English version

Формула завода

Дом Александры Кузьминой, Ильи Машкова и Андрея Колпикова на ЗИЛАРТе решает давнюю головоломку вертикали/горизонтали, сведя прием к минимуму. Он становится воспоминанием о заводе и о времени его расцвета, тридцатых годах прошлого века.

mainImg
Архитектор:
Александра Кузьмина
Илья Машков
Андрей Колпиков
Проект:
Жилой комплекс ЗИЛАРТ (лот №4)
Россия, Москва, ул. Автозаводская, вл. 23, участок № 5

Авторский коллектив:
Архитекторы: И.К. Машков, А.А. Кузьмина, А.Ф. Бафанов, А.В. Колпиков, П.П. Семикин

2015 — 2015 / 2016 — 2019

Заказчик: ООО «ЛСР Недвижимость-М»
Лот №4 – часть первой очереди ЗИЛАРТа, проекта компании ЛСР под кураторством Юрия Григоряна, который, как известно, определил и мастер-план, и дизайн-код застройки этой части бывшего машиностроительного полуострова. К проектированию первой очереди на каждый квартал пригласили одно известное бюро. Лот «Мезонпроекта» расположен на северной границе комплекса, которая проходит по проспекту Лихачева. Если считать от Москвы-реки, он третий за домами Сергея Скуратова и Евгения Герасимова, перед кварталом Сергея Чобана. «Соседи» по диагонали – лоты «Урбиса» и «Меганома». Ближайший сосед с внутренней, южной стороны – дом бюро «Цимайло, Ляшенко и Партнеры»: с его авторами архитекторы «Мезонпроект» часто встречались, обсуждали инсоляцию, цвет и высоту домов. В итоге возникла объемно-пространственная перекличка: дома пониже поставлены рядом и продолжают друг друга, формируя вдоль улицы Щусева фронт застройки невысокого роста, а 14-этажные башни двух лотов – перекликаются.
Жилой комплекс ЗИЛАРТ (лот №4)
© Мезонпроект
  • zooming
    Жилой комплекс ЗИЛАРТ (лот №4). Ситуационный план
    © Мезонпроект
  • zooming
    Жилой комплекс ЗИЛАРТ (лот №4). Генеральный план
    © Мезонпроект

Другим ограничением стал дизайн-код, регламентирующий квартальную планировку, высотность, высоту первых этажей и их общественную функцию. Код также определяет материалы облицовки: 70 процентов кирпича, 30 процентов – другие материалы; и цвета: красный, белый, оттенки серого; и темные переплеты окон. Кирпич Группа ЛСР изготавливает на собственном производстве, для ЗИЛАРТа часто – авторский, по эскизам и требованиям архитекторов, ради уникальной фактуры фасадов каждого лота.

«Мезонпроект» предложил строгое, в чем-то даже брутальное решение. Архитекторы выбрали два вида кирпича: один темный ангобированный с поблескивающей поверхностью, отражающей небо, меняя цвет от черно-коричневого до голубоватого. Второй нейтрально-серый, шершавый и похожий на темный песчаник. Вместе они дают гризайль оттенка сепии, старой подвыцветшей фотографии или кинохроники. Нейтральный оттенок, даже темный.
  • zooming
    1 / 8
    Жилой комплекс ЗИЛАРТ (лот №4)
    Фотография: Архи.ру
  • zooming
    2 / 8
    Жилой комплекс ЗИЛАРТ (лот №4)
    Фотография: Архи.ру
  • zooming
    3 / 8
    Жилой комплекс ЗИЛАРТ (лот №4). Проект
    © Мезонпроект
  • zooming
    4 / 8
    Жилой комплекс ЗИЛАРТ (лот №4). Проект
    © Мезонпроект
  • zooming
    5 / 8
    Жилой комплекс ЗИЛАРТ (лот №4). Проект
    © Мезонпроект
  • zooming
    6 / 8
    Жилой комплекс ЗИЛАРТ (лот №4). Проект
    © Мезонпроект
  • zooming
    7 / 8
    Жилой комплекс ЗИЛАРТ (лот №4). Проект
    © Мезонпроект
  • zooming
    8 / 8
    Жилой комплекс ЗИЛАРТ (лот №4). Проект
    © Мезонпроект

Третьим материалом стал керамогранит: панели с поверхностью, подобной кортеновой стали, похожей на старый заводской металл. Это – первая аналогия с ЗИЛом. Все простенки высокого, 6-метрового первого этажа по внешней стороне составлены из двух «гармошек» такого, отчасти ржавого, материала: нижняя повыше, верхняя покороче. Линия зигзага намеренно сбита, как будто дом поддерживают две ленты какого-то механизма. На углах пересечения становятся более заметны, ощущение старого устройства, нехотя крутившегося и затем со скрежетом вставшего, чтобы принять на себя тяжесть дома, усиливается.
  • zooming
    Жилой комплекс ЗИЛАРТ (лот №4)
    © Мезонпроект
  • zooming
    Жилой комплекс ЗИЛАРТ (лот №4)
    Фотография: Архи.ру

Заводские аллюзии поддержаны козырьками: их широкие и короткие блоки с подсвеченной по вечерам вогнутой поверхностью напоминают формы с раскаленным металлом.
  • zooming
    1 / 3
    Жилой комплекс ЗИЛАРТ (лот №4)
    © Мезонпроект
  • zooming
    2 / 3
    Жилой комплекс ЗИЛАРТ (лот №4)
    © Мезонпроект
  • zooming
    3 / 3
    Жилой комплекс ЗИЛАРТ (лот №4)
    © Мезонпроект

Тема, несмотря на определенную брутальность, родственна витринному дизайну, который требует либо полной нейтральности, либо звучного высказывания. Заметим и ее созвучие современному контексту ЗИЛАРТа: кортеновой сталью покрыты первые этажи и «хвост» дома-кометы, лота №1, кортеновый зигзаг видим во внутреннем корпусе лота №2. Лот №4 продолжает заданную коллегой, Сергеем Скуратовым, заводскую тему.

