Ойстейн Рё: «Добывающие компании работают на Севере по колониальной схеме»

Норвежский архитектор Ойстейн Рё – о развитии Баренц-региона, новых способах архитектурного просвещения общества и о комфорте как двигателе прогресса.

author pht

Беседовала:
Нина Фролова

mainImg
Мастерская:
Transborder Studio
Ойстейн Рё (Øystein Rø) – со-основатель и директор архитектурной галереи 0047 (Осло), глава архитектурной мастерской Transborder Studio, куратор, исследователь. Он приехал в Москву для участия в организованной Институтом медиа, архитектуры и дизайна «Стрелка» открытой дискуссии «Пезаники: российско-норвежское соседство» о формирующейся трансграничной агломерации на границе России и Норвегии.

Архи.ру: Ваша галерея 0047 была куратором Года Архитектуры 2011 в Норвегии – празднования 100-летия национальной ассоциации архитекторов. Тогда проводились конференции, дни открытых дверей в исторических и современных постройках, другие «интерактивные» события, но не было никаких официозных выставок [Архи.ру рассказывал об Архитектурном фестивале-2011 в Осло]. Как вы разработали такую стратегию?

Ойстейн Рё: Нас назначили кураторами по итогам конкурса. Мы рассматривали Год Архитектуры как торжество в честь Национальной ассоциации норвежских архитекторов (NAL) и ее членов, поэтому мы хотели «мобилизовать» ее рядовых членов, чтобы они сами создали этот праздник, а не показать какую-нибудь выставку «100 лет NAL», организованную «в верхах». Мы придумали новые способы работы NAL и ее архитекторов в диалоге с обществом. В результате, в 2011 состоялось более ста событий по всей Норвегии, и я считаю, что в ходе Года Архитектуры архитекторы обновили свой союз и заново решили для себя, почему им так важно собираться за пределами их бюро – на этой общей платформе для дискуссий и дебатов, которой является NAL.
В Год Архитектуры мы поставили под сомнение привычный способ архитектурного просвещения общества: он очень архитектороцентричен – все эти традиционные выставки с макетами... Слишком часто архитекторы любят говорить исключительно с другими архитекторами. Мы заставили организаторов и участников Года искать другие пути популяризации архитектуры. Считаю, что результат был впечатляющим: это были телевизионные и радио- передачи, открытые дебаты, реализованные проекты, программы в сфере активизма – разные виды разговора об архитектуре.
Вообще, есть большой потенциал в исследовании новых способов архитектурного просвещения, и один из успешных примеров – московский Институт «Стрелка», который прекрасно встроен в городскую жизнь с помощью своей летней программы публичных лекций.
Главное событие 2011 года, Архитектурный фестиваль в Осло, был слиянием всех этих видов деятельности в одном месте в течении 10 дней. Тогда же состоялась международная конференция: мы пригласили докладчиков – зарубежных архитекторов, чтобы обсудить, как архитекторы могут участвовать в развитии общества.
Ойстейн Рё
Ойстейн Рё делает доклад в ходе дискуссии «Пезаники: российско-норвежское соседство» © Strelka Institute

Архи.ру: А сейчас вы организуете другую конференцию – для Архитектурной триеннале в Осло, которая состоится осенью 2013. Что это будет?

О.Р.: Это будет часть проекта бельгийской студии Rotor, которая делает главную выставку и разработала кураторскую платформу для всей триеннале, и мы отвечаем на поставленные ею задачи. Тема триеннале – «За зеленой дверью»: она посвящена идее «устойчивости», ее историческому и современному значениям и ее месту в архитектурной практике.
Мы делаем конференцию «Будущее комфорта», в ходе которой мы рассмотрим комфорт как движущую силу архитектурного творчества, а также экологические последствия вечного стремления ко все большим комфорту и роскоши. Мы хотим поговорить о том, как архитектура может создать более «устойчивый» образ жизни, как архитекторы могут помочь людям начать жить так, что бы они вредили окружающей среде не так сильно, как сейчас. Мы посмотрим на архитектуру как на «посредника», влияющего на условия существования людей и задающего рамки нового образа жизни.

