Цветок озера

Прообраз здания «театра Камала» в Казани – ледяной цветок: редкое и хрупкое природное явление озера Кабан «застыло» в крупных летящих контурах стеклянных экранов, ограждающих основной объем, формируя его силуэт и защищая витражи от солнца. Проект консорциума под руководством Wowhaus, включавшего «звезду» мировой архитектуры Kengo Kuma, победил в конкурсе 2021/2022 года, был реализован близко к исходному замыслу в короткие, очень короткие сроки. Театр открыт в начале 2025. Кэнго Кума предложил образ ледяного цветка и контрапост холодного снаружи – теплого внутри. В течение 2022–2024 Wowhaus сделали все для его воплощения, буквально-таки ночуя на площадке. Рассматриваем знаковое здание и увлекательную историю.

Автор текста:
Алёна Кузнецова

10 Июля 2025

Объект

Архитектура

Архитектор:

Мастерская:

WOWHAUS http://wowhaus.ru/

Проект:

Театр Камала в Казани
Россия, Казань, улица Хади Такташа, дом 74

Авторский коллектив:
Команда Wowhaus
Главный архитектор бюро и проекта – Олег Шапиро. Генеральный директор бюро Wowhaus – Анна Ищенко. Руководитель проектной группы – Дарья Ионова. Ведущие архитекторы – Кристина Рыкова, Ольга Павленко, Дарья Енжиевская, Ильяс Гильманов. Архитекторы – Анна Бажкова, Юлия Беличенко, Анастасия Боровкова, Даниил Журавлев, Аминат Ибрагимова, Елизавета Ивлева, Дарья Истомина, Наталия Карпова, Петр Мальцев, Анастасия Морозова, Маргарита Цветкова, Екатерина Яскеляйнен, Анна Бычкова, Ольга Сорокина. При участии – Анастасии Рыжовой, Андрея Севостьянова, Марии Лепиной, Татьяны Свириной, Григория Воронина, Юлии Пушкиной, Артема Осипова, Камиллы Вильямовой. Разработка декоративных элементов интерьера с национальным орнаментом – Екатерина Ковбашина, Галина Серебрякова. Генеральное планирование и благоустройство – Анна Душанова. Ландшафтный архитектор – Юлия Рябова. Руководитель менеджерской группы: Марина Есина. Менеджеры проекта – Никита Смирнов, Анна Филичкина

Kengo Kuma and Associates
Founder: Kengo Kuma. Project Manager – Justin Xu Chief, BoBo Wu. Architect: Pavel Muradov, Yu Zhao

ГУП «Татинвестгражданпроект» (Казань, Россия)
Руководители – Адель Хуснутдинов, Хайдар Хасьянов. Руководитель проектной группы: Александр Сидоров. ГИП – Артур Исмагилов. Помощник главного инженера проекта – Наиль Закиров. Ведущие конструкторы – Андрей Соколов, Виталий Бантуров, Асият Кирасиров, Нурислам Гарипов, Артем Сокоров, Вера Машина, Гузель Иматдинова, Дмитрий Бородкин. Ведущие инженеры электрики – Валентина Умова, Светлана Бурова, Ирина Карих, Екатерина Иванова, Мария Шишкина, Любовь Леднева, Шамиль Муллахметов, Светлана Демидова Ведущие инженеры ВК – Анастасия Никитина, Светлана Синицына, Ирина Садриева, Венера Катканова, Карина Аблиева. Ведущие инженеры ОВиК: Марина Никифирова, Ольга Бобкова, Елена Хамматова, Антон Тетерин, Евгений Зайцев, Гульнара Афонина, Татьяна Парамонова, Алия Алексеева, Вадим Романов. Ведущие инженеры технологи: Антон Радионов, Мария Маклакова, Юлия Антипина

Световые решения – QPRO

Театральные технологии – Imlight

Акустический проект – Акустик Групп

2021 — 9.2024 / 2023 — 2025

Заказчик: Правительство Республики Татарстан, Институт развития городов Республики Татарстан, ГКУ «Главное инвестиционно-строительное управление Республики Татарстан»

Генеральный подрядчик: ЕвроСтройХолдинг+ (Казань)