Третья часть воспоминаний о ЗИЛе находится внутри и имеет совершенно изобразительный характер: керамические панно с изображениями грузовиков живо напоминают не только о заводе, но и о сталинских станциях метро или послевоенном ВДНХ.
  • zooming
    1 / 6
    Жилой комплекс ЗИЛАРТ (лот №4): керамические панно во входных зонах
    © Мезонпроект
  • zooming
    2 / 6
    Жилой комплекс ЗИЛАРТ (лот №4): керамические панно во входных зонах
    © Мезонпроект
  • zooming
    3 / 6
    Жилой комплекс ЗИЛАРТ (лот №4): керамические панно во входных зонах
    © Мезонпроект
  • zooming
    4 / 6
    Жилой комплекс ЗИЛАРТ (лот №4): керамические панно во входных зонах
    © Мезонпроект
  • zooming
    5 / 6
    Жилой комплекс ЗИЛАРТ (лот №4): керамические панно во входных зонах
    © Мезонпроект
  • zooming
    6 / 6
    Жилой комплекс ЗИЛАРТ (лот №4): керамические панно во входных зонах
    © Мезонпроект

Но вернемся наружу и поднимем глаза. Из двух оттенков архитекторы разыгрывают пьесу, посвященную взаимоотношениям вертикали и горизонтали, двум главным темам-антагонистам архитектуры XX века. Известно, горизонталь в какой-то степени есть манифест архитектуры авангарда, летящего вперед паровоза, простора и свободы. Однако горизонталь это еще и особенность металлургического цеха, прокатного стана и конвейера, – их попросту непрактично помещать в башню. Вертикаль, напротив, прием ар-деко и классицизирующей архитектуры в целом, антагонистов авангарда. В XX веке так и повелось: как только преобладает модернизм, здания делаются протяженными, окна ленточными или хотя бы прямоугольными, положенными на длинный бок. Когда модернизм надоедает, вертикальный рост башен поддерживают пилястры-лопатки, а окна, соответственно, вытягиваются в струну.

И если в XX веке вертикаль и горизонталь ведут позиционную войну, преобладает то одна, то другая, то теперь их борьба все чаще становится сюжетом рефлексии. Вот и архитекторы «Мезонпроекта» дали на своих фасадах слово обеим. В их схеме все разъяснено: одна 14-этажная башня, на углу улиц Голосова и Кандинского (sic, названия улиц ЗИЛАРТа не дадут забыть об истории искусства XX века), – утверждает вертикаль. Семиэтажный дом вдоль улицы Щусева культивирует горизонталь, как и два одноярусных объема, замыкающих контур справа и слева от него. Дом вдоль проспекта Лихачёва совмещает обе темы, нижние семь этажей в нем подчинены горизонтали, верхние вертикальны.
  • zooming
    1 / 3
    Жилой комплекс ЗИЛАРТ (лот №4). Аксонометрия
    © Мезонпроект
  • zooming
    2 / 3
    Жилой комплекс ЗИЛАРТ (лот №4). Фасад. Вид 1
    © Мезонпроект
  • zooming
    3 / 3
    Жилой комплекс ЗИЛАРТ (лот №4). Фасад. Вид 3
    © Мезонпроект

Вертикальная башня живо напоминает о 1930-х, о московском здании СТО (ныне Госдума), и многих американских, особенно чикагских, примерах. Узнаваемая деталь – разделенные тонкой металлической перемычкой сдвоенные по вертикали окна, – не оставляет сомнений в том, что главным прообразом здесь служит Чикаго. К современности нас возвращает эркер, асимметрично – две трети внизу, одна вверху – обнимающий угол, ненавязчиво напоминая зрителям номер актуального столетия, чтобы не увлеклись аллюзиями.
  • zooming
    1 / 7
    Жилой комплекс ЗИЛАРТ (лот №4)
    © Мезонпроект
  • zooming
    2 / 7
    Жилой комплекс ЗИЛАРТ (лот №4)
    Фотография: Архи.ру
  • zooming
    3 / 7
    Жилой комплекс ЗИЛАРТ (лот №4)
    Фотография: Архи.ру
  • zooming
    4 / 7
    Жилой комплекс ЗИЛАРТ (лот №4)
    © Мезонпроект
  • zooming
    5 / 7
    Жилой комплекс ЗИЛАРТ (лот №4)
    Фотография: Архи.ру
  • zooming
    6 / 7
    Жилой комплекс ЗИЛАРТ (лот №4)
    Фотография: Архи.ру
  • zooming
    7 / 7
    Жилой комплекс ЗИЛАРТ (лот №4)
    Фотография: Архи.ру

В горизонтальном корпусе полоски-каннелюры переворачиваются на 90 градусов и штриховкой соединяют окна, подчеркивая ленточное направление. Прием, восходящий к шестидесятым–восьмидесятым, также как и зигзаг межэтажных полос. Фасад приобретает объем, пластичность, строгий ритм и совершенно явное сходство с модернистской трактовкой горизонтали. Вверх вырастают два темных, уплощенных этажа, сходных с соседней вертикальной башней – то ли надстройка, то ли ядро дома, опоясанное крупной плиссировкой светлого кирпича.
  • zooming
    1 / 3
    Жилой комплекс ЗИЛАРТ (лот №4)
    © Мезонпроект
  • zooming
    2 / 3
    Жилой комплекс ЗИЛАРТ (лот №4)
    © Мезонпроект
  • zooming
    3 / 3
    Жилой комплекс ЗИЛАРТ (лот №4)
    Фотография: Архи.ру

Итак, два противоположных по сути приема, принадлежащих ар-деко и модернизму, приведены к общему знаменателю: простому рельефному приему полосок-струн. Авторы как будто намеренно показывают, что бурный спор XX века о предпочтениях в сущности есть дискуссия тупоконечников и остроконечников Свифта. И если достичь высокого уровня обобщения, то их можно будет складывать и вычитать, как в математической формуле.

В третьем корпусе и происходит сложение: внизу желобки горизонтальные, опоясывающие, выше седьмого этажа вертикальные, вытягивающие – почти как две части знака «плюс». Весь фасад подчинен их строгой графье. В верхней части вертикаль поддержана стеклянно-металлическими «капсулами» эркеров, похожих на лифты – кажется, особенно при взгляде снизу, что они замерли и вот-вот поедут вверх или вниз. Интересное решение проблемы «градусников лоджий» – превратить их в часть сюжета. Эркеры также становятся дополнениям к пространству квартир: они далеко выдаются вперед, метра на два от плоскости внутренней стены, внося разнообразие и служа видовыми «фонарями» благодаря их треугольной форме выступов.
  • zooming
    1 / 11
    Жилой комплекс ЗИЛАРТ (лот №4)
    Фотография: Архи.ру
  • zooming
    2 / 11
    Жилой комплекс ЗИЛАРТ (лот №4)
    Фотография: Архи.ру
  • zooming
    3 / 11
    Жилой комплекс ЗИЛАРТ (лот №4)
    © Мезонпроект
  • zooming
    4 / 11
    Жилой комплекс ЗИЛАРТ (лот №4)
    © Мезонпроект
  • zooming
    5 / 11
    Жилой комплекс ЗИЛАРТ (лот №4). Проект
    © Мезонпроект
  • zooming
    6 / 11
    Жилой комплекс ЗИЛАРТ (лот №4)
    © Мезонпроект
  • zooming
    7 / 11
    Жилой комплекс ЗИЛАРТ (лот №4)
    © Мезонпроект
  • zooming
    8 / 11
    Жилой комплекс ЗИЛАРТ (лот №4). Фасад. Вид 5
    © Мезонпроект
  • zooming
    9 / 11
    Жилой комплекс ЗИЛАРТ (лот №4). Фрагмент фасада. Эркнер корпуса А
    © Мезонпроект
  • zooming
    10 / 11
    Жилой комплекс ЗИЛАРТ (лот №4). Типовой этаж. Корпус А
    © Мезонпроект
  • zooming
    11 / 11
    Жилой комплекс ЗИЛАРТ (лот №4)
    © Мезонпроект