Архи.ру: В 2009 Вы выпустили книгу о Баренц-регионе «Северные эксперименты», основанную на исследовании Barents Urban Survey 2009 [Выдержки из этой книги были  опубликованы в журнале ПРОЕКТ International № 30]. Что с тех пор изменилось на этих территориях?

О.Р.: Случились три важные вещи. Самое важное событие – урегулирование территориального спора между Россией и Норвегией и установление государственной границы между ними в 2010. Теперь зафиксирована политическая карта, и игра может начаться, так сказать. Другая веха – введение пропуска через границу для местных жителей обеих стран, по которому они могут пересекать границу как угодно часто. Это действительно может изменить использование приграничных территорий.
Еще одна тема – разработка Штокманского газового месторождения, масштабный норвежско-российско-французский проект, который должен был стать ключевым для будущего Баренцева моря. Сейчас он отменен, и это крупная перемена – наверное, к лучшему. Это напоминает нам о том, что мир меняется, и роль этого региона может тоже измениться.
zooming
Анатолий Смирнов делает доклад в ходе дискуссии «Пезаники: российско-норвежское соседство» © Strelka Institute

Архи.ру: 7 июня вы участвовали в дискуссии «Пезаники: российско-норвежское соседство» в Институте «Стрелка». Что для вас там было самым интересным?

О.Р.: Самым интересным стало сообщение бывшего российского консула в Киркенесе Анатолия Смирнова о планах по строительству нового порта в заливе (фьорде) Печенга. Это значит, что на приграничные территории придут новые виды деятельности, их возможности можно будет трактовать по-новому. Это будет важным шагом по развитию потенциала региона. Также это означает демилитаризацию залива, ведь сейчас его контролируют военные.
Вторая интересная тема – разговор о том, что премьер-министр Дмитрий Медведев представит план очистки зоны химического завода «Печенганикель» (это предприятие «Норильского Никеля» располагается в поселке Никель и городе Заполярный). Будет замечательно, если это окажется правдой, потому что эта территория экологической катастрофы остро нуждается в переменах.

Архи.ру: Но если оставить в стороне экологическую катастрофу и военные объекты, которые сдерживают развитие этого региона, остаются общие проблемы жизни на Крайнем Севере. Например, в полярных районах Канады, в Гренландии высок уровень безработицы, потребления алкоголя и т. д. А какова сейчас социально-экономическая обстановка на севере Норвегии?

О.Р.:
Долгое время проблемы были и там: постоянно уезжали люди, особенно молодежь, но сейчас ситуация меняется. В губернии Финнмарк сейчас растет население, а в приграничной коммуне Сёр-Варангер (куда входит город Киркенес) незанято много муниципальных должностей, чтобы занять их, требуются новые люди – и они приезжают, но нужно еще больше.
Финнмарк пока остается регионом с большой государственной поддержкой: субсидии, специальная система налогообложения. Жителям компенсируется часть их кредита на образование, имеются и другие финансовые льготы, побуждающие людей там жить и заниматься бизнесом. Но момент, когда эти меры перестанут быть необходимостью, наступит скорее раньше, чем позже, как я считаю.
Анатолий Смирнов рассказывает о будущем порте в заливе Печенга. Фото Нины Фроловой

Архи.ру: Там имеются шахты и другие «неэкологичные» предприятия. Что делает норвежское государство для нейтрализации их негативного влияния на окружающую среду?