Несущие системы (Новосибирск, Санкт-Петербург), Производственно-строительная компания «Светлый дом» (Казань), Союз-М (Казань), BULAT VISUAL STUDIO (визуализации), НПО Диодис (Казань), Тимер Лэнд Плюс (Казань), КБ-Строй (Компания под брендом ROOFLONG) Санкт-Петербург, Cladding Solutions (Сербия), Solargy» (Ижевск), Титан (Казань), Larta Glass

Театр имени Галиасгара Камала в Казани – значительное явление. Мало того, что первый национальный театр Татарстана обладает хорошим модернистским, теперь уже «старым», зданием. Так ведь и новое, современное здание построено, на другой стороне озера, по проекту, победившему в конкурсе 2021/2022 года. Лидеры – знаменитое российское бюро Wowhaus, «звезда» – Кэнго Кума. Несмотря на множество обстоятельств, авторы неформально общались все время работы. И сделали все возможное для того, чтобы замысел осуществился.

Итак, это редкое в истории современной российской архитектуры здание, построенное по проекту, победившему в конкурсе, раз, и с участием международной звезды, а у Кэнго Кумы это первый реализованный в России проект – это два. Wowhaus – авторы многих проектов общественных зданий, известное российское бюро, это три.

Страшно представить себе, чего это стоило участникам процесса, но звезды тут, определенно, сошлись.

Рассматриваем историю и результат.

Театр построен в рекордные сроки, которые дополнительно сократили в ходе реализации, и близко к идеям, предложенным в победившем конкурсном проекте 2022 года. Почти полностью – силами российских подрядчиков и из российских материалов. Это без преувеличения новый символ города и Республики Татарстан, функция которого намного шире, чем набор сценических площадок с современным оборудованием. Нам кажется, что такие здания способны менять людей и города. Поэтому посвящаем ему большой и подробный текст, в котором попытались осветить и его архитектурные особенности, и контекст, и то, как бюро Wowhaus боролось за точную передачу образа.

***

Первая пьеса на татарском языке была написана в 1887 году, а спустя почти 20 лет труппа «Сайяр», кочевавшая с гастролями по городам и весям Российской империи, наконец осела в Казани и дала первые публичные спектакли на родном языке. Вот бы показать тем артистам ледяной цветок, в который переедет их театр после миллениума.

Больше века театр концентрировал в своих стенах национальную культуру. Он быстро получил академический статус, стал носить имя классика татарской драматургии Галиасгара Камала, а в 1986 году удостоился нового, специально для него построенного здания на берегу озера Кабан – с брутальным характером и национальными орнаментами на фасадах. Здание спроектировали Мунир Агишев и Георгий Горлышков из ЦНИИПИ типового и экспериментального проектирования имени Мезенцева, оно по сей день остается одним из узнаваемых и любимых горожанами символов Казани.

zooming — Татарский академический театр имени Галиаскара Камала

© Денис Есаков

Маркер новой эпохи

В XXI веке театру вновь потребовался переезд: репертуар, труппа, разнообразие форматов росло, а помещения оставались те же. В 40-метровой столовой, например, приходилось обедать в несколько смен; подводили акустика и логистика. Но комфорт и техническое оснащение – не единственная причина, по которой в Казани решились на столь масштабный проект.

Важность институции подчеркнута в одном из разделов технического задания цитатой Томаса Манна: «Театр – это место, где толпа превращается в народ, а народ – в нацию». Другой раздел вторит: «Строительство нового здания для Театра Камала является шансом по переосмыслению собственной культурной истории и формированию депровинциализирующего пространства, стимулирующего поиск и не замкнутого на предписывающих нарративах западной/модерной исключительности». Если старое здание является «пространственным символом советской татарской нации», то новое должно служить «творческой лабораторией по самоосмыслению и витриной для презентации современной татарской культуры», – пишет историк Альфрид Бустанов.

Для нового театра город выбрал площадку на противоположном берегу озера Кабан и объявил международный конкурс.

Национальность, преемственность, инклюзивность

Конкурс стартовал в 2021 году и собрал 537 заявок со всего мира. В финал прошли 8 консорциумов, наиболее полно ответивших подробному техническому заданию, которое включало как длинный перечень необходимых помещений, так и культурно-идеологические аспекты, упомянутые выше. Отдельно подчеркивалась важность преемственности, инклюзии и включенности в городской контекст.