Надо сказать, что корпус, выходящий на проспект Лихачёва, в первоначальных эскизах был много более пластичным и представлял собой несколько лент крупной гармошки, составленной из асимметричных треугольных эркеров. Так что весь дом становился, как в стим-панке, скульптурой застывшего механизма, какого-то гигантского трака. Собственно зигзаг, опоясывающий 7-этажный корпус и треугольные эркеры – отзвуки этой формы, ее остатки после существенной «чистки» и «умиротворения» посредством параллельно-перпендикулярных линий.
  • zooming
    1 / 4
    Жилой комплекс ЗИЛАРТ (лот №4). Эскиз 3
    © Мезонпроект
  • zooming
    2 / 4
    Жилой комплекс ЗИЛАРТ (лот №4). Эскиз 2
    © Мезонпроект
  • zooming
    3 / 4
    Жилой комплекс ЗИЛАРТ (лот №4). Эскиз 1
    © Мезонпроект
  • zooming
    4 / 4
    Жилой комплекс ЗИЛАРТ (лот №4). Эскиз 4
    © Мезонпроект

Сейчас же линии основного сюжета вертикалей и горизонталей получают местами орнаментальные дополнения: где-то это штрихи на торце башни, где-то металлические орнаментальные решетки вентсистем: в них чередуются вертикальные и горизонтальные волны – этот рисунок стал символом здания, он повторен и над входами.
  • zooming
    1 / 5
    Жилой комплекс ЗИЛАРТ (лот №4)
    Фотография: Архи.ру
  • zooming
    2 / 5
    Жилой комплекс ЗИЛАРТ (лот №4)
    Фотография: Архи.ру
  • zooming
    3 / 5
    Жилой комплекс ЗИЛАРТ (лот №4)
    Фотография: Архи.ру
  • zooming
    4 / 5
    Жилой комплекс ЗИЛАРТ (лот №4)
    © Мезонпроект
  • zooming
    5 / 5
    Жилой комплекс ЗИЛАРТ (лот №4)
    © Мезонпроект

Благоустроенный двор с лаконичными скосами в обрамлении клумб и подчеркнуто-высокими спинками деревянных скамеек разомкнут только в одном месте, со стороны улицы Голосова. Здесь он закрыт решеткой с воротами и калиткой. Согласно мастер-плану, улицы Голосова и Кандинского, окружающие лот №4 с двух сторон – пешеходные бульвары, доступные только для спецтехники; сейчас здесь устанавливают и шкурят деревянные скамейки, обустраивают газоны с соснами. Улица Щусева с восточной стороны – внутренняя автомобильная, проспект Лихачёва, проложенный на месте когда-то бывшего здесь внутризаводского проезда – широкая трасса и граница ЗИЛАРТа. Иными словами, вокруг довольно тихо, выйдя за решетку двора, можно спокойно прогуливаться. Но авторы предусмотрели и другой маршрут, из калитки – во двор соседнего дома Евгения Герасимова, откуда потом можно будет выйти налево, на улицу Кандинского. Если конечно калитки будут открыты – ну или доступны жильцам по ключу, – то это будет еще одним способом развития связности пространства, стимулирования его городских качеств и проницаемости.
  • zooming
    Жилой комплекс ЗИЛАРТ (лот №4)
    Фотография: Архи.ру
  • zooming
    Жилой комплекс ЗИЛАРТ (лот №4). Проект
    © Мезонпроект

Планировки и расположение квартир в целом традиционные, не евро и не студийные, они рассчитаны на то, что даже в семье человеку необходимо собственное пространство. Однокомнатные квартиры начинаются от 42 м2, а в 48-метровой есть даже гардеробная. Двухкомнатные квартиры часто большие по 70 и более м2, и в них, что для России необычно, по два санузла, как и в 3- и 4-комнатных; размер последних около 120 м2. На лестничных площадках расположено по четыре-пять квартир. Номера подъездов выложены перед ними со стороны двора кирпичом и хорошо заметны.
  • zooming
    1 / 7
    Жилой комплекс ЗИЛАРТ (лот №4). План 1 этажа
    © Мезонпроект
  • zooming
    2 / 7
    Жилой комплекс ЗИЛАРТ (лот №4). План -1 этажа
    © Мезонпроект
  • zooming
    3 / 7
    Жилой комплекс ЗИЛАРТ (лот №4). Разрез 1-1
    © Мезонпроект
  • zooming
    4 / 7
    Жилой комплекс ЗИЛАРТ (лот №4). Разрез 2-2
    © Мезонпроект
  • zooming
    5 / 7
    Жилой комплекс ЗИЛАРТ (лот №4). Типовой этаж. Корпус Б
    © Мезонпроект
  • zooming
    6 / 7
    Жилой комплекс ЗИЛАРТ (лот №4). Типовой этаж. Корпус В
    © Мезонпроект
  • zooming
    7 / 7
    Жилой комплекс ЗИЛАРТ (лот №4). Интерьер квартиры
    © Мезонпроект

По сравнению с соседними домами ЗИЛАРТа лот №4 – наименее пестрый, монохромный. Он как будто выдерживает паузу, уходя в черно-белое кино, в воспоминания о временах расцвета завода. Таких времен было два: индустриализация тридцатых – хотя завод появился на месте Тюфелевой рощи в 1916 году, расцвет его, конечно, начался в 1930-1931, с запуском первого в стране конвейера. Второй период расцвета – шестидесятые-семидесятые, время «сурового стиля» и самоотвержения страны, спешащей отстроить себя заново. Сюжет дома в общем-то очень ясен и четко прописан в его архитектуре: вертикальная башня обозначает первый расцвет, время ар-деко и постконструктивизма, даже чикагские аналогии отлично подходят, поскольку в 1930-е завод модернизировали по американской лицензии. Горизонтальный корпус ясно указывает на 1960-е – 1970-е, время оттепели и с другой стороны – время, когда ЗИЛ выпускал десятки тысяч грузовиков в год и еще холодильники. Третья башня суммирует две темы. Дом становится памятником заводу.

