XIX и ХХ века с рядом художественных изобретений, хорошим строительным и ремесленным качеством.
Будущее не дремлет
Выставка Европейского культурного центра в ГНИМА это коллекция современных пространств разной степени общественности. Подборка довольно случайная, но интересная, а в последнем зале пугают потопом, античным форумом, зиккуратами и вигвамами.
«Единорог в лесу»
Почему, в отличие от произведений известных художников и автографов писателей, дом, спроектированный Ф.Л. Райтом или Тадао Андо, выгодно продать очень сложно? В нем неудобно жить или недвижимость от знаменитых архитекторов переоценена?
Арки, ворота, окна, проемы, пустоты, дырки
В архитектуре АБ «Остоженка», особенно в крупных комплексах, значительную роль играют арки, организующие пространство и массу: часто большие, многоэтажные. В публикуемой статье Александр Скокан размышляет о роли и смысле масштабных цезур, проемов и арок.
Розовый слон
В Лос-Анджелесе построен флагманский магазин одежды The Webster по проекту Дэвида Аджайе. Для внешней и внутренней отделки британский архитектор использовал окрашенный бетон.
Архи-события: 3–9 февраля
«Кто хочет стать миллионером» для архитекторов и дизайнеров, новый интенсив в МАРШ и экскурсия с плаванием от «Москвы глазами инженера».
Пресса: Великое переселение
В последнюю неделю января 2020-го в стране активно обсуждают реновацию устаревшего жилья — вернее, возможность запуска подобных программ в российских регионах. В одном из первых своих интервью на посту вице-премьера Марат Хуснуллин отметил, что реновацию можно запустить в городах-миллионниках.
Умер Андрей Меерсон
Признанный мастер советского модернизма, автор «Лебедя» и самого красивого московского дома «на ножках» на Беговой, но и автор неоднозначного стилизаторского Ритц Карлтон на Тверской – тоже.
Неиссякаемый источник
VIP-зоны аэропорта – настоящее раздолье для цвета, пластики, образности и творческой фантазии архитекторов. Рассматриваем четыре бизнес-зала и один VIP-терминал ростовского аэропорта «Платов»: все они так или иначе осмысляют контекст: южное солнце, волны речной воды, восход над степным горизонтом и золото сарматов.
Кольцо на озере Сайсары
Здание филармонии и театра якутского эпоса на священном озере вписано в эпический круг и включает три объема, уподобленных традиционному жилищу. Кровля уподоблена аласу – якутской деревне вокруг озера. При столь интенсивной смысловой насыщенности проект сохраняет стереометрическую абстрактность и легкость формы, оперируя прозрачностью, многослойностью и отражениями.
Вертикальные татами
Фасады офисного здания Torre Patria-Hipódromo по проекту Карлоса Ферратера и его бюро OAB в Гвадалахаре на западе Мексики подчинены модульной конструктивной сетке, которая упорядочивает и окружающее пространство нового района.
Умер Александр Ларин
Автор академического хореографического училища на 2-й Фрунзенской и знаменитой аптеки в Орехово-Борисово, нескольких нетиповых детских садов типового времени, учитель и коллега многих известных сегодняшних архитекторов.
Идентичность в типовом
Архитекторы из бюро VISOTA ищут алгоритм приспособления типовых домов культуры, чтобы превратить их в общественные центры шаговой доступности: с устойчивой финансовой программой, актуальным наполнением и сохраненной самобытностью.