Для финалистов провели ряд промежуточных встреч с главой республики Татарстан, главным архитектором города и представителями театра. Театр подготовил специальную постановку, которая помогла проектировщикам проникнуться его духом и узнать важные для горожан тонкости: в спектакле участвовали обычные люди, которые рассказывали, как добираются до театра, за что любят его, как часто приходят.

В итоге Заху Хадид, Асифа Хана, Coop Himmelb(l)au и других финалистов обошла связка Wowhaus и Kengo Kuma. По словам главного режиссера театра и члена жюри Фарида Бикчантаева, «этот консорциум выполнил каждую букву функционального задания» – в чем немалая заслуга именно Wowhaus. Если японское бюро отвечало за образную часть проекта, то российское бюро искало способы реализации, настраивало планировочную структуру и театральную технологию, пользуясь опытом, накопленным в проектах «Практика» и «Электротеатр Станиславский». Значительная часть этой работы была проделана уже на этапе конкурса. Немецкое бюро Werner Sobek сопровождало инженерные решения, а казанский архитектор Герман Бакулин помогал с градостроительной частью.

Театр Камала в Казани. Конкурсный проект, 2022

Wowhaus, Kengo Kuma & Associates, Werner Sobek AG, ПТМ Архитектора Бакулина Германа Алексеевича
Театр Камала в Казани. Конкурсный проект, 2022

Wowhaus, Kengo Kuma & Associates, Werner Sobek AG, ПТМ Архитектора Бакулина Германа Алексеевича

В декабре 2022 Wowhaus подписал контракт на проектирование, генеральным проектировщиком выступил институт «Татинвестгражданпроект». Вскоре из консорциума вышли Werner Sobek, а официальное сотрудничество с Kengo Kuma завершилось в 2023 году из-за юридических ограничений, введенных японским правительством.

Неформальное же общение продолжалось до самого открытия. И случилось оно неожиданно быстро для всех – в феврале 2025 года театр принял «Казаныш», самый большой и представительный за всю свою историю. Торопились же строители к саммиту БРИКС, который прошел в октябре 2024 года – работа велась круглогодично, на площадке одновременно находилось около 2000 человек, к октябрю «цветок» полностью расправил свои ледяные лепестки, но завершить интерьеры полностью все же не успели. И все же – путь от идеи до первого спектакля занял примерно три года. Подчеркивается, что сжатые сроки никоим образом не повлияли на образное решение.

Ледяной цветок

Образ, на котором остановился Кенго Кума, на первый взгляд может показаться неожиданным и даже несколько внеположным культуре Татарстана. В основу концепции легли ледяные цветы – явление, которое изредка можно наблюдать на озере Кабан. Оно не слишком характерное, но по поиску «озеро Кабан зимой» фотографии легко обнаруживаются в сети. Озеро, с которым связаны исторические вехи и легенды, важно для города, а зима во многом определяет Россию – вот и две точки опоры. Возможно, команда Кенго Кумы знала и о том, что одно из самых известных татарских литературных произведений – это «Белые цветы» Абдурахмана Абсалямова. В честь романа даже назван бульвар. Образ цветов любил использовать и поэт Габдулла Тукай. А еще ледяной цветок напоминает «розу пустыни» – морфологическую разновидность гипса, которая образуется в песках пустыни. Это связывает театр в Казани с исламским миром Ближнего Востока.

Главную роль в материализации образа цветка играют «ледяные осколки», которые образуют второй слой фасада. Они решены как треугольники разного размера, с рамой из алюминия, заполненной уникальными стеклоизделиями из триплекса. С лицевой стороны остекление завершается прижимными планками – более тонкими конструкциями, образующими «морозный» узор. Летом он напоминает прожилки на листьях или стрекозином крыле. Тем не менее, размеры треугольников внушительные – максимальная длина самого большого – 80 метров. Но с противоположного берега озера они выглядят хрупкими и тонкими, как настоящая корочка льда.

Всего таких конструкций 19. Закрепленные под разными углами, они обрамляют все здание, уподобляя его круговой скульптуре. Конечно, есть и более, и менее выгодные точки обзора, но все они просчитаны и смоделированы заранее. Один из важных ракурсов – с площади перед старым театром. Поверхность лепестков, установленных под разными углами, дает отражающий эффект, интенсивности которого удивляются даже архитекторы: здание выглядит по-разному не только в разные сезоны, но реагирует на погоду и положение солнца. Треугольники могут быть как горячими-багровыми от закатного солнца, так и прозрачно-ледяными от минусовой температуры и снега.