С другой стороны, вспомним, что «Мезонпроект» – бюро, одна из ярких специализаций которого связана с современной интерпретацией ар-деко. Поэтому в принципе неудивительно, что архитекторы решили построить свой сценарий на башне, апеллирующей к тридцатым. Но решение получилось совершенно иным: много менее детализированным, простым и в чем-то суровым. Ему идет даже запыленность еще не смытых высолов. Любопытное решение. Оно определенно выполнило свою задачу: добавило к разработанной схеме толику авторского высказывания.
 
Архитектор:
Александра Кузьмина
Илья Машков
Андрей Колпиков
Проект:
Жилой комплекс ЗИЛАРТ (лот №4)
Россия, Москва, ул. Автозаводская, вл. 23, участок № 5

Авторский коллектив:
Архитекторы: И.К. Машков, А.А. Кузьмина, А.Ф. Бафанов, А.В. Колпиков, П.П. Семикин

2015 — 2015 / 2016 — 2019

Заказчик: ООО «ЛСР Недвижимость-М»

24 Июня 2019

Мезонпроект: другие проекты
Проекция спирали, проекция волны
Архитекторы «Мезонпроект» спроектировали высотный жилой комплекс из четырех башен – недалеко у пересечения Новой Риги и Москвы-реки. Доминантность мотивирована как соседством Рублева-Архангельского с его СберСити, так и темой столкновения двух потоков: водного и автомобильного. Фасадный паттерн авторы подчинили суперграфике пиксельной спирали – она призвана оживить, а может быть, даже и трансформировать восприятие призматических объемов.
Маленькая страна
Бюро «Мезонпроект» (совместно с Институтом пространственного планирования «КАРТФОНД» и ЦСР «Северо-Запад») разрабатывает перспективный мастер-план кампуса МИФИ в Обнинске: в ближайшие десять лет анклавная территория площадью около 100 га, в лесу на северном краю города должна превратиться в современный центр развития атомной энергетики. Планируется привлечение иностранных студентов и специалистов, и также развитие территории: как путем реализации «замороженных» планов 1980-х годов на современном уровне, так и развитие новых тенденций – создание общественных пространств, аквапарк, фудкорт, школа и даже центря ядерной медицины. Общественные и спортивные функции планируется сделать доступными для жителей, а также связать кампус с городом.
Новый «Полёт»
Архитекторы бюро «Мезонпроект» разработали проект перестройки областного молодежного центра «Полёт» в Орле. Летний клуб, построенный еще в конце 1970-х годов, станет всесезонным и приобретет много дополнительных функций.
Ледяное гостеприимство
Бюро «Мезонпроект» выиграло всероссийский архитектурно-градостроительный конкурс на проектирование гостиницы и водного центра отдыха в Иркутске. В качестве визуального образа архитекторы выбрали торосы байкальского льда.
Архсовет Москвы – 74
Проект ЖК на территории ПВСВ, построенной по проекту архитекторов мастерской Весниных, тесно соседствует с известным «Домом-Самолетом», но сохранных памятников конструктивизма на его территории немного. Авторы – АБ ЦЛП, – уделили много внимания памяти о конструктивистском прошлом места, так же как и парку. Но главной темой обсуждения совета стала проницаемость территории в будущем хотя бы для транзитного прохода.
Радости речного спорта
В архитектурном бюро «Мезонпроект» разработали концепцию ревитализации набережной реки Ушаковки в Иркутске. Пустынная территория может стать уникальным центром развития рафтинга и важнейшим общественным пространством города.
Год 2021: что говорят архитекторы
Вот и наш новый опрос по итогам 2021 года. Ответили 35 архитекторов, включая главных архитекторов Москвы и области. Обсуждают, в основном, ГЭС-2: все в восторге, хотя критические замечания тоже есть. И еще почему-то много обсуждают минимализм, нужен и полезен, или наоборот, вреден и скоро закончится. Всем хорошего 2022 года!
Слабые токи: итоги «Золотого сечения»
Вчера в ЦДА наградили лауреатов старейшего столичного архитектурного конкурса, хорошо известного среди профессионалов. Гран-при получили: самая скромная постройка Москвы и самый звучный проект Подмосковья. Рассказываем о победителях и публикуем полный список наград.
Пятый элемент
Клубный дом во Всеволожском переулке оперирует сочетанием дорогих фактур камня и металла, погружая их в буйство орнаментики. Дом представляется фантазией на темы театра эпохи модерна и символизма, разновидностью восточной сказки, что парадоксальным образом позволяет ему избежать прямой стилизации и стать отражением одной из сторон современной московской жизни.
Пароход у причала
Апарт-отель, похожий на корабль с широкими палубами, спроектирован для участка на берегу Химкинского водохранилища в Южном Тушино. Дом-пароход, ориентированный на воду и Северный речной вокзал, словно «готовится выйти в плавание».
Облака над железной дорогой
На месте складов вблизи станции «Люберцы-1» построен новый жилой комплекс, который уживается и с железной дорогой, и с эстакадой, и с разноликой окружающей средой, над которой не просто доминирует, но стремится ее улучшить.
Путь к новой орнаментальности
Клубный дом-дворец «Аристократ» у соснового парка перед началом Рублевского шоссе представляет собой новый этап развития московской декоративно-исторической архитектуры: респектабельно украшенной, но тяготеющей к легким светлым тонам и умело использующей романтический флёр майоликовых вставок.
Под сенью Папы Римского
Архбюро Мезонпроект построило мастерскую для Зураба Церетели во дворе дома на Пятницкой, напротив церкви Климента Папы Римского. Мягкий экомодернизм соединился с чертами ар деко.
Встреча Севера и Юга
Апарт-отель «Европа» – пример жилья в сдержанном скандинавском стиле с ностальгическими элементами приемов монументальности шестидесятых и южными террасами.
«Лучизм» в архитектуре
Проект комплекса с фудкортом и рынком в Барвихе, созданый архитектурным бюро «Мезонпроект», сочетает мягкий, экологической образ с модернистской лепкой объема. «Лучи» на фасаде подчеркивают линии рельефа и направления дорог.
Орнамент без предубеждений
В отличие от большинства домов в так называемом элитном сегменте рынка, проектируемых в универсальном псевдоклассическом стиле, «Резиденция на Всеволожском» спроектирован в духе ар-деко.
Тактильное понимание
Кураторы выставки «Трогать+Видеть+Слышать=Чувствовать», архитекторы бюро «Мезонпроект», предложили новый, расширенный способ общения со скульптурой Анны Голубкиной.
Похожие статьи
Долгожданный поворот сюжета
В Лос-Анджелесе открылся Музей нарративного искусства Джорджа Лукаса от пекинского бюро MAD. История этого проекта настолько многострадальна и сложна, что сама могла бы стать основой для киносценария.
От римских бань к лофтам
В нидерландском городе Неймегене согласно плану бюро KCAP строится новый район Ваалквартир, ландшафтное решение которого связано с историей места – начиная с древних римлян.
Глитч и веер
Еще один проект жилого комплекса по программе реновации от бюро Continuum, на этот раз – на улице Окружная. Два высотных корпуса-близнеца смещены в глубину участка, а масштаб пешеходной среды определяет стилобат. В основе фасадного решения – смещение ритма вертикалей и веерно-ступенчатая пластика.
Зеркало для гор
На горнолыжном курорте Лех в Австрийских Альпах открылась водно-зеркальная инсталляция по проекту Snøhetta: она заняла крышу станции канатной дороги.
Архитектура как часть ландшафта
Бюро DNK ag разработало проект премиального отеля в горах как живописную композицию из индивидуальных «вилл», формирующих компактный городок, в которой архитектура, ландшафт и инфраструктура работают как единое целое.
Об Узбекистане с любовью
Завершившаяся в 2025 году реставрация Национального павильона Узбекистана на ВДНХ порой напоминала детектив, порой – драму. Многие архитектурные детали, казалось, были безвозвратно утрачены, 25-метровая ротонда не сегодня-завтра должна была рухнуть, о нюансах декора приходилось догадываться по секундным кадрам из цветного документального фильма. Но архитектурному бюро «МВ-ПРОЕКТ» удалось распутать клубок проблем и буквально заново собрать один из самых грациозных ансамблей ВДНХ.
Крутятся шестеренки
Детский технопарк в Новом Уренгое включает 11 лабораторий, где изучают космос, робототехнику, биотехнологии и другие актуальные направления. Следуя за функцией, ПИ АРЕНА выбрал форму, которая во многом наследует традициям модернизма: в архитектурном решении можно усмотреть супрематические композиции, интерпретацию «Шестигранника» Ивана Жолтовского и модульность метаболизма.
Доступная аренда на острове роскоши
Stefano Boeri Architetti победили в конкурсе на проект комплекса доступного жилья в городе Ивиса на Ибице: их замысел Sa Casa реагирует на местный жилищный кризис, где 4 млн туристов в год вытесняют коренных островитян с рынка аренды.
Второе рождение Телеграфа
В итоговой версии проекта приспособления здания Телеграфа под университет – стартовавшей от концепции Чипперфильда – архитекторы СКиП на стадии РД выступили в роли разработчиков и генпроектировщиков. И проект глобальной «звезды» оказался удивительно похож на концепцию, предложенную самим СКиП в 1997–1999 годах. В публикуемой статье Игорь Шварцман и Татьяна Груздева рассказывают о двух проектах для Телеграфа – прежнем и реализованном сейчас.
Маяк на утесе
Один из кварталов масштабного района «Деснаречье», который возводится в Новой Москве, проектирует архитектурное бюро «Крупный план» (KPLN). Участок имеет свои преимущества и сложности: с одной стороны – близость реки и выразительный ландшафт, с другой – магистраль и перепад высот. Авторы проекта решили подчеркнуть существующую «фактуру» места: на естественной возвышенности разместили доминанту в виде башни-маяка, сделали стилобат продолжением утеса, а в архитектуре секционной застройки отрефлексировали близость реки.
Подъем с остановками
Башня для наблюдения за перелетными птицами на болотах Чэньху в Ухане задумана шанхайским бюро Xiang Architects как «посредница» между человеком и природой.
Архитектура геологического формата
«Геологически»-природная форма для крупных комплексов – одна из важных тем нашего времени, она подходит для больших объемов много лучше, чем пилястры и карнизы... Вот и проект с географическим названием «Широта 54», предложенный Раисом Баишевым и архитекторами АБ «Остоженка», «прорастает» в глубь земли сохраняемым оврагом, а вверх пластинами домов, похожих на меловые горы, с пещерами дворов-террас, встроенных в объем. Особенность – много открытых для горожан и жителей общих пространств, задуманное качественное строительство. Большие стекла, даже кондиционирование центральное. Изучаем в контексте.
Новая деревня
Бюро Rhizome представило проект коттеджного поселка, строительство которого запланировано рядом с горнолыжным курортом в Ленинградской области. Вместо расчерченных на сегменты участков архитекторы предложили более естественную среду, напоминающую небольшой северный городок. Чтобы добиться непринужденного разнообразия, авторы разработали несколько типологий домов и вспомогательных объектов, выстроили иерархию приватных и общественных пространств, а также использовали материалы и цвета, характерные для финских мыз и деревень.
Элемент равновесия
Проект жилого дома по программе реновации от бюро Continuum создает на Лодочной улице ансамбль: вместе с другим новым высотным зданием он фланкирует четырехэтажную постройку сталинской эпохи, выстраивая ритмичную композицию. Пластические и фасадные решения – трехчастное построение, веерное смещение объемов и комплементарная колористика – также родственны соседней башне.
Дом длиною в улицу
Проектируя жилой комплекс для Нижнего Новгорода, бюро СИВИЛ столкнулось с непростыми ограничениями участка. Единственно возможную меридиональную посадку дома архитекторы обыграли с помощью ступенчатого плана, который подчеркивают различия в материалах отделки фасадов. Перепад высот и арка, соединяющая две зеленые территории, дополнили композицию и сформировали выразительный силуэт комплекса.
Между небом и бетоном
Архитекторы Vari создали на трех верхних уровнях общественного центра RICHAUS в Чунцине рекреационное и торговое пространство aa market, организованное как сад на крыше.
Стальные покрывала для Майами
В Майами началось строительство Sweetbird North – офисного здания по проекту Snøhetta, чей фасад образован как будто наполненной ветром стальной «вуалью». Оболочка, защищая от ураганов и солнца, постоянно меняет свой облик на свету, а за ней прячутся зеленые террасы и офисы.
Искусство полного цикла
Школа требует порядка, регламента и дисциплины, а творчество – свободы, эксперимента и импровизации. В здании Сибирской высшей школы музыкального и театрального искусства в Кемерово бюро «МВ-ПРОЕКТ» попыталось примирить эти противоречия: заключить сложную и изменчивую творческую жизнь в строгую, рационально организованную архитектурную форму.
Камень и дерево
Офисное здание в Париже «актуализировано» бюро DTACC architectes с опорой на градостроительную схему Османа и японские традиции деревянной архитектуры.
Найдется ли 10 отличий?
Рядом с бизнес-центром Тэндзин I в центре Фукуоки построен его «близнец» Тэндзин II: оба проекта выполнены в нью-йоркском филиале OMA под руководством Сёхэя Сигэмацу.
Океан для всех
CRA-Carlo Ratti Associati и миллиардер-девелопер Джефф Грин, владеющий 30,3 га во флоридском городе Уэст-Палм-Бич, представили проект жилого дома MiMar из бетона и инженерного дерева, где фасад-гармошка должен обеспечить каждой квартире вид на Атлантику, не разделяя жильцов на «элитных» и «остальных».
Красная победная лента
Флагманский магазин TEAM CHINA расположен в центре одного из активно развивающихся модных районов Шанхая. В его интерьере бюро ICD (I Collective Design) переосмысливает спортивную культуру и варианты ее интеграции в современный городской контекст. Проект объединяет дух и историю китайской национальной сборной с энергией Шанхая.
Счастливые тринадцать
Реконструкцией заводского общежития Kosmalt 1960-х в словацком Кошице местное бюро Atrium постаралось доказать, что даже утилитарные послевоенные постройки могут обеспечить качественную и современную жилую среду.
Волны крыш
В Сучжоу открылся Музей современного искусства – первый реализованный проект художественного музея от BIG, как его позиционируют сами архитекторы.
Зачем подстанции бирюза?
Powerhouse Company и Studio RAP попытались сделать подстанцию в нидерландском Бевервейке арт-ориентиром с помощью керамического панно, но эта попытка подать «пром» как искусство вызывает скорее вопросы, чем восхищение.
Романтика петербургского двора
Подход «Студии 44» к редевелопменту территории винного завода «Ливиз» кажется важным для Петербурга прецедентом: архитекторы приспосабливают не только объекты культурного наследия, но и другие дореволюционные здания, раскрывая их характерные черты и снабжая новой функцией – общественной или жилой. Новая архитектура сплетается со старой, формируя набор ясных или намеренно усложненных городских пространств. Кварталы разных типологий дополняет пешеходный променад, который делает среду проницаемой и оживленной. И все это – под знаменем романтики и ностальгии по историческому городу.
Архетип вместо декора
Как легенды Татарстана становятся частью современной архитектуры: в интерьерах ЖК «Зилант Премьер» студия BLOK переосмыслила образы Зиланта и Белого Барса.
Обилие углов
Комплекс социального жилья в Сан-Франциско по проекту OMA вписан в окружение исторических таунхаусов с помощью складчатого фасада.
Новая элегия
Всегда любопытно рассматривать объекты, которые архитекторы строят для себя – кажется, именно они говорят об авторском подходе лучше всего. Беседку, дополнившую пруд на загородном участке Сергея Никешкина, отличает изящное конструктивное решение, динамичный силуэт и детали, изготовленные архитектором вручную. Кроме того, в объеме постройки спрятано техническое помещение, которое обеспечивает фильтрацию воды.
Технологии и материалы
Три способа встроить мансардное окно в архитектуру...
Мансардное окно обычно воспринимается как элемент, который приходится вписывать в уже заданную конструкцию крыши. Но возможен и обратный подход: размер, конфигурация, цвет или геометрия остекления становятся частью архитектурного замысла и влияют на то, как выглядит весь верхний этаж.
Чёрный пенопласт из отходов
Carbon Cell разработала пеноматериал на основе обугленных сельскохозяйственных отходов. Он не содержит пластика, пригоден для домашнего компостирования и обладает отрицательным углеродным следом: по оценке компании, каждый килограмм материала обеспечивает связывание углерода, эквивалентное почти килограмму CO₂.
Бионика в игровых пространствах
Органическая пластика и сложная геометрия проникают в дизайн игровых пространств все чаще. «Новые Горизонты» предлагают развивать это направление, называя его «бионическими игровыми комплексами», – как концепцию, соединяющую выразительную форму площадки с архитектурой и благоустройством.
От фасада до земли
Облицовочный кирпич и тротуарная плитка в проектах – нередко выступают как части единой материальной палитры. Они связывают фасад и благоустройство через близкие оттенки или, наоборот, контраст, градиент и общий ритм. Смотрим подборку примеров жилых комплексов из портфолио бюро СПК, где применяется продукция BRAER.
Фальц: от штучного решения к рабочей технологии
Фальцевая кровля часто оказывается в проектах благодаря широким возможностям в работе со сложной геометрией. Но результат зависит не столько от самого металла, сколько от того, как увязаны основание, узлы, производство и монтаж. На примере инфраструктурных объектов разберем фальц как воспроизводимую строительную технологию.
В Токио робота-андроида привлекли для работы на стройплощадке
Компания Shimizu Corporation начала испытания гуманоидных роботов и роботизированных манипуляторов с искусственным интеллектом на строительных площадках. Экспериментальным полигоном стал небоскреб Torch Tower, спроектированный Со Фудзимото.
Материал для эксперимента: полимеры в общественном...
Этим текстом мы открываем новый цикл статей о полимерах в современной архитектуре. Его тема – не столько сферы применения того или иного материала, сколько изменение его архитектурного статуса. В четырех статьях мы попробуем рассмотреть этот вопрос на разных масштабах – от общественного пространства и реконструкции до частного дома и выставочной архитектуры.
Уличная мебель как микроархитектура
Работая с современной городской средой, архитекторы остро ощущают дефицит мафов «с собственным лицом». Две-три универсальные линейки и каталог из двадцати типовых позиций – не всегда то, что хотелось бы при создании сложного многослойного пространства. Выходом становятся коллаборации архитектора и производителя. PUNTOGROUP за последние несколько лет выстроили несколько таких партнёрств – с бюро CORE, TESLER ARCHITECTS, Каримом Рашидом.
Tarkett: инновации, экспертиза и инструменты для архитекторов...
В современной архитектуре и дизайне выбор напольных покрытий выходит далеко за рамки эстетики. Сегодня это комплексное решение, объединяющее дизайн, функциональность, заботу о здоровье людей и экологическую ответственность. Tarkett, мировой лидер в производстве напольных покрытий с 1886 года, предлагает профессионалам именно такой подход: продукция компании – это продуманная система, способная трансформировать пространство, повышать его безопасность и комфорт.
Моллированное стекло в архитектуре: формы и возможности
Моллированное стекло позволяет не только реализовать сложную геометрию фасадной оболочки: плавные закругления могут влиять на распределение ветровых нагрузок. Рассмотрим возможности технологии на примере проектов Российской Стекольной Компании.
Дары аквакультуры
Китайская студия BENTU Design разработала отделочные панели из ила рыбоводческих прудов. Основа материала – прудовый ил, который перерабатывают в геополимерный материал без высокотемпературного обжига.
Динамичный фасад: игра света с нержавеющей сталью
Нержавеющая сталь – один из немногих фасадных материалов, который может менять восприятие объёма за счет эффектов отражения и игры со светом. Это материал с сильной собственной эстетикой, но чтобы его потенциал реализовался, а не обернулся проблемами на этапе эксплуатации, важно понимать технологические особенности – от выбора марки стали и обработки поверхности до конструктива крепления.
Собрать, утеплить, разобрать
Мастерская CO Adaptive разработала The Block – модульную систему из списанной древесины с уже встроенной изоляцией, которая ставится изнутри здания и создаёт дополнительный теплоизоляционный контур.
Лава и мониторы
Итальянские дизайнеры Matteo Thun & Partners разработали коллекцию «вулканической» интерьерной плитки. В её основе – обрезки плит из лавового камня с вулкана Этна.
Керамическое плетение
Американская Studio WE разработала CeraShingle – модульную систему керамической фасадной облицовки, в которой серийность не означает полного повторения элементов. Черепицы размером около 400 × 130 мм печатаются из глины роботизированной установкой по цифровой модели. При этом они могут различаться рельефом, кривизной, перфорацией и рисунком поверхности.
Инвестиция в долговечность: керамическая плитка с...
Керамическая плитка с пазами (пропилами) появилась на российском рынке как ответ на запрос, который давно существовал в практике: получить скрытое крепление на вентфасаде без ручной доработки плитки на площадке. KERAMA MARAZZI первой наладила промышленный выпуск такого продукта в России.
Дыхание термитника
TerraMound – экспериментальный проект керамической стены, созданной по образу вентиляционных систем термитников. Разработанный в лондонской школе Бартлетта Рамешвари Джонналагедда, прототип использует пористую глину и испарительное охлаждение для пассивного климат-контроля без кондиционеров.
Клинкер с идеальной геометрией
Клинкерная плитка для навесных вентилируемых фасадов азербайджанского производителя Sultan Ceramic – рассчитана на здания высотой до 100 метров и уже прошла проверку на многоэтажных объектах в России. Разбираем ключевые характеристики материала, от технологии производства до полного пакета документации для госэкспертизы.
Пять миллионов «аналоговых пикселей»
Итальянская компания SICIS завершила реконструкцию винодельни Flora Springs в долине Напа. Главным материалом обновления стала мозаика: для отделки фасада и интерьера использовали 5 млн цветных элементов. Из цветных кусочков дизайнеры компоновали абстрактные орнаменты и сюжетные панно. Среди источников вдохновения – римская богиня Флора, «Рождение Венеры» Боттичелли и парк Гуэль Антонио Гауди.
Зеленая гостиная: ресторан-павильон в саду «Аквариум»
На месте сгоревшего ресторана в Саду «Аквариум» возведен новый павильон-ресторан с витражами, ажурными решётками и террасой на крыше. Изумрудные фасады выполнены из металлических конструкций производства «Алкотек». При разработке технических решений специалисты конструкторского бюро компании учли особенности архитектурной концепции и условия реализации объекта в исторической среде.
Сейчас на главной
Искусство первого впечатления
Для клубного дома «Капельский, 5» бюро Syntaxis разработало интерьеры, в которых граница между архитектурой и искусством становится весьма условной. Каменная мозаика, деревянные панели и выразительная пластика потолка формируют художественную среду, рассчитанную не только на созерцание, но и на повседневную жизнь.
Городские оазисы
Четыре павильона по проекту Snøhetta для гонконгского ЖК Pavilia Farm отвечают разным нуждам жителей комплекса.
Дизайн терапия от стресса
В интерьере студии телесных практик «Алхимия» зашифрован секретный дизайнерский рецепт обретения мира и покоя в бесконечной череде суетливых будней, проживаемых жителями северной столицы, – от бюро AN Design.
Линия и крест
Возведенные из бетона и дерева корпуса в деловом и образовательном iXcampus в Сен-Жермен-ан-Ле под Парижем вписаны по замыслу Baumschlager Eberle Architekten в ландшафт исторического парка.
Звезда с звездою говорит
Вашему вниманию – опыт краткой истории проектирования на территории «Красного Октября» в 2024–2025 годов – с участием очень известных московских бюро: Меганом, Saga, ЦЛП и мастерской Сергея Скуратова. Проект изменился уже в начале 2026 года, хотя коллегиально выработанный мастер-план был взят как основа. Так что в данном случае – речь о недавней, но истории. С проектами и комментариями авторов, в основном посвященных коллективной работе. Ценнейший материал, на наш взгляд.
Пресса: Наши строят за границей
В честь Всемирного дня архитектуры, который весь мир отмечает в первый понедельник октября, Weekend изучил строящиеся проекты российских бюро за рубежом, а также выяснил, что герои этих проектов должны постичь еще более изощренную формулу жизни, чем персонаж бестселлера Элизабет Гилберт: «Сбеги, вознесись, наслаждайся».
14 изменений в процедурах согласования проектов в...
Недавно, 30 сентября, было объявлено об упрощении процедуры согласования в Москве. Объявление вызывает интерес как связанное с очередным, не первым в городе за последнее время, изменением порядка согласования. Осваивать массу бюрократических сообщений больно – так что мы предложили дружественной нейросети провести поиск и проанализировать изменения за последний год. Получился, вроде бы, неплохой обзор, в нем куча ссылок – оцените. Некоторые ссылки требуют доступа в системы типа «Гарант», но некоторые открыты для всех.
Павильон спорта
Компактный спортивный центр построен по проекту архитектурной мастерской Антона Литовского в загородном поселке Московской области. Несущая конструкция выполнена из клееной древесины, а с торцов здания в нее установлены стеклопакеты – благодаря этому зал наполнен светом и видами леса.
Путь тишины
Проект CITIZENSTUDIO – часть будущего пешеходно-рекреационного каркаса Мурманска: 24-километровой тропы, которая свяжет берег Кольского залива и систему семи озер. Первый отрезок проходит через сопку Зеленый мыс, минуя одну из главных достопримечательностей города – Мемориал Защитникам Советского Заполярья, более известный как "Алёша". Архитектурные решения подчеркивают мемориальную и природную ценность места, не конкурирую с существующими объектами.
Долгожданный поворот сюжета
В Лос-Анджелесе открылся Музей нарративного искусства Джорджа Лукаса от пекинского бюро MAD. История этого проекта настолько многострадальна и сложна, что сама могла бы стать основой для киносценария.
Меж колонн и сосен
Проект апарт-отеля от бюро ХВОЯ сохраняет масштаб детского пионерского лагеря, который раньше находился на участке близ Рощинского разлива. Восемь одноэтажных корпусов, предназначенных для хозяйственных и общественных функций, размещаются под лентой здания с номерным фондом. Такое решение позволило сохранить деревья и добиться проницаемости.
От римских бань к лофтам
В нидерландском городе Неймегене согласно плану бюро KCAP строится новый район Ваалквартир, ландшафтное решение которого связано с историей места – начиная с древних римлян.
Обрамление функции
Три выпускные работы бакалавров кафедры «Архитектура промышленных сооружений» МАРХИ отвечают на вопрос: может ли инфраструктурный или промышленный объект стать точкой притяжения, носителем идентичности и катализатором перемен? Предлагаем рассмотреть аэропорт для Севастополя, космодром в нейтральных водах Тихого океана и ледокольную верфь в Архангельской области, для которых авторы искали уместные и выразительные образы.
Архивисты VS искусствоведы?
Надо ли «разрушать монополию искусствоведов» в деле исследования памятников авангарда? А если да, то как далеко должен зайти такого рода «поворот в социогуманитарных исследованиях»? Об этом – рецензия главы Сектора Свода памятников ГИИ на книгу Александра Дуднева и Констанина Гудкова «Москва на стройке». Книга – ценнейший и гигантский каталог зданий 1917–1941 года, но высказанный в предисловии методологический пафос крутого поворота вызывает некоторые сомнения…
Зеркало для гор
На горнолыжном курорте Лех в Австрийских Альпах открылась водно-зеркальная инсталляция по проекту Snøhetta: она заняла крышу станции канатной дороги.
Шум воды против ковша?
Две в половиной недели осталось, чтобы посетить первую микро-выставку в НКО Перовский архив. Там дают послушать маленькую пластинку с шумом фонтана, который так никогда и не построили на территории фабрики театральной фабрики. Микро-объект – как предстатель за сохранность здания перед программой КРТ. Ммм... Может и сработает.
Глитч и веер
Еще один проект жилого комплекса по программе реновации от бюро Continuum, на этот раз – на улице Окружная. Два высотных корпуса-близнеца смещены в глубину участка, а масштаб пешеходной среды определяет стилобат. В основе фасадного решения – смещение ритма вертикалей и веерно-ступенчатая пластика.
Архитектура как часть ландшафта
Бюро DNK ag разработало проект премиального отеля в горах как живописную композицию из индивидуальных «вилл», формирующих компактный городок, в которой архитектура, ландшафт и инфраструктура работают как единое целое.
Не только K-Pop: архитектура корейских кафе. II. Память...
Продолжаем серию публикаций о южнокорейских кафе-кофейнях. За последние годы их число в стране достигло более 100 тысяч: кофейни стали не только важным культурным и социальным феноменом, но и своеобразной лабораторией современной корейской архитектуры. В 2-й части рассказываем о кафе в реконструированных зданиях – индустриальных и традиционных.
Бенгази: город как система поддержки
Концепция мастер-плана Бенгази до 2050 года, разработанная Проектным бюро ДА для международной инициативы GCUPI-B, предлагает рассматривать восстановление города как формирование целостной «поддерживающей среды». Ее основу составляют взаимосвязанные социокультурный, градоэкологический, транспортный и производственно-инновационный каркасы.
Об эффективности специализированных институтов
В преддверии публикации материала, подытоживающего дискуссию на тему «Градостроительная теория: кризис институций», публикуем текст Игоря Бондаренко, бывшего директора НИИТИАГ – посвященный непростой ситуации в российской архитектурной науке.
Об Узбекистане с любовью
Завершившаяся в 2025 году реставрация Национального павильона Узбекистана на ВДНХ порой напоминала детектив, порой – драму. Многие архитектурные детали, казалось, были безвозвратно утрачены, 25-метровая ротонда не сегодня-завтра должна была рухнуть, о нюансах декора приходилось догадываться по секундным кадрам из цветного документального фильма. Но архитектурному бюро «МВ-ПРОЕКТ» удалось распутать клубок проблем и буквально заново собрать один из самых грациозных ансамблей ВДНХ.
Инженеры пухового платка
По проекту бюро KOSMOS достроен пассажирский терминал международного аэропорта «Оренбург». Концепция, вдохновленная красотой и функциональностью пухового платка, воплощена с помощью стальных конструкций, из которых сплетается трехмерная невесомая оболочка, «накинутая» на основной стеклянный объем. Кристаллическая проницаемая структура формирует и внутренние пространства, дополненные теплыми деталями: деревянными креслами, индивидуальными сценариями освещения, лемехом и даже «обоями» в зоне приема багажа.
Множественность интерпретаций
Бюро Lebedeva project смогло создать новый тип общественного пространства в легендарном доме Микини в Армянском переулке Москвы. Сочетание многофункциональности и истории места стало основой для удивительного интерьера, в котором новое и старое гармонично дополняют друг друга.
Золото на зеленом
Бюро Antonio Virga Architecte реконструировало здание медиатеки для коммуны Сен-Манде под Парижем, смело добавив к строгому фасаду элементы из золотистого анодированного алюминия.
Крутятся шестеренки
Детский технопарк в Новом Уренгое включает 11 лабораторий, где изучают космос, робототехнику, биотехнологии и другие актуальные направления. Следуя за функцией, ПИ АРЕНА выбрал форму, которая во многом наследует традициям модернизма: в архитектурном решении можно усмотреть супрематические композиции, интерпретацию «Шестигранника» Ивана Жолтовского и модульность метаболизма.
Маленькая выставка с большим потенциалом
Музей архитектуры начинает коллекционировать современность. Об этом заявляет выставка «Депозитарий современности. Архитектура XXI века – в собрание музея». Сама по себе небольшая, она служит стартом инициативы по отбору и включению в коллекцию ГНИМА графики тех проектов, которые музей и куратор Анна Мартовицкая определят как «синонимы современности». Смотрим выставку, вспоминаем «Строение №», сравниваем, размышляем.
Доступная аренда на острове роскоши
Stefano Boeri Architetti победили в конкурсе на проект комплекса доступного жилья в городе Ивиса на Ибице: их замысел Sa Casa реагирует на местный жилищный кризис, где 4 млн туристов в год вытесняют коренных островитян с рынка аренды.
Общее дело возрождения
С середины сентября до конца октября идет прием заявок на III Национальную премию «Наследие дороже» – 2026, которая присуждается проектам и инициативам, направленным на сохранение и возрождение исторических объектов. Награждаются как бизнес-проекты, так и общественные инициативы.