О.Р.: По моему мнению, государство делает слишком мало, оно могло бы больше интересоваться этой проблемой. Ведь в повестку дня добавился новый вопрос – формирование новой добывающей промышленности в Норвегии, особенно на севере страны. Термин «колониальная модель», которым Татьяна Базанова [начальник Отдела международных связей Печенгского района Мурманской области] назвала во время нашей дискуссии на «Стрелке» финансовую модель работы «Норильского Никеля» в Печенгском районе, относится к любимому образу действий добывающей промышленности в целом.
Я думаю, что это станет ключевой темой будущей дискуссии о развитии Арктики, это очень актуально и для Норвегии, особенно для горнодобывающей промышленности, потому что такие компании делают там то же самое. Они не платят местный налог муниципалитету – его платят лишь работающие в шахтах люди. Но в Киркинесе большая часть шахтеров не живет там, а только работает неделю, а потом улетает домой и платит налоги там. Так Киркенес не получает ничего, кроме загубленной природы. Это разновидность современного колониализма. Это «не устойчиво» и потому не может оставаться способом добычи полезных ископаемых в будущем, по крайней мере, в Норвегии – или в России, если на то пошло.
В Норвегии эти компании инвестируют как можно меньше в местную экономику. Это разительная разница с тем, как обстояли дела около века назад, когда был основан Киркенес. Тогда горнодобывающее предприятие отвечало за все: жилье, инфраструктуру, социальную поддержку населения. Оно основало город, потому что ему было нужно, чтобы люди жили там, и жили хорошо. А теперь компании уменьшают свою ответственность до минимума.
У нас была учебная мастерская в Школе архитектуры и дизайна Осло, посвященная новой горнодобывающей отрасли – не только в Норвегии, но и по всему миру. Добывающие компании захватывают новые и пока неосвоенные территории на суше и даже под водой: мы наблюдаем их драматическую, беспрецедентную охоту за полезными ископаемыми, которая меняет рельеф Земли.

Архи.ру: Если взять Арктику как развивающийся глобальный регион, какую пользу могут там принести архитекторы?

О.Р.: Архитекторы могут разрабатывать для Севера модели городского развития, методы проектирования больших и малых городов. Это должны быть новые типы городов, гармонично соединяющие в себе застроенную и природную среду. Это абсолютно необходимо, учитывая растущую активность людей в Арктике и хрупкость местной природы. Я думаю, что архитекторы могут и должны стать действующей силой «устойчивого» развития Арктики.
Татьяна Базанова делает доклад в ходе дискуссии «Пезаники: российско-норвежское соседство» © Strelka Institute


Мастерская:
Transborder Studio

20 Июня 2013

author pht

Беседовала:

Нина Фролова
comments powered by HyperComments
Технологии и материалы
Юбилей VitraHaus: 2010 – 2020
VitraHaus, который задумывался как шоу-рум для домашней коллекции Vitra, служит примером архитектурного разнообразия, отличающего кампус бренда в Вайле-на-Рейне. Эффектное здание, спроектированное архитектурным бюро из Базеля Herzog & de Meuron, одновременно является выставочной площадкой, экспериментальной лабораторией и флагманом швейцарского производителя мебели. По случаю десятой годовщины здания Vitra представляет совершенно новый интерьер VitraHaus, который объединяет в себе накопленный опыт, идеи и тенденции, которые определяли и продолжают задавать тон в индустрии дизайна с 2010-х по 2020-е годы.
Хрустальные колонны
Разбираемся в технических и технологических аспектах изготовления и монтажа стеклянных колонн дома «Кутузовский XII» – архитектурного решения, удивительного для прохожих, но во многом также и для профессионалов. Колонны можно мыть и менять лампочки.
Хай-тек палаццо: тонкости воплощения
Подробно рассказываем о фасадных системах и объектных решениях компании HILTI, примененных в клубном доме «Кутузовский, 12».
Проект дома – АБ «Цимайло Ляшенко и Партнеры».
Дмитрий Самылин: российский «авторский» кирпич и...
Глава фирмы «КИРИЛЛ» рассказал archi.ru о кирпичном производстве в России, новых российских заводах кирпича и клинкера ручной формовки, о новых коллекциях, разработанных с учетом пожеланий архитекторов, а также пригласил на семинар по клинкеру в «Руине» Музея архитектуры.
Эволюция офиса
Задача дизайнера актуальных офисных интерьеров – создать функциональную среду, приятную эстетически и комфортную во всех смыслах.
Сейчас на главной
Цельная оболочка
На острове Хайнань, на берегу Южно-Китайского моря строится павильон-библиотека по проекту пекинского бюро MAD.
Квартальный подход
Квартал актуальная тема, и архитекторы бюро Кашириных трактуют частный дом, состоящий из нескольких объемов на небольшой территории, как квартал с внутренним двором. И даже сопоставляют свой дом – типологически загородный, – с городской застройкой в микромасштабе.
Ганзейский молл
Торговый центр для малого города, в котором главным «якорем» выступает не сетевой арендатор, а зеленая кровля и «пряничные» фасады.
По принципам каллиграфии
Художественная галерея в уезде Шуян посвящена традиционно развитому там искусству каллиграфии. Авторы проекта – Архитектурный проектно-исследовательский институт Чжэцзянского университета.
Дизайн вычитания
Новый флагманский магазин Uniqlo Tokyo по проекту Herzog & de Meuron – реконструкция торгового центра 1980-х, где из-под навесных потолков и декора извлечена его элегантная бетонная конструкция.
Архсовет Москвы-67
Проект реконструкции советского здания АТС в начале Нового Арбата под гостиницу – от ТПО «Резерв», и жилой комплекс на Шелепихинской набережной – от АБ «Остоженка», были поддержаны архсоветом Москвы 5 августа.
Градсовет удаленно 5.08.2020
Члены градсовета нашли голландский проект центра сказок Пушкина оскорбительным, а высотный жилой массив без лоджий и балконов – отвечающим запросам времени.
Летящий
Проект кампуса High Park университета ИТМО, который в Петербурге запланирован как аналог московского Сколково, разработанный «Студией 44», очень масштабен и пассионарен. Его ядро – учебный центр, трактован как авангардная композиция на тему города с улицами и campo с ратушной башней, парк напоминает о лучах главных улиц Петербурга, а если посмотреть сверху, то весь комплекс похож на материнскую плату в четерьмя, как минимум, процессорами. В конструкции учебного корпуса обнаруживается даже воспоминание об СКК. В проекте много смыслов, аллюзий, и все они объединены пластической энергетикой, которой позавидовал бы адронный коллайдер.
Эффект диафрагмы
Для жилого комплекса в Пушкино бюро «Крупный план» придумало фасады, регулирующие поток света при помощи геометрии стены.
Лужайка взлетает
Так как онкологический центр Мэгги занял последний кусочек газона в больнице Лидса, его архитекторы Heatherwick Studio превратили крышу своего здания в роскошный сад: как будто прежняя лужайка поднялась над землей.
СПбГАСУ-2020. Часть II
Пять выпускных работ кафедры Дизайна архитектурной среды, выполненных в условиях карантина под руководством Константина Самоловова и Константина Трофимова: wow-эффекты для «Тучкова буяна», подробная программа для арт-кластера, остроумное приспособление руин, а также взгляд с Луны на нижегородскую Стрелку.
Летающий форум
Архитекторы MVRDV выиграли конкурс на мастерплан района в центре Карлсруэ: градостроительную ось дворца XVIII века замкнет «летающий» общественный форум с садом на крыше.
СПбГАСУ-2020. Часть I.
Семь выпускных работ кафедры Дизайна архитектурной среды, выполненных в условиях карантина под руководством Ирины Школьниковой и Дениса Романова: геймдев-студия и модный кластер на фабрике «Красное знамя», возобновляемые источники энергии для Крыма, а также альтернативный «Тучков буян» и экологичное пространство на месте заброшенного манежа в Пушкине.
Алюминиевые лепестки
Олимпийский и паралимпийский музей США в Колорадо-Спрингс по проекту Diller Scofidio + Renfro равно рассчитан на посетителей с любыми физическими возможностями.
Комфортный город в себе
Казалось бы, такое невозможно среди человейников, неритмично чередующихся со старыми дачами. И между тем жилой комплекс на территории бизнес-парка Comcity предлагает именно комфортную среду среднего города: не слишком высокую и умеренно-приватную, как вариант идеала современной урбанистики.
Форум на холме
Недалеко от Штутгарта по проекту бюро Дэвида Чипперфильда полностью завершен культурный центр Carmen Würth Forum: теперь там открылись музей и конференц-центр.
Градсовет удаленно 24.07.2020
В Петербурге обсудили торгово-офисный комплекс для одного из самых плотных районов города: с супрематическими фасадами, системой террас и головокружительными парковками.
Критика единомышленников
Foster + Partners, одни из инициаторов-подписантов экологического архитектурного манифеста Architects Declare, подверглись критике за два недавних проекта «курортных» аэропортов для Саудовской Аравии, так как авиасообщение считается самым разрушительным для окружающей среды видом транспорта.
Архитектура в объективе: 14 фотографов
Мы собирали эту коллекцию два месяца: о начале увлечения архитектурой как предметом фотографирования, об историях профессиональной карьеры и о недавних проектах, о пользе сетей для поиска заказчиков – но и о традиционном отношении к фотографии. Российские архитектурные фотографы рассказывают о себе и делятся опытом. Всё это в контексте обзора instagram-аккаунтов, но не ограничиваясь им.
Городок у старой казармы
Бюро melix воссоздает атмосферу старого Оренбурга в проекте жилого комплекса у Михайловских казарм – важного городского памятника, пришедшего в упадок. Проект победил в конкурсе, проведенном городской администрацией и теперь ищет инвестора.
Мозаика этажей
Жилой комплекс Etaget по проекту архитекторов Kjellander Sjöberg встроен в сложившуюся застройку центральной части Стокгольма, имитируя «город в городе».
Градсовет удаленно 17.07.2020
Щедрый на критику, рефлексию и решения градсовет, на котором обсуждался картельный сговор, потакание девелоперу и несовершенство законодательства.
Второе дыхание «революционного движения профсоюзов»
Архитекторы KCAP и Cityförster представили проект реконструкции в Братиславе конгресс-центра Дома профсоюзов и прилегающей территории: они планируют вернуть жизнь на историческую площадь, в начале 1980-х превращенную в позднемодернистский «плац» с транспортной развязкой.
Движение по краю
ЖК «Лица» на Ходынском поле – один из новых масштабных домов, дополнивший застройку вокруг Ходынского поля. Он умело работает с масштабом, подчиняя его силуэту и паттерну; творчески интерпретирует сочетание сложного участка с объемным метражом; упаковывает целый ряд функций в одном объеме, так что дом становится аналогом города. И еще он похож на семейство, защищающее самое дорогое – детей во дворе, от всего на свете.
Старые стены
Восьмиэтажный кирпичный склад на чугунном каркасе в Манчестере превращен архитекторами Archer Humphryes в самый большой британский апарт-отель.
Агент визуальной устойчивости
Сравнительно небольшой дом на границе фабрики «Большевик» сочетает два противоположных качества: дорогие материалы и декоративизм ар-деко и крупную, несколько даже брутальную сетку фасадов с акцентом на пластинчатом аттике.
Деревянный треугольник
У вокзала в Ассене на севере Нидерландов нет главного фасада: он соединяет части города, а не разделяет их. Авторы проекта – бюро Powerhouse Company и De Zwarte Hond.
Пресса: Рейтинг экспертов в сфере урбанистики
Центр политической конъюнктуры (ЦПК) по заказу Экспертного института социальных исследований (ЭИСИ) составил первый публичный рейтинг экспертов. Представляем вашему вниманию Топ-50 наиболее авторитетных и влиятельных экспертов в сфере урбанистики.
Новый двор
Термы, руины и городской лабиринт – предложения для Никольских рядов, разработанные в рамках форсайта, организованного журналом «Проект Балтия».
Белая площадь
Площадь Единства в центре Каунаса из парадной территории превратилась согласно проекту бюро 3deluxe во многофункциональное пространство, рассчитанное на самых разных горожан, от любителей скейтбординга до родителей с маленькими детьми.
Долгосрочная устойчивость
Архитекторы MVRDV представили проект реконструкции своей знаменитой постройки – павильона Нидерландов на Экспо в Ганновере, пустовавшего 20 лет.
Введение в параметрику
В нашей подборке: вдохновляющие ресурсы, книги, курсы и люди, которые помогут познакомиться с алгоритмической архитектурой и проектированием.
Наследие модернизма: Artek и ресторан Savoy
Ресторан Savoy в Хельсинки с интерьерами авторства Алвара и Айно Аалто вновь открыл свои двери после тщательной реставрации и реконструкции. Savoy был обновлен лондонской студией Studioilse в сотрудничестве с финским мебельным брендом Artek, Городским музеем Хельсинки и Фондом Алвара Аалто.