Треугольники – по большей части декоративные элементы, которые также защищают помещения от солнечных лучей. «Тело» здания состоит из множества пластичных объемов, образующих сложную, но уравновешенную композицию, в которой ярусы остекленных поверхностей чередуются с закрытыми. Стекло нужных габаритов с энергосберегающим покрытием, несущие алюминиевые системы и алюминиевые облицовочные панели, напомним, произведены российскими компаниями.

В ходе проектирования и реализации, когда уточнялись театральная технология, ветровые и снеговые нагрузки, было принято решение отказаться от стеклянного потолка в круглом зале, сократить общественную площадь на кровле и отказаться от ведущей на нее лестницы-амфитеатра. Корректировки, влияющие на образ, команда бюро Wowhaus обсуждала с японскими коллегами. По сравнению с первоначальными рендерами смягчилась колкая острота треугольников, хотя и в таком виде она способна вызывать опасения: после «Казаныша» разошлись фотографии с углом, оказавшимся в пешеходной зоне на уровне человеческого роста, который маркировали красной лентой. Архитекторы предлагали для маркировки использовать металлические прижимные планки, а в случае с треугольником у служебного входа – иначе выполнить благоустройство. Но как раз эти решения не были реализованы из-за спешки.

Театр Камала в Казани Фотография © Wowhaus

Сокровища Сююмбике

Идея резкого контраста холодной светопрозрачной оболочки и жаркого, насыщенного национальными узорами интерьера также принадлежит бюро Kengo Kuma. Орнамент, заметный еще с улицы, покрывает изогнутые стены, отделяющие фойе залов от центрального вестибюля. Все четыре зала расположены на одном уровне, но у каждого – свой характер.

1 / 7

Театр Камала в Казани. Конкурсный проект, 2022

Wowhaus, Kengo Kuma & Associates, Werner Sobek AG, ПТМ Архитектора Бакулина Германа Алексеевича
2 / 7

Театр Камала в Казани. Конкурсный проект, 2022

Wowhaus, Kengo Kuma & Associates, Werner Sobek AG, ПТМ Архитектора Бакулина Германа Алексеевича
3 / 7

Театр Камала в Казани. Конкурсный проект, 2022

Wowhaus, Kengo Kuma & Associates, Werner Sobek AG, ПТМ Архитектора Бакулина Германа Алексеевича
4 / 7

Театр Камала в Казани. Конкурсный проект, 2022

Wowhaus, Kengo Kuma & Associates, Werner Sobek AG, ПТМ Архитектора Бакулина Германа Алексеевича
5 / 7

Театр Камала в Казани. Конкурсный проект, 2022

Wowhaus, Kengo Kuma & Associates, Werner Sobek AG, ПТМ Архитектора Бакулина Германа Алексеевича
6 / 7

Театр Камала в Казани. Конкурсный проект, 2022

Wowhaus, Kengo Kuma & Associates, Werner Sobek AG, ПТМ Архитектора Бакулина Германа Алексеевича
7 / 7

Театр Камала в Казани. Конкурсный проект, 2022

Wowhaus, Kengo Kuma & Associates, Werner Sobek AG, ПТМ Архитектора Бакулина Германа Алексеевича

Оказалось, что красный цвет с конкурсных визуализаций татарской культуре не близок. Архитекторы Wowhaus пригласили для разработки декора Народного художника Республики Татарстан Наилю Кумысникову, она вместе с дизайнером Джамилем Федотовым предложила использовать золотые и серебряные поверхности так, чтобы превратить фойе в сокровищницу последней царицы Казанского ханства Сююмбике. Есть легенда, что ее казна была спрятана на дне озера Кабан, многие пытались искать. Когда на площадку принесли готовые элементы, они и правда напоминали груды монет.

Для фойе и каждого из залов Наиля Кумысникова разработала собственные орнаменты и композиции. Фойе заполнили «золотые» и «серебряные» элементы из нержавеющей стали, напоминающие традиционные женские украшения. Архитекторы придумали для них многослойные стены-панно, в которые встроено освещение с диммерами, меняющими интенсивность, температуру и оттенок освещения. Вечером и в пасмурную погоду теплое свечение так и манит зайти внутрь. «Паруса» на потолке выглядят как деревянные, но на самом деле они тоже металлические – в соответствии с требованиями пожарной безопасности.

Театр Камала в Казани Фотография © Андрей Артис / предоставлена WOWHAUS

Большой зал с двумя балконами и тремя уровнями фойе рассчитан на 771 место и выглядит очень торжественно, хотя решен он довольно минималистично. Арочные своды, плавные полукруглые формы, приглушенные цвета напоминают архитектуру мечетей. Большая сцена отделана светлым дубом, на дверные полотна нанесен деликатный орнамент.

Восточный зал на 241 зрителя имеет сложную для акустики круглую форму и нехарактерный для современной сцены богатый декор. Стены оформлены «монетами», вдохновленными татарской кольчугой, нагрудным украшением или чешуей рыбки все из того же озера. Задачку с монетами решали долго: их нельзя было делать из металла по соображениям акустики.В итоге архитекторы и подрядчики-производители остановились на гипсе. Каждая монета выпуклой формы состоит из металлического каркаса, в качестве основного материала использован гипс, а на поверхность нанесена металлизированная краска. Получилась практически ручная работа – 1200 монет весом в 40 килограмм каждая были отлиты на небольшом производстве в Казани. Выпуклая форма отражает звук, тем самым улучшая акустику.

Универсальный зал – многофункциональное пространство в формате black box, где зритель полностью фокусируется на сцене, а режиссер может позволить себе различные эксперименты. Зал можно адаптировать для различных мероприятий, он вмещает от 100 до 274 зрителей.

Камерный зал с окном, выходящим на набережную, предназначен для лекций, концертов, встреч с артистами и других мероприятий. Вместе все залы вмещают 1347 зрителей.

Дом актера

О впечатлении, которое театр будет производить на самих актеров и всех, кто создает спектакль, архитекторы позаботились не меньше. Сказать, что все силы брошены на эффектные залы и вестибюли – нельзя.

Потоки зрителей и актеров разведены. В распоряжении труппы – половина или даже большая часть царства. В цокольном этаже располагаются артистические для музыкантов, а репетиционный зал оркестра с большим панорамным окном, выходящим на озеро Кабан, вынесен на четвертый этаж. В части первого этажа располагаются цех для производства декораций, откуда их загружают в основные залы, а также большой репетиционный зал – полная копия основной сцены. Рядом с ней, кстати, находятся гримерные заслуженных артистов: чтобы никакой форс-мажор в виде неисправного лифта, например, не помешал звезде добраться до места выступления.

Третий же этаж – театральный полностью. Помимо репетиционных залов, гримерных, и кабинетов здесь располагается столовая с панорамным видом на озеро и старое здание. Совершенно роскошная, просторная и светлая столовая.

Также есть пространство с игровым оборудованием, где актеры могут оставить своих детей на время репетиций и спектаклей. Часть помещений могут использовать театральные студии. С третьего этажа на лифте можно напрямую попасть за кулисы сценических залов.

Больше, чем театр

Согласно изначальной концепции, театр станет городским общественным пространством и будет открыт для посетителей весь день – чтобы попасть внутрь, не обязательно покупать билет на спектакль, турникеты расположены в глубине перед залами.

Широкая лестница, хорошо просматриваемая за главным входом, дает эффект открытости. Можно зайти с улицы Хади Такташ, взять кофе в красивом стаканчике в буфете «Кош» и выйти на набережную. Можно задержаться у панорамных окон, посмотреть выставку в вестибюле, отвести ребенка в детский клуб, а самому поработать в коворкинге. Еще один сценарий: подняться на крышу или провести время в эффектном видовом ресторане «Сайяр».

Впрочем, пока что вся эта система работает не в полную силу, поскольку проходит стадию настройки и отладки.

Вокруг театра также складывается особенная среда, которая станет частью благоустройства набережной, разработанного Turenscape и MAParchitects, с остановкой на кольцевом маршруте вокруг озера. Благоустройством прилегающих парков занимаются «Архдесант» и «Парк-Сервис» в связке и дружеском контакте с Wowhaus. Уже реализован театральный сад, воссоздан пойменный лес. Неподалеку запланировано открытие станции метро и реновация свечного завода, для которого есть прекрасный проект бюро Wall. Территории за театром, которые сейчас на его фоне выглядят довольно скромно, вероятно, будут меняться: как минимум за счет реновации фасадов.

Посмотреть внутренние пространства театра можно, записавшись на экскурсию. Еще лучше – сами мечтаем об этом – купить билет на спектакль. Которые здесь едва успевают показывать: театр востребован как крупная событийная площадка и принимает фестивали, форумы и праздничные мероприятия.

Иными словами, новый театр Камала – это востребованный, в том числе на самом высшем уровне, общественный центр и ивент-площадка. О современной многоукладности и разнофункциональности библиотек, музеев и театров много говорят, но нельзя сказать, что это стремление, входя в противоречие с безопасностью и правилами рынка, часто реализуется; такого рода случаи по-прежнему редки. Так что и за функционированием нового театра Камала – застывшего в стекле редкого ледяного цветка с теплой «душой» внутри – мы будем наблюдать с интересом.

1 / 4

Театр Камала. План на отметке 0.000

© Wowhaus
2 / 4

Театр Камала. План на отметке 8.400

© Wowhaus
3 / 4

Театр Камала. Фасад

© Wowhaus
4 / 4

Театр Камала. Акустические панели Малогозала

© Wowhaus

Архитектор:

Мастерская:

WOWHAUS http://wowhaus.ru/

Проект:

10 Июля 2025

WOWHAUS: другие проекты

Архитектура в девелопменте

Грани нового города: проекты SEZAR GROUP в Большом Сити

В Большом Сити формируется новая городская панорама, а вместе с ней – новые представления о том, каким может быть жилье в мегаполисе. На территории Большого Сити порядка 30 га – проекты SEZAR GROUP; по мнению аналитиков, на данный момент компания – ключевой девелопер этого масштабного проекта. По изучению портфеля из реализуемых компанией объектов можно проследить процесс рождения нового города на месте крупных промзон. А заодно поставить «точку» градостроительной программы ММДЦ «Москва-Сити», где SEZAR GROUP застраивает два последних участка.

Конкурс

Чикагские лауреаты 2026

Среди призеров премии International Architecture Awards 10 заявок из России: пять реализаций и пять проектов. Что особенно радует, две из них – в номинации «Музеи и культурные центры»: Театр Камала и Пермская художественная галерея. Коротко рассказываем обо всех.

Интервью

Олег Шапиро: «Мы проектируем жизнь целиком, во всем...

Wowhaus давно уже не специализируется на «благоустройстве». Одна из новых тем – неоиндустриализация. Другая – большие мастер-планы. Но и с Парком Горького работа вновь идет. Только более системная и масштабная. В этом интервью – одновременно вспоминаем Колхаса, Стрелку, историю внимания к «городской среде» – и выясняем, чем именно сейчас занят Wowhaus и как устроена его работа. Из 9 подразделений и 160, примерно, сотрудников.

send.project

Яркое, народное

Десятый год Wowhaus работают над новогодним украшением ГУМа, «главного», ну или во всяком случае, самого центрального, магазина страны. В этом году темой выбрали Дымковскую игрушку: и, вникнув в историю вопроса, предложили яркое, ярчайшее решение – тема, впрочем, тому прямо способствует.

Результаты конкурса

Грезы Трезини

В Эрмитаже подвели итоги VIII Международной архитектурно-дизайнерской премии «Золотой Трезини». В этом году премию вручали в год 355-летия первого архитектора Санкт-Петербурга Доменико Трезини. Среди победителей много знаковых проектов: от театра Камала до церкви Преображения Господня Кижского погоста. Показываем победителей всех номинаций, а их у «Трезини» аж целых 33.

Результаты конкурса

Зодчество 2025: победители

Не прошло и месяца, а мы публикуем полный список победителей Зодчества. Сильно выступил, как всегда, Петербург – и даже московскому музею Коллекция дали серебро. Среди школьных зданий лидирует ATRIUM и гимназия имени Примакова от Студии 44. Кстати! В этом году наконец вручили «Татлин», награду за проект; что не может не радовать.

Новость

Хай-Лайн деревянщика

Проект бюро Totan и Saga предполагает превращение московского монорельса – а один километр из пяти, ближе к улице Эйзенштейна, там уже разбирают – в парк на высоте 6 метров с панорамными видами и разнообразными павильонами, которые используют и сохраняют конструкции станций.

Новость

Курорт на Каме

Архитектурное бюро Wowhaus разработало проект реконструкции санатория «Корабельная роща» – оздоровительного комплекса на берегу реки Кама.

Конкурс

Чикагские лауреаты 2025

Премия International Architecture Award подвела итоги: в этом году отмечено рекордное количество проектов от российских архитекторов. Коротко рассказываем о победителях номинаций и работах, удостоенных почетного упоминания.

Интервью

Wowhaus: Поликарбонат – это невидимый герой городских...

Руководители проектных групп архитектурного бюро Wowhaus Валерия Лифшиц и Татьяна Старченко рассуждают о пользе поликарбоната в оформлении современных городских пространств и в экспозиционном дизайне.

Результаты конкурса

Место силлы

В Петропавловске-Камчатском прошел конкурс на создание общественно-культурного центра. В финал вышли три бюро, о работе каждого мы считаем важным рассказать. Начнем с победителя – консорциума во главе с Wowhaus.

Конкурс

Парадокс временного

Концепция павильона России для EXPO 2025 в Осаке, предложенная архитекторами Wowhaus – последняя из собранных нами шести предложений конкурса 2022 года. Результаты которого, напомним, не были подведены в силу отмены участия страны. Заметим, что Wowhaus сделали для конкурса три варианта, а показывают один, и нельзя сказать, что очень проработанный, а сделанный в духе клаузуры. Тем не менее в проекте интересна парадоксальность: архитекторы сделали акцент на временности павильона, а в пузырчатых формах стремились отразить парадоксы пространства и времени.

Мнение

Опровержение и сравнение: конкурс красноярского театра

Начали писать опровержение – ошиблись, при рассказе о проекте Wowhaus, который занял 1 место, с оценкой объема сохраняемых конструкций, из-за недостатка презентационных материалов – а к опровержению добавилось сравнение с другими призерами, и другие проекты большинства финалистов. Так что получился обзор всего конкурса. Тут, помимо разбора сохраняемых разными авторами частей, можно рассмотреть проекты бюро ASADOV, ПИ «Арена» и «Четвертого измерения». Два последних старое здание не сохраняют.

Результаты конкурса

Черная сопка

Проект реконструкции Красноярского театра оперы и балета от бюро Wowhaus, победивший в конкурсе, предлагает снос* и новое строительство, существенное расширение – до 8 этажей, и трансформируемые многофункциональные пространства. Он, однако, сохраняет в новом здании узнаваемые элементы и образ старого театра. А зрительный зал превращает в – образно говоря, конечно – подобие внутренности черного вулкана.

Результаты конкурса

Растворение в ландшафте

Публикуем проект Wowhaus, победивший в конкурсе на концепцию Пейзажного парка на Охте.

Результаты конкурса

Ледяной цветок

Конкурс на концепцию нового пространства Театра Камала в Казани завершился победой консорциума под лидерством Wowhaus. Рассказываем о проектах-призерах и показываем предложения финалистов.

Результаты конкурса

Новый город

Рассказываем об итогах конкурса на концепцию Экополиса, нового города на Сахалине. Показываем проект победителя и четырех финалистов.

Обзор

Архитектура и ноосфера, или шесть идей для архитектора...

«Жизнь и судьба архитектурной идеи» – так называлось ток-шоу, цикл авторских выступлений архитекторов – участников АРХ-каталога, организованный в рамках деловой программы АРХ-Москвы. В нем приняли участие архитекторы Илья Заливухин, Юлий Борисов, Олег Шапиро, Константин Ходнев, Влад Савинкин и Владимир Кузьмин. Предлагаем вашему вниманию конспект дискуссии.

Работы студентов

Путешествие вдоль реки

Публикуем итоговую работу студентов курса «Проектирование общественных пространств», организованного МАРШ и Wowhaus. Исследование посвящено преображению Яузы.

send.project

Полосатое решение

Об интерьерах ТЦ «Багратионовский» и немного об истории строительства одного из примеров смешанных общественно-торговых прострнаств нового типа, в последнее время популярных в Москве.

Исследование

Ключевое слово: «телеработа»

Архитекторы, профильные СМИ и вузы по всему миру реагируют на ситуацию пандемии, пытаясь обезопасить сотрудников и студентов, сохранив учебный и рабочий процесс. Говорим с руководителями нескольких московских бюро об их планах удаленной работы, а также рассказываем, как реагируют на эпидемию архитекторы